O książce
– Ты изменил мне.
– Дорогая бывшая жёнушка, это ты изменила мне, – высокий брюнет надвигается на меня, сверкает ледяными глазами.
– Что ты такое говоришь? – спрашиваю дрожащим голосом.
– Сделаем тест ДНК, если дочь моя, то я ее заберу.
– Я не отдам тебе ее, слышишь?! – слезы текут по щекам. – Я нужна своей девочке…
Оголяет белоснежные крепкие зубы в подобии улыбки и заглядывает мне в глаза.
– Не отрицаешь, дочь – моя. Поедет со мной. У тебя пять минут на решение. Ответишь мне “да”. И я вас забираю.
Inne wersje
Opinie, 13 opinie13
Прочитала роман с большим удовольствием.Очень понравился главный герой,мужчина со своим кодексом чести,любящий свою жену.Героиня вообще очаровала.Но вот концовки как таковой я не увидела.
всё испортил конец, отрывок повтора из текста, а так, всё понравилось. Очень жизненно, как часто делают без вины виноватыми…этот сюжет многим зеркалит, поэтому заходит. автору спасибо
Очень плохой стиль. Постоянно повторяются одни и те же фразы. В конце так вообще, просто целый «кусок» повтора. Если бы это был бы короткий роман, было бы интересно, а так, к сожалению, слишком много воды(((
Удивлена, что книгу не отредактировал корректор. Повторений в тексте неприлично много. Сюжет теряет осмысленность, поэтому разочарованию место быть. А так книги Анны Гур на любителя, кто- то может не заметит…
Можно прочитать разок. Но мне не очень зашло. В эпилоге резко вклинивается часть главы. Или так задумано, не поняла. В начале чувства героини расписаны ну уж очень подробно. с повторением одних и тех же фраз.. это как то растянуто. Хотя сам сюжет ничего так. часть книги была прослушана в аудио. Вот прочтение мне понравилось больше.
Кровожадная натура поднимает голову, оскаливается
рубашки и дышала, а теперь… Теперь я задерживаю дыхание, чтобы не дышать. Выпрямляю спину и вздергиваю подбородок. Делаю вид, что не узнаю человека, которого любила больше жизни…
самому дьяволу, вылезшему из преисподней, и прикасается к моей щеке ласково-ласково.
Серьезно все, Владислав Олегович, многие проблемы вскрылись
я знаю, что прежний Миша никогда бы на меня руку не поднял, он бы ее себе отгрыз, или же… Или же рубил