Czytaj książkę: «Забвение. В Долине Теней»

Глава 1

Темнота. Холодная, всепоглощающая темнота. Забвение. Кто я? Где я? Как выбраться из этой темноты? Ничего не чувствую. Я падаю или уже упала? Моя голова и тело такие тяжелые, как будто меня вдавливают в камень. Нет, я лежу на твердой поверхности. Не могу открыть глаза, не повернуть голову, руки и ноги не мои вовсе. Я слышу звуки, приглушенные, как если бы закрыла уши руками. Нет, это голоса, кто-то говорит одно и то же, хором. Их там много? Нет, он один, голос, говорит женщина, к ней присоединяется мужской голос. Они о чем-то спорят, точнее, они кричат, не могу разобрать слов. Я пытаюсь открыть глаза, там свет, точно свет, не темнота, я знаю, всего лишь надо открыть глаза, но она меня не отпускает.

***

- Нет! – Я резко открываю глаза с криком или мне кажется, что я кричу. Свет, яркий, такой теплый, бьет в глаза, мне так больно, но мне это нужно, я наконец-то выбралась из темноты, и все такая же тишина. Где я? Мое зрение проясняется, я вижу белый свет, это потолок и он очень низкий, но он не белый, а из светлого дерева. Я лежу на кровати, точно, подо мной мягко, я в комнате. Пытаюсь повернуть голову, резкая боль прокалывает центр головы, начинается головокружение, и тошнота накатывает противной волной. Я возвращаю голову в исходное положение, начинаю дышать глубоко и медленно, успокаиваюсь. Постепенно тошнотворное состояние проходит, и я осматриваю комнату, насколько это можно сделать в моем положении, не поворачивая головы. Комната очень маленькая, надо мной окно, сейчас день, но из-за цветных вставок радужного цвета в комнате больше цветно, чем светло, детский восторг на миг охватывает меня, это определенно ярко и красиво. Стены, как и потолок, тоже белые, если точнее, то цвет кости. Кровать с изголовьем, рядом маленький столик, после кровати комод, а напротив него стул. Вот и вся мебель в этой комнате, и вся из светло-бежевого дерева. На комоде стоит глиняная ваза с цветами. Цветы свежие и такие яркие, что глаз режет: оранжевые, зеленые, желтые, голубые, разного размера, но все на высоких стеблях. Только сейчас я поняла, что в комнате пахнет ими, нежный, слегка сладковатый, почти фруктовый аромат. На столике рядом стоит кувшин, тоже глиняный и стакан рядом, наверно это вода. Я хочу пить, язык прилип к небу. Я лежу еще какое-то время и затем слышу шаги, легкие, почти невесомые, дверь с легким скрипом открывается. Заходит женщина и поднимает взгляд, взволнованно смотрит на меня и говорит.

- Ох, матерь! Ты очнулась! – она очень быстро подлетает ко мне.

- Милая, как ты себя чувствуешь? Хочешь пить? – спрашивает она, будто почувствовав мою жажду.

- Да. – очень тихо хриплю я.

- Конечно, конечно! Давай я аккуратно подниму тебе голову.

Я не спорю, так как не в состоянии сделать ни то ни другое. Она наливает в стакан воду и подносит ко мне. Опять острая боль в голове, но я все равно пью медленно, при этом мыча от боли.

- Ох, милая, потерпи! – я заканчиваю пить, и она осторожно кладет мою голову на подушку.

- Спасибо вам. – хриплю я. – Где я и что со мной? - женщина смотрит в мои глаза с жалостью и печалью.

- Ты в моем доме. Твоя голова, она была вся в крови, рана глубокая, целитель сделал, все что мог. Говорит, ты можешь, могла не проснуться или проснуться, но быть не в разумном состоянии! – ее глаза наполнились слезами, и она зашмыгала.

- А ты пришла! О, священная матерь решила оставить тебя с нами. Да еще и говоришь, пытаешься двигаться! Целитель сказал, что с такими ранами, если выживают, то остаются живыми мертвецами, – она посмотрела мне в глаза и заплакала еще сильнее.

- Ох, что же я, прости дитя! Ты очнулась, в своем уме и говоришь со мной, даже двигаешься. Все будет хорошо! Самое ужасное позади. Я тебе помогу, милая, не переживай!

Я лежала и смотрела на нее, мои глаза тоже наполнились слезами от услышанного, но я не могла плакать, боль не позволяла. Я была жива, в сознании и это самое главное. Я спросила женщину:

- Как вас зовут? - она улыбнулась.

- Меня зовут Сарина Вэн, милая, зови меня просто Сарина, а как зовут тебя?

- Я… А меня… Как зовут меня?

***

В голове пусто, кто я? Как со мной вообще произошло все это. Я напрягла память. Так, спокойно! Надо воспроизвести случившееся по порядку. Точнее в обратном порядке. Что было до темноты? Свет, яркая вспышка. Очень тихо, будто на заднем плане, кричат имя. Анна! Нет, Лирана! Да, точно, мужской голос. Он кричал мое имя. Женщина, Сарина, все это время смотрела на меня с пониманием и тревогой.

- Лирана. Меня зовут Лирана!

- Ох, Лирана, очень хорошее имя! Ну все! Тебе надо отдыхать,- засуетилась она, в ее глазах была тревога. – А я пока приготовлю тебе поесть!

Что я чувствовала? Ничего, пустоту. Смысл реветь, а так хочется! Моя прошлая жизнь вдруг стала ничем, просто стерлась из памяти. Главное не паниковать, надо взять себя в руки и действовать постепенно, по порядку. Сначала надо встать на ноги и в прямом и в переносном смысле. Сарина, эта женщина, выглядела взрослой, она излучала тепло, материнское тепло. Мама, а где моя мама? Так! Успокойся! Сарина обещала помочь, она очень добрая женщина, раз приютила меня у себя в доме. Она очень красивая, высокая, фигуристая, ее волосы, длинные, на половину собраны вверх и цвет! - Таким цветом бывают только опавшие осенние листья, и они блестели, чуть ли не переливались. Ее кожа была кремового оттенка, чуть загорелая, лицо было чуть вытянуто, черты выражены, нос аккуратный, чуть вздернут. Губы такие яркие, цвета персика и пухлые. А ее глаза! Я не видела таких глаз, а может, и видела, я же не помню ничего! Они были зеленые, цвета мха, с серебристыми прожилками, мне не показалось, это точно, и радужка была большой. На ней было легкое длинное платье цвета оливки, простого и удобного кроя. Рукава были закатаны, скорее всего, она была работящей женщиной, так как ее руки были в небольших порезах и мозолях. Ну явно не от легкой жизни. Я прислушалась к звукам за стенами, за окном. Сарина гремела посудой, готовила что-то. Было тепло, почти душно, а за окном где-то в дали, целый шквал звуков: животные мычали, ржали, чирикали, рычали и издавали другие смешные и непонятные звуки. Думаю, где-то рядом была ферма. Я лежала и пыталась вспомнить хоть что-то из своего прошлого. Так, имя есть, а фамилия? И кто тот мужчина, что кричал мое имя? Меня кто-то хотел убить, или я откуда-то упала, раз пробила свою черепушку. А сколько времени прошло? Сколько я тут валяюсь? Точно, надо расспросить Сарину; как я попала к ней? Я попробовала еще раз повернуть голову - очень медленно и почти без дикой боли. На столике еще стояли маленькие баночки, а рядом - рулоны чистой ткани. На комоде за вазой был небольшой блестящий таз из желтого металла, рядом лежало полотенце белого цвета. Неловкость и стыд навалились не спеша, эта женщина ухаживала за мной, лежачей, без сознания, лечила меня, взрослую девушку, не ребенка. Почему? Я у нее в неоплатном долгу: она спасла меня, и я ей обязательно отплачу. Я подняла свою руку и посмотрела на нее: кожа бледная, не такая как у Сарины. Пальцы тонкие, худенькие. На мне было длинное платье из тонкой ткани или ночная сорочка, без рукавов, бледно-голубого цвета. Ноги прикрывало тонкое покрывало бежевого цвета. Я дотянулась до головы: на мне была повязка, волосы лежали сбоку, заплетены в косу и не очень длинные - коса едва доходила до груди. Потом я потрогала лицо зачем-то. Нет, только не это! Как я выгляжу? Не помню своей внешности. Волосы светлые, с тусклым пшеничным отливом, а глаза, а нос, а губы… Паника, меня захватила паника. Дверь открылась, и Сарина зашла с подносом в руках. Подошла, и поставила его на столик, посмотрела на меня и увидела мой испуганный вид.

- Что случилось, Лирана? Тебе плохо? – она стала лихорадочно осматривать меня.

- Сарина, можно мне зеркало?

- Да-да, сейчас принесу! – она убежала в соседнюю комнату и очень быстро вернулась с зеркалом.

- Вот, держи! - протянула мне овальное зеркало размером с мою кисть, в бледно-желтой металлической раме. Я взяла аккуратно, поднесла к лицу и посмотрела в свои глаза. Что-то не так - я видела это на лице Сарины. Глаза были не большие, слегка заужены, с густыми длинными ресницами, а цвет! Они были бесцветные, как пасмурное небо: без серебристых прожилок, не живые, и радужка не такая большая. Обычный нос, а щеки покрывают маленькие веснушки. Полные губы слега бледные, но розовые, с четким ровным контуром. Подбородок острый, как и скулы, щеки слегка впали - признак худобы. Это все из-за моей травмы, наверное, я не такая как раньше. Вроде бы я, но что-то и правда было не так. Я отдала зеркало Сарине.

- Спасибо. Похожа на себя, наверное, – я умудрилась ухмыльнуться в такой-то ситуации.

- Милая, ты обязательно поправишься и все вспомнишь, но сначала надо поесть. Сарина помогла мне облокотится на изголовье кровати и взяла тарелку с наваристым бульоном. В желудке тут же заурчало. Это была похлебка с мясом и овощами - яркого красного, оранжевого и желтого цвета; сверху плавала зелень. Она начала меня кормить, но я запротестовала: еле-еле удержала тарелку и начала хлебать сама.

- А ты упрямая, дитя! Мне же не сложно, я бы тебя покормила, ты еще слаба.

- Я не ребенок, и ты достаточно для меня сделала. Я очень тебе благодарна, но пора справляться самой.

- Ох, для меня ты как ребенок. У меня же двое детей: сын и дочь. Дочь - почти твоего возраста.

- Правда, а где они?

- Они сейчас в городе, торгуют на рынке. Вернуться к вечеру - и ты с ними познакомишься.

- Ну вот, у тебя семья, а тут я, как младенец!

- Так, все, хватит об этом. Я же сказала, что помогу тебе и не брошу, пока полностью не поправишься! – это прозвучало сердито и даже с ноткой обиды.

Закончив с меньше чем половиной похлебки, я отдала тарелку, Сарина нахмурилась, но ничего не сказала. Меня заполнила не только еда, но и усталость - как будто я работа с утра до ночи. Затем она налила в ложку зеленую жижу и без объяснений сунула мне в рот. Лекарство было противным и приторным. Я запила водой.

- Спасибо. У меня столько вопросов…

- Нет, потом, обещаю, отвечу на все. А ты пока спи.

Она забрала поднос с остатками еды, и так же легко, как и зашла, упорхнула, закрыв дверь. После еды я провалилась в сон без особых усилий и мыслей.

***

Я проснулась, когда за окном уже проявлялись первые признаки заката. Животные были не такими шумными и активными. Сарина с кем-то разговаривала. Тоненький и звонкий голосок рассказывал, что в этот раз продали весь товар. Народу в городе на главном рынке было много, поэтому все продали. Это ее дети вернулись из города. Сарина похвалила дочь и сказала, что девушка очнулась. Оу, она говорила обо мне. Присоединился мужской голос - не мальчишеский, как я думала, а вполне зрелый, мягкий и приятный. Он спросил о моем состоянии, и мать рассказала как есть. Дочь стала благодарить священную матерь. Потом они направились в дом. Я уже приподнялась и облокотилась на изголовье кровати, при этом накрыв себя покрывалом. Опять стало не ловко: они все так переживали, как за родную. Они прошли мимо двери совсем бесшумно, тихо переговариваясь. Сарина наказала дочери накрыть на стол, а сама пошла проведать меня. Она вошла и улыбнулась, увидев, что я не сплю.

- Лирана, ты не спишь. Как себя чувствуешь? Мои дети вернулись из города, скоро я тебя с ними познакомлю.

- Спасибо, лучше, только голова еще кружится, - не стала врать я. Да и голова еще пульсировала, а при резких движениях боль прокалывала в центре.

- Завтра с утра придет целитель, сегодня его нет в деревне. Я надеялась на вечер, но он уехал в город за лекарствами. Давай я помогу тебе привести себя в порядок, а потом будем ужинать.

Я не спорила. Кое-как дошла до уборной, почти вися на шее у Сарины. Она помогла мне умыться, и мы вернулись в комнату. Расчесала мне волосы, заплела косу, переодела в платье с длинными рукавами бежевого цвета. После этого, словно за нами следили, в дверь постучали. Слегка приоткрыв, заглянула девушка и с разрешения мамы, зашла. У нее былата же легкая походка и улыбка от уха до уха - в комнате стало еще светлее.

- Лирана, познакомься, это моя дочь Мика.

- Привет, Лирана! Как же я рада, что ты очнулась и идешь на поправку! – она быстро подлетела и аккуратно обняла меня.

- Привет, Мика! Спасибо тебе, – немного растерянно ответила я, не ожидая такой нежности. Мика была почти копия мамы: такая же высокая, стройная фигура, но по- девичьи изящная; такие же длинные волосы цвета осеннего опавшего листка, кожа слегка загорелая и сияющая. Только глаза - цвета заката, с теми же серебристыми прожилками. На ней было длинное струящееся платье на лямках цвета молодой травы, на талии - шнурок из нитей бледно-золотого цвета. Мне показалось, что Мика была очень веселой и жизнерадостной девушкой. На вид ей чуть меньше, чем мне. А сколько мне? Двадцать три или двадцать пять?

Следом зашел парень - высокий, выше своей мамы и сестры на полголовы. Он был очень красив. Они все были красивы и как будто светились изнутри. Он был тоже копией мамы - мужская версия. На вид лет двадцать семь: точеная и подтянутая фигура, черты лица такие же четкие, легкая щетина, ямочка на подбородке - единственное отличие между ними. И глаза цвета бирюзы, с теми же серебристыми прожилками. Волосы заплетены в косу от макушки и до конца. На нем - бежевые легкие штаны, почти в обтяжку, и жилетка с боковыми завязками зеленого цвета, без рукавов.

- Лирана, это мой старший сын, его зовут Акин, – сказала Сарина и посмотрела на него с выжидающей улыбкой.

- Привет, Лирана. Я надеюсь, что ты быстро поправишься, – сказал он, едва улыбнувшись.

- Привет, спасибо, Акин. Спасибо вам всем, вы так добры ко мне, – ответила я искренне, с легкой улыбкой.

- Так, ну все дети, идемте ужинать. Лиране еще тяжко ходить и сидеть. Милая, я принесу тебе сюда,- сказала она и пошла к выходу. Акин уже вышел, не сказав ни слова, а Мика осталась.

- Лира, еще увидимся. Я тебя навещу перед сном. Приятного аппетита, – она ушла быстро, еле касаясь пола.

Сарина принесла мне ужин: жареные овощи и мясо, горячий травяной чай и кусок ягодного пирога. С ужином, как и с обедом, я справилась сама - но наполовину - и снова устала. После ужина, ко мне зашла Мика. Чтобы не сильно меня утомлять, она рассказала о своем сегодняшнем дне. Ей так нравилось ездить в город, что она бы и вовсе туда переехала.

- Лира, город Нилас - это столица нашей долины, и он самый крупный. А какой же он красивый! Белоснежный, переливающийся под лучами светоча, – говорила она с полным восхищением и любовью. – Мы ездим туда с Акимом раз в два или три дня, продаем наши деревенские продукты: молоко, творог, сыры, фрукты. Мама тебе не говорила? Конечно, я люблю нашу деревню, но в Лаасе мне тесно. Надеюсь, когда-нибудь я смогу переехать в столицу.

- Мика, а далеко до города? – спросила я заинтересованно.

- Я бы не сказала. На груженой повозке - около часа. А вот если бы я добиралась одна верхом на лорсосе, то спокойно за тридцать минут, – ее рассказ прервала Сарина.

- Мика, пора отдыхать, завтра рано вставать. Мне надо поговорить с Лираной.

- Хорошо мама. Лира, завтра поболтаем. Спокойных снов тебе, – она обняла меня аккуратно и тихонько ушла.

- Итак, я расскажу как ты к нам попала,- сказала Сарина с явным напряжением в голосе.

- Ты у нас уже две недели. А нашли мы тебя с Акимом, когда возвращались вечером из соседней деревни. Ты лежала в траве не далеко от дороги. Я увидела тебя чисто случайно - словно сама матерь направила мой взор в твою сторону! Твое лицо и волосы были в крови, на тебе было белое платье - больше ничего. Я его сохранила, даже не стирала. Думаю, сейчас каждая деталь будет важна для тебя. Ты была на грани: потеряла много крови, твое сердце еле билось. Но наш целитель тебя вытащил, не дал умереть. Сама матерь помогала ему - твое исцеление просто чудо. Скажу сразу: Акин спрашивал в соседней деревне, не пропадал ли кто у них. Она меньше нашей, но, и как у нас, все друг друга знают. Еще, как ты поняла, ты немного отличаешься: твоя кожа бледнее, а твои глаза… Я не видела таких глаз. Они бесцветные - так не должно быть. Может, это из-за травмы, но целитель говорит, что тоже не видел таких глаз у живых даже с такими травмами.

Я слушала, не перебивая. Меня стало знобить. Голова опять закружилась. «О, Светоч, откуда я, кто я и что же со мной случилось?!»

Глава 2

В моей голове была каша. Я еще час сидела в ступоре после услышанного. Сарина оставила меня одну, предварительно напоив гадкой настойкой. Сон не шел, голова раскалывалась, а я лежала и думала, как такое со мной случилось! Может, меня похитили? Или я куда-то шла, и меня ограбили? В мыслях крутился мужской голос, кричавший мое имя. А мои родители, мой дом? Ничего не помню. Надеюсь, что память вернется ко мне, хотя бы постепенно. Постепенно я только провалилась в дрему. Мне снилось небо: я парила, а потом стала стремительно падать - и это ужасное чувство, как будто меня что-то сильно вдавливало в жесткую поверхность.

Я проснулась беспокойно, дернувшись всем телом. Центр головы пульсировал неприятной, но терпимой болью. За окном рассветало, пели голосистые птицы, радуясь свету, а в доме уже все были на ногах. Сарина с Микой тихо что-то обсуждали. Был слышен звук готовки, сквозь дверь я почувствовала запахи завтрака: пахло кофе, блинчиками, жареными яйцами. А на улице, где-то вдали, Акин громко ругался - наверное, на животных. Дверь тихо открылась, и ко мне заглянула Мика. Она увидела, что я не сплю, и быстренько зашла внутрь.

- Доброе утро, Лира! Как ты спала? – с улыбкой спросила она.

- Доброе, почти выспалась, не считая тревожного сна, – ответила я, пытаясь при этом улыбнуться, хотя глядя на Мику, это было сделать очень легко.

- Я пришла тебе помочь, и ни упрямься!- сказала она, помогая мне подняться с кровати.

Мика проводила меня в уборную, все показала, и я с благодарностью попросила ее выйти, намекнув, что сама справлюсь - нечего наглеть. Мне было тяжко стоять, но глядя на свое отражение, в котором было мое помятое лицо, потное тело и грязные волосы, я невольно скорчилась. Уборная была чуть меньше моей комнаты: такие же светлые стены, маленькое окно с теми же цветными вставками. Оно было приоткрыто, запуская свежий воздух. В уборной было все необходимое, а рядом с ванной стояла напольная деревянная полка с разными баночками, мылом и полотенцами. Я забралась в маленькую медную ванну и в положении сидя стала намыливаться зеленым травяным мылом - все, до повязки на голове. Сполоснулась чистой водой из соседнего таза, после насухо вытерлась белым мягким полотенцем. Стало легко дышать - я пахла как скошенная трава. Надела легкое платье бледно розового цвета с завязками на талии и короткими рукавами, которое Мика оставила для меня. Обула легкие тканевые мюли, в которых и пришла, и посмотрела в зеркало. Вид почти здоровой девушки - не считая повязки и этих странных глаз, а так же кругов под глазами и впалых щек. Я вышла из уборной - казалось спустя час. Мика, дежурила около двери и подхватила меня за руку.

- Я уже хотела вломиться к тебе, Лира. – но понимающе посмотрела на меня, и повела на кухню.

- Извини, если заставила тебя ждать. Быстрее не могла, – сказала я с чувством вины.

- Я же шучу, дуреха! Я не всерьез. Просто думала, что ты там свалишься, - переживала!

- Спасибо, Мика. Мне правда очень неловко из-за всей этой ситуации.

- Прекрати! Все хорошо! Ты очень милая и хорошая. И то, что ты попала в такую ситуацию, меня очень расстраивает - это ужасно.

Я крепче сжала ее руку, показывая свою благодарность. Мы прошли по длинному коридору и зашли в просторное помещение. В центре стояла полукруглая белая печь с уходящей в потолок круглой трубой. Потолок, как и везде, был из светлого бежевого дерева: высокий с одной стороны и чуть снижающийся с другой. Стены светлые, окна тут большие, с цветными вставками - из-за чего комната была разноцветной. С одной стороны стоял большой круглый стол и четыре стула того же дерева. Чуть дальше была кухонная зона для готовки и шкафы, а с другой стороны, около стены, стоял стеллаж с книгами и всякой всячиной. В середине, под окном, была кушетка со спинкой и мягкими подушками на сидениях. Рядом стояло кресло-качалка с пледом и подушками. Около них был прямоугольный низкий столик, на котором стояла глиняная расписная ваза со свежими цветами, похожими на те, что стояли у меня в комнате. У дальней стены посередине была большая деревянная дверь. Скорее всего, это был главный вход. Вся мебель в доме смотрелась очень гармонично: было уютно, и всего было достаточно.

- Доброе утро, – сказала я, войдя. Мика посадила меня за стол.

- Доброе утро, дитя! Как ты себя чувствуешь? – спросила Сарина. Она накладывала в тарелки ароматную молочную кашу и сверху клала добротный кусок масла.

- Спасибо, намного лучше! Я могу помочь накрыть на стол?

- Лира, сиди спокойно! Уже почти все накрыто, сейчас будем завтракать. – запротестовала Мика, ставя передо мной тарелку. В нос ударил вкусный аромат еды, и желудок протяжно завыл. На столе, как я и предположила, были блинчики, жареные яйца, творог, сыр трех видов, джем голубого цвета и свежий кофе. Со стороны коридора послышались шаги, и вскоре показался Акин. Он мельком посмотрел на меня и коротко поприветствовал. Я тоже ему кивнула. Мы уселись за стол и начали завтракать.

- Приятного аппетита! – звонко пропела Мика, и стала уплетать кашу.

- Приятного аппетита, дети! – сказала Сарина, посмотрев на всех с заботой и любовью - даже на меня.

- Спасибо, и вам приятного аппетита, – скромно сказала я и тихонько начала есть кашу. Один Акин жевал молча, опустив голову в тарелку.

- Лирана, целитель придет после завтрака, – сказала Сарина, отпив кофе. – После осмотра, ты отдыхай: тебе пока рано гулять, а там посмотрим. Мика и я сегодня будет работать в саду, Акин - на ферме. Надо починить забор: самец сайги опять пробил рогами доску.

Акин хмыкнул, и с раздражением сказал:

- Может, мы пустим его в расход!? Я уже третий раз меняю доски.

- Эй, этот рогатик - мой любимый! – возмутилась Мика.

- Пока не будем. Он в самом расцвете, потомство от него будет крепким, а нам нужны такие сайги. Предлагаю временно переселить, раз этот забор ему так докучает,- порешила Сарина.

Они обсуждали обыденные дела, решали семейные проблемы, а я была здесь лишняя, чужая. Не хочу стеснять их, объедать и быть обузой, даже если они помогают мне от чистого сердца. Я ушла в свои мысли и даже не заметила, как в дверь постучали. Мика уже впускала в дом пожилого мужчину. Я дернулась и пролила остатки кофе на стол, когда меня позвала Сарина: она стояла и говорила что-то мужчине. Мика тут же побежала за тряпкой.

- Лира, ничего страшного, я все уберу.

- Ох, простите! Я немного задумалась, – виновато сказа я. Акин встал из-за стола, косо глянул в мою сторону, поздоровался со стариком и поблагодарил мать и тихо ушел через заднюю дверь.

- Лирана, это целитель Мар. Пройдем в комнату - он тебя осмотрит, – Сарина подхватила меня за руку. Я поприветствовала целителя и мы пошли в комнату.

***

Я сидела на кровати, а целитель Мар снимал мне повязку. Выглядел он почтенно: седые длинные волосы убраны в косу, густая борода длинной до его груди была убрана золотой повязкой. Он был так же высок и, не смотря на возраст держал спину прямо. Черты лица были точеными; он не был худым. Его глаза отличались от других только цветом - они были ярко-голубыми. На нем была просторная льняная туника в пол цвета кофе с молоком. Он очень внимательно осмотрел рану и начал обрабатывать ее мазью. Затем хмуро посмотрел мне в глаза и, выдохнув, спросил:

– Лирана, как твоя голова? Я не вижу смысла больше забинтовывать рану - только нужно мазать заживляющим средством и пить отвары, которые я принес.

- Еще болит, иногда кружится. Но меня больше волнует то, что я ничего не помню. Скажите, ко мне вернется память? И еще - мои глаза. С ними что-то не так. Они так и останутся такими?

Целитель задумался и сказал:

- Честно, дитя, с таким я сталкиваюсь впервые! Травма головы – это всегда тяжелый случай, особенно твоя. Я думал, ты долго не протянешь. Некоторые аравенцы теряли память частично, потом постепенно вспоминали. Иные приходили в сознание, но были не в состоянии говорить, ходить или вовсе были живыми мертвецами, за которыми нужен был круглосуточный уход - зависшие между жизнью и слиянием с эфиром. Ты очнулась, бодро мыслишь, говоришь, ходишь, но глаза твои бесцветны, мертвы, как будто весь цвет ушел вместе с воспоминаниями, а может, и жизнью. Но наш отец, светоч, передумал и вернул тебя обратно. А может, это последствия травмы. Я, как целитель, искал в библиотеке в старых трудах упоминания об этом, но наша библиотека скромна. Да и мои коллеги о таком не слышали и не практиковали. Могу сказать одно, можно поговорить со столичными целителями или в верховной библиотеке в Ниласе, при дворце правителя. Но простых целителей, как меня, туда не пускают.

- Я благодарю вас, целитель Мар, вы спасли мне жизнь.

- В этом есть и твоя заслуга, Лирана. А еще благодари Сарину: она все время тебя выхаживала. А она упряма: если что-то делает, то на совесть. Вот и тебя поставила на ноги.

- Ох, целитель Мар, будет вам! Это священная матерь не дала Лиране слиться с эфиром раньше, чем положено, – сказала Сарина.

- Ну что ж! Еще недельку постельного режима и лекарств, после можно и гулять. Но никаких нагрузок еще две недели. Я приду через неделю. Так что ты идешь на поправку, Лирана!

- Это чудесная новость, милая! Мы будем выполнять все ваши указания, целитель. Благодарим вас! – с радостным возбуждением сказала Сарина, и они с целителем вышли из комнаты. Я легла от накатившей усталости и услышанной информации. И я уже знала, что дальнейший мой путь лежит в столицу. Но до этого еще надо прийти в состояние стояния.

Под конец недели и моего постельного режима, голова больше болела от положения лежа и ничегонеделания. Как я ни предлагала свою помощь Сарине - хотя бы по дому - в итоге она награждала меня убийственно строгим взглядом. Сказала, что поговорим об этом после моего постельного режима и заключения целителя Мара.

Мика, когда была свободна, приходила ко мне и рассказывала обо всем подряд: о своих подругах, о парне Миласе, что строил ей глаза и забрасывал приятными словами, как и многих девушек в ее деревне. Обещала устроить мне прогулку по местным достопримечательностям и познакомить со своей лучшей подругой Зиной. С Акином я почти не разговаривала. Думаю, он меня не переносит: нахлебница и чужачка - иногда читалось на его красивом лице. Они с Микой часто гуляли по вечерам, каждый по своим делам. Даже Сарина иногда уходила, когда все дела были сделаны. Мужа у нее не было. Я не доставала с расспросами: от Мики я узнала, что их отец слился с эфиром уже давно - это был несчастный случай. Лишь с недавнего времени она приняла ухаживания одного очень завидного аравенца: он был кузнецом.

- Я только за! – говорила Мика. – Я вижу, как ей одиноко и тяжело одной. Она очень любила отца, но прожить одной еще пятьдесят циклов – это самобичевание. В том, что произошло, ее вины нет. Лишь Акин ведет себя как наш рогатик! Зациклился на этом, думает, что теперь он ответственен за нашу семью, ведь он единственный мужчина. А наша мама - очень сильная женщина. Она не дала нашей ферме развалиться. Некоторые соседи хотели выкупить часть животных, но мать отрезала на корню. Больше они к ней не приставали. В нашей ферме двести пятьдесят голов. Почти все мы делаем сами. Иногда за плату нам помогают друзья Акина: все-таки мужская сила на ферме незаменима.

Мика рассказала, что живут они на средства от продажи продуктов, которые дает им ферма и сад. Сарина варит разные сыры - и они самые вкусные во всей деревне. А на рынке в столице даже есть свои собственные покупатели из богатых домов, еще они продают творог, молоко, яйца и фрукты из небольшого сада. А Мика увлеклась варить джемы из лесных ягод. В итоге после нескольких экспериментов и изведенных продуктов, она сварила джем, который хотелось есть ложками просто так - из голубой ягоды конюшки, с добавлением секретного ингредиента, о котором она мне, конечно же, не рассказала. Этот джем она тоже продавала на рынке, а вырученные монеты копила на будущее.

Спустя семь дней и с разрешения целителя, я наконец-то могла выйти на свежий воздух - и это было восхитительно. Выйдя через заднюю дверь, первым делом я увидела сад: клумбы с цветами разных оттенков. Это были те же цветы, что стояли в моей комнате. Вокруг их бутонов крутились и жужжали ярко-оранжевые насекомые. Пройдя по аккуратной дорожке из камня цвета речной тины, я вышла за калитку. Еще из дома я увидела высокие деревья - это был фруктовый сад. Одни деревья были с толстыми стволами и желтой корой, розовыми листьями; а на ветвях висели большие круглые плоды оранжевого цвета, и среди плодов продолжали распускаться белые цветы. Другие деревья были тоньше и ниже, коричневого цвета, с красными листьями. На них висели овальные небольшие ягоды того же цвета, и так же местами распускались зеленые цветы. Еще было много кустарников с меня ростом: их листья были темно-зеленого цвета, и они были усыпаны сиреневыми маленькими шариками. Всего я насчитала примерно тридцать деревьев. Пройдя немного вглубь сада, я нашла деревянную скамейку и присела. Какой же был чистый воздух! Я провела рукой снизу вверх - и он задрожал, так, будто я водила рукой по воде, только эффект был очень слабый. Небо было кристально-голубое, с едва заметным мерцанием. «Ничего подобного раньше я не видела», - промелькнуло у меня голове. «Видела, просто я не помню». Меня это не пугало или удивляло - меня все это завораживало, ведь так все и должно быть. Дом моих спасителей находился на возвышении, и вся деревня, уходящая вдаль, была ка на ладони. Я видела соседние дома с большими участками, засаженными разными овощами. Еще дальше виднелись крыши, покрытые светлой желтоватой корой, которая блестела под лучами светоча. Дома стояли все ближе и ближе друг к другу. Скорее всего, там был центр деревни. Я встала и прошла на другую сторону сада. Вдали переливалась река - местами очень широкая, уходящая в разноцветный лес.

В той же стороне было пастбище и несколько деревянных построек: одна - очень большая и самая дальняя, чуть ближе - поменьше, а третья постройка совсем небольшая и располагалось почти у сада; из нее торчала труба. Пастбище было огорожено высоким забором - эта была ферма. На поле паслись животные, каждый вид - на своей территории. Я решила подойти и посмотреть поближе к средней постройке - туда где бегали сайги. Животные были полностью покрыты с ног до головы шерстью-завитушками. Рога по форме не отличались от завитушек, а цвет их был грязно-желтый. Зато шерсть была на тон светлее рогов и блестела. Бегали они очень резво - на четырех ножках с копытцами под цвет рогов. Они были мне примерно по пояс. Я обратила внимание на их глаза, и была немного потрясена. Во-первых, они были ярко-голубые - и все с теми же серебристыми прожилками. Я поднялась на одну доску забора, чтобы лучше рассмотреть других животных. Там же бегали смешные и неуклюжие кирийки - их вкусные яйца я съела сегодня на завтрак. Они бегали на двух лапках, бледно-синего цвета, с острыми когтями, полностью в белоснежных перьях; лишь на макушке были синие штрихи. Клюв под цвет лап, глаза - были желтого цвета. У самцов, в отличие от самок, перья на хвосте были длиннее и чередовались с синими. За другим забором протяжно выли муллы - крупные, почти в мой рост, на четырех копытах. У них были здоровые морды с черными носами, глазами оранжевого цвета, длинными свисающими ушами, таким же длинным волосатым хвостом и огненно-рыжим телом. Я, засмотревшись на красивых животных, не заметила, как в мою стороны шел рогатый сайга. Лишь боковым зрением я увидела, как он набрал скорость и уже несся на меня. Я повернула голову - и в тот момент он протаранил забор. От такого удара меня толкнуло назад, руки отцепились от забора, и я готова была спрыгнуть на ноги, но меня подхватили под мышки чьи-то руки. Спина уперлась в грудь - явно не женскую и очень жесткую. Я медленно обернулась и увидела обнаженного по пояс мужчину с очень рельефным торсом. Он был вспотевший. Немного отойдя, он сложил руки на груди.

- Не успела встать на ноги, как опять решила поваляться без чувств? – холодно произнес Акин, смотря на меня с раздражением.

Глава 3

Да чтоб его! Этот парень показал всю свою неприязнь ко мне одной лишь фразой. Что я ему сделала? Я, конечно, понимаю, что я обуза для его семьи, и шла бы я уже восвояси, но мне некуда идти, и никто мне не поможет, кроме них. Мне оставалось с благодарностью и непомерным чувством долга принимать их помощь. Как бы я не хотела съязвить, я не в том положении - я в его доме.

- У меня все было под контролем! Я не собиралась падать и валяться без чувств! Этот сайга появился очень неожиданно, и он похоже, тоже агрессивно ко мне расположен. Но все равно спасибо, что поймал! – уверенно сказала я, то и дело, косясь на его жилистые руки с выпирающими венами. Он ухмыльнулся, подошел ко мне вплотную. Я смотрела ему в глаза, задрав голову: моя макушка еле доходила до его подбородка.

- Скажу честно, Лирана, ты мне не нравишься. Особенно твои глаза. Ты очень странная. От тебя веет неприятностями. Ты для нас чужая, и я жду не дождусь, когда ты нас покинешь! – сказал он спокойно, но со злостью в глазах и торопливо ушел.

- О, не беспокойся, это случится скоро! – крикнула я ему вслед. Он, повернув голову, ехидно хмыкнул, но при этом не остановился. Мое настроение было на сегодня безвозвратно испорчено. Мне срочно нужно решать, что делать дальше! Я вернулась в дом. Сарина хлопотала на кухне, готовя обед. Мика ушла к своей подруге.

- Сарина, позволь тебе помочь! Целитель Мар сказал, что я иду на поправку. Я не прошу тебя о тяжелой работе на ферме, пока, но знай, что я могу выполнять любую работу!

Сарина уперла руки в бока и хотела было начать меня отчитывать, но увидела мой умоляющий взгляд. Вздохнув, она сказала:

– Хорошо. Ты можешь почистить батат, потом сходи в огород и нарви листья периллы - сегодня у нас жареное мясо.

Я улыбнулась, подвинула корзину с бататом к столу, взяла пустую чашу и сидя стала выполнять задание. Огород находился перед домом. Он был маленький, в основном засажен разными травами. Я нашла багрово-фиолетовые листочки почти сразу, нарвала самые большие и промыла их чистой водой из колонки, которая стояла в углу огорода. Потом я помогла накрыть на стол, и все, почуяв запах еды, собрались на кухне. Мика воодушевленно рассказывала о новостях в деревне, брат сидел спокойно как обычно. Я даже не смотрела в его сторону после нашего неприятного разговора.

- Ммм, еда! Всем приятного аппетита! – сказала Мика, засовывая кусок жареного мяса, завернутого в листок, в рот. – Лира! Я думаю, тебе уже можно показать нашу деревню Лаас. Обещаю, тебе понравиться - ведь я очень хороший рассказчик!

- Рассказчик сплетен! – буркнул Акин.

- Эй, это новости, а не сплетни! Тебе тоже хорошо бы знать, что твориться в деревне!

- Мика, избавь меня от не нужной информации!

- Даже если это касается Уны? – с загадочной улыбкой спросила Мика.

- Мика! – прорычал Акин на сестру.

- Дети мои! Опять вы за свое! Давайте поедим молча! И да, Лирана, я считаю, тебе будет полезно прогуляться и посмотреть на нашу деревню, если, конечно, ты не устала, - с теплотой и материнской любовью сказала Сарина.

- Я только за. Думаю Лаас очень уютный и красивый, – меня эта идея воодушевила, мне было интересно и полезно разведать обстановку.

- Ура! Ура! Мама, если срочных дел нет, то мы с Лирой до конца дня будет заняты.

- Ох, хитрюга, лишь бы погулять! Ладно, на сегодня дел почти нет. Можете отдыхать, девочки!

После обеда Мика увела меня в свою комнату. В глаза бросился игрушечный сайга, похожий на моего сегодняшнего несостоявшегося убийцу – он спокойно лежал на кровати. Комната была чуть больше моей, а в углу стоял шкаф с одеждой. Мика открыла его и стала перебирать свои платья, сказав, что мне нужен презентабельный наряд. Я вдруг вспомнила про свое белое, испачканное в крови платье. Надо попросить Сарину показать мне его. Я немного поправилась и уже выглядела посвежее, не больной. Платья Мики теперь не висели на мне, но были длинные, почти в пол. Похоже, я была коротышкой среди них. Она подобрала мне платье – тунику, с короткими рукавами и узким пояском из переливающихся золотых нитей. Оно было синего цвета, легкое, тонкое, красивое и не просвечивало.

– Оно подходит под твои глаза! - без какого-либо подтекста сказала Мика.

Волосы наполовину заплела в косу и закрепила шнурком, оставив остальную часть распущенной. Рана на голове пока не позволяла хитроумно их собирать. Мои временные мюли были мне велики, и Мика откуда-то нашла кожаные сандалии светло-коричневого цвета моего размера. Сказала даже не переживать по этому поводу: она их взяла у своей подруги, у которой была младшая сестра с таким же размером ноги, как и мой.

– Готова! Лира, ты красотка! – пропела Мика и обняла меня. Сама она переоделась в платье лилового цвета на лямках, на талию она повязала широкий пояс с разноцветной вышивкой в цветочной тематике. Волосы расплела, убрав лишь верхнюю часть металлической шпилькой с подвеской на конце в виде кисточки из атласных нитей розового цвета.

- Готова! И я тоже красотка! Милас слюнями подавиться, смотря на меня!

Я тихонько рассмеялась. Проходя через кухню, мы услышали, как Сарина даже присвистнула:

- Девочки! У вас свидание или обычная прогулка?

– Мама, сегодня выходной, много народу будет в центре. Пусть смотрят и завидуют!

– Будьте осторожны и не попадите в заварушку! – отдала последние напутствия Сарина, и мы выпорхнули за дверь.

***

Мы шли не торопясь. Мика что-то рассказывала, а я слушала вполуха и вертела головой по сторонам. Сначала были дома, точь-в-точь похожие на дом Сарины, с большими огородами и фермами. Дорога была широкой, из камня цвета тины. Мика сказала, что все дороги в Лаасе из этого речного камня. Цвет дороги сочетался с домами светло-бежевого цвета и желтоватыми крышами. Вот дома стали чаще и теснее друг к другу - мы подходили к центру. Некоторые дома были со вторыми этажами, например здание с вывеской в виде рогалика. Первый этаж занимала пекарня с большим открытым проемом, через который продавали всевозможные хлебобулочные изделия, а у дальней стены была большая печь. С боку дома наверх вела деревянная лестница: там жила владелица со своей семьей. Мы, конечно же, не смогли пройти мимо, не купив два рогалика с персиковым джемом и не слопав их за считанные минуты.

Мы подходили к центральной площади, пройдя лавки кожевника, швеи и магазинчика одежды - тоже двухэтажных. Площадь была круглой и достаточно большой. В ее центре стоял в полный рост памятник бледно-золотого цвета: в виде аравенца, восседавшего на горделивом лорсосе. По-другому этих животных не назвать: мощное, жилистое тело на четырех длинных ногах с копытами, длинная шея, вытянутая морда, большие глаза пронзительно-сапфирового цвета, стоячие уши, длинный хвост с кисточкой на конце. У Сарины на ферме было четыре лорсоса глубокого темно-синего цвета. Шерсть - короткая, бархатистая - переливалась на светоче перламутровыми крапинками; кисточка и длинная грива были черными. Подойти к ним я не решалась, зато Акин и Мика без страха седлали их, показывая, что они достойны покататься на них - лорсосы это чувствовали. По рассказам Мики, это был памятник в честь аравенца, построившего первый дом тут и основавшего Лаас. В последствие был старейшиной, как и его праправнук сейчас. Вокруг памятника росли клумбы, только полностью с желтыми высокими цветами с красной сердцевиной, а вокруг клумб стояли деревянные резные скамейки из светлого дерева. Мы присели.

- Видишь с той стороны площади постройку? Это местный увеселительный дом, там собирается большая часть деревни. Есть еще один, на въезде в Лаас: там обычно отдыхают путники, но этот больше.

Дом был двухэтажный, правда, второй этаж был с навесом: там стояли столы и лавки. Около входа тоже был навес, под ним прямо на улице стояли столы с лавками.

- Ближе к вечеру там будет некуда присесть! Сегодня будут приезжие музыканты! - сказала Мика.

- А еще там самое вкусное кремовое пиво! Мама не одобряет алкоголь, но я пью лишь его. Если хочешь быстро и по крупному надраться, то лучше пить когу: это зеленая жижа сносит крышу так, что имени своего не вспомнишь! Ой! Не спрашивай меня откуда я это знаю! Хотя данный грешок наблюдался за Акином! Вот смеху тогда было: он даже спал на сене в хлеву с лорсосами. Ой, только не говори маме, пожалуйста! – поспешно добавила Мика.

- За кого ты меня принимаешь! Я унесу это с собой в могилу! – со смехом сказала я.

- Мика посмотрела на меня со странной улыбкой, но ничего не сказала. В этот момент к ней подлетела девушка и смачно поцеловала в щеку.

- Мими, я так рада тебя видеть! – почти визжала девушка.

- Зизи, так давно не виделись, аж с самого утра!- ответила Мика с явным поддразниванием, но тоже поцеловала подругу.

Зина, была такого же роста, как и Мика: кожа с легким загаром, стройная, но с красивой большой грудью - в отличие от моих скромных размеров. Ее волосы были цвета спелой пшеницы, высокий лоб, лазурные глаза, и милые ямочки на щеках. На Зине было розовое платье на лямках с очень откровенным вырезом на груди - так же, как и мое, - длинной в пол. Ее волосы были собраны в затейливые жгуты и переплетены между собой. В ушах были большие серьги - кольца с подвесками из маленьких розовых бусин.

- О, матерь! Зизи, ты конечно просто мед, но Акин сегодня не придет. Они с другом куда-то намылились, – от сказанного Микой Зина слегка поникла, но тут же начала:

- Вот умеешь ты все обломать! Ну и ладно, больно хотелось! Буду танцевать сегодня до трясущихся ног!

Я смотрела на девушек и тихо смеялась: на душе было так хорошо, как будто раньше все свои вечера я проводила так. Мика резко повернулась ко мне и с широкой улыбкой представила меня своей подруге.

- Зизи, а вот и Лирана! Лира, а это моя подруга, почти сестра, Зина. И извини, что я ей про тебя все уши прожужжала, – она виновато посмотрела на меня.

- Привет, Зина! Мне очень приятно, потому что Мика про тебя мне тоже много рассказывала! Зови меня Лира, - вот так я и не заметила, как сократила свое имя благодаря Мике.

- Лира, я тоже так рада! Наконец-то мы познакомились! А ты зови меня Зизи! Это привилегия только для самых близких подруг! – и, так же как и свою подругу, поцеловала меня в щечку. Если Зизи и смутили мои странные глаза, то она это никак не показала. Вела она себя по отношению ко мне очень доброжелательно - ну точно сестра Мики, не по крови, а по сути.

***

Мы проболтали так почти до начала сумерек. На площади начали зажигать фонари, а в увеселительный дом стали приходить все больше и больше аравенцев. Мы вскочили и побежали туда, пока еще были свободные места. Поднялись на второй этаж и заняли столик ближе к краю - с видом на площадь. Девушки заказали себе кремовое пиво, а я отказалась, так как моей пробитой, не до конца зажившей голове это не пойдет на пользу. Я взяла лишь стакан воды. Светоч сел за горизонт, уступая место звездам и двум лунам. Началось выступление музыкантов: девчонки сорвались вниз танцевать и меня с собой поволокли. Только танцевать я не хотела и лишь смотрела со стороны, как они веселились. Танцовщица из меня так себе. Было очень много молодых аравенцев - девушки и парни, все высокие, один краше другого, с яркими глазами, длинными волосами. Причем волосам некоторых парней я могла только позавидовать. Все излучали свет и жизнь. Музыка была веселой: ритмичные барабаны, струнные инструменты, название которых я не знала. А высокий блондин с распущенными волосами и глазами светло-фиолетового цвета пел так, что девушки таяли от его голоса.

После зажигательного ритма началась медленная и очень чувственная песня. Некоторые парочки стали медленно кружиться, а Мика и Зина подошли ко мне и стали обсуждать обаятельного певца. Через минуту Зину увел танцевать рыжий красавчик в зеленой жилетке. Мы с Мими вернулись за столик.

- Сегодня очень много приезжих, – сказала Мика делая хороший глоток пива.

Я посмотрела по сторонам: все места были заняты, поэтому много аравенцев были на площади - сидели на скамейках или просто стояли компаниями с кружками кремового пива.

- Часто у вас бывают такие веселые посиделки в деревне?

- Вообще частенько, но как сегодня - уже не было давно. Музыканты приехали из столицы, заметила? Стиль одежды другой, и ткань очень нежная, не для работы. Я очень хочу попасть в один столичный увеселительный дом! Говорят, там все по-другому, музыканты выступают на специальных подиумах в центре, а рядом можно танцевать, и столы расположены так, что тебе все видно.

- Думаю, у тебя обязательно будет такая возможность. Главное - сильно хотеть этого!

- Ох, Лира, мне бы твой оптимизм! Все так сложно, но я в это верю!

Очень неожиданно к нам подсел парень.

- Мика, привет! Выглядишь сегодня так, что сама Вела позавидовала бы твоей красоте.

- Матерь! Милас! Нельзя так пугать девушек! Про Велу это ты загнул, но все равно спасибо! – почти с безразличием сказала Мика.

Это был тот самый Милас - парень, что не пропускал ни одной девичей юбки. Вот и меня он заметил, только когда его взгляд поднялся к моим глазам, он вздрогнул. Мика тут же пихнула его в бок.

- Ай! Ммм, Мика, познакомишь со своей подругой? Она приезжая? – спросил он. А мне уже не понравилась эта идея, но просто встать и уйти я не могла из-за Мики.

- Привет, меня зовут Лирана! Да, я приезжая. А ты? – выпалила я на одном дыхании. Милас замешкал и все-таки заговорил.

- А меня зовут Милас. Я друг Мики и живу здесь.

Затянулась неловкая пауза. После Милас спросил, заказать ли нам кремового пива, Мика сразу же согласилась, а я вежливо отказалась, глядя на мой стакан с водой, настаивать он не стал. Милас, как и другие парни был очень симпатичный. Ему было наверное, столько же, как и Акину. У него были белые с желтыми прядями волосы, слегка небрежная щетина, цепкие глаза синего цвета. На нем была коричневая жилетка, а сильные мускулистые руки можно было свободно разглядывать. Зина зависла с красавчиком внизу. Началась опять веселая мелодия, и Мика уволокла Миласа танцевать. Я отказалась. Голова начала медленно и уверенно гудеть: день был насыщенный, и пора бы отдохнуть. Но Мика только начала веселиться, а я не хотела ей портить вечер. Я смотрела вниз на толпу и почувствовала, что мой затылок сейчас продырявят взглядом. Аккуратно, как бы невзначай, обернулась и увидела за дальним столиком троих аравенцев: они то и дело поглядывали на меня, при этом что-то обсуждая. А точнее кого-то - то есть меня. Я подумала, что никому нет до меня дела, но я ошиблась. Взгляды их были не доброжелательные, не похотливые, они смотрели на меня как на недоразумение, как на того, кому не место среди них. Я очень старалась не паниковать, не вскакивать и не бежать сломя голову. Я отвернулась в сторону площади, мысленно зовя Мику поскорее прийти, но время словно остановилось. Наконец-то подошла Зина.

– О, матерь! Я так хочу пить! - и сделала большой глоток пива.

Я не показала своего настроения, и мы вместе спустились к танцующим. Сидеть наверху одна я не хотела, и терпеть пульсирующую боль стало невмоготу. Голова стала кружиться. Я искала Мику и Миласа среди танцующих, но она куда-то пропала. Надеюсь с ней все хорошо! Надо уходить: не хватало, как говорит Акин, развалиться без чувств, прямо посреди толпы.

Я нашла Зину, узнала, что с Микой все хорошо, и она скоро подойдет, но я не могла больше ждать: моя голова вот-вот треснет. Я сказала ей, что пойду домой. На что Зизи запротестовала и предложила проводить. Зизи была немного одурманена пивом и не хотела завершать веселье - я видела это по ее глазам. Я попросила передать все Мике: возможно, она меня догонит. Еще я успокоила ее тем, что знаю дорогу и дойду сама. Мы попрощалась; и я поковыляла в сторону дома - даже если это был чужой дом. Я пересекла площадь. Музыка стала тише, но тут и там разговаривали и смеялись веселые девушки и парни. Я бы, может, тоже вселилась от души, если бы не моя бедовая голова. «О чём я думаю!? Разве в этом моя проблема?» - пронеслось в голове. Проблема в том, что я аравенка без рода и имени, которую бросили и пытались убить! Что еще? Даже предположить не могу. Может, я из столицы? Почему при мне ничего не было - меня ограбили? Не раз я ловила себя на мысли, что помню, точнее, знаю все, что меня окружает, знаю, как называется, а свое прошлое не помню. И не каких внезапных вспышек.

Головокружение немного прекратилось. Я дошла до деревянного моста. После было совсем темно: дома с фонарями у каждого входа закончились, начинались большие участки, расположенные друг от друга на приличном расстоянии. Лишь две луны слегка освещали зеленую дорогу. Мне показалось, что сзади были шаги. Я продолжила идти, решила обернуться - и мое сердце бешено заколотилось. Через два дома за мной шли три тени. Это были три мужские фигуры. Я сразу вспомнила неприятных парней в увеселительном доме, и что-то мне подсказывало, что это были они. Я ускорила свой шаг, периодически оборачиваясь. Они не отставали. «Я точно притягиваю неприятности! Что им нужно от меня?» - зациклилось в мыслях. Я прошла мост - и они тоже. Ну точно за мной! Они приближались. Мне оставалось только нестись со всех ног, но им ничего не стоило догнать меня. Хоть в реку кидайся - и то будет шанс выбраться живой!

Тишину и мое рваное дыхание дополнил приближающийся звук копыт. В мою сторону мчался лорсос. Он проскакал мимо подозрительных типов - те остановились. А всадник остановился передо мной.

- Вот ты где! Я же просил подождать меня, а ты унеслась быстрей! Опять обиделась из-за того, что не разрешил погулять подольше? – он спрыгнул с лорсоса и подошел ко мне.

Преследующие меня аравенцы свернули на улицу справа, а передо мной уже стоял Акин. Я шумно выдохнула. Голова готова была расколоться на части, колени подкосились, но я устояла. Акин дернулся в мою сторону, но увидев, что я не собираюсь падать, остался на месте.

- И почему же ты тут одна, без Мики? И какого эти типы шли за тобой так упорно? Хорошо, что я поехал этой дорогой. А увидев трех придурков, идущих за почти бегущей девушкой, сразу почуял неладное. Одной матери известно, что они хотели сделать!

- О, а я знаю, что они хотели сделать, и точно не поразвлечься со мной. Они сидели в увеселительном доме и пялились на меня, мысленно сжигая на костре! Они видели ходячий труп, который забыли сжечь!- я не заметила, как начала кричать, и из глаз потекли слезы. Ну все, прорвало! Я опустилась на дорогу и стала рыдать. Опешивший Акин стоял рядом и не знал, что делать. Спустя пару минут моих рыданий, на мое плечо опустилась рука.

- Лира, прости, давай я отвезу тебя в дом, – очень тихо и с ноткой жалости в голосе, произнес Акин.

- Тебе не за что извиняться, Акин, спасибо. Ты снова меня спас, – наконец я успокоилась. Без лишних вопросов Акин поднял меня на лорсоса. Тот немного заупрямился, но хозяин его приструнил.

Он сел сзади, а я вцепилась в сиденье. Не спеша мы поехали домой. Всю дорогу мы молчали. Я дрожала из-за произошедшего, и не как не могла успокоиться. Мне показалось, что Акин временами слишком тесно прижимался ко мне. Показалось или нет? Мы доехали до хлева по другой дороге. Оставив лорсоса с сородичами, пошли к дому через сад. Дома никого не было. Войдя через заднюю дверь, разошлись по комнатам. Я тут же выпила настойку от головной боли, которую оставил мне целитель Мар. Переоделась в домашнюю тунику. В дверь постучали, я разрешила войти. Акин показался на пороге - тоже в домашней одежде.

- Пошли на кухню, – сказал он властно, и я, немного растерявшись, пошла за ним. – Садись за стол, - добавил он.

Я молча повиновалась, уже ожидая заявления о моем скором выселении из его дома. Но он поставил передо мной кружку с ароматным травяным чаем. Мои глаза округлились и уставились в его - цвета бирюзы.

- Мир, – сказал он.

- А я и не воевала, – ответила я и тихонько стукнула своей кружкой о его.

Глава 4

На следующее утро я проснулась чуть позже обычного - и не я одна, судя по звукам. Спала плохо: всю ночь вертелась. Слышала, как пришла Мими и заглянула в мою комнату, а спустя время пришла Сарина и тоже ко мне заглянула.

Готовя завтрак вмете с Сариной, я отвечала на ее вопросы о вчерашнем вечере. Разумеется, о случившемся со мной я умолчала. Лишь переглядывания между нами тремя могли нас выдать. Акин то и дело хмуро косился на Мику - его взгляд говорил: «Я еще с тобой разберусь!» Мика, явно страдавшая от похмелья, старательно пыталась это скрыть и посматривала на меня виновато. К нашему общему счастью, Сарина пребывала в глубоких раздумьях и ничего не заметила. Я попросила Акина никому не рассказывать о том, что произошло и не отчитывать Мику. Ведь она не моя нянька и не обязана со мной таскаться. Впрочем у него и правда было за что устроить ей взбучку. Возможно, это было слишком, но он переживал за сестру и не хотел, чтобы она повторила его ошибки. Хотя, как показала практика, все мы через это прошли.

После завтрака мы с Микой пошли в сад собирать созревшие фрукты, пока они не начали опадать. Она сто раз извинилась и оправдывалась, за что я наградила ее сердитым взглядом и сказала, чтобы она не делала из этого трагедию. До обеда мы провозились в саду, а после пошли на ферму собирать яйца. Сарина тем временем готовила сыр на продажу в своей мини сыроварне. В общем, Мика и Акин собирались на рынок в столицу. Я постеснялась проситься с ними: да и было еще рано для таких поездок - я бы не выдержала весь путь. К счастью, Сарина очень вовремя попросила помочь ей сварить новую партию сыра.

На следующий день рано утром мы отправили наших торговцев в добрый путь, а сами пошли в «святыню сыра». Так я про себя называла ту самую постройку с трубой, стоявшую около сада. Внутри было тесновато, но все по делу - ничего лишнего. Печь была не круглая, а удлиненная, на ней стояли три большие кастрюли, в которых и варился сыр. Моя работа сводилась к «принеси, подай, уйди, не мешай». Я, конечно, очень старалась, но Сарина привыкла делать все одна. У сыроварни был секрет: в полу находился люк, который вел в подпол. Там было прохладно, на полках стояли емкости с созревающим сыром, а на других полках лежали готовые кругляши. К вечеру я была выжита как лимон. Мы дождались Акина и Мику: у них, как всегда, торговля прошла очень прибыльно. Ребята тоже были вымотаны: день выдался длинным. После ужина мы разошлись по комнатам.

На следующий день Сарина и Мика собирались на деревенский рынок,а Акин с утра работал на ферме. Я уговорила Сарину поехать с ними и помочь - да и на рынке я еще не была. В итоге мы решили, что поедем вдвоем с Микой, а Сарина занялась своими делами. На ферме с таким хозяйством прохлаждаться не приходится: работа была всегда. Меня затянула деревенская жизнь. Временами я даже забывала о своей проблеме - но лишь на миг. Пустота внутри по-прежнему зияла и требовала, чтобы ее заполнили.

Собрав небольшую повозку, мы впрягли лорсоса. От Мики я узнала одну хитрость для их отвлечения: даешь какую-нибудь вкуснятину - особенно они любили редьку - и спокойно запрягаешь. В моем случае это была очень полезная хитрость, ведь я их немного побаивалась. Мы выехали из фермы, и я спросила у Мими:

- Я слышала, у вас в деревне есть библиотека. Могла бы ты мне показать ее?

- Конечно, еще спрашиваешь! Правда, я там сто лет не была, с тех пор, как закончила школу. Кстати, она находятся рядом. После рынка поедем по той дороге.

- Отлично, спасибо!

Я решила сходить туда и поискать информацию. Вдруг целитель Мар просмотрел не все? В общем, хотелось убедится самой. Ну а если нет, то оставалась верховная библиотека. Вопрос лишь в том, как туда попасть. Всего-то!

- Мими, слушай, а верховная библиотека в столице где находится?

- Ого, в эту библиотеку не пускают простых аравенцев. Туда могут пройти лишь… короче, почти все: знатные и благородные, хранители и их помощники, ученые и очень богатые. Это же верховная библиотека: она находится в дворцовой зоне и под охраной. Можно сказать, что это личная библиотека правителя и его семьи.

- Правителя?! - вот тут у меня была проплешина в знаниях. Я знала, что столица Долины Теней - это Нилас, а вот кто ею управлял, увы, не знала.

- Мими, прости, что засыпаю тебя вопросами. А кто правит в долине?

- О, Светоч! Лира, спрашивай о всем подряд! Ты же знаешь, у меня рот не закрывается. Короче, вот уже пятьдесят циклов правит семья Нар Лэссов. Точнее, Хатор Нар Лэсс. У него два сына - близнецы, наследники: Сэймун и Кирас. Кстати, хоть они и похожи, но совершенно разные! Матерь, а какие красивые! Я, правда, сама не видела, но говорят, Кираса можно иногда увидеть гуляющим по улицам и рынкам. Любит он среди обычного народа появляться.

Воодушевленно тараторила Мими.

- Ох, правда у них такая трагедия в семье! Их мама умерла при родах. Хатор так любил ее, что больше не женился. Хотя после у него была фаворитка - Сия Ми Мар. Она родила ему дочь Ралу; правитель признал ее и забрал на воспитание к себе. Еще Хатор обоих наследников с рождения обучает правлению. Он не знает, кого назначить преемником - в совете из-за этого такие споры! Короче, братья с рождения постоянно соперничают: кто лучше себя проявит перед отцом. Но могу сказать, что оба хороши: никто не отступает.

Как же мне повезло, Мими была ходячим справочником, энциклопедией, языкастой торговкой на рынке - она знала все сплетни.

Мы приехали на рынок обводной дорогой - так было быстрей. Тем более в центре сегодня было тесновато из-за рыночного дня: будто вся деревня решила закупиться всяким товаром именно сегодня. Рынок оказался очень большим: для него выделили почти половину улицы. По обе стороны от главной дороги стояли повозки с товарами. На некоторых повозках, как и на нашей, были навесы, защищающие продукты от лучей светоча. На мне, как и на Мике, были удобные бежевые широкие штаны на завязках. Оливковая туника на запах, с рукавами до локтей и с широким поясом того же материала. Только у Мики вместо туники была удлиненная жилетка песочного цвета. Мы продавали фрукты, молоко, творог, сыр, яйца и джемы - не только приготовленные Мими, но и сваренные Сариной.

Я старалась больше упаковывать продукты и подавать их Мими, не контактируя с покупателями и не глядя им в глаза. На все вопросы знакомых аравенцев Мика отвечала, что я ее подруга из другой деревни и осталась у них на неопределенное время. Очень много аравенцев знало Мику, и со всеми она общалась спокойно и не принужденно. Даже с приезжими могла говорить о всем подряд – и параллельно продать лишнее две банки джема. У нее определенно был талант к продажам. Мы продали весь товар довольно быстро, из-за чего некоторые завистливые коллеги зло косились на нас. Как и обещала Мими, мы поехали мимо библиотеки.

***

Здание было двухэтажным, с большими окнами из цветных вставок - в таком же стиле, как и все дома в деревне. Но лестницы с боку у него не было. Я уговорила Мими оставить меня: с повозкой и лорсосом она могла справиться вполне одна. Она подробно объяснила мне дорогу обратно - словно маленькому несмышленому ребенку. Помахав ей рукой, я пошла к входу. Библиотека была открыта. Дверь - была широкая, деревянная, с вырезанными на ней замысловатыми узорами. Внутри, как оказалось, не было второго этажа. У каждой стены стояли высокие стеллажи - до самого потолка, с лестницей на колесиках, очень удобно. В середине стеллажи были не такие высокие. А на потолке, в центре, находилось круглое окно-витраж, заливавшее всю библиотеку радужным светом. На витраже был изображен светоч с мужчиной в центре - в длинной белой мантии. Почему-то мне показалось, что это был хранитель.

- Я могу вам помочь?- в дальнем углу за столом сидел пожилой аравенец. Я немного подошла, но продолжила крутить головой, делая вид, что рассматриваю библиотеку.

- Добрый день! Да, мне нужны книги по болезням, строению тела аравенцев и все подобное. Я из соседней деревни и хочу обучаться целительству. Наш целитель сказал сначала ознакомиться с книгами - вдруг я передумаю, – врала и не краснела. Лишь бы он не начал расспрашивать подробнее!

На мою удачу, библиотекарь был очень занят чтением какой-то книги и не очень хотел от нее отрываться. Он сказал мне присесть за любой стол, а сам резво начал подниматься по лестнице к нужному стеллажу. Похоже мой запрос его ничуть не удивил. Через пять минут передо мной появилась стопка из пятнадцати книг.

- Читать только здесь! – посмотрел мельком на меня и удалился к своему увлекательному чтению – будто отмахнулся от назойливой букашки. Надо отдать ему должное: он не возмущался, не бурчал, а просто молча выполнил свою работу.

- Э-э-м, спасибо! А это все книги? – крикнула я ему в след.

- Да, все! Это не столичная библиотека! Соблюдай тишину! – ответил он спокойно, давая понять, что разговор окончен. Хотя тут были только он и я. Ну, мне же лучше. Я приступила к изучению книг. Почти все были толстенные, но многие мне и не понадобились. Например, расположение органов аравенцев мне точно не поможет. Я отложила не нужные и открыла книгу «Описание головного мозга». В ней было очень много непонятных мне терминов и названий, много рисунков, на которых можно было разглядеть все тонкости строения мозга. Не то! Следующая книга - «Сборник недугов, их описание и лечение». Уже что-то. Пролистав половину книги, я наткнулась на болезни головы: помутнение сознания, потеря памяти, несвязная речь, неконтролируемые действия, припадки. Это совсем не то… Хотя такое тоже бывает от травм головного мозга или сильнейших эмоциональных потрясений. «Внешне - без изменений, лишь поведение и отсутствующий взгляд. Лечения нет, только сильные успокаивающие снадобья».

Дальше, шло описание беспамятства, полного или частичного. Оно бывает от травм головы, без видимых отклонений: поведение, речь, движения в норме. Память может вернуться постепенно под воздействием внешних факторов – например, места, знакомых аравенцев или родственников, предметов, важных событий. Очень подходит, но без видимых изменений.

Может, правда, если я увижу знакомые лица или места, это вызовет хоть какие-то воспоминания? Я открыла книгу по строению тела аравенцев и сразу стала искать описание органов зрения. Так… Аравенское зрение позволяет четко распознавать объект на расстоянии двадцати метров, видеть весь цветовой спектр, включая спектр эфира. Быстрая реакция зрачка позволяет фокусироваться на движущихся объектах. Цвет радужки всегда яркий, с серебристыми прожилками (это распространяется на все живые организмы на Аравене). После смерти радужка теряет свой цвет, и серебристые прожилки блекнут. Вот оно! Какого… Я же не умерла! Тогда что случилось? Поэтому на меня так косятся! Мне нужно больше информации. Может, были другие случаи. Надо поспрашивать других целителей… А вдруг особо любознательные заберут меня для исследований? Такое тоже может быть. Об этом я не подумала! Как же быть!? Нет! Надо искать в верховной библиотеке: если и было что-то подобное, то точно не распространялось. Для успокоения я быстро пролистала оставшиеся книги - ничего по теме. Может, мне нужно искать в других разделах, не только в строении тела и болезнях? Даже не знаю!

По ощущениям, прошло несколько часов: светоч миновал точку зенита и стремился к закату. Пора уходить. Я встала и поблагодарила библиотекаря, но видимо интересная книга его утомила: он спал, откинувшись назад, и тихонько храпя. В библиотеку так никто и не пришел. Я тихо закрыла дверь и пошла в сторону дома. Желудок урчал. Дорога, по которой я шла, была пустынной - тут стояли одни жилые дома. Я повернула на другую улицу: там было оживленнее, туда-сюда проезжали повозки с лорсосами или просто всадники. Я прошла несколько лавок: лавку с глиняной посудой и, похоже, лавку целителя. Через окно увидела полки с разными настойками и мазями. Дойдя до конца улицы, я повернула налево. Тут дома стали реже, а на заборе ближайшего я увидела вывеску в виде подковы - это был дом кузнеца. Точнее, самого дома я не видела, а вот кузню очень хорошо. Там работал мужчина: он активно стучал молотком. Золотовласый, по пояс раздетый, стоял ко мне спиной. Я вдруг вспомнила, что Сарина встречается с кузнецом, и поспешила отвести взгляд - вдруг это он. Нехорошо глазеть на чужого мужчину. Пошла дальше, и дорога привела меня к ферме. У стойла был привязан лорсос - точно не наш. В саду я услышала голоса: на скамейке сидела Мика и громко смеялась, а рядом стоял Милас и оживленно что-то рассказывал. Она ему явно нравилась – может, больше всех остальных девушек. «Не буду лезть в чужие отношения!» - подумала я. Как будто услышав мои мысли, Мими обернулась.

- О! Лира, как успехи? Ты хорошо дошла! – мне пришлось подойти.

- Привет, Милас. – спокойно поздоровалась я. Он лишь кивнул, на его лице так и читалось «Не беспокоить нас!»

- Все хорошо, давай позже поговорим. Есть хочу - умираю! – я поспешила в сторону дома.

Сарина была на кухне и готовила ужин. Я выпила стакан воды и стала ей помогать.

- Милая, Мика сказала, что ты была в библиотеке. Что-то нашла? – взволновано спросила Сарина.

- Ничего нового. Все то же, что и сказал целитель Мар. Мне нужно попасть в столицу, в верховную библиотеку. А еще если я увижу знакомые места или аравенцев, то могу что-то вспомнить.

- Ох, матерь! Даже не знаю, как тебе помочь! Разве что попасть в столицу с Акином и Микой. Может, наши постоянные покупатели знают какую-нибудь информацию. Тебе надо поговорить с Микой.

- Можно в следующий раз мне поехать вместе с ними?

- Еще спрашиваешь! Конечно! Думаю, ты уже сможешь нормально перенести дорогу.

Глава 5

На следующие два дня небо заволокло густыми тучами, дождь лил не переставая. По словам Сарины, так бывает раз в три недели. Мы втроем - с Акином и Мими - убирались в хлеву, параллельно обсуждая, кто бы из столицы мог помочь в таком деликатном вопросе. У Акина были знакомые стражники: эти аравенцы были родом из Лааса, переехали в столицу, прошли обучение и попали в ряды городской стражи. Уж они- то точно знали, как можно было пройти туда, куда пускали не всех. Разумеется, не за просто так. А это было для меня еще одной проблемой.

- Это хорошие парни, Лира. Не думаю, что работа стражниками их испортила! У них там жесткая дисциплина в казармах. Раз в пятьдесят дней они приезжают в деревню к родным. Кстати они уже давно не приезжали, – говорил Акин разбрасывая сено муллам. Мими убирала у лорсосов.

- Кстати, сегодня вечером мы идем в увеселительный дом. Акин, тебе надо пойти с нами. Там будет Уна, – заявила Мими.

Я догадывалась, кто такая Уна, но все равно спросила у Мими.

- Ты уже не первый раз говоришь о ней. Кто это?

- О, это девушка, за которой бегает Акин, а она все время его вежливо отшивает. Строит из себя недотрогу, если честно. Цену себе набивает, - с ухмылкой выпалила Мика.

- Мика, хватит! – прорычал Акин. – Ничего я не бегаю, и вообще это тебя не касается.

- Очень даже касается! Каждый раз, когда тебе дают от ворот поворот, ты приходишь злой и срываешься на мне! – гневно ответила сестра.

- Акин, если она тебе и правда нравится, то тебе стоит пойти. Думаю, могу тебе помочь в этом, – сказала я с хитрой улыбкой.

- Лира, серьезно, что ты задумала? – насторожено, но с любопытством спросил он.

- Ох, подруга! Я знаю, что ты задумала! – восторженно поддержала Мими.- Решено! Братец, сегодня мы узнаем точно, так ли ты безразличен Уне!

***

К вечеру дождь перестал лить. Небо окрасилось в закатные краски, воздух дрожал от эфира и влажности. Мы с Мими быстро помылись и пошли в ее комнату приводить себя в порядок. В этот раз я сама выбрала себе одежду. Мими лишь подняла руки вверх и сказала: «Бери что хочешь». Мой выбор пал на широкие льняные штаны цвета аквамарина, белого свободного топа на бретельках, не скрывающего мой пупок, и короткую тунику до бедер с широкими рукавами песочного цвета. Волосы оставила распущенными. Мими настояла повязать на шею голубую ленту с вышивкой и маленькими камнями лазурита. Сама она решила надеть розовое платье приталенного кроя с открытыми плечами и длинными рукавами. Волосы я ей заплела в косу и завязав лентой того же цвета, что и платье. Акин тоже принарядился: на нем были коричневые легкие широкие штаны и простая жилетка на запах голубого цвета. Волосы он убрал в низкий хвост. Даже так его волосы были длиннее моих. Я немного засмотрелась на него, но тут же отдернула себя. Мы решили поехать на лорсосах, чтобы не испачкать свою одежду. Мими, зная о нашем плане, села и ускакала вперед. Акин что-то хотел ей крикнуть, но передумал. Он помог мне забраться на капризное животное и запрыгнул сам, все еще не догадываясь о нашей затее. И я приступила к делу уже сидя в седле.

- Расскажи мне об этой, Уне, – начала я.- Расскажи какая она, как вы познакомились, давно ли, и как давно она тебе нравится?

Акин сначала замялся, потом все-таки заговорил:

- На самом деле мы знакомы с детства. Она всегда мне нравилась, но когда мы прошли период взросления, я уже смотрел на нее по-другому. Она начала мне нравится как женщина. Она всегда была скромной, милой, никогда не отказывала в помощи. А когда она смеется, мое сердце напряженно замирает. У нее глаза такого редкого цвета, розового, как лепесток цветущей вишни. А волосы цвета топленого молока, волнами спускающиеся до талии.

«О, матерь! Серьезно? Да он втюрился в нее как мальчишка!» - озвучила я у себя в голове.

Я закатила глаза и начала ерзать в седле.

- Да ты романтик! А с виду весь такой неприступный и серьезный! – поддразнила я.

Мы почти подъехали к площади. Я уже знала, что он улыбался от мыслей об Уне и слегка раскраснелся – то ли от мыслей о любимой, то ли от моих ерзаний. В этот раз народу было не так много, но уже достаточно, чтобы нас могли увидеть нужные персоны. Мы привязали лорсоса к стойлу с боку дома – там было выделено место специально для них. Мика уже заняла нам место за столом внизу под навесом. Акин все что-то рассказывал о своей Уне, даже не заметив ее на втором этаже. А она уже приметила нас и оценила меня с ног до головы. Мы сели за стол и заказали кремовое пиво. Мими посмотрела на меня, намекая, что все в сборе. Я кивнула в ответ, соглашаясь. Нам принесли выпивку.

- Сегодня будет играть на барабанах Тори! – отпив глоток пива, сказала Мими. – Это наш местный музыкант. Он так чувственно играет, что невозможно не танцевать под его музыку.

Мне тоже принесли пиво, и я немного глотнула. Странный, но вкусный - терпкий, сливочный вкус. На миг мне показалось, что я его пила в другом месте. Атмосфера того места накрыли с головой: приглушенный свет, голоса, смех…, но картина тут же померкла.

- Кстати, скоро подойдет Зизи. Она сегодня задерживается, - добавила Мими, оглядываясь по сторонам.

Я сидела рядом с Акином и специально жалась к нему. Из-за шума пришлось говорить ему прямо в ухо, при этом задевая губами мочку. Я спрашивала о всякой ерунде, но боковым зрением видела, что подружки Уны, заказывающие пиво у стойки, очень внимательно смотрели на нас, как бы осматривая зал. Можно было уже вынести вердикт: Акин не безразличен Уне, но дело еще не доведено до точки кипения. Вскоре подошла Зизи. Как и в прошлый раз, она была ослепительна. Она крепко меня обняла и поцеловала в щечку. Я ответила ей взаимностью. Зизи не ожидала увидеть Акина, она скромно с ним поздоровалась и чуть не убила Мими взглядом. Вот же! Ей нравился Акин, а тут такое представление! Мика схватила Зину, и они пошли якобы за пивом. Это что получается? Мы обе сейчас предали Зину. Мне стало жаль ее, но тут было все понятно, у нее не получилось бы с ним, без вариантов. Сердцу не прикажешь, а третий - лишний. Я видела, как она хмурилась, как что-то гневно говорила Мими. «Прости, Зизи!» - сказала я про себя.

Народ засуетился, и зазвучали барабаны. Около дальней стены заиграл красивый парень с золотисто-рыжей гривой: одна сторона была заплетена в косу, остальная часть волос была распущена и лежала на плече. На нем была туника, изумрудного цвета, едва прикрывающая грудь. Этот аравенец был горяч, а его музыка так тянула потрясти бедрами. Я потащила Акина к остальным танцующим, сказав, что обидит меня, если не пойдет. Он периодически смотрел по сторонам, ища ту самую. Я вошла во вкус: пиво расслабило напряженное тело, мысли покинули мою голову. Были только я, эти гипнотические барабаны… Я танцевала рядом с Акином и не заметила, как начала вилять бедрами слишком близко к нему. Из всех девушек, я была одна в штанах, и это позволяло мне очень свободно извиваться. Руки легли на его грудь. «Чтоб тебя, Тори, и твои барабаны!» - тихо сказала я.

Вдруг захотелось чего-то большего. Все смотрели на нас – точнее, на мой танец с нотками распутства. Акин впал в ступор, он явно не ожидал от меня такого. Краем глаза я увидела Уну, у которой на лице было написано: «Отвали от моего мужчины!». С другой стороны Мими и Зизи стояли с открытыми ртами. «Упс! Кажется, я перегнула палку!»

К нам подошла Уна, схватила Акина за руку и сказала так, что я тоже услышала.

- Акин, пожалуйста, отвези меня домой! Я видела, ты верхом на лорсосе, а мне срочно нужно домой.

- Да, конечно! Пойдем! – они ушли так быстро, будто их ветром сдуло.

Мими и Зизи подлетели ко мне сразу же.

- Матерь, Лира, это что было!?

- Это был ход королевой, Мими!

- Что? Лира, ты перепила? Неважно, это было просто восхитительно!

- О! Зизи, прости, так нужно было. Я понимаю твои чувства, и мне жаль!- я обняла Зину. Та выглядела поникшей.

- Знаете, девочки, пусть бегают за нами, а не мы за ними. Если он не видит тебя такой, какая ты есть, то шел бы он лесом! - мы дружно засмеялись и продолжили танцевать.

К нам присоединились незнакомые мне парни, и вечер продолжился в зажигательном ритме. Музыка прекратилась. Мы вспотевшие и с дикой жаждой, пошли к столу. Я сняла тунику. Трое красавчиков последовали за нами. За столом пришлось потесниться. Зизи села на колени к рыжеволосому парню с глазами цвета моих штанов. Это был тот же аравенец, что и в прошлый мой неудачный вечер. Похоже, у Зизи появился воздыхатель. Когда наконец-то мы уселись, начали знакомиться. Парень сидевший напротив меня, взглянув в мое лицо, окаменел.

- Госпожа Миранда? Неужели это вы?

***

А вот это было очень неожиданно! Я старалась всеми внутренними силами показать, что его вопрос не по адресу. Я сделала вид, что не расслышала, хотя сидящая рядом Мика все слышала и тоже была немного в ступоре, но вида не показала, молча сидела и ждала моего ответа.

- Что? Как меня зовут?! Я Лирана. А как тебя зовут?

- Нет, ничего! Я тебя перепутал кое с кем. Мое имя - Анвин.

Как бы я не хотела узнать правду, я подбирала вопросы очень осторожно, не выдав своего чрезмерного любопытства.

- Я тебя раньше не видела. Ты не отсюда?

- Это моя родная деревня. А вот ты точно не отсюда! – с хитрым прищуром начал он.

- Ты прав, я приехала к подруге погостить. Кстати, это она, – я указала на Мику.

- Привет, меня зовут Мика.

- Мика, подожди, у тебя случайно нет старшего брата, которого зовут Акин?

- Случайно есть. Я его младшая сестра.

- Вот это встреча! Акин - мой хороший знакомый, и про тебя он рассказывал. Ты не подумай! Только хорошее, и совсем немного.

- Как тесен мир! Хотя мы из одной деревни, не припомню тебя. А я так поняла, ты сейчас в столице?

- Да, я на службе в городской страже. Мы вдвоем с Китом, он скромняга! – он показал на парня сидевшего рядом с Микой. Я честно говоря, и забыла про него. Как же хорошо все складывалось! Вот те самые ребята, про которых говорил Акин. Но нужно было очень аккуратно подвести разговор в нужное русло. Проблема в том, что я ему показалась знакомой. Да еще и госпожой! Он вроде уже не был таким настороженным по отношению ко мне, но все же спросил.

- Лира, а сама откуда? – я не ожидала такого вопроса, придется придумывать на ходу.

- О, я из соседней деревни, а вообще торгую иногда в столице. Там же познакомилась с Микой и Акином.

- Да, мы познакомились на главном рынке! – подыграла мне Мика и я не стала ее поправлять - ведь ей виднее. Напряжение спало. Мика начала рассказывать про смешные случаи на рынке. Я, пользуясь удобной темой, спросила у Анвина.

- А давно вы на службе? В каких местах в основном дежурите?

- Почти полцикла. Мы всегда в разных местах, у нас нет закрепленных постов, - вроде понятно, но и уклончиво ответил он. Полцикла это семьсот пятьдесят дней. Вроде достаточно.

- Даже во дворце?

- Нет, там другой уровень.

- Спрашиваю, потому что интересно как там! Как ты говоришь: «Другой уровень!» А я из простого народа, никогда ничего подобного не видела.

- Мы живем в казармах в дворцовой зоне, но это все равно далеко. Дворец находится за стеной.

Думаю это не секрет, раз он об этом говорит.

- Как жаль, что нельзя даже в библиотеку попасть! Говорят, там столько редких книг… Я вот была во всех библиотеках столицы! Просто люблю читать! – тараторила я с энтузиазмом. В этом же нет ничего странного.

- Знаешь, ты первая девушка, увлекающаяся книгами, которую я встречаю! Я сам не особо люблю читать, но слышал, что библиотека очень красивая и впечатляющих размеров, а книг там даже не счесть!

Решив, что пока достаточно допросов, мы пошли все вместе танцевать. Тори опять зажигал на своих барабанах. Анвин смотрел на меня со странной смесью заинтересованности и недоумения - это все из-за моих глаз.

- Знаешь, Лирана, никогда не встречал таких аравенок, как ты! Ты очень необыкновенная.

- Мне все так говорят. Вообще я с рождения такая, привыкла уже к косым взглядам, – врала как профессиональный шулер.

- Я не хотел тебя обидеть! Я имел в виду, что ты мне нравишься!

- Оу, интересно ты признаешься! Очень приятно. Ты тоже ничего! – с обольстительной улыбкой ответила я.

Вечер проходил очень даже мило. Акин и Уна больше не появились. Можно сказать, он кинул меня, но меня это не расстраивало - так и было задумано. В общем, все сложилось куда лучше, чем планировалось… почти.

Мы попрощались с парнями, пообещав еще встретится, как получится. Зизи ушел провожать ее красавчик, а мы отказались от провожатых, потому что были верхом на лорсосе. Бедное животное дремало стоя. Под издевательский смех Мики, я кое-как забралась в седло, и мы направились домой. Всю дорогу мы обсуждали наш разговор со стражниками и решили, что ребята слишком низкого полета и вряд ли смогут помочь. Но Анвин и правда оказался хорошим парнем.

Глава 6

На следующий день мы встали немного поздно. Весь завтрак Акин улыбался, как влюбленный мальчишка, но не забыл меня поблагодарить. Либо Уна была собственницей, либо она поняла, что такого аравенца могут из-под носа увести. Короче, ревность сделала свое дело. Весь день мы работали: ведь завтра должны были поехать торговать в столицу - и я, конечно, тоже. Я была в легком возбуждении: ведь поездка могла что-то во мне всколыхнуть, я могла что-то вспомнить, увидев новые места.

Мое окровавленное платье никак не отозвалось в памяти. Ткань была недешевой, и это толкало на мысли о госпоже, за которую меня принял Анвин. Вдруг это связано? Госпожа Миранда… Он ее знал, но насколько близко? Эту версию стоит рассмотреть тщательнее. Я рассказала Акину про его знакомых - он удивился. Так - же я рассказала о своей лжи, чтобы наши истории совпадали, если он вдруг столкнется с ними. Вместе мы предположили, что Анвин мог встретить меня - другую меня - в столице, ведь он служил городским стражником. Как же узнать у него поподробнее?

День прошел быстро, спать легли пораньше. Конечно, я не питала надежд, что поездка будет очень продуктивной, но собиралась выложиться по полной. Я надела те же удобные широкие бежевые штаны, свои уличные сандалии и жилетку на запах оливкового цвета. Волосы Мика заплела мне в косу. После обильного дождя стало еще жарче, поэтому вся одежда была легкой, почти невесомой. Мы быстренько позавтракали и выехали пораньше, пока светоч только-только поднимался вверх и не начал в полную силу одаривать нас своим светом.

Наша повозка выехала на главную дорогу, и моя голова то и дело крутилась по сторонам. Сначала мы проехали поля пшеницы: причем с одной стороны они были высокие и полностью золотистые, а с другой - зеленые, будто только взошли. Поля казались бескрайними, мне казалось, что они закончились лишь спустя минут двадцать, после того, как мы в них въехали. Потом резко выросли деревья - такие высокие, что мне приходилось задирать голову, чтобы увидеть небо. Постепенно лес поредел, и мы спустились в низину, где протекала широкая река. Через которую дугой протянулся мост из зеленого речного камня. Мы стали подниматься на возвышение. Когда достигли вершины, справа и слева простиралась сплошная равнина, а в дали, словно маяк, светился Нилас. До него было еще прилично ехать, но я уже видела, как он переливался перламутром под светом светоча. Я почувствовала солоноватый привкус, это был запах океана. Мими рассказывала, что на прибрежном рынке они бывают редко, и ей всего один раз удалось пройтись по побережью океана. Она давно предлагала Акину чаще туда ездить.

На въезде в столицу нас встречала арка исполинских размеров из белого мерцающего камня. По всей арке были вырезаны древние символы. Я не знала, что там было написано, и Мими просветила меня.

– Это древний язык хранителей. Там написано: «От твоего пробуждения и до твоего ухода согревай нас, отец вездесущий Алнилам. От первого нашего вдоха и до нашего слияния оберегай нас, матерь великая Аравена». Вот так! – улыбнулась мне Мими.

Нилас был огромен. Дороги здесь были бледно-желтого цвета - из океанского прибрежного камня. Все дома в городе были - из белого матового камня с блестящими вкраплениями. Они были одноэтажными, и доходили до четырех этажей. Ближе к центру столицы, все чаще были большие поместья, прятавшиеся за высокими кованными заборами из бледно-золотого металла. Деревянных крыш, как в деревне, не было. Крыши делали из того же камня, что и стены домов: либо под наклоном, либо прямыми - использовались как дополнительный этаж с навесами. Окна были круглыми или овальными в бледно-золотых рамах, с прозрачными вставками, которые переливались на светоче разноцветными бликами. В целом они походили на деревенские, но были выполнены изящнее. Из-за всего этого эфир в воздухе дрожал интенсивнее, словно его подсветили. Почти у каждого дома были лужайки с сочной зеленью и цветами всевозможных расцветок. Часто встречались деревья с раскидистой верхушкой: большие зеленые листья с желтоватыми полосками.

Нередко попадались небольшие оазисы с маленькими прудами и обильной растительностью. На полянках гуляли или сидели прямо на траве ниласцы. Было очень много торговых лавок, а их вывески располагались над металлическими дверьми - в тон оконных рам.

В столице аравенцы передвигались на двухколесных или четырехколесных повозках. В двухколесную помещалось до двоих аравенцев, и в нее впрягали каприков - причудливых гигантских птиц, до двух с половиной метров в высоту. У них было розовое перламутровое оперение и размашистый хвост, длинная шея с тремя длинными перьями на голове. Глаза - цвета желтка с серебристыми прожилками, тупой бежевый клюв, две бежевые высокие лапы с острыми когтями. Поистине красивое и смешное животное. Что удивительно, каприки стояли по всему городу. Они были обучены управлению, и любой желающий мог воспользоваться таким средством передвижения. Нужно лишь положить в специальный кармашек на их шее пару монет и спокойно ехать. Кстати, каприки были очень шустрые. Конечно, за ними ухаживали и следили их хозяева: каждый вечер они забирали каприков в их стойла.

В Ниласе по улицам патрулировали городские стражники: за воровство или, например, бесплатное использование средства передвижения могли наказать на месте. За мелкую кражу били по рукам тонкими прутьями. В целом местные были добросовестны и воспитаны; грешок чаще наблюдался за приезжими, которых в столице было очень много.

Четырехколесными повозками управляли аравенцы - хозяева лорсосов. Они колесили по всему городу и перевозили желающих за определенную плату. В такие повозки помещались до четырех аравенцев. Были и те, кто передвигался верхом на собственных лорсосах – в том числе некоторые стражники.

Мы ехали на главный рынок, в центр Ниласа. Это был самый большой рынок в столице - он располагался на нескольких улицах и делился на зоны, в зависимости от того, что продавали. Мы встали в самом центре улицы, там, где торговали продуктами, фруктами, овощами и другой вкусной едой. Дворец был почти самым высоким зданием в Ниласе, выше был только храм, стоящий на другой стороне площади. Чтобы дойти до дворцовой площади от рынка, нужно было пройти две улицы.

На рынке было так оживленно, что мы с трудом проехали на свое место. Акин сказал, что каждый раз платит взнос за место и возможность торговать здесь. Мы разложили товар под навесом. Мими объяснила мне, сколько что стоит. Я была у нее на подхвате: если она была занята, я обслуживала других покупателей. Почти всегда я смотрела вниз, делая вид, что очень занята работой, но не упускала шанса, поглазеть на ниласцев – их тут было большинство.

В основном приходили слуги богатых хозяев. Все знали Мику и Акина, все были очень любезны и добры. Я поражалась таланту Мики: она могла разговорить любого, да и слушать ее было очень приятно. Приходили и богатые клиенты - их внешний вид буквально кричал о статусе. Они носили одежды из дорогих тканей - иногда из таких, которые привозили из-за океана. Их наряды были куда откровеннее наших. Дамы ходили в длинных платьях с вырезами на ногах до бедер, иногда верх платья едва прикрывал грудь, но поверх надевали прозрачные накидки, которые парили при легком движении или дуновении ветра. На них были украшения с драгоценными камнями, океанским жемчугом и из белого металла. Цвета были волшебными, ткань мерцала и струилась. Волосы они убирали в затейливые прически: иногда распущенные, а иногда полностью убранные вверх и всегда с каким-нибудь украшением: гребень, ободок или шпилька. На ногах были мюли, расшитые золотыми нитями, или сандалии, украшенные полудрагоценными камнями. Дамы в солидном возрасте прикрывали лица полупрозрачными платками. Господа носили широкие длинные штаны, поверх которых надевали туники или блузы, наполовину открывавшие подтянутые мышцы. Иногда ограничиваясь штанами и длинными туниками нараспашку. На ногах была схожая кожаная обувь. Цвета здесь были яркие и всегда светлые. То ли из-за ухода за телом и волосами с помощью различных масел, то ли или из-за беззаботной жизни, но они светились ярче.

К Мике подошла молодая девушка в полностью белом платье с длинными рукавами - довольно простом и скромном. Она была очень красива: большие глаза были нежного пурпурного цвета, волосы - белые, холодного оттенка, заплетенные в длинную косу, лежавшую на плече. Поверх головы была накинута прозрачная белая вуаль, пришитая к платью. Голову украшали переплетенные бусы из жемчуга, свисавшие по бокам.

- Мика, привет. Рада тебя видеть! - мелодично сказала она.

- Здравствуй, Тива! Давно не виделись! А я-то как рада! Ты совсем пропала со своей учебой! Хранитель совсем тебя загонял? – начала Мими, словно с давней подругой.

- Что ты! Он самый добрый аравенец во всем Ниласе и, наоборот, старается на меня не давить. А я действительно ушла с головой в учебу. Столько информации надо изучить!

«Матерь, ее голос - как песня! И она еще и учится, а ее наставник - сам хранитель!» - я зацепилась за эту мысль.

- Ну а как вы? Не вижу Акина. И у вас новая помощница? - девушка посмотрела на меня, и в ее глазах промелькнул страх. Я приняла самый непринужденный вид и при этом улыбнулась, стараясь не выдать своего волнения.

- О! Это моя подруга, ее зовут Лирана! Кстати, она первый раз в столице, - представила меня Мими.

Немного отойдя от небольшого шока и стараясь не смотреть мне прямо в глаза, Тива ответила:

- Эм… Лирана - красивое имя. Я Тива, учусь в храме на помощницу хранителя, – она улыбнулась, пытаясь сделать вид, что никакой неловкости и не было.

- Привет, Тива, спасибо! Должно быть это очень интересно, учиться в храме? - я не без корыстных целей стала интересоваться, понимая, что она, возможно, имеет доступ в главную библиотеку. Да и ее наставник - сам хранитель, а уж он-то точно имел туда доступ. «Как я докатилась до жизни такой? Теперь вижу в аравенцах только возможность использовать их. Как? Точнее, когда?! Когда меня саму использовали и чуть не убили…» Ладно, с совестью поговорю потом!

- О матерь! Да, я всегда мечтала стать ближе к хранителям. Меня с детства завораживали ритуалы, а сами хранители - это олицетворение мудрости и прошлого, – она явна нашла свое призвание: ее возбужденное настроение невольно передалось и мне.

- Как же здорово! Тива, я даже тебе немного завидую! Значит, ты учишься в том самом храме на площади? – Мими будто понимала мой посыл и не встревала в разговор, обслуживая других покупателей.

- Да, я хожу туда почти каждый день. А сегодня вот полдня свободно - решила сходить на рынок. Если хочешь, могу провести в храм. Это не запрещается: каждый, кто желает почтить память своих ушедших близких или попросить о чем-то отца, может пройти в храм.

- Правда?! Мне очень интересно! Я еще нигде не была в столице.

- Тем более это одно из первых мест, которое нужно посетить. Если ты хочешь, мы можем пойти сейчас - у меня еще есть время.

- Я очень хочу, только вот не могу оставить Мику одну.

- Лира, я что, тебя привязала к повозке? Иди, конечно! Тем более когда у тебя есть персональный провожатый. Поверь, Тива рассказывает так, что за уши не оттащишь. Ее! Только не потеряйся на обратном пути.

- О, не беспокойся, Мика! Верну в целости и сохранности. Мы недолго, тут же рядом. Передай привет Акину!

Тива купила продукты у Мики, и мы пошли через рынок в сторону главной площади.

- Лирана, а ты сама откуда?

- Я из деревни, как и Мика. Просто раньше мы не общались, а возможности ездить в столицу у меня не было из-за болезни, – почти правда. Я ведь и не здорова, раз на меня смотрят как на призрака. Совсем завралась.

- Понимаю. Не буду доставать вопросами. И извини, что смотрела на тебя так. Мне не стоило!

- Ничего, я привыкла, – только и могла сказать я.- А ты давно учишься?

- Нет, только начала. Сегодня сто семьдесят второй день моего обучения, из семьсот семидесяти семи.

- Ого, это, наверное, много?!

- Совсем нет. Сами хранители учатся по несколько циклов, а то и больше. Я, может, и сама бы хотела стать хранителем, – она сказала почти шепотом. – Ну, ты же знаешь, что только мужчины могут ими стать. Так было с давних времен. Женщина не может быть слугой светоча! Только сто пятьдесят циклов назад женщинам разрешили быть помощниками хранителей. Спасибо и на этом. Видите ли, из-за жестких условий не позволено.

- Извини, а каких условий?

- Ты правда не знаешь? Будущий хранитель должен отречься от всего, от семьи, от женщины, у него не должно быть детей. Он оставляет свою прошлую жизнь и полностью принадлежит Алниламу. Мужчины, которые становятся хранителями, чаще начинают свое обучение до периода взросления. Так проще: пока ты не познал слабости и сладости этого мира. Ведь во время ритуала посвящения нужно выпить настойку, которая полностью лишает возможности иметь детей и хотеть женщин. Поэтому, если бы женщины проходили такие ритуалы, это было бы кощунством по отношению к матери Аравене. Как говорит мой наставник, сам Алнилам был против этого, ведь Аравена подарила ему нас. В общем, так решил наш отец.

- Подожди! К чему такие сложности? Зачем же лишать мужчин, да и вообще женщин в принципе, возможности иметь семью и детей! Ведь можно и служить и быть с семьей!

- Лирана, ты не понимаешь! Ничего не должно отвлекать служению светочу. И никто.

Мы прошли рынок и уже подходили к площади. Она была очень большой и круглой формы. В отличие от дорог, вся она была белой. В самом центре стояла огромная фигура в виде сферы - памятник Алниламу. Он был из множества плоских нешироких колец из бледно-золотого металла с вырезанными символами - тоже на древнем языке хранителей. Кольца были разного диаметра и уходили в центр сферы. Вся конструкция медленно вращалась, переливаясь яркими бликами под лучами светоча. Памятник стоял прямо в воде, это было что-то вроде пруда, выложенного камнем. Он был неглубокий - по щиколотку, так что по нему спокойно бегали дети, резвясь и плескаясь. Пруд занимал немало места - примерно двести метров в диаметре - но на площади оставалось еще много пространства. Мы стояли со стороны храма, а на другой стороне виднелись дворцовые стены из белого камня и ворота высотой метров десять. Они были из того же металла, что и памятник. Даже издалека я могла разглядеть фигуры высеченные на них, с такой точностью, что дух захватывало. Этими фигурами были парнаны - крылатые создания, олицетворявшие силу и власть всей долины. Мое легкое оцепенение прервала Тива:

- Лирана, пойдем! Я понимаю, все это очень красиво, глаз не оторвать, но у меня осталось не так много времени!

- Ох, прости, засмотрелась!

Мы пошли к входу в храм. Это было самое высокое здание в столице и вблизи оно казалось еще выше – словно тянулось к светочу. Храм был полностью белым, круглой формы, переходящим в купол. Ворота были не такими высокими, как дворцовые, но из того же металла и снизу доверху заполненными надписями, понятными только хранителям. Над воротами был огромный круглый витраж с яркими разноцветными вставками. На нем был изображен аравенц в длинной белой мантии. Его голову и половину лица закрывал капюшон, а в руках он держал маленький светоч. Это был хранитель.

Мы зашли внутрь и, пройдя небольшой коридор, я непроизвольно подняла голову вверх. Почти весь купол был из прозрачной разноцветной вставки, переливающейся на свету. Светоч через нее заливал все всевозможными цветами. Вдоль стен по кругу поднималась лестница до самого купола - с несколькими уровнями, по которым можно было подойти к центру, где висели широкие кольца с подставками. Они свисали параллельно полу - почти от купола до низа, закрепленные цепями. На этих кольцах в подставках горели небольшие шары - будто угольки догорали. Их было очень много. Везде стояли аравенцы: это они клали эти шары в подставки. Были тут и хранители с помощники, и обычные аравенцы. Тива молча смотрела на меня, потом сказала.

- Правда, впечатляет?! Я каждый раз испытываю восторг. Здесь моя суть находится в состоянии полного умиротворения. Ничего не важно, ничего не нужно. Просто я и свет.

- Да! Это полный восторг! А для чего они зажигают шары?

- Они молятся светочу. Просят его о помощи или благодарят за что-то. Если хочешь, можешь тоже поставить шар.

- Да, я хочу! Думаю, мне тоже нужно попросить помощи.

Тива молча посмотрела на меня, сделав свои выводы.

- Пойдем на самый вверх. Вид оттуда не менее впечатляющий.

Она предварительно взяла шар из сундука, стоящего около стены. Шар был маленький, помещался в руке и был очень легким - из какой-то полупрозрачной хлопковой ткани белого цвета. Мы поднимались: на нас никто не обращал внимания - все были поглощены своими мыслями. Достигнув самого верха, я немного отдышалась с непривычки и подошла к краю, к кольцу. Посмотрев вниз, мое сердце упало в пятки, а голова немного закружилась от такой высоты. Было немного страшно, зато только отсюда я увидела пол, расписанный красками. На нем были изображены три хранителя. Справа от них - две луны: Миам, а перед ним выглядывала чуть меньшая по размеру Вела. Слева от них стояла очень красивая женщина, в белом длинном платье облегающем фигуру. Волосы цвета жидкого золота свисали с плеч до самого живота. Она смотрела вниз на младенца в ее руках с такой любовью, что у меня защипало глаза. Она была босая: у ее ног вились зеленые листья и цветы разного цвета. Это была Аравена, наша матерь. Все они были изображены на фоне огромного золотого круга - светоча Алнилама, а вокруг него шла надпись на языке хранителей.

- У меня нет слов! Я… я просто хочу плакать, – совсем тихо сказала я.

- Вот, держи шар. Зажги его от соседнего и положи в свободную подставку. Самое главное - представь, как протягиваешь руки к Алниламу, и попроси о том, что желаешь больше всего. Помни: что это не вещь, не богатство, не твоя прихоть. Это твой крик сути - то, что болит и не дает ответа, не дает покоя.

Я поднесла шар к горящему рядом, и огонь медленно затянул всю поверхность. Я положила шар в свободную подставку. Сделала, как сказала Тива: я мысленно тянула руки к светочу.

«Прошу, Алнилам, помоги мне найти себя. Помоги, прошу! Кто же я?!»

Конечно, я не ожидала увидеть чуда или почувствовать что-то необъяснимое, но на миг я оказалась в той кромешной темноте, когда долго не могла прийти в себя. Чувство будто меня со всех сторон сдавливает эта темнота, и меня вот-вот раздавит. Липкий страх осел на веках. «Только не опять, я не хочу возвращаться в нее!» Я резко открыла глаза и отпрыгнула от края.

- О, Светоч! Лирана, что с тобой? - с явным испугом на лице спросила Тива.

- Все, все хорошо! Слишком усердно просила! Мне надо идти! – с истерическим смешком сказала я и, не обращая на нее внимания, побежала вниз, на свет. Мне нужно больше света. Лишь бы не эта темнота! Что произошло? Такого за эти дни со мной не случалось!

Глава 7

Я шла по залитой светом улице - слишком быстро. Площадь я пробежала так стремительно, что и не поняла, как уже подходила к рынку. Глаза резало от яркого контраста между полумраком храма и слепящим дневным светом. Пару стражников, патрулировавших рынок, подозрительно покосились на меня. Но, оглядев с ног до головы и не увидев при мне сумки, пошли дальше. На рынке все еще было оживленно: время подходило к полудню. Определенно, ниласцы любили поспать. Думаю, Мика с Акином почти продали весь товар. Я немного успокоилась и уже ровным, тихим шагом подошла к повозке.

- Лира, ты быстро! Неужели не получилось осмотреть храм целиком? – спросила Мика, жуя лепешку. – Идем, перекусим немного. Акин купил у нашего знакомого местного пекаря - лепешки просто ум отъешь!

- Да, спасибо. Мне бы воды сначала, – от увиденного пот прошибло. Да и от бега, и жары в горле пересохло, словно в пустыне. – Все хорошо, храм я увидела, просто у Тивы уже не оставалось времени.

- Как она тебе? Тива - хорошая девушка. Кстати, может, она сможет поговорить со своим наставником по поводу твоего случая. Уверена, ей стало интересно, и она точно спросит о тебе - в смысле, о таком случае, как твой!

- Она добрая и очень любит то, чем занимается. Думаю, про меня обязательно спросит наставника. Я уже склоняюсь к тому, что это возможно и не болезнь, а проклятие.

- Точно! Не исключено! У нас в деревне как-то у одной женщины весь урожай помидоры пропал. А все потому, что она покупателей надувала на рынке: обычную помидору выдавала за сортовую, привезенную. Кто-то из покупателей заметил ложь и проклял - точно, иначе не назовешь. У соседей то все хорошо с урожаем было.

- Ха-ха-ха! - в голос засмеялась я. – О, Светоч! Мими, ты просто что-то! – и поцеловала ее в щеку.

- А что! Правду говорю! Так все соседи судачили.

- Я же говорил - рассказчик сплетен! – добавил Акин, подслушав наш разговор. – Ну что, сестрички, почти все продали! Осталось три ящика персиков и два ящика ежевики.

- Подождем немного! – сказала Мика. Пока мы весело обсуждали рыночные сплетни, у нас раскупили все фрукты. Мы поехали домой с пустой повозкой, а я уже ждала следующего раза, когда вернусь в столицу.

***

Время в дороге обратно в деревню показалось быстрее – учитывая, что мы еще заехали в столице в пару мест. Так всегда кажется, когда уже знаешь местность. Сарина была на кухне; мы с Микой помогли ей с ужином.

- Сегодня с нами будет ужинать Вирак, – сообщила нам Сарина.

- Наконец-то, мама! Я уже думала, что этого никогда не произойдет! Что ты так и будешь бегать по ночам! – с радостью произнесла Мими.

- Мика, что за высказывания! Я, конечно, рада твоей реакции. Все-таки это тяжелая тема для нашей семьи. Но я переживаю за Акина. Я знаю, что вы в курсе Вирака, и Акин молчит. Хочу, чтобы ты подготовила брата к вечеру. Для него это тяжелая тема.

- Хорошо, мама! Я его подготовлю, уж не волнуйся. Он примет его - у него нет выбора. Это твоя жизнь, только тебе решать, с кем ее провести, – она обняла свою маму и ушла к Акину.

- Лира, Вирак - правда хороший аравенец. Он добрый, заботливый, трудолюбивый. У него своя кузня, он любит свое дело. Ко мне он очень долго находил подход. Я уж думала, сдастся, забудет, но нет. Сама матерь свела наши пути. Я ведь очень любила своего луну - отца моих детей. Он был для меня как Миам для Велы - сильным плечом, опорой. Мы все преодолели вместе, но в жизни случаются непредвиденные ситуации.

По ее щеке поползла слеза; в ее глазах была печаль и боль от потери любимого мужчины. Может, она уговаривала себя в тысячный раз, или ждала от меня осуждения, или просто хотела услышать что-нибудь. Я ей никто. Мое мнение вообще не должно ее волновать. Я просто подошла и обняла ее.

- Сарина, ты - лучшая женщина на свете. И не только потому что спасла меня! Знаю, мое мнение ничего не значит, но я хочу, чтобы ты была счастлива. Это все, что я хочу сказать.

- Ох, дитя, спасибо за отзывчивость! Тебя мне послала матерь не просто так. Я чувствую, что тебе предназначено испытание. Оно уже началось - с того дня, как я тебя нашла. Поэтому тебе я желаю все преодолеть, найти себя и обрести счастье. А я?! У меня все хорошо! Все будет хорошо.

Перед ужином я быстренько ополоснулась и надела платье на бретелях голубого цвета - вполне приличное для семейного ужина, подумала я. За такое короткое время я так привязалась к ним: здесь мне нравилось, было уютно. Но ноющее чувство внутри меня не отпускало не на миг. Я не должна быть здесь. Это не мое место.

Ровно в семь вечера мы собрались на кухне, Вирак оказался очень пунктуальным: пришел точь-в-точь и с бутылкой вина очень потрепанного вида. Наверное, оно пролежало в погребе не один цикл. Это был мужчина на вид циклов пятьдесят - широкоплечий и высокий. Волосы цвета пыльцы, длинные, собраны в низкий хвост. Красивое лицо с приятными чертами, аккуратно подстриженная, короткая борода, а глаза - глубокого синего цвета. На нем была короткая туника на запах светло-зеленого цвета и светло-коричневые широкие штаны. Он со всеми поздоровался и отдал бутылку с вином Акину. Тот выглядел немного отстраненным и напряженным, но вел себя спокойно и старался быть приветливым.

- Вирак, это мои дети, Акин и Мика, но ты это и так уже знаешь! А это Лирана, она наша гостья, – представила всех нас Сарина.

- Очень приятно. Меня зовут Вирак. Я очень рад со всеми вами познакомиться лично.

- Мы тоже очень рады! Давайте уже сядем за стол! – разбавила недолгое приветствие Мика, своим нетерпеливым замечанием. - Есть хочется, и, конечно, попробовать ваше вино, Вирак!

Обстановка стала менее натянутой, и мы уселись за стол. Сарина была в милом розовом платье и тоже немного заметно нервничала - как и все, кроме меня. На ужин у нас была запеченная кирийка с персиками, батат, салат с помидорами и сыром, а на десерт - пирог с ежевикой. Ужин протекал в спокойной обстановке. Терпкое и достаточно крепкое вино расслабило всех, разговор стал непринужденным, совершенно на разные темы. Неожиданно для всех Акин задал вопрос гостю:

- Вирак, как ты планируешь свои дальнейшие отношения с нашей матерью? Они выйдут за рамки просто ночных похождений? Если нет, то не жди от меня уважения и приветливых речей. И не заставляй маму пожалеть о ее выборе.

Мы с Мими поперхнулись почти одновременно. Сарина грозно посмотрела на Акина - в ее взгляде читалось: «Прошу, не порть все!» Надо отдать Вираку должное: он остался спокоен, не одно слово не задело его мужское достоинство. Он взял Сарину за руку и произнес:

- Послушай, Акин, мне не двадцать циклов. Я точно могу сказать, чего хочу в этой жизни. Определенно, я хочу в ней видеть Сарину и вас. Я люблю вашу маму и готов стать для нее больше, чем просто ночным похождением. Я могу тебя понять, но мы уже взрослые и не можем себе позволять совершать опрометчивые действия.

- Время покажет, – спокойно ответил Акин и выпил остатки вина залпом. Мы сделали то же самое.

В целом ужин прошел хорошо. Акин переживал за мать - поэтому вел себя так. После ужина мы с Микой отправили Сарину прогуляться с Вираком. Он поблагодарил за чудесный вечер и еду и попрощался с нами. Акин больше не выкидывал колких вопросов и ушел тоже гулять – наверное, к Уне. Мы убрали со стола и разошлись по своим комнатам. Вымотанная событиями дня, я упала на кровать без задних ног и провалилась в сон без сновидений.

***

День начался с приятного пробуждения. С фермы доносились крики животных, а светоч озарял комнату сквозь цветные вставки - от этого все казалось красочным. Хотелось поваляться в постели еще немного времени, но на кухне тихонько готовила завтрак Сарина. Только она вставала раньше всех: кормила всех животных, а чуть позже Акин. Последней вставала Мика, она любила поспать дольше всех. Я встала и пошла в уборную, пока та была свободна. Быстренько умылась и привела себя в порядок. На кухне пахло очень вкусно: Сарина пекла блинчики. У нее было озорное настроение - она что-то напевала себе под нос.

- Доброе утро! У кого-то отличное настроение?! Интересно с чего бы? – я подошла к ней и обняла за плечи. Этот жест был сейчас мне нужен. Для меня Сарина была самой близкой аравенкой.

- О, милая, доброе утро! Да чего грустить - такой чудесный день! – она ответила на мое объятие.- Давай, помоги мне накрыть на стол. Сходи в кладовую и возьми там сыр, джем, еще собери с грядки свежей зелени. Сделаешь омлет с помидорами и зеленью.

Мы вместе готовили завтрак. Сарина рассказала, как они познакомились с Вираком. Точнее, они знали друг друга давно, заочно. А когда он начал проявлять к ней интерес, она часто обращалась к нему как к кузнецу - на ферме без этого никак. И обращалась порой очень требовательно, дотошно проверяя качество его работы. Вирака это сначала возмутило, потом привлекло. Он стал искать способы, чтобы сблизиться с Сариной. Ну а дальше история умалчивает - вернее, умалчивает сама Сарина.

Мы все вкусно и дружно позавтракали. Мика рассказывала смешные истории и даже Акин обычно серьезный и собранный, смеялся над ее шутками. По плану на день мы должны убраться в хлеву и искупать лорсосов - для этого нужно было поехать на реку.

С первым заданием мы справились за несколько часов. А вот второе задание оказалось для меня не самым приятным. Акин решил научить меня справляться с лорсосом самостоятельно, объяснив это тем, что не собирается вечно подсаживать и возить меня. К счастью, я заранее припасла в карманах пару персиков – они могли задобрить этих своенравных животных. Для меня запрягли самого молодого жеребца. Я подошла к нему, не опуская головы, глядя в глаза, хитро улыбнулась. Затем протянула персик, который держала ранее за спиной. Лорсос почувствовал запах лакомства и не стал противиться общению. После одного съеденного персика, в ход пошел второй. А я уже гладила шелковистую гриву и бархатистую шею. Акин все время стоял рядом и страховал меня на случай, если лорсос решит зарядить копытом, но он был занят угощением.

Акин объяснил мне некоторые нюансы: как забираться на лорсоса, как себя держать в седле, какие подавать команды - и самое главное не паниковать. Лорсосы это чувствуют. С третьего раза у меня получилось более - менее забраться в седло красиво, а не как покалеченный старик с артрозом. Акин провел меня пару кругов под своим контролем, после чего мы направились втроем в сторону реки.

Акин вел моего лорсоса рядом со своим, крепко держа за узды: чтобы тот не решил от радости скинуть меня и умчаться в реку. Мика верхом на своем лорсосе вела за узды второго. Вскоре показалась водная гладь. Река была широкой, и мы подошли к берегу с небольшим песочным пляжем и с плавным входом в воду. Лорсосы радостно заржали и мы быстро сняли седла. Те, не теряя минуты, побежали в воду. Оказалось лорсосы - хорошие пловцы. Они так любили воду, что глядя на них, хотелось тоже поплескаться в этой чудесной прозрачно-зеленой воде.

- Эх, надо было платья для купания взять - сейчас бы поплавали! - с досадой сказала Мика.

- Хорошо, что мне оно не нужно! – ответил Акин и резво стал раздеваться. Оставшись в одних шортах, он побежал в реку почти так же весело, как и наши звери.

- Ах ты ж! Засранец! Ты это специально! – завопила Мика. Я смотрела на них и весело смеялась. Акин дразнил Мику, плавая с превеликим удовольствием. Он доплыл почти до противоположного берега: там густо росли деревья, склоняясь близко к реке, а под ними вдоль берега цвели очень красивые голубые цветы. Он сорвал шесть штук и поплыл обратно к нам. Выйдя из воды, он подарил по одному цветку нам с Мими. Было очень приятно. Я заулыбалась и поблагодарила его, старательно глядя ему в лицо – оказалось сложно, когда перед глазами было такое красивое тело.

- Ну ты точно романтик! Уна будет в восторге от твоих цветочков, – с завистливым тоном сказала Мика. - Ей очень повезло, что у нее такой внимательный ухажер.

- Тебе что, парни никогда не дарили цветы? – поинтересовалась я.

- Нет! – с надутыми губами ответила она. – Похоже, мой брат - единственный в деревне приличный парень!

- Да ладно тебе, Мика. Просто ты еще не нашла того самого. Но спасибо за комплимент, – с улыбкой ответил Акин. Он расслаблено сидел в траве и обсыхал под лучами светоча.

Я тоже так думала. Хоть у Акина и был непростой характер и к нему нужен был особый подход, для любимой он был на все. В этом Уне точно повезло. Я поймала себя на мысли, что тоже немного завидую ей. Мне нужно было думать не об этом, а о том, как перебраться в столицу. Ведь здесь я не продвинусь в своих поисках.

Завтра мы с Микой должны были поехать на местный рынок, а послезавтра в Нилас. Я ждала этой поездки с нетерпением. Я была рада помочь им, но мне казалось, что я теряю время. Вдруг меня кто-то ищет, переживает… Мои родители, а может, у меня есть парень или муж. Что-то мне было сложно это представить. Мои воспоминания так и не появились, несмотря на то, что я побывала в столице. Абсолютно ничего! Единственное, что мне показал светоч, - фигу. Из глубоких раздумий меня вытащили холодные брызги. От неожиданности я взвизгнула. Лорсосы вылезли на берег и начали стряхивать с себя воду. Мы все весело засмеялись.

- Матерь, эти засранцы всегда делают так - неожиданно и быстро! – завопила Мика. Мы еще немного подождали, пока лорсосы просохнут, и запрягли их. Мой лорсос, пребывая в хорошем настроении, позволил мне спокойно оседлать себя. На этот раз я уже смелее повела его сама - не галопом.

Мы вернулись на ферму. Акин остался с животными, а мы пошли в дом, готовить ужин. Сарина была у себя на сыроварне.

После ужина мы все разошлись по своим делам. Я отказалась идти с Мими гулять, сославшись на больную голову. На самом деле мне нужно было поговорить с Сариной. Через некоторое время мы остались в доме одни. Я подошла к ее комнате, постучала и немного подождала.

- Лирана, входи, – тут же отозвалась Сарина.

- Я хотела с тобой поговорить, – она сидела на кровати и вязала что-то из светло-желтой пряжи.

- Конечно, дитя. Что-то случилось?

- В общем… - замялась я. – Я знаю, ты мне рада и не выгоняешь меня. Прошу, не злись! Мне нравиться у вас, я уже прониклась к вам. Но я не могу остаться жить с вами. Еще раз скажу: я очень благодарна тебе. Ты для меня стала вроде как мама. Но где-то там есть мои родители. Наверное, и они ищут меня. В общем, как только появится возможность, я уеду в Нилас.

Мои глаза были на мокром месте, но я не заплакала. Сарина же молчала и по ее щеке скатилась слеза.

- Ох, милая, я тебя понимаю! Иди сюда! – она протянула руки, зовя в ее объятия.

Я тут же обняла ее. Она стала гладить меня по спине и тихо сказала:

- Ты можешь уехать, когда захочешь. Я тебе помогу - и не вздумай отказываться от помощи! Только знай: что ты можешь всегда к нам приехать или вернуться насовсем. Мы будем тебе очень рады. Особенно я. Знаешь, прости за откровенность… После Акина я должна была родить девочку. Думаю, она была бы твоего возраста. Но матерь не смогла уберечь мое дитя, и она родилась бездыханной. Я тогда была безутешной и сломанной. Мы с моим луной долго оплакивали нашу утрату. Я молилась Аравене и Алниламу, чтобы они подарили мне девочку, и они услышали мои молитвы - а потом родилась Мика. Может, в тебе я увидела мое бедное дитя. Но ты не подумай: я бы в любом случае не бросила в беде ни тебя, ни кого-либо еще.

- Спасибо! – тихо и уже не сдерживая слез, ответила я.

Глава 8

Как и в прошлый раз, на местном рынке мы справились быстро и без приключений - за исключением пары косых глаз и настороженных шепотков в мою сторону. Меня одолевало безумное чувство, что кто-то прожигает меня взглядом. Но, посмотрев несколько раз по сторонам, я никого не заметила. Лишь шумные аравенцы сновали туда-сюда по рынку. Я двусмысленно попросила Мими поглазеть по сторонам – может, она что-то заметит - но нет. Может, у меня паранойя, а может, и нет. Я вспомнила тех неприятных парней, что шли за мной от увеселительного дома - меня передернуло от таких воспоминаний.

Остаток дня мы готовились к рынку, от чего моя продуктивность была выше некуда.

- Эй, оставь и мне работы, а то как-то неудобно, что ты все сама сделала! Да ты яйца побьешь от такой скорости! – наезжала на меня Мими, а я ее не слушала. Как будто, если мы соберем яйца быстрее, то быстрее поедем. К вечеру все было готово для торговли. На ужин пришел Вирак, как и всегда, в спокойной обстановке, мы поели, непринужденно разговаривая на разные темы. Вирак, как и в первый раз, смотрел на меня совершенно обычным взглядом. Думаю, тут постаралась Сарина.

Я легла спать с чувством, что завтра точно что-то произойдет. Надеюсь, только хорошее. Сон пришел быстро, но всю ночь мне снилось, что за мной кто-то следит. Не кошмар, но я проснулась с липким остаточным ощущением.

Сегодня я надела так же бежевые штаны, которые облюбовала, и белый топ с туникой в тон к штанам. Волосы подвязала в высокий хвост. Вполне прилично. Не столичная мода, но мне было все равно. Тем более их откровенные наряды хоть и были прекрасны, желания надеть их у меня не возникло. Акин с Микой знали, что рано или поздно я их покину, поэтому половину пути мы с Акином обсуждали варианты, где бы я могла жить и работать. Мика умудрилась всю дорогу проспать. Она так сладко спала на моем плече, что ее слюна капнула мне на тунику. Я ее разбудила и заставила убрать свои слюни - тем более что мы почти подъехали к арке. Вид по-прежнему был захватывающим, и как и раньше, я смотрела во все стороны, подмечая для себя новые интересные моменты. Хоть и было рано, в столице кипела жизнь. В основном по улицам ходила прислуга или обычные работящие аравенцы. Я сделала вывод, что богатые аравенцы дрыхнут вдоволь, пока за них все делают слуги. Как говорится, «красиво жить не запретишь, и спать сколько хочется - тоже».

В этот раз мы поехали на прибрежный рынок. Ехали мы по главной дороге - тут было намного больше повозок, а шустрые каприки так и носились туда-сюда. Попадались груженые повозки. Акин объяснил, что дорога ведет прямиком к порту, а рынок не далеко. Через некоторое время дорога стала плавно уходить вниз и левее, и я увидела бескрайнюю синию воду, уходящую до горизонта. Приятный бриз дунул в лицо и запах соли и свободы проник в каждую клеточку моего тела. Вдали виднелся порт, забитый кораблями: некоторые отплывали, другие почти заплыли в него.

Мы съехали с главной улицы на более узкую и чересчур заполненную – это и был прибрежный рынок. Улица тянулась довольно далеко, похоже, до самого порта. Мы проехали в середину улицы и заняли свободное местечко. В отличие от главного рынка, который я так и не осмотрела целиком, на прибрежном рынке были товары и еда, которые я видела впервые. Скорее всего, их привезли из-за океана. Но больше всего меня удивило не это, а то, что некоторые торговцы были не похожи на местных аравенцев - не только в одежде, но и внешне. У мужчин были очень короткие волосы, а у женщин как длинные, так и короткие, до плеч. У тех и других была бледная кожа, и они были одеты в темные ткани: туники до середины бедра, штаны и высокие сапоги. Все тело было скрыто под одеждой, ни одна часть не выставлялась напоказ - в отличие от ниласцев. Их лица источали суровость, какое-то недружелюбие, но общались они с покупателями вежливо и иногда даже улыбались - если это можно было назвать улыбкой. Несмотря на это, у всех активно что-то покупали. Это были аравенцы с севера. Было очень интересно за ними наблюдать: они сильно отличались от нас.

К нам подошла одна такая торговка, вежливо поприветствовала Акина и Мику - похоже, они ее знали. У нее была короткая стрижка до плеч, волосы платинового цвета, а глаза как два холодных камня топаза, такие же, как и у всех аравенцев… кроме меня. Она купила у нас по два ящика фруктов. Акин предложил помочь донести их. Она искренне поблагодарила и попрощалась с Микой. Прежде чем уйти она взглянула на меня. Не один мускул на ее лице не дрогнул, лишь глаза выдали удивление. Похоже, она видела такое впервые. «Замечательно! Я прямо эксклюзив, редкая вещичка!» - пронеслось в голове. Она просто развернулась и ушла.

- Кто это девушка? – поинтересовалась я у Мики.

- А, это Килла, она северянка. Торгует тут неподалеку шкурами и коврами. У богатых большой спрос на этот товар. Она очень добрая, несмотря на внешность. Хотя у них у всех вид, такой, будто я задолжала им приличную сумму и благополучно забыла вернуть должок! Клянусь, поначалу было очень неприятно, но, когда я пообщалась с ними побольше, оказалось, что вполне хорошие аравенцы. А их парни со своими короткими прическами… - мечтательно промурлыкала Мими.

- Удивительный народ! Интересно побыть в их долине, – сказала я и Мими согласно закивала.

Мы обслуживали клиентов: я - на фруктах и джеме, Мими - на остальном, Акин был нашим «принеси-подай». На этом рынке царил какой-то бешеный ритм: покупатели не задерживались у прилавков, быстро покупали и так же быстро уходили. Я порой даже не успевала упаковывать фрукты - и Акин мне помогал. Отпустив очередного покупателя, я отвернулась за ящиком и боковым зрением увидела, что кто-то схватил персики и пошел дальше. Недолго думая, рванула за ним. Он шел быстро, но я нагнала его и схватила за спину – точнее, за тунику.

- Эй! А заплатить не хочешь, воришка!? – злобно крикнула я. – Заплати, или позову стражу, и твои шаловливые рученки высекут! Парень остановился, но не сразу повернулся. Он был очень высокий - наверное, чуть выше Акина. Волосы у него были короткие, слегка касались плеч и вились волнами: они были ослепительного белого цвета и на светоче отливали жемчужным блеском. Я не отпускала, крепко держала за тунику: вдруг этот гаденыш решит сбежать - тогда я точно с него ее сорву. Кстати, ткань была приятной, недешевой, красивого бежевого оттенка.

Он медленно повернулся, и я перехватила обеими руками его запястье - свободной руки. Она была очень большой, горячей; я увидела выступающие вены на загорелой коже. Потом медленно подняла голову и встретилась с ним взглядом. Теперь уже я была удивлена. Его глаза были разного цвета: левый - теплого янтарного цвета, а правый – цвета рассветного безоблачного неба; и оба - с серебристыми прожилками. Они как будто пульсировали, становясь ярче. Его глаза были слегка заужены, а верхнее веко прикрывало часть радужки - это придавало ему загадочности. Лицо у него было немного вытянутое: точеный подбородок, точеные скулы, широкий открытый лоб, волевой нос. Губы нежно-розовые, не тонкие и не пухлые, с четким контуром. Брови и ресницы немного темнее, чем волосы. Правое ухо у него было проколото, и на маленьком серебристом колечке свисала подвеска в виде капли голубого цвета. Мой взгляд опустился на тунику, которая распахнулась из-за моей хватки - и у меня слегка голова закружилась от вида груди и торса. Он был более мускулистым, чем Акин, но в меру; кожа прямо блестела - но не от пота, а от мягкого света. Штаны кофейного цвета немного обтягивали ноги, а замшевые сапоги доходили до середины икр. Я моргнула пару раз и подняла взгляд. На его лице играла ехидная улыбочка, и одна его бровь была приподнята.

- У кого-то шаловливые глазки, госпожа, и не менее шаловливые ручки!

Его голос лился, словно мед, на мои уши. Ну что за аравенец! Я стояла как вкопанная, загипнотизированная его аурой. Затем дернула его за руку и еще раз проговорила:

- Заплати, а то потащу к страже! – все с той же злобой, но уже немного скомкано.

- Да ты точно, госпожа, сама уверенность - при таком-то росте и телосложении!

Да, моя макушка едва доходила до его плеча, но я не отступала.

- Хватит! Ты кем себя возомнил? Жалко монету за два персика? Для тебя это, может, и мелочь, а для нас - хлеб. Просто заплати, и разойдемся, – сказала я твердо.

Он изучал меня не менее пристально, чем я его. Мне стало очень жарко от его взгляда. Не знаю, сколько мы так простояли. Он все так же улыбался, а потом его лицо стало суровым. Он наклонился и произнес мне прямо в лицо.

- Вообще-то, госпожа, это очень оскорбительно. Еще никто не называл меня вором, потому что у меня нет этой пагубной зависимости, и я всегда за все плачу.

Он резко выпрямился и поволок меня обратно сторону к нашей повозке. Я, оторопевшая, но по-прежнему крепко вцепившаяся в его руку, почти бежала за ним. Акин и Мика стали выяснять, что случилось. Они были немного в шоке от увиденного.

- Лира, почему ты держишь этого уважаемого господина за руку? – удивленно посмотрела на меня Мика.

- Он украл персики! – возбужденно произнесла я.

- Лирана, вообще-то он заплатил, просто ты не видела, – спокойно сказал Акин.

- Вот видишь, госпожа, я тебе говорил, что я не вор, – совершенно елейным голосом произнес этот красивый аравенец.

- Э-э-э, в таком случае можете идти. Спасибо за покупку, – сказала я, отпустив руку. Нацепив каменное выражение лица, я вернулась за прилавок.

Он посмотрел на меня сверлящим взглядом, и его брови поползли вверх.

- Госпожа! А извиниться не хочешь? – он упер руки в бока: в одной из них были два персика.

Стараясь сохранить самообладание и надеясь, что не покраснела, как задница сайги, я произнесла как можно милее:

- Произошло недоразумение. Извините.

И принялась заниматься фруктами, но красавчик явно не спешил уходить.

- Звучит неискренне, госпожа! Ты меня оклеветала и почти унизила. За клевету, между прочим, тоже наказывают! – вернул он мне.

- Ох, господин, простите ее! Она всего второй раз на рынке и очень ответственно подходит к своей работе. Может, просто забудем? А в качестве извинений возьмите сыр - он самый вкусный на всем рынке! – защебетала Мими.

Но я возмутилась:

- Мими, я же извинилась, ничего страшного не произошло. А если «господину» не нравится мое извинение, то это его проблемы! – зарычала я. - Хренушки ему, а не сыр, который стоит двадцать пять монет за головку!

- Госпожа, не заводись! – поднял он руки вверх. – Я невсерьез, я просто пошутил! А вот сыр я люблю и куплю его у вас! – уже более озорным тоном произнес он.

- Конечно, господин! Вы точно вернетесь за ним еще! – весело оживилась Мими и стала заворачивать небольшой шарик сыра. – Вот, держите! С вас двадцать пять монет.

- Без проблем, – сказал красавчик, заплатил и повернулся ко мне.

- Госпожа Лирана, работай внимательнее, чтобы такого недоразумения не повторилось, – все тем же елейным голосом ответил незнакомец. - Раз уж я знаю твое имя, то тоже назову свое. Я - Кир.

«Очень все равно», - подумала я. – «Иди уже куда шел. Я сейчас под землю провалюсь от всей этой ситуации». Но я не сказала ни слова, а просто кивнула, изобразив подобие улыбки. Он хмыкнул, покачал головой из стороны в сторону, из-за чего его сережка мило дернулась - поблагодарил ребят и ушел.

- Приходите еще, господин! Мы бываем и на главном рынке! – крикнула вдогонку Мика.

Твою ж! Я, наверно, не дышала все это время, потому что сейчас судорожно глотала воздух!

- Ну ты даешь! Тебе прямо в стражу идти. Сорвалась с места, как парнан! – произнес Акин. - Я даже не успел тебе крикнуть!

- Да уж… Сама не ожидала от себя, – промямлила я.

- Да, Лира, это было очень смело! Подцепила такого красавца! Точно знаю, он еще вернется за сыром! Вот увидишь! А может, и не только за сыром! – подмигнула мне Мими.

Я отмахивалась от их слов и чувствовала, как пот градом льется по спине. Мне нужно прогуляться.

- Мими, может, дойдем до берега? Очень хочу посмотреть на океан вблизи.

- Конечно! Акин, ты за главного! – сорвалась Мими с места и схватила меня за руку. – Ты справишься, брат, почти все продали! И мы убежали - Акин даже рта не успел открыть.

Мы пошли по рынку в сторону океана. Было оживленно и шумно. Запах соли и рыбы ударил в нос: тут продавали плавающих гадов всех видов и даже готовили прямо на месте. Мими подбежала к мужчине средних лет и купила у него белые поджаренные комочки на палочках.

- Держи, это гребешки. Это такая вкуснятина, что пальцы съешь вместе с ними! – сказала Мими и начала лопать с таким удовольствием, что я не удержалась и тоже начала уплетать за обе щеки. Это действительно было очень вкусно!

- Акин тоже их обожает! Надо купить на обратном пути чего-нибудь на ужин.

Мы пошли дальше, жуя на ходу гребешки, выйдя с улицы, мы покинули рынок и попали на главную дорогу, за которой навчиналась набережная и океан. Мы быстро перебежали оживленную дорогу, и я не сдержала изумленного вздоха. Океан был просто огромным: о берег билась бирюзовая вода, а вдали синие волны манили своей красотой и необузданностью. Над океаном эфир был особо прекрасен - он мерцал над бушующими волнами. На глаза навернулись слезы: я чувствовала себя так, будто встретила старого друга. На сердце стало спокойно. Я простояла так минут десять - неподвижно, просто глядя вдаль. Мика зависла рядом со мной, ей тоже нравился океан. Затем я стала рассматривать берег. Справа виднелся порт, заполненный кораблями с белоснежными парусами. Слева берег уходил вдаль и вверх, немного загибаясь. Дома тянулись вдоль берега, а дальше возвышались белые стены - дворцовая зона занимала приличное пространство. В поле моего зрения заканчивался - утес, очень высокий, с едва заметными небольшими углублениями. Над утесом парили парнаны со своими всадниками. Я мало об этом помнила, но точно знала, что для Долины Теней эти животные были священны и бесценны. Мы направились в сторону порта. Корабли разгружали или же наоборот что-то загружали. Все усердно работали, моряки кричали друг на друга отборными, непристойными словечками, точнее, весь их разговор состоял из ругательств. Мы не стали подходить ближе и пошли в обратную сторону. Кроме нас по набережной прогуливались богатые господа в шикарных одеждах - очень медленно и с какой-то ленцой.

Я почувствовала чей-то прилипчивый взгляд и медленно обернулась, делая вид, что рассматриваю дома. Через дорогу таким же темпом, что и мы, шел взрослый аравенец, Он встретился со мной взглядом – и мне стало не по себе. Но в ту же секунду, он отвернулся и вошел в лавку с кувшином на вывеске. Почему мне показалось, что он узнал меня, но при этом ничего не сделал. Все это было странно… А может, странно вела себя я.

Мы вернулись к Акину с полными пакетами продуктов для ужина. Он уже все продал и почти собрал повозку для обратного пути. Увидев у Мики в руках жареных гребешков, Акин просиял и поцеловал сестру в щечку.

- Наконец-то! Спасибо за еду, а то я тут с голоду помираю! – и съел все с такой скоростью, что я и глазом моргнуть не успела.

- Лира, заедем в пару мест посмотреть комнаты, как я тебе и обещал.

Да, я ждала этого момента. Я понятия не имела, где это и сколько будет стоить. Акин решил все за меня, сказав, что места не далеко от центра и площади, там вполне приличные цены и приличные аравенцы. Я не стала с ним спорить, а просто полностью доверилась ему.

***

Первый гостевой дом, где аравенцы жили не один - два дня, а достаточно длительное время, оказался длинным зданием в два этажа плюс крыша. На ней вполне можно было отдыхать под навесами, в окружении раскидистой зелени в огромных горшках. Дом стоял ближе к центру, и цена за комнату была приличная. Сама комната была очень даже симпатичная и уютная. Я поняла по лицам друзей, что это дороговато для нас, и мы направились дальше. Второй дом оказался достаточно далеко - и от первого дома, и от центра. Пешком до площади я бы шла минут тридцать спокойной походкой. Кстати, как бы я не старалась подрожать походке других аравенцев, моя оставалась, все такой же неуклюжей.

Дом оказался трехэтажным, квадратным с косой крышей. Сзади дома был небольшой сад, где прекрасно можно было отдохнуть на скамейках в тени разных растений. Цена оказалась ниже, а комната была чуть больше моей, но меньше чем в первом гостевом доме. Зато там было чисто и уютно, а хозяйка оказалась наидобрейшей женщиной уже в возрасте. Ее серебристо-седые волосы были убраны в косу, а голову затейливо обвивала полупрозрачная ткань, золотистого оттенка. Хозяйка была высокого роста - примерно как Мика - но возраст тянул вниз. Голубые глаза излучали тепло и радушие.

Было свободно несколько комнат, через несколько дней освобождалась еще пару, но аравенка предупредила, что их могут быстро занять. Мне здесь понравилось, и мы, недолго думая, решили, что это место мне подходит. Акин внес залог, и через пару дней я должна была сюда заселиться, заплатив сразу за пятьдесят дней. Сумма не малая. Таких денег у меня естественно нет. Сарина обещала мне помочь. «О, Светоч! Я обязательно верну все Сарине! Устроюсь на работу и верну» - повторяла я про себя. Главное, я больше не буду для них обузой, хоть они так и не считают. Теперь я буду сама по себе, и я буду искать ответы на свои многочисленные вопросы.

Мы выехали из столицы, когда светоч близился к заходу. В Лаас мы вернулись в сумерках. Ужин прошел тихо: я была полностью в своих мыслях. Мы рассказали Сарине, про комнату и про оплату. Сарина без лишних слов поддержала меня и, конечно, сказала, что поможет. Потом немного поникла и ушла в свои мысли. Вообще, за ужином все были очень тихими. Каждый думал о своем. Касалось ли это меня? Возможно. После насыщенного дня казалось, что я усну сразу, как расположусь горизонтально, но нет. Я стала проигрывать в голове события сегодняшнего дня, и перед глазами возник этот напыщенный красавчик - Кир. Интересно, это его полное имя? Он точно был из богатеньких. Увижу ли я его снова? Как хотелось, чтобы Мими оказалась права. С этими мыслями я постепенно провалилась в сон.