Czytaj książkę: «Хроники слияния миров»

Глава 1. Обычный вечер

Солнце укатилось за горизонт как-то даже слишком быстро, будто озорной мячик, убежавший от соседского мальчишки. Легким ветерком расплылась вечерняя прохлада и все вокруг с облегчением вздохнуло. Листья деревьев и кустов перешёптывались между собой — казалось, что они проснулись и теперь хотят обсудить все события дня минувшего, а их было больше, чем обычно.

Действительно, день выдался насыщенный. Новые границы будоражили умы, пожалуй, каждого человека на планете. Даже в деревне, где своя, особенная реальность: размеренная и стабильная — все изменилось в одночасье.

Он задумчиво курил свою электронную сигарету. «Ех, в очередной раз сорвалась многообещающая попытка бросить курить» — подумал он. «Да и как тут бросить, когда.. когда мир уже не тот, что был вчера. Как жить в этом новом мире?». В один миг на его и без того забитую голову, обрушились тысячи вопросов, требующие незамедлительного внимания.

Она подошла так тихо, будто бы ее принёс тот самый вечерний ветерок, вместе с долгожданной прохладой. Подошла и положила руку на лохматую голову, волосы на которой он взъерошивал так, что казалось вместе с ними он шевелит свои мысли, чтоб ускорить процесс мышления. Ее голос зазвучал успокоительно нежно:

— Мы привыкнем, не скоро, но все ж…, — он оборвал ее, будто включил своим мыслям громкость и продолжил вслух: — Это все так странно.. у меня только один вопрос: почему мы?! Хотя, наверное и этого вопроса нет. Самое удивительное — мне не страшно, мне спокойно. Думы все обыкновенные, житейские, так сказать: что станет с климатом, чем кормить животных и тд и тп.

— Я не удивлена, — захохотала она и чмокнув его мокушку, продолжила, — уверена и эти вопросы сами собой решатся. Так должно было произойти, по другому нельзя было, мы это знали, нет не так, чувствовали! Потому и переехали из большого города. Представляешь как там сейчас?!

— Хм, ты права, в тысячный раз радуюсь нашему переезду! — он потеребил оставшийся на память брелок от рабочей машины, положенной когда-то по статусу.

— Красиво всё-таки, непривычно, но так завораживающе. — она села рядом с ним, глубоко вздохнула и продолжила, — эти стертые границы, между мирами, будто сон на яву.

— Мне кажется, хотя нет, я уверен: нас к этому готовили! Много раз я видел это во снах, я чувствую что мир оживает! — он вскочил с места, будто его укололи невидимой иглой и подошёл к одному из мест, где границы истончились. — Как хочется в это верить! Мир так устал от нас, людей.

Она подошла к мужу, все той же беззвучной походкой летнего ветерка, он обнял ее так, что они слились в единое целое. Теперь, когда границы истончились, это было заметно невооружённым взглядом, и это было прекрасно!

Что было ТАМ, не знал никто. Хотя вернее сказать знали все, но никто не мог описать это. Ведь как можно описать чувства? Нет, не те привычные для нас ощущения, которые принято называть чувствами, а нечто всеобъемлющее, всепоглощающее, настолько прекрасное и истинное, что почувствовав это, отпадает всякая потребность его описывать.

Это был обычный вечер, первый в новом мире. Солнце все так же садилось за горизонт, листья все так же сплетничали о прошедшем дне, а люди все также… хотя нет. Люди, совсем иначе любили друг друга.

Глава 2. Офелия

Цвет ее зрачков менялся по несколько раз в час. Менялся и складывался в узоры, как в детском калейдоскопе: замысловатые, причудливые и каждый раз прекрасные. Но, пожалуй, это была одна из последних деталей внешности, которую замечали ее собеседники. Первое что бросалось в глаза это волосы: они меняли свой цвет и длину, фактуру и густоту. Это было удивительно! Начинаешь ты разговор с голубоглазой блондинкой, а спустя несколько реплик, перед тобой коротко стриженная рыжуля с фиолетовыми радужками! Изменения касались и голоса. Диапазон был не так велик, как у волос и глаз, но весьма заметен даже для среднестатистического человека.

Мимикрия — это была часть адаптивных способностей их вида, в своём обществе они пользовались крайне редко этим инструментом, но если сталкивались с незнакомцами, механизм запускался сам по себе. Хотя те, кто общался с ней чаще других, отмечали что при более длительном знакомстве, изменения происходили намного реже, видимо это зависит от уровня доверия собеседнику. Поэтому никто точно не мог сказать как она выглядит на самом деле.

Произнести ее имя удавалось далеко не каждому и уж точно никогда с первой попытки, поэтому она выбрала наиболее созвучное из человеческих имён.

Представлялась она всегда так: «Приветствую Вас, от имени дружеского населения планеты, которую Вы именуете Землей. Обращайтесь ко мне по имени: Офелия». Затем, если человек был ей не знаком, она произносила стандартную, заученную на зубок фразу: «Наши миры проходят фазу слияния, раньше мы не знали о существовании друг друга, но теперь нам предстоит сожительствовать в одном общем мире. Я — посол доброй воли, моя задача состоит, в том числе, в налаживании контакта, знакомстве с Вашей культурой и социальным устройством общества. Задавайте любые интересующие Вас вопросы, постараюсь на них ответить максимально полно и адаптировано под Вашу культуру и понимание».

Она была первой, кто прошёл через границу миров. Кто-то называл эти места «порталы», другие «пленкой», третьи «пузыри», даже встречался вариант «проплешины», но в народе так и не сложилось единого названия. Официально их так и называли «границы миров», а как известно, все границы у нас «на замке». Эти не стали исключением.

Каждый, вновь обнаруженный «портал», удостаивался круглосуточной охраны и отметки на карте мира. Все они были посчитаны и под наблюдением, поэтому визит «иностранки» был тут же зафиксирован. Первым кто вступил в контакт, конечно не считая охраны, которая потеряла дар речи (под страхом наказания, да и просто под страхом), стал министр, по внеземным контактам.

Как водится, министерство было создано вместе с первыми зарегистрированными «проплешинами». Первые «порталы» появились практически одновременно в нескольких городах, на всех континентах. Не заметить их было сложно, так как образовывались они на самых оживленных улицах.

Выглядит «граница миров» как плоский мыльный пузырь, всегда разного размера, но обязательно округлой формы. Офелия, появилась из самого большого, на тот момент, «пузыря», размером с двухэтажный дом, возле новенькой «стекляшки» — элитного бизнес центра. К нему уже успели привыкнуть за прошедшие несколько недель, с момента появления.

Случилось это в середине рабочего дня: толпы одинаковых фигур, в дорогих и не очень костюмах, курсировали туда-сюда мимо «пленки». Кто-то вёл важные телефонные переговоры, по пути в офис, но всё-таки многие спешили на обед, в общем их умы были слишком заняты, чтобы заметить ещё одно существо, внезапно появившиеся на улице. Охранник «портала» задремал — шутка ли, дежурить сутки возле скучной «пленки». Его разбудила легкая вибрация и еле ощутимое дуновение ветерка. В следующий миг он услышал необыкновенно мелодичный женский голос:

— Приветствую Вас, от имени дружеского населения планеты, которую Вы именуете Землей.

— Стой! Кто здесь?! Допуск покажи!

— Я прибыла в Ваш мир через «границу миров», — продолжала незнакомка, не отвечая на вопросы охранника, — я посол доброй воли, мне необходимо наладить контакт с Вашим лидером.

— … база, база… шшш, — он судорожно схватил свою рацию и дрожащим пальцем тыкал на кнопку вызова, — тут это… ох, в общем если без мата, у меня контакт! Что?! Шутники, мать вашу… инопланетянка тут! Требует «лидера». Принял. Ожидаем. — он закончил общение с базой и обратился к гостье:

— Уважаемая, все передал, ожидаем.

И тут, глаза охранника резко увеличились в размере, а дар и без того скудной речи, совсем пропал — перед ним стояла уже не та брюнетка с модной короткой стрижкой, а милая блондинка с вьющимися волосами, чуть ниже плеч. Впрочем, рост и фигура не изменилось: она все так же была выше его, где-то на пол головы, а это не мало, учитывая что в своей баскетбольной команде он был самым высоким. Фигура же ее была, как у девочки подростка: узкие плечи и бёдра, вытянутое тело, практически отсутствовала талия и грудь — не привычные пропорции, для человеческого глаза. Заметив открытый от изумления рот охранника, Офелия мило улыбнулась и не дожидаясь, логичных в данной ситуации, вопросов поспешила внести ясность:

— Мимикрия, способность менять внешность — это естественная защитная система нашей рассы. Мы существуем на этой планете практически от момента ее создания. Мой домой — астральный мир, как называете его вы, люди. Наши тела намного тоньше ваших, физических тел, поэтому раньше лишь немногие из людского рода могли с нами контактировать и, к сожалению, большая часть из них, были приписаны к сумасшедшим. Сейчас же, когда наши миры стремятся к адгезия, проходя через «пленки», на некоторое время, мы можем уплотнить свои тела, до видимого вашей расе диапазона, соответственно вы сможете разуплотниться на некоторое время.

— Ааааа… ээээ, — в ответ послышались лишь не членораздельные звуки. Офелия поняла, что дальнейшие объяснения не имеют смысла. Она улыбнулась и они продолжили ждать «лидера» уже в тишине, которая периодически нарушалась изумленными вздохами охранники, при очередной смене образа гостьи. Впрочем, ожидание было не долгим.

И вот появился он — статный, подтянутый, широкоплечий мужчина, средних лет, но уже с серебристой сединой, в пышной шапке антрацитового цвета волос. Собственной персоны, министр по внеземным контактам.

— Приветствую, Вас, посол доброй воли! Я — уполномоченный представитель нашей рассы по контактам с внеземными формами жизни. Вы можете называть меня по имени — Александр.

— Приветствую, Александр, мое имя сложно произнести Вашей расе, я выбрала наиболее созвучное из традиционных человеческих имён, зовите меня Офелия.

— Рад нашему знакомству, Офелия! —вежливо ответив министр содрогнулся, увидев как меняются радужки глаз и цвет волос гостьи. Он хорошо разглядел ее необыкновенные глаза, ведь они были одного роста.

— Это мимикрия, — начала было объяснять Офелия, но Александр вежливым жестом показал, что не нуждается в разъяснении.

— Понимаю, о чем Вы хотите мне рассказать, но прошу Вас, не утруждайтесь. За каждым «порталом» ведётся круглосуточное видеонаблюдение и все транслируется на мои устройства, в том числе Ваш диалог с охранником, — он вежливо улыбнулся и показал свой телефон, в котором было видно, как они беседуют. Он помахал рукой в камеру наблюдения и продолжил: — Уверен, нам удобнее будет продолжить беседу в моем уютном кабинете, а как только Вы устанете и захотите отдохнуть, Вас проводят в удобные апартаменты.

— Согласна. Но прошу не стоит утруждаться излишествами, наша раса провозглашает минимализм во всем, как одно из высших благ.

— Я Вас услышал, учтём. Если что-либо понадобится или возникнут вопросы — связывайтесь напрямую со мной. — он протянул ей современный смартфон, на экране которого была всего одна иконка, для прямой связи с министром по внеземным контактам.

— Благодарю. — Офелия склонила голову в жест благодарности и взяла телефон своими тонкими, почти святящимися, пальцами.

Солнце скрылось за стеклянными высотками бизнес центров, но его закатные лучи весело и задорно скакали по фасадам, которые стали похожи на тот самый детский калейдоскоп. Они направились к его служебному автомобилю, который уже задорно подмигивал им своими огнями.

Глава 3. Первый контакт

— Вам удобно? Как по мне, так кожаные диваны придумали для чего угодно, но только не для комфорта… — он подошёл к стильному стёганному дивану из коричневой кожи и накинул на него мягкий плед, крупной, нет не крупной, а огромной вязки, такой которые вяжут используя руки вместо спиц. Угол его просторного кабинета, в котором стоял диван, моментально преобразился, кажется он даже стал немного сиять. — Прошу Вас, присаживайтесь сюда, теперь здесь будет комфортнее.

— Благодарю, — ответила Офелия и грациозно, словно кошка, опустилась на диван.

— Теперь можно продолжить нашу беседу. Ох, где же мои манеры, Вы наверняка голодны и хотите пить? Я отвык сам принимать гостей, в офисе для этого всегда есть помощники… Расскажите, пожалуйста, как питается Ваша раса?

— Все в порядке, — одаривали его нежной, понимающей улыбкой, она продолжила: — в своём мире мы питаемся энергией стихий: воздух, солнце, вода, земля, огонь и металл. Наше существование построено на симбиозе: мы заботимся о природе, природа заботиться о нас. Отсюда и вытекает наш минимализм:

1. Потребляй ровно столько, сколько нужно, чтоб не навредить окружающей среде,

2. Отдавай ровно столько, сколько можешь, чтоб не навредить себе.

Но в Вашем, более плотном мире, я чувствую, что мне не хватает этих ресурсов. Плотное тело требует чего-то ещё, но я не понимаю чего…

— Возможно, более плотной пищи? Давайте узнаём это вместе. — предложил он и подкатил к дивану журнальный столик с разной едой.

Там были сладкие и постные печенья, овощи и фрукты, горячая пицца, несколько видов канапе и напитки: вода, молоко, чёрный и зелёный чай, несколько видов сока и кофе. Все это, для удобства, было очень небольшими, дегустационными порциями.

— Советую начать с еды природного происхождения, она находится справа от Вас, а слева — то, что готовит наша раса, подвергая различным манипуляциям природное сырье.

— Это очень интересный опыт! — Офелия радовалась, как ребёнок, увидев такое изобилие форм, цветов и ароматов перед собой.

«Видимо внешность сильно зависит от эмоций — теперь она стала задорной рыжулей с вьющимися волосами, озорно торчащими в разные стороны из короткой стрижки. Глаза блестели, как два сиреневых аметиста, а щеки покрылись милыми веснушками», подумал министр, но в слух произнёс другое.

— Любопытно, — сказал Александр, заметив изменения внешности Офелии и тут же сделал запись в блокноте, стараясь не упустить мельчайших подробностей. — Какие ощущения? То что Вы сейчас положили в рот, у нас называется апельсин. Это фрукт, он растёт на деревьях в солнечных странах с очень тёплым климатом.

— Пофтряфаюфе! — Офелия отвечала с набитым ртом и сама удивилась, как прозвучали ее слова, — Ой, как интересно! Запомню. Постараюсь больше не разговаривать, когда во рту находится что-то постороннее. — она улыбнулась и продолжила дегустацию.

Дегустация продолжалась до поздней ночи. Александр старалась рассказать как можно больше гостье о происхождении еды, культуре ее потребления, традициях разных стран и народов. Конечно, за один вечер все было только в общих чертах, но даже эта «капля в море», дала некоторое понимание о нашей расе. Остановились они лишь когда заметили, что за окном небо сменило свое ночное бархатно-чёрное платье, с россыпью брильянтовых звёзд, на легкое, слегка туманное рассветное одеяние, с перламутровыми отливами, которое становилось все ярче с каждой минутой.

— Пожалуй, уже поздно. Мы увлеклись. Все же стоит проводить Вас в номер. Нам обоим надо отдохнуть. Как только наберетесь сил и желания продолжить — позвоните мне с того устройства, что я дал Вам при встрече. Кстати, оно называется телефон. — его улыбка все ещё была милой, хоть и усталой.

— Да, я согласна, пора сделать перерыв. Мое новое, более плотное тело, чувствует себя не так, как раньше — я с трудом им управляю. Со мной все в порядке? — она выглядела растерянной и вопрошающе смотрела в глаза Александра.

— Это называется усталостью. С вашим телом все хорошо, просто нужно лечь и поспать. Пойдёмте.

Взяв гостью за руку, Александр помог встать с дивана. Теперь она была длинноволосой брюнеткой с небесно голубыми глазами. Они пошли к лифту. Ехать никуда не пришлось, да и далеко ходит тоже — номер находился в соседнем здании.

На улице уже во всю щебетали самые ранние птички, фонари гасли, а туман потихоньку опускался все ниже к земле.

«Прекрасное начало! Надеюсь дальнейшее наше общение будет не менее продуктивным и приятным. Я приложу к этому все свои усилия! Приятного отдыха.» — сказал Александр, открывая дверь номера Офелии.

Прощаясь с ней он пожал руку и слегка склонился в поклоне. Она улыбнулась, склонив голову в ответ и прошла в номер. Министр по внеземным коньактам закрыл дверь, но как же сильно ему не хотелось уходить!

Постояв несколько мгновений, он будто проснулся, и очень быстро ушёл к себе. Предстояло много работы: отчитаться о первом контакте перед руководством и составить план дальнейшего взаимодействия с гостьей.

Город ожил и вдохнув свежий, утренний воздух. Все вокруг зашевелилось: люди забегали, машины выстроились в привычные утренние пробки, птицы пели, цвели цветы. Все было как и прежде, но это было начало новой жизни!

Глава 4. День второй

— Удивительно много энергии потребляет это тело! Раньше я и не знала что такое усталость. — Зайдя в свой номер, Офелия хотела присесть всего на пару минут, чтоб не теряя драгоценного времени продолжить изучение нового для неё мира. Но диван оказался настолько удобным, а усталость так сильно истощила ее, что лишь коснувшись его, она тут же заснула.

Открыв глаза, гостья не сразу поняла, что находится в номере отеля. Мелодичное пение птиц, шёпот ветерка в пышных кронах деревьев, и даже смешливые солнечные зайчики, скачущие по ее лицу — все было так же, как у неё дома.

Дом Офелии, как впрочем и большинства жителей ее мира, находился среди деревьев. Так они могли вести поистине симбиотический образ жизни и обмениваться с природой всем необходимым для полной гармонии пространства. Дома были построены из подручных материалов, отживших свой срок и подаренных им природой. Окон и дверей в их жилищах не было. По сути это были бунгало или даже навесы с местами для отдыха.

Очень часто встречались живые постройки: ветки деревьев и кустов были умело изогнуты и соединены между собой так, что позволяли укрыться жителям от осадков или палящего солнца. Хотя в этом не было особой необходимости, ведь они не знали жары или холода. Скорее это была дань памяти предкам.

Почувствовав себя дома, Офелия, без капли сомнения, протянула руки к дереву, приветствуя его, и внезапно для себя во что-то врезалась. От неожиданности цвет волос сменился на пепельный, а глаза стали настолько темными, что едва можно было различить зрачки.

Тут же она вспомнила весь вчерашний день, тяжело вздохнула и огляделась вокруг. Ее номер был просторный и светлый, из панорамных окон которого открывался шикарный вид на прилегающий к зданию сквер.

Совершив свои стандартные утренние процедуры, которые несколько отличались от принятых в плотном мире, Офелия спустилась в сквер. Там она «позавтракала» в привычной для себя манере: нашла подходящее дерево, созвучное с ее вибрациями, закатила рукава и подол своего одеяния, и обняла дерево. Хотя, правильней сказать не обняла, а слилась с ним! Ее внешность приобрела черты дерева: волосы стали одного оттенка с листьями и устремились ввысь, кожа тоже изменила цвет, впервые в этом мире, и была очень близка по цвету к коре дерева. Офелия засияла тёплым, как говорят — ламповым, светом. Свечение это было еле уловимо в лучах обеденного солнца, но все ж заметно не вооруженным глазом. «Чудесно!» — произнесла она, расплываясь в сладкой неге, слегка потянулась и добавила: «Пожалуй, сегодня я побуду в одиночестве и понаблюдаю за ними со стороны».

Почувствовав себя почти, как дома, иностранка расположилась на ближайшей скамейке. Тут же ей поспешила составить компанию местная трехцветная кошечка, которая вела своё наблюдение за щебетавшими на дереве птахами. Так они и провели весь день, пока солнце не скрылось за офисными высотками.

Александр наконец закончил все насущные дела: отчеты, рабочие встречи, подготовка к пресс-конференции — как же это все утомительно! Он подошёл к окну и заметил, как причудливо скачут лучи закатного солнца по стеклянным фасадам ближайших зданий. «Красиво» — тяжело вздохнув, сухо прокомментировал он увиденное. Стоило только подумать о чем-то красивом, как в его голове сложилась логическая цепочка: «Офелия! Я забыл ей позвонить!». Он схватился за телефон и набрал ее номер, но никто не ответил. Даже с десятой попытки не удалось ее услышать. Министр быстро собрался и устремился к ее апартаментам.

Он уже открыл дверь отеля, как вдруг что-то в сквере, привлекло его внимание. Казалось, будто над лавочкой горел уличный фонарь, окутывая ее тёплым золотистым светом. Подойдя ближе, Александр почти не удивился — он чувствовал, что это именно она. Цвет ее волос волнами сменялся по всей длине, как светомузыка, под пение вечерних птиц. Кошка громко мурлыкала у гостьи на коленях, которая тихонько напевала красивую мелодию. Все это дополнялось бликами вечернего солнца. Он стоял, заворожённый этим зрелищем, в стороне, настолько близко, чтобы слышать и видеть все происходящее, и при этом не быть замеченным и не помешать ей. Прошло несколько мгновений и Офелия посмотрела в его сторону, одарив его своей обезоруживающей улыбкой. — Здравствуйте, Александр! — Здравствуйте, Офелия, я прощу простить меня, если побеспокоил или прервал Ваше занятие. Мои попытки дозвониться до Вас были тщетными и я решил лично проверить: все ли в порядке. — О, я забыла про ту штучку, что Вы мне дали вчера..обнаружив это место я будто вернулась домой и потеряла счёт времени. В нашем мире минуты и часы не имеет такого значения, как у вас — все идёт своим чередом. У любого явления или действия есть своё начало и свой логический конец, никто не стремится за этим следить или как-то контролировать: все происходит в своё время. — Хм, вот бы моему руководству придерживаться такой позиции, — усмехнулся министр, тяжело вздохнул и продолжил: — как вижу у Вас все хорошо? Беспокоюсь только об одном — покушать не забыли? — Ах вот оно что! Забыла..- с растерянностью в голосе и взгляде, посмотрела она на него и спросила: — Вы поможете мне сегодня? Продолжим экскурсию по местной пище? — С огромным удовольствием, — он радовался этой возможности, даже больше чем она, и не смог скрыть этого, как не старался, хотя должен был вести все беседы сугубо с дипломатической дистанцией. — Прогуляемся по вечернему городу, а затем поужинаем в хорошем ресторане. Согласны? — Конечно! — ее глаза загорелись желтыми огоньками, а волосы сократились до классического каре и замерли в иссиня чёрном цвете. — Потрясающе! — он не смог сдержать свой восторг от таких изменений и необыкновенного сочетания. — простите, обычно я не позволяю себе таких бурных эмоций, постараюсь быть сдержанней. — Не стоит сдерживаться. Мне приятно наблюдать Ваши эмоции. — она встала перед ним и сказала это, заглянув в его глаза. Ее глаза манили, успокаивали и давали уверенность в правильности твоих поступков и слов. — Благодарю. Тогда нам стоит одеть Вас подобающим образом, это один из..эм, пожалуй это можно назвать социальным обрядом: каждому мероприятию или времяпрепровождению, предполагающему определенные действия, соответствует свой стиль одежды. — Интересно, но не понятно. У нашей расы практически отсутствуют одеяния. В тонком мире нет таких физических понятий, как холод или тепло, одежда носит скорей ритуальный характер или на случай путешествий в более плотный, как ваш, мир. — Получается большая часть вашего населения всегда обнажена? — Да, но у нас нет таких тел, как ваши. Женские особи от мужских несколько отличаются, но отличия не так заметны, как у людей. — Как интересно! Офелия, могу ли попросить Вас нарисовать свой автопортрет? — Я никогда не пробовала рисовать, что это? — Это когда ты переносишь увиденные или вымышленные образы на какой-то носитель для того, чтобы поделиться этим с другими людьми и они могли испытать схожие, с твоими, эмоции. — В тонком мире это происходит намного проще.. но я хочу попробовать «рисовать». — Договорились, попробуем, но не сегодня. Всему своё время, так? — он улыбнулся и подмигнул ей. — идём, оденем тебя, согласно социальным играм нашего общества. — захохотал Александр, взял Офелию за руку и они пошли к нему в офис, где ассистенты уже подготовили наряды для неё на любой случай жизни. Выбор одежды и краткая экскурсия по каждому стилю явно затянулись. Он глянул на часы, которые расположились над тем самым кожаным диваном, и нажав на кнопку вызова помощника, распорядился принести еду в офис. Скорость доставки поразила даже его: они не успели перейти от повседневной одежды к спортивной, как в дверь офиса постучал ассистент и вкатил столик с изысканным ужином на двоих. — Завтра мы всё-таки выйдем «в свет», — пообещал Александр и жестом пригласил гостью к столу,- а сейчас пришло время подкрепиться. Я покажу как это есть, а после приёма пищи, расскажу что это и как готовится. — надо заметить что вся пища, которую предлагали Офелии, была исключительно вегетарианская, так было решено на собрании министерства по внешним контактам. — Будучи Вашей гостьей, я полностью полагаюсь на Вас. — она была столь искренне мила и беззащитна, что даже при желании, которого не возникало, обидеть или как-то навредить ей не представлялось возможным. — В нашем мире такое доверительное отношение к другим людям огромная редкость и ценность. — Наша раса не знает предательства и обмана. Эти качества, как и другие негативные проявления, присуще более плотным или низшим телам. — Да, нам есть куда стремится- задумчиво ответил он и спустя пару мгновений добавил,- надеюсь ваша раса поможет нам в этом стремлении! — он улыбнулся и кокетливо подмигнул ей, затем ещё раз жестом пригласил за стол. — приятного аппетита, Офелия! — Благодарю, Александр. Ужин продолжался несколько часов. Они скакали с одной темы на другую: от пищи к одежде, от цвета кожи к религии, от растений к политике. И в этот вечер их встреча закончилась с рассветными лучами. Легкий, тёплый, летний дождик в предрассветные часы нарисовал на небе потрясающий красоты радугу. Александр с Офелией любовались этим пейзажем весь свой недлинный путь до отеля. — Отдыхайте, до встречи завтра, в смысле сегодня вечером. — Благодарю, но я хотела бы несколько дней посвятить собственным исследованиям вашего мира. Обещаю быть на связи, не забывать отдыхать и принимать пищу, — ее, василькового цвета, глаза отражали радугу, как капли дождя, а светлые кудри покачивались в такт легкому ветерку. — Договорились, обещаю не надоедать своими звонками. Значит выход «в свет» перенесём. Встретимся через два дня. По любым вопросам — звоните незамедлительно! Так закончилась эта встреча. Следующие несколько дней Офелия провела в одиночестве, под пристальным вниманием сотрудников министерства, впрочем, они ей не мешали. Город загудел в привычном ритме, не представляя какие перемены ждут его в ближайшем будущем.Зайдя в свой номер, Офелия, хотела присесть всего на пару минут и не теряя времени продолжить изучение нового, для неё, мира. Но диван оказался настолько удобным, а усталость так сильно истощила ее, что она тут же заснула. Открыв глаза, она не сразу поняла, что находится в номере отеля. Мелодичное пение птиц, шёпот ветерка в пышных кронах деревьев, и даже смешливые солнечные зайчики, скачущие по ее лицу — все было так, как у неё дома. Дом Офелии, как впрочем и большинства жителей ее мира, находился среди деревьев. Так они могли вести поистине симбиотический образ жизни и обмениваться с природой всем необходимым для процветания всего живого на планете. Даже окон в их жилищах не было, а сами дома были построены из подручных материалов- отживших свой срок и подаренных им природой. Хотя очень часто встречались живые постройки: ветки деревьев и кустов были умело изогнуты и соединены между собой так, что позволяли укрыться жителям от осадков или палящего солнца. Хотя в этом не было особой необходимости, ведь они не знали жары или холода. Скорее это была дань памяти предкам. Почувствовав себя дома, Офелия, без капли сомнения, протянула руки к дереву, приветствуя его, и внезапно для себя во что-то врезалась. От неожиданности цвет волос сменился на пепельный, а глаза стали настолько темными, что едва можно было различить зрачки. Тут же она вспомнила весь вчерашний день, тяжело вздохнула и огляделась вокруг. Ее номер был просторный и светлый, из панорамных окон, которого открывался шикарный вид на прилегающий к зданию сквер.Совершив свои стандартные утренние процедуры, которые несколько отличались от принятых в плотном мире, Офелия спустилась в сквер. Там она «позавтракала» в привычной для себя манере: нашла подходящее дерево, созвучное с ее вибрациями, закатила рукава и подол своего одеяния, и обняла дерево. Хотя, скорее не обняла, а слилась с ним! Ее внешность приобрела черты дерева: волосы стали одного оттенка с листьями и устремились ввысь, кожа тоже изменила цвет, впервые в этом мире, и была очень близка по цвету к коре дерева. Офелия засияла тёплым, как говорят — ламповым, светом. Свечение это было еле уловимо в лучах обеденного солнца, но все ж заметно не вооруженным глазом. «Чудесно!»- произнесла она, расплываясь в сладкой неге, слегка потянулась и добавила: «пожалуй, сегодня я побуду в одиночестве и понаблюдаю за ними со стороны». Почувствовав себя почти, как дома, иностранка расположилась на ближайшей скамейке. Тут же ей поспешила составить компанию местная трехцветная кошечка, которая вела своё наблюдение за щебетавшими на дереве птахами. Так они и провели весь день, пока солнце не скрылось за офисными высотками.Александр наконец закончил все насущные дела: отчеты, рабочие встречи, подготовка к пресс-конференции…как же это все утомительно! Он подошёл к окну и заметил, как причудливо скачут лучи закатного солнца по стеклянным фасадам ближайших зданий. «Красиво» — тяжело вздохнув, сухо прокомментировал вслух увиденное. «Офелия! Я забыл ей позвонить!» — он схватился за телефон и набрал ее номер, но никто не ответил. Даже с десятой попытки не удалось ее услышать. Он быстро собрался и устремился к ее апартаментам.Он уже открыл дверь отеля, как вдруг что-то в сквере, привлекло его внимание. Казалось, будто над лавочкой горел уличный фонарь, окутывая ее тёплым золотистым светом. Подойдя ближе, Александр почти не удивился, он чувствовал, что это она. Цвет ее волос волнами сменялся по всей длине, как светомузыка, под пение вечерних птиц, кошка громко мурлыкала у гостьи на коленях, и она сама тихонько напевала красивую мелодию. Все это дополнялось бликами вечернего солнца. Он стоял, заворожённый этим зрелищем, в стороне, настолько близко, чтобы слышать и видеть все происходящее, и при этом не быть замеченным и не помешать ей. Прошло несколько мгновений и Офелия посмотрела в его сторону, одарив его своей обезоруживающей улыбкой.- Здравствуйте, Александр!- Здравствуйте, Офелия, я прощу простить меня, если побеспокоил или прервал Ваше занятие. Мои попытки дозвониться до Вас были тщетными и я решил лично проверить: все ли в порядке.- О, я забыла про ту штучку, что Вы мне дали вчера..обнаружив это место я будто вернулась домой и потеряла счёт времени. В нашем мире минуты и часы не имеет такого значения, как у вас — все идёт своим чередом. У любого явления или действия есть своё начало и свой логический конец, никто не стремится за этим следить или как-то контролировать: все происходит в своё время.- Хм, вот бы моему руководству придерживаться такой позиции, — усмехнулся министр, тяжело вздохнул и продолжил: — как вижу у Вас все хорошо? Беспокоюсь только об одном — покушать не забыли?- Ах вот оно что! Забыла..- с растерянностью в голосе и взгляде, посмотрела она на него и спросила: — Вы поможете мне сегодня? Продолжим экскурсию по местной пище?- С огромным удовольствием, — он радовался этой возможности, даже больше чем она, и не смог скрыть этого, как не старался, хотя должен был вести все беседы сугубо с дипломатической дистанцией. — Прогуляемся по вечернему городу, а затем поужинаем в хорошем ресторане. Согласны?- Конечно! — ее глаза загорелись желтыми огоньками, а волосы сократились до классического каре и замерли в иссиня чёрном цвете.- Потрясающе! — он не смог сдержать свой восторг от таких изменений и необыкновенного сочетания. — простите, обычно я не позволяю себе таких бурных эмоций, постараюсь быть сдержанней.- Не стоит сдерживаться. Мне приятно наблюдать Ваши эмоции. — она встала перед ним и сказала это, заглянув в его глаза. Ее глаза манили, успокаивали и давали уверенность в правильности твоих поступков и слов.- Благодарю. Тогда нам стоит одеть Вас подобающим образом, это один из..эм, пожалуй это можно назвать социальным обрядом: каждому мероприятию или времяпрепровождению, предполагающему определенные действия, соответствует свой стиль одежды.- Интересно, но не понятно. У нашей расы практически отсутствуют одеяния. В тонком мире нет таких физических понятий, как холод или тепло, одежда носит скорей ритуальный характер или на случай путешествий в более плотный, как ваш, мир.- Получается большая часть вашего населения всегда обнажена?- Да, но у нас нет таких тел, как ваши. Женские особи от мужских несколько отличаются, но отличия не так заметны, как у людей.- Как интересно! Офелия, могу ли попросить Вас нарисовать свой автопортрет?- Я никогда не пробовала рисовать, что это?- Это когда ты переносишь увиденные или вымышленные образы на какой-то носитель для того, чтобы поделиться этим с другими людьми и они могли испытать схожие, с твоими, эмоции.- В тонком мире это происходит намного проще.. но я хочу попробовать «рисовать».- Договорились, попробуем, но не сегодня. Всему своё время, так? — он улыбнулся и подмигнул ей. — идём, оденем тебя, согласно социальным играм нашего общества. — захохотал Александр, взял Офелию за руку и они пошли к нему в офис, где ассистенты уже подготовили наряды для неё на любой случай жизни.Выбор одежды и краткая экскурсия по каждому стилю явно затянулись. Он глянул на часы, которые расположились над тем самым кожаным диваном, и нажав на кнопку вызова помощника, распорядился принести еду в офис. Скорость доставки поразила даже его: они не успели перейти от повседневной одежды к спортивной, как в дверь офиса постучал ассистент и вкатил столик с изысканным ужином на двоих.- Завтра мы всё-таки выйдем «в свет», — пообещал Александр и жестом пригласил гостью к столу,- а сейчас пришло время подкрепиться. Я покажу как это есть, а после приёма пищи, расскажу что это и как готовится. — надо заметить что вся пища, которую предлагали Офелии, была исключительно вегетарианская, так было решено на собрании министерства по внешним контактам.- Будучи Вашей гостьей, я полностью полагаюсь на Вас. — она была столь искренне мила и беззащитна, что даже при желании, которого не возникало, обидеть или как-то навредить ей не представлялось возможным.- В нашем мире такое доверительное отношение к другим людям огромная редкость и ценность.- Наша раса не знает предательства и обмана. Эти качества, как и другие негативные проявления, присуще более плотным или низшим телам.- Да, нам есть куда стремится…- задумчиво ответил он и спустя пару мгновений добавил,- надеюсь ваша раса поможет нам в этом стремлении! — он улыбнулся и кокетливо подмигнул ей, затем ещё раз жестом пригласил за стол. — приятного аппетита, Офелия!- Благодарю, Александр.Ужин продолжался несколько часов. Они скакали с одной темы на другую: от пищи к одежде, от цвета кожи к религии, от растений к политике. И в этот вечер их встреча закончилась с рассветными лучами.Легкий, тёплый, летний дождик в предрассветные часы нарисовал на небе потрясающий красоты радугу. Александр с Офелией любовались этим пейзажем весь свой недлинный путь до отеля.- Отдыхайте, до встречи завтра, в смысле сегодня вечером.- Благодарю, но я хотела бы несколько дней посвятить собственным исследованиям вашего мира. Обещаю быть на связи, не забывать отдыхать и принимать пищу, — ее, василькового цвета, глаза отражали радугу, как капли дождя, а светлые кудри покачивались в такт легкому ветерку.- Договорились, обещаю не надоедать своими звонками. Значит выход «в свет» перенесём. Встретимся через два дня. По любым вопросам — звоните незамедлительно!Так закончилась эта встреча. Следующие несколько дней Офелия провела в одиночестве, под пристальным вниманием сотрудников министерства, впрочем, они ей не мешали. Город загудел в привычном ритме, не представляя какие перемены ждут его в ближайшем будущем.

Глава 5. Обратный контакт

Шёл дождь. Он планомерно барабанил свою заурядную мелодию, нагоняя тоску и дикое желание закутаться в пушистое облако одеяла и проспать там целый день. «Скорей бы закончилась моя смена. По пути домой, забегу за попкорном или чипсами, и залипну в любимый сериал!» — мечтательно проговаривал план действий охранник «границы миров». Тут пришёл его сменщик, они обменялись рукопожатиями и лишь им понятными фразами, в качестве приветствия.

Монотонный дождик усилился и несколько мгновений лил буквально, как из ведра, создав стену воды на «портале» так, что теперь он выглядел точь-в-точь как зеркало! И тут, откуда не возьмись, выскочил юноша. Он появился так близко к зеркалу портала, что охранники не успели добежать до него. Юноша прорвался сквозь водную гладь «пузыря». Они ахнули, обронив свои тяжелые служебные сумки, а заодно и пару нецензурных фраз. Оба схватились за рации и начали вызывать своё начальство. Хоть эти действия и были предписаны их контрактом, особого смысла в них не было — за всеми «границами» велось круглосуточное наблюдение. Уже через пару минут возле них стоял начальник с неизвестным мужчиной в дорогом костюме.

— Свободны. — Скомандовал мужчина.

— Вы слышали? Расходитесь. Сегодня вам обоим тут делать уже нечего. Завтра, в смысле сегодня в 8.00 утра жду у себя в кабинете. Будем разбираться, что с вами делать. — Сказал начальник охраны и жестом велел поскорее уходить.

— Так точно. — Охранники вытянулись по струнке, по привычке отдали честь и быстро ретировались с места происшествия.

— Ну и что теперь делать? Не лезть же нам туда за ним?! — обратился начальник к мужчине.

— Конечно, нет. Как он пробрался так близко незамеченным? Начнём с камер и опознания личности. Затем розыск знакомых и так далее, все по стандартной схеме. Я доложу в другие министерства по внеземным контактам. Раз в неделю, в режиме онлайн трансляции, проходило совещание министерств по внеземным контактам всех стран. Обычно это довольно скучное мероприятие. Оливер не горел желанием там присутствовать, тем более что проводилось оно по Московскому времени. Так было решено ввиду того, что первый контакт, а соответственно и все новости, были оттуда. Он посмотрел на интерьерные, во всю стену, часы. Зеркальные стрелки показывали два часа ночи — время выходить на связь с коллегами.

— Как меня слышно? Ассистенты говорят, что все в сборе. Приветствую, коллеги. — Александр бодро начал планерку. — Новости у кого-нибудь есть?

— Есть. Приветствую всех, Нью-Йорк на связи.

— Внимательно слушаем Вас, Оливер!

— У нас случился контакт наоборот…первый прорыв сквозь «пузырь» с нашей стороны. С момента происшествия прошло несколько часов. Сейчас все силы направлены на выяснение личности беглеца в иной мир. Как только будет какая-то полезная информация, я созову экстренное совещание.

— Благодарю. Держите нас в курсе дел. Я пообщаюсь на эту тему с Офелией, возможно, она сможет рассказать что-то со своёй стороны. Если нужна помощь в расследовании— обращайтесь.

— Само собой.

— Ещё есть новости? — Александр обратился ещё раз ко всем министрам, но все молчали.— Отлично, на сегодня с нас хватит. Надо отработать этот инцидент. У меня пока ничего важного по нашей гостье нет. Гуляет, привыкает, изучает. Сказала, что надо вернуться в свой мир на какое-то время. Так что теперь пристальное внимание к Нью-Йорку. В связи с этим, предлагаю перенести ближайшие планерки на удобное для министра Оливера время. Голосуем. — На экране появились два столбика голосования «за» и «против». — Отлично, раз решение единогласное, так и поступим. Господин Оливер, как определитесь со временем, сообщите всем.

— Мои ассистенты свяжутся с кабинетами министров. Благодарю за понимание.

— Считаю повестку дня исчерпанной. Если ни у кого не осталось вопросов или предложений, то мы завершаем планерку. Всего доброго.

Экран погас. Оливер выдохнул с облегчением и нескрываемой радостью от переноса во времени планерки министров. Работы предстояло много. «Все под контролем, специалисты знают своё дело, а мне нужна свежая голова» — с этими словами министр Оливер отправился к себе домой.

В проталинах пушистых облаков мерцали звёзды. Дождь закончился, на небе засияла, словно новая монетка, полная луна. Ее мягкий свет усиливался стеклянными фасадами Нью-Йоркских небоскребов и освещал улицы не хуже фонарей. Ночь была прекрасна, как и новые возможности, открывшиеся смелому юноше, сбежавшему в другой мир.

Глава 6. Мир требовал перемен

«Кажется что-то пошло не так…» — эта мысль крутилась в голове, как детская юла, и каждый час кто-то заводил её по-новой. Он почесал редеющую макушку, подошёл к окну, резко выругался и вернулся в своё рабочее кресло. На мониторе компьютера было открыто сразу несколько «окон» с записями камер видео наблюдения. «Да как так то?! То есть его точно видели 2 охранника, его видел начальник охраны на своём мониторе, а записи не осталось?!» — Оливер продолжил беседу с самим собой. Как он любил повторять, когда за этим делом его кто-нибудь ловил: «Люблю, знаете ли, поговорить с умным человеком». Разговоры вслух помогали ему сконцентрироваться и найти ту самую, ускользающую нить, подёргав за которую, он получал ответы на свои вопросы.

Его опять приковал к себе монитор. Оливер, бегая глазами по разным «окнам», в десятый раз просматривал все записи. Вдруг, его взгляд зацепился за запись с пятой камеры. «Секундочку, перемотаем…та-а-а-к, попался!»— министр подскочил и с азартом нажал на кнопку вызова ассистента: «Начальника охраны, того самого „портала“, ко мне в кабинет! Быстро!». Время пролетело незаметно, хотя чтоб добрать до офиса министра Оливера, требовалось преодолеть огромные пробки.

— Добрый вечер, вызывали? — невысокий мужчина средних лет влетел в кабинет, но несмотря на спешку, был вежлив, впрочем, как всегда.

— Уже здесь? Быстро. Привет, присаживайся. — Увлёкшись своим расследованием, Оливер, забыл про вежливости и этикет. Он был из тех людей, которые предпочитали не тратить время зря на социальные игрища, и все контакты минимизировали до сути. — Вот смотри, что я нашёл!

— Честно говоря, ничего не вижу. Ни на одной записи никого нет, что…

— Да ты не туда смотришь! На время смотри! Вот на этой камере в левом нижнем углу, смотри… смотри… стоп! — министр прервал собеседника и тыкал с нескрываемой радостью в монитор, — теперь видишь?! Понял?

— Время разное! Ничего себе! Понял. Кто-то сильно постарался. Буквально секунда с копейками не склеилась!!! Вот это у тебя глаз-алмаз! Это явно не было импульсивным поступком.

— Именно. Они, а я уверен, что у нашего беглеца был сообщник, заранее все распланировали: раздобыли видеозаписи нужных камер, поминутно рассчитали все, и так далее. Теперь нужно шерстить охрану и их знакомых. Думаю начать надо с того, кто должен был заступить на смену. — Азарт спал, и разговор продолжился в спокойном рабочем ритме.

— Принял. Пошёл работать или какие-то особые указания будут?

— Да, кроме нас двоих никто не должен знать. Копай тихо, прямой допрос не проводи. Я хочу пообщаться тет-а-тет с подозреваемыми. — он задумчиво провёл рукой по редким волосам, встал из своёго глубокого кожаного кресла и проводил начальника охраны до двери кабинета. — удачи, жду скорых новостей.

За окном уже смеркалось, загорались фонари, и гусеница из машин медленно проползала мимо небоскрёбов — все спешили, как могли, домой. Оливер стоял перед панорамным окном, любовался пробкой и вёл монолог с самим собой: «Интересно, какие мысли были в их головах? Почему именно в этот день? Эх, почему это был не я… может тоже рвануть и „пусть весь мир подождёт“, как в той рекламе? Завтра суббота, как жаль, что планерки приходится проводить в любой день недели, месяца и года. Хочется уединиться, как тому охраннику: с попкорном и сериалом». Он тяжело вздохнул и сел писать подробный отчёт со всеми вариантами, которые он смог просчитать в голове.

В Москве сегодня было пасмурно, и весь день Александр посвятил бумажной волоките. Его педантичность и внимание к мелочам проявлялись во всем: все бумаги были разложены по своим разноцветным папкам, цвет которых обозначал важность информации, хранящейся внутри. При этом у каждого «портала» была своя ячейка и номер, который присваивался в порядке проявления их в нашем мире.

В кабинете весь интерьер был продуман лично им до мелочей, пожалуй, кроме того кожаного дивана — на нем настояли ассистенты: «Статусная вещь», говорили они в один голос. Он присел на диван, достав и положив рядом тот самый плед из незаметной ниши, окинул взглядом помещение: больше заняться было нечем… Третий день пошел, как Офелия вернулась в своё пространство. «И как я жил раньше? Не могу даже вспомнить, чем я занимался, до знакомства с ней… это все стало таким не важным» — эти мысли одолевали его уже который день.

Окружающие стали замечать, в нем перемены: хотя он всегда был очень вежлив к подчинённым, но стал мягче и будто немного светился. И правда, некоторое время спусти, от момента появления «пузырей», многие люди стали светиться разными цветами. Свечение это было не яркое, но вполне заметное, особенно в пасмурные дни.

Умники, из отдела исследования новых феноменов, министерства по внеземным контактам, провели исследование и заключили: цвет свечения, вокруг отдельных личностей, зависит от различных факторов, но по сути своёй это та самая аура, наличие который долго подвергалось сомнениям. Теперь же, в связи с адгезией миров, они становятся видны, но зависят от духовной развитости и мыслительной деятельности человека. Один из них в шутку упростил, для облегчения понимания этого феномена: «толстое становится тоньше, тонкое становится толще». Тонкие тела людей уплотняются и становятся более заметными. Физические же тела, постепенно истончаются. Кстати, от этого страдает кулинарная индустрия — люди стали меньше есть, зато очень радуются врачи: пациентов с лишним весом, становится все меньше!

Свечение никак не мешало Александру, даже наоборот, так сказать грело душу. Каждый раз, когда он его замечал или обращали его внимание на это, всплывали воспоминания о ней: такой разной и загадочной гостье. Вдруг он резко встал с дивана и направился к стеллажу, в котором находились данные всех, кто хоть как-то мог быть полезен в исследовании и налаживании внеземных контактов. В его картотеке было много различных людей, в том числе высокой степени духовного развития. Он постарался отключить свой ум и довериться случаю: закрыл глаза и протянув руку к нужной полке, взял первую попавшуюся папку. На оранжевой обложке красовалась фотография довольно миловидной женщины средних лет. Надпись гласила: «Ольга. Остеопат, энергопрактик». «Отлично, завтра приглашу ее для беседы», — с этими словами он положил папку на свой рабочий стол и отправился домой.

Сумерки в пасмурную погоду делали новый мир ещё загадочнее. Казалось, будто волшебство повсюду! Редкие сияющие личности в толпе лишь усиливали эти впечатления, и тем самым зажигали новых «светлячков» — так их прозвали в народе. Из окон последних этажей офисных высоток зрелище было завораживающим и по истине волшебным.

«Послушайте! Ведь, если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно? Значит — кто-то хочет, чтобы они были?..» (В. Маяковский) — Александр вспомнил строки известного поэта, глядя на улицу из панорамного лифта с тонированными стёклами, и заметил, как вокруг стало несколько светлее — он засеял еле уловимым золотистым светом. На его лице появилась легкая улыбка, а по телу разлилось мягкое тепло, как от вечернего молока, которым мама в детстве угощала его перед сном в пасмурные дни. Ум его очистился от тревог и переживаний и со спокойным сердцем и душой он направился восвояси.

Уставший, от прагматичности и капитализма мир, быстро менялся. Эти перемены были как глоток свежего деревенского воздуха, после изнуряющих будней душного города. Мир требовал перемен и они начались.