Czytaj książkę: «Прогулки по Москве 24/8»

Name: Прогулки по Москве 24/8
Author: Андрей Монамс
ISBN: 978-5-6040377-9-9

Андрей Монамс

Czcionka:

Предисловие

Москва давно уже стала столицей 1/6 части суши планеты Земля. Столицей в первую очередь духовной и культурной. Не важно, что часть территорий, входивших когда-то в Российскую Империю и СССР, теперь – самостоятельные государства. Государственные границы – понятие достаточно условное и непостоянное. А вот культурное наследие и влияние не имеют границ. Поэтому место, где жили такие выдающиеся люди, как Лев Николаевич Толстой, Антон Павлович Чехов, Андрей Дмитриевич Сахаров, Лев Давидович Ландау и другие «классики» мирового уровня, будет интересно всегда.

Сегодня Москва снова стала лидером в пространстве, от Германии до Японии, во всех смыслах этого слова. В Москву едут работать, учиться, знакомиться с историей, ходить в театры и музеи… Едут даже для того, чтобы делать покупки и просто хорошо проводить время. Ведь современная Москва – это место повышенной концентрации выставок и фестивалей, кулинарных кластеров и концертных площадок.

Сборник «Прогулки по Москве 24/8» состоит из трёх книг. В каждой из книг описано по 8 маршрутов, объединённых общей идеей. Таким образом, используя книгу, вы можете самостоятельно пройти пешком по двадцати четырём маршрутам.

В названии сборника заложен и некоторый иррациональный подтекст, так как жизнь в Москве не укладывается в обычные временные рамки 24 часа /7 дней в неделю. Город¹ не спит 24 часа в сутки, создавая впечатление, что в неделе 8 дней. Гулять по городу и открывать для себя что-то новое можно бесконечно долго. Нужно только приложить усилия, и 8 превратится в знак бесконечности.

О Москве написано много книг. И ещё больше будет написано. Город меняется, люди меняются, меняется наша оценка событий, которые произошли в прошлом, и наследия, которое досталось нам от предыдущих поколений. Каждый видит Город по-своему и замечает детали, которые незаметны другим.

Восприятие Города меняется от поколения к поколению. То, что людям, жившим в начале XX века, казалось малоценным, нам, живущим в начале XXI века, кажется очень даже значимым и интересным.

Ещё совсем недавно, в первой половине XX века, многие средневековые объекты в городе не вызывали у его обитателей особого трепета. Так, например, легко были снесены крепостная стена Китай-города, Сухарева башня и многое другое. А теперь мы с сожалением смотрим на открытки прошлых лет…

Но ведь всё, что происходило тогда, делалось для придания Москве вида и содержания современного по тем понятиям города. И ведь действительно Сухарева башня затрудняла движение немногочисленных автомобилей по Садовому кольцу.

Прошло сто лет, и автомобиль из символа прогресса превратился в обузу городской жизни. Теперь городские пространства для автомобилей стремятся сократить. И сегодня считают, что хорошо было бы иметь в Москве Сухареву башню, овеянную легендами о деятельности молодого Петра Первого и его близкого сподвижника Якова Брюса…

О том, как и для каких целей сносили Храм Христа Спасителя, даже вспоминать не хочется. А помнить нужно, чтобы не было повторений в будущем.

Кстати, о Петре Первом и Москве. Знаете ли вы, что Пётр, при всём своём буйном темпераменте и нелюбви к застойному боярскому прошлому, не собирался перестраивать центр Москвы в европейском стиле? Для этого он выбрал место на Яузе, недалеко от Немецкой слободы. И там проводил эксперименты по организации европейской городской среды (об этом вы прочтёте в главе о Лефортово).

Екатерина Вторая, хоть и приказала разработать план переустройства Кремля и центра Москвы, для чего создала Кремлёвскую экспедицию, но вовремя одумалась и отказалась от планов реконструкции и реновации. Московский дворец для себя она построила в том же Лефортово.

А вот нереализованный план реконструкции Москвы, разработанный в 1935 году, очень напоминал идеи главного архитектора екатерининской Кремлёвской экспедиции – Василия Баженова (об этом можно прочесть в первой части книги в главе об Остоженке).

Можно вновь и вновь переосмысливать и узнавать историю Москвы. Но делать это нужно с позитивным настроем, без сожалений о том, «как это было раньше». То, как было раньше, – это история. А то, как есть сейчас, мы можем увидеть и узнать сами.

Нельзя не замечать, что Москва – очень динамичный город. Он меняется и становится всё лучше и лучше. То, что возраст Москвы менее тысячи лет, и Москва – молодой, по сравнению с Римом и Афинами, город, это, скорее, плюс.

В Москве жили и живут люди, верящие в чудеса. Это может показаться странным рациональным европейцам. Но европейцы, приехавшие в Москву работать, не хотят уезжать домой. Что же их держит?

Многие туристы из Европы поражаются тому, что Город стал чистым и ухоженным. Это объясняется тем, что и сами москвичи изменились в лучшую сторону.

В последние годы Город становится ближе и доброжелательнее к своим жителям. Появляются пешеходные зоны, новые кафе, велодорожки. Фасады старых зданий реставрируются и начинают снова, как и много лет назад, радовать горожан.

Всеми возможностями, которые предоставляет Москва, нужно уметь пользоваться. Это умение не придёт к вам в руки само. Этим умением нужно овладевать.

Книга «Прогулки по Москве 24/8» предназначена быть руководством к действию для тех, кто хочет лучше понять и почувствовать уникальный Город, расположенный на семи холмах в центре России. Для тех, кто хочет с комфортом жить и проводить время в Москве, а не вздыхать о том, что в Европе всё лучше и интереснее. Это не так. Многие после путешествий по европейским странам начинают интересоваться историей своего государства и приходят к выводу, что зря упускали время и не стремились узнать то, что находится совсем близко.

Маршруты прогулок книги «8 прогулок по Москве» проходят по центру города, внутри Садового кольца. Эти прогулки позволяют познакомиться с интересными местами в историческом центре Москвы, не пересекаясь при этом с традиционными туристическими маршрутами. Можно погрузиться в жизнь города и увидеть собственными глазами среду обитания многих знаменитых россиян. Почувствовать, как город жил в прошлом, и наблюдать, как он живёт в настоящем.

Вторая книга сборника, «Монастырский пояс Москвы», посвящена московским монастырям. Московские монастыри – уникальное явление. Они на протяжении своего существования были не только центрами духовной жизни, но выполняли и оборонительную функцию. Плюс к этому служили, так уж повелось на Руси, местами заключения известных и именитых особ. Поэтому прогулки по московским монастырям будут интересны всем, независимо от религиозной принадлежности и отношения к религии. Без знакомства с историей московских монастырей не будет понимания того, как же Москва стала лидером в так называемом «Евразийском» пространстве.

Третья книга сборника посвящена заповедным местам на территории современной Москвы. Тем местам, где можно соприкоснуться с историей и одновременно просто хорошо провести время в выходные дни всей семьей.

И, конечно же, этот сборник в первую очередь рассчитан на тех, кто любит гулять пешком. Маршруты, описанные в книге, позволяют провести в Москве увлекательный отпуск, который не потребует больших материальных затрат, но запомнится на всю жизнь.

Книга 1: 8 прогулок по Москве

Москва – эклектичный город. Его трудно сразу понять и оценить по достоинству. Здесь один пласт истории наслаивается на другой. На маленькой площади соседствуют пять – шесть архитектурных стилей. Иногда взгляд ломают уродливые панельки семидесятых годов ХХ века, и хочется закрыть глаза, чтобы не видеть подобного безобразия, и помечтать: вдруг они исчезнут…

А иногда, совершенно неожиданно, можно попасть в тихий дворик в центре, где стоит голубятня с чудесными породистыми птицами, и среди голубей бродит фазан…

Но эклектика касается не только архитектурных стилей, но и образа жизни. Вы можете жить в большом спальном районе, постоянно ездить на автомобиле, так как расстояния не предполагают перемещение «на своих двоих», ходить в сетевые кафе и рестораны в мегамоллах… а можете жить в небольшом уютном пространстве, ограниченном вами же, получать удовольствие от небольших несетевых уютных заведений, использовать для поездок велосипед и даже (о ужас!) наземный общественный транспорт – автобус или трамвай. Вы с удовольствием отведаете лазанью, приготовленную живущими в Москве итальянцами, попробуете разливное бельгийское пиво (вы же не за рулём), насладитесь устрицами из Белого моря.

Чтобы получать от Города всё, что он может дать, не обязательно жить в дорогом доме в центре (можно жить и в Новой Москве). Нужно места знать. И надо обладать рядом лайфхаков, чтобы видеть невидимое и открывать закрытые двери.

Как раз этому и посвящена книга «8 прогулок по Москве». Просвещён, значит, вооружён. Но вооружён не против Города, а знанием, как действовать в Городе и что интересного в этом Городе есть.

«8 прогулок по Москве» – такая же эклектичная книга, как сама Москва. Она написана с любовью к этому замечательному Городу и с желанием пробудить интерес к Москве, познакомить с местами, расположенными хоть и в пределах Садового кольца, но не лежащими на «торных путях» и потому не известными широкой публике. Маршруты прогулок посвящены также историческим памятникам, архитектурным стилям, музыкальным местам, людям. А если коротко, тому, как с удовольствием и с толком провести время в Городе.

Итак, в путь по Москве! И не обязательно ждать лета. Можно гулять в любое время года, главное, правильно одеться. И ещё одно обстоятельство стоит иметь в виду: гуляя осенью и зимой, можно лучше рассмотреть интересные здания, ведь на деревьях нет листвы.

Маршруты имеют протяжённость около семи километров. Это приблизительно десять тысяч шагов, что соответствует рекомендуемой дневной норме подвижности для здорового человека и вполне по силам как детям старше шести лет, так и пожилым людям. Планируйте два – два с половиной часа на прохождение маршрута и остановки у интересных объектов.

Порой вам будет казаться, что начало и конец маршрута располагаются довольно далеко друг от друга. Не волнуйтесь, описанные маршруты неоднократно пройдены и выверены. Попробуйте и вы пройти ими. Не стоит пытаться проехать маршрут на автомобиле – это займёт слишком много времени, и вы не получите никакого удовольствия. Можно накануне, подобно героям Булгакова или Шагала, мысленно пролететь по маршруту, пользуясь картой в компьютере.

Открывайте книгу, выбирайте маршрут, просматривайте описание, и – вперёд, к исходной точке маршрута. Пройдите маршрут с книгой в руках. Останавливайтесь у зданий, описанных в книге, и читайте о них. Обращайте внимание на всё интересное, что попадётся по пути, так как не обо всём можно написать. После того, как маршрут будет пройден, поделитесь с друзьями полученными впечатлениями. Уверен, им будет очень интересно.

Прогулка первая
Огородная слобода и Чистые Пруды – между двух царских дорог

Мы будем гулять по территории Белого и Земляного города, между двумя царскими дорогами, которыми являются улицы Маросейка – Покровка и Мясницкая. Улица Маросейка была царской дорогой до времён правления Алексея Михайловича, отца Петра Первого. По этой дороге он и его предшественники ездили в свои загородные владения – Преображенское и Покровское.

Вдоль Царской дороги селились знатные и богатые люди. В том числе иностранцы, которых в Москве было довольно много. При Петре Первом Царской дорогой стала улица Мясницкая, по ней Пётр постоянно ездил в Немецкую слободу.

Однако ещё во времена царствования Ивана Грозного в районе Красных Ворот находился лес, где Иван Грозный охотился. И в этом лесу стоял Путевой дворец, в котором Иван Грозный отдыхал после охоты.

Район между улицами Маросейка – Покровка и Мясницкой настолько насыщен достопримечательностями, что знакомиться с ними можно не один день. К тому же все эти достопримечательности из разных времен. Выстроить «временную ленту» во время движения между историческими объектами невозможно. Поэтому надо расслабиться, забыть о повседневных проблемах и на несколько часов погрузиться в историю.

Нам придётся совершать прыжки из одного времени в другое. Причём из истории древней в современную и обратно. Зато потом, за чашкой кофе, с куском вкусного торта, можно будет вспомнить увиденное и обсудить с друзьями. Итак, вперёд!

Начинаем путешествие по Огородной слободе и Чистым прудам, от станции метро «Красные Ворота». Встанем на площадке между метро и Садовым кольцом и осмотрим окрестности.

Что такое Красные Ворота

Красные Ворота – это триумфальная арка, построенная по приказу Петра Первого в честь победы России в Полтавской битве и, в целом, в Северной войне со Швецией. Стояла эта арка ровно на том месте, где сейчас находится вход на станцию метро «Красные Ворота». Через эту арку победоносные войска Петра Первого входили в Москву, двигаясь от Немецкой слободы в сторону Кремля по улице Мясницкой. Традиции строить триумфальные арки на Руси не было. Так что, с большой степенью вероятности, Красные Ворота стали первой в России триумфальной аркой.

Арка была деревянной. Позднее уже Елизавета Петровна приказала на месте деревянной арки построить каменную. Арка понравилась москвичам, и её стали называть красной (от слова «красивый»). В 1927 году триумфальную арку разрушили. Позднее на её месте появился вход на станцию метро «Красные Ворота».

Справедливости ради нужно сказать, что арку Красные Ворота несколько раз хотели снести ещё до революции 1917 года. Последний раз это было в середине XIX века. Тогда арку отстояли. Но чему суждено случиться, того не миновать.

Станция метро «Красные Ворота»

Станция метро «Красные Ворота» и вход на станцию в виде «ракушки» – это не просто рядовая станция Московского метрополитена. Это памятник архитектуры. Проект станции, разработанный архитекторами Иваном Фоминым и Николаем Андриканисом, получил золотую медаль на Всемирной выставке в Париже в 1936 году. Некоторые удивляются этому и говорят, что «Красные Ворота» – далеко не самая красивая станция метро, почему выбрали именно её?

Всё нужно рассматривать в контексте времени. Станция метро «Красные Ворота» для своего времени была новым словом в развитии архитектуры и метрополитена. Стилистику её трудно определить. Это ещё не «сталинский ампир», но уже и не конструктивизм. Скорее всего, авангард.

Стили и критерии оценок быстро менялись. На Всемирной выставке в Нью-Йорке в 1939 году золотую медаль уже получил проект станции метро «Маяковская», построенной в стиле арт-деко.

Памятник Лермонтову

Напротив, уже за Садовым кольцом, мы видим памятник Михаилу Юрьевичу Лермонтову. Памятник знаменит на всю Россию благодаря фильму «Джентльмены удачи». Это тот самый «мужик, который не может сидеть, потому что он памятник».

Но почему он стоит именно в этом месте? Дело в том, что именно здесь, где сейчас стоит сталинская высотка, находился дом, в котором Лермонтов родился. А рядом с «ракушкой» входа на станцию метро «Красные Ворота» стояла церковь Трёх Святителей, в которой Михаила Лермонтова крестили.

Теперь на этом месте серый кооперативный дом, построенный в 30-е годы XX столетия. Табличка на доме сообщает, что в нём жил нарком иностранных дел Максим Литвинов. Больше об этом доме сказать нечего. Но в скверике рядом с домом стоит памятный крест в память о церкви Трёх Святителей. К сожалению, осязаемых артефактов, связанных с Михаилом Юрьевичем Лермонтовым, не осталось.

Дом-паровоз

Справа от памятника Лермонтову стоит «Дом-паровоз» – так прозвали его москвичи. Дом внешне конструктивистский. Однако в основе дома – двухэтажное здание, построенное до 1812 года.

В этом здании находились кремлёвские продуктовые склады, а во время войны 1812 года в здании располагался госпиталь, где лечили солдат, раненых в Бородинском сражении. После 1917 года здание надстроили. Позднее пристроили ещё и башню с часами. Вот так здание конца XVIII века превратилось в конструктивистское.

Сталинская высотка

Слева от памятника Лермонтову расположилась сталинская высотка. С ней связана очень интересная история. Шёл 1953 год, Сталин был ещё жив. Высотку уже построили, но не заселили. Неожиданно пришла команда сделать ещё один выход из станции метро рядом с высоткой. Рытьё котлована у самого основания гигантского здания грозило тем, что высотка могла просто сползти в него. Но отказаться от строительства входа в метро было невозможно. И тогда архитектор пошёл на просчитанный, но беспрецедентный риск: высотку наклонили в сторону от котлована, произвели работы по строительству входа в метро, а затем поставили на место. Больше подобный «трюк» никто не повторял.

Особняк Сергея фон Дервиза

За забором Научно-исследовательского института, который находится рядом с «серым домом» в Хоромном тупике, притаился особняк Сергея фон Дервиза. Об этом особняке мало кто знает. Он стоит на закрытой, охраняемой территории института, и доступа к нему нет. А между тем, это один из немногих особняков в Москве, внутреннее содержание которого сохранилось полностью и не было разграблено в революционный период. Сохранились мебель и даже, что удивительно, ковры. Особняк построен в стиле неоренессанс. Когда-то перед входом стояли две женские скульптуры.

Семья фон Дервизов происходила из Гамбурга. Фамилия звучала несколько иначе – фон дер Визе. Но русский язык адаптировал фамилию под себя. То же произошло и со многими другими фамилиями иностранцев, для которых Россия стала второй родиной, а русский язык – родным.

Семья прожила в России около двухсот лет, но перед самой революцией 1905 года Сергей фон Дервиз продал всё имущество, включая особняк, и семья переехала в Швейцарию. Обратите внимание, не на родину предков, в Германию, увёз семью Сергей фон Дервиз, а в нейтральную Швейцарию. Интуиция фон Дервиза не подвела – через 12 лет, в 1917 году, старый мир России и его обитатели перестали существовать… А спустя 16 лет и в Германии случилась катастрофа – к власти пришли нацисты. Что было дальше с Сергеем фон Дервизом – неизвестно. Это уже «швейцарская» история.

Когда-нибудь, когда НИИ переедет в более подходящее для него место, мы сможем увидеть этот прекрасный особняк и его интерьеры, над которыми работал Фёдор Шехтель. А своеобразным памятником Сергею фон Дервизу в России стал орган, который стоит в Большом зале Московской консерватории. Этот орган фон Дервиз приобрёл специально для консерватории как подарок. Теперь каждый посетитель концертов в Большом зале, вольно или невольно, перечитывает дарственную надпись на органе, сделанную очень крупными буквами. О такой саморекламе современные меценаты могут только мечтать.

Дворец Волкова-Юсуповых

Мы покидаем площадку перед входом на станцию метро «Красные Ворота» и идём вглубь района, в котором находилась Огородная слобода.

В XVI веке на территории Огородной слободы ещё росли леса. Иван Грозный ездил в эти края охотиться и имел неподалёку деревянный Путевой дворец. По легенде, из Кремля в Путевой дворец вёл подземный ход. По этому подземному ходу Иван Грозный якобы приходил в Путевой дворец, переодевался в одежду простолюдина и шёл в город послушать, что о нём говорят люди. В подземный ход в смутное время якобы спрятали знаменитую библиотеку Ивана Грозного, которую не могут найти до сих пор.

Пройдя по Большому Козловскому переулку, подходим к Дворцу Волкова-Юсуповых. Это настоящая жемчужина Огородной слободы. Дворец был построен в конце XVII века вице-канцлером Петра Первого Петром Шафировым. Но, по неизвестной причине, имя его не сохранилось в названии дворца. А вот фамилия Волкова, у которого дворец был в собственности менее года, осталась в названии. Рядом с дворцом стоят палаты дьяка Ратманова. Палаты, как и дворец, около двухсот лет принадлежали Юсуповым.

Но подойдём поближе к дворцу. Ему уже больше трёхсот лет. Дворец, несмотря на почтенный возраст, хорошо сохранился. Сохранились и настенные росписи с изображением сцен царской охоты, и львы на лестницах…

И дворец, и палаты имеют схожее устройство: второй этаж – жилой, а на первом располагались хозяйственные помещения. Во дворце Юсуповых был даже зимний сад.

Можно ли называть палаты Юсуповых дворцом или, всё-таки, правильнее называть их усадьбой? Ответ неоднозначный. Любая усадьба превращается во дворец, если в ней проведёт хотя бы одну ночь император. Был ли такой прецедент в истории палат Юсуповых – неизвестно. Скорее всего, был.

История рода Юсуповых – это история того, как истинные аристократы могут приспосабливаться и жить в сложных исторических ситуациях. Мурза Юсуф, ордынский князь, живший в районе Астрахани и ведший свой род от правителей Египта, тому пример. Когда Золотая орда окончательно ослабла, а Московское княжество, наоборот, стало подчинять себе одно соседнее государство за другим, мурза Юсуф направил двух своих сыновей на службу к Ивану Грозному, а дочь выдал за хана Казани. Сыновей крестили в православии, дали им новую фамилию Княжево и выделили во владение город на берегу Волги. Так в России появился род Юсуповых, который впоследствии стал считаться равным по знатности роду Романовых.

Фамилия Княжево со временем превратилась в Княжево-Юсуповы. Потом Княжево перестали употреблять, осталась только часть фамилии – Юсуповы. Более двухсот лет семья усиливала своё влияние в России, приумножала богатства и умудрилась не ввязаться ни в один конфликт с царствующими фамилиями. И даже участие Феликса Юсупова в убийстве Распутина повлекло всего-навсего высылку в Крым.

Интересно, что перед отъездом в эмиграцию в 1917 году Феликс Юсупов спрятал семейные драгоценности в стене московского дворца. А в 20-е годы XX века, во время ремонта, клад был найден. Может быть, сюжет «Двенадцати стульев» был навеян этим событием?..

И ещё один интересный факт: московский дворец Юсуповых связан с детством Александра Сергеевича Пушкина. Родители Александра Пушкина снимали меблированную квартиру прямо во дворце Юсуповых. Маленький Пушкин гулял с няней в окрестностях. По легенде, рядом с дворцом находился парк, где некий голландец демонстрировал аттракцион – механический кот ходит по цепи. Если это правда, то понятно, откуда появился кот учёный в поэме Пушкина «Руслан и Людмила». Не для всех очевиден тот факт, что Пушкин родился в Москве. А это именно так. Дом, в котором родился Пушкин, находился недалеко от места, где сейчас находится вход на станцию метро «Бауманская».

Огородная слобода

А теперь пойдём по Малому Харитоньевскому переулку в сторону переулка Огородная слобода и вспомним, чем занимались люди, жившие здесь в допетровские времена. А занимались они выращиванием овощей. В том числе в парниках. Умели выращивать даже дыни и арбузы. И всё у жителей Огородной слободы (как, впрочем, и других слобод в Москве) было хорошо, пока Пётр Первый не перенёс столицу в Петербург.

После переноса столицы исчез государственный заказ, и дела в московских слободах пошатнулись. Слободы в начале XVIII века стали исчезать с карты Москвы одна за другой. А освободившиеся земли стали покупать аристократы и торговые люди под застройку. Так ремесленные районы Москвы внутри Земляного вала постепенно превратились в жилые и торговые.

В конце XIX века в районе Огородной слободы начали строить городские усадьбы и доходные дома.

Доходный дом – это многоквартирный многоэтажный дом, все апартаменты в котором предназначены под сдачу внаём с целью извлечения дохода. Исключение составляла квартира владельца, который селился в своём же доме, как правило, на втором этаже.

Первый этаж, чаще всего, был нежилым и использовался, как коммерческая недвижимость, под магазины, конторы или клинику (если домом владел, например, врач).

Вложение в строительство жилья для сдачи в аренду было стандартной схемой консервативных инвестиций в то время. Доходные дома строили и врачи, и архитекторы, и инженеры, не говоря уже о купцах и промышленниках. Почему? Да потому что сдача квартир в аренду часто приносила владельцам доходных домов больше денег, чем основная деятельность.

Доходные дома в Москве кардинально отличались от своих собратьев в Санкт-Петербурге. Доходные дома в Москве могли быть больше или меньше, иметь сравнительно скромный или роскошный фасад, но всегда это были дома, имеющие свое лицо – с затейливыми деталями на фасаде и красивым подъездом. Возможно, это диктовалось конкуренцией, но не исключено, что, в первую очередь, сказывалось стремление владельцев к красоте и эстетике городской среды, а также общий подход москвичей к тому, как должна выглядеть городская застройка.

Если кто-то из владельцев недвижимости пытался экономить на фасаде здания, этот человек подвергался осуждению и критике. Порой даже в газетах. Общественное мнение работало эффективно – фасады переделывали. А вот со стороны дворов, как правило, отделка была минимальной – частенько ограничивались просто кирпичной кладкой. В Петербурге же доходные дома строились, как правило, для бедных горожан, поэтому имели невзрачные фасады и подъезды.

Филаретовское женское епархиальное училище

В Малом Харитоньевском переулке стоит особняк в классическом стиле. На заборе красуются якоря, а у парадного входа, слева и справа, установлены корабельные пушки и морские подводные мины. Это свидетельство того, что после революции, с 1925 года и до нашего времени, в особняке располагался Главный штаб Военно-Морского Флота СССР, а потом Российской Федерации. Теперь моряки уехали в Санкт-Петербург.

Особняк на месте бывшего подворья Чудова монастыря был построен в 1861 году. В 1865 году в здание въехало женское епархиальное училище. Училище было основано по инициативе митрополита московского Филарета ещё в 1832 году. Принимали на обучение в училище дочерей священников. Им полагалось казённое содержание. Но за плату в училище могли учиться девочки из любых семей. Так, например, в училище обучалась младшая сестра Антона Павловича Чехова Мария.

Доходный дом Политехнического Общества в Малом Харитоньевском переулке

Если пройти дальше по переулку в сторону улицы Мясницкой, то увидим большой доходный дом, отделанный гранитом, с буквами ПО над главным входом. Это дом Политехнического Общества в Малом Харитоньевском переулке. Этот доходный дом был построен на деньги и по заказу выпускников Императорского высшего технического училища (в советское время вуз назывался МВТУ имени Баумана) в 1905 году.

По желанию заказчиков архитектор спроектировал дом в стиле английской неоготики. На первом этаже располагались конторы. На втором находился сам клуб (зал для лекций, библиотека и т. д.), а выше – квартиры, предназначенные для сдачи в аренду. На фасаде здания изображены символы промышленной революции, родиной которой была Англия – ткацкий станок, паровоз, электродвигатель…

Интересно, что после революции, в 1918 году, вэтом доме прошёл первый съезд Коммунистического союза молодёжи (ВЛКСМ). В этом доме часто бывал и выступал В. И. Ленин.

Дом трёх композиторов

Идём дальше. На пересечении Малого Харитоньевского переулка и улицы Мясницкой стоит одноэтажный особняк с памятной доской, посвящённой Петру Ильичу Чайковскому. Его называют «Домом трёх композиторов», так как здесь бывали Пётр Ильич Чайковский, Ференц Лист и Клод Дебюсси.

Хозяйка дома, баронесса Надежда Филаретовна фон Мекк, покровительствовала Петру Чайковскому, вела с ним переписку и даже назначила композитору пенсию в размере 6000 рублей в год (это было в два раза больше, чем пенсия генерала армии в то время). Пенсия позволила Чайковскому оставить пост профессора Московской консерватории и полностью посвятить себя сочинению музыки. Очень странно, что при этом баронесса ни разу не встречалась с Чайковским лично. Вы спросите – а бывал ли Чайковский в доме на Мясницкой? Да, бывал. И не один раз. Ему даже разрешалось жить в этом доме. Но только в отсутствие хозяйки дома.

А каким образом отметился в «Доме трёх композиторов» Дебюсси? А Клод Дебюсси был домашним учителем музыки у дочери баронессы, Софии. Как часто бывает, учитель влюбился в ученицу. Нетипичным было то, что Дебюсси захотел жениться на ученице и даже попросил её руки… Это очень не понравилось баронессе фон Мекк. Она отлучила будущего знаменитого композитора от дома.

Потеряв работу в Москве, Дебюсси уехал во Францию и начал писать музыку. Что случилось с ним дальше, мы все знаем лучше, чем то, что случилось дальше с баронессой фон Мекк. А её дела пошатнулись, даже пришлось отказаться от спонсорской помощи Чайковскому.

Дом Центросоюза архитектора Ле Корбюзье

Выходим на Мясницкую и смотрим внимательно на внушительное офисное здание, облицованное красным армянским туфом. Это Дом Центросоюза. Кажется, что оно пришло к нам из 70-х годов XX века. На самом деле построили это здание гораздо раньше – в 30-х годах XX столетия. Автор проекта – знаменитый французский архитектор Ле Корбюзье. В 2015 году рядом со входом в здание Дома Центросоюза с улицы Мясницкой поставили памятник Ле Корбюзье. Это единственное здание, которое знаменитый архитектор построил в России.

По замыслу Ле Корбюзье, Дом Центросоюза должен был быть исполнен из стекла и бетона, то есть никакого туфа. Внешние окна не открывались. За внешним остеклением находился ещё один фасад, с обыкновенными, открывающимися, окнами и форточками. В пространство между внутренним и внешним фасадами предполагалось подавать тёплый или охлаждённый воздух для отопления или вентиляции.

Внутреннее пространство здания было тщательно продумано с учётом перемещения по нему большого количества служащих. Наверх можно было подняться на лифтах непрерывного действия, а вниз спуститься по специальным пандусам без ступенек…

Достраивали здание уже без участия Ле Корбюзье. В это время и появилась облицовка из красного армянского туфа для придания зданию солидности.

Городская усадьба Высоцких и здание Чернорабочей больницы

Возвращаемся в Малый Харитоньевский переулок и сворачиваем в переулок Огородная Слобода. Здесь нас интересуют два объекта – городская усадьба Высоцких и здание Чернорабочей больницы.

Чернорабочая больница была построена во второй половине XIX века. В то время Москва уже строилась в камне, но больницу, непонятно почему, построили из дерева. Наверное, считали, через непродолжительное время больницу разберут. Но строение оказалось крепким и живучим. Ему уже более ста пятидесяти лет, а оно и не собирается разрушаться. Более того, у людей, которые живут в районах массовой многоэтажной застройки, деревянное здание в центре Москвы вызывает умиление и неподдельную радость. А вот жителей сибирских городов, где деревянных зданий в центре города осталось довольно много, наш московский деревянный старец оставляет равнодушными.

Пойдём дальше и ещё раз удивимся тому, насколько разные строения в XIX веке могли соседствовать на одной улице. И насколько разные социальные слои общества жили рядом друг с другом.

Нас ждёт особняк семьи чаеторговцев Высоцких. Это была очень богатая семья, заработавшая своё состояние на поставках чая в Россию. Как и многие другие чаеторговцы, жили они недалеко от современного Курского вокзала. Почему? Потому что именно на этот вокзал приходили вагоны с чаем.

Бизнес, построенный на поставках чая, не был таким простым, как может показаться на первый взгляд. Товар деликатный, конкуренция большая… Нужно было грамотно сделать закупку и расфасовать. Но ещё более проблематичным было доставить товар в Россию и хранить перед продажей. Чай мгновенно впитывает все запахи, и вкус его безнадёжно портится. Не случайно, даже после появления кораблей на паровом ходу, ещё долго чай в Англию привозили на специальных быстроходных парусных судах. И всё это для того, чтобы не испортить чай дымом от паровых машин.

Основатель семейного предприятия Вольф Высоцкий имел хорошую репутацию. И, как следствие, фирма имела статус «поставщика двора его величества».

Особняк построил знаменитый московский архитектор Роман Клейн по заказу сына основателя фирмы – Давида Высоцкого. Так как размеры самого строения и прилегающего участка были немаленькими, особняк, скорее, надо называть городской усадьбой. Особняк стилизован под французское загородное шато (замок). На память приходят фотографии замков Луары из рекламных проспектов. Однако флигель, который выходит в переулок Огородная Слобода, построен в стиле франко-бельгийского модерна. Странная эклектика. Но, похоже, вполне допустимая на рубеже XIX и XX веков.

Особняк Высоцких интересен по нескольким причинам. Первая: в нём часто бывали отец и сын Пастернаки. Отец рисовал членов семьи Высоцких, а сын Борис преподавал «всё подряд» младшей дочери Давида – Иде Высоцкой. И получал за это деньги. Работу его никто не контролировал. Похоже, со стороны Высоцких это была необидная помощь семье Пастернаков.

Как часто бывает, «учитель» влюбился в ученицу (вспоминаем Клода Дебюсси и Софию фон Мекк). Однако, творческий любовный натиск Бориса на благоразумную Иду не подействовал. Они остались просто друзьями.

Вторая причина: Вольф Высоцкий профинансировал создание Политехнического Института на территории, где сейчас находится государство Израиль. И это было в те годы, когда идея создания еврейского государства на землях Палестины ещё только зарождалась.

Высоцкие успешно эмигрировали в Англию в 1918 году. Им удалось сохранить часть капитала. А перед Второй мировой войной семья и фирма переехали в Палестину, которая в то время находилась под протекторатом Великобритании. Фирма «Высоцкий и сыновья» существует по сей день.

Третья причина: после непродолжительного пребывания в особняке после революции 1917 года «Общества старых большевиков», здесь поселился Дворец пионеров, в котором часто бывала Надежда Константиновна Крупская.

Рядом с особняком, в сквере, стоит памятник Ленину-гимназисту. Ленина в возрасте гимназиста узнают немногие. Это и не кудрявый малыш с октябрятской звёздочки, и не лысоватый гений революции с усами и бородкой, известный нам по многочисленным фотографиям и документальным фильмам. Поэтому памятник Ленину-гимназисту перед особняком Высоцких в Огородной слободе можно смело считать памятником той сложной и неоднозначной эпохи, когда рушились государства и судьбы, но на этих руинах возникали ростки нового мира. Интересно, о чём вспоминал и что думал Борис Пастернак, когда проходил мимо особняка Высоцких в 50-е годы XX столетия?

Но мы слишком долго задержались у особняка Высоцких, нужно идти дальше.

Деревянный особняк фон Беренса

А дальше сворачиваем в Гусятников переулок и останавливаемся напротив того, что было особняком фон Беренса.

Деревянный особняк фон Беренса был представителем редкого не только в Москве, но и в мире, архитектурного стиля неогрек. Этот стиль с научной точностью копировал классические образцы строений древней Греции. Он возник в конце XIX века перед появлением стиля модерн. Особой популярностью у архитекторов, как образец для копирования, пользовался храм Эрехтеон, который находится рядом со знаменитым Парфеноном на Акрополе. Но о стиле неогрек лучше почитать отдельно.

После реновации особняк из деревянного стал пластмассовым (его обшили пластиковым сайдингом). Теперь это яркий образец того, как нельзя реставрировать исторические здания. Вместо памятника архитектуры и истории Москвы в районе появился «пряничный рождественский домик».

Дом с рыцарем

Далее по Гусятникову переулку увидим ещё одно интересное здание – «Дом с рыцарем». Этот доходный дом – ещё один пример того, что к строительству доходных домов в Москве их владельцы подходили неформально. Как и особняки, доходные дома были и остались украшением Москвы. На старом Арбате есть похожий дом, выстроенный тем же архитектором.

Меньшикова башня

И вот, наконец, мы покидаем Земляной город. Пересекаем Бульварное кольцо, ещё раз вспоминаем, что на месте бульваров стояла крепостная стена, и попадаем на территорию Белого города.

Наша следующая цель – Меньшикова башня. Точное название Меньшиковой башни – Церковь Архангела Гавриила. И переулок, в котором стоит церковь, называется Архангельским. Эта башня сейчас выглядит не так, как при построившем её Александре Меньшикове. Первоначально церковь имела колокольню из пятидесяти колоколов, обсерваторию над колокольней (ею заведовал Яков Брюс) и шпиль. Общая высота башни на три метра двадцать сантиметров превосходила колокольню церкви Ивана Великого в Кремле, что было тогда запрещено законом. Чтобы наилучшим образом представить, как выглядела башня до реконструкции, нужно вспомнить здание Адмиралтейства в Санкт-Петербурге – это почти точная копия Меньшиковой башни.

В строительстве башни принимала участие бригада каменных дел мастеров из швейцарского италоязычного кантона Тичино. Руководил бригадой Доменико Трезини, ставший впоследствии первым архитектором Санкт-Петербурга.

Сомнительно, что Меньшиков мог пренебречь законом и построить по собственному почину башню выше колокольни Ивана Великого в Кремле. Очевидно, всё было сделано по приказанию Петра Первого. А зачем?

Причина у Петра была, и достаточно веская. В начальный период его правления сохранялась опасность дворцового переворота. Исполнителями должны были быть стрельцы – элитные войска, созданные ещё Иваном Грозным. Стрельцы не принимали происходивших в жизни государства изменений и планировали начать переворот с ликвидации Немецкой слободы, как символа всего иностранного и чуждого.

Немецкая слобода находилась по отношению к Кремлю вне прямой видимости. И чтобы мгновенно среагировать на возможные действия стрельцов, была придумана информационная система. Сигнал о начале мятежа должен был передаваться из Немецкой слободы на Меньшикову башню. А сигнал с Меньшиковой башни должен был транслироваться в Кремль и на Сухареву башню, рядом с которой располагался верный Петру стрелецкий полк Лаврентия Сухарева. Кроме того, от Меньшиковой башни в Кремль и на Сухаревку отправлялись гонцы с донесениями. Гонцы жили рядом, на Мясницкой, в служебных квартирах. Многие историки считают, что именно по этой причине первое почтовое отделение в России появилось на Мясницкой.

Но вернёмся к Меньшиковой башне. После того, как Меньшикова назначили генерал-губернатором Санкт-Петербурга, он покинул Москву и больше не возвращался к своим московским проектам. В 1727 году в Меньшикову башню попала молния. В результате пожара колокола упали вниз и пробили перекрытия. Несколько десятков лет башня находилась в аварийном состоянии.

Масон Измайлов получил разрешение на восстановление башни. Он изменил её верхнюю часть, в результате чего она приобрела современную форму. На внешнюю сторону стен башни были нанесены масонские надписи латиницей. После ремонта в башне проходили собрания масонской педагогической академии, которая находилась в Кривоколенном переулке. Позднее, когда Екатерина Вторая запретила масонство, башня вновь обрела своё первоначальное предназначение – стала православной церковью.

Интересно, что масонские надписи ещё долго сохранялись на стенах Меньшиковой башни. До тех пор, пока, в середине XIX века, на них не обратил внимание митрополит московский Филарет. Он приказал, в буквальном смысле, стереть следы масонства со стен православной церкви.

Заметьте, главный вход в Меньшикову башню упирается в глухую стену. Это ещё раз напоминает о том, насколько сильно изменилась планировка Москвы.

Церковь Фёдора Стратилата

Очень близко к Меньшиковой башне стоит церковь Фёдора Стратилата. Это отдельная церковь, а не продолжение церкви Архангела Гавриила. Она является представительством Антиохийской патриархии в России. Службы ведутся на греческом языке. Интересно, что представительство Антиохийской патриархии в России появилось в 1945 году. Территориально Антиохийская патриархия находится в Сирии.

Сквер в Потаповском переулке

Сворачиваем в Потаповский переулок. На углу Архангельского и Потаповского переулков есть маленький сквер. Там стоят бюсты российских полководцев. Но самые интересные экспонаты находятся в глубине: это «Медведь – символ России» и «Памятник собакам, погибшим в Великой Отечественной войне». Стоит подойти вплотную к медведю, на шкуре которого изображены все основные символы России. Точно такой же медведь был подарен правительству Филиппин. Памятник собакам тоже очень удачный. Собака, на спине которой пристёгнуты санитарные сумки, лежит на гусенице танка. Всё очень понятно. Но немного грустно оттого, что памятник собакам не поставили в центре сквера. Они это заслужили.

Комплекс домов Кооператива военных строителей

А дальше идём по Потаповскому переулку в сторону Покровки. Переулок сохранил атмосферу XIX века. Это «тихий центр», застроенный домами разных периодов. Среди них выделяется комплекс домов Кооператива военных строителей. Серое здание, построенное в конструктивистском стиле, хорошо вписалось в окружающую застройку. В этом доме жила Ольга Ивицкая – последняя любовь Бориса Пастернака. В своей квартире она хранила рукопись романа «Доктор Живаго». Она же и передала рукопись в Италию для печати. Из этого дома её и забрали, когда она была арестована по обвинению в антисоветской деятельности.

Кроме Ольги Ивицкой в доме жили и другие заметные личности советской эпохи, но о них мы вспомним в следующий раз.

Палаты Сверчкова

В Потаповском переулке во дворе доходного дома с фасадом, выполненным в стиле неоготика, притаились палаты Сверчкова. Эти палаты – одна из старейших гражданских построек, сохранившихся на территории современной Москвы.

Первая постройка на этом месте появилась в начале XVI века. Таким образом, палатам уже около пятисот лет. Палаты в отличном состоянии, жизнь в них никогда не прекращалась, они всегда были общественным достоянием.

Во времена Екатерины Второй в палатах располагалась Школа каменных дел мастеров (аналог современного Архитектурного института). После московского пожара 1812 года в палатах заседала комиссия по разработке плана восстановления Москвы. Сейчас в палатах находится Дом народного творчества. Было время, когда в палатах, как в тюрьме, содержали Ваньку Каина – знаменитого разбойника, который работал под прикрытием полиции и сдавал своих подельников в обмен на свободу и возможность заниматься своим не богоугодным ремеслом.

Остатки стены Белого города на Хохловской площади

И вот мы, наконец, на главной царской дороге допетровских времён – на улице Маросейка – Покровка. Церковь Покрова, которая стояла на пересечении Покровки и Потаповского переулка, и дала название улице Покровке, к сожалению, не сохранилась. Не сохранились и Покровские ворота Белого города – теперь на их месте площадь у Покровских ворот. Улица Маросейка, которая продолжает Покровку в сторону Кремля, называется так, потому что в этом районе селились выходцы из Малороссии – современной Украины. А к площади Покровских ворот примыкает Хохловская площадь. Сейчас в районе Хохловской площади вскрыли и обустроили остатки стены Белого города.

Колпачный переулок

Пересекаем улицу Покровка и заходим в Колпачный переулок. На этом месте в допетровские времена располагалась Колпачная слобода. Жители Колпачной слободы занимались изготовлением головных уборов. Во дворе одного из домов, выходящих в Колпачный переулок, притаился особняк Долгоруких. Это памятник оккупации Москвы французами в 1812 году. В особняке находились французская жандармерия и военный суд. Этот суд приговорил к смерти 12 поджигателей Москвы. Приговор был приведён в исполнение во дворе особняка. Согласитесь, ситуация необычная. Захватчики судят и наказывают местных жителей за поджоги собственного имущества…

Особняк интересен и тем, что на фасаде очень чётко проступают стены палат XVII века, на основе которых он был выстроен в начале XIX века. Очень характерная для Москвы ситуация. Старые каменные палаты не разрушали (возможно, это было дорого) и строили новый особняк над старым.

Но вернёмся в Колпачный переулок и осмотрим неоготический замок, построенный по заказу семьи фон Кнопп в первые годы XX века. Это настоящий памятник возвращению лютеран в район улиц Маросейка – Покровка после снятия в XIX веке ограничений на проживание иностранцев в пределах городской черты Москвы.

Фон Кноппы торговали оборудованием для производства тканей. Часто они вступали в качестве совладельцев в товарищества по производству текстиля, делая взнос в уставной фонд не деньгами, а оборудованием. Таким образом, они стали совладельцами около ста товариществ.

Рядом находится городской особняк ещё одного лютеранина – Петра Юргенсона. Пётр Юргенсон был нотным издателем. Именно он поверил в Петра Ильича Чайковского и напечатал все его произведения. Пётр Юргенсон проделал путь от приказчика в нотном магазине Петербурга до крупнейшего издателя нот в России. Сам он происходил из бедной эстонской рыбацкой семьи, в которой было пятеро детей. Юргенсон – это не его фамилия, а фамилия его жены. Почему он взял фамилию жены, история умалчивает. Может быть, фамилия отца Кирс (Kirs) казалась слишком короткой и «колючей»?

Заходим в ворота напротив усадьбы Юргенсона и попадаем на территорию лютеранского собора Петра и Павла. Первое, что мы видим, это палаты Мазепы, возраст которых лишь на несколько десятилетий меньше, чем возраст палат Сверчкова. Как выяснили историки, Мазепа в палатах этих никогда не был. Но название палат получилось красивым и броским, поэтому их продолжают называть именем мятежного гетмана. Палаты ждут реставрации.

Лютеранский собор Петра и Павла в Старосадском переулке

Собор Петра и Павла построен в 1903 году. Но надо помнить, что церковная община лютеранской церкви Петра и Павла возникла ещё в 1630 году. Церковь первоначально находилась у Чистых прудов. Потом, вместе со всеми лютеранами, переехала в Немецкую слободу, в район, где сейчас находится станция метро «Бауманская». В XIX веке и церковь, и приход вернулись в Старосадский переулок в район улиц Маросейка – Покровка. А уже в начале XX века, в связи с ростом лютеранской общины в Москве, был построен современный собор.

Стоит побывать на органных концертах в соборе. Очень позитивно проходят и церковные праздники во дворе собора.

Нужно помнить, что пастор этого собора, Генрих Дикгоф, организовал первые в России школы для слепых детей.

И вот по Петроверигскому переулку мы выходим к кромке Ивановской горки, откуда открывается замечательный вид на Москву. Рядом с нами Аллея правителей России. За спиной – здание бывшего Коммунистического университета национальных меньшинств Запада имени Мархлевского (сейчас Лингвистический университет). Перед нами здание Московской хоральной синагоги. А если спустимся по лестнице к подножию Ивановской Горки на улицу Забелина, окажемся у знаменитого Ивановского монастыря.

Вот в этом замечательном месте мы и завершим нашу прогулку.

Прогулка вторая
Тайны Ивановской Горки и улицы Воронцово Поле

Цель прогулки – увидеть самый живописный район Москвы и узнать его историю в лицах. Вы пройдёте по маршруту, на котором не встретите ни одного здания, построенного после 1940 года. Это путешествие по архитектурному заповеднику от стен Китай-города до Земляного вала. А то, что это ещё и самый интересный район, с точки зрения историй личностей, которые жили в окрестности Ивановской горки и улицы Воронцово Поле, делает прогулку по этому району увлекательной вдвойне.

Люди всегда любили жить на склонах гор и холмов. Этот выбор оправдан уже тем, что на склоне не скапливается и не застаивается вода. И, следовательно, микроклимат в районе создаётся здоровый и комфортный. Плюс склонов ещё и в том, что они выглядят живописно и жизнерадостно в любое время года.

Но для нас главное – не микроклимат, а история места и судьбы людей, которые в этом месте жили. С этим в окрестностях Ивановской горки и Воронцова поля проблем нет. Начиная с времён Ивана Грозного, Ивановская горка и район улицы Воронцова Поля были местом, где жили и работали сотни интереснейших личностей. Проблема только в наличии свободного времени для погружения в историю. Прогулка наша будет своеобразным историческим квестом, в котором много тайн и загадок. Итак, в путь.

Памятник героям Плевны

Стартуем от памятника героям Плевны. И вот вам первая загадка. Почему памятник гренадёрам, погибшим в боях под Плевной во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов, напоминает колокол? Дело в том, что памятник героям Плевны – это не только памятник, но и часовня, в которой служат молебны. Она очень красивая внутри, но очень редко открывается. Кроме того, этот памятник должен был иметь высоту 25 метров и стоять в Болгарии.

Почему же он стоит в Москве и совсем невысокий? Ответ – так сложились обстоятельства. Нужную сумму денег на строительство не собрали. Александр Второй проект одобрил, но денег на строительство не дал. Отношения с Болгарией, пока собирали деньги и разрабатывали проект, испортились. Умер Александр Второй, а Александр Третий не пожелал финансировать проект своими личными деньгами и повелел построить памятник-часовню на деньги, которые есть, чтобы закрыть вопрос. Так и появился в Москве этот невысокий симпатичный монумент.

Невероятно, но после революции памятник-часовню превратили в общественный туалет. Трудно представить, что творилось в головах людей, которые принимали это решение. А может быть, это были не люди, а черти, которые спустились с тех самых Кулишиков? Но, как бы там ни было к концу Великой Отечественной войны памятник героям Плевны снова стал памятником (но ещё не часовней). А уже в 1992 году возобновились богослужения.

Здание, за которое Шехтель получил звание академика архитектуры

Идём по направлению к памятнику Кириллу и Мефодию, и справа за оградой видим красивое здание, за которое Фёдор Шехтель получил звание академика архитектуры. И снова вопросы: почему именно за этот многофункциональный торгово-офисный центр с гостиницей Шехтелю присудили академика? Почему высота и форма окон разная? И главное, почему после революции Шехтель оказался невостребованным и умер в нищете?

Вот ответы. Окна разного размера, потому что, когда строилось здание, ещё стояла на своём месте стена Китай-города. Разный размер и конструкция окон должны были придавать воздушность зданию, стоящему за Китайгородской стеной.

Почему академика дали именно за этот проект, непонятно. У Шехтеля было много впечатляющих проектов и до этого. Возможно, просто пришло время, и не давать звание академика Шехтелю, самому известному в то время московскому архитектору, уже было нельзя. А может, это событие косвенным образом связано с принятием Шехтелем православия.

А вот почему Шехтель оказался невостребованным после революции – вопрос без ответа. Можно только предполагать. Уникальные здания по индивидуальным заказам уже были не нужны. Начиналась эпоха индустриального строительства и простых форм. На смену модерну и классицизму пришли авангард и конструктивизм. Не только Шехтель не смог приспособиться к новым требованиям. И не только в СССР бывшие звёзды архитектуры после революционных преобразований в обществе оказывались не у дел. Так было, например, в Италии после крушения фашистского режима Муссолини, и в Германии…

Что такое Китай-город

Мы идём по Ильинскому скверу вдоль места, где стояла стена Китай-города. Китай‑город – это то, что находилось внутри Китайгородской стены. Сейчас это район, окружённый площадями Театральная, Лубянская, Новая и Старая. Так что от памятника героям Плевны, который находится не в Китай-городе, к памятнику Кириллу и Мефодию мы идём по территории Белого города – того, что был внутри Белой крепостной стены, стоявшей на месте нынешнего Бульварного кольца. Стена Белого города была снесена ещё при Екатерине Второй. На месте стены, по повелению императрицы, устроили бульвары. Но названия несуществующих ворот несуществующей стены остались в названиях площадей вдоль Бульварного кольца.

А откуда взялось название Китай-город? Версий несколько, но ни одна не связана с китайцами. На территории Китай-города китайцев никогда не было. Китай-город был первым посадом, образовавшимся под стенами Кремля. В Китай-городе жили греки, армяне, грузины, молдаване, сербы и другие представители православных народов.

Одна из версий происхождения названия Китай-город связана с временной стеной Китай-города. Временную стену строили из мешков, набитых ветками и землёй. Называли этот строительный элемент – «кита». Возможно, эти мешки, набитые землёй и ветками, напоминали москвичам китов. Отсюда и возник топоним «Китай-город».

Церковь Всех Святых на Кулишках

Вот мы и приблизились к церкви Всех Святых на Кулишках. Она стоит напротив памятника Кириллу и Мефодию. За церковью находится красивое здание в стиле модерн, в котором расположился филиал электронной библиотеки имени Ельцина. То, что такой красивый дом практически не виден с площади и находится на второй линии в глухом дворе, ещё раз напоминает о том, что улицы до начала 30-х годов XX века проходили не так, как сейчас. Поэтому многие красивые здания оказались внутри «колодцев» из банальных жилых домов 30-х годов.

Стоит обратить внимание на эту электронную библиотеку. Читальный зал библиотеки позволяет получить доступ ко всем сохранившимся оцифрованным государственным документам Российской Империи и Советского Союза. Доступ к документам возможен только из читального зала с компьютеров, принадлежащих библиотеке. Сама библиотека находится в Санкт-Петербурге.

Но вернёмся к церкви Всех Святых на Кулишках. Очередная загадка: имеет эта церковь отношение к выражению «у чёрта на кулишках» или нет? Ответить однозначно невозможно. С одной стороны, между церковью и Варварскими (ударение на втором слоге) воротами Китайгородской стены когда-то стоял женский приют для немощных старух, в котором, по легенде, завёлся чёрт. Этот чёрт якобы сквернословил во время церковных служб и кусал старушек за локти. Поймать чёрта не удавалось. Тогда пригласили очень авторитетного священника из подмосковного монастыря, и тот, путём двухмесячного непрерывного чтения молитв, извёл чёрта.

Эта история и могла стать причиной возникновения устойчивого выражения в русском языке. Но, с другой стороны, мы употребляем выражение «у чёрта на кулишках», когда хотим подчеркнуть большую удаленность. И для этого больше подходит другая церковь – церковь Трёх Святителей на Кулишках. О ней мы поговорим позже. Эта церковь тоже лежит на нашем маршруте.

А пока загляните во двор церкви Всех Святых на Кулишках. Обратите внимание на то, как поднялся уровень поверхности земли со времени строительства церкви – это очень хорошо видно по фундаменту. Вокруг фундамента пришлось вырыть ров, чтобы сохранить вид здания. Интерес представляет и дворик церкви с похожим на живого павлином в центре цветочной клумбы.

Заходить во двор нельзя. Это частная территория. Но заглянуть можно. Не удивляйтесь, если, войдя в церковь, услышите, что служба идёт на греческом языке, и церковь наполнена людьми, имеющими нероссийскую внешность. Дело в том, что Церковь Всех Святых на Кулишках является представительством Александрийской патриархии в Москве и в России. А сама Александрийская патриархия находится в Египте.

Русское Православное Палестинское общество

Мы входим на улицу Забелина и, по левую руку, видим маленький особнячок «Русского Православного Палестинского общества». Перед особнячком расположился памятник инициатору основания общества – Хитрово. И снова вопросы: что это за общество, когда возникло, чем занималось, работает ли сейчас? Что это за фамилия такая – Хитрово?

Общество возникло на рубеже XIX и XX веков. Первым председателем Общества был великий князь Сергей Александрович Романов. После его убийства в 1905 году председателем Общества стала его жена – великая княгиня Елизавета Фёдоровна. История этой немецкой принцессы, ставшей русской святой, – отдельная большая и трагическая повесть.

Общество работало по нескольким направлениям: паломничество, археологические изыскания и переселение россиян в Палестину.

Паломникам помогали приобретать билеты на пароход Одесса – Хайфа по ценам в два раза ниже номинальных. А также обеспечивали паломников дешевыми гостиницами на Святой земле. Для этого были выпущены специальные паломнические книжки.

Археологам обеспечивали «фронт работ» путём покупки Российским государством земель в областях на территории Палестины и Иордании, интересных для раскопок.

Но самое интересное, что Российское государство поощряло и поддерживало приобретение россиянами земельных участков на Святой земле. Для чего – ответить на этот вопрос, спустя более чем сотню лет, трудно. Возможно, это объяснялось крайней религиозностью семейства Романовых. Или это был способ мирного проникновения на территорию Палестины и соперничества с Великобританией за контроль и влияние на Святой земле. Возможно, но не очевидно.

После революции земли Российской Империи на Святой земле стали предметом мошенничества и спекуляций со стороны людей, присвоивших себе право распоряжаться собственностью Российской Империи после её падения. В результате часть земель в Палестине была продана. То, что осталось после семидесяти лет тяжб и земельных афёр, в 1996 году государство Израиль признало собственностью Российской Федерации как правопреемницы Российской Империи.

А теперь о личности Хитрово, бюст которого стоит напротив особняка. Хитрово был инициатором создания Общества. Какие цели он преследовал, трудно сказать. Это, как минимум, был повод для общения с членами царской фамилии. Но, может быть, его обуревали благочестивые мысли? Ведь его предок, который создал Хитровский рынок, надеялся, что это будет место цивилизованной торговли, приносящее пользу Москве и москвичам.

Но стоит вспомнить, как и откуда взялись Хитрово. Предки Хитрово были из татар. Первый Хитрово, татарский мурза, пришедший на службу к рязанскому князю, имел прозвище «очень хитрый». Поэтому при крещении ему и дали фамилию Хитрово. Потомки эту фамилию сохранили. Один из Хитрово после пожара 1812 года получил разрешение и обустроил Хитровскую площадь. А также создал на площади торговые ряды. Что было дальше, мы можем узнать из книг Гиляровского о Москве. Но надо осторожно относиться к запискам журналиста. Многие его современники, жившие в районе Хитровской площади, возмущались и считали, что Гиляровский сгущает краски ради популярности своих заметок.

Хватит о Хитрово, идём дальше.

Сквер имени Мандельштама

Идем дальше по улице Забелина, и слева видим крошечный скверик с памятником Осипу Мандельштаму. Памятник очень удачный. Он отражает характер Мандельштама. Почему памятник стоит на этом месте? Потому что, бывая в Москве, Мандельштам жил у своего брата в доме напротив. В этом доме с 1915 года располагалось Общество помощи еврейским беженцам из западных районов Российской Империи. Обратите внимание: еврейское население Польши говорило по-русски, было интегрировано в общество Российской Империи и вовсе не стремилось остаться на территориях, которые занимали немецкие войска.

Брат имел комнату в коммунальной квартире, как еврейский беженец с территории Польши. Здесь же жил и «Александр Герцевич, еврейский музыкант». Как известно из стихотворения Мандельштама, «он Шуберта наверчивал, как чистый бриллиант». Похоже, Александр Герцевич привёз с собой скрипку, но не успел взять ноты. По этой причине играл то, что помнил наизусть. Удивительно, насколько виртуозно владел русским языком Мандельштам. А ведь он родился и до шести лет жил в Варшаве.

Ивановский монастырь

Но вернёмся на улицу Забелина. Справа над нами возвышается женский Ивановский монастырь, который и дал название этому месту – Ивановская горка. Монастырь появился под стенами Китай-города в первый год жизни Ивана Грозного. Перенесла монастырь из Замоскворечья под стены Китай-города Елена Глинская – мать Ивана Грозного. Почему она это сделала – вопрос.

Иван Грозный покровительствовал монастырю. Но, как водится на Руси, там, где монастырь, там и тюрьма. В Ивановском монастыре, как в тюрьме, содержали Августу Тараканову – дочь императрицы Елизаветы Петровны от тайного брака с графом Разумовским. Августу Тараканову, по приказанию Екатерины Второй, тайно вывезли из Швейцарии, где она жила вместе с племянниками Разумовского, постригли в монахини и поместили в одиночную камеру в Ивановском монастыре. Никто не имел права заговорить с ней. Только один раз в неделю приходил монах исповедовать её, и два раза в день немая монахиня приносила еду. В этой одиночной камере в полном молчании Августа Тараканова провела десять лет.

После смерти Екатерины Второй Августа могла выйти, но не захотела. Так она и провела остаток своей жизни монахиней в Ивановском монастыре под именем старицы Досифеи. Кстати, церковь, в которой предположительно венчались Елизавета Петровна и граф Разумовский, находится в пятнадцати минутах ходьбы от Ивановского монастыря – на улице Покровка. Но маршрут нашей прогулки не проходит через Покровку.

По приказанию Екатерины Второй держали в Ивановском монастыре, как в тюрьме, и выставляли в клетке на обозрение народу Салтычиху – печально знаменитую садистку помещицу, которая мучила своих крепостных…

Мало кто знает, но ещё во времена правления Михаила Романова у Ивановского монастыря обреталась юродивая по имени Марфа Московская, которая помогла продлить род по мужской линии первому царю из династии Романовых. Марфа была канонизирована как святая за помощь больным, и мощи её хранились в Ивановском монастыре. Мощи Марфы Московской были изъяты советскими властями в 20-х годах XX столетия и утеряны. Но подлинная рака Марфы Московской и сейчас стоит в монастырской церкви и считается чудотворной. Возможно, мощи святой когда-нибудь и найдутся. Ведь нашли же в начале 1990-х мощи святого Серафима Саровского, которые также были изъяты властями после 1917 года.

Рядом с Ивановским монастырём, на пригорке, примостилась небольшая церковь. Это церковь во имя святого князя Владимира, принёсшего христианство на Русь. Устройство церкви очень характерно для XVII века. Это пять куполов и шатровая колокольня. Пять куполов символизируют Христа (самый большой купол в центре) и четырёх евангелистов.

Особняк родителей Саввы Морозова

Поднимаемся по горке вверх и подходим к особняку Морозовых. В этом особняке жили родители Саввы Морозова и его брат Сергей. Морозовы скупали недвижимость в районе Ивановской горки для того, чтобы члены семьи жили рядом. Так поступали многие московские купеческие семьи. Здесь же, в отдельном домике-мастерской на территории городской усадьбы Морозовых, последние восемь лет своей жизни провёл великий русский художник Исаак Левитан.

Мало кто знает, что личная жизнь Левитана легла в основу двух знаменитых произведений Антона Павловича Чехова: рассказа «Попрыгунья» и пьесы «Чайка».

В основу сюжета «Попрыгуньи» легли отношения Исаака Левитана с Софьей Кувшинниковой, а в пьесе «Чайка» Чехов отразил отношения Левитана с Анной Турчаниновой. В обоих случаях инициаторами отношений были сами женщины, существенно старше Левитана. Кувшинникова была супругой врача полицейской части, к которой относился Хитровский рынок, а Турчанинова – супругой крупного петербургского чиновника.

При особняке во внутреннем дворе имеется чудесный сад. В сад можно войти – в отличие от особняка, это муниципальная собственность. Сад остался ещё с тех пор, когда особняком владел Василий Кокорев, и на территории усадьбы находился ресторан «Тиволи».

Кокорев был очень колоритной личностью. Занимался водочными откупами. Был экономическим славянофилом – сторонником опоры только на внутренние силы и ресурсы России. Кокорев писал статьи и работы по экономике. Возможно, эти работы были по сути своей наивны, так как он обращался к этическим аспектам экономики. Ввёл понятие «смиренномудрия» и предлагал с его помощью регулировать экономические процессы. Главным произведением Кокорева стала книга «Экономические провалы». В конце концов, дела Кокорева пошатнулись, и он продал особняк Морозовым.

В 1918 году в особняке Морозовых находился штаб левых эсеров. На территории особняка во время мятежа левых эсеров скрывался Яков Блюмкин – убийца немецкого посла Мирбаха. Убийство посла, по замыслу эсеров, должно было сорвать Брестский мир. За Блюмкиным приехал Феликс Дзержинский и был арестован. Правда, уже на следующий день его освободили красные латышские стрелки.

После подавления мятежа левых эсеров в особняке организовали концентрационный лагерь для белогвардейских офицеров. А уже после окончания гражданской войны особняк отдали под круглосуточный детский сад, который работал до начала 1990-х, пока особняк не приватизировала Южно-Уральская компания. Именно в этом особняке снимали фильм «Усатый нянь».

Церковь Трёх Святителей на Кулишках

Вот мы, наконец, и добрались до Церкви Трёх Святителей на Кулишках. Церкви более трёхсот лет. Она двухэтажная, но сейчас работает только верхний придел. В церкви крестили композитора Александра Скрябина – изобретателя цветомузыки и аромамузыки. Скрябин родился в доме рядом с Хитровской площадью. Церковь пока не реставрировали.

Стоит подняться по исторической лестнице на второй этаж. Пока поднимаешься, возникает ощущение, что машина времени перенесла тебя в XVII век. Наиболее вероятно, что именно с этой церковью связано выражение «у чёрта на кулишках».

В средние века в районе Ивановской горки было много речек и ручьёв. Когда весной они разливались, образовывалась топь. Добраться из Кремля или Китай-города на Кулишки становилось весьма затруднительно.

Церковь Христиан Баптистов

А напротив, на противоположной стороне Малого Трёхсвятительского переулка, находится Московская Центральная Церковь Евангельских Христиан Баптистов. Фасад этой церкви настолько незаметный, что непосвящённые проходят мимо, даже не подозревая об историческом объекте. А церковь старая, с историей. На её месте стояла старинная реформатская церковь, построенная ещё при Петре Первом. Эту церковь в петровские времена посещали жившие в Москве голландцы и англичане. Позднее церковь передали баптистам.

Церковь не закрывалась в советские времена. В ней в 1968 году побывал во время визита в СССР президент США Ричард Никсон. В церкви находится самый старый в Москве орган немецкого производства. Органные концерты бывают каждое последнее воскресенье месяца. Интересно, что внутри храм Христиан Баптистов очень напоминает англиканскую церковь. Службы ведутся на русском языке.

Российские баптисты – очень показательный пример того, как под внешним давлением религия или религиозное учение могут обрести множество последователей.

Баптисты появились в России в XIX веке, после присоединения западных губерний. Царское правительство сразу начало борьбу с баптизмом. Баптистов семьями высылали в Сибирь. Но суровая сибирская природа дала импульс для распространения баптизма в Сибири среди местных жителей. Сработала основная черта баптизма – сильные связи между прихожанами и взаимопомощь. Взаимопомощь была просто необходима в Сибири. И баптизм, вопреки желаниям царских властей, в Сибири расцвёл. А вот почему в советский период не закрывали именно баптистский храм – загадка. Может быть, кто-то из членов политбюро КПСС был тайным баптистом?

Общежитие Военно-инженерной академии

Идём дальше и сворачиваем направо на бульвары. Через 200 метров, на углу Подколокольного переулка и Яузского бульвара, перед нами появляется здание бывшего общежития Военно-инженерной академии. Дом – грандиозный по масштабам. Архитектор Илья Голосов, построивший здание, прославился своим знаменитым на весь мир строением в стиле авангард – ДК имени С. М. Зуева на Лесной улице. Во дворе дома скрывается усадьба Николая Захаровича Хитрово – того самого, который основал Хитровский рынок. Усадебный дом построен после 1812 года, и довольно большой. Но на фоне «сталинского гиганта» выглядит крошечным.

Дом общежития Военно-инженерной академии попал в качестве естественной декорации в несколько фильмов. Самый знаменитый из них – «Покровские ворота». Монументальные скульптуры рабочего и колхозницы перед аркой, ведущей во двор, дают повод для фантазии. Похоже, мужчина с отбойным молотком в одной руке и книгой в другой символизирует пролетария, грызущего гранит науки. А женщина с винтовкой в одной руке и снопом в другой символизирует колхозницу, которая собирает урожай, а потом стережёт закрома родины. Какой инструмент познания мира аллегорически изображён в виде отбойного молотка, остаётся загадкой.

Посольство Индии

Поворачиваем налево, на улицу Воронцово Поле. Проходим 25 метров вверх по улице. Останавливаемся посередине проезжей части дороги (не обращаем внимания на истошные сигналы проезжающих мимо автомобилей), разворачиваемся на 180 градусов и внимательно смотрим вдаль в том направлении, откуда мы только что пришли. В это мгновение можете представить себя Наполеоном Бонапартом. Именно с этого места Наполеон смотрел на Кремль, когда вошёл в опустевшую Москву. Если у вас с собой есть газета или журнал, сверните их трубочкой и смотрите в трубочку как в подзорную трубу, воображая себя Бонапартом. Увидите и Кремль, и колокольню Ивана Великого, и современный комплекс Москва-сити. Днём с этого места можно сделать прекрасное фото.

А мы продолжаем идти вверх по Ивановской горке. Чуть выше, с правой стороны улицы Воронцово Поле, видим посольство Индии, которое расположилось в бывшем особняке купца Никифора Бардыгина. Особняк был переделан Бардыгиным в стиле франко-бельгийский модерн из уже существующего особняка Бахрушина, брата того самого Бахрушина, в доме которого сейчас находится Театральный музей имени Бахрушина.

В особняке при Бахрушине бывала вся московская актёрская, художественная и писательская тусовка, ведь хозяин был известным славянофилом и коллекционером русского искусства. Дом в народе называли «домом беседующих змей». Посольству Индии очень повезло – ему досталась часть ландшафтного парка, спускающегося к берегу Яузы. Ландшафтный парк был создан ещё во времена правления Павла Первого канцлером Российской Империи Александром Безбородько. На спуске с Ивановской горки есть красивая романтичная ротонда. Но увидеть её, как и часть оставшегося после Безбородько парка, можно только в дни, когда открыт доступ на территорию посольства, то есть два-три раза в год.

На крыше особняка гигантская антенна. Эта антенна попала во многие советские фильмы о шпионах. Она символизировала зловещие радиокозни западных спецслужб против Советского Союза.

Вагау-штрассе

Далее, как по левой стороне улицы, так и по правой, расположены особняки, принадлежавшие клану Вагау-Банза-Марк. Да и сама улица до начала Первой мировой войны неофициально называлась Вагау-штрассе. Клану Вагау принадлежало шесть особняков на этой улице.

Макс Вагау приехал в Россию в первой половине XIX века и начинал с работы по найму. Позднее он основал собственную фирму и привлёк к работе родственников из Германии.

Предприятия клана Вагау были очень успешны, и семья в конце XIX века вышла на четвёртое место в России по совокупному состоянию, выраженному в деньгах. Впереди были только Нобели, Второвы и Морозовы.

Большие суммы тратились Вагау и Марками на благотворительность. Кроме того, на деньги Вагау после начала Первой мировой войны был построен завод по производству динамита в Серпухове. Это был вклад семьи Вагау в оборону страны. Гуго Марк оплатил строительство здания Физического института имени Лебедева – это был первый в России научно-исследовательский институт. Были осуществлены и другие благотворительные проекты.

Проблемы начались в 1914 году. Германия стала врагом, а все германские подданные были ограничены в правах управления своими предприятиями. В мае 1915 года в Москве прошли антинемецкие погромы. После этого клан Вагау-Марк-Банза решил покинуть Россию.

В особняке Гуго Вагау, сожжённом во время антинемецких погромов 1915 года, в 1922 году поселился физико-химический институт имени Л. Я. Карпова. Это было первое научно-исследовательское учреждение, основанное в Советской России, и второе в России вообще. Первым директором института был Николай Бах – известный учёный-биохимик и бессменный председатель комиссии по присуждению Сталинских премий. А заместителем директора – Борис Збарский, который совместно с патологоанатомом Воробьёвым разработал технологию мумификации Ленина.

Лютеранская больница

На улице Воронцово Поле расположена Лютеранская больница, построенная на деньги лютеранской общины Москвы. Главным жертвователем была семья Вагау. Сейчас в здании больницы находятся поликлиника Министерства здравоохранения Российской Федерации и Институт Мозга, в котором хранится коллекция мозгов выдающихся людей советского периода российской истории. Первым экспонатом коллекции стал мозг Владимира Ленина. А позднее коллекция пополнилась мозгами Маяковского, Станиславского, Крупской и многих других.

С помощью изучения строения мозга и сопоставления с биографией человека в первой половине XX века пытались открыть закономерности и причины гениальности людей.

Но после более чем пятидесяти лет исследований связь найти так и не удалось.

Как бы там ни было, в Институте Мозга находится самая большая в мире коллекция мозгов выдающихся людей, живших в Советском Союзе в XX веке. Когда начнёт работать музей, можно будет увидеть все эти экспонаты. Правда, выставлены будут не оригиналы, а точные копии. Но и это очень интересно.

Церковь Ильи Пророка

Церковь во имя Ильи Пророка стоит на том месте, где была деревня Воронцово, принадлежавшая семейству Воронцовых-Вельяминовых. Рядом с церковью обнаружили захоронения ополченцев войска Минина и Пожарского периода смутного времени. В XV веке в этом районе находился и загородный дворец Ивана Третьего.

Церковь Ильи Пророка – очень интересный и знаковый памятник, расположенный на улице Воронцово Поле. Первая деревянная церковь была построена здесь ещё в XIV веке. В 1514–1515 годах итальянский архитектор Алевиз Фрязин построил каменную церковь. История церкви связана с именами Дмитрия Донского, Василия Третьего, Алексея Михайловича Романова…

В советское время в церкви находился Музей искусства народов Востока. И сейчас в здании храма запасники этого музея.

Дом сотрудников НКВД

А замыкает улицу Воронцово Поле очень красивый дом, построенный всего за год до смерти Сталина – дом сотрудников НКВД. За проект дома архитектор сразу получил Сталинскую премию. Квартиры в доме были разные – от двух до пяти комнат. «Маленькие» квартиры занимали пенсионеры-пограничники, а большие – высокие чины НКВД.

Обратите внимание, нижняя часть дома отделана красным гранитом. Это не просто гранит. Это гранит, который гитлеровцы привезли для строительства памятника в честь несостоявшегося события – взятия Москвы. Строили дом немецкие военнопленные.

В 1953 году, после смерти Сталина и расстрела Берии, всех действующих сотрудников НКВД и членов их семей в одну ночь арестовали и увезли в неизвестном направлении. Остались только пенсионеры-пограничники. Занимаемые руководством сталинского НКВД квартиры превратили в «коммуналки», чтобы стереть память о прежних жителях. Архитектора лишили Сталинской премии на том основании, что дом имеет много архитектурных излишеств. А пенсионеры-пограничники остались на своих местах. В настоящее время это обычный жилой дом. А гранит доблестные работники московского ЖКХ умудрились покрасить краской.

Городская усадьба Хлудова

Чтобы отдохнуть и увидеть ещё одну достопримечательность, стоит перейти на внешнюю сторону Садового кольца и зайти на территорию усадьбы Хлудова-Найдёновых, построенную по проекту архитектора Жилярди. Со стороны двора вы увидите чудесное крыльцо с литыми фигурами грифонов. А за зданием усадьбы, на берегу Яузы, расположен регулярный парк с декоративным гротом и садовыми скульптурами. На фоне этого парка снимали сцены знаменитого фильма Михаила Козакова «Покровские ворота». Помните сцену побега Хоботова из больницы?

Отсюда, с большой дистанции, можно рассмотреть и Дом сотрудников НКВД. Слева от этого дома расположен Дом инженерно-технических работников с гигантской аркой на высоту семи этажей. В этом доме долгое время жил и работал Андрей Дмитриевич Сахаров.

На этом наша прогулка по Ивановской горке и улице Воронцово Поле заканчивается.

Прогулка третья
Замоскворечье – другая Москва, или почему Москву называли большой деревней

Замоскворечье находится настолько близко к Кремлю, что можно подумать, это продолжение Большой Москвы. Однако это не так. Замоскворечье имеет принципиальные отличия. Связаны эти отличия и с историей этого места, и с положением Замоскворечья на карте Москвы.

Замоскворечье начало заселятся уже через сотню лет после строительства первого деревянного Кремля. На плохо защищённые земли совершались частые разорительные набеги. Все враги, начиная с ордынцев и заканчивая польско-литовскими интервентами, в Москву приходили со стороны Замоскворечья. Поэтому для жителей важен был высокий забор, как средство защиты от врагов и грабителей. А дома строились невысокие и небогатые. Зачем привлекать внимание мародёров богатым особняком? Да и всё равно, после очередного набега дома нужно было отстраивать заново, так как любой набег заканчивался пожаром. Зато дешёвая земля позволяла покупать большие участки и вести натуральное хозяйство.

За высокими заборами жители Замоскворечья вели практически деревенский образ жизни. Имели птицу, мелкий скот. И даже коров из деревни привозили на зиму. Ложились спать с закатом солнца, а вставали с рассветом. А в Большой Москве народ в это время только начинал расходиться со светских мероприятий.

Улиц в Замоскворечье долгое время не было. Имелись дороги, одна из которых стала, например, улицей Большая Ордынка. Дорога вела в Орду, и по ней везли дань из Москвы. Вдоль дороги селились люди (как ордынцы, так и русские), связанные с процессом сбора и перевозки дани. В конце концов провели «градостроительную линию» через колокольни Ивана Великого в Кремле и Храма Воскрешения Христова в Кадашах. Эта линия и стала ориентиром для прокладки улиц Замоскворечья.

В Замоскворечье, как и во всей средневековой Москве, до XVIII века царил слободской уклад. Слободы были местом, где жили и работали ремесленники, объединённые одной специальностью. Слободы (кстати, слово «слобода» происходит от слова «свобода») были освобождены от налогов в денежной форме и платили налоги только своей продукцией. Это было очень выгодно, и слободы процветали.

Были в Замоскворечье Стрелецкие и Казацкие слободы. В них жили военные, которые в свободное от службы время занимались, как правило, торговлей. Была даже слобода, в которой жили переводчики (толмачи). От неё остались Большой и Малый Толмачёвские переулки.

Первые переводчики переводили только с русского на татарский и только на слух. Они обслуживали процессы, связанные с отправкой дани в Орду и общением между ордынскими представителями и московским руководством. Но позднее появились знатоки европейских языков, которые работали в Кремле в Приказе иностранных дел. Во время правления Ивана Грозного появился даже первый англо-русский словарь.

Фундаментальные изменения в Замоскворечье произошли после того, как Санкт-Петербург стал реальной столицей (это произошло уже во время правления Елизаветы Петровны), и вся знать, во главе с царским двором, переехала туда. Но изменения произошли только в роде занятий жителей Замоскворечья, но не в образе жизни.

После переноса столицы в Петербург слободы пришли в упадок, и главным делом в Замоскворечье стала торговля. Так Замоскворечье, начиная с конца XVIII века, стало превращаться в купеческий район.

Но торговля приносила жителям Замоскворечья не так много денег. Ведь торговцами становились вчерашние ремесленники и крестьяне. У них не было торгового опыта, не было капиталов. Практически все начинали с нуля. Процесс трансформации Замоскворечья в купеческий район неуклонно шёл, а жили по-старому – в небольших домах натуральным хозяйством.

Активные крестьяне, накопив деньги, выкупали себя из крепостной зависимости и приезжали в Москву. А чем они могли заниматься? Конечно же, только мелкой торговлей. Но деньги, копеечка к копеечке, копились, приобретались участки земли в Замоскворечье (благо земля оставалась дешёвой), бизнес рос. И опять строились маленькие дома. Теперь уже причина была не в вероятных набегах врагов, а в том, чтобы не изымать капиталы из основного бизнеса.

Так во второй половине XIX века появилось второе поколение замоскворецких купцов, которые уже имели деньги, но продолжали вести образ жизни своих родителей и жили в маленьких домах с большими участками. Это поколение, не очень образованное, но цепкое и жёсткое, очень подробно и хорошо описано Николаем Островским в его пьесах.

Большие траты, напрямую не связанные с бизнесом, делались только в связи со строительством церквей. И даже пожертвования на церковь были косвенно связаны с практикой бизнеса. Каждый раз, когда дела начинали идти плохо, купец давал зарок построить церковь в случае, если всё образуется. И зароки эти неукоснительно выполнялись. В результате всё Замоскворечье было застроено церквями.

Иностранцы, приезжавшие в Москву, поражались красоте видов на Замоскворечье, открывающихся с кремлёвской стены. В бесконечность уходило золотое море куполов, сверкающих на солнце. Особенно красиво было летом, когда Замоскворечье утопало в зелени, и были видны только купола.

Во время правления Екатерины Второй Россия стала настолько мощной державой, что проблема с незащищённостью Замоскворечья от врагов исчезла сама собой. Плюс к этому по старому руслу Москва-реки был сделан отводной канал. В результате в Замоскворечье исчезла избыточная влажность, которая требовала больших приусадебных участков с деревьями по периметру для удаления грунтовых вод. Казалось бы, земля должна была подорожать, участки уменьшиться, а дома увеличиться и вырасти ввысь. Но нет, на уклад жизни в Замоскворечье эти перемены почти не повлияли.

Реальные и быстрые изменения в Замоскворечье начались во второй половине XIX века. А в конце XIX века уклад жизни в Замоскворечье начинает сильно меняться. К управлению семейными капиталами приходит третье поколение замоскворецких купцов. Это поколение получило хорошее образование и было в курсе мировых трендов. Именно это, третье, поколение начинает менять облик Замоскворечья, да и Москвы в целом.

Именно в Замоскворечье появляются первые в Москве электростанция, первый колбасный завод, первая кондитерская фабрика, первая кинофабрика и много чего ещё «первого». Строятся новые особняки и перестраиваются старые. Что называется, процесс пошёл.

Один из таких роскошных особняков построил купец Новиков. Это особняк в стиле неоготика. Находится он на улице Большая Полянка. Для постройки особняка был приглашён молодой провинциальный архитектор. С задачей он успешно справился. И всё было бы у Новикова хорошо, если бы не семейная драма, виновником которой стал он сам.

Дочь Новикова влюбилась в итальянца и, без благословения отца и без заключения брака, уехала с ним в Италию. Но очень быстро она вернулась в Москву. Уже без возлюбленного, но беременная. Отец взял её в дом, но заключил в башне своего неоготического городского замка. А потом оставил без еды и питья. Молодая мать и младенец погибли. А Новиков быстро продал свой дом и имущество и покинул Россию. С тех пор за особняком закрепилось название «проклятый дом».

Несмотря ни на что, вплоть до начала 1930‑х годов, в Замоскворечье продолжают существовать пустыри и сохраняются проблемы с канализацией и водоснабжением. Что касается городского коммунального хозяйства, то многие не ценят этого наследия советской власти. А зря. Частные инвесторы не связываются с такими проектами, как канализация и водоснабжение, по причине очень больших сроков окупаемости вложений и, конечно же, из-за непреодолимых юридических проблем, связанных с прокладкой коммуникаций. Их, частных инвесторов, интересуют максимум электроэнергия и вывоз мусора. Поэтому во всём мире жилищно-коммунальным хозяйством занимаются государственные муниципальные службы.

Вот и в Замоскворечье до начала 1930-х годов были проблемы с водоснабжением и канализацией. По району развозили воду и вывозили отходы жизнедеятельности. Слава богу, их не сбрасывали в Москва-реку. Иначе в городе нечем было бы дышать. Знали, наверное, московские власти про печальный опыт Лондона в середине XIX века, когда даже в парламенте депутаты вынуждены были сбегать с заседаний из-за тошнотворного запаха от Темзы. Москва обошлась без подобного опыта.

Церковь Григория Неокесарийского

Начинаем наш маршрут от станции метро «Полянка». И прямо рядом со станцией метро находится очень значимый для всей российской истории объект – церковь Григория Неокесарийского. Это настоящая «царская церковь». Её посещали все представители династии Романовых и многие Рюриковичи.

Церковь Григория Неокесарийского была построена по приказу великого князя Московского Василия Второго Тёмного. Василий Второй был правнуком Дмитрия Донского (и, кстати, прадедом Ивана Грозного). Строительству церкви предшествовала не совсем обычная история – князь попал в ордынский плен. До этого в плену не был ни один Московский великий князь. К тому же Орда, ко времени пленения Василия Второго, была уже ослаблена. Это обстоятельство ещё более усиливало княжеский позор, связанный с пленением. Пришлось Василию Второму выкупать себя из плена. Плюс к этому взять на государственную службу большое количество касимовских татар – это тоже было одним из условий освобождения из плена. Может быть, за это дал ему народ прозвище «тёмный»?

Тёмными были обстоятельства, связанные с его выходом из плена. Как бы там ни было, Василий из плена вышел и дал обет: в случае его возвращения в Москву построить церковь на том месте, откуда он увидит Кремль, и во имя того святого, в чей день это произойдёт. Князь вышел из плена и выполнил своё обещание.

Однако, главные события для церкви произошли позже, уже при Романовых. Отец Петра Первого, Алексей Михайлович, очень сблизился с настоятелем церкви Андреем Савиновым (Постниковым). Они много времени проводили в беседах и застольях. Андрей Савинов познакомил Алексея Михайловича с Натальей Нарышкиной. Через некоторое время в церкви Григория Неокесарийского произошло венчание Алексея Михайловича и Натальи Нарышкиной. А через год родился мальчик Пётр, которому суждено было стать первым императором Российской Империи. Есть мнение, что Петра крестили в церкви Григория Неокесарийского, хотя это не доказанный факт.

Как бы там ни было, Андрей Савинов после столь радостного и эпохального события (у царя появился, наконец, наследник) был переведён настоятелем Благовещенского собора в Кремль. А перед уходом получил разрешение Алексея Михайловича построить на месте деревянной новую, каменную, церковь. Церковь строилась на государственные деньги без ограничения затрат на строительство. Церковь получилась очень красивая.

На строительстве церкви работали лучшие мастера-архитекторы того времени. Изготовлением керамических изразцов, например, занимался мастер из Белоруссии Степан Полубес. Похоже, такое странное для церковного мастера прозвище он получил из-за виртуозного владения профессией. В средние века людей, хорошо владеющих своим делом, подозревали в связях с дьяволом.

Было изготовлено более двух с половиной тысяч изразцов для церкви. Внутри, при входе, находятся керамические колонны. Керамика, если её правильно отжечь и впоследствии не разбить, – это вечный материал. Краски на керамике не тускнеют и не выгорают со временем. Поэтому церковь Григория Неокесарийского выглядит нарядно и празднично и по сей день.

Наполеон, во время пребывания в Москве, восхищался церковью Григория Неокесарийского. Когда в Москве начался пожар, Наполеон приставил к церкви солдат, которые поливали стены церкви водой, и даже предотвратил разграбление церковных ценностей. Но хочется прокомментировать ситуацию словами Станиславского: «не верим». Знал Бонапарт, что церковь является семейной церковью русских императоров, и хотел подольститься к Александру Первому.

После 1917 года церкви снова повезло – в ней разместили филиал Третьяковской Галереи. А после 1992 года её вернули верующим.

В церкви Григория Неокесарийского очень много мощей святых, что свидетельствует о её высоком авторитете в церковной среде. Вспомним, откуда вообще берутся частички мощей, которые мы видим в мощевиках. Дело в том, что тела святых время от времени переодевают. Как бы аккуратно это ни делали, всё равно частички мощей откалываются. И вот эти крошечные кусочки помещают в специальные медальоны и дарят дружественным церквям. Так что чем больше мощей, тем авторитетней церковь.

Казачья слобода

Если мы пойдём по улице Полянка по левой стороне в сторону от Кремля, то попадём в Казачью слободу. Вернее, в место, где эта слобода до XVIII века находилась. Казаки, приезжавшие на постоянное место жительства в Москву, должны были селиться здесь.

В мирное время казаки занимались торговлей, а во время войны воевали. Так как в Замоскворечье не было крепостных стен, казаки и стрельцы во время вражеских набегов использовали оригинальные мобильные укрепления, которые назывались гуляй-город. Гуляй-город представлял собой телеги, на которых были закреплены деревянные щиты. Телеги можно было быстро перемещать с места на место. Можно было поставить их кругом – получалась крошечная деревянная крепость. А можно было вытянуть в линию и создать фронт. Или поставить углом…

В центре бывшей Казачьей слободы стоит церковь Успения Божьей Матери, а рядом церковный доходный дом. Казачья слобода образовалась в Замоскворечье после смутного времени. Район был разорён польско-литовскими интервентами, и в нём, к началу правления Алексея Михайловича, никто не жил. Поэтому Алексей Михайлович повелел в опустевшем месте, рядом сцерковью Григория Неокесарийского, поселить казаков.

С казаками связана интересная история времён Отечественной войны 1812 года. Часть армии Наполеона после изгнания его из России не захотела возвращаться в Европу. Да и что им там было делать? Служба в армии была источником их заработка. А какого заработка можно ожидать от разбитого и разорённого французского императора?

Российские власти не препятствовали им. Но общество в России того времени было сословным. И к какому сословию можно приписать бывших военных? Этих людей приписали к казакам и отправили в разные казачьи войска. В результате большое количество французов оказались в Оренбургском казачьем войске. А около двух тысяч поляков (войско Наполеона было интернациональным) попали на Северный Кавказ в Терское казачье войско. В Оренбургском казачьем войске ещё долгое время служили люди с французскими фамилиями.

Представительство Афонских монастырей в Москве

Красивое здание, отделанное «кабанчиком», в 1-м Хвостовом переулке, – это дом престарелых для ветеранов русско-турецкой войны 1877-78 годов. Теперь в этом здании расположилось представительство Афонской монашеской республики. Афонская монашеская республика находится в Греции на полуострове Халкидики, на одном из трех «пальцев», из которых состоит полуостров. «Палец» этот так и называется – Афон.

Монашеская республика обладает статусом экстерриториальности. На Афоне действуют свои законы, свободного доступа туда нет. Афонские монахи ещё с XIV века были связаны с Россией и часто бывали в Москве. Именно они привезли в Москву список знаменитой чудотворной иконы Иверской Божьей Матери. Представительство афонских монахов освятил в 1918 году Патриарх Тихон – первый патриах после почти трёхсотлетнего «синодального периода» и отсутствия патриархов в РПЦ. В 1917 году в России произошла революция, в том числе и в церковной жизни. Было восстановлено патриаршество, которое упразднил Пётр Первый.

Бирюзовая керамическая плитка на фасаде напоминает фасады домов в Лиссабоне. Однако красивый и стойкий к внешним воздействиям керамический фасад в Москве не прижился. В Москве такая техника отделки фасада не получила широкого распространения. Обратите внимание: рядом с представительством афонских монастырей стоит красивое здание в русском стиле, производящее обманчивое впечатление старинного. Но нет, это новодел конца 1990-х. Новодел, надо признать, весьма удачный, он дополняет и украшает улицу.

Дом кинематографистов

Напротив Представительства Афонских монастырей стоит многоквартирный дом, построенный в 1930-х годах. В нём жили многие деятели советского кино. Самый известный из них Юлий Яковлевич Райзман. Его фильмы любимы многими: «Поднятая целина», «А если это любовь?», «Странная женщина»… Дом и сам по себе интересен. Во многих окнах сохранились старые рамы, которым около восьмидесяти лет. Удивительно, насколько разумно они устроены. Расстояние между фрамугами около двадцати сантиметров. Есть специальная жёрдочка, открывающая доступ воздуху с улицы и превращающая пространство между окнами в холодильник для продуктов. Наверняка есть и другие бытовые «хитрости», которые нужно изучать отдельно…

Деревянный дом в стиле модерн

Идём по 1-му Казачьему переулку в сторону Большой Ордынки по левой стороне. Что это за необычный деревянный двухэтажный дом с элементами стиля модерн? Это просто чудом сохранившееся строение, напоминающее о тихой дореволюционной жизни Замоскворечья. В доме живут обычные жильцы. Возможно, художники – уж очень затейливо украшена входная дверь. То, что дом не был сожжён в 1990‑е, – это маленькое чудо. Хотелось бы, чтобы дом сохранился и продолжал радовать людей, гуляющих по Замоскворечью. Дом этот лучше рассматривать поздней осенью или зимой, когда нет листвы. Конечно, считать этот дом типично замоскворецким нельзя – он слишком большой. Но дух и атмосферу Замоскворечья он передаёт.

Музей Тропинина

Сворачиваем направо в Щетининский переулок. В переулке находится музей Тропинина и художников – его современников. Третьяковская галерея безжалостно оттягивает на себя всех любителей живописи, и мало кто доходит до этого музея. А музей достойный. Вы, кроме всего прочего, сможете представить, в каких условиях жили в XIX веке зажиточные обитатели Замоскворечья.

Музей находится в так называемом «Доме с мезонином» – типичной московской постройке XIX века. Дома с мезонином появились в Москве после того, как градостроительная комиссия, которая после пожара 1812 года разрабатывала план восстановления Москвы, выпустила альбом рекомендуемых к строительству фасадов. Среди этих фасадов был и дом с мезонином. Но полюбился он москвичам, скорее всего, по экономическим причинам. Налогообложение объектов недвижимости в те времена было поэтажное. А дом с мезонином считался одноэтажным.

Церковь Великомученицы Екатерины

В конце Щетининского переулка на левой стороне находится церковь Великомученицы Екатерины. Центральный фасад церкви выходит на Большую Ордынку. Церковь была построена по приказу Екатерины Второй в честь её восшествия на престол. В церкви сохранились оригинальные фрески школы Левицкого. Производит впечатление решётка, которой более трёхсот лет. Эту решётку Екатерина приказала перенести в Замоскворечье из Кремля, так как в Кремле в то время делали капитальный ремонт. Так что решётке, окружающей церковь, уже более трёхсот лет.

Церкви очень не повезло в советское время. Под куполом храма построили трёхэтажную деревянную конструкцию и сделали коммунальные квартиры. Во фресках жители сверлили отверстия для того, чтобы повесить на стену крючки и зеркала. Но фрески на удивление хорошо сохранились. По рекомендации специалистов во время ремонта церкви шесть фресок не стали реставрировать. Таким образом с помощью оригинальных фресок и древней решётки церкви удалось сохранить «дух» екатерининских времён.

У входа в церковь висит памятная доска в честь 220-летия начала миссионерской деятельности Русской Православной Церкви на территории Северной Америки.

Ещё один интересный факт: на территории, прилегающей к храму, есть памятник жертвам теракта в Нью-Йорке 11 сентября 2001 года. Конечно, это связано с тем, что церковь в настоящее время является представительством Американской Православной Церкви в Москве. Один раз в неделю служба ведётся на английском языке. В церковной лавке можно купить англо-русский церковный словарь и другую церковную литературу на английском.

Американская Православная Церковь получила автокефалию от Русской Православной Церкви в 1970 году. С тех пор это обычная поместная церковь, службы в которой идут на английском в США и Канаде и на испанском – в Мексике.

Марфо-Мариинская обитель милосердия

После посещения церкви Екатерины Великомученицы идём по Большой Ордынке в Марфо-Мариинскую обитель. Это настоящая жемчужина Замоскворечья. Обитель была основана в 1908 году Елизаветой Фёдоровной Романовой после трагической смерти её мужа – генерал-губернатора Москвы Сергея Александровича Романова.

История Елизаветы Фёдоровны – это история немецкой принцессы, которая стала русской святой. Елизавета Фёдоровна была старшей сестрой Александры Фёдоровны – супруги Николая Второго. Основанная ею обитель милосердия является материальным воплощением её внутреннего мира и видения того, как должна быть поставлена социальная помощь в России.

Главный храм обители построен с большим вкусом. Вызывает восхищение тщательная проработка всех деталей, от дверей до кружек для сбора пожертвований. Немало усилий потратили на возведение храма художник Михаил Нестеров и архитектор Алексей Щусев (тот самый, кто построил мавзолей Ленина на Красной площади). Церковь украшена редкой по красоте резьбой по камню в стиле резьбы на церкви Дмитрия Салунского во Владимире.

Обитель была новым для России типом учреждения для осуществления социальных благотворительных проектов. Пример для подражания имелся – это обители милосердия, возникшие в конце XIX века в Германии. Может быть, поэтому церковные иерархи РПЦ настороженно отнеслись к факту создания Марфо-Мариинской обители милосердия, и далеко не все поддерживали Елизавету Фёдоровну в её начинании.

Обитель имела монастырские по своей сути устав и образ жизни. Однако сёстры, жившие и работавшие в обители, не принимали постриг и, спустя заранее оговоренный срок, могли покинуть обитель, вернуться к обычной жизни и завести семью. А могли и уйти в настоящий монастырь и стать монахинями.

Жизнь Елизаветы Фёдоровны закончилась трагически – её, вместе с пятью великими князьями, через неделю после расстрела царской семьи сбросили в заброшенную шахту в районе Алапаевска. Шахту забросали гранатами.

Похоронена Елизавета Фёдоровна на территории Русского Православного монастыря в Иерусалиме. Она причислена к лику святых Русской Православной Церкви.

С 2014 года обитель стала ставропигиальным женским монастырём. В обители работают респис для детей с неизлечимыми неонкологическими заболеваниями и больница для детей, больных ДЦП. В монастырь приезжают большие группы паломников из России и из-за рубежа. В доме, где жила Елизавета Фёдоровна, работает музей. Кажется, тяжёлые времена для обители уже позади. Реставрация главного храма и надворных построек выполнена на очень высоком уровне. По старым чертежам даже восстановлена церковная мебель.

Церковь Николая Чудотворца в Пыжах

А мы идём дальше. На другой стороне Большой Ордынки находится церковь Николая Чудотворца в Пыжах. Церковь была центром стрелецкой Пыжевской слободы. Эта церковь, построенная в середине XVII века, имеет очень интересную архитектуру. Традиционная для XVII века компоновка куполов церкви символизирует Иисуса Христа и четырёх апостолов. Очень затейливая отделка фасадов. К сожалению, внутреннее убранство церкви не сохранилось. Сделаем несколько фото и, пройдя через церковный двор, выйдем на Малую Ордынку.

Дом-музей Николая Островского

Малую Ордынку по праву можно назвать литературной улицей. На ней стояли дома, которые снимали Афанасий Фет и Аполлон Григорьев. На улице в XIX веке находилась редакция журнала «Московитянин». Удивительно, что такие разные люди, как Афанасий Фет и Аполлон Григорьев, дружили. Афанасий Фет был очень системный и серьёзный человек, а Аполлон Григорьев любил выпить, был влюбчив и вспыльчив. Фет параллельно с литературной деятельностью вёл образцовое хозяйство в своей усадьбе, а Аполлона Григорьева, вечно не имевшего денег, брали под свою опеку богатые вдовы. Но и тот и другой остались в памяти потомков. Немногие знают, что слова знаменитого на весь мир романса «Поговори хоть ты со мной, гитара семиструнная» не народные, а принадлежат перу Аполлона Григорьева. Он увлекался цыганской культурой и сам часто носил ярко-красную рубаху.

А самое главное здание на улице Малая Ордынка – Дом-музей Николая Островского. Двор музея очень «замоскворецкий». Именно здесь можно почувствовать атмосферу Замоскворечья первой половины XIX века. Можно ощутить масштаб строений и жилых помещений, в которых жили люди в Замоскворечье в XIX веке. В музее можно увидеть мебель и предметы быта того времени.

Собор во имя Климента Папы Римского

Куда же идти дальше? Дальше идём к величественному собору в честь Климента Папы Римского. Это грандиозное барочное сооружение в дворцовом стиле было построено на месте деревянной церкви по приказу императрицы Елизаветы Петровны в честь её восшествия на престол. Как хорошо, что Клим Ворошилов, любимый сталинский нарком, по слухам, считал Климента Папу Римского своим покровителем и оберегал церковь. Может быть, поэтому в советское время в церкви был филиал Ленинской библиотеки? И может быть, поэтому церковь не снесли?..

Так почему православная церковь носит имя Папы Римского? Дело в том, что Климент был четвертым Папой ещё до раскола церкви на Католическую и Православную. Поэтому он считается общим святым. Кроме того, Климент принял мученическую смерть в Крыму. В Крым на каторжные работы в Инкерманских каменоломнях Климент был сослан за свою успешную миссионерскую деятельность в Риме. Именно поэтому он стал первым чтимым святым на Руси после крещения. Сейчас голова Климента Папы Римского находится в Киево-Печёрском монастыре в Киеве. В обретении мощей Климента и его канонизации принимали участие Кирилл и Мефодий, создатели славянской письменности.

Дом советских писателей

Следующий пункт нашей прогулки – Дом советских писателей. Дом был построен в середине 1930-х годов после встречи Сталина и Максима Горького. Это был островок благополучия на фоне всеобщей коммунальной жизни. В то время большинство жителей Москвы проживали в очень стеснённых условиях. Но, как говорил Сталин, «мы можем создать условия мирового уровня для нескольких тысяч человек, а остальные подождут».

В доме находились прачечная, столовая и клуб. В квартирах даже стояли холодильники. Квартиры имели от двух до пяти комнат, но при этом в каждой квартире была каморка для прислуги. Однако квартиры в доме не раздавали бесплатно. Их нужно было купить. А чтобы купить, нужно было получить разрешение на покупку. Михаилу Булгакову, например, такого разрешения не дали. А вот Илья Ильф и Евгений Петров разрешение получили. В доме также жили Борис Пастернак, Агния Барто, Василий Лебедев-Кумач, Лев Ошанин и многие другие известные поэты и писатели.

Однако ни одной таблички с именами знаменитых жильцов на доме нет. Есть только памятная доска, посвящённая театральному критику Юзефу Юзефовичу. И то только благодаря упорству его ученика, который пять лет добивался установки мемориальной доски. У остальных поэтов, писателей и критиков подобных пламенных почитателей не нашлось. Во дворе дома пристроились стрелецкие палаты XVII века. Дом писателей уберёг палаты от сноса. Теперь в палатах находится музей стрелецкого быта.

Храм Вознесения Христова в Кадашах

Переходим в Кадашевский переулок и заходим на территорию Храма Вознесения Христова в Кадашах. Удивительная атмосфера царит на территории. Такое впечатление, что мы за одно мгновение перенеслись из Москвы в далёкий провинциальный город. А ведь до Кремля пять – семь минут пешком. Во дворе стоит каретный сарай, который прихожане переделали во временную церковь, над сараем колокольня. Сейчас уже эта маленькая временная церковь не используется.

В старом флигеле расположился частный музей Кадашевской слободы. Перед музеем выставлены предметы быта – сани, прялка… а стена, которая возвышается над церковным участком, – это стена первого в Москве (а может быть, и во всей России) колбасного завода.

В общем, Кадаши – очень интересное место и совсем неприметное. Для многих москвичей, которые часто гуляли по Замоскворечью, попасть в Кадаши – настоящее откровение.

Черниговский переулок

От Кадашей переходим в Черниговский переулок. Особняк Ржевских, в котором сейчас расположился Фонд Славянской Письменности и Культуры, скрыт от публики большим доходным домом. Кроме фонда на территории, прилегающей к особняку, есть Музей Игоря Талькова и Музей пряника. Особняк построен на подклете XVII века, и эта старинная постройка очень хорошо просматривается. Памятник скульптору Вячеславу Клыкову во дворе особняка – дань памяти большому любителю Замоскворечья и основателю Фонда Славянской Письменности и Культуры.

Если мы пойдём по Черниговскому переулку дальше, то справа увидим церковь во имя Михаила Черниговского. Михаил прославился тем, что, будучи в Орде, отказался поклониться ордынским идолам, и за это был казнён вместе с сопровождавшим его боярином Фёдором. Триста лет спустя Михаила причислили к лику святых, и почти половина дворянских родов России вписала Михаила Черниговского в свои родословные.

В переулке есть ещё одна церковь – это Церковь Усекновения Главы Иоанна Предтечи. Она стоит на том месте, где находился Ивановский монастырь. В первый год после рождения Ивана Грозного монастырь, по решению его матери Елены Глинской, был перенесён под стены Китай-города и дал название Ивановской горке. А церковь Иоанна Предтечи стала приходской. В настоящее время церковь состоит из трёх самостоятельных построек, возведённых в разное время.

Улица Пятницкая

Улица Пятницкая носит имя Церкви Параскевы Пятницы, которая была снесена в 1935 году. Церковь стояла на том месте, где сейчас находится вход на станцию метро «Новокузнецкая». Параскева Пятница считалась покровительницей купцов и промышленников. Образ Параскевы Пятницы был очень популярен в древности у восточных славян. Существует множество поверий и обрядов, связанных с Параскевой Пятницей. Может быть, поэтому одну из главных улиц Замоскворечья назвали её именем.

Дом водочного короля Петра Смирнова на Пятницкой выходит и на Овчинниковскую набережную. Реконструкция дома в 1901–1905 годах была сделана по проекту Фёдора Шехтеля в модном тогда стиле модерн. Хотя построил особняк не Смирнов, а купец Морковкин, бывший крепостной графа Шереметьева, личность последнего владельца, создавшего мировой водочный брэнд «Смирнофф», привлекает к особняку повышенное внимание.

Пётр Арсеньевич Смирнов был выходцем из крепостных крестьян, который освободил себя за пять лет до отмены крепостного права. Добротный особняк Морковкина он купил, потому что четырьмя годами ранее построил на Овчинниковской набережной завод по производству спиртных напитков. Чтобы лично контролировать процесс производства, ему нужно было жить рядом с заводом. К тому же, дом Морковкина имел глубокие подвалы, подходящие для хранения выпущенной продукции.

Смирнов производил не только водку, которая тогда называлась «Хлебное вино № 21», но и ликёры, и наливки. Всего около четырёхсот наименований. Императрица Мария Фёдоровна, мать Николая Второго, очень любила ликёр «Белая слива».

Особняк Гелтищевой в Среднем Овчинниковском переулке

Если с Овчинниковской набережной свернуть в Средний Овчинниковский переулок, мы выйдем к очень красивому особняку Гелтищевой, названному так по фамилии последней владелицы особняка. Хотя особняк не поражает размерами, но каждый прохожий на мгновение останавливается перед ним. Цвета оформления фасада подобраны настолько удачно, что здание вызывает невольную ассоциацию с высококлассной женской бижутерией. А во всём этом «виноват» Флегонт Флегонтович Воскресенский, который стремился украсить Москву домами в стиле парижских ресторанов XIX века и часто работал безвозмездно. Его имя не так хорошо известно, как имена Шехтеля и Кекушева, несмотря на то, что построил он в Москве довольно много зданий.

Церковь Михаила Архангела в Овчинниковской слободе

А в конце Среднего Овчинниковского переулка скрываются две очаровательные постройки XIX века. Это, предположительно, палаты слободской управы (назначение постройки точно не известно) и церковь Михаила Архангела. Палаты основательно вросли в землю и наглядно демонстрируют, насколько за 400 лет поднялся культурный слой современной Москвы. А церковь оказалась в объятиях гигантского уродливого здания Министерства экономического развития России. Это слободская церковь, построенная в 1612 году. На этом месте в допетровские времена находилась слобода, в которой обрабатывали овчину.

Здесь маршрут заканчивается. Но это далеко не всё, что есть в Замоскворечье.

Прогулка четвертая
Между Мясницкой и Большой Лубянкой, или магический треугольник Москвы

Район Белого города между Бульварным кольцом и улицами Мясницкая и Большая Лубянка так и хочется назвать «таинственным треугольником». В этом районе почти 300 лет наблюдалась повышенная плотность живших и работавших тут знаменитых и талантливых людей. Однако у этих одарённых от природы людей имелись разные таланты. Одни занимались творчеством и несли людям свет и радость. А другие устраивали тайные общества, пытались найти способы управлять человеческим сознанием, были причастны к массовым репрессиям.

«Таинственный треугольник» ко всем своим обитателям относился с разбором. Тех, кто занимался тёмными делами, он не щадил, а тех, кто занимался полезным для людей и страны делом, – оберегал. Масоны, жившие на Мясницкой, в большинстве своём разорились. Руководство ГПУ/НКВД, причастное к массовым репрессиям, было уничтожено своими же коллегами. Члены тайного общества розенкрейцеров «Эмеш редививус» были разоблачены и отправлены в ссылку. А вот художники и писатели, жившие, в «треугольнике», стали знамениты. Примеры? Их много. Например, жители дома-общежития ВХУТЕМАС. Или вся семья Пастернаков, семья Лансере, Илья Глазунов и многие другие.

Итак, начинаем прогулку.

Дом, в котором жил и работал Владимир Маяковский

Начинаем прогулку от дома, в котором жил и работал Владимир Маяковский. Теперь в этом доме один из двух московских музеев Маяковского. Здесь, в одной из больших дореволюционных квартир, у Маяковского была маленькая комнатка. В этой комнате Маяковский работал, встречался с друзьями и, в конечном итоге, свёл счёты с жизнью. А жил он на Таганке у Бриков. Как известно, Маяковский был влюблён в Лилию Брик. Но Лиля Брик была замужем и часто пренебрегала Маяковским в этом неформальном браке. Поэтому у страстного революционного поэта Маяковского были и другие возлюбленные, с которыми он встречался вне дома Бриков. А местом для встреч как раз и служила его комната в коммунальной квартире на Лубянке.

Комната в коммунальной квартире досталась Маяковскому случайно. Его порекомендовал хозяину квартиры, которому после революции было предписано самоуплотниться, друг Маяковского. Интересный факт: в самом начале «эпохи коммунальных квартир» владельцы больших квартир, потерявшие свою собственность в результате национализации жилого фонда, могли сами выбирать тех, кто впоследствии будет жить с ними.

И хозяева больших квартир, которые шли под «уплотнение», активно пользовались возможностью окружить себя приличными и близкими по культурному уровню людьми.

Маяковского, по рекомендации Романа Якобсона, взял к себе Юрий Большин – владелец большой квартиры в Лубянском проезде. Комната была очень маленькой, всего 11 квадратных метров. В ней помещались только письменный стол, диван и шкаф. В этой комнате 14 апреля 1930 года Маяковский и застрелился.

Весть о самоубийстве Маяковского мгновенно разнеслась по Москве. И друзья, и почитатели Маяковского устремились в Лубянский проезд. Но первыми на место гибели прибыли не друзья, а санитары, которые извлекли мозг поэта и увезли его в Институт Мозга. Там он теперь и находится, вместе с мозгами других выдающихся деятелей советского периода. Свидетелем операции по извлечению мозга был Юрий Олеша (может быть, вспомните сказку «Три толстяка»?). А о том, что происходило у дома на Лубянке после самоубийства Маяковского, можно судить по воспоминаниям Бориса Пастернака.

Здание внутренней тюрьмы ОГПУ/НКВД/КГБ

Это то гигантское здание, которое народ называет Лубянка. Здание стало символом репрессий и подавления инакомыслия в Советском Союзе. В этом здании содержали в заключении, допрашивали, пытали, расстреливали. Самым известным заключённым, окончившим свою жизнь на Лубянке, был Борис Савенков. Борис Савенков был левым эсером, террористом, членом Временного правительства, организатором тайного общества «Союз защиты Родины и Свободы»…

Вопреки тому, что пишут в некоторых источниках, кабинетов руководителей госбезопасности в здании Лубянки никогда не было. Кабинет Лаврентия Берия находился, например, на первой линии ГУМа. Кабинет Абакумова был в Колпачном переулке в бывшем доходном доме офтальмолога Снегирёва.

Но на самом деле изначально, до революции, здание не было монолитным, как сейчас, и никакого отношения к тайным спецслужбам не имело. Здание было построено как многофункциональный торгово-офисный центр. Поэтому и выглядит комплекс хоть и внушительно, но не так уж и мрачно. Спасибо за это нашему великому архитектору Щусеву, который перестроил и объединил несколько зданий в одно, создав современный облик Лубянки. Сам Щусев иронично отнёсся к этому серьёзнейшему заказу и постарался построить «тюрягу повеселее» (это слова самого Щусева). Напротив здания внутренней тюрьмы КГБ стоит Дом спортивного общества «Динамо».

Здание спортивного общества «Динамо»

Это здание в стиле авангард было построено уже после революции. В 1928 году проект академика архитектуры Ивана Фомина занял первое место на закрытом конкурсе. Сейчас это здание выглядит вполне буднично и выделяется разве что огромными круглыми окнами на верхнем этаже офисной части здания. Но для конца 1920-х годов это был настоящий инновационный проект, разрушающий дореволюционные стереотипы.

Одна половина здания была занята квартирами, а во второй половине (которая выходила на Большую Лубянку) находились офисные помещения. На первом этаже расположился Гастроном № 40, а в помещениях с огромными круглыми окнами работала архитектурная мастерская Аркадия Лангмана – главного архитектора ОГПУ, выпускника Венской Высшей технической школы.

Здание, построенное для спортивного общества «Динамо», должно было стать образцом «пролетарской классики». Молодое советское государство нуждалось в новых архитектурных формах. И нашлись архитекторы, которые смогли их предложить. Однако авангард в архитектуре, как и конструктивизм, продержался недолго. Сталинское руководство, уничтожив внутренних конкурентов, принялось уничтожать всё революционное, как в науке, так и в архитектуре. Оно стало испытывать непреодолимую тягу к солидности, респектабельности и, как ни странно, к буржуазности.

Авангард и конструктивизм сменились «сталинским ампиром», призванным своей монументальностью символизировать мощь и незыблемость советской власти. И, конечно же, несменяемость руководства страны. Революционные преобразования закончились – закончилась и революционная архитектура. Вот так исторические события влияют на архитектуру и на городскую среду.

Дом фарфора

Многие знают, что в Москве до революции был Английский клуб и много «англоманов». Но где этот клуб находился? Оказывается, на месте, где сейчас стоит знаменитый Дом фарфора.

В 1898 году старое здание снесли, Английский клуб переехал, и на его месте, по проекту Фёдора Шехтеля, построили новое здание для конторы и магазина «Товарищества производства фарфоровых и фаянсовых изделий М. С. Кузнецова». Первоначально дом был двухэтажный. Впоследствии его дважды надстраивали. В 1913 году в торговых залах магазина проходила выставка картин художественного объединения «Голубая роза». Это был один из первых экспериментов по объединению торгового пространства с выставочным.

После революции в здании разместился «Всероссийский синдикат силикатной промышленности» и «Объединённый клуб третьего интернационала». А уже после Великой Отечественной войны в Дом фарфора снова вернулся фарфор, и начал работать магазин посуды. Круг замкнулся.

Дом Черткова

На этом месте в XVI веке стояла усадьба Волынских, а в XVII веке владение передали касимовским царевичам. Касимовское царство и касимовские «служилые татары» играли важную роль в жизни русского государства. Существует в среде историков мнение, что Касимовского царства как государства не существовало. Просто город Касимов отдали в «кормление» чингизидам – потомкам предводителя Орды Чингиз-хана. А титул «царевич» был номинальным. Однако то, что касимовские правители сыграли решающую роль в освобождении Василия Второго Тёмного из ордынского плена, не оспаривается. Именно в результате сделки Василия Второго с Касимовским ханом ему удалось вернуться в Москву, а касимовским татарам получить в органах власти Московского Великого князя много рабочих мест.

Городская усадьба, которую мы видим сейчас, построена в середине XVIII века Салтыковыми. В 1831 году усадьбу приобрёл Александр Дмитриевич Чертков. Чертков собрал в своём доме самую большую в то время библиотеку по русской истории. В этой библиотеке работали Пушкин, Жуковский, Гоголь и даже Лев Толстой. В 1863 году в специальной пристройке открылась первая в России частная бесплатная публичная библиотека.

В 1914 году особняк купил Густав Кеппен. Он собирался снести особняк и построить на его месте пятиэтажный доходный дом. Но начавшаяся Первая мировая война помешала его планам. С 1991 года это центральный Российский дом знаний.

Дом архитектора Фалеева

Сворачиваем с улицы Мясницкой в Милютинский переулок. Первый дом по левую руку на нашем пути – доходный дом, который построил архитектор Николай Фалеев в конце XIX века. Дом был записан, как тогда было принято, на женщин. Владелицами значились Зинаида, Софья и Александра Фалеевы. Традиция записывать недвижимость на женщин сохранилась до сих пор. Что лежит в её основе, ещё предстоит понять. Квартиры в доме арендовали солидные люди – врачи, адвокаты, инженеры.

После революции, в 1920–1930-е годы, в доме жили члены семей красных латышских стрелков. В том числе и артисты Московского Государственного латышского театра «Скатувэ». Был в Москве такой театр. Скатувэ в переводе с латышского означает сцена. Театр был основан в 1918 году учеником Евгения Вахтангова Освальдсом Глазниексом. В репертуаре театра были пьесы и на русском языке. Театр находился на Страстном бульваре в доме № 6. Театр был популярен. Но 3 февраля 1938 года актёрский состав театра был расстрелян на Бутовском полигоне.

Телефонная станция

За доходным домом архитектора Фалеева находится Московская телефонная станция. Здание телефонной станции в Милютинском переулке было построено в 1909 году. К тому времени телефон стал уже необходимым средством коммуникации. Здание одно время было самым высоким в Москве. Телефонизация шла полным ходом, и в 1914 году пристроили ещё одно здание. Как раз то, на входе в которое слева и справа видны лица мужчины и женщины, разговаривающих по телефону.

Соединение устанавливалось вручную «телефонными барышнями». Телефонистки были довольно крупными, так как при приёме на работу работодатели устанавливали минимальный рост и размах рук для претенденток. Кроме того, телефонистки не имели права выходить замуж до тех пор, пока работают на телефонной станции.

Большевики в 1917 году хорошо понимали важность телефонной связи. Поэтому при подавлении мятежа юнкеров, захвативших телефонную станцию, отказались от артиллерийского обстрела. Станция использовалась по назначению более сотни лет, что является рекордным сроком. В данный момент она не работает, а здание переживает капитальную реновацию.

Дом архитектора Григорьева

Архитектор Афанасий Григорьев был крепостным. И как же ему удалось стать архитектором? Как водится на Руси, благодаря барину. Хорошо, что барин был добрым. Хорошо, что барин заметил способности мальчика и определил его на обучение к знаменитому архитектору Джованни (Ивану) Жилярди. А иначе был бы Афанасий Григорьев не архитектором, а дворовым по имени Афонька. И трудно представить, что с момента выхода Афанасия Григорьева из крепостной зависимости до полной отмены крепостного права прошло более шестидесяти лет.

Как-то забываем мы, что крепостные в России были практически на правах негров-рабов в Соединённых Штатах. И забываем, что так горячо любимые советскими историками декабристы не освободили ни одного из своих крепостных. Но не помним того, что только ужасный руководитель Тайной полиции Российской Империи Александр Бенкендорф дал вольную своим крестьянам ещё до восстания декабристов.

Получив вольную в 1804 году в возрасте двадцати двух лет, Григорьев становится архитектором Ревизион-коллегии. А после пожара 1812 года активно работает в комиссии по восстановлению Москвы. Большой Манеж, Московский университет, Воспитательный дом на Солянке – это его работы. Тесно сотрудничал с Доменико Жилярди (сыном Джовани) на работах по восстановлению Москвы после пожара. Учился Григорьев также и у Франческо Кампорези.

Зарплата служащих в России никогда не была особенно большой. Поэтому Григорьев, только построив несколько частных особняков, смог купить участок в Милютинском (ранее Казённом) переулке и построить на этом участке дом. Дом архитектор построил для себя. В возрасте шестидесяти двух лет архитектор переезжает сюда с семьёй и живёт в доме до самой смерти (он ушёл из жизни в 1868 году).

В 1923 году в доме Григорьева разместилось издательство анархо-синдикалистов «Голос труда», издававшее сочинения Михаила Бакунина и Петра Кропоткина. Это было время полного разгула свободы слова и собраний. Можно было говорить и думать всё, писать всё, исполнять со сцены всё что угодно.

Период послереволюционной свободы длился недолго – всего около десяти лет. Уже в 1929 году все гайки были закручены, последним счастливчикам позволили покинуть пределы Советского Союза, и мышеловка захлопнулась.

Католический Храм Святого Людовика

Немного было в Москве храмов, которые работали все годы советской власти. Католическая церковь Святого Людовика – одна из них. Скорее всего, чекистов устраивала близость церкви св. Людовика к Лубянке. Следить было удобно и за иностранцами, и за своими.

История католической общины в Москве началась со строительства в 1687 году маленького храма Пресвятой Троицы в Немецкой слободе. Участок под церковь был выкуплен итальянским купцом Франциском Гваскони. Храм окармливал всех католиков, живущих в Москве, и не был привязан к конкретной национальной общине.

Храм Святого Людовика в Милютинском переулке появился значительно позднее – в 1791 году, и считается французским. После нашествия Наполеона, уже в 1833–1836 годах, на месте деревянного был построен каменный храм по проекту Александра Жилярди. Это храм существует и работает до сих пор.

Имя Святого Людовика церковь получила в честь короля Франции, окончившего свою жизнь в походе за пределами родины. Наверное, французы, жившие в России, представляли себя эдакими крестоносцами, несущими цивилизацию на просторы Евразии. Но каждый раз, возвращаясь на родину после нескольких лет жизни в России, они смотрели на Францию уже другими глазами. Замечали мелочность и отсутствие масштабов в повседневной жизни своей бывшей родины и облегчённо вздыхали, когда вновь возвращались в Россию. Это не мои домыслы – об этом пишут сами русские французы, вынужденные после 1917 года вернуться в Европу.

В период наполеоновских войн настоятелем храма Святого Людовика был Адриен Сюррюг, который поддерживал связи с московскими аристократами и имел на них огромное влияние. Есть данные, что многие московские аристократы под влиянием Сюррюга перешли в католичество, но фамилии их не известны.

В это можно поверить, ведь в то время для многих дворянских детей первым языком общения становился французский. Французские горничные, французская одежда, французская мебель, идеи французской революции (как много и упоительно можно было о них говорить долгими российскими вечерами, но, не дай бог, им следовать) – всё это могло приводить восторженных русских дворян к католичеству. Попробуйте почитать кому-нибудь вслух оригинальный текст «Войны и мира» Льва Николаевича Толстого. Думаю, вас, в связи с обилием речевых вставок на французском, надолго не хватит. Вашего слушателя тоже.

Когда Наполеон был в Москве, Сюррюг отказался встретиться с ним, продемонстрировав своё отрицательное отношение к войне между Францией и Россией. Приезжал Наполеон в храм или нет – неизвестно. Но храм не подвергся разграблению, в отличие от православных храмов, из которых украли всю драгоценную церковную утварь и устроили конюшни. По легенде, Адриен Сюррюг, когда подъехали наполеоновские солдаты, вышел на порог храма с распростёртыми руками и заслонил вход в церковь. После продолжительной и страстной речи священника солдаты отступили и не стали грабить храм.

В советские годы храм продолжал свою работу. С 1938 года настоятелем храма работал уже не француз, а американец Леопольд Браун.

Храм Святого Людовика действует и сейчас. Богослужения совершаются на русском, французском и английском языках.

Французский лицей имени Александра Дюма

Рядом с храмом Святого Людовика стоит здание, построенное в конце XIX века. Это здание всегда было учебным заведением. Первым появилось мужское реальное училище им. Святого Филиппа Неррийского. Деньги на постройку училища передала церкви Святого Людовика некая мадам Детуш. Немного позже купец Жан Валуа пожертвовал деньги на школу для девочек имени Святой Екатерины.

В 1897–1899 годах было построено здание для двух французских школ – для мальчиков и для девочек. После 1917 года школы закрыли, и уже в 1997 году, по соглашению с французским правительством, здание было передано в аренду Франции на 49 лет для организации лицея с обучением на французском языке по французским стандартам. Лицею присвоили имя Александра Дюма.

На открытии присутствовал президент Франции Жак Ширак. Есть романтичная история о том, что один из сотрудников посольства Франции в Москве случайно увидел дореволюционную открытку с изображением французских лицеев и загорелся идеей восстановить их работу. Имя этого сотрудника по не совсем понятной причине не упоминается.

Если днём пройти по переулку, соединяющему Милютинский переулок и улицу Малая Лубянка, можно увидеть группы учеников лицея. Можно позавидовать им, ведь место, в котором они учатся, очень интересное и находится в самом центре Москвы.

Усадьба Милютиных

Напротив здания лицея в глубине улицы стоит старый особняк. Он основательно врос в землю. Этому особняку уже больше трехсот лет. Он принадлежал истопнику Петра Первого Алексею Милютину. Если смотреть на особняк без учёта истории владельца, то ничего интересного в здании нет. Но если представить, что в этом месте было во времена Петра Первого, история оживёт.

Близость к верховной власти и предпринимательская жилка помогла Милютину приобрести участок в Белом городе и построить там дом и фабрику по производству шёлковых и позументных тканей. Фабрика находилась рядом с городской усадьбой. За дело Малютин взялся с размахом – его фабрика в то время стала самой большой в Москве.

За три века ничего не изменилось. Близость к верховной власти и теперь даёт доступ к большим деньгам. А большие деньги дают возможность развернуть масштабный бизнес. Плюс гарантию, что этот бизнес не отберут.

Интересно, что уже позднее, во второй половине XIX века, на территории усадьбы родился Валерий Яковлевич Брюсов – известный поэт-символист. Был ли Валерий Брюсов потомком Якова Брюса, легендарного сподвижника Петра Первого, сказать сложно…

Дом Якова Брюса

И на улице Мясницкой, и в Милютинском переулке есть указатели на дом Якова Брюса. Если вы попытаетесь найти этот дом, будете сильно озадачены, так как по указанному номеру дома имеют место быть более пятнадцати строений. Понять, какое из строений принадлежало Якову Брюсу, нет возможности. Скорее всего, его дом вообще уже не существует. Однако в процессе поисков вы неизбежно обратите внимание на небольшое стильное здание Каббала центра. Возможно, именно в нём причина появления указателей. Брюса называли чернокнижником, но каббалистом он не был. А теперь вот стал, – скажут нам основатели Каббала центра. Забавно…

Забавно и то, что Яков Брюс был коренным москвичом, так как родился в Москве. Общеизвестно, что его предки были из Шотландии и имели королевские корни. Только непонятно, возникнет мысль у многих, зачем они, потомки шотландских королей, в Россию приехали. На этот вопрос ответить довольно легко: как раз 300 лет назад Англия присоединила к себе Шотландию, и шотландские короли англичанам стали не нужны. А если не нужны, то, по законам того времени, от них нужно было избавиться раз и навсегда, то есть уничтожить физически. Плюс к этому, во времена Алексея Михайловича, отца Петра Первого, произошла буржуазная революция в Англии, и теперь уже английский король лишился головы. То же самое могло случиться и с другими потенциальными претендентами на престол. В общем, оснований для переезда в Россию, с её патриархальной стабильностью, у предков Якова Брюса было достаточно.

Ну и напоследок. Домов в Москве у Якова Брюса было много. Даже Брюсов переулок носит своё название в связи с тем, что почти целиком принадлежал Якову Брюсу. А ещё дома на современном Проспекте Мира, в Немецкой слободе…

1.Городом во времена Византийской империи называли Константинополь. Если человек говорил, что он едет в Город, это означало только одно – он едет в Константинополь. На греческом это звучало: «стинПоли» (в одно слово и с ударением на предпоследний слог). Позднее, при турках, словосочетание трансформировалось в «стамБули», или Стамбул. Ну, а Москва, как известно, приняла в XV веке эстафету у Константинополя и стала «Третьим Римом». Если кто-то сомневается, может поехать в Стамбул и прочитать об этом на стенах главного христианского собора Агиа-София.

Darmowy fragment się skończył.

Прогулки по Москве 24/8