Czytaj książkę: «Выкуп»

Глава 1

Прошел год после возвращения домой, но я всё никак не мог привыкнуть к тому, что увольнение из армии вовсе не означает освобождения от утренних подъёмов. Вот и сейчас, на часах было шесть двадцать, а возле ворот уже сигналил Макс.

Я допил чай, поставил кружку в раковину и пошёл за курткой. В доме было тихо. Холодильник негромко гудел на кухне, в прихожей тикали часы, которые бабушка подарила мне на новоселье.

Саму бабушку перевезти сюда так и не удалось. Ни уговорами, ни даже хитростью. Я ведь всё сделал, чтобы ей тут понравилось. Комната, в которой ей предстояло жить была мной сделана с учетом всех её вкусов и предпочтений. Огромный телевизор, чтобы смотреть сериалы, швейная машинка от известного бренда, о которой она мечтала, куча комнатных цветов, удобное кресло, к котором так уютно вечером читать книгу… Всё мимо.

Она приехала, осмотрела комнату, кухню, проверила, как работает плита, открыла несколько шкафов и вынесла окончательный приговор:

- Хороший дом. Но жить я тут не буду.

- Тут и тебе места хватит. Чего я один…

- Вот именно! – Разозлилась бабушка – Чего ты один? Женится давно пора, детей завести! В доме одна хозяйка должна быть, а мне своего хватает.

Дальше обсуждать было бесполезно. В её доме оставались соседки, привычная лавочка возле ворот и вся жизнь, которую она не собиралась менять ради моей просторной кухни. Я только добился, чтобы она разрешила сделать ремонт в её квартире. И то после долгого спора о том, что прежний ещё нормальный.

Таня тоже пока жила с родителями. Её отец поговорил со мной об этом прямо, без хождений вокруг да около. Если у нас серьёзные намерения - надо жениться. До свадьбы дочь останется дома, приезжать будет не позднее одиннадцати вечера и учебу не бросит. Я согласился. Таня потом спросила, не обиделся ли я. Не обиделся. В конце концов, человек хотел понять, кому отдаёт дочь. Геройские звёзды и депутатское удостоверение в этом деле ничего не гарантировали. Поэтому в большом доме я пока жил один. Иногда это было удобно. Иногда, особенно по вечерам, слишком хорошо слышались часы в прихожей.

Макс посигналил второй раз. Я вышел и запер дверь.

- Опаздываешь, депутат.

- На две минуты.

- Началось. Сначала две минуты, потом личный водитель, потом секретарша всем говорит, что тебя ни для кого нет.

- Секретарша у меня уже есть.

- Вот и я о том. Жопу уже отъел, в калитку не входит…

- Ты на пять килограмм больше чем я весишь – Засмеялся я – Так кто тут жопу отъел? Руководитель холдинга херов…

Мы доехали до офиса, поставили машину и уже привычно побежали к стадиону. Город просыпался медленно. Возле хлебного магазина разгружали фургон, на остановке дворник сгребал мокрые листья. Из открытой форточки пахнуло жареным луком. Кто-то готовил завтрак, кто-то возвращался с ночной смены. У проходной нашего швейного цеха стояли две женщины под одним зонтом. Одна заметила нас и подняла руку.

- Сергей Сергеевич! По крыше-то решили?

Я остановился. Макс пробежал ещё несколько шагов, вернулся и вздохнул.

- Общежитие? - спросил я.

- Второй подъезд. Опять течёт.

Вспомнил. Угловая комната, два таза на полу, девочка лет пяти, которая серьёзно объясняла мне, что маленький таз надо менять чаще, потому что он быстрее наполняется.

- Сегодня приедут. Материал вчера привезли.

- А то нам говорили, в понедельник начнут.

- Сегодня начнут.

Мы побежали дальше.

- Надо тебе форму другую купить, - сказал Макс.

- Чем эта плоха? Хорошая форма, кроссовки удобные, куртка отличная.

- Узнают. Скоро на пробежку с портфелем будешь выходить. Заявления принимать.

На стадионе уже собрались человек сорок. Охрана, водители, несколько ребят со склада. Равиль разминался у турника, Ильич в старом спортивном костюме командовал двумя новичками, которые пытались изобразить отжимания.

- Живот подбери, - говорил он одному. - Ты его по земле волочишь.

- Не могу больше. – Жаловался новичок, уже красный как рак от напряжения.

- Я вижу. Но живот всё равно подбери.

Ильич официально у нас не работал, отказался от всех предложенных должностей. Впрочем, как и Петрович, которого я настойчиво звал возглавить отдел собственной безопасности. Но оба пенсионера, что военный, что милицейский всё равно активно участвовали в жизни Кунара. Петрович, как и прежде собирал в своих гаражах и через своих знакомых нужную нам информацию, а Ильич почему-то решил, что лучше него никто не справится с тренировкой бойцов охраны.

Охранная фирма начиналась с нескольких знакомых мужиков. Теперь у неё были собственный начальник, бухгалтерия, оружейная комната, транспорт и договоры с предприятиями. Людей подбирали в основном своих: Афганистан, армия, знакомые знакомых. Проверяли долго. Отказать человеку было проще, чем потом объяснять его матери, почему он погиб из-за собственной дурости. Боевой опыт при этом не давал никаких поблажек. Человек мог пройти две командировки в зоне боевых действий и всё равно проспать смену, потерять ключ от склада или явиться на пост с перегаром. Таких убирали сразу. Память о прежних заслугах оставалась, работа - нет.

После бега занимались на перекладине, потом разбились по парам. Под навесом за трибунами лежали маты и висели мешки. Мы с Максом работали вместе столько лет, что почти заранее знали движения друг друга. Поэтому каждый старался придумать какую-нибудь подлость. Он поймал меня на выходе из захвата, подсек и уложил на мат.

- Стареешь, Серый.

Я перехватил его руку и дёрнул на себя. Макс рухнул рядом, едва не угодив локтем мне в лицо.

- Кто из нас старый? Ты даже лежащего добить не можешь.

Равиль, который стоял рядом в качестве судьи, покачал головой.

- Два серьёзных руководителя. Один ещё народный избранник. Валяют друг друга как два пацана за школой.

- Ему полезно, - заметил Ильич. - А то привыкнет, что все перед ним по стойке смирно стоят.