Czytaj książkę: «Поисковик»
Иногда, чтобы изменить свою жизнь, достаточно переехать в другой город. Начать жизнь с чистого листа. Да, иногда так поступают те, чья жизнь каким-либо образом разрушилась. Когда предали – любимый или любимая. Когда погиб кто-то из близких… Когда кажется, что жизни уже нет, и не будет.
Но если случилось что-то совсем страшное, то нужно переезжать не просто в другой город.
Нужно переезжать как можно дальше!
Глава 1.
Андрей Данилович с интересом разглядывал свою новую сотрудницу.
Было начало десятого. Они сидели на утренней пятиминутке, которая, благодаря пробкам и недисциплинированности некоторых редакторов, еженедельно опаздывающих по понедельникам, затянулась минут на двадцать.
К девяти – то есть вовремя – пришли только двое: Ася и Галина Петровна. Остальных пришлось ждать. А ждать он не любил… Тем более – так непродуктивно.
– Никто не умеет ценить время… – философски заметил он, глядя на часы.
Галина Петровна поджала и без того тонкие губы, накрашенные ярко-розовой помадой, и согласно закивала. Ася синей ручкой механически чертила в блокноте кружки и полукружия, периодически поглядывая в окно.
Галине Петровне было под шестьдесят. Ее Андрей Данилович когда-то, когда их журнал только создавался, взял на работу по блату. И ни разу об этом не пожалел!
Она была родственницей его близких друзей. Выглядела она эффектно: рыже-коричневые волосы, всегда торчащие дыбом от химической завивки. Которую, казалось, она сделала лет сорок назад, еще во времена СССР, и делала по сей день… На строгом, морщинистом уже, лице черным карандашом были нарисованы тонкие линии бровей. И вместе с вечно поджатыми яркими губами и очками, которые она постоянно сдвигала на переносицу, они делали ее лицо недовольным и немного надменным.
Впрочем, Андрей Данилович знал – это всего лишь видимость! Поскольку она была душой компании, и из их разновозрастного и разнохарактерного коллектива смогла создать настоящую семью.
Самому Андрею Даниловичу было пятьдесят. Он был темноволосым и довольно красивым. Особую выразительность его лицу придавали глаза – веселые, но в то же время внимательные и сосредоточенные.
И вот сейчас эти внимательные глаза от нечего делать рассматривали Асю.
Она пришла работать в их журнал два месяца назад. И, как ни странно, сразу же влилась в коллектив и втянулась в рабочий процесс. Она была не местной. Приехала издалека. И уже несколько месяцев жила в их городе. Пожалуй, она была симпатичной: русые волосы до плеч – то с челкой и хвостиком, то (как сейчас) – убранные ободком назад. Косметики – всегда по минимуму. Не любит? Старательная и ответственная. Вот она отложила ручку в сторону и задумчиво уставилась в окно. Интересно, о чем она думает? И почему вообще решилась переехать за тридевять земель? Неудавшаяся любовь? Ей чуть за тридцать – возраст как раз подходящий… Еще она странная. Не сильно – так, немного… Всегда садится полубоком, словно пытается видеть всех, кто находится рядом с ней. Особенно не любит (ему даже казалось – боится), когда кто-то стоит за ее спиной. В такие минуты она становится сама не своя, и руки ее начинают дрожать… Видимо – этому была причина. Какая – добродушному Андрею Даниловичу думать не хотелось.
В дверь постучали.
– Можно? Простите, опоздал. Пробки… Через мост вообще не проехать…
В кабинет зашел Сережа. Сергей Васильевич. Вообще-то, с Сережей они были друзьями. И, разумеется, на "ты". Но в рабочее время Сережа старался соблюдать субординацию.
– Я постараюсь больше не опаздывать, – виновато сказал он и сел за стол. Рядом с Асей.
"А Ася-то ему нравится, – вдруг подумал Андрей Данилович. – Вон как он крутится вокруг нее!".
Сереже было сорок. И официально он не был женат… А вот неофициально… И неофициально он тоже был свободен. Уже года два. И после Асиного появления глаза его вновь стали гореть. Но дальше блеска в глазах дело, почему – то, так и не двигалось.
Сергей Васильевич посмотрел на часы. Вопросительно посмотрел на друга.
Вздохнув, Андрей Данилович ответил:
– Еще пять минут ждем, потом начинаем. Кто не успеет – будет оштрафован.
Будто бы почувствовав про штраф, в кабинет тут же ввалился Ваня.
– Можно? – спросил он, уже садясь на свободный стул.
– Что ты спрашиваешь, ты же уже зашел? – Андрей Данилович постарался сказать это как можно строже. Получилось так себе, поскольку Ваньку, несмотря на вечные его опоздания, лень и легкомысленность, он любил и ценил.
– Извините, – буркнул Ваня, откручивая крышечку с полулитровой бутылки воды, которую он принес с собой. – Пробки. Через мост вообще не проехать… – Он жадно, одним глотком, отпил примерно полбутылки разом.
– Пробки? – Галина Петровна сняла очки и удивленно уставилась на него. – Если не ошибаюсь, ты всего в двух остановках отсюда живешь!
– Не ошибаетесь, несравненная Галина Петровна! – Ваня потянулся к ней, намереваясь поцеловать ее руку. К счастью, руку она успела спрятать в карман. – Просто я молод… и чертовски привлекателен! – Он сделал такую смешную гримасу, что засмеялись все, включая Андрея Даниловича. – По этой причине я и провел выходные… в гостях. И вот я со всех ног мчал сюда по пробкам, как тот олень, что осенью в дождливый серый день....
– Остапа понесло… – шепнул Асе на ухо Сергей Васильевич.
– … И вот теперь, – вдохновенно продолжал врать Ваня, – меня терзают любовные муки вместе с муками совести за опоздание…
– …и сушняком, – опять на ухо Асе сказал Сергей Васильевич.
– Чем? – покосившись на него, спросил Ваня.
– Сушняком! – уже громче, на весь кабинет, ответил ему Сергей Васильевич.
Андрей Данилович снова улыбнулся. Несмотря на постоянные вот такие мелкие косяки, он, все-таки, любил свой коллектив. Ведь без их вечных препирательств жизнь стала бы серой и однообразной.
– Так, пять минут прошли. Больше никого не ждем! – наконец сказал он. – Следующий выпуск журнала у нас в среду. Поэтому…
Дверь открылась, и на пороге возник последний из ожидаемых.
– Извините, – сказал Вова, протискиваясь в кабинет.
– Господи! Ну что еще? – вздохнул Андрей Данилович, рассматривая Вовину ногу в гипсе. – На этот раз что случилось?
Вова был самым молодым из присутствующих. И – самым неугомонным, поскольку с ним постоянно что-нибудь случалось.
– Опять прыгал с парашютом? – спросила его Галина Петровна. Она еще сочувствовала ему. Остальные перестали раза после шестого.
– С моста, Галина Петровна! – гордо ответил Вова. – В жизни надо все попробовать. – Он, оперев костыли о стол, осторожно сел на свободный стул по левую сторону от Аси.
– Это он, наверно, утрешние пробки тренируется перепрыгивать, – полушепотом, перегнувшись через стол, сказал Сергей Васильевич Ване. – Чтобы потом штраф не платить…
– А что, теперь за опоздания штраф будет? – Ваня округлил глаза и взъерошил и без того лохматые волосы. – Не, мне штраф никак нельзя! Так все мои женщины без цветов останутся.... А это…
– Ладно тебе, – шикнула на него Галина Петровна. – Один цветочек и с клумбы можно сорвать. Можно подумать – смотрит на тебя кто-то…
– Вот зря вы так, Галина Петровна …– начал Ваня и тут же осекся.
Андрей Данилович встал из-за стола и стукнул кулаком по этому же самому столу.
– Все! Мое терпение лопнуло! – Он снова стукнул кулаком по столу. – Я вас сколько ждал? А? А вы! Сначала ползете полчаса, потом препираетесь еще полчаса! Хватит! Чешите работать! И только попробуйте накосячить хоть где-нибудь! – Он снова стукнул по столу, теперь уже со всей силы, и Вовины костыли от этого упали на пол. Следом за ними укатилась и Асина ручка.
Первым из кабинета, от греха подальше, выбежал Ваня, успевший крикнуть в дверях:
– Все будет в порядке, шеф!
Следом за ним вышла Галина Петровна, тоже успевшая бросить на ходу:
– Это он Папанова спародировал. Из "Бриллиантовой руки".
Вова бы тоже выбежал. Если бы мог. Но вместо этого он беспомощно пытался дотянуться до упавших костылей.
– Я помогу, – Ася встала со стула, наклонившись (кофта ее при этом слегка задралась), взяла костыли и протянула их Вове.
Вова, кряхтя, встал со стула, всем своим видом призывая к сочувствию. Так же кряхтя, он вышел из кабинета. Сочувствия он так и не дождался, поскольку о его актерских способностях уже тоже все знали.
Ася достала из под стола ручку. И тоже вышла. Сергей остался сидеть за столом.
– Что, достали тебя? – спросил он Андрея Даниловича.
– Да ну, – тот махнул рукой. – Цирк уехал, клоуны остались! Особенно – Ваня…
– Слушай, Андрюха. Ты же знаешь, что Ванька хоть и баламут, а в экстренных ситуациях один весь журнал спасти сможет?
– Да знаю, конечно, – уже добродушно ответил ему Андрей Данилович. Затем, снова став серьезным, он спросил: – Ты видел?
Сергей Васильевич кивнул. Пояснять, что именно он должен был увидеть, не было необходимости.
Через всю Асину спину, начиная от шеи и заканчивая поясницей, где так некстати съехала кофточка, шел глубокий и явно не старый еще шрам.
Глава 2.
Помимо кабинета директора, в редакции их журнала было еще два кабинета.
Само здание было пятиэтажным. На первом и втором этажах располагался торговый центр. Не слишком популярный, но все же… Остальные этажи занимали офисы.
Один из кабинетов – тот, что побольше, занимали Сергей Васильевич, который во время отсутствия Андрея Даниловича был за главного, и Галина Петровна. Второй кабинет – тот, что поменьше, делили между собой Ваня, Вова и Ася. Но, поскольку жизнь в редакции периодически бурлила и кипела, иногда они хаотично передвигались из кабинета в кабинет, словно пузырьки в закипающем чайнике.
***
Ваня взял в руки вскипевший чайник, а уже затем, запоздало, поискал глазами чистую кружку.
– Кому чай налить? – спросил он. Спросил больше из вежливости, но откликнулись все.
– Итак, кто чем занимается? – задал вопрос Сергей Васильевич, успевший урвать единственную чистую кружку.
– Я пишу про советские фильмы. Неизвестное об известном. – Ваня все же поставил чайник на место, сгреб оставшиеся кружки и пошел в туалет, мыть их.
Сергей Васильевич, проводив его взглядом, плеснул в кружку кипяток, насыпал ложку кофе из банки и повернулся к Вове.
– Вова?
– Далия Трускиновская, – отозвался Вова, включая компьютер.
– Кто это?
– Вооот, – протянул Вова и многозначительно оглядел окружающих. –Неужели не читали?!! Советская и латвийская писательница. Гениальнейшая! Раньше ее в журнале "Техника – молодежи" печатали. И я вам скажу: ее книги – это что-то! Одна "Обнаженная в шляпе" чего стоит!
– Это эротика что ли? – Сергей покосился на Вову, поскольку от того можно было ожидать чего угодно. Даже эротики в познавательном журнале.
– Да какая эротика, Сережа. – Это уже ответила Галина Петровна. – Сатира с элементами детектива и легким шлейфом эротики…
Ваня, успевший вернуться с чистыми кружками и частично слышавший их разговор, посмотрел на нее с уважением.
– А вы читали, да? – с восхищением спросил он.
– Мальчик мой, – с достоинством ответила ему Галина Петровна. – Я не только читала, но в свое время даже пробовалась на главную роль! Когда фильм снимали… Не взяли, к сожалению.
– Ну и как фильм? – с интересом спросил Сергей, краем глаза поглядывая на Асю.
– По мотивам, – поджав губы, ответила Галина Петровна. И всем сразу стало понятно, что фильм ей не понравился.
– Вова, упомяни, что фильм снят, – распорядился Сергей Васильевич. – Ася, ты? – он подошел к ее столу и поставил перед ней кружку с чаем.
– Африка, – благодарно кивнув за чай, ответила Ася. – Традиции разных племен.
– А ты сама-то в Африке была? – спросил Сергей. Просто так спросил. Хотелось узнать про нее побольше.
– Нет. Не довелось.
Вот и весь ответ! Ничего из нее не вытянешь…
– Я бы съездил,– мечтательно произнес Вова.
– Страшно подумать, какие травмы ты оттуда привезешь. Галина Петровна. Вы – свежая голова? За всеми проверяете и перепроверяете?
– Разумеется, – кивнула она. – Самая светлая и самая свежая голова из всех здесь собравшихся!
И тут дверь в кабинете открылась, и на пороге возник крупный, очень накачанный мужчина с абсолютно лысой головой. Он обвел глазами окружающих, затем его взгляд остановился на Асе.
– Ася, можно тебя на минутку?
Она, молча, встала из-за стола и направилась к двери.
– Извини, это срочно, – тихо сказал мужчина, пропуская ее вперед. – Привет, кстати.
Дверь за ними закрылась.
– Интересно, это мужик ее? – спросил Ваня, глядя на закрывшуюся дверь.
– Надо же… – Это уже сказал Вова. – А я думал, у нее нет никого… По крайней мере, выглядит так… А этот ниче… Брутальный такой… Накачанный…
– СЕ-РЕ-ЖА! – громко, по слогам произнесла Галина Петровна. – У нас появился конкурент!
Сергей при этих словах смутился.
– Ну, Галина Петровна! Где же ваша деликатность, – протянул Ваня, которому, оказывается, было знакомо это слово.
– А что такого? – ничуть не смутившись, ответила она. – Мы же все здесь как семья! А ты, Сережа, пока будешь тянуть, ее уведут вот такие накачанные красавцы!
– Так. Работайте, если у всех дела есть, – распорядился Сергей Васильевич. – А я пошел…
Он снова покраснел и пулей вылетел из кабинета.
***
Ася стояла возле окна, задумчиво глядя на подоконник. Или – на предмет, который там лежал. Из открытой двери своего кабинета Сергею этого было не видно. Мужчина стоял сбоку от нее и терпеливо чего-то ждал.
Сергей Васильевич, который дал себе слово не подглядывать за ними, все же не смог удержаться и смотрел…
Наконец, она заговорила. Тихо, слов было не разобрать. Ее отражение в стекле выглядело озабоченным. А может и грустным. Мужчина что-то спросил у нее. Она, помолчав, ответила. Теперь она выглядела несчастной.
– Ясно, – громко сказал мужчина. Затем, взял с подоконника это что-то и резко пошел к выходу.
А Ася, так же резко, направилась к себе в кабинет. Но, сделав несколько шагов, она вдруг покачнулась и оперлась рукой о стену. Со стороны показалось, что она вот-вот упадет в обморок.
Сергей Васильевич тут же подскочил со стула, готовый кинуться на помощь. Но помощь не потребовалась. Ася, будто снова придя в себя, зашла в свой кабинет.
Глава 3.
Асе было холодно. И больно. Очень больно! А еще страшно. Нет, не умереть. Смерть она сейчас сочла бы за счастье… Только ей пока что такого счастья никто не дал!
И вот она лежит. Вся в крови. И небо над головой… А в небе кружат две необычайно крупные вороны. Или правильнее – два ворона? Они кружат, кружат над ней… И скоро, пожалуй, начнут клевать ее живьем. Если никто ее не найдет…
Ася резко открыла глаза и поднялась с кровати. Затем, на цыпочках подошла к зеркалу и посмотрела в него.
Из зеркала на нее глядела молодая женщина. Помятая, измученная. Глаза ее, кажется, были безумными. Или это последствия кошмарного сна?
Ася накинула на себя халат и побрела на кухню – варить кофе. Все равно ей уже не уснуть. А если и уснет – что тогда? Опять этот кошмар.
– Да не обманывай ты себя,– вслух сказала она сама себе. – Это не сон. Все это было на самом деле!
***
Переехать предложила Сильвия. Сразу после этого. Домовые ее поддержали.
– А вы? – спросила она. – А зеркало?
– За зеркалом я присмотрю, – ответила ей Сильвия. – За домовыми тоже. – А тебе … тебе нужно начать новую жизнь!
Ася кивнула. Сил ее тогда хватало только на это.
– Переедь подальше отсюда! – продолжила Сильвия. – На год или два. Или дольше – если там у тебя все сложится. Теперь, когда нас двое – ты не обязана торчать в этой квартире! К тому же… – Сильвия замолчала, словно решаясь – говорить или нет. И все же сказала: – К тому же, мне так будет спокойнее. А оставаться здесь тебе пока опасно.
– А там ей будет не опасно? – спросил Сильвию старый домовой.
– Я замету ее следы, – ответила та. – А еще нам нужно что-то решать с ними…
– А вы? – спросила Ася. – Вы будете в безопасности?
Все трое уверенно кивнули. И правда – что может случиться с теми, кто и так не жив?
И вот она уже в другом городе. За сотни километров от места, где жила всю свою жизнь. И пытается начать жизнь новую. Какую по счету? Кажется, третью. Ведь уже дважды она была на грани жизни и смерти.
И вот – новая Ася. С другой прической. И гардероб – практически весь новый. Это тоже посоветовала Сильвия. Как ни странно – но деньги на это нашлись. В прямом смысле слова.
Нашел их молодой домовой. Когда разбирал вещи тети Розы.
– Вот. – Он положил к Асиным ногам льняной мешочек с купюрами. – Тети Розина заначка.
– Бери, – Сильвия подтолкнула ее к деньгам. – Тебе они сейчас нужны. Роза была мудрой женщиной. Квартиру она завещала тебе. А значит, и все ее содержимое – тоже твое. За ипотеку не переживай. Сдадим ее квартиру, и будем платить за эту. Валентина попросим – он сдаст. А ты – ЖИВИ! И – постарайся забыть все это и наслаждаться жизнью! Да, есть еще одно … я думаю… нет, я чувствую! Скоро у тебя появятся способности… Те, о которых ты когда-то очень сильно мечтала. Ты могла даже не придать значения своим мыслям. Но эти способности скоро проявятся. Так бывает: когда человек сумел пережить что-то страшное, ему положена награда. Не пугайся их. Они тебя и прокормят!
***
Спустя две недели после переезда, Ася ехала в электричке, вглядываясь в свое отражение в стекле. Все вокруг было непривычным и неудобным. Незнакомые места. Незнакомые люди. Даже ее собственное отражение в окне – и то незнакомое, непривычное. Непривычно короткие волосы, непривычно покрашенные в темный цвет. И глаза стали темнее. Возможно – это передалось от Сильвии. Возможно – этому виной постоянный недосып из-за кошмаров и, как следствие, темные круги под глазами. Еще – она сильно похудела. Килограммов на десять. Раньше она бы этому очень обрадовалась. Теперь ей было все равно…
Напротив нее сидели трое. Семья. Муж – мужчина лет сорока. Красивый, высокий, очень сильный. И – абсолютно лысый. Это дополнительно придавало ему шарма.
Рядом с ним сидела женщина. Молодая, и тоже очень красивая! Блондинка. Шикарная грудь, шикарные длинные ноги. Пухлые губы и синие глаза. Эти глаза на секунду задержались на Асе, затем, не увидев в ней ничего интересного, блондинка перевела взгляд на своего сына.
Мальчику было лет пять – шесть. И, кажется, он перенял всю красоту от своих родителей. От матери – синие глаза. От отца – неимоверно правильные черты лица и тот же взгляд. Взгляд человека, способного решить все проблемы на земле играючись, за пять минут.
Мужчина писал сообщение в телефоне, сосредоточенно вглядываясь в экран. Женщина украдкой попыталась заглянуть в его телефон, и он, даже не смотря на нее, сказал:
– Люся, не беси меня своей ревностью. Это по работе.
Сказал он это без злости. И даже – почти с нежностью. Асе это понравилось.
Блондинка же смущенно отвернулась, повернулась к сыну.
– Мам, – он тут же потянул ее за рукав, – я в туалет хочу.
– Потерпи, – ответила она. – Скоро уже приедем.
– Че терпеть, – сказал мужчина, не отрываясь от экрана и не переставая писать сообщение. – Туалет – в первом вагоне. Сходи с ним.
– Саш…
– Иди. Не надо делать проблему на пустом месте.
А когда блондинка вышла из вагона, он положил телефон на сидение и начал хлопать себя по карманам. Затем, видимо, не найдя там искомого предмета, он обшарил свою тканевую сумку, висевшую через плечо. Но и там он не нашел нужного.
– Да твою ж мать… – сказал он. – Если я ее посеял – мне хана....
Ася посмотрела ему в глаза. И ей вдруг стало его жаль. Видимо, это было так сильно важно для него, потому что в его уверенных глазах появилась тревога.
– В пиджаке, – тихо сказала Ася и отвернулась к окну.
Мужчина повернулся к ней. Посмотрел внимательно. Затем, спросил:
– Что в пиджаке?
– То, что вы ищете, – ответила она равнодушно. В последнее время она вообще ко всему относилась равнодушно. Телесная жизнь от нее не ушла. Но вот в душе она себя чувствовала мертвой. – Светло-бежевый пиджак. Он остался висеть на спинке стула, у вас дома. Там внутренний карман, а в нем – то, что вы ищете. Флешка, да? Черная такая. И точка красная на ней.
Теперь мужчина смотрел на нее во все глаза. Внимательно смотрел. Так смотрел, что Асе захотелось провалиться под землю.
– Ты как узнала, – наконец спросил он.
Ася пожала плечами. А ведь и вправду – откуда? Она просто смотрела ему в глаза – и эти мысли сами по себе родились в ее голове.
Мужчина вдруг встал со своего сидения. Сел рядом с ней. Взял за руку. Не больно, но крепко. Снова очень внимательно посмотрел на нее.
– Откуда. Ты. Узнала?
Ася попыталась выдернуть свою руку из его руки. И, разумеется, ничего не вышло. Некстати вспомнились и недавние события. И начала накатывать паника…
Мужчина, продолжая держать ее руку одной рукой, второй рукой бесцеремонно залез в ее сумочку, достал паспорт, заглянул в него – и положил на место. В тот же боковой кармашек, где он лежал до этого.
И раньше с нервами у нее было не все в порядке. Теперь – и подавно. Все ее тело начало дрожать. От страха. От того, что здесь и сейчас этот странный человек железной хваткой держит ее руку. Что он может сделать с ней все, что угодно. И никто не сделает ему замечания, потому что у него на лице написано: он прав и всегда знает, что делать.
Так же неожиданно он расслабил руку. И из железной его рука вдруг сделалась теплой и мягкой. Этой рукой он осторожно погладил Асю и тихо сказал:
– Нет, нет! Давай-ка ты успокойся! Ты экстрасенс что ли? – Вторую руку он положил ей на плечо и покосился на дверь, откуда в скором времени должна была появиться его жена. – Да, флешка, скорее всего, в пиджаке осталась. Черная, с красной точкой. Так откуда ты узнала?
Ася, пытаясь сдержать слезы, пожала плечами. Мужчину такой ответ не устроил.
– Нет, – почти ласково сказал он. – Ты давай-ка словами скажи. Соберись – и скажи.
Ася собралась. Сказала, еле сдерживая слезы:
– Посмотрела… вам в глаза… поняла… что вы ищете… И тут же нашла…
– Интересно … – мужчина вдруг снова вскочил и пересел на свое прежнее место. За секунду до того, как в дверях появилась блондинка, его жена.
– При Люсе – ни слова, – шепотом сказал он Асе и подмигнул. – Она меня к каждому столбу ревнует!
А через пару остановок они вышли. Он – странный мужчина, который одновременно внушал ей страх и успокаивал, его красавица жена, постоянно ревнующая его (надо полагать – не без основания), и их сын – такой же красивый, будто сошедший с телеэкрана.
Напротив нее так никто и не сел. До самой конечной остановки. И Ася снова уставилась в окно, продолжая изучать окрестности чужого ей города.
Глава 4.
Странно, но следующей ночью кошмары ее не мучили. Наоборот – появилось вдруг ощущение надежности и защищенности. Появилось оно после разговора со странным человеком в электричке.
Ася блаженно вытянула ноги и улыбнулась. В постели было тепло, удобно и уютно. Вставать абсолютно не хотелось, и она снова закрыла глаза. Подумалось вдруг: будь сейчас рядом домовые, они бы уже давно принялись ее будить и требовать чаю. Молодому – черный и три ложки сахара, старому – зеленый без сахара, самой Асе – кофе с молоком.
Да, в те времена ей постоянно не давали выспаться. Обязательно бы пришел Валентин или Гришка. Скорее – Гришка. Он часто приходил под утро и начинал трезвонить в дверь. Будто не мог пройти сквозь нее, обязательно надо было будить ее этим трезвоном…
Ася открыла глаза. В дверь действительно звонили. Она машинально посмотрела на часы. Было восемь утра.
– И кто бы это мог быть? – вслух спросила она сама себя. Затем, накинув на ночнушку халат, пошла открывать.
На мгновение ей подумалось, что пришел кто-то из привидений. Ее привидений. Ну а что? Переедут вслед за ней, создадут новый портал…
Но нет! На пороге было не привидение.
– Привет! А ты спишь еще, что ли? – спросил мужчина таким голосом, будто они были знакомы всю жизнь.
Ася удивленно уставилась на него и ничего не ответила.
– Слушай, я пройду, ладно? – мужчина аккуратно прикоснулся к ее плечу, затем таким же аккуратным движением подвинул ее в сторону, зашел в квартиру и закрыл за собой дверь.
Ася продолжала смотреть на него. Молча.
– Я тут сыр купил. И хлеб, и колбасу. – Он показал взглядом на пакет в руках, затем разулся и прошел с этим пакетом в кухню. По-хозяйски так прошел, не спрашивая разрешения.
Ася прошла следом за ним.
– Слушай, у тебя кофе есть? – Он поставил пакет на стул и вопросительно посмотрел на нее.
– Есть, – кивнула Ася и опустилась на стул, рядом с пакетом. – Как вы меня нашли?
– А че там искать? – Мужчина тоже сел за стол. Напротив нее. – Паспорт твой я видел. На какой станции ты садилась – тоже видел. Телефон твой на твое имя зарегистрирован. Короче – дело пяти минут.
Ася вздохнула. Спрятаться ей вряд ли удастся…
– А я флешку нашел. Прикинь? В пиджаке, как ты и сказала…
– Зачем вы пришли? – спросила она.
– Саша, – невпопад ответил мужчина.
– Что?
– Зачем ты пришел сюда, Саша. Можно – на ты. Можно без отчества. Итак, я хочу кое-что проверить. – Он залез в карман, достал оттуда стопку бумажных фотографий. Одну из них он положил на стол перед Асей. – Ася, скажи – этот человек жив?
Ася посмотрела на фотографию. Со снимка на нее смотрел мужчина. Нехороший мужчина, злой. Она провела рукой над фотографией. От снимка веяло теплом.
– Жив, – уверенно сказала она, и сама себе удивилась. Откуда она может это знать?
– Где он находится?
Она вновь посмотрела на фотографию. Поежилась. Замкнутое пространство… Обстановка ему привычна, и в целом – ему там комфортно. Как ни странно…
– В тюрьме? – неуверенно спросила она.
– Все верно! – Саша одобрительно кивнул ей (и ей от этого тут же стало легче), затем отодвинул фотографию в сторону и положил перед ней другую.
На этом снимке была женщина. Средних лет. В целом – впечатление она производила приятное. Но тепла от снимка Ася не чувствовала.
– Ее нет в живых, – сказала Ася. – Уже давно, лет десять как…
– Девять, – поправил Саша. – Это моя мама. – Он отодвинул фотографию в сторону. Положил следующую.
С этой фотографии ей улыбался старик. Добродушно так улыбался. Но Ася его, почему-то, боялась.
– Он жив. – Она поспешно убрала руки. Подумалось, что руки надо будет обязательно помыть, как только ее гость уйдет. А лучше – полностью помыться, и как можно тщательнее…
– Где он? – спросил Саша.
– Недалеко. Туда можно доехать на той электричке. Вчерашней. Это, наверное, дача. Деревянный домик, зеленое крыльцо…
Саша задумчиво посмотрел на нее. Кивнул.
– Ну да. Скорее всего – на даче. А что тебе в нем не понравилось?
Ася опустила глаза и посмотрела на свои руки. И все же сказала:
– Мне кажется, что он убивал людей…
– Тебе не кажется, – Саша убрал фотографию в сторону. – Впрочем, свое он уже отсидел, и остаток жизни доживает преимущественно на своей даче, про которую ты говоришь.
Он положил перед ней следующую фотографию.
– Что скажешь про этого?
– Жив, – уверенно сказала она, едва взглянув. Она уже начала привыкать к этой игре.
– Нет, – ответил Саша. Кажется – разочарованно.
Ася вновь посмотрела на фотографию. От этого человека веяло теплом. Причем, к теплу живого тела добавлялось тепло жаркого солнца. Словно человек сейчас загорает на пляже…
– Он жив! – это Ася повторила громко и упрямо. – Лежит на песке где – то под пальмами… Под ним – большое белое полотенце и собачка маленькая рядом лежит…
Саша подвинул фотографию к себе, и сам задумчиво уставился на нее, словно тоже был экстрасенсом.
– Да… Интересное кино… – наконец произнес он. – Ну, допустим…
Со следующими двумя фотографиями Ася тоже справилась довольно легко. А потом Саша вдруг залез в карман, достал оттуда мобильный телефон, открыл там фотографию и протянул ей.
– Он жив, – уверенно сказала она.
– Можешь назвать место, где он сейчас? Как можно точнее!
– Он в городе, – начала Ася. – Не сильно далеко от нас.
– Еще? – Саша сверлил ее глазами.
– Это похоже на больницу. Но – не больница. Серое двухэтажное здание. Возле входа – куст сирени....
– Еще?
Ася задумалась. Хотелось ответить правильно. Хотелось сказать, где находится этот человек. Но где он находится, Ася не понимала.
– Я не знаю, – она огорченно покачала головой. – Я не понимаю, что это за организация. Я в таких никогда не была… Извините… И, кроме того, что там рядом продуктовый павильон, разрисованный то ли незабудками, то ли маргаритками, и во дворе соседней пятиэтажки лебеди из покрышек, в белый цвет покраше…
Саша вдруг хлопнул ладонью по столу и расплылся в улыбке.
– Все, я понял! – Он забрал у Аси телефон и набрал номер жены. – Люсь, – сказал он в трубку, – он в вытрезвителе!
Отключив телефон, он победно уставился на Асю.
– Брат Люсин теряется постоянно, – пояснил он. – Люся волнуется, а я ищу этого дебила…
– И я вам нужна для этого? – спросила она. – Чтобы искать ее брата?
– Еще чего! Если бы не Люся, я бы вообще его не искал. Слушай, давай кофе все-таки попьем? Сиди, я сам…
Он встал со стула и подошел к плите, которая находилась у Аси за спиной. Ася едва заметно вздрогнула и повернулась боком к плите.
– Да ты не переживай, я постараюсь ничего не замазать, – добродушно ответил он ей, заметив ее маневры.
Он поставил турку на плиту, насыпал туда кофе, налил воду. Затем, по-хозяйски снял с крючка разделочную доску, из ящика достал нож и начал нарезать хлеб и колбасу.
И опять, когда он проходил у нее за спиной, она едва заметно вздрогнула.
– Давно это у тебя? – спросил он, ставя перед ней чашку с кофе. – Я имею в виду способности поисковика.
Ася пожала плечами. Она уже поняла, что тот дар, о котором говорила Сильвия, уже проявился. Вот только разве она мечтала об этом? А ведь и вправду… Ведь тогда, когда она лежала на свалке, глядя, как два ворона кружат над ней… Ведь она понимала, что шансов на то, чтобы ее нашли, практически нет. И все же она хотела – очень хотела – чтобы ее нашли.
А сейчас ее дар – искать других. Кто, возможно, оказался в такой же ситуации, как она…
– Я хочу предложить тебе поработать вместе, – садясь напротив нее, сказал Саша. – Вот только не знаю, согласишься ли ты…
– Я согласна! – поспешно ответила она. Ибо – если есть шанс найти кого-то, кто в этом нуждается, она обязательно постарается его использовать…
Глава 5.
– Вот твое первое задание, – говорил Саша, полуобернувшись к ней. Они сидели в его машине: он – за рулем, она – рядом с ним. – Парень, пятнадцать лет. Пропал вчера вечером. Утром родителям на телефон пришло вот такое видео. – Он протянул Асе свой телефон и включил видеозапись.
Подросток сидел на полу, прислонившись спиной к стене. В комнате было темно, но его лицо освещалось, видимо, экраном телефона, на который его и снимали.
Это хорошо, что видно лицо. Главное – заглянуть в глаза… То, о чем говорит парень, она практически не слушала. И так было понятно: похитители хотят денег, а он озвучивает их требования.
Она старалась! Правда, старалась! Но так и не смогла понять, где он находится. С грустной улыбкой она протянула телефон назад.
– Ну? – Саша ждал.
– Он жив. А больше ничего не вижу. Просто там темно.... – Ей хотелось оправдаться. И еще – провалиться сквозь землю. Как-то очень быстро она поверила в то, что стала уникальной. А вот теперь оказалось – нет, не уникальная. Самая обычная!
– Так, давай-ка ты успокойся. Даже если ты сейчас ничего не увидишь – ничего плохого не произойдет, и мир не рухнет. Слышишь меня?
Почему-то, ей очень хотелось слушать этого человека. Слушать – и верить ему.
Ася кивнула.
– Так вот. Мы можем найти его и без тебя. Просто с твоей помощью будет побыстрее. Так что ты давай не волнуйся, и скажи хоть что-нибудь. Ну? Там темно. Еще?
Она изо всей силы сморщила лоб, пытаясь увидеть хоть что-то… Нет… В голову лезла какая-то ерунда…
– Ты не можешь сказать, что находится вокруг него. Так? – Саша смотрел на нее. Все еще терпеливо. – Давай пойдем от другого. Что он делает? Он напуган? Сидит взаперти? Кидается на стены? Пытается развязаться и сбежать?
Ася прислушалась к себе. Странно, но на каждую из фраз у нее в голове прозвучало слово "нет".
– Он не напуган,– сказала она и посмотрела на Сашу, словно ища у него поддержки. И Саша тут же одобрительно качнул головой. – И не связан. Дверь заперта, но если бы он захотел, то смог бы открыть крючок снаружи. Чем нибудь подцепить – и выйти…
– А если бы он вышел, – задал Саша наводящий вопрос, – то что бы увидел перед собой?
– Улицу. Солнце. Кусты какие-то. Кажется – смородина. Тротуар из трех досок. Собака в конуре, вся в репьях....
–Так… Это дача? Дачный поселок?
Она опять прислушалась к себе. И опять отчетливо услышала внутри себя слово "нет".
– Нет, это не дача. Это жилой дом. Он не в самом доме находится, а где – то в сарае. А дом где – то на окраине находится. Там много таких домов.
– Как выглядит дом?
И опять она сосредоточилась. Изо всех сил попыталась разглядеть дом… И не смогла…
– Я не могу его увидеть. Потому что он его даже не разглядывал. Извини… Вообще, в голову какая-то ерунда лезет… Будто мультяшное все… И сосредоточиться тяжело…
– Ничего, ничего… – снова успокоил он. – Покатаемся?
И они покатались. В основном – по окраинам с частными старыми домами. И нашли этот дом, эту конуру, и этот сарай, в котором безмятежно спал "похищенный" мальчик.
Уже потом, когда он довозил ее домой, Саша все ей объяснил.
– Его никто не похищал. Он наркоман. Родители – хоть и богатые, но расходы контролируют. Вот он с друзьями своими и договорился, что они, якобы, похитят его… А поскольку он наркоман – то поэтому тебе и было тяжело сосредоточиться. И мультяшным поэтому все казалось. Я так понимаю…
Они остановились возле ее дома.
– Ну что, сварить тебе кофе? – с улыбкой спросил он.
"Сварить", – чуть было не сказала она. Но тут его телефон зазвонил и он, вздохнув, ответил:
– Да, Люсь. Скоро приеду.
Точно: Люся! А ведь она за день совсем забыла о существовании красавицы блондинки – его жены.
Глава 6.
Было пять часов вечера. Поэтому на планерку никто не опоздал. Андрей Данилович обвел взглядом свой коллектив (которому, к слову, по случаю пятницы не терпелось поскорее закончить это незапланированное совещание и рвануть домой), и приступил сразу к главному:
– Нам поступил заказ. На рекламу…
– Ну, началось… – пробурчал Вова.
– Да, Вова! Зарплату я вам с чего-то должен платить, поэтому и рекламой мы тоже занимаемся! Значит, так! Город Кедрин – хоть и небольшой, но – старинный, с историей! К тому же, у города скоро юбилей. Администрация города просит написать про него статью. Большую! На несколько разворотов. И ненавязчиво намекнуть – как хорошо туда съездить на экскурсию. Там театр, музей, дом культуры с классической музыкой. И доехать из нашего города можно на электричке… Например, если сесть в субботу утром в электричку – к обеду можно быть уже там…
– Ваня, – шепнула Галина Петровна, – отменяй всех своих баб. Я так понимаю – завтра в Кедрин поедем!
– Правильно понимаете, Галина Петровна, – ответил Андрей Данилович, услышавший ее шепот.
– На электричке? – тут же недовольно спросил Ваня.
– А что ты переживаешь? У тебя же машины все равно нет! Я жду от вас несколько статей про Кедрин в разных направлениях, – продолжил Андрей Данилович. – Например, рассказ про то, как вы ехали в электричке. Во сколько сели, по какому расписанию они идут, как добрались. С какими душевными людьми общались по пути… Как заселились в гостиницу. Сколько стоят номера. Кстати, фотографии номеров сделайте. Потом сходите на вечер классической музыки. Он как раз завтра будет в их ДК. И в музей. Музей там, действительно, хороший! Мы с женой ездили года два назад. В парки сходите. Тоже пофотографируйте там. Да, еще рядом с Кедриным находится агрокомплекс. И мясокомбинат при нем. Это, так сказать, местная достопримечательность. Производят молочные и мясные продукты. Руководство Кедрина пытается привлечь туда молодых сотрудников.
– Не едут? – спросила догадливая Галина Петровна.
– Не едут, – подтвердил Андрей Данилович. – Молодежи интереснее жить в крупных городах. В этом направлении обязательно надо поработать. Рассказать про агрокомплекс. Поговорить с его начальством, спросить, какие специалисты им нужны. Про зарплаты спросите обязательно. Пусть озвучат…
– Я на электричке вряд ли смогу. – Вова показал на свою ногу в гипсе. – И по городу гулять сложновато будет…
– А с моста тебе не сложновато было прыгать? Ладно, поедут: Ваня, Ася… Галина Петровна, вы хотите?
– Хочу, – ответила она. – Лет десять в Кедрине не была… Да и планов на выходные у меня не было…
– Везет вам, – буркнул Ваня.
– Вот и отлично! Значит, завтра в семь утра – встречайтесь на железнодорожном вокзале. Электричка – в семь тридцать. – Он, наконец, заметил взгляд, которым его сверлил Сергей, и, поняв в чем дело, тут же добавил: – Руководить вами будет Сергей Васильевич.
Когда все выходили из кабинета, Сергей Васильевич благодарно кивнул другу.
***
Электричка оказалась той самой, где она познакомилась с Сашей, изучая окрестности нового для нее города. И все же, Ася с интересом разглядывала мелькающие за окном пейзажи.
В большей части – это были пустые участки с деревьями, кустами и полями, и небольшие дачные поселки. На один из дачных домиков, который хорошо просматривался из окна, она засмотрелась.
Вот на крыльцо, с кружкой в руках, вышел старик, оглядел ухоженное крыльцо, совсем недавно покрашенное зеленой краской… Затем, он взглянул на электричку, и так же добродушно улыбаясь, помахал ей рукой.
Ася вздрогнула и отвернулась.
– Холодно? – заботливо спросил Сергей Васильевич.
– Нет, – поспешно ответила она и снова отвернулась к окну.
– А я бы хотел в старости вот так жить, – мечтательно сказал Ваня. – Вышел вот так на крыльцо… Кофеек пьешь, электричке машешь! И птички вокруг поют… Красота!
– И лицо у него какое! Добродушное, умиротворенное. Не то, что у городских жителей, – поддержала его Галина Петровна.
– Вы же о нем ничего не знаете? – Это, все-таки, сказала Ася. Она открутила крышечку с бутылки и сделала глоток воды.
– Да все понятно про него, – тут же ответил ей Ваня. – Лет сорок пахал на каком-нибудь заводе. Какой у нас завод в советское время был самый большой? Накопил на домик, вот теперь тут и живет… Если повезло и есть квартира – ее сдает. Ну, не серийный убийца же он, в конце концов!
Ася поперхнулась водой и как-то странно посмотрела на Ваню.
– А че, он – убийца? – поймав ее взгляд, тут же спросил он. – Ты что- то знаешь? Разоблачающий материал готовишь?
– Да ничего я не знаю, – буркнула Ася и снова отвернулась.
***
В гостиницу они зашли всего минут на двадцать. Чтобы положить вещи и принять душ после электрички.
Номера были двухместные. Соседние, что было очень удобно. Один – Ване и Сергею Васильевичу. Другой – Асе и Галине Петровне.
Прогулку по городу и фотографирование пейзажей решено было отложить до вечера. А сейчас они поехали на мясокомбинат, рабочий день на котором (несмотря на субботу) был в самом разгаре.
Встретил их сам директор. Очень высокий и очень розовощекий. Очень похожий на поросенка, который красовался на эмблеме агрокомплекса.
– Степан! – представился он. – Можно без отчества.
– Лучше, все-таки, с отчеством, нам же писать про вас, – заметила Галина Петровна.
– Ааа… – понимающе протянул он. – Степан Петрович!
Он повел их по длинным коридорам, показывая разные этапы производства мясных изделий.
– … и все условия у нас есть, – рассказывал он на ходу, – а работать никто не хочет!
– Даже местные? – удивился Сергей Васильевич.
– Кто нормальные – идут. Те, кому действительно деньги нужны и работать не лень. Работа-то тяжелая, я этого не скрываю. Вот местные алкаши и не идут. Все же на халяву хотят…
– Да, – Ваня огляделся по сторонам, – жили бы у вас гастарбайтеры, мигом бы все места заняли…
– Возможно, – согласился директор. – А там – мой кабинет! – Степан Петрович толкнул дверь и… застыл на месте.
– Это что за.... – только и смог вымолвить он.
Посередине его кабинета, как раз между его рабочим столом и старинным зеркалом до пола в витиеватой кованой раме, стояла большая круглая эмалированная ванна, доверху наполненная чем-то темно-бордовым и густым.
– Круто! – От избытка впечатлений Ваня сказал это шепотом. А учитывая антураж кабинета и хорошую акустику комбината, шепот получился зловещим. – А вы вампиром хотите стать? Или омолаживающие ванны из крови принимаете? Как эта, как ее…
– Леди Батори, – подсказала Галина Петровна.
– Ага, Батори, – подтвердил Ваня и щелкнул директора мясокомбината на фоне его кровавого кабинета. Тут же в его голове замелькали названия возможных заголовков для статьи, одно лучше другого.
Лицо Степана Петровича стало бордовым. Почти как содержимое ванны.
– Это что такое!!! – крикнул он в коридор. – Эй, как там тебя! Ашот!!!
В коридоре послышались торопливые шаги.
– Ну что вы кричите, Степан Петрович! – услышали они добродушный мужской голос с легким акцентом. – День какой солнечный, а вы кричите.... Ай, ай, ай! Вот нужно же приятное людям говорить… И вовсе я не Ашот, а А…
Он, наконец, появился в дверях и умолк на полуслове, глядя на Асю.
– Азам… – продолжила за него Ася, а затем, оглянувшись почему-то на зеркало, быстро вышла из кабинета.
***
На улице был ветер, и приятно шумела листва. Шумели и мысли в Асиной голове, сменяя одну другой и отодвигая на второй план все происходящее.
Поэтому, она даже не заметила, как на скамейку рядом с ней аккуратно опустился Сергей Васильевич.
– Все нормально?
Ася не сразу поняла, что вопрос адресован ей.
– Ася!– повторил он чуть громче. – Все нормально? Ты просто вышла так быстро…
Ася поспешно кивнула.
– А это твой знакомый был?
Она снова кивнула. Отвечать подробнее не пришлось, поскольку слева от нее на скамейку громко плюхнулся Ваня.
– Крутяк! – снова зловеще прошипел он. – "Директор мясокомбината купается в крови посреди своего кабинета"! Нет, не так! "Дракула снова жив!" Или нет…
– С такими статьями шуруй не в познавательный журнал, – перебил его Сергей Васильевич, – а в какую-нибудь желтую газету, где сплетни мусолят!
– Да чего вы, Сергей Васильевич! – возмутился Ваня. – Мы с таким материалом этот Кедрин можем туристами обеспечить лет на триста! А то и больше! Нет, прикиньте: целая ванна крови посреди кабинета! Я прям представляю, как он в конце рабочего дня прыгает в нее с разбегу и плещется там… А ведь с виду – солидный мужик! Серьезный такой!
Сергей Васильевич улыбнулся, живо представив себе, как директор мясокомбината, радостно улыбаясь, словно младенец плещется в ванне.
– Угомонись. Этот Азам же объяснил, что ванну крови фотографы заказали. Для фотосессии в стиле «Вампирской саги». А он решил подзаработать – и никому, поэтому, ничего и не сказал. И в кабинет директора ее поставил тоже от лишних глаз подальше. Он же думал, что директор до понедельника не появится … Если б мы не приехали – и не появился бы…
Все это, разумеется, он рассказывал для Аси. Поскольку Ваня все это слышал пятнадцать минут назад. Но она слушала его вполуха.
– Да бросьте, Сергей Васильевич! Этот гастарбайтер просто отмазывает его! А как только мы за дверь вышли – тут же у него премию попросит! Или не так! Может, он кровавый обряд провести собрался?! А чего? Искупается ночью в крови… Сегодня как раз полнолуние… Потом этой кровью весь кабинет обмажет – и оп-ля! Через месяц – другой сам станет директором…
Сергей Васильевич посмотрел на него с интересом.
– Читал где-то про такое? Или сам только что придумал?
– Сам, – признался Ваня.
– Жаль… У Вовы недописанная статья про самые нелепые обряды лежит, могли бы добавить. Ну и где наша Галина Петровна пропала? Ваня – сбегай, позови ее!
– Да че ее звать, – Ваня не только не побежал, но даже откинулся на спинку скамейки, подставив солнцу лицо, – через пять минут выйдет, вот увидите…
Галина Петровна вышла ровно через пять минут…
***
Обе их женщины до конца дня были не в духе. Обе они молчали. И когда они ходил в музей, и когда бродили по городу, фотографируя местные достопримечательности и не только, и когда зашли в кафе поужинать.
Ваня поначалу пытался их развеселить. Затем – когда Галина Петровна прикрикнула на него, и сам замолчал…
А ужин закончился вот чем. Галина Петровна, которая на минутку вышла в туалет, пропала. Ее ждали минут двадцать. Затем – забеспокоились.
– Ась, может, посмотришь? – попросил ее Сергей Васильевич.
Ася встала и направилась к туалету. Вернулась через минуту, очень встревоженная.
– Ее там нет! – сказала она. – И телефон не отвечает…
–Странно. Сбежала от нас? Может, случилось что-нибудь? – забеспокоился и Сергей Васильевич.
– Раз убежала – значит не инфаркт и не инсульт, – заметил Ваня. – А значит – можем идти в гостиницу. Темно уже на улице, вряд ли еще что-то путное снимем. И вообще – может у нее любовник здесь? А может – уговорила директора вдвоем в кровавой ванне искупаться… А что? Омолодятся оба. И вообще… Ей дома на выходных заняться нечем, а тут – такая экзотика!
– Ладно,– согласился Сергей Васильевич. – Пойдем в гостиницу. Там ее подождем.
Ася быстро схватила свою сумочку, и так же быстро зашагала к двери.
– Вы идите, – крикнула она в дверях. Я погуляю еще.
Ни через час, ни через два, в гостинице они не появились. Ни Галина Петровна, ни Ася. Еще через полчаса Сергей Васильевич спустился вниз, чтобы купить кофе, а поднявшись в свой номер, обнаружил, что и Ваня тоже пропал. Вместе с ним пропали его ботинки, рюкзак и фотоаппарат…
