Czytaj książkę: «Воздушные ванны. Истории, от которых дышится легко»

© Кирьянова А.В., текст, 2019

© ООО «Издательство «Эксмо», 2019

«Покажи, как ты меня любишь!» —

так малышу говорят, и он изо всех сил сжимает нас в объятиях. Он еще говорить почти не умеет, а обнимать умеет – показывать, как он любит. Выражать свою любовь, изо всех сил прижимаясь к нам и обвивая ручками. Вот так я тебя люблю! Сильно-сильно! Крепко-крепко! Изо всех сил!

Это так нужно и важно каждому человеку – чтобы показали, как его любят. Но попросить об этом можно только маленького ребенка. Потому что он искренний. Потому что он не пожмет плечами и не скажет рассудительно: зачем показывать? Ты и так знаешь, что я тебя, как бы сказать, люблю. Или вроде того. В общем, все нормально. Давай поговорим о делах и о важном!

Так это и есть – важное. Чтобы показали, как нас любят. Если не умеют говорить – это не страшно. Можно показать. Спросить, не устал ли ты. Попросить надеть шапку, если холодно или солнце печет. Купить вкусное – просто так – и угостить. Дотронуться ласково или обнять в печали. Поцеловать или за руку взять на прогулке. Вечером поставить наш любимый фильм. Выслушать проблемы и просто пожалеть и ободрить… Много есть способов показать, как любишь! – но мы просим об этом только маленького ребенка. Который искренне добр еще. И искренне показывает свою любовь. Ему не стыдно, не жалко, он щедр – вот так я тебя люблю! Изо всех сил!

Иногда надо показывать, как сильно мы любим, – пока еще можем обнять любимых. Пока еще есть для этого силы. Добрым словом, поцелуем, подарком, прощением, нежностью, которую не просили – взрослые не просят нежностей. Но нуждаются в них очень. И потому тихонько просят малыша: «Покажи, как ты меня любишь!» – и тоже обнимают и целуют в ответ…

Одни живут легко

Баловни судьбы, любимцы фортуны. Права меняют, детей рожают, дипломы получают, учатся, ездят отдыхать к морю, лечат кота, делают стрижку модную и с кем-то дружат или ругаются. И все это легко так. А другие – им тяжело, трудно живется. Они все стонут и жалуются. Им все дается с огромными усилиями. Права надо менять – проклятые очереди и пошлины. К морю надо ехать – билеты дорогие такие, и у моря грязно, и море холодное. Беременность превращается в какую-то затяжную болезнь, почти инвалидность, ребенок – в источник проблем и тревог. Стрижку сделать – целая история, да еще в салоне нахамят. Учеба – кромешный мрак и пытка. Так вот. События все те же самые. И у одних, и у других. Никакой разницы совершенно. То хорошие события, то плохие. Но одни из события делают тяготу и тяжкий крест. Другие – переживают, конечно. И дальше живут. Легко. Или кажется, что легко. Одни дышат, другие – вздыхают тяжко. И поход в магазин за сахаром превращается в мытарство… И люди с тяжелой жизнью с завистью смотрят на баловней судьбы. Не замечая очевидного – события примерно одинаковые. Жизнь похожа. То тепло, то холодно, то светло, то темно, то горько, то сладко… Все иногда болеют, расстраиваются, имеют проблемы с деньгами, меняют документы, теряют близких – такова жизнь. Ничего не поделаешь. Надо полегче жить, полегче дышать, проворнее двигаться; только это и остается на наш выбор. Жить и дышать. Или выживать и вздыхать. В одних и тех же обстоятельствах…

Как добиться успеха,

рассказывала одна дама. Она лично добилась успеха. Сами посудите: несколько перелетов в неделю в другие города и страны для выступлений. Она много выступает. И спит по четыре часа, и то не каждый день – надо ведь готовиться к выступлениям и летать. Она переодевается прямо в машине, для скорости. У нее там есть плечики для платьев и полочка для туфель. И красится она тоже в машине или в зале ожидания. Телефон у нее не умолкает, а почта ломится от писем, на которые она отвечает. На все. И днем и ночью. Вот видите, опять телефон звонит и мессенджер блямкает. Секунду, сейчас отвечу. А обедает она тоже на ходу, вот, например, сейчас она будет обедать гамбургером и газировкой, прямо в машине. Очень быстро: она приучила себя есть быстро. Ам – и нет гамбургера! Детей своих она видит изредка, раз в неделю. А с мужем пришлось развестись, он не смог выдержать успеха жены. И пока она ни с кем познакомиться не может, ей некогда. Она же добилась успеха! И в день у нее три интервью и несколько личных встреч, а еще Скайп, Вотсап, Вайбер и много других средств сообщения. Вот что такое успех! Надо к нему стремиться.

Может, не надо. Неудобно обедать в машине и переодеваться в туалетах аэропорта. Спать по четыре часа три раза в неделю и постоянно куда-то бежать и лететь. И отвечать на сообщения в три часа ночи тоже неудобно. И остаться одной среди толпы – очень грустно. Успех – это когда на душе хорошо. Когда ты счастлив. Когда есть тихие вечера с близкими. Когда ты можешь потратить свои деньги с удовольствием на отдых. Когда ты можешь полежать на диване с книжкой или фильм посмотреть, обняв детей и мужа. Или посидеть на крылечке в саду, полюбоваться на цветы и на небо – вечером оно очень красивое. А потом вечер проходит и наступает ночь. Солнце быстро садится… Жизнь коротка. И потратить ее на успех – может быть, неразумно?.. Хотя у каждого свое представление об успехе и счастье.

Одна женщина толкнула старушку

Ну, бывает такое. Она сильно торопилась, старушка медленно шла. Как нарочно, очень медленно переставляя ноги в ботах старушечьих. А женщина торопилась, была раздражена, неприятности у нее были, она плохо себя чувствовала и с мужем поругалась. И толкнула не сильно, но ощутимо. И сказала раздраженно: «Быстрее не можете, что ли?» И старушка поглядела на нее голубыми глазами, почти белыми от старости. И сказала тихо и грустно: «Не могу!» Вот такой мелкий инцидент. Жалкий жизненный случай. После которого болит душа, сердце, вообще непонятно, что болит, но даже дышать тяжело и невыносимо… И все так быстро случилось, и уже женщина почти забралась в маршрутку, как вдруг она поняла вот что: «А как я теперь буду жить?» Как теперь жить, есть, спать, работать? Это поймут те, у кого есть душа и совесть. И кто испытывал такие муки – ах, какие они долгие… Иногда – пожизненные… А может, и потом не свои грехи вспомнишь, а вот эти тихие слова и взгляд старческий, беззащитный? Это хуже грехов, наверное.

Женщина выскочила из маршрутки. Ее приняли за ненормальную. И бежала по улице и боялась, что не увидит старушку. Но та далеко не ушла. Стояла и не знала, как дорогу перейти. Растерянно озиралась. Она же медленно шла. И женщина подбежала к ней и стала просить прощения. Как дети просят. Безыскусно, просто, со слезами. Она превратилась в ребенка, эта женщина сорока с лишним лет. И просила простить. Она больше так не будет! Простите! И старушка сначала удивленно смотрела – она привыкла, что ее толкают. Тех, кто медленно ходит, часто толкают. А потом поняла и женщину простила. И говорила, что прощать-то не за что. Это ничего страшного. Это мелочь. Это пустяки!

Вот мелочи-то и мучают. Глупости. Пустяки. Мелкие случаи и слова, сказанные не со зла, а в раздражении и в спешке. Мы все бежим и опаздываем. Переживаем. Злимся. Но толкать никого не надо. Вот особенно случайно толкать не надо, чтобы не каяться всю жизнь и не плакать от стыда. Грехов и так достаточно и всяких проступков. Но больше всего мучают пустяк и мелочь. Почему-то так…

Послание в бутылке

бросают в океан – это, наверное, самый безнадежный способ отправить письмо и получить ответ. Только представьте себе бутылку и размеры океана. Это даже не иголка в стоге сена – это совсем невообразимое сравнение. Однако люди бросают бутылки с посланиями – от отчаяния. Или от наивности. И самое поразительное, что эти послания находят! Вот оно, Провидение и Узор Судьбы, как это называл Шопенгауэр. Дети капитана Гранта нашли бутылку с письмом от отца – какая романтическая выдумка! Однако такое на самом деле случалось. Судно захватили контрабандисты, кто-то из экипажа бросил бутылку с мольбой о спасении – и через три дня эту бутылку нашли и всех спасли. Вот так. Это реальный факт. Или один пастор проповедовал о вреде алкоголя. Его мало кто слушал… И пастор свои проповеди стал упаковывать в пустые бутылки и бросать в океан. Он свято верил в свои проповеди и в неисповедимость путей Господних. А потом этот пастор начал получать письма, уже не в бутылках, а по почте. Незнакомые люди горячо благодарили его за его послания – они выловили случайно бутылки, открыли и прочитали проповедь. И это их так потрясло, что они сочли находку знаком свыше. И перестали убивать себя алкоголем, спаслись и протрезвели. И от всего сердца благодарили спасителя! Или один моряк 22-летний бросил в море бутылку с письмом к незнакомой красавице. Написал, что он очень одинок и хотел бы полюбить и жениться! Бутылку выловил рыбак, отдал своей племяннице, и она ответила моряку: дескать, я не красавица, наверное. Но это знак свыше. Давайте встретимся! Они встретились, полюбили друг друга и поженились. И стали жить счастливо.

Если совсем одиноко, если подступило отчаяние и нужна помощь или любовь, можно написать послание, запечатать его в бутылку и бросить в море. А можно просто написать. То, что написано, не стирается и не исчезает. Оно каким-то образом доходит до адресата, рано или поздно. Доходит до того, кому предназначено. Главное – правильно указать свои координаты и имя в конце письма. Как работает этот способ – тайна и загадка. Но он работает. Хотя это так же странно, как отправлять письмо в бутылке, бросая ее в океан, – но эти письма доходят. Иногда доходят именно до тех, кому они предназначены…

Лев Толстой всего боялся

То есть он был храбрый. На войне отважно себя вел, с разъяренной медведицей дрался, имение в карты азартно проиграл, высказывал свои идеи открыто… Но он боялся грозы, просыпанной соли, несчастливых чисел, призраков и вообще – многих снов и предчувствий. Тревожный он был человек и чувствительный. Он понимал, что жизнь непредсказуема и что угодно может случиться с кем угодно и когда угодно. Планирует человек свою жизнь, похваляется богатством, ждет счастья, любви, а тут бац! – и что угодно может произойти. И Толстой изобрел свой способ психологической защиты. Он в конце каждого письма с планами и надеждами писал три буквы: «ЕБЖ». Попрощается с адресатом и припишет: ЕБЖ. Эти буквы очень ему помогали. Прожил Толстой долго, сохранил здоровье, ум, был он богат и вообще: графом был и поместье имел. И всемирную славу. Может, буквы помогли? Они означали «если будем живы».

Так и есть. Если будем живы – все получится. Все наладится. И с родными свидимся, и денег заработаем, и выздоровеем, и успеха добьемся, и к морю съездим, и забудем плохое, избавимся от печали… ЕБЖ – вот это главное. Пока Ж, все Б нормально. И даже хорошо. И соль просыпанную переживем, и несчастливый день, и грозу. ЕБЖ.

Кто завидует злобно чужому счастью – пусть его получит

Вместе со всем остальным, конечно. Вместе с судьбой. Одно без другого не бывает. Завидовали царю Поликрату, который купался в роскоши, – а кончил жизнь на вертеле. Его заживо изжарили враги в разоренном царстве. Так пусть получат счастье Поликрата, не жалко! Пусть берут. В комплекте с судьбой. Завидуют успеху спортсмена – пусть получат успех. И порванные связки, больной позвоночник и непрерывные тренировки с утра до вечера. Вставай с уютного дивана и беги или дерись! Сейчас же! А то счастье потеряешь и публика от тебя отвернется. Завидуешь подруге – получи заодно ее болезни и детские страдания. Токсичную мать, как у нее была. Побои. Оскорбления. И тяжелую болезнь, которая ее ждала, – теперь это твоя болезнь. Вместе с домом и должностью подруги. Получите счастье великого актера! И его депрессию в комплекте. И потерю ребенка – ах, завистник забыл, что актеру пришлось такое пережить. И счастье политика получите. Вместе с тревогами, страхами, покушениями на его жизнь и преследованиями. Все можно получить только в комплекте, уважаемые завистники. Просто нормальные люди не особо распространяются о своих тяготах. Не знает завистник обстоятельств чужой жизни. И никто не знает, сколько он проживет. Так что можно еще и свой век укоротить очень, получив чужое счастье. Сто раз надо подумать, прежде чем сказать: ах, тебе-то хорошо! Отдай мне свое счастье!

Чужое счастье – как чужие туфли. Красивые и блестящие. На три размера меньше. Пусть наденут и носят завистники наши туфли – только чтобы снять не могли. Сами выпросили у судьбы. Сами сетовали и сравнивали. Так пусть берут! И не плачут потом. А если и заплачут – не жалко. Сами выпросили наш крест…

Не верить в опасность очень глупо

С одной стороны. С другой стороны, все это очень странно. Мария Кюри работала с радиоактивными веществами. До сих пор ее вещи и рабочие тетради так звенят и светятся, что их хранят в свинцовых ящиках. И на груди Мария Кюри носила кулон с радием. Красиво и оригинально. И говорят, что она от радиации умерла. Это закономерно и печально. Только она умерла в 66 лет. И имела двух здоровых дочерей. Одна из них в детстве помогала маме носить рентгеновский аппарат. Они вместе делали людям рентген. Без всякой защиты. И тоже ничего страшного не случилось. Как это так? Американский врач Форт в начале XIX века отрицал заразность лихорадки. И отважно пил мочу больных людей. И ел то, чем их тошнило, извините. И не заболел! Хотя эта лихорадка страшно заразная, как выяснилось позже. Даже если бы она была не заразная – можно было бы чем-нибудь другим заболеть. Но доктор оставался совершенно здоровым! Изобретатель вазелина его изобрел, и страшно этот продукт ему понравился. Он наносил на глазах у публики себе сильные ожоги и порезы, мазал вазелином – и все проходило! Он и королеве Виктории дал вазелин. Угостил и поделился. И сам съедал каждый день ложку вазелина. Прожил 96 лет и все вазелин расхваливал. Хотя я очень сомневаюсь, что от вазелина пройдет на глазах ожог. И поэтому – понимаете? – он и не пройдет у меня. Потому что я сомневаюсь. А он не сомневался и верил! Как профессор Петенкоффер не сомневался, что нет никаких холерных вибрионов. Глупости все это и обман. Он взял и выпил полную пробирку холерных вибрионов. Тьфу, сказал, глупости какие. И не заболел да, и все. Прожил почти сто лет, а потом застрелился – не хотел быть дряхлым стариком.

Как это так? А вот так устроена психика и воля. Может, не у всех, конечно. Но плохое чаще происходит с теми, кто в него верит и боится. А сильный духом человек, верящий в вазелин, может его есть ложками и отлично себя чувствовать. Королеве Виктории, кстати, вазелин тоже понравился. Вкус ничего так, приятный. Она тоже долго прожила…

Зачем мне это дано?

Что дано, то дано. Как в задаче в учебнике математики. А ответ надо найти самостоятельно. В крайнем случае можно в конце учебника посмотреть. Но решать все равно придется.

Одной женщине изменил муж. Не просто изменил, а выяснилось, что он имел длительное увлечение вне брака. И не одно – так бывает. Это было ужасным потрясением для Натальи. Она была верной, преданной матерью троих детей, уже взрослых. И всю жизнь посвятила семье. Безоглядно верила мужу. Ей в голову не приходила мысль о том, что ей могут изменить, – часто именно с такими женщинами и случается такое. Вся ее жизнь оказалась бессмысленной, так она думала. И все думала: зачем ей это дано? А муж особо не переживал и не извинялся. Он сказал, что все так живут. Не надо быть наивной дурой, Наташа! Такова жизнь! Давай жить дальше! Она стала дальше жить в каком-то оцепенении, как во сне. Все рухнуло. Но все шло как обычно. И она все мучилась: зачем это случилось? Это жестокое разочарование? Этот удар? И терпела, жила, раз все так живут.

А потом она встретила друга юности, который, как выяснилось, все эти годы ее любил. И он ей открыл свои чувства; он ее нашел в сети. А она ему рассказала о своей жизни – он понял. В общем, случилась любовь. Родственные души встретились. Никогда в жизни у Натальи не было таких чувств, такой любви. Был долг, ответственность, мораль, верность, преданность, самопожертвование. И она от мужа ушла, развелась. И вышла замуж за любимого человека. И поняла, зачем ей были даны условия задачи. Если бы не открылись глаза на мужа и его истинное отношение – она бы в жизни не увлеклась никем. И не узнала бы любовь и счастье. Измена и обман дали ей моральное право уйти, исполнив свой долг. И совесть ее не мучила: дети ее поняли. Да и муж, поняв, что квартира остается ему, повздыхал да и смирился. И даже поздравил со свадьбой. Не было у него даже ревности почти – так бывает. И вот зачем нам иногда что-то плохое дано? Не сразу понимаешь зачем. Ответ в конце учебника. Но задачу придется решать самостоятельно…

Историю про уродливую собаку

мне рассказали. Про очень уродливую собаку. Которая даже не на собаку похожа, а на осла. На осла из мультфильма про Шрека. И так же прыгает и кривляется. И размером с осла почти. Еще она поросла жесткой щетиной, особенно лицо. То есть улыбающаяся морда. И ноги кривые. И попа неприличная совершенно. И прыжки, и улыбка во всю щетинистую морду…

Эту собаку купила одна гламурная девушка-цаца. Ее так и звали в парикмахерской, где она работала, – Цаца. Или Фифа. И советовали поправить корону, потому что вид был заносчивый. И она ни с кем не дружила из мастеров. Ходила вся такая гламурная, на шпильках и не принимала участия в вечеринках. И у нее даже молодого человека не было, потому что понятно – кто к такой цаце подойдет? И вот эта цаца учудила: купила за пять «тыщ» рублей уродскую собаку. У соседа-алкаша, который собаку бил и не кормил. И эта высокомерная дура предложила ей собаку отдать. Сосед был пьян, но не глуп. И заломил цену – пять «тыщ» рублей! За меньше друга не продам! И продал; она заплатила!

А потом на потеху публике стала с этой уродской собакой гулять. Идет такая гламурная цаца на каблуках, а с ней – вот этот осел из «Шрека» с голой попой и улыбкой на щетинистой морде… Все во дворе хохотали и пальцем показывали. А потом к цаце подошел мужик с щетинистой мордой и вообще – страшного вида. Вылез из роскошного джипа и подошел. И сказал: «Здравствуйте! Я давно к вам хотел подойти, но стеснялся – вы очень красивая и изящная. А я не очень. Я боями без правил занимаюсь. Меня Вова зовут. У меня в вашем доме тетя живет, я приезжаю ее навестить. И вы мне очень понравились. Но я стеснялся к вам подойти. А теперь увидел вашу собаку, и стеснение прошло! Какая милая собака! Давайте вместе с ней гулять!»

И они теперь вместе гуляют с уродливой собакой. Никто больше не хихикает. Все вежливо здороваются! И эта цаца замуж скоро выйдет за этого отличного мужика с щетинистой мордой. Который похож на Шрека из мультфильма.

Эту замечательную историю мне рассказала парикмахер Лена, а я вам пересказала своими словами. Это отличная история! И Лена над цацей не смеялась, нет. А даже помогала брить собаке морду, чтобы сделать ее немного симпатичнее. Но, как видите, и так все хорошо получилось. За пять «тыщ» рублей. Морда – это не главное. Главное – сердце. Душа. И любовь.

Цену чужому труду

тогда поймешь, когда им займешься. Только тогда можно решить: дорого или дешево. Только тогда можно торговаться или возмущаться, жалуясь на дороговизну. Стакан земляники стоит дорого! Я с утра стакан земляники насобирала сама. Мирное и легкое занятие. Ничего трудного. Подумаешь, ползаешь в высокой траве и ищешь ягодки. Срываешь и складываешь. Наклонишься, поползаешь немного и сорвешь. Сколько в стакане ягодок – примерно столько раз и наклонишься. Оводы кусаются и комары. И ядовитая мошка, от которой никакие репелленты не помогают, – она прямо в глаза норовит укусить. Еще клещи могут быть в траве. И змеи. И душно все же сегодня… А всего-то стакан земляники! За сколько вы его продадите, если насобираете сами? Я лично даже не знаю, за сколько бы я эту землянику продала.

И так с любым трудом. Когда видишь стакан земляники – кажется, это должно стоить три копейки. Когда сам прособираешь ягоды в лесу – мнение изменится. Чужая работа только кажется легкой. Но для некоторой работы надо еще и учиться лет семь. И талант иметь. Легких работ не бывает почти. И все, что в поте лица собственноручно и лично сделано и собрано, не может дешево стоить. За бесценок покупать чужой труд грешно. За бесценок только дети и бедные старушки продадут свой стакан земляники, чтобы хлеба купить. Не надо обесценивать чужой труд. Надо попробовать: легко это или не очень? Тогда станет понятно, сколько стоит стакан земляники. Который вполне можно набрать самостоятельно. Это же легко…

Если сказать себе: «Я хорошо себя чувствую,

и у меня ничего не болит», это не подействует, скорее всего. Даже если громко сказать и с выражением. В приказном порядке. Или если сердцу приказать правильно работать: «Стучи правильно!» – тоже ничего не произойдет.

А вот одна женщина страдала аритмией. Лечение не давало результата. А потом она совершенно выздоровела; вот как она это сделала. Она представляла маленькую девочку, которая качалась на качелях. И воображала, как девочка раскачивается и мерно качается: вверх-вниз, вперед-назад, туда-сюда! Чем более мерно и спокойно качалась маленькая рыженькая девочка, тем лучше работало сердце. А потом и вовсе исцелилось и стало ровно стучать: тук-тук!

Или другая женщина медитировала, самовнушением занималась – бесполезно. У нее опухоль была. А потом не стало опухоли – она воображала маленьких зубастых существ, отважных и хищных. Крошечные существа нападали на черное страшное чудовище и зубами откусывали кусочки. Пожирали чудовище. Черную массу зла. Острыми зубками так и сожрали эту грозную громадину. Ам-ам!

Врач потом объяснил, что так пациентка представляла себе клетки-киллеры, которые действительно убили опухолевые клетки. Помогли лечению, которое сначала не давало результатов. Сила образов огромна; образы гораздо древнее слов. Там, где словами трудно объяснять и оперировать, приходят на помощь маленькие девочки на качелях, добрые собачки или энергичные зубастики. Волшебники, феи, гномы, человечки, звезды и океан – что угодно. Символы лечат. Образы воображения спасают. Можно контролировать организм не словами, а образами. Лечить и защищать себя.

И слушать тех, кто умеет образы создавать и передавать: рыженькую девочку или маленького храброго пони, который постепенно вывозит тележку из опасной пустоши – в цветущий розовый сад…

«Lieben und arbeiten» —

так отрывисто, по-стариковски ответил доктор Фрейд на вопрос: «Что человек должен делать хорошо?» Все ждали, что Фрейд пустится в пространные рассуждения о важности психоанализа, погружении в бессознательное, научит анализировать свои потаенные сексуальные желания и посоветует изучить свое либидо. А он вот так ответил: «Любить и работать». И все. Если любить и работать хорошо – лечиться у психоаналитика не придется. Или у психиатра. Потому что хорошо любить и работать может только психически и психологически здоровый человек.

Свободный труд не по принуждению, который соответствует нашим способностям и способен нас хорошо обеспечивать, – залог здоровья и долгожительства. Способность бескорыстно любить другого без претензий, дикой ревности и потребительства – тоже залог психического здоровья. Если человек хорошо делает свою работу и испытывает удовлетворение от результата, если он кого-то любит всем сердцем – с ним все в порядке. Это главные составляющие счастья – которое мы можем не осознавать. Но оно есть. Счастье – в гармонии с собой и с миром. Все остальное не будет ранить слишком сильно и разрушать, пока мы способны «lieben und arbeiten», любить и работать хорошо. Но это сложное умение, трудный путь. Никто не придет и не сделает нас счастливыми; только мы сами можем этого достичь. Если научимся любить и работать хорошо. Правильно. Искренне.

Воздушные ванны —

это когда ничего нельзя больше предпринять. Ничего нельзя, но что-то все-таки можно. Это давно мы ездили в Кисловодск на неделю, в санаторий. Это вышло дороже Турции, но мы поехали из-за друга. Он тяжело болел, прошел тяжелое лечение, и все было нехорошо. Грустно очень. И очень ему хотелось на курорт, а на море нельзя, на солнце. В Кисловодск вот и поехали – мы там прежде были в этом санатории. Последний подарок старому другу. Он очень хотел. И выдержал перелет и дорогу до Кисловодска.

Доктор Софья Мурадовна выдала нам курортные книжки. Там и нарзанные ванны, и массаж, и специальный душ, и еще много всего. Посмотрела на нашего друга и все поняла. Даже без медицинской карты. Она была настоящий врач, как мой папа. Она увидела, что нашему другу очень грустно – ему ничего не назначили. Ему ничего было нельзя. Ни массаж, ни ванны, ни терренкур – он плохо ходил с палочкой. Но Софья Мурадовна сказала веско: «Вам назначается лечение особое. Самое полезное. Оно вас подкрепит и даст силы. Вам назначаются воздушные ванны. Мы вам кресло поставим на балконе, и вы будете спокойно сидеть в трусиках и принимать каждый день часовую воздушную ванну. У нас целебный воздух. Все академики это знают. И воздушные ванны творят чудеса! Мы вас тоже будем лечить!» И наш друг воспрял духом. Ведь лечение – это значит, он не безнадежен! Это значит, он как все! Он тоже будет лечиться! Вот и процедуру назначили!

Это было очень важно. И наш друг дисциплинированно сидел в кресле на балконе каждый день. Принимал воздушные ванны и на горы смотрел. А Софья Мурадовна проверяла, правильно ли он их принимает. И ставила галочку в его курортную книжку. И свою врачебную подпись. И строго расспрашивала о состоянии. Немножко на артиста Этуша она была похожа, он Карабаса Барабаса играл в «Буратино».

К концу недели наш друг стал с нами гулять тихонько. И доктор ему разрешила пить полстакана нарзана утром, обязательно подогретого. А потом мы улетели домой, и наш друг еще несколько лет прожил. Что поразило врачей – но вот такой факт. И настроение у него было хорошее, и боролся он до последнего. И все вспоминал Кисловодск и отличное лечение воздушными ваннами…

Люди не бессмертны. И не все болезни можно вылечить. И лечение иногда не имеет смысла. Но это не так. Всегда можно что-то назначить и поддержать человека. Дать надежду. Улучшить его состояние, если нельзя вылечить. Лечить-то можно! Безвредными средствами, от которых может стать лучше. Воздушными ваннами. Чтобы не было безнадежности – она быстрее всего убивает. А Кисловодск я помню добром. И Софью Мурадовну. Отличный она доктор была. Настоящий.

Математика – наука точная

Так, один добрый мужчина всем помогал. Выполнял просьбы, отвечал на вопросы, оказывал поддержку… И постепенно его собственные дела пришли в упадок. Он чувствовал себя уставшим; силы куда-то уходили. И на работе им были недовольны – продуктивность труда упала. И засыпал он за рулем. Психолог мужчину выслушал и предложил на листочке подсчитать все поступившие за неделю просьбы о помощи. И время, которое он потратил, устанавливая другу программу на компьютер. Поднимая упаковки ламината в квартиру другого друга. На то, чтобы встретить знакомых из аэропорта. На то, чтобы поменять колеса на машине знакомой. На то, чтобы выслушать жалобы приятеля, который имел привычку выпить и звонить ночью. На то, чтобы помочь коллеге выполнить его работу. На то, на это… Просто посчитать цифры. Никаких убеждений и разъяснений! Просто цифры напишите. Мужчина подсчитал примерно и записал: 24 часа. Сутки. А в месяц – четверо суток. 96 часов работы. Дополнительной и бесплатной. Немудрено устать и утомиться. Это время он отнимал у своего сна, отдыха, общения с любимой девушкой, от учебы и саморазвития. Он устал, отупел и стал плохо справляться с работой – посчитайте, на сколько удлинился его рабочий день. Вот мужчина посмотрел на цифры, потом на психолога, потом подумал и переменил свое поведение. Из аэропорта можно вызвать такси. Если денег хватило на путешествие в экзотическую страну, должно и на такси остаться. За погрузку ламината можно было грузчикам заплатить – это немного. Колеса тоже за деньги можно поменять или мужа попросить. Выяснилось, что это не помощь страждущему мужчина оказывал; он просто даром батрачил на других. Работал грузчиком, психотерапевтом, автослесарем, таксистом…

Иногда надо посчитать. Просто посчитать свои трудозатраты. И отличить помощь от дармового труда. И баланс сил выровняется, как у этого мужчины, которому математика очень помогла…

Отношения с другим человеком

определяются мерой ответственности, которую он готов на себя взять. Если это взрослый и психически здоровый человек. Может быть, это абсолютная формула отношений. Любых: личных или деловых. Если ответственность понимает и принимает – все будет нормально. Может, не идеально. Может, не прекрасно. Но в целом – нормально сложатся отношения. Можно на это надеяться.

А если не берет ответственность – вам придется ее нести. Кто-то же должен. Но далеко уйти в таких отношениях не удастся. Это не любовь, не дружба и не совместный труд. Это взрослый, обслуживающий материально и эмоционально ребенка. Который не очень-то ценит обслуживание: ведь так и должно быть! С самого начала многое понятно. Опоздал, не пришел, забыл, позвонил или написал двадцать сообщений ночью, чтобы узнать элементарную вещь, а потом все равно забыл или не сделал; не извинился за отнятое время, взял и не вернул вовремя, пообещал и канул в воду… Потом появился как ни в чем не бывало – вроде все снова хорошо. Нет, нехорошо. И не выйдет ничего хорошего с человеком, который не делит ответственность с нами… Он милый, может быть. Но он нас не любит и не уважает. Потому что любовь и уважение – это ответственность…

На улице молодая женщина

запнулась и упала. Никто не заметил, как она грохнулась, – а упала она очень больно, как в детстве, плашмя, коленями и руками. Каблук зацепился за что-то. Даже смотреть больно. Я попыталась из машины вылезти, мы на светофоре стояли. Но к женщине уже подбежал ее молодой человек. Он просто немного ушел вперед, потом оглянулся и бросился к ней. Стал поднимать – она такая полная, тяжелая, он довольно хрупкий, в очках. Такой типичный отличник-«ботаник» на вид. Остальные люди шли мимо – ну, это нормально. Чего глазеть? Тем более уже поднимают, все в порядке. У всех свои дела. Все спешат на работу или еще куда-то. Вот он ее поднял с трудом, стал смотреть на коленки, присел, что-то говорит тихонько, сочувствует – как мама с трехлетним ребенком. Хотя женщина его гораздо крупнее. И так она начала на него кричать! Так махать руками! Лицо ее исказилось от гнева – всю боль и обиду она на него вылила. А он ничего. Он только ее осматривал, что-то утешительное говорил. А она кричала и ругалась ужасно просто. Потому что ей было больно. Обидно. Я понимаю.

Так люди устроены – кричат и злятся на того, кто поднимает. На близкого, который бросился, подбежал, протянул руку, осмотрел ушибы, пожалел, лекарства принес в больницу, если нужно, позвонил и спросил, как себя чувствуешь, постарался помочь… На близких и выливают боль, и срывают сердце. А не на тех, кто идет себе мимо, по своим делам. Которым нет до нас дела – ну, это же посторонние люди, прохожие. А на своего можно и заорать, и руками замахать, потому что он рядом, значит, он и виноват в наших бедах!

Но потом они вместе пошли. Эта полная молодая женщина прихрамывала и опиралась на своего молодого человека в очках. А он ее вел и обнимал. И что-то утешительное говорил на ухо. Он простил. Даже не простил, понял. Может, и не заметил. Он о ней больше беспокоился. И обнимал ее, как полного зареванного ребенка. Это тоже – про близких. И про любовь.

Не всегда надо гордо уходить,

особенно если уходить некуда. Пока некуда. Вот моего знакомого Мустафу взяли на работу в автосервис. Смилостивились. И всячески измывались. Потому что он по-русски плохо говорил, хотя он россиянин. Но из такой глуши, что говорил плохо по-русски. И выглядел плохо. Носил калоши и трико – у него просто ничего не было. И в автосервисе его звали просто «чурка». Он доехал и дошел до Питера из своей башкирской деревни, вот как дело было.

Решил – и дошел, как Ломоносов. Он работал очень много, жил там же, среди машин и запчастей. И над ним издевались, а он молчал. Только работал. И вечером куда-то уходил. Потом ночью приходил, ел растворимую лапшу и спать ложился. Рано утром снова работал. На него кричал начальник и обзывался. А Мустафа молчал, только вздыхал и глаза заводил к небу – молился, может?

Ну вот однажды начальник на него начал орать. Обзываться. А молчаливый Мустафа на чистейшем русском языке сказал неспешно, раздумчиво: «Уж больно вы, гражданин, привередливый. Это вам не так и то не этак. Ухожу я от вас. Я выучился на автослесаря самого лучшего разряда. И меня берут в хороший сервис. И комнату я снял. Буду ее покупать в ипотеку. Так что давайте мне мою трудовую книжку и все, что положено. Две недели я отработаю – и адью, господа хорошие!»… Все чуть в обморок не упали. А я очень смеялась, когда он рассказал эту историю. Пока они издевались и работой морили, он учился. И выучился. Потому что ежели человек пешком пришел в Петербург, есть у него характер и сила воли. А то, что молчит, – ну, характер у нас такой. Мы молчим иногда. Но до поры до времени. Учимся. И готовим сюрприз для тех, кто издевался…

«Это нормально!» —

так вам будут говорить. Так один пожилой начальник сказал молодой сотруднице, когда попытался ее за грудь схватить. И на возмущение так отвечал: «Это нормально!» Вот это больше всего и убивает, и мучает, и даже заставляет сомневаться – а вдруг это действительно нормально? Так и надо? Все так живут и считают нормальным? Изменник говорит жене, что измена – это нормально! А вот истерика и плач – ненормально. Лечиться надо! Хам тоже говорит: «Это нормально! В сети все так общаются и в жизни!» И вор уверяет: это нормально! Воровать никто не запрещал. Толкнули, оскорбили, грубо пошутили, высмеяли, обокрали, изменили, схватили за грудь – это нормально. Меня в первом классе учили, что доносить на родителей – это нормально. Павлик Морозов донес. И это нормальный поступок нормального пионера. А людоед вам скажет, что есть людей – нормально. Все едят. Все так поступают, понимаете? Это вы ненормальный со своими принципами, убеждениями, доказательствами, требованиями. И Диккенсу в Америке сказали, что плагиат – это нормально. Жалко, что ли? Пусть люди читают хорошие тексты, радуются. Какой суд? Вы что, ненормальный?

Если душа говорит, что происходящее ненормально, больше никого слушать и не надо. Особенно тех, кто горячо уверяет, ударив или оболгав, – это нормально! Кто нарушает границы или требует от вас уступок, принятия, терпения, толерантности – это же нормально, быть терпимым. А протестовать – ненормально. Но именно там, в душе, – мерило нормальности. Закон. Бог. Так Кант считал, а до него – все древние философы. И душа отлично понимает, что нормально, что – ненормально. Вот этот голос и надо слушать. Это нормально…

Императору Марку Аврелию

легко было быть добрым. Он много написал наставлений, как быть добрым и хорошим человеком. Сидит во дворце и пишет. Раб держит перед ним дощечку для письма, а два других раба обмахивают опахалами. И еще два раба держат светильники. И еще два стоят с блюдами фруктов. Третий вино наливает в кубок. Рабыни танцуют, и маленький оркестр из рабов играет приятную музыку. А добрый Марк Аврелий пишет доброе и мудрое – мне его книга очень нравится. А попробуйте быть добрым, если это вы опахалом машете. Или танцуете. Или пашете землю. Или сражаетесь на арене. Или на рынке торгуете. Может, иногда получится кому-то слово сказать хорошее или хлебом поделиться – вот и вся доброта. И написать о ней просто некогда да и не на чем – дорог пергамент. И некому держать светильник, ведь домой только ночью приходишь. Темно. И есть два вида доброты: императорская доброта, когда поучают, утопая в роскоши и неге. И такая маленькая, невидная, назаметная, когда бездомную собаку покормил или старику помог по ступенькам взобраться. Или, раздражившись, все-таки дал нищему медную монетку – одну, потому что было всего две. Вот эта вторая доброта – она главная. И трудная. И про нее мало кто знает… Ею и живут простые люди.

А сын доброго императора по имени Коммод вырос ужасной сволочью и мерзавцем. Потому что доброму императору некогда было заниматься его воспитанием – он о добре писал и мыслил о хорошем. Так часто случается, кстати…

Поэт Некрасов был блогером,

хотя интернета не было тогда. Но в газетах он гневно обличал зло. Вот, например, мальчишки имели привычку вскакивать на запятки кареты и кататься. Вроде как на колбасе у трамвая, хотя трамваев тоже еще не было. А мальчишки – были. И кареты. И Некрасов описал в стихах ужасный случай: злой барин приказал кучеру вбить гвозди в эту самую приступочку – в запятки. Мальчик прыгнул, чтобы прокатиться. Поранил ногу. И в страшных мучениях умер от заражения крови. Так Некрасов горестно и пылко описал этот страшный случай человеческой жестокости, что наутро потрясенные читатели вышли на улицы и стали организованно ловить кареты и осматривать запятки – нет ли гвоздей? Одну карету поймали: гвозди вбиты в запятки! Разъяренные люди окружили карету и стали требовать, чтобы хозяин вышел. Хозяин вышел. Морозной пылью серебрился его бобровый воротник. Пригожий солидный барин. Сам Некрасов и вышел. Это была его карета. Вот такой произошел случай.

Поэт-блогер не знал, наверное, что кучер постарался и от мальчишек вбил гвозди. Но получилась неприятная, мягко говоря, история. И потому, прежде чем обличать кого-то, надо сперва посмотреть – обойти карету, в которой едешь, и посмотреть – нет ли гвоздей. На себя надо оборотиться, как советовал другой поэт-блогер, Крылов. Если все нормально – можно обличать. Если нет – лучше достать гвозди сначала…

Мечты сбываются

Иногда способом странным и неожиданным. С мечтами все вообще странно: из ниоткуда ничего взяться не может. А вот из того, что дано, вполне может получиться что-то хорошее и даже прекрасное. Если приложить небольшие усилия, конечно. Одна женщина мечтала о саде. О таком прекрасном саде с розами, тюльпанами, пионами, с яблонями и вишнями, с дорожками, посыпанными песком, с прудиком, а на глади воды – кувшинки желтые. Мечтала; а откуда саду взяться? Если в наличии всего лишь комната в коммунальной квартире на первом этаже. Соседи пьющие. И ничего больше нет, только крошечная пенсия – такая вот жизнь. Женщина приехала в возрасте уже из бывшей республики; на комнату хватило в отдаленном районе. И все. Закат жизни. Только мечты о саде не оставляли. И эта женщина, Лена, вот что сделала: она под окном разбила садик. Натаскала земли, цветы посадила. Обломками кирпичей обложила клумбы. Разные цветы: душистый горошек, нарциссы, анютины глазки… И посадила кустики, выкопала в лесу, там рядом был лес, на этой окраине. И вскопала несколько маленьких грядок, посадила укроп и редиску. Это был тяжелый довольно-таки труд, но Лена радовалась. И летом было это приятное занятие очень: что сидеть в комнате и дышать табаком и перегаром, слушать вопли соседей? Вот она и разбила садик. Как бы свою мечту исполнила. И грустно улыбалась: вот и сбылась мечта! Вот и мой сад!

А потом к ней подошел мужчина; он вышел из машины и сказал: «Это вы все сами сделали? Своими руками?» Лена кивнула; она поливала цветы из лейки. Ну вот, этот мужчина предложил ей работу садовника. Он как раз ехал и голову ломал, где найти садовника. И нашел – его желание тоже сбылось. И теперь эта Лена живет в опрятном домике, занимается любимым делом и у нее есть сад! Это не ее сад, конечно. На такой сад ей за всю жизнь не заработать было бы. Но все равно все хорошо у нее, и она очень довольна работой, зарплатой и своей жизнью. И своими цветами, конечно…

Если бы она дома сидела и ни о чем не мечтала, так и прошел бы остаток жизни. В бедности, в сырой маленькой комнате, с дикими соседями… Но она вышла на улицу и стала строить свой сад. Свою мечту. И мечта сбылась – мечты сбываются. С поправкой на обстоятельства, возможности, ресурсы, возраст… Но сбываются, если хоть что-то делать. Что-то строить и создавать.

«Все, что меня не убивает,

делает меня сильнее!» – так Ницше сказал, потом сошел с ума, а потом умер. Потому что это красивые слова, но это неправда. Все, что нас не убивает тотчас, убивает понемногу, незаметно. Убивает нашу доброту и доверчивость. Нежность и искренность. Открытость, щедрость, ясный взгляд и мягкое сердце… Обман, предательство, низость, неблагодарность, жестокость, несправедливость могут не сразу убить. А по капле, по капле… Стерпим, выдержим, рана заживет. Шрам останется – грубая кожа. И так постепенно этой кожей и обрастешь, сам не заметив – как это получилось? И можно себя утешать – я стал сильнее! Да. Но в душе еще одна струна порвалась, еще один хрустальный колокольчик затих. Что-то или кто-то там умер, в душе, – добрая фея или маленький ангел. Которые были нашей частью. И уже точно знаешь, как надо ответить на удар. Как – на жестокое слово. Как дать сдачи, если нужно. И точно знаешь, что могут ударить – просто так, ни за что. Или вместо благодарности. И ничуть этому не удивляешься. Привык. И научился терпеть или защищаться. Но что-то безвозвратно утрачиваешь с каждым ударом, предательством, разочарованием. Навсегда это уходит и умирает. И становишься сильнее, да. Но за счет других важных качеств.

Все, что меня не убивает, просто убивает не сразу. Но делает сильнее или бесчувственнее? – кто знает. Надо поменьше того, что убивает. И тех, кто убивает, тоже поменьше. Потому что они все равно – убийцы. Убийцы чужих нежных душ и добрых порывов…

Икигай —

это то, ради чего мы живем. Ради чего просыпаемся утром и проживаем день до вечера. Но икигай отличается от долга и необходимости – в нем есть радость. Что нас радует, вдохновляет и заставляет жить? Что заставляет набраться сил и терпения, чтобы вынести тяготы? На Земле есть «голубые зоны» – это места, где много долгожителей. Места, где люди живут дольше и чувствуют себя лучше. На одном японском острове женщины до 92 лет в среднем жили и мужчины почти столько же. Вот они и объяснили про икигай. Это когда есть ради чего жить. Свой личный смысл жизни есть.

Он может быть маленьким и незаметным для других, свой икигай. Можно ради семьи жить или ради одного человека даже. Можно жить своим хобби или добрым делом. Ради работы и достижений можно жить. А можно – ради своего сада. Икигай от глобального смысла жизни отличается тем, что он радостный. Приятный душе. В икигай есть удовольствие и энтузиазм. То, что заставляет сердце улыбнуться, – вот что такое икигай. Наш личный маленький икигай, наш моторчик, благодаря которому мы живем. Жизнь без радости коротка. И болеет человек потому, что нет удовольствия от жизни. Только долг и ответственность, только необходимость… Надо найти и ощутить свой икигай. Тревожность снизится, появятся силы, пересуды других станут неважными – так мозг реагирует на икигай. Пусть он будет у каждого доброго человека. Надо только прислушаться к себе и спросить свою душу: в чем мой икигай? В чем моя радость жизни?

Человека больше всего ранит

даже не сама измена. Хотя это страшная рана и боль. Измена ранит; а эмоциональная измена ранит смертельно. Иногда – убивает. Одна женщина страшно заболела – из-за чего? Да из-за не такой уж страшной вещи – она нашла переписку мужа с его возлюбленной. Случайно нашла, так бывает. И больше всего ее потрясло, что в переписке были нежные слова и ласковые прозвища, комплименты и даже стихи! Стихи о любви. Посвященные этой другой женщине. А ведь всю жизнь муж был молчаливым и сухим. Холодным. И никогда не говорил о любви; только кивал иногда, когда жена спрашивала: «Ты меня любишь?» И жена спрашивать перестала и считала, что все так живут. И жила, работала, растила детей, а потом немного состарилась – хотя нет, много. Женщины, которым не говорят добрые слова, сильно стареют и быстро. Но жили они довольно хорошо! И жена была здорова! Пока не нашла эту переписку. Она почувствовала себя преданной, обманутой, нелепой и старой. Она читала стихи про любовь – и даже не плакала. Сердце ее горело в огне; и сгорело. Вот это ее убило – эмоциональная измена. Ласковые слова и нежность. К другой. И особенно одно слово, «ласточка», – так муж однажды в юности ее назвал. Один раз. И она всю жизнь хранила в душе это скудное сокровище… А потом и его отобрали и отдали другой.

Там измены физической не было: так бывает. Переписка, Скайп, телефон, фотографии… Ничего же не было! – так говорил растерянный муж, когда пришел к ней в больницу. Он искренне не чувствовал своей вины; подумаешь, увлечение. Разве от этого умирают? Иногда умирают. И трудно обьяснить, почему так ранит эмоциональная измена; не все поймут эту боль. Когда твоим ласковым именем называют другого и отдают ему то, что тебе давали так редко, так скудно… Он так и не понял.

Один подросток вел себя плохо

Родители переживали очень и водили сына к разным специалистам. Беседовали с ним. Говорили между собой о проблеме и строили планы спасения ребенка. Обсуждали специалистов, разные подходы, устраивали семейные советы… А сын вел себя хуже и хуже. Как ненормальный, извините. Пока один психиатр не объяснил, в чем дело. Он расспросил родителей и сказал: «Так ваш сын пытается сохранить ваш брак». Это странно звучало, но так и было: муж и жена давно не были мужем и женой в эмоциональном смысле. Им не о чем было говорить, они не обнимали и не целовали друг друга, они спали в разных комнатах и вежливо здоровались утром. Они только тогда начинали эмоционально общаться и объединяться, когда с сыном были проблемы. Тогда они бросались спасать ребенка и снова появлялась семья… Подросток не понимал умом угрозу развода, но инстинктивно делал то, что возрождало эмоции и связь между родителями, – пусть негативные эмоции, но они заставляли супругов объединиться! Семья оживала на время. И родители занимались сыном, забыв о своем отчуждении. Дети все чувствуют, все эмоции. И могут болеть даже, чтобы спасти родительский брак. Или чтобы вызвать чувство нужности у одинокой матери, заставить ее жить и бороться, лечить и спасать. Чтобы эмоции вызвать. Это странный подход, но эмоции вообще странная вещь. Их можно только чувствовать, как любую энергию. И проблемы с ребенком всегда сигнализируют о проблемах у родителей. С них и надо начинать решение вопроса.

А с подростком все хорошо кончилось. Хотя его психиатр лечить не стал. А вот родители посмотрели наконец на свои отношения и увидели угрозу браку. И причины увидели – но это уже другая история…

Робинзон Крузо сделал лодку

Это написать легко, а сделать лодку на необитаемом острове очень трудно. Из инструментов у Робинзона были только топор и долото. Ему пришлось свалить громадное дерево и топором вырубать лодку. Выдалбливать внутреннее пространство. Обтесывать киль – ведь иначе лодка не смогла бы быть управляемой. И нужна была очень большая лодка – для плавания по океану. А он был совсем один. И ему еще надо было выживать, искать себе пропитание и укрытие… Несколько месяцев он строил эту лодку. И построил! Это ведь были его спасение и надежда. Но тут он обнаружил, что дотащить лодку до океана невозможно – такой был уклон почвы. И Робинзон Крузо принялся выкапывать для лодки дорогу к воде. Мучительный и тяжкий труд. Он пытался тащить лодку, раскачивать ее, продвигать по чуть-чуть – но все усилия были тщетны. Громадная лодка оказалась совершенно бесполезной. А он потратил столько времени и сил! Впору было повеситься на пальме от такой безнадежности…

И Робинзон плюнул на эту лодку и стал выживать дальше. Вот так он поступил – все бросил. Взял топор, долото и ушел устраивать свою жизнь. Хотя ему было очень тяжело и горько, но он смирился и справился. И выжил.

Так и с отношениями. И с работой. Можно приложить громадные усилия и надеяться на спасение. На результат. Месяцами долбить долотом лодку и обтесывать киль, выкапывать руками дорогу к воде, тащить на веревке, обливаясь потом, эту тяжелую лодку. А потом понять, что все бесполезно. Все усилия тщетны. И лучше всего повернуться спиной и уйти, не оглядываясь. И унести с собой инструменты и опыт – это пригодится. Жизнь не кончена. Надо жить и выживать дальше. Мастерить другую лодку, строить дом, подавать сигналы о спасении, вглядываться в гладь океана и защищаться от нападений. Просто жить дальше и бороться. Все бросить – это не проиграть. Это понять. Принять судьбу. И не повторять прежних ошибок…

Историю про молчание

мне рассказали. Одна женщина из другой далекой страны пошла на занятия – странные занятия. Там учили молчать. Просто молчать – и все. Не медитировать, не делать физические упражнения, не раскачиваться, как былинка на ветру, сидя на коврике. Просто все молчали, и все. И учитель молчал. И в группе оказался человек с опухолью в носоглотке. С тяжелой болезнью. Он, наверное, пытался выздороветь и применить хоть какие средства, чтобы выжить. Он был совсем плох. И вот в эту группу тоже записался. Сидел и молчал. И издавал страшные звуки, к сожалению. Это было очень печально и очень тяжело. И участники группы молчали с неудовольствием. Может быть, у них было раздражение, печаль и плохие мысли. И у этой хорошей женщины тоже были мысли – а как же? Мы же люди. Она думала, что молчание – это какой-то обман и глупость. Ну что в нем толку? Сидишь и молчишь. А деньги заплатил непонятно за что. И еще этот звук приходится слышать, клокотание и хрип больного человека, который даже дышать не может. И сказать ничего не можешь – надо же соблюдать правила. Договорились же.

Так прошла неделя. Довольно мучительная. И на последнем занятии женщина твердо решила больше никому не верить. И жалела о даром потраченном времени, даже не о деньгах. Она погрузилась в эти мысли и вдруг подняла голову и прислушалась. Стояла полная тишина. Все мерно дышали в своих креслах и думали о своем. Но хрип-то пропал! Пропал тот ужасный звук, который всех мучил и тревожил! Она посмотрела на мужчину с опухолью – он молчал и спокойно дышал. Как все.

И это потрясло женщину. Вот эта мирная тишина ответила на ее вопросы. Потом, после обучения, учитель спокойно сказал, что так бывает. А почему так бывает – он не знает. Но молчание лечит, вот и все. И состояние этой женщины тоже стало хорошим, спокойным. Она ушла умиротворенной. А тот мужчина выздоровел; может, на время – но жизнь вообще временное явление. Иногда помолчать полезно, вот что я думаю. И просто отдаться течению мыслей. И дышать. Дышать – это уже хорошо…

Я открою секрет —

на самом деле успешные люди точно так же сомневаются в себе и в своих способностях. Точно так же, как все мы. Они точно так же испытывают страх публичных выступлений. Айседору Дункан буквально пинками на сцену выгоняли девушки из «подтанцовки». А великий Пикассо ныл и изводил жену жалобами, что он – бездарность. Оскаровские лауреаты признавались, что чувствовали себя на красной дорожке просто обманщиками, которых по какой-то причине наградили – скорее всего, по ошибке. И великие писатели жгли свои произведения, считая их глупыми и плохими. Ученые считали себя недостойными Нобелевской премии и сомневались в своих умственных способностях. А великие полководцы перед битвой шли к гадателям и прорицателям – до того они были не уверены в себе. Сомневались в победе… Все сомневаются. Абсолютно все, кроме глупых. И, как сказал знаменитый американский психолог-бизнесмен, владелец крупной корпорации, легче всего на земле встретить человека, который с легкостью бойко перечислит вам то, чего вы никогда не достигнете. Никогда не получите! Вся разница между успешными и неуспешными людьми в том, кого они слушают. Робкие и добрые неуспешные люди слушают вот этих бойких критиков, которые моментально убивают мечту. А успешные люди слушают себя и тех, кто их поддерживает. Не обещает успех, не гарантирует победу, но поддерживает. Тех, кто на их стороне, – вот кого слушают успешные люди. И даже позволяют себя пинать легонько, когда их выталкивают на сцену. Только так можно добиться успеха.

А сомнения – уверяю, они есть у всех. Вот этот самый бойкий внутренний критик с длинным перечнем того, что вы никогда не получите. Не достигнете и не добьетесь… С сомнениями так и придется жить и уживаться. Только действовать все равно нужно по-своему. Стремиться к цели…

«Если предавать своих —

чем тогда жить?» Это одна взрослая успешная дама сказала. Она когда-то была тощенькой девочкой в больших очках с тощенькими косичками. Со скрипкой в футляре и пачкой нот. И во дворе мальчика били и травили. Такого же, в очочках, неприятного мальчика-плаксу. А она с этим мальчиком играла – больше не с кем было. И можно было не вмешиваться. Пройти тихонько мимо – ее же никто не трогал. И мальчик ей был никто. Она просто с ним иногда играла. Но она не прошла мимо. Она стала заступаться; чего-то там верещать нелепое вроде: «Вы разбили в его душе стеклянный колокольчик! Как вам не стыдно!» – начитанная была. Романтичная. А потом, когда ее начали бить, кричала: «Вы как фашисты!» – и отбивалась скрипкой. Потом взрослые заметили и разогнали всех.

Эта девочка выросла. И рассказала, почему она всегда вмешивается и заступается за своих. Просто потому, что если предавать своих – чем потом жить? Хотя можно хорошо жить, неплохо! Но чем? Что в душе-то будет? Пусто там будет. Наверное, так.

Можно мимо пройти со своей скрипкой. Можно дома с возмущением рассказать. А можно потом подойти как ни в чем не бывало к тому, кого били, и снова с ним играть. Мы же не обязаны вмешиваться. И мы же не били. Мы, можно сказать, друзья!

Вот за таких бывших девочек надо держаться. И тоже вмешиваться, когда их стараются ударить. Это свои. Свои – те, кто заступается. Их очень, очень мало. Это мы потом поймем, когда в нас полетят камни. Это с каждым может случиться. Тех, кто кидает камни, – много. И тех, кто проходит мимо, тоже много. А девочек мало. К сожалению, девочек мало очень…

Вот хорошая история про кризис

и негативную информацию. Про мрачные прогнозы и устрашающие предсказания. Один французский подданный приехал в Америку – в страну больших возможностей. И открыл свое дело. Бизнес оказался успешным! И через 25 лет состоялся юбилей этой процветающей фирмы. Все поздравляли богача-владельца, а журналисты спрашивали: «Как вам удалось начать свое дело и добиться успеха? Ведь в то время в стране был жестокий кризис. Все рушилось!» Этот бизнесмен честно и искренне сказал: «Я приехал в Америку и почти не умел говорить по-английски. И газет не читал поэтому. Просто работал. Я знать не знал ни о каком кризисе!» Вот и все. Он просто не знал, что у него ничего не получится, что все плохо, а жизнь страшна. Он просто работал. Надо попробовать, действительно. Поменьше негативной информации, побольше дела. Надо жить и двигаться к своей цели – и поменьше обращать внимания на описание препятствий и ужасов жизни.

«Дать с лихвой» —

это значит добавить лишнее. Лихва – проценты на капитал, которые к нам вернутся. Это я вопросом чаевых заинтересовалась; добавкой к оплате. И давать с лихвой, хотя бы с маленькой, желательно. Если, конечно, есть за что. Эти проценты к нам потом вернутся. Не уплаченная стоимость товара или услуги, а именно «лихва». Сделали нам доброе дело – надо поскорее отплатить с лихвой. Подарили подарок – тоже надо подарить. Или поблагодарить иначе, если средств нет, но с лихвой! И при удобном случае непременно с лихвой вернуть добро. И у нас тоже добра станет больше.

А вот на зло надо отвечать адекватно. Отвечать надо. Но именно адекватно. Точь-в-точь отмерить той мерой, которой нам отмерили. Но без «горки», без лихвы и довеска – иначе лишнее вернется к нам, приумножившись. Ну, или совсем не отвечать. Если вы не ответите – никакой лихвы точно не будет.

Чуть-чуть побольше добра в ответ на доброе – это лихва, которая к нам вернется. И ровно такая мера в ответ на нападение – это справедливо. Пока мы сами не добавили лишнее. Не стали отплачивать с лихвой за причиненное зло и ущерб. Тогда все будет справедливо и правильно. И благосостояние улучшится. Хорошее вот тоже слово – благосостояние!

Что бы про вас ни говорили —

изменится только градус. После злословия в ваш адрес ненавидевшие будут еще сильнее ненавидеть. А любящие – еще больше любить. Это ученые тщательно измерили и скрупулезно подсчитали – ничего не изменится и после разоблачения клеветы. Ненавидящие продолжат ненавидеть. Любящие – продолжат любить. Ничего нельзя добиться ни злословием, ни разоблачением клеветы, если говорить об отношении к нам. О чувствах. Потому что если злословят о нашем близком – разве мы меньше его любим? Так вот устроены чувства людей. И не стоит слишком тревожиться по этому поводу. Бороться надо. А переживать – смысла нет. Меняется только градус. Температура. А пламя любви или ненависти остается прежним. Посторонние люди как были равнодушны – так и останутся ими. Может, станут чуть теплее или чуть холоднее к нам относиться. А в остальном все останется по-прежнему. Любовь останется. И ее тень – ненависть. Может быть, только в ином мире свет отделится от тьмы. А пока надо жить и не слишком переживать – меняется только градус…

Отношение начальника переменилось

к одному молодому сотруднику. Сначала все было нормально. И этот энергичный человек прекрасно справлялся со своей должностью – ответственной и важной. Он все реорганизовал, улучшил, наладил, привел в порядок все процессы, получил отличный результат – массу труда вложил! Буквально жил на работе и энергично все улучшал. И все наладил! Теперь работы стало меньше, все пошло своим чередом, а он только управлял. И вот начальник стал волком на него смотреть, разговаривать как-то напряженно, здороваться холодно, проявлять безразличие демонстративно. И даже этот молодой сотрудник несколько раз в лоб спрашивал начальника: не хотят ли его уволить? Начальник отнекивался, но видно, что лицемерно. И вообще атмосфера сгустилась. Возникло напряжение и трения в коллективе. Молодого человека буквально выживали с работы!

Дело было вот в чем: никто не хотел его уволить! Все шло нормально. И начальник хорошо относился, как прежде. На самом деле просто энергичному сотруднику надоела рутина. Однообразие. Привычная монотонная работа. Он искал причину уйти; ее не было. Тогда он нашел повод – дескать, не так смотрят и разговаривают не так! Ведь причины для того, чтобы уйти с работы, просто не было: отличная зарплата, отличные условия, бонусы и всякое такое. И подсознательно причину он изобрел; он сам провоцировал начальника и намекал: «Увольте меня!» Даже вот вслух прямо говорил про увольнение… И поэтому он видел якобы «плохое отношение», тяжелые взгляды, намеки – искал повод. Когда он честно сказал вслух: «Мне скучно! Я хочу что-то новое, рискованное, энергичное!» – ему сразу легче стало. Он поговорил с руководителем откровенно, и его перевели в другой отдел – там как раз надо было все с нуля начинать. И дали повышение – он очень этого хотел.

Так что иногда человек сам изобретает повод, если нет причины. Если ему что-то или кто-то надоел, опостылел, а признаться себе в этом трудно… И он переносит ответственность на других, чтобы его уволили или развелись с ним… Да-да, в личных отношениях тоже часто так происходит – ищут повод и уверяют, что к ним не так относятся… Но это уже другая история, более грустная – в любви не так легко все исправить или уйти в другой отдел…

Больше всего после стресса, удара, внезапного нападения

хочется замереть. Упасть, сесть, лечь и сжаться в комочек. Невозможно ни говорить, ни двигаться; бессилие как злой гипноз сковывает члены. Сжаться и стать как можно меньше! Вот это – самое опасное состояние. Бей или беги – две реакции у нервной системы. Две природные правильные реакции. Замереть – это умереть. Происходит паралич симпатической нервной системы, и вы гибнете, даже если больше ударов нет. Только последствия удара и ожидание нового. Так гибнут туземцы, когда злой колдун указывает на них косточкой или палочкой. Так гибнет овца, привязанная рядом с волком, тоже привязанным на безопасном расстоянии.

Наоборот, надо немедленно начать двигаться. Хоть на месте бежать. Бежать, наклоняться, приседать, махать руками, идти, кружиться – любые движения хороши и полезны. Они выведут вас из опасного ступора. Только надо двигаться энергично, до пота. Как бы ни сковывало вас опасное оцепенение, как бы ни хотелось сжаться и застыть. И последствия стресса окажутся не такими страшными – так организм устроен. Или нападайте – или бегите. Неважно, что объекта нет рядом; любое энергичное движение – имитация бегства или нападения. И через небольшое время силы вернутся. И способность мыслить правильно вернется. Можно будет подумать, как поступить. Движение – жизнь! – особенно в стрессовой ситуации.

Януш Корчак любил детей

Он с ними поехал в концлагерь и в газовую камеру пошел. Хотя ему предлагали бежать и спрятаться – даже фашисты его уважали за педагогический талант. Но он детей не бросил. Он сказал, когда ему предложили бежать: мол, а вы бы бросили своего ребенка? Вот и я своих двести детей не брошу. Так и вышел к нацистам из интерната, держа детей за руки. Остальные парами за ним шли – трагическое зрелище!

Но именно Януш Корчак вот что сказал об отношении к детям – а он, напомню, их любил очень. Он сказал, что сначала мы бежим на крик ребенка и все для него делаем. Днем и ночью мы обслуживаем ребенка. Несмотря на усталость или болезнь, вопреки собственным интересам и нуждам. Так и должно быть: молодая жизнь криком требует заботы и внимания. Полного нашего самопожертвования и самоотречения. Но однажды на циферблате времени неизбежно пробьет час, когда мы будем иметь полное право сказать: «И я устал. И мне больно. И мне нужно отдохнуть!» Главное – не пропустить этот час… Ребенок должен ограничить свои требования; должен в этот час понять, что мы тоже живые люди и имеем право на жизнь.

И этим словам гуманиста можно верить – он доказал свою любовь к детям. Разделил с ними страдания и гибель. Но так важно помнить его слова о важном и неизбежном часе на циферблате времени. О часе, когда нужно объяснить ребенку, что мы тоже живые. И тоже имеем право на жизнь и счастье…

Умный и воспитанный человек

всегда обижает намеренно. Так сказала Ахматова – и была совершенно права. Потом она пригласила в гости подругу, но вдруг вспомнила, что срочно надо идти по делу. Оделась и ушла. И подруга тоже вспомнила – вот эти слова. Умный и воспитанный человек всегда обижает намеренно. Даже если вздыхает, разводит руками, приносит извинения за досадный промах – не надо обольщаться. Умный это делает намеренно. Говорит то, что говорить не надо. Делает то, что причиняет вам боль. Критикует, задевает или просто забывает о вас; пригласит в гости и уйдет. Или скажет что-то неприятное, ядовитое. Или передаст вам гадости, которые о вас говорят. Умный и воспитанный человек отлично знает, как делать не надо. И если делает как «не надо», то делает с умыслом. Та подруга Ахматовой надоела. И она ее «нечаянно» обидела. Десять лет они не общались после того случая, только здоровались; подруга тоже была умная и все поняла.

Поэтому извинения надо принять, конечно. Если они последуют. И здороваться надо, конечно, – мы же воспитанные. Но отношениям приходит конец, и это нормально. Потому что мы тоже умные. И все отлично понимаем. Умный человек всегда обижает намеренно. И другой умный человек должен свернуть контакт и отойти на дистанцию…

А глупые – они все время обижают. Но на них и обижаться грех. Если, конечно, это не умные люди, которые намеренно притворяются дурачками. Так тоже бывает…

Сначала скажут: тебе надо по-другому одеться

Потом скажут, что надо похудеть. Потом – что надо энергичнее двигаться и смотреть веселее! Оптимистичнее. И не жаловаться. Сменить прическу надо. Прочитать модную книгу и фильмы для саморазвития посмотреть. А когда похудеешь, сменишь прическу, наденешь другие вещи и начнешь оптимистично улыбаться, скажут, что ты слишком старый. И что тогда делать? Так один муж сказал жене, с которой двадцать пять лет прожил. Когда она в спортивном модном костюмчике шагала с ним в трудном походе с тяжелым рюкзаком за спиной. Всю жизнь она худела, надрывалась в спортзале, качала пресс и делала стрижки, как мужу нравилось. И смотрела фильмы, которые ему нравились. И читала книги, которые он рекомендовал. А в отпуске сплавлялась по рекам и ползала по горам. И вечерами у костра, отмахиваясь от комаров, пела бардовские песни под гитару. Муж любил именно так проводить отпуск. Вот жена все делала так, как ему нравилось. Внимала критике. Старалась. А потом он рассердился, что она медленно идет с рюкзаком. И сказал: ты слишком старая!

И что делать с такой критикой? Это не вес и не прическа. Не новый фильм о космическом сознании, который можно посмотреть. Пятьдесят пять лет никуда не денешь. И становится тяжело тащить рюкзак и переть по чащобе, распевая песни… Четверть века человек все делал, как хотел другой человек, – ради сохранения брака. Чтобы любили. Чтобы понимание было! А потом муж широкими быстрыми шагами ушагал далеко вперед. А она сидела на рюкзаке и плакала – она очень устала. Как маленький седой гномик, сидела в лесу и плакала. Без всякого оптимизма. Потому что прожила не так, как хотела: морила себя голодом, потела в спортзалах, бродила по тайге и ползала по горам в отпуске. А хотела совсем другого: тихих вечеров на море, пирожки печь, ходить иногда в кино на мелодрамы, носить длинные волосы, на диване лежать изредка с книжкой, в театр ходить в красивом платье…

Она прожила не свою жизнь. Она делала, как мужу нравилось. Она не хотела его потерять! А он назвал ее старой и бросил в лесу – зачем она так медленно тащится?

Она дошла до электрички; бросила в лесу тяжеленный рюкзак. На билет хватило, и то хорошо. Ехала, смотрела в мутное стекло на мрачный лес, из которого выбралась чудом…

Она выбралась. А кто-то нет. И до сих пор худеет, стрижется, отдыхает и ест не так, как хочется, а так, как надо другим. Это зря. Потому что потом все равно могут бросить в лесу, потому что мы слишком старые и медленно тащим рюкзак…

Когда человек с нами спорит,

он становится нам неприятен. К сожалению, это всегда так. Потом, после спора, мы можем снова хорошо общаться и дружить, любить друг друга; но для этого придется приложить усилие. Пусть небольшое, но усилие. И каждый спор отнимает часть энергии любви и дружбы. Словесный спор мало чем отличается от первобытной драки. Недаром раньше даже богословские споры переходили в массовое побоище. А у многих народов спор решался дракой или даже дуэлью. Борьбой нанайских мальчиков или хлестанием друг друга плетью до смерти. Кто выжил – тот и победил…

Спорить и отстаивать свою правоту надо, конечно. Если речь о защите наших интересов, о справедливости, о чести. Но спорить надо с чужими, а со своими надо как-то аккуратнее, мягче обращаться. Когда человек спорит с нами, подсознание немедленно выстраивает против него защиту; не против его аргументов, а против самого спорщика. И он становится враждебным объектом, даже если он прав. И мы соглашаемся иногда с неопровержимыми аргументами. И признаем неправоту, ошибку. Но внутренне продолжаем фразу так: «Да, вы правы. Какой вы неприятный тип все-таки!»…

Так что в спорах мало полезного – в спорах между близкими. И выходишь из дискуссии разбитым и утомленным – это энергия растратилась бесплодно. И на душе нехорошо, настроение снизилось, даже если мы наповал убили оппонента своими верными аргументами. Вот именно – «наповал убили»; но это же наш близкий человек, наш друг! Или он нас наповал убил. Или мы оба надавали друг другу тумаков, сцепившись из-за пустяка, в сущности…

Так что спорить надо с врагами. Или с посторонними людьми, которые нарушают наши права и границы. Это нормально и хорошо – отстаивать свои интересы. А вот со своими спорить не надо – по возможности. Каждый спор отнимает частицу любви и доверия, а их так трудно восстановить потом…

Стать фотографом

очень просто. Надо купить отличный фотоаппарат. И начать фотографировать желающих за хорошую оплату – фотоаппарат ведь дорогой. Фотографы меня поймут сейчас – стать хорошим и востребованным мастером очень трудно. Не только фотоаппарат нужен. Обучение долгое, реклама, студия, осветительные приборы – и талант. Главное – талант…

И так со всеми профессиями. Поэтому решение изменить жизнь, все бросить и начать новое дело – это серьезное решение. Не все так просто – но часто человек это понимает потом. Как дама у Чехова, которая полагала, что надо просто уехать от опостылевшего мужа на море, открыть библиотеку и этим жить. Но оказалось, что библиотека никому не нужна, с жильем проблемы и вообще: на юге много разбойников и могут ограбить. И надо работать каждый день с утра до вечера, если хочешь хоть копейку заработать.

А как же бабушка Мозес, которая рисовать на восьмом десятке начала? Почему бы не начать рисовать? А бабушка Мозес всю жизнь вышивала, кропотливо и талантливо. Вот на этом навыке она построила свое новое дело – рисование. Это сходные навыки и профессии. Ну и талант у нее был. От Бога талант. И громадное трудолюбие.

А как же Маргарет Митчелл, простая домохозяйка, написала «Унесенных ветром» и прославилась? А вы прочитайте, сколько она до этого написала. Она была журналистом в юности и всю жизнь писала тексты. И читала очень много…

И так со всеми профессиями. В зрелом возрасте добиться успеха на пустом месте нельзя. Начать проектировать дома, писать картины, лечить людей или философией заниматься можно только имея навыки и знания. Опыт. Фундамент. Покупка дорогого рояля ничего не решит, если нет начального музыкального образования и слуха. И начать танцевать можно! Но только если есть одаренность и навыки. Базовые навыки. Если хотите танцевать за деньги, конечно. По-настоящему.

Строить новый бизнес и новый успех лучше всего, опираясь на опыт и талант. Начинать нужно не с покупки дорогого инструмента – с обучения и практики. Иначе фотоаппарат будет пылиться в шкафу, краски высохнут, а три страницы текста будут напоминать о попытке написать роман и прославиться. Или вот одна дама решила разбогатеть, став блогером-путешественником. Но денег с пенсии хватает на билет в плацкартный вагон до соседнего городка. А интернетом она пока пользоваться не умеет. Это придет потом! – так она решила. Нет. Надо начинать прямо сейчас, немедленно. С обучения и получения полной информации о том, что мы собираемся делать. Нам давно не пятнадцать лет. И кормить нас некому обычно. А библиотека на юге – вещь хорошая. И фотоаппарат. Их хотя бы продать потом можно и вернуть деньги. А время не вернешь…

Давным-давно ничего не знали

об устройстве мозга. О влиянии негативных мыслей и образов с точки зрения психофизиологии. Но знали про лявру – от этого слова потом произошло ругательство. На самом деле лявра – это такая впивчивая пакость, невидимый паразит, который присосался к человеку и отнимает его силы и энергию. Ляврой еще называли личинку насекомого или маску карнавальную, скрывающую лицо, – у этого слова много значений. Лявра – это негативная мыслеформа; она впивается в человека и паразитирует на нем – как личинка. Или личина, маска; лявру трудно распознать.

Не было современных научных терминов и сложных объяснений; науки еще почти не было. А понятие лявры – было. И ее легко представить – как в фильме про мерзкую инопланетную сущность, такая студенистая прозрачная гадость, которая растет и растет за счет энергии человека. Лявру можно подцепить от дурного злого человека – он умышленно подселяет этих слизней другим людям. Злые пожелания, ненависть, мрачный бред, тайная зависть порождают лявр-личинок. Или можно приманить лявру самому, если злиться, завидовать, ныть и представлять мрачные образы. А потом паразит начнет жить самостоятельной жизнью. И отнимать силы, вызывать тоску и гнев, принуждать пить или совершать плохие поступки. Вот что такое лявра. Мыслеформа, так ее называли.

Сейчас эти процессы описывают научным языком. Используют термин «подсознание» и другие. Но одно ясно: что-то внутри работает против нас иногда. Что-то впилось и мучает, плохая мысль или смутный мрачный образ. Можно назвать это негативной программой, нет точного названия. Личинка. Лявра. Которую надо найти и устранить как можно быстрее. Это Чужой в нашем теле и в сознании. Вот так считалось в древности, и в этом есть смысл. Что пугает, мучает, тревожит, вызывает гнев и тоску? То и отнимает силы. Образ ли это плохого человека, ложная вина или страх – надо искать и найти. И приложить усилия, чтобы избавиться, как те астронавты в космосе. Иногда это очень трудно, но другого выхода нет…

Эдит Пиаф стала знаменитой так:

она стояла на углу улицы и пела песенки. Мимо проходил импресарио. Заслушался. И предложил ей контракт на выступления. Так начался ее путь к славе и богатству.

А если бы она стояла на углу улицы и жаловалась, ей бы подавали милостыню иногда – мелкие монетки. И делали бы неприличные предложения. Даже импресарио. Так прошла бы ее жизнь.

А если бы она стояла на углу улицы и всех критиковала, ей бы просто напинали клошары и апаши. Или как там называют французских хулиганов. И недолго бы она простояла на углу улицы.

Вот три стратегии жизни. Она выбрала правильную. Стояла и делала то, что умела хорошо. И то, что нравилось людям. И это принесло плоды.

Это все, что нужно знать о трех стратегиях жизни. Если уж оказались на улице, если уж вышли в люди – лучше применить первый способ. Гарантий нет. Но два других способа результат гарантируют – именно такой, как написано. А петь или делать то, что умеете, – это правильно. Если люди довольны и слушают пение…

Ненависть губительна

Она только на войне хороша, в битве – справедливая ненависть придает сил для победы. А в обычной жизни ненависть убивает. Ненависть к тем, кто причинил и причиняет зло. Иногда это бывшие близкие люди. Кто угодно; и ненависть не проходит. Мучает и заставляет вновь и вновь возвращаться мыслями к объекту ненависти. Да и сам враждебный объект напоминает о себе – ему нужно, чтобы его ненавидели. И тратили на это все силы. Отравляли себя ненавистью. Ненависть выжигает душу и заставляет все время быть в состоянии боевой готовности. Постоянно драться; даже во сне.

Есть средство от ненависти. Не любовь – больно жирно любить врагов и истязателей. Хотя святые люди могут любить ненавидящих. Но это долгий путь; иногда вся жизнь на такое уходит. А мы не святые. Есть хорошее средство: отвращение. Отвращение в полной мере способен испытывать только развитый человек. Это нравственное чувство – отвращение. К мерзкому, дурно пахнущему, липкому, слизистому… Отвращение – компонент ненависти. Вот на нем и надо сосредоточиться. Дурной человек отвратителен нам. Он мерзок. Думать о нем – это как думать о сами можете представить чем. О грязи или слизняке. И дотрагиваться до него также отвратительно. Отвращение – желание отстраниться как можно дальше, если есть возможность. И психологически здоровый человек испытывает отвращение – и отвращается. Отворачивается. Мысленно уходит от отвратительного объекта.

К отвратительному нет ненависти. И нет желания дотрагиваться до грязи. Или даже палочкой тыкать… Есть желание отвернуться и уйти подальше. Некого ненавидеть, если есть отвращение. Не из-за кого не спать, не есть, плакать или кричать. Это работает – отвращение. И на душе становится чисто и светло. А бороться надо, конечно; но без ненависти. Желательно в перчатках – потому что прикоснуться противно, но прибрать все равно надо. Если грязно, надо или уйти – или прибрать…

Человека просто используют

А он не понимает. Как бы открыть ему глаза и объяснить, что из него просто тянут деньги или бесплатно получают услуги? Это же так очевидно! Очевидно, да. Но здесь вот в чем дело – трудно, почти невозможно признать, что тебя не любят. Это удар по личности человека, по его самооценке, по его духовным ценностям. Мир, в котором он жил, рухнет. Его не любят. Им просто пользуются и питаются. Значит, он не заслуживает любви…

Используют обычно тех, кто в детстве пережил дефицит любви. Кому не давали конфеток. И теперь даже за фантик от конфеты такой человек готов отдавать и жертвовать – он путает истинную любовь и притворную, ради выгоды. И не слышит аргументов и пояснений, продолжая содержать прихлебателей и паразитов. Только потому, что они демонстрируют приязнь и симпатию. И умильно просят глазками: «Дай мне! И еще дай! Изба у нас без крыши, а пол прогрызли мыши!»…

Так вот, один старый приятель использовал успешного мужчину. Лучшим другом его называл. И постоянно что-то брал и просил, получал щедрые подарки и дармовую помощь для себя и для всей своей семьи. Да, он обзавелся семьей; не работал толком, жена тоже не работала, двое детей у них было. И вся семья очень любила доброго дядю Толю. Который был то ли Доброй Феей, то ли Санта-Клаусом, то ли глупым ослом для всей этой семьи. Долго рассказывать, как эти друзья строили свое благополучие на дяде Толе. И к каждому празднику получали конверт с деньгами. Но они ничего не просили. Просто рассказывали дяде Толе, как им хотелось бы на море поехать. Или машину поменять – для детей, исключительно для детей. Или как удобно зимой носить легкую шубку. Теплую. А то простываешь все время…

Дядя Толя выкинул вот какой номер. Познакомился с хорошей девушкой и влюбился. И решил жениться. Семья друга была в панике и всячески этого Анатолия настраивала против девушки. По понятной причине. И правильно! Предчувствия их не обманули. Девушка Марина не стала Толику объяснять его незавидную роль. А внимательно выслушала рассказ о том, что семья друга мечтает совершить полет на воздушном шаре и полетать на самолете. И прыгнуть с парашютом. Всей семьей они об этом мечтают и даже составили калькуляцию, сколько это стоит, – двести тысяч. На день рождения младшего ребенка они мечтают получить этот подарок. Не в деньгах дело, а в романтике! Воздушный шар и самолет! Радость в глазах детей!

Короче говоря, умная Марина взяла и обо всем договорилась сама. О воздушном шаре и парашюте для главы семейства. И даже о самолете. Вышло это в четыре раза дешевле. И хлопотать не надо. И на день рождения Марина и радостный Толик вручили конверт. Только в нем не деньги были, а оплаченные квитанции и счета. И красивые билеты! Это вам, дорогие друзья! Мы обо всем позаботились!

Ну и все. Описывать разочарованные лица даже не буду. И слова повторять, которые выпившие хозяева потом кричали вслед Толику и Марине, тоже не буду. Может, они все-таки полетели на воздушном шаре. Или на белом катере уплыли – не знаю. Но дружба кончилась. Как-то сошла на нет. А дядя Толя, которому было всего-то тридцать с небольшим, завел свою семью. И теперь ему есть о ком заботиться. Своих трое.

Так что иногда бесполезно объяснять человеку, что его просто используют. Это очень обидно и больно понимать. Но билет на воздушный шар или на белый катер можно посоветовать подарить прихлебателю – и все станет понятно очень быстро…

Король Фарук украл у Черчилля часы

А когда его разоблачили – ужас какой и позор! – он глазом не моргнул и сказал, что часы нашел. Только не добавил, что в кармане у Черчилля.

Вот, казалось бы, пустяк какой. Мелочь, право. Подумаешь, часы украл. Может, он клептоман, бедняжка. Что-то с психикой. Тем более когда этого короля свергли, во дворце обнаружили полным-полно наворованных вещей. Он даже зубную пасту крал. И саблю с медалями. Саблю и медали он украл из гроба одного военачальника. Пошел на похороны и украл. Вернее, нашел. В гробу. И взял себе.

Конечно, каждый может ошибиться и дурной поступок совершить. Но этого Фарука правильно свергли. Он горячо приветствовал Гитлера в начале войны. И даже послал ему приветственную телеграмму со словами восторга и одобрения. И все остальное становится совершенно ясно: никакой он не клептоман. И не ошибку он совершил. Обычный вор. Плохой человек. Ошибка однократна. И человек в ней всю жизнь кается. И Гитлера не приветствует телеграммами. А вместе со всеми с фашистами воюет, как сын Цветаевой – он тоже часы украл на заре юности. А потом попал на фронт и стал воевать, как все. И геройски погиб в девятнадцать лет.

Так что не в часах дело. Не в одной ошибке или заблуждении. С этим королем все, кстати, кончилось довольно хорошо – он уехал в Монако и там проматывал остатки своего состояния баснословного. И соблазнял женщин. И, возможно, продолжал красть – дурные люди не меняются. Меняются только те, кто совершил ошибку. У кого душа хорошая по сути. И к таким людям надо относиться мягче и добрее. Прощать.

Интимные отношения —

это не «неприличные отношения». Это самые сокровенные отношения между людьми, самые близкие, самые тонкие и нежные. Обычно между любящими людьми такие отношения. И разрушение отношений начинается с нарушения интимности. Это закон. Самое страшное нарушение интимности – это измена. Но не с измены все начинается.

Начинается все с обсуждения с другими людьми своего близкого человека. С обсуждения тех секретов и тайн, которые известны только вам. И не обязательно клясться и божиться, что вы ничего не расскажете, а потом рассказывать. По умолчанию мы храним секреты и тайны, даже если нас не просили это делать, а мы – не обещали. Даже если это не считается секретом. Это все равно интимная информация. Которой можно поделиться только с врачом или с другим порядочным специалистом в случае необходимости. Но просто обсуждать с другими особенности близкого человека нельзя. Даже если наш ребенок доверил нам что-то – не взяв слова, что мы никому не расскажем. А мы тут же рассказали, смеясь. Или в сети выложили, приглашая других посмеяться. Это зря. Это разрушает тонкие связи, которые нас соединяют с близким. Это начало краха отношений. И спустя пятнадцать лет не надо ломать голову: почему ребенок от нас отстранился? Потому что доверие его было предано, а интимность нарушена. Как он узнал об этом? Не знаю. Почувствовал. Невозможно объяснить, как люди узнают, что их слегка предали. Слегка выставили на всеобщее обозрение их маленькие тайны и секреты. Слегка нарушили интимность… Но как-то чувствуют и узнают.

И муж или жена, которых обсуждают с друзьями или родственниками, потом тоже нарушают интимность. Или уходят. Потому что тонкие узы порваны давно, и не ими. А теми, кто считал возможным нарушать молчаливую договоренность – не предавать друг друга.

Но это же не предательство! Нет. Это просто нарушение интимности. Но и измена не предательство. А просто нарушение интимности. Почему же тогда так больно? Почему так хочется назвать предателем того, кто изменил? Кто нарушил интимность? А потому, что нарушение интимности – это всегда больно. Сильно или не очень, но больно. Рвутся тонкие узы не сразу, а постепенно. И надо спросить себя: для чего я это рассказываю? Кому? Чего я хочу добиться? Чужие уйдут, свой останется. Но и он потом непременно уйдет, если его доверие было предано. А как он об этом узнает – какая разница…

Муж и жена стали раздельно питаться

Вот дошло до такого. Сначала были ссоры и примирения. Потом ссор не стало. И примирений тоже. Они стали спать в разных комнатах; комнат было две, как раз хватило. Они вместе прожили двадцать лет. А потом стали раздельно питаться. Это окончательное охлаждение, это совсем разрыв – когда люди раздельно питаются.

Они не говорили о разводе. Просто каждый жил своей жизнью. Муж познакомился с приятной женщиной в санатории, куда ездил один, и с ней переписывался. Она его понимала. А жена ни с кем не познакомилась. Она просто жила и молчала. О чем говорить, когда все сказано и все ясно. Когда тебя больше не любят. И ничего не хотят решать…

И вот однажды утром она стояла на кухне в халате. Надо было на работу собираться. Стояла и на маленькой, почти кукольной сковородочке жарила яичко. Одно. Правильно – яйцо. Но сковородочка и яичко были крошечными, как и жена. Уменьшительные они были, эти предметы… Крошечная женщина с не очень красивой «химией», в халате, жарила одно-единственное яичко на сковородочке. И муж зашел в кухню, налить себе чаю. Он тоже собирался на работу. И вообще – собирался он. Уходить. И жена так грустно и виновато посмотрела на него. И спросила, протягивая сковородочку: «Будешь яичко?» Он все вспомнил. Бывали времена, когда только одно яйцо и было на двоих. И из вещей – одна сковородка, две вилки. Стакан. Одеяло солдатское. Общага. И жена была молодая, веселая студентка в халатике. И смотрела не затравленно и виновато, а весело и даже игриво. Как маленький пони, из-под челки…

Он отставил сковородку и обнял жену. И стал говорить, что с ним что-то такое было нехорошее. Помешательство какое-то. Затмение нашло. Он не знает, что это было. И он просил прощения и, может быть, плакал – жена не видела: он был высокий, а она – маленькая. И сковородочка стояла на плите с золотым кружком яичка. Все бывает в жизни. Но иногда можно одуматься и все вспомнить. И прижать к себе близкого человека, особенно если он маленький. Близкие иногда – маленькие. Да и мы тоже. Любовь – это уменьшительное. Но она только кажется маленькой иногда…

Нынешний президент Америки

в девяностые имел крупные проблемы. Очень крупные. Он был должен миллиард долларов. Кругленькая сумма! И на улице он увидел бродягу. Бомжа. Указал на него и сказал: «Этот бродяга богаче меня на миллиард долларов!»

Так что мы богаче некоторых богачей. Потому что главное богатство – не быть должным. Особенно миллиард долларов. А небольшие долги можно постепенно заплатить; это все же не миллиард. Поменьше. Не быть должным – это тоже богатство. Роскошь. Свобода. Когда все, что нам принадлежит, – именно наше, а не чужое.

Так что желаю вам расплатиться с долгами, если они есть. И не иметь их; оставаться свободными и богатыми. Можно сказать, миллиардерами! А будущий президент отдал долги – и вот стал президентом. Плохим или хорошим – не знаю точно. Но деньги у него есть! Пусть и у нас будут.

Каждому достанется кусочек счастья

Кому-то – большой. Кому-то – маленький. Но достанется каждому. Даже если ни на что не надеешься, но без злобы и зависти смотришь, как другие едят угощение.

Ливень нас загнал в пиццерию – пахнет очень вкусно. Тепло. Уютно. Но пиццу мне нежелательно есть. А минеральную воду – желательно. Вместо пиццы. И мы сели за столик с минеральной водой – не будет же мой близкий человек есть пиццу, пока я воду пью. Это как-то нехорошо. Вот точно так же нехорошо, как то, что я увидела тотчас.

Две девушки забежали, совершенно мокрые. Молоденькие такие, даже не девушки, а девочки. Их тоже дождь застиг. И одна девочка, упитанная, плотная, заказала себе кусок пиццы, пирожное, салат и чай. А вторая, мокрая как мышка и такая же крохотная, ничего не заказала. Сказала стеснительно: «У меня денег нет. Я маме отдала!» Робко сказала и тихо, чтобы никто не услышал. Только подруга. Но все отлично слышно в маленьком помещении.

Они сели за столик. И плотная девочка начала есть. Есть и чаем запивать, отдуваясь. Я так изумилась, что даже не знала, что делать. Не подходить же к чужому столику, не раздавать же советы, не покупать же пиццу, чтобы дать девочке-мышке, – это унизительно. Я знаю. Я сама была бедной студенткой. И мокрая девочка-мышка сидела и смотрела, как плотная девочка – морская свинка подкрепляется. Может, и не морская. Просто – свинка. Потому что она без зазрения совести пила и ела с большим аппетитом. Свой большой кусок пиццы ела. И облизывала пальцы. А мышка отводила глаза и старалась смотреть по сторонам, чтобы не смутить приятельницу. Не выдать свое желание откусить кусочек… Она теребила ремешок рюкзачка, смотрела на свои мокрые туфли, на стены, на прилавок…

И тут из-за стойки вышел прекрасный юноша. Принц. Он там месил тесто и раскатывал круги для пиццы. Красивый принц! Немножко угловатый. Немножко руки и ноги ему еще велики. Немножко прыщики на подбородке. Но видный парень. Красивый. Просто очень юный. Наверное, он там подрабатывает. Студент, наверное. И он подошел к мышке-девочке и элегантно подал ей кусок пиццы на тарелке. И чай. И сказал: «Ваш заказ готов!» Этак поклонился, как настоящий принц. И улыбнулся девочке. А она – ему. Она стала лепетать, что ничего не заказывала. А принц отвечал, что это за счет заведения. И от него лично. Просто чувствовалось, как между ними искра пробежала. И юноша прямо весь светился. И девочка тоже. А плотная девочка даже есть перестала. И смотрела довольно завистливо. Она тоже поняла, что теперь другой девочке дают кусочек счастья. Вот прямо сейчас. Прямо при ней! А с ней не поделились…

Дождь кончился, и мы ушли – надо было спешить. Принц вернулся к работе и все смотрел на мышку. И на вторую девочку, которая без удовольствия доедала пирожное. Чизкейк, вот как оно называется. Дорогое! Можно было подруге купить чаю и кусочек пиццы, правда? Вместо пирожного-то…

Но каждый все равно получит свой кусочек счастья. Я верю в это. И своими глазами вижу. Каждый получит. Кто пока просто терпеливо сидит и ждет, пока другие едят. И не догадываются угостить…

Похороните свою бедность

Так одна женщина поступила. Она получала вполне приличную зарплату. И могла бы жить хорошо. Но молодость ее прошла в тяжелых условиях. Она всю жизнь прожила в бедности, унизительной бедности. Когда ничего было нельзя. Когда каждую копейку надо было считать. Когда каждая вещь необходимая покупалась за счет других; надо было выбирать. Лекарство маме – или ботиночки братику. Яблоко сестричке или булка хлеба на всю семью… И вещи она не носила, а донашивала. И потом, повзрослев, покупала одежду в «секонд-хэнде» или на рынке – все самое дешевое и убогое.

Страх бедности преследовал ее. Каждая покупка внушала тревогу. Она просто боялась жить хорошо. И по-прежнему покупала самую дешевую одежду и самую дешевую еду. На всем экономила. Копила деньги, но их пожирала инфляция. Она умом это понимала, но ничего поделать не могла. Пока не похоронила свою бедность.

Просто-напросто взяла все эти страшненькие убогие вещицы, которые хранила на черный день. Сложила в большую коробку. И закопала в лесу, под деревом, на закате солнца. Постояла грустно, вспомнила хорошие моменты, поблагодарила вещи за то, что они ее выручали когда-то. Повернулась и ушла. И стала жить хорошо, нормально, счастливо. Все изменилось к лучшему.

Надо расстаться с печальным прошлым, если оно вредит настоящему и ставит под сомнение будущее. Если оно цепляется и тащит вниз. Отравляет жизнь мрачными воспоминаниями и не дает дышать и жить нормально. Не обязательно так радикально действовать. Можно просто сложить все в коробку, все, что напоминает о плохом, – и убрать с глаз долой. «Положить в долгий ящик» – так раньше говорили. На дачу увезти, в гараже «позабыть», сложить на антресолях. Убрать подальше. Или вовсе выбросить решительно – кому как душа подскажет. И прошлое отвяжется. Постепенно забудется. Останется только хорошее – ведь и его было немало. Но бедность и страх надо похоронить иногда. И навсегда распрощаться с мучительными воспоминаниями…

Картину «Купчиха за чаем» все знают;

приятно на нее смотреть. Хотя продукты вредные, купчиха слишком полная, да и никакого нет драматизма или трагизма. Просто полная женщина пьет чай со сластями. И арбуз ест. Где подвиги и преодоление жизни?

А сама картина – преодоление. И другие радостные, красочные картины Кустодиева – преодоление и победа. «…я иногда удивляюсь своей где-то внутри лежащей, несмотря ни на что, радости жизни, – просто вот рад тому, что живу, вижу голубое небо…» – так писал художник. Он прожил мало – всего сорок девять лет. И большую часть своей жизни жестоко страдал – у него была опухоль позвоночника. И сначала рука отнялась; были жестокие боли. Потом ноги отнялись. И вторая рука еле двигалась. Тогда особо лечить не умели, хотя сделали операцию. Но болезнь не отступила. И художник лежа писал свои яркие и красочные картины. Он не мог гулять, ездить на отдых, любоваться видами природы. Он говорил, что все картины – у него в голове. А он их оттуда срисовывает. Для людей. Для радости и счастья.