Czytaj książkę: «Кристель + Алехандро»

© Анастасия Ниточка, 2026

ISBN 978-5-0055-7180-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1

Юля вместе с родителями зашла в лифт, чтобы подняться на четвертый этаж новой съемной квартиры. Первой съемной квартиры. До этого Юля жила в студенческой общаге и теперь, выпускнице ВУЗа и молодому специалисту, родители решили помочь с жильем, пока она не встанет на ноги.

Юля держала в одной руке горшок со своим любимым гибискусом, в дугой — дорожную сумку, набитую одеждой. Папа забился в угол с двумя сумками в руках и одной на плече, со всем самым необходимым: постельным бельем, полотенцами, аккуратно завернутой во вчерашнюю газету посудой. Мама обнимала руками несколько мисок, ведро и коврик для йоги, прижимая эту пирамиду подбородком, чтобы она не развалилась.

При выходе из лифта, приплющенный к двери, стоял парень, явно куда-то спешивший. Он принципиально залез в лифт, потом, наверное, об этом пожалел, так как теперь он лавировал носом между гибискусом и ковриком для йоги, и терпел миску, врезающуюся ему в ребро.

Не прошло и полминуты, как они приехали на четвертый этаж, но Юля уже представила себя в свадебном платье и фате, несчастной матерью троих детей, ссоры, скандалы и, наконец, развод с парнем, скособочившимся у двери лифта и ожидающим освобождение из бытовой неволи. Юля, даже не знала его имени, но всем видом он напоминал её идеального мужа, хотя в своей голове она и представляла вечную брачную катастрофу, благодаря тому, что практически от всех своих знакомых она слышала, что мужчины — это кошмар, что брак — это дерьмо, что дети — кровопийцы. При всем этом, эти же дамы, все были замужем, а двоюродная сестра Лилька, на восемь лет её старше, замужем уже трижды. Каждый раз она материлась на своих мужей, но как только разводилась, тут же находила нового. А Юлька в двадцать один никак не могла встретить свою первую любовь и хоть раз сходить на нормальное свидание.

И вот, двери лифта открылись на моменте, когда Юлькины мысли дошли до развода. Парень с облегчением вздохнул и выскочил из лифта. «Прощай, муженек», — пронеслось у Юли в голове, но когда она освободилась из плена, в который её пытались схватить двери лифта, увидела, что её идеальный мужчина живет в соседней квартире.

Сделав еще пару заходов и доставив все вещи в квартиру, родители Юли распрощались и быстро смылись, оставив хозяйку разбираться с её новым бытом. До вечера она отмывала новое жилье, расставляла посуду, выносила мусор. Когда решила, что продолжать дальше не стоит, иначе ей грозит звание домохозяйки года, о котором она не очень мечтала, Юля завалилась на кровать и её мысли от тряпок и газет тут же направились к её любимому Алехандро. Алехандро был прекрасен: густые черные волосы, идеальная смуглая кожа, легкая щетина, глаза цвета кофе, с искрой, которая разжигала в сердце огонь. Когда она хотела, он был брутальным и диким, если вдруг передумала, он мог быть нежным и заботливым, просила быть романтиком — он вел гулять под луной у океана, вдруг её душа желала адреналина, он садил её на свой байк и они под рев мотора неслись по серпантину гор и страстно целовались у водопада. Это был он, тот самый Алехандро, в которого она влюбилась в теплый майский вечер, сидя в кинотеатре с подружкой Таней. Таньке «Кристель и Алехандро» не понравилось вообще. Ни капли. Она такую кашу-размазню не переносила на дух, и подобное испанское кино считала подростковым высером. А вот Юля всей своей романтичной душой влюбилась в главного героя и не прочь была обсудить эту свою любовь с кем-то еще, потому её очень быстро занесло на сайт фанфиков, где она неплохо обосновалась и даже получила свою долю фанатов, а потому чувствовала ответственность за продолжение истории. Сильно ухищряться она не стала, продолжение было простым и каждый раз разным, все зависело от настроения Юли. Настроение сегодня у неё было боевым и романтичным. За стенкой сейчас живет вполне себе сносный «Алехандро», на которого она стала направлять всю свою буйную фантазию. «Ноут, — подорвалась Юля с кровати, — где он?»

Пол часа она рылась по всем своим сумкам, пока не вспомнила, что как только зашла, аккуратно вытащила инструмент писателя и отправила в шкаф, чтобы случайно не сесть на него и не раздавить.

Итак, новая квартира, новый стол, новая глава в жизни, и все та же Юля (точнее, Кристель) в роли неземной любви Алехандро.

«Уго отвез Кристель на съемную квартиру и приказал никуда не выходить. Её властный брат терпеть не мог Алехандро. Как только он его увидел, вся ненависть брата направилась на парня, который во всем превосходил его.

После того как Кристель попала с Алехандро в аварию, Уго приказал не приближаться к нему. Это было все равно, что не приближаться к самой себе. Она лишь вспоминала широкие плечи и все её тело заводилось и требовало только одного его».

«А у этого-то, плечи не такие широкие, — подумала Юля, — вообще не широкие. Тощий он, только что черноволосый и глаза шикарные. Блин, не сейчас, — опомнилась она и продолжила свое дело».

«Самое прекрасное в Алехандро было то, что стоило только позвать, и он непременно появлялся. Казалось, даже если будет буря или ураган, он обязательно примчится к ней, не задумываясь о последствиях. Так было и сейчас. Уго ушел, а Кристель написала Алехандро адрес в надежде на скорейшее свидание.

Алехандро не находил себе места. После аварии они не виделись. Хотя он знал, что у неё лишь небольшое ранение ноги и она в порядке, ему хотелось обнять и утешить ее. Но влез Уго и стал вести себя как подросток, у которого отобрали игрушку. Как же счастлив был Алехандро узнать её адрес. Он, не задумываясь, сел на байк, и отправился к Кристель. Подъехав к дому, Алехандро осмотрелся по сторонам, поднял голову вверх на четвертый этаж, где должна быть съемная квартира, и в окне увидел ее, девушку, без которой не мог жить. Еще минута и он будет обнимать её за талию и страстно целовать. Алехандро зашел в лифт, развернулся, чтобы нажать кнопку заветного этажа и почувствовал, как в его ребро что-то давит.

— Какого черта ты тут делаешь? — услышал он.

Это был Уго. Он приставил ствол пистолета к ребру Алехандро, приподняв дуло слегка вверх, так, если он выстрелит, попадет прямо в сердце. Уго был зол и неконтролируем. Сейчас он был просто сам дьявол.»

«Остальное оставим на потом», — подумала Юля, довольная сама собой, и прыгнула на кровать, решив, что сегодня с неё довольно. Из ноута приятно позвякивали звуки комментиков, медом обволакивая её, разволновавшееся от написанного, сердечко.

Через пять минут она решила, что ей стоит снизойти к своим верным поклонникам и почтить их своим присутствием, потому она вернулась за стол.

— Что за дичь? Чертов Alejandro!

Возмущению Юли не было предела. Alejandro — еще один чел, писавший фанфик на её тему. Слюнявый гад, который и писать-то не умеет, начал пробиваться к ней в конкуренты. Юля лишь однажды зашла к нему на страницу. Она увидела, что писать они начали в один день, но комментов у него было больше. Ещё бы, столько девок на сайте, и тут редкий МЧ. Сто пудов дамочки от него писаются и дело тут не в таланте, а в чертовой гендерной несправедливости. Бабы всегда были активнее мужиков и изначально надо было подписываться мужиком и на аву ставить две сиськи шесть кубов в лучших традициях фитнес-тренеров, а теперь было поздно.

— Да блин! — послышался из-за стены громкий возглас.

— Что бы это ни было, но так вам мужикам и надо, — буркнула Кристель-Юлия и отправилась спать.

Следующее утро началось с продолжения обустройства нового жилья. В обед пару часов работы помощником бухгалтера. За это платили «на еду» и надо было искать нормальную работу. Но пока все предложения по «нормальной работе» сводились к стрессоустойчивости, чего у Юли никогда не было. Она ещё раз заглянула в объявления, где требуются молодые, опытные, целеустремлённые, в амбициозную команду с перспективным бизнесом, решила, что не сегодня, и прикрыла ноут. Через пару минут прозвучал звонок.

— Вот, блин, чё те нада? — сказала Юля сама себе и взяла трубку. — Привет.

— Ну что, как хата, когда новоселье?

— Норм хата, без новоселья обойдется.

— Сегодня? Супер, давненько не было винишка. Give me address.

— Алло, алло. Связь пропадает, — Юля бросила трубку.

Татка, она же Танька, она же Танюха, она же исчадие волшебного бутыля — университетская подружка Юльки. Как они стали подружками, одному богу известно. Танька — это демон, её должны были сжечь в Помпее, вместе с грешниками, но она возродилась и явилась Юльке. Девка была умная, в академическом смысле этого слова. Она была отличницей и все за что она бралась, у неё получалось круто, а виной тому — шикарная память, которой Юля всегда завидовала. В моральном же плане Татка была шкалапендрой, бесплатным пробником для любого, более менее симпотного МЧ. А благодаря тому, что Танька красотка «жгучая цыганка», как называла её Юлька, от этих МЧ у неё отбоя не было. Философия у Татки была «прожигай молодость дотла», завершающим штрихом ко всему этому было глубокое, уважительное, теплое отношение к алкоголю. В общем, она впитала в себя все, что Юлька в глубине души презирала. Юля, которой приходилось ужом выворачиваться, чтобы получить нормальный бал по предметам, с мягкой внешностью скромной девочки, русоволосая и голубоглазая, с круглым носиком и светлым личиком, прямо антипод Кристель. Юля, которая о сексе думала только в контексте большой взаимной любви, а алкоголь был для неё чужеродной субстанцией, которая действовала никак, кроме как дарила головную боль и желание спать.

И вот эти Татка и Юнька все пять лет проторчали за одной партой, рука об руку. Во всех курсовых и зачётах надеялись друг на друга. Эта же Татка каким-то чудом вытаскивала Юлю на тусовки, где самостоятельно Юля не оказалась бы никогда. Она бы точно выбрала депрессивное одиночество, вместо шумного шабаша, тем более, что все эти шабаши ничем хорошим никогда не заканчивались.

Теперь же Татка наяривает ей, чтобы заполучить желаемое — хату для утех. Как только Юля сказала ей, что родители помогут с квартирой, Таня заявила о своем праве бессменной подруги и затребовала несколько часов на свидания. Только вот будут ли эти несколько часов в месяц, в неделю или в день, она не уточнила. Юля решила сопротивляться, но совсем отказаться не могла, ведь это Таня ей нашла работу «не бей лежачего». Сейчас она смотрела на телефон, где уже было двадцать шесть пропущенных от Татки, которая не сдастся в порыве гормонального перевозбуждения, а потому придется ответить.

— Да, — тяжко вздохнула Юля.

— Что, подружка, сливаешь меня? Как бы не так, от меня ещё никто не уходил, я сама всех бросала, слышишь?

— Я с тобой спать не буду.

— Мне пока не надо, ты у меня последняя в этом списке. Выставляйся давай.

— Пеку блинчики, завариваю чаек. Выезжай.

— Ну и падлюка же ты, я к тебе как к человеку, а ты! Адрес гони.

В шесть часов Татка заявилась по адресу с двумя бутылками красного полусладкого, судя по её виду, третью она выпила сама. Веселая и воодушевленная, она стала наводить бардак там, где Юля два дня наводила порядок.

Пол вечера Таня крутила музыку о несчастной любви, а под конец заявила, что на выходных ей нужна будет хата на пару часов, а то родаки удивятся, если она приведет своего красавчика домой. С одним красавчиком она недавно рассталась, любовь с которым она сейчас оплакивала, но уже присмотрела себе другого, нормального, а не «этого козла». Ей надо было пару дней, и он будет её. Можно и быстрее, но приличные девушки себе подобного не позволяют. Прикончив последнюю бутылку, Юля решила провести подружку до такси, чтобы та не прицепилась к какому-нибудь «красавчику» из подъезда и не создала репутацию на весь дом.

Они вошли в лифт, за ними в лифт вскочил вечно спешащий сосед. В этот раз Юля рассмотрела его повнимательнее. Он был не таким уж и худым, с широкими руками, высоким, статным, с красивыми, правильными чертами лица и густой черной шевелюрой. Сосед заметил, что его рассматривают, от чего Юля смутилась и перевела взгляд на кнопки лифта. Таня же рассматривала его не стесняясь. Под градусом она была ещё наглее, чем всегда, потому тупо пялилась на него, при этом прислонившись спиной к стенке лифта и накручивая прядь распущенных волос на палец. Её глаза слегка щурились, как у лисы от солнца.

«Оказывается, Кристель можно встретить и в нашем захолустье», — подумал про себя Ваня, слегка улыбнулся, вышел из лифта и быстро исчез из виду.

— Кто такой? — спросила Татка.

— Не твой, — процедила Юля сквозь зубы.

— Да ладно, твой замут? — удивилась Татка.

— Не лезь.

— Он о тебе хоть знает? — засмеялась подружка.

— Приблизишься, хату будешь просить у него.

— Ладно, ладно, оставлю его тебе, не злись.

Счастливая Таня села в такси и укатила восвояси. Юля же была на взводе от ревности. Хотя она вообще не знала, кто её сосед и как его зовут, женат ли он или влюблен по уши, он был Юлькин. Она приватизировала право на мысль о нем себе и не собиралась его отдавать. Только вот он. Он смотрел на Таню так, как и все самцы вокруг, и Юля от этого жутко бесилась, даже больше, чем от Таткиного поведения.