Czytaj książkę: «Сквозь облака к сердцу. Книга 2»

© Шерри А., 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Глава 1

Три года спустя. Сан-Клементе, штат Калифорния, США

– Пока, дорогой. – Анна присела и поцеловала сына, а потом прижала его к себе. – Я буду скучать весь день.

– Не переживай за него. – Милена подошла к мальчику и положила руки ему на плечи. – Он же с нами остается не первый раз.

– Но на целый день впервые, – слабо улыбнулась Анна и снова взглянула на сына, поправляя прядь черных волос, всматриваясь в глаза. – Веди себя хорошо, не надо экспериментировать с красками на обоях и таскать кота за хвост. Томасу это не нравится.

– Хорошо, мам. – Даниэль прижался к бабушке, наверняка что-то замышляя, Анна была в этом уверена. Но Милена и Джек так любили внука, что прощали ему все выходки.

Анна поднялась и вновь провела рукой по волосам сына, взглянув на свекровь. Та улыбнулась, словно убеждая ее, что все будет отлично.

Первый рабочий день после многолетнего отпуска волновал ее. И если бы Даниэль не притих в своей комнате, расписывая себя красками, то она бы пришла в офис вовремя. Но вовремя пришел лишь Ричард, который отказался ждать, пока Анна смоет всю краску с ребенка. Затем время было потрачено на дорогу до Милены и Джека, которые вызвались посидеть со своим внуком.

– На связи, – кивнула она Милене.

Она шла по дорожке в сторону машины, а сердце ныло. Это первый раз, когда она так надолго оставляет своего ребенка.

Когда Даниэль родился, Анна забыла про работу совсем. Она не помнила о ней даже еще на той неделе. И Ричард ничего не говорил о работе. В их доме не произносилось лишнее, что могло касаться прошлого.

Сейчас она шла в офис и не знала, что ее ждет. Даниэль занял все время, полностью забирая на себя внимание.

Анна очень переживала, что он родится с отличительной особенностью – голубым цветом глаз, который точно выдаст его. Но им повезло, Даниэль перенял цвет глаз от нее – синий. Но все остальное… Об этом не хотелось думать, но волосы вороного крыла, к тому же слегка вьющиеся, он явно унаследовал не от отца-блондина. Даже кожа Даниэля была смуглее, чем у Ричарда и у нее самой. Арабские гены слишком сильные, и, если бы он родился с голубыми глазами, это был бы ответ на молчаливые вопросы Джека и Милены.

– Моя мама была жгучей брюнеткой, – сказала Анна после родов, касаясь темных волосиков новорожденного. Она солгала, у ее матери были темно-русые волосы, которые передались ей самой. Этот цвет Анне никогда не нравился, и она обесцвечивала их.

Но с недавних пор она снова вернулась к родному цвету волос. И подстриглась! Это было первым, что она сделала, когда решила попрощаться с прошлым. Теперь ее волосы едва касались плеч.

Ричард не был против ее нового образа. Та Анна, блондинка с длинными волосами, напоминала ему о предательстве. Анна с темными волосами вошла в его жизнь как мать его сына.

Его сына…

Даниэль Арчер был его сыном, которому он даже уделял внимание. Нечасто, но все же…

У Ричарда было много работы в связи с новым партнерством. Но он никогда не упоминал об этом. Анна не спрашивала, но прекрасно помнила, как тяжело было первое время.

Девушка приехала к школе Altitude, заглушила машину и взглянула на здание. Она вымучено выдохнула и закрыла глаза, потому что первое, что она увидела – большая красная вывеска Arabia Airlines, висящая на стене школы. И лишь сбоку красовалась коричневая надпись Altitude. Ричард хотел этого сотрудничества! Интересно, рад ли он теперь? Только сейчас она понимала, что Амин никогда бы не повел свою авиакомпанию под крыло какой-то неизвестной школы. Он сделал так, что это школа стала рабом арабской корпорации. Да, это безусловно принесло Ричарду рекламу, а вместе с ней статус, престиж и деньги. В школе Ричарда обучали экипажи для Arabia Airlines, но также заключались договоры и с другими авиакомпаниями.

Анна отогнала эти мысли и вышла из машины. Жизнь продолжалась, она слишком сильная, чтобы сдаваться.

Девушка надела туфли на плоской подошве, не изменяя себе. Ее светлый брючный костюм подчеркивал стройную талию, которая вскоре после родов пришла в норму. Только грудь стала больше, и Анна была уверена, что уже не вернется к прежнему размеру. Но это ее не смущало, она кормила сына грудью достаточно долго, чтобы принять неизбежное.

Она вошла в школу и сразу увидела Роуз, которая стояла за стойкой ресепшена. Та не сразу узнала жену директора, хотела уже уточнить запись, но взгляд Анны выдал ее.

– О боги! – вскрикнула Роуз и накинулась на девушку с объятиями. – Анна! Вот это радость! У тебя новый образ! Тебе очень идет! Я слышала, что ты возвращаешься к нам, мне говорила Люсинда, но я думала, что это произойдет позже.

– А чего тянуть? – Анна ответила на объятия. – Что здесь происходит? Расскажи вкратце.

– Ох, работы много. Люди приходят и уходят. У нас же теперь мировой уровень, – стукнула себе в грудь Роуз, – надо держать лицо компании. Я боялась, что арабы поставят сюда своих людей, но этого не случилось. Вообще странно, но они сюда не ездят. Были пару раз представители. А Ричард разве не рассказывал?

– Рассказывал, – солгала Анна. Он ничего не рассказывал! Она не спрашивала. – Пойду к себе, рада была тебя увидеть.

– А я-то как!

Анна направилась к лифту, нажала на кнопку вызова. Это действие ей напомнило прошлое. А еще она подумала о своем тайном месте на крыше. Существует ли оно еще?

Лифт отвез ее на четвертый этаж, и, выйдя из него, Анна не встретилась с Кэрол – секретаршей мужа. Ее на своем рабочем месте не оказалось.

Надо было зайти к Ричу, сказать, что она здесь, а потом можно поговорить с Люсиндой.

Анна прошла к двери и не успела коснуться ручки, как та распахнулась и появилась Кэрол. На ее губах играла довольная улыбка, слишком довольная для той, кто выходит от начальника.

– Анна? – Тут же на лице отразилось удивление. – Ты здесь! Ричард сказал, что ты приедешь чуть позже, что-то натворил сын…

– Сколько слов, Кэрол, – произнесла Анна и вошла в кабинет Ричарда – тот задумчиво крутился на стуле, но остановился, как только ее увидел.

Дверь захлопнулась, оставляя Ричарда и Анну наедине.

– Как Даниэль?

– Прекрасно. Милена и Джек очень счастливы. Они ведь его безумно любят.

– Тут не поспоришь, – задумался он, а потом пришел в себя. – Приступишь к работе прямо сегодня?

– А чего тянуть? – удивилась Анна. – Я для этого сюда и пришла. Буду же на своем прежнем месте? Твоей помощницей?

Ричард сидел, откинувшись на спинку кресла и внимательно за ней наблюдал. Даже прищурился.

– Помощницей у тебя прекрасно получается. Угодишь всем. В этот раз придется быть любовницей собственного мужа.

Анну словно окатили холодной водой. Она не сразу поверила в то, что это говорил он. Ведь три года тому назад они решили не вспоминать прошлое, полностью его забыть ради сына. А теперь…

– Ричард, – растерялась она, – что ты говоришь…

– Прости. – Он поморщился, а потом встал и направился к ней. – Это вырвалось случайно. Просто ты здесь… и это слово «помощница»… Вдруг на меня накатило. – Ричард прижал ее к себе, даже не ощущая, как гулко бьется сердце его жены. – Утро сегодня не задалось, сломался тренажер, надо вызывать мастеров. Еще Даниэль… Зачем он разрисовал себе лицо?

– Потому что он ребенок.

– Это все в совокупности… Иди к себе, устраивайся. До тебя здесь работала не слишком сговорчивая женщина, и слава богу, что теперь есть ты.

Ричард разжал объятия, выпуская Анну. Она направилась к выходу, но остановилась:

– Ты сказал, что сломался тренажер? Чей?

Ричард уселся в свое кресло и пристально взглянул на жену. В его взгляде читалось сожаление. Они оба поняли, что этим придется заниматься ей.

– Arabia Airlines.

Даже одно название отдавало болью в сердце, словно афтершок после землетрясения.

– Я свяжусь с техническим отделом «Боинга», – кивнула она, – мне нужны техпаспорт и отчет нашего мастера.

По лицу Ричарда можно было понять, что этого недостаточно. И она прекрасно знала, что не он владелец тренажера.

– Иди к себе, потом поговорим об этом.

Анна вышла, ощущая на себе взгляд Кэрол. Но секретарша опустила глаза, делая вид, что занята бумагами. Девушка перевела взгляд с нее на стеклянные двери, за которыми слишком много всего произошло. Хотела бы она оказаться в самом дальнем кабинете? Нет! Тот кабинет был временным, ошибочным. Он был миражом, который растворился со временем.

Она направилась в свой кабинет, который находился недалеко от Ричарда и граничил с лестницей.

Этот кабинет был большой. Окно с видом на парковку давало много света. Умещались два шкафа, сейф, тумбочка, на которой стоял цветок, большой письменный стол и даже целое кожаное кресло напротив ее стола. Его Ричард поставил специально, потому что любил сидеть в нем.

Анна села на свое привычное место и включила компьютер. В дверь постучали, и на пороге показалась Люсинда.

– Дорогая! – Она раскинула руки, надвигаясь на Анну. – Как же я скучала! Здесь без тебя даже не с кем разговаривать! Они все такие душные!

Анна широко улыбнулась и кинулась в объятия подруги.

– Но ведь мы изредка виделись.

– Изредка видеться и работать каждый день – это разные вещи. – Люсинда крепко сжала подругу. – Ну как ты? Как Даниэль? В последний раз, когда мы виделись, он бросил мне в голову песок.

– Он делал тебе корону, – засмеялась Анна.

– Эту корону я до сих пор не могу вычесать, – улыбнулась Люсинда. – Слышала, что сегодня он разрисовал себя под тигра.

– Скорее Бэтмена. На тигра это не походило.

– Ладно, ладно, – подруга устроилась в кресле, – ты не была в детстве такой проказницей?

– Ты думаешь, я помню себя в два с половиной года? Но мне кажется, я была послушной.

– Про его отца тоже можно сказать, что он послушный. – Люсинда задумалась, сказав это. Кроме Ричарда и нее, больше никто не знал о тайне отцовства. С мужем Анна больше никогда не затрагивала эту тему, как он и обещал ей. А вот с Люсиндой они могли ее коснуться. – Слишком послушный, раз пошел на поводу у своей семьи.

– Не будем об этом, – закрыла эту тему Анна. – Лучше расскажи, что меня здесь ждет?

Люсинда цокнула языком и закатила глаза, уже предвкушая наслаждение от сплетен.

– А что тебя интересует?

– Как близко к нам администрация Arabia Airlines?

– За это не переживай, если сюда кто и прилетает, то очень редко. Поверь, сам генеральный директор здесь точно не появится. Но если вдруг такое случится, то я куплю на это представление билет в первом ряду. Хочу посмотреть, как отреагирует Ричард.

Улыбаясь, Люсинда задумалась. Она явно хотела крови, только Анна не понимала, чьей именно.

– Дорогая, а как он может отреагировать? Если всем бизнесом управляет, как ты говоришь, генеральный директор.

– Но Ричард же мужик? Конечно, мужик! Он поступил как мужик, не оставил тебя с ребенком, простил измену, даже построил бизнес с… «генеральным директором».

Последнее Люсинда смягчила, не желая называть имен.

– Мужик, мужик, – согласилась Анна. – Но иногда кажется, он мне ничего не простил и затаил обиду.

– Дай ему время. Представь себя на его месте. Плюс еще это сотрудничество. Честно сказать, я удивляюсь, что он не разорвал договор.

– Тогда бы Arabia Airlines повесили на него все тренажеры, а это миллионы долларов, у Ричарда нет таких денег. Все очень сложно, Люсинда, – пожала плечами Анна, – но это сотрудничество было мечтой Рича. Теперь школа успешна, развита, персонал получает достойную зарплату…

– Что верно, то верно, – согласилась подруга, а потом махнула рукой, – значит, этому суждено было случиться. Возможно, ты прошла это испытание, чтобы помочь мужу исполнить мечту.

– Пусть будет так, – согласилась Анна.

Они несколько секунд помолчали, каждая думала о своем. Тишину прервала Люсинда:

– Но я хочу сказать, что дирекция Arabia Airlines никогда про школу не забывает. Сюда поставляется все самое лучшее: новая оргтехника, мебель, даже открыли столовую для студентов, которую так хотел Ричард. – Она придвинулась ближе к Анне и прошептала: – Особое отношение из-за тебя.

– Не говори глупостей, – нахмурилась девушка, – арабы по своей натуре очень щедрые. Если они что-то спонсируют, то делают это качественно. Поверь, я знаю, что говорю.

Анна откинулась на спинку кресла, всматриваясь в небо через окно. Оно сегодня было слишком голубым, и ни одного облачка не было видно.

– Ладно, – Люсинда поднялась и махнула подруге, – пойду к себе, надо работать. Рада была тебя увидеть.

– Я тоже. Увидимся.

Как только она вышла, взгляд Анны привлекли журналы, лежащие на полке шкафа. Она обратила внимание на арабские буквы, но в этом офисе такие печатные издания не должны удивлять. Она взяла верхний журнал и принялась листать: статьи, статьи… Здесь присутствовал и английский язык, но журнал явно печатался в Дубае – Анна открыла последнюю страницу, чтобы убедиться в этом, и оказалась права. Скорее всего, сюда он попал с представителями авиакомпании. Она продолжила листать, сама не знала, зачем это делает. Но когда увидела фотографию, то рука замерла. Со страницы на нее смотрел Амин. Это была торжественная обстановка, и на его плечах была накинута черно-золотая накидка. Такие надевали для особенных случаев. И это было именно торжество. Рядом с ним стояла прекрасная Зафира в белом подвенечном платье.

То, что Амин женился ровно через три месяца после их расставания, Анна знала. Люсинда сказала, а потом руки сами набрали в интернете эту новость. На многих фотографиях Амин даже не смотрел в камеру. Да и было ли у него на это время? Но, судя по улыбке Зафиры, она была счастлива.

Тогда Анна впервые увидела ее лицо. Еще свежи в памяти моменты, как глаза наполнились слезами, а ребенок внутри нее начал пинаться.

Сейчас, глядя на эту фотографию, слез уже не было. Время прошло достаточно, чтобы залечить свои раны. Каждый пошел своей дорогой. У него наверняка уже есть дети… О которых они мечтали, лежа на диване в домике на берегу Тихого океана. Но это было в мечтах, а в реальности их родила совсем не та. Зафира наверняка постаралась за это время.

Но какое ей уже дело? Анна захлопнула журнал и бросила его в мусорное ведро. Она научилась жить заново. И чтобы двигаться вперед, не надо оглядываться назад.

Дубай, ОАЭ

– Arabia Airlines отпразднует юбилей в самом фешенебельном месте, – отчитывался Абдул перед Амином, который сидел во главе длинного стола и внимательно слушал. – Как вы и просили, мы сняли зал в «Бурдж-Халифе», рассчитанный на две тысячи мест.

– На время празднования на башне зажжется подсветка в виде флага Объединенных Арабских Эмиратов, нашего логотипа и, конечно, самолетов. Фонтаны в это время будут играть гимн Arabia Airlines. Это будет вечернее время, уверен, это произведет фурор, – отчитался агент маркетингового отдела.

Амин молчал, перевел взгляд на следующего представителя. Тот оживился и схватил папку с документами:

– Вы просили шоу самолетов. Все организовано – это действо будет проходить рядом с «Бурдж-Халифой», на фоне здания три пассажирских самолета пролетят в минимальной близости и на минимальной высоте. Все, как вы просили. Администрация Дубая дала добро. Репетиция пройдет завтра. Если хотите, можете поприсутствовать.

– Да, – кивнул Амин, – я буду там, хочу это видеть своими глазами. Все должно быть выполнено профессионалами.

– Пилоты – профессионалы. Они проинформированы и проинструктированы.

– Пусть мой брат Малих поучаствует в этом шоу.

– Будет сделано. Он прекрасный пилот и справится с этой задачей, – мгновенно согласился один из организаторов летного шоу.

– Последний, кто такое делал, – это ваш дед Мухаммед, – улыбнулся Абдул, явно вспоминая те времена, – я видел шоу по телевизору.

Амин откинулся на спинку кресла, думая над интересным фактом: его дед Даниэль Фернандес Торрес как раз пилотировал один из самолетов в том шоу, по приказу его второго деда Мухаммеда. Какая-то ирония судьбы!

– Но ваш вариант гораздо эффектнее, ведь самолеты полетят над центром города, – сделал заключение организатор.

– Надеюсь, что так. – Амин задумался, барабаня карандашом по столу. – А что по приглашенным? Абдул, ты сказал, что будет две тысячи человек. Руководство Дубая оповестили?

– Конечно, конечно! Это большой праздник для нас, и гости должны быть соответствующими. Я уже выслал всем приглашения по электронной почте. Среди них все представители шейхов Дубая, начальство с семьями аэропортов Дубая, Шарджи, Абу-Даби, директора Катарских авиалиний, даже не верится, – тут Абдул тепло улыбнулся, – директора аэропортов Омана, Саудовской Аравии, представители корпораций «Эйрбас», «Боинг», а также директорский состав летного института Дубая, директорский состав американского филиала авиашколы Altitude.

Ручка застыла в руках Амина. Он поднял потрясенный взгляд на помощника:

– Altitude?

– Да, сэр, это же наш филиал. Пока терминал Лос-Анджелеса еще не ввели в эксплуатацию, гостей чуть меньше.

– Чьи имена написаны в пригласительных для Altitude? – Амин не верил, что это происходило на самом деле. Столько лет избегания, чтобы вот так нелепо… Ему хотелось отчитать Абдула, но за маской холодности этого не было видно. Разве помощник должен сам решать такой важный вопрос?

– Имена Ричарда и Анны Арчер. – Абдул уставился на Амина и тут же побледнел. – Я что-то не так сделал, сэр?

– Все свободны! – сурово произнес Амин и наконец сломал карандаш пополам.

Глава 2

Сан-Клементе, штат Калифорния, США

Дверь в кабинет Анны распахнулась, и на пороге показалась рыжеволосая Кэрол. В руках она держала бумаги.

– Арабы по электронной почте прислали документы, я распечатала. Отдать тебе или сразу Ричарду? Я понимаю, что сегодня твой первый день после большого перерыва, но разгребать почту – это твоя задача.

Анна замерла, не помня, чтобы Кэрол хоть раз высказывала свое недовольство. За два с небольшим года, пока не было Анны в офисе, секретаршу наверняка нагрузили разной работой. Она просто устала.

– Отнеси Ричарду, остальное я буду делать сама. И принеси мне документы на сломанный авиатренажер, я свяжусь с техническим отделом «Боинга».

– Позвони сначала в Arabia Airlines. Они ответственные лица, это их тренажер.

Кэрол вышла, прикрыв дверь, а Анна задумалась. Ее работа будет постоянно напоминать о том времени. Два года, что она провела с Даниэлем, были райскими. Она словно закрылась в коконе. Тяжело из него вылезать.

– Ладно, – прошептала девушка и набрала на клавиатуре название арабской авиакомпании, надо было узнать хоть какие-то номера телефонов. Но дверь снова распахнулась, и Кэрол с гордостью положила ей на стол документы, а сверху на них водрузила папку с номерами офиса в Дубае:

– Здесь все их телефоны, но имей в виду разницу во времени.

Цокая каблуками, она вышла. Анна не помнила, чтобы Кэрол носила шпильки. Но, отогнав эти мысли, она взяла папку, открыла ее, и первое, что бросилось в глаза – имя генерального директора Arabia Airlines. Перевела взгляд на их сайт, увидев рекламу – юбилей авиакомпании, разные предложения выскакивали в разделе «скидки». И подумала о терминале в Лос-Анджелесе. Интересно, на каком этапе строительство? Заканчивается или завершение еще не скоро? Возможно, они его откроют прямо в день рождения авиакомпании – было бы очень эффектно.

Взглянув на часы у себя на запястье, Анна отчитала время и поняла, что в Дубае еще все спят. Связаться с ними – это равносильно тому, чтобы остаться в офисе на ночь. Как вообще можно найти подходящее и всем удобное время?

– Чем хуже почта? – пробубнила она и решила написать письмо. Они же пишут! Самое выгодное решение. Утром прочитают.

Анна принялась заполнять форму письма, и в это время в кабинет вошел Ричард. Она отвлеклась, перевела взгляд с монитора на него, подмечая, что он напряжен.

Муж не сел в кресло, как любил это делать. Стоял напротив нее, держа в руке распечатку. Внимание Анны полностью сосредоточилось на нем:

– Что-то случилось?

– Это письмо из Дубая, – потряс он бумагой, – у них праздник, юбилей Arabia Airlines. Твой любовник приглашает нас принять в нем участие.

Неизвестно, что больше Анне резануло слух: приглашение или слово «любовник»? Или в совокупности оба заставили ее сердце бешено стучать, а щеки бледнеть. Сразу не нашлось слов, чтобы отбить нападки Ричарда, защищаться и что-то доказывать. Слово «любовник» он имел право использовать, потому что оно было правдивым. Даже несмотря на то, что они договорились не вспоминать старое. Сейчас Ричард был зол не меньше, чем три года назад.

– Я не поеду. – Анна сглотнула комок в горле и опустила взгляд на монитор, в котором увидела «Бурдж-Халифу», мужчину-пассажира в белой кандуре и женщину в черной абайе. Эти картинки вызывали неприятные чувства горечи, одиночества и предательства. Дубай вызывал у нее море эмоций, и среди них не было положительных. Она не полюбила этот город, потому что он ее не принял, жестоко наказал за измену, вынул сердце и растер его в порошок. Она туда никогда не вернется, и более того, даже не хотелось произносить его название вслух.

– Поедешь, – твердо ответил Ричард и привлек ее внимание словами. Анна потрясено взглянула на него. – Докажи ему, что все ушло и ничего не вернуть.

– Что ты такое говоришь? – Анна поднялась. – Все кончено и каждый живет своей жизнью!

– Если все забыто, то тем более нет повода переживать. Мы поедем. Хочу посмотреть на вас обоих. – Он усмехнулся. – Каково вам будет в момент встречи? Интересно, ты испытаешь столько же боли, сколько причинила мне?

– Ричард! – взмолилась Анна, не совсем понимая мужа. Она подошла к нему, опустив руки ему на грудь, глядя моляще. – Прошу тебя… Умоляю… Пожалуйста… Не надо…

– Боишься? – Он усмехнулся. – Будешь смотреть на его жену! Или вы с легкостью повторите то, что было? Интересно, он смог бы изменить своей жене, так же легко, как ты изменила своему мужу?

– Ричард…

Он убрал ее руки от себя и направился к двери.

– Если я перехвачу хотя бы один твой взгляд в его сторону, то ты очень сильно об этом пожалеешь.

Ричард открыл дверь, уже почти вышел, но что-то его заставило передумать, и он вернулся. Закрыл дверь плотнее.

– Запомни одну вещь, о которой я тебе еще не говорил. Теперь появился повод. Амин Шараф аль-Дин никогда не признает незаконнорожденного ребенка. Он не пойдет на риск пачкать свое имя случайной связью. Генеральный директор и «никто». Ты – никто, запомни. Скорее всего, он даже забыл твое имя. А если вдруг не забыл, то законы шариата заставят это сделать. Признать любовную связь на стороне для мусульманина равносильно изгнанию, а у него статус! Не забудь, что Даниэль – мой сын.

После этих слов Ричард вышел. Анна смотрела на захлопнувшуюся дверь, даже не вздрогнув. В каком аду она только что оказалась? Сколько лет ее муж молчал! Он не простил ее, такое не прощают.

Анна распахнула дверь и быстрым шагом преодолела расстояние до его двери, открыла ее зашла внутрь. Ричард стоял у окна, руками уперевшись на подоконник.

– За три года ты не простил меня! Но разве за это время я не искупила вину? Разве я не была тебе любящей женой и прекрасной матерью нашему сыну? Ты хочешь устроить мне проверку? Прекрасно! Давай! Я пройду ее с легкостью! Жизнь расставила все на свои места, и каждый находится там, где должен быть. Я дорожу своим спокойствием. Но если ты можешь ставить мне условия, то прими мое!

Ричард вопросительно взглянул на нее, ожидая продолжение.

– Даниэль останется здесь.

Ричард рассмеялся, но этот смех казался искусственным. Он отошел от окна и подошел к Анне.

– Ты была любящей женой? Ты дорожишь своим спокойствием? И ты ни разу не думала о своем любовнике? Ни разу за три года?

Он буквально навис над ней, сверля взглядом. Анна испугалась, неизвестно, чего больше: слишком прямолинейного вопроса, на который нет честного ответа, или физической близости, которая перерастала в агрессию.

– Ни разу, – произнесла она.

– Браво, дорогая жена! Когда ты нашему сыну в родильном отделении попросила сделать обрезание, ты, конечно, не думала о том, что в нем течет мусульманская кровь. Иначе зачем тебе было о таком просить?!

Анна побледнела. Этот вопрос уже поднимался между ними и всегда в агрессивной форме от Ричарда. Этого он ей не простил до сих пор.

– Так было надо, – монотонно произнесла она. – Врач сказал, что так будет лучше для его здоровья.

– Да что ты! – Ричард усмехнулся. – А я-то думал, как же так совпало!

Зря она к нему пришла. Не надо было этого делать, пока он не успокоится.

– Я не заставляла тебя принимать меня обратно.

– По крайней мере, я тебя люблю. А где он? Тот, с которым ты мне изменила. Где он?

Надо было заканчивать этот разговор. К чему он вообще был начат? Такую ревность и агрессию в Ричарде Анна видела впервые.

– Он везде, – спокойно произнесла она. И была права! Амин был везде: в каждой детали в этом офисе, его имя значилось в телефоне каждого сотрудника, вывеска на этом здании была в разы больше названия школы, даже дома в маленьком Даниэле текла кровь Амина.

Она направилась к двери, распахнула ее и вышла.

Дубай, ОАЭ

Амин зашел домой и закрыл за собой дверь. Он уже привык к тишине, которая обитала здесь. Сперва было непривычно: не звучали голоса мамы и отца, брата и сестер. Бабушка и дедушка не приглашали пить чай из английского сервиза. Этот двухэтажный дом, который являлся махром от Амина, оказался слишком большим для двоих.

– Любимый, ты пришел! – В гостиной появилась Зафира в тунике цвета хаки, на плечи была накинута светлая абайя с серебристыми вставками. Ее черные длинные волосы блестели словно шелк. На лице играла чарующая улыбка.

Она каждый день ждала мужа к ужину. Всегда встречала его у порога. И всегда с улыбкой.

– Привет. – Амин улыбнулся, привлек ее к себе и поцеловал в губы. – Как прошел твой день?

– Прекрасно… Давай я тебе помогу. – Она взяла из его рук бумаги и кейс. – Я же не так занята, как ты. В связи с юбилеем Arabia Airlines у тебя, наверное, нет времени даже на обед.

– Поверь мне, – засмеялся он, – Абдул не даст мне умереть от голода.

– Я тоже. – Зафира обняла его одной рукой. – Я могу приходить в офис кормить тебя…

– Генерального директора? Как ребенка? Это будет выглядеть плохим примером для сотрудников. – Он ответил на объятия и повел ее в столовую. – Но я готов есть дома из твоих рук.

– Тогда пошли, я приготовила очень вкусную баранину.

– Сама? Тогда зачем нам повар?

– Амин, мне нравится тебя ждать с работы, мне нравится тебе готовить, накрывать на стол, потом убирать посуду. Я делаю это с радостью.

– Ты – золото. – Он остановился и поцеловал ее в волосы. – Прекрасная жена.

– Потому что я люблю тебя. – Она подняла на него ясный взгляд, и Амин замер.

Как можно застать врасплох Амина Шараф аль-Дина? Ждать от него слов любви!

– Очень хочу есть. – Он выпустил ее из объятий и пошел к столу. Он никогда и никому не скажет, что любит. Потому что это будет лживое признание. Сердце любит только раз!

Зафира почувствовала себя неловко. Эти моменты всегда были неловкими. Прошло почти три года с момента их брака, а она ни разу не слышала, чтобы ее муж сказал, что любит ее. Она даже с ним разговаривала по этому поводу, но безрезультатно. Амин не скрывает, что их брак был заключен не по любви. Но так думал он! Она же любила его очень давно.

– Полюбит, – успокаивала ее мать. – Мужчины очень быстро влюбляются, главное – им во всем потакать и ни в чем не перечить. Но важное правило крепкого брака даже не любовь, а мудрая жена. Запомни, дочка, два правила: еда и постель. Это два пути к сердцу мужчины. Сытый муж – добрый муж, удовлетворенный муж не будет думать о других женщинах.

Зафира следовала наставлениям матери. Эти годы они с Амином прожили душа в душу, без ссор и скандалов, в гармонии и согласии. И пусть она видела мужа не так часто, как бы ей хотелось, дома она следовала указаниям матери. Но что в голове у Амина – знал лишь сам Амин. Хотя иногда ей казалось, даже он сам не знал. Бывал сдержан и мало эмоционален. Но кто разберет этих мужчин? Возможно, говорить о любви не было принято в их доме? Хотя она видела отношения между его отцом и матерью, между бабушкой и дедушкой. Амин рос там, где слово «любовь» произносилось очень часто. Отогнав эти мысли прочь, Зафира села напротив мужа и занялась раскладыванием еды по тарелкам.

За ужином они, как обычно, обсуждали минувший день. Амин часто делился с ней тем, как обстоят дела в офисе, новыми проектами и начинаниями. Она всегда с интересом слушала, хотя мало что понимала в бизнесе. А сейчас все мысли Амина были заняты приготовлениями к юбилею. Это торжественное событие должно быть самым грандиозным для Дубая и в принципе для мира авиации.

– Аэропорт хотят расширять, сделать его мировым лидером, – рассказывал Амин. – У меня есть шанс сделать тоже самое с Arabia Airlines.

– У тебя все получится. – Она положила свою ладонь на его руку. – Не в обиду будет сказано, но мой отец считает тебя лучшим стратегом и бизнесменом после твоего деда Мухаммеда. И хотя тот много всего вложил в авиакомпанию, развиваешь ее именно ты.

– Мой дед расширил парк, закупил самолеты, создал бренд. А мне ничего не остается, как продвигать его и расширять этот самый парк. Но мой отец не стоял на месте, он авиакомпанию в свое время вывел из кризиса¹. Каждый из нас что-то внес свое.

– Конечно, конечно, любимый. – Она улыбнулась, совсем не хотела принизить дела его отца. Хотела сделать комплимент, а получилось, что обидела.

После ужина Амин закрылся в своем кабинете, как любил это делать ежедневно. Он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Мыслей витало много, как и работы, но среди всего важного было нечто, что его нервировало больше всего – прошлое. Да, эти три года он держал дистанцию с Altitude, поручил заниматься авиашколой отдельному человеку. Нашел такого, ввел эту должность в штат. И сделал все это, чтобы не напоминать себе о прошлом. Как вдруг… Прошлое снова ворвется в его жизнь! Но Амин не верил, что Анна приедет. Она откажется. Найдет тысячу причин не приезжать в этот город, чтобы не ворошить старое. Но Ричард может настоять, а ради него… Она же все делает ради него. Это сотрудничество между Arabia Airlines и Altitude создано только ради того, чтобы повысить самооценку Ричарда. Оно создано Анной, которая просила об этом в момент расставания.

– Любимый. – Дверь в кабинет открылась и вошла Зафира. – Я принесла тебе кофе.

Амин опомнился, делая вид, что работает.

– Ты устал. – Она заметила, что он сегодня более задумчивый. – Может быть, стоит отдохнуть? Я сделаю тебе расслабляющий массаж.

Поставив чашку на стол, она встала позади и принялась массажировать его плечи. Это было приятно, бесспорно. Но сегодня поможет только одно, и это не массаж. Это нечто такое, что нельзя сделать руками.

– Спасибо. – Он коснулся ее пальцев и поднялся с кресла. – Я прогуляюсь.

Амин спускался по лестнице, а расстроенная Зафира шла следом, не понимая, что сделала не так. Вот если бы у них были дети, он больше бы времени проводил дома. Она так думала, хотя понимала, что это может быть лишь отговорка. У него слишком тяжелая работа, и на детей времени нет. Но ведь на что-то сейчас он это время нашел?

– Я могу пойти с тобой, – произнесла она, когда Амин открыл входную дверь, чтобы выйти.

– Не стоит, – он улыбнулся, привлек ее к себе, поцеловал в макушку, – ложись спать. Я буду с Хасаном.

Амин направился в гараж. Единственное, что он мог сейчас делать – это выжимать сцепление где-нибудь за городом. Хотя бы на пару часов хотелось ощутить себя без статуса и проблем. И без прошлого!

Его черно-оранжевый автомобиль «Бугатти Вейрон» блестел от чистоты. Этот гиперкар Амин купил два года назад. Машина была специально выполнена для него. Одна-единственная в Дубае, о которой знал каждый житель. «Бугатти» стала визитной карточкой Амина, ее любили фотографировать пресса и туристы. А если красотка стояла возле торгового центра, то становилась центром внимания завистливых глаз.

Шум от такой машины стоял оглушительный, привлекающий к себе внимание на достаточном расстоянии.

Амин мчался за город, чтобы там развить скорость, забыться, получить наслаждение. Друзья уже ждали, хотя у них не было шансов на победу. Но Амину не нужна была победа, он хотел войти в раж, потерять контроль, выйти за рамки сдержанности.

– Не думал, что увижу тебя сегодня, – поздоровался с ним Хасан. – Что-то случилось?

– Должно обязательно что-то случиться, чтобы я сюда приехал?

– Тебя давно не было. Я решил, что ты уже не в деле.

– Я в деле, – произнес Амин, уже готовый к тому, что сейчас разовьет огромную скорость, чтобы вышибить все мысли.

А дальше машина неслась под триста километров в час, и это был не предел. Она могла больше. Неуловимый «Бугатти» в этот вечер показал всю свою мощь, и когда приехал к финишу, у Амина даже закружилась голова. Но это было приятное головокружение, будоражащее. Дух захватывало, кровь разливалась по всему телу и заставляла мыслить здраво.

– Что это с тобой сегодня? Юбилей так повлиял? – Хасан присвистнул и отчасти оказался прав. – Скорость больше двухсот ты никогда не развивал. Выпустил пар? Легче стало?

Амин задумался. Стало ли ему легче? Вряд ли… Но сильнее адреналина, чем сейчас, он уже не испытает, пусть хоть какое прошлое врывается в его жизнь. Он хорошо подготовлен, чтобы достойно это прошлое встретить.

Глава 3

– Ричард так сказал? – удивилась Люсинда и плюхнулась в кресло.

Как только Анна оказалась в своем кабинете, она позвонила подруге, и та быстро примчалась с двумя стаканчиками кофе. Теперь сидела ошарашенная и держала их в руках. Потом опомнилась и отдала один Анне.

– Он в своем уме, если хочет взять тебя в Дубай и при этом любоваться на любовника своей жены?

– Люсинда, ты хоть не начинай, – отрезала девушка, но потом задумалась. – Что он хочет этим доказать?

– Может, показать? Что вы счастливы, вы не развелись…

– Амин не в курсе, что Ричард знает о нас.

– Но он умный, и если знает тебя, то я больше чем уверена, он догадывается. Ты слишком правильная и лгать не умеешь. Совесть замучила, и ты рассказала. Кстати, а если бы ты не была беременной, ты рассказала бы?

Анна только открыла рот, чтобы ответить, но подруга не дала ей этого сделать и продолжила:

– Не отвечай! Другая бы на твоем месте скрыла тот факт, что забеременела от любовника, и приписала ребенка мужу. Но ты не все, и если рассказала даже такое, то что уж говорить о том, что не скрыла факт измены. – Она пожала плечами. – Амин точно догадывается. Ну и пусть! Посмотри ему гордо в глаза и сделай вид, что счастлива!

– Мне не надо делать вид, я вполне счастлива. Была… Пока мой муж не выдал все, что у него накипело за три года. И я никому не собираюсь смотреть в глаза, потому что я не хочу никуда лететь.

– Правильно! – сделала вывод Люсинда. – Тебе ехать в Дубай не надо! Нельзя пробуждать зверя из спячки. Знаешь, – она посмотрела на Анну, – такие животные очень опасны, их не побороть, они очень сильные.

– Зверь – это кто? Амин? Он не станет нападать на Ричарда и менять свою жизнь. Если бы он хотел это сделать, то сделал бы три года назад.

– Нет, дорогая, – уныло улыбнулась та, – зверь – это чувства.

Анна осеклась и поникла. Удачное сравнение, ничего не скажешь.

– Мне не страшен «зверь». Старое не вернуть.

– А я вот не верю в это. Старое вернуть. И если Амин узнает, что у него есть сын, он перед тобой расстелет персидский ковер и покроет его золотом. Сын, Анна! У него сын, и он наследник «престола»!

– Отец Даниэля, хочу тебе напомнить, – директор Altitude. Законнорожденные наследники «престола» находятся в Дубае, и их мать – Зафира.

– Ну, – пожала плечами Люсинда, – пусть так, но никто не отменял тот факт, что помогать сыну он может. Пусть отдаст филиал в Лос-Анджелесе.

– Тебя волнуют только деньги? Лично меня – спокойствие. И пусть мою семью никто не трогает.

– Просто «зверь» еще спит. Проснется и такую бурю устроит, что мало не покажется! Если выбираешь спокойствие, лучше не ехать. А Ричард – полный дурак, что тащит тебя туда. Он самоубийца.

Анна засмеялась, глядя на Люсинду. Та расставила все на свои места и каждому дала роль. Но получилось это очень весело.

– Лучше расскажи, как у вас с Генри? Мы с тобой давно не разговаривали, – перевела тему разговора Анна.

– Мы расстались. – Люсинда встала. – Кроме игр, ему ничего не надо. А мне бы семью и ребенка, все же уже тридцать лет. Пора подумать о будущем. Правда, нормальных мужиков разобрали еще в детстве.

Но, судя по лицу Люсинды, она не сильно расстроилась из-за разрыва отношений. Ее расстраивал тот факт, что она так и не нашла мужчину своей мечты.

– Генри – не тот, кто тебе нужен. Жить в виртуальном мире ты бы не смогла.

– Но я долго в нем продержалась. Ладно, – она махнула рукой, сделала глоток кофе и направилась к двери, – помни мой совет: хочешь покоя, в Дубай не стоит ехать. А если Ричард хочет огрести проблем, то пусть тебя тащит. «Зверь», знаешь ли, пока спит, то тихо.

Она вышла. Анна опять улыбнулась и принялась за работу.

Больше она из своего кабинета не выходила, и Ричард не приходил. Наверное, подавлял свой гнев. Звонила Милена, рассказывала про маленького Даниэля. Они с Джеком души в нем не чаяли. Только после родов Анна поняла, насколько они хотели внука.

В первые часы после рождения Даниэля Джек Арчер послал фотографию его тезки в Дубай, чтобы похвастаться, и тогда Анна пришла в шок! Надо было запретить ему делать это, но они с Ричардом не успели. И после отправки одной фотографии запретили высылать другие.

– Я суеверная, – солгала Анна. – Вот подрастет, и делайте что хотите.

Но со временем это желание у Джека исчерпалось. Он занялся внуком и забыл о фотографиях.

Когда Даниэль Фернандес получил фотографию от Джека с текстом о том, что у него родился внук и теперь носит такое же имя в память о друге, то был горд. Он показывал фотографию всем домочадцам. И Вирджиния была искренне рада, глядя на малыша:

– Они опередили Амина, но скоро и в нашем доме зазвенят детские голоса.

– Не пойму, на кого похож? – поправила очки Оливия, всматриваясь в отекшее лицо младенца. – Они все на одно лицо.

– Мама! – возмутилась Джини, а потом рассмеялась. – Свой ребенок всегда красив, даже если он только что родился и не является таковым. Отек спадет, потом будет видно, на кого он похож.

– Бедный мальчик, – продолжала бурчать Оливия, – хоть бы не в деда. Джек, конечно, красив, но…

– Пусть будет характером в отца, в Ричарда, – продолжила Вирджиния и еще раз взглянула на фотографию. – Тут он больше похож на нашего папу.

– А что Джек хотел? – с гордостью произнес Даниэль. – Как назвал, того пусть и получает.

Все засмеялись.

Когда Амин пришел в родительский дом по делам отца, Даниэль с телефоном в руках кинулся к нему:

– Посмотри, Амин, у Ричарда родился сын!

Амин замер, не смея заглянуть в телефон. Ему словно дали под дых.

– Джек сегодня прислал! – продолжал радоваться дед. – И знаешь, как назвали? В честь меня!

– Папа! – Кинулась к нему Вирджиния, но остановилась, наблюдая за реакцией сына. Он и так стал нервным, а эта новость его точно не обрадует. Почему она не предупредила отца заранее?

Амин взял у дедушки телефон и, не глядя на дисплей, засунул тому в нагрудный карман.

– Мне нет дела до их детей, – холодно ответил он, чем шокировал дедушку. – Где отец? Я пришел к нему, а вынужден слушать про каких-то детей!

– Но Амин, – возмутился Даниэль, и тут к нему подошла Вирджиния, хватая под локоть, – ты же работал с Ричардом и его женой! Поздравь их!

Глаза Амина сверкнули холодом. Он взглянул на дедушку так, как никогда еще не позволял смотреть, – с презрением. Но Вирджиния его понимала, поэтому встряла.

– Папа, Амин занятой человек, ему некогда тратить время на такие мелочи. – Потом обернулась к сыну. – Отец на террасе, пьет кофе и уже ждет тебя.

Точно таким же взглядом Амин одарил мать и молча направился из дома. Они радовались тому, чему он не был рад. Еще помнились слова об их с Анной детях, и чем жизнь обернулась? Теперь она родила сына Ричарду! Быстро! Наверное, недолго горевала без любви.

– Что с ним? – не понял Даниэль. – Не узнаю внука, стал злым и грубым.

– У Амина изменилась жизнь, отец. Не будем забывать об этом. Он занял такой высокий пост и женился.

Она усадила отца и встретилась взглядом с матерью. Оливия все слышала, но решила не встревать. Она лишь неодобрительно мотнула головой, но в этот момент точно была на стороне внука. Амин любил эту девушку, а сейчас его дед об этом напомнил, так еще и такую новость сообщил.

– Ничего, – произнесла она, – он свыкнется. Все придет в норму.

– С чем свыкнется? – не понял Даниэль, но не захотел подробностей. Саид тоже не лез в эти дела, но женщины в этом доме явно много знали.

С того дня прошло достаточно времени, но Джек выслал новые фотографии именно сегодня. Внуку чуть больше двух, он уже достаточно большой мальчик, хотелось похвастаться. И пока маленький Даниэль возился с игрушками, он созвонился с большим Даниэлем. Разговору помешали пришедшие родители – Ричард и Анна, которые вернулись из офиса за сыном.

– Ма-а-ам! – Малыш прижался к Анне, когда она присела на корточки.

– Как ты, мой милый? Хорошо себя вел?

Мальчик взглянул на бабушку и снова прижался к матери.

– Хочу домой.

Ричард подхватил его на руки, а Милена улыбнулась.

– Если не считать того, что он подстриг Томаса, а тот с горя умер, то все замечательно.

– Томас умер? – Потрясенная Анна уставилась на свекровь и потом перевела взгляд на свекра. Удивленный Ричард взглянул на сына, тот обнял его за шею, чтобы спрятать глаза и чтобы отец не ругался.

– Томас был стариком, – сделал вывод Джек. – Все мы смертны.

– Ничего не поняла. Даниэль убил кота? – ошарашенно произнесла Анна.

– Нет, конечно, – махнула рукой Милена. – Даниэль просто его подстриг. Где-то нашел ножницы, хотя я все убирала. Еще раз проверю все опасные предметы. Он его подстриг, а сердце Томаса не выдержало этого. Мы его похоронили за домом. Правда, Даниэль дважды пытался его откопать.

Сумка выпала из рук Анны, она взглянула на сына, который прятал лицо за шею отца.

– Дома разберемся, сегодня тяжелый день у всех, – сказал Ричард и вышел из дома. Чтобы не отставать, Анна подхватила сумку и пошла за ними, но остановилась.

– Прошу прощения…

– Ничего, дочка, – успокоил ее Джек, – будем ждать внука завтра. Я вот думаю, купить нового кота или подождать, пока Даниэль подрастет.

– Лучше подождать, – согласилась она и направилась следом за мужем.

– Он террорист, – пробубнил Рич и усадил Даниэля в кресло в машине.

– Он же ребенок, к тому же мальчик, – принялась защищать сына Анна, а потом обратилась к нему: – Зачем ты подстриг Томаса?

– Он был волосат. – Даниэль показал ладошки, и мать уже умилилась. Ему можно было простить даже такое.

– Больше так не делай…

– А больше некого стричь! – продолжал бухтеть Ричард, садясь в машину.

– Дедушка отказался, – ответил детский голос позади, и двое пар глаз уставились на него.

Ричард возмущался, а Анна еле сдержала улыбку. Смерть Джека Арчера от стрижки сейчас вызывала смех.

– Ему повезло, – вздохнул Ричард, и Анна наконец рассмеялась.

И пока они ехали домой, она смотрела в окно, думая над тем, как изменилась ее жизнь всего лишь с появлением одного человека. Один ребенок, а сколько разговоров и эмоций. Пусть не всегда приятных, он проказник, но без него в этом мире было бы скучно.

– Я дома с тобой поговорю, – ворчал Ричард и смотрел в зеркало заднего вида на сына. – Тебя мама разве не учила, что нельзя брать ножницы?

– Рич, давай не будем, – остановила его Анна. – Он все понял.

– А что он понял? Между прочим, я знал Томаса много лет, он был членом моей семьи.

Ричард с упреком взглянул на жену. Его обида была понятна.

– Успокойся, милый, – она погладила его по руке, – больше такое не повторится.

– Конечно, нет! Томас же умер!

Дома за ужином Даниэль ковырялся ложкой в тарелке, он явно не хотел есть. И ему не интересны были взрослые разговоры о работе. А отец как раз вещал об этом. Но это в какой-то степени радовало мальчика, на него не обращают внимание, значит, можно рис плюхнуть в стакан с соком и добавить туда зелени.

– Дорогая, – обратился Ричард к Анне, – я весь день думал о том, что было в офисе. Прости, я много наговорил сгоряча.

– Я понимаю, что у тебя обида… – Она взглянула на сына, не желая, чтобы он был свидетелем разговора и пришла в ужас, увидев смесь в стакане с соком. Хоть бы Ричард не заметил! Он не любил игры за столом. Но чтобы не привлекать внимание мужа к ребенку, она сделала вид, что ничего не видела.

– Я вот что подумал, – Ричард ничего не замечал, ушел с головой в работу, – это приглашение надо трактовать по-другому и обернуть в свою выгоду.

– Выгоду? – не поняла Анна. – Что ты еще хочешь? Arabia Airlines и так достаточно нам помогают.

– Да, согласен. Но представь, на этом празднике соберутся директора крупных предприятий. Я молчу про корпорацию «Эйрбас», с которой я мог бы заключить сделку, но среди присутствующих будут директора катарских авиалиний Fly Qatar.

– И?

– А то, что Амин Шараф аль-Дин сотрудничает с ними. – Ричард мельком взглянул на Даниэля, наверно, это получилось непроизвольно, но Анне это не понравилось, как и вслух произнесенное имя Амина.

– К чему ты клонишь, Рич?

– Я думаю, что тоже могу привлечь в свою школу катарцев.

– Но у них нет здесь базы, и нет знакомств, через которые сюда приехал… – Она не хотела произносить имя Амина и тоже взглянула на сына – он уже пил то, что создал своими руками.

– У них нет знакомств здесь, значит, надо познакомиться с ними там. Все просто. Я могу предложить им то же самое и уверен, что Arabia Airlines в итоге поделятся с ними базой здесь. Они уже не конкуренты, ты знала?

– Я мало что знаю, не следила за рынком.

– А это семейные дела Шараф аль-Динов. Кажется, они отдали свою старшую дочь замуж за наследника катарских авиалиний.

– Санию? – удивилась Анна. Сколько же она в жизни пропустила!

– Именно. Твой… – Ричард хотел сказать «любовник», но опять взглянул на сына и не стал этого делать. Он обратился уже к ребенку: – Даниэль, если ты поел, можешь идти в свою комнату.

Мальчик так и сделал, и, пока Анна умывала ребенка, Ричард продолжал продумывать свой план. И только когда она вернулась, продолжил:

– Амин Шараф аль-Дин очень хитрый, – произнес он. – Для своей выгоды он сделает все возможное и невозможное.

– Ричард, к чему этот разговор?

– К тому, что я могу достучаться до катарцев с помощью Arabia Airlines, раз они теперь родственники. Всем нужны качественные экипажи, я им это предоставлю. А твой любовник мне в этом поможет.

Анна вздохнула и принялась убирать посуду со стола. Она не хотела слышать слово «любовник», которое больно било по нервам. Не слышала три года, а тут в один день ее буквально смешали с грязью.

– Если Arabia Airlines соединится с Fly Qatar, то они придут в Лос-Анджелес вместе. Мне это выгодно. – Ричард задумался. – А может, твой любовник хочет поглотить катарские авиалинии? У Амина Шараф аль-Дина в крови желание брать то, что ему не принадлежит…

– Ричард! – повысила голос Анна. – Прекрати! Три года тому назад мы обещали друг другу, что не станем вспоминать то, что было! За сегодня я выслушала достаточно, чтобы прекратить тебя слушать.

– Если ты думаешь, что я три года не думал об этом, то знай, что думал. Но ты права, надо прекратить терзать себя воспоминаниями.

Анна уже не верила в то, что он забудет, раз думал об этом в течение трех лет. А она была уверена, что он ее простил. Какая наивная!

– Пожалуй, я уложу Даниэля спать, – произнесла девушка и скрылась в детской. А потом лежала рядом с сыном, пока он засыпал, думала об этом разговоре, и возникло единственное желание – вычеркнуть из жизни месяцы знакомства с Амином. Если можно было вернуться в прошлое и исправить ошибки, она бы исправила.

Даниэль уснул, стал дышать ровно. Анна всматривалась в его профиль: черные ресницы были слишком густыми. Она помнила ресницы Амина, они тоже были густыми и черными, ей это в нем очень нравилось. Нет, как она может думать о том, чтобы прошлое вычеркнуть из своей жизни? Это прошлое подарило ей такое прекрасное будущее.

Ее губы коснулись щеки мальчика.

– Люблю тебя.

Полежав еще немного и удостоверившись, что малыш точно спит, она вышла к мужу. Ричард сидел за ноутбуком, но обернулся к ней и встал.

– Анна, дорогая моя, – он прижал ее к себе, – прости. Я сегодня весь день делаю тебе больно и прошу прощения. На самом деле я боюсь тебя потерять. – Его губы коснулись уголка ее губ.

Девушка расслабилась и обняла мужа, наконец ощущая спокойствие.

– Давай не будем вспоминать прошлое, Рич. Ему нет места в этом доме.

– Ты права, – он заглянул в ее глаза, – не будем. Давай думать о будущем. И мы поедем в Дубай. Я не хочу упускать прекрасную возможность познакомиться с высокопоставленными людьми. Ты моя жена, Анна, ты должна быть рядом.

Глава 4

Зафира сидела напротив врача, женщины средних лет, волос которой уже коснулась седина. Девушка волновалась, теребила ручки сумочки. Она ожидала финальный диагноз, про себя молясь Аллаху.

– Итак, – улыбнулась врач, и эта улыбка подала надежду, – я посмотрела ваши анализы, Зафира. Никаких отклонений нет, по УЗИ все в норме, вы можете иметь детей. Вы молодая и здоровая женщина, ваш организм готов к беременности.

– Но тогда почему… – поникла девушка. – Почему на протяжении двух с половиной лет этого не происходит?

– Я бы сказала, на все воля Аллаха, а также не исключаю, что проблема может быть в муже. Он пришел с вами? Мне бы хотелось с ним побеседовать.

Зафира вздохнула и мотнула головой.

– Нет, я одна. Мой муж очень занятой человек, но я передам ему, что вы хотите с ним поговорить.

– Мужчины часто перекладывают проблемы на женщин, хотя сами являются причиной бездетности. Я буду его ждать. Обследовать надо сразу обоих супругов, и только после этого можно сделать заключение. Но проблема не в вас.

Зафира вышла из клиники и села в машину, дверь которой ей открыл водитель.

– Куда поедем? – поинтересовался он, а она не сразу нашлась, что ответить: к мужу в офис или к его матери за поддержкой?

– В дом Шараф аль-Динов, поедем к ним. – Она решила применить сразу жесткую артиллерию. Вирджиния ей как мать, она встанет на защиту невестки.

Вирджиния Фернандес всегда с теплом относилась к ней, приняла сразу. И Зафире нравилась эта нежная женщина. Немного напрягала бабушка Оливия, которая больше молчала при встречах или удалялась в сад. Саид Зафиру принял как родную дочь. Точно так же принял ее Даниэль. Что касалось брата и сестер Амина, то они прекрасно относились к невестке, хоть с самой старшей Санией они не нашли общих тем. Но сейчас та жила в Катаре, дом Шараф аль-Динов пустел.

Вирджиния радостно встретила Зафиру, и они обе устроились в чайной комнате.

– Как вы поживаете, дорогая? – Джини налила из кофейника кофе. – Я очень рада, что ты нашла время заехать.

– А что мне еще делать, мама Вирджиния? Мой муж постоянно на работе, потом закрывается в своем кабинете и сидит допоздна. Вчера ездил кататься с Хасаном. – Она приуныла. – Может, я что-то делаю не так? Но я стараюсь, готовлю ужин, жду его весь день.

Вирджиния вздохнула. Эта тема все еще вызывала боль, и она помнила, как переживал сын Амин по поводу этой свадьбы. Стал раздражительным, грубым, нервным, а потом резко принял ситуацию и вроде даже смирился с ней. Прошло столько времени. Что он опять вытворяет и уходит из дома в ночь, чтобы погонять на машине?

– Сейчас у Амина много работы в связи с юбилеем. – Она начала искать причину. – Возможно, он так снимает стресс. Амин всегда любил гонки, и если выпадает такая возможность, то он ее не упустит. Не переживай, дорогая, – Вирджиния коснулась руки невестки, – я поговорю с ним и объясню, что нам, женщинам, надо уделять больше внимания. Но уверена, что он это прекрасно знает, и все дело в работе.

– Вот если бы у нас были дети, – начала Зафира издалека. – Мне было бы не так скучно одной.

– Когда есть дети, то да, некогда думать о том, сколько работы у мужа и почему он не уделяет достаточного внимания. Надеюсь, Аллах подарит вам много детей.

– Я очень надеюсь, – тепло улыбнулась девушка. – Сегодня я как раз была у врача. Меня беспокоило, что у нас до сих пор их нет. Ведь прошло столько времени! И доктор сказала, что со мной все в порядке, и просила моего мужа прийти к ней на обследование. Мама Вирджиния, – она с мольбой посмотрела на свекровь, – вы женщина и поймете меня. Как мне сказать об этом Амину?

– А что здесь такого? Почему ты боишься? Эта тема касается вас двоих, Амин тоже несет ответственность. И если тебя беспокоит отсутствие детей, то ты должна ему сказать про обследование. Или ты боишься, что он не примет твои слова всерьез? Мужчины в таком вопросе более черствые.

– Вот именно. Он сошлется на занятость, а я хочу, чтобы он сходил и проверился. Я хочу детей, но иногда мне кажется, что он их совсем не хочет.

– Ну что ты! – Вирджиния обняла ее. – Хочет! Еще как хочет. Поговори с ним сегодня, сделай это первая, и, если он откажется, тогда с ним поговорю я. Нам ведь нужны внуки.

Как только Зафира ушла, вышла Оливия. Она слышала весь разговор, потому что находилась в соседней комнате при открытой двери. На ее лице отражалась улыбка, от которой Вирджиния пришла в недоумение.

– Она права, – произнесла Оливия. – Амин не хочет детей и никуда не пойдет. Он смирился с ситуацией вынужденного брака, но детей в нем не будет.

– Это кто сказал?

– Бог или ваш Аллах, не важно. Я где-то слышала, что Вселенная дает детей тем, кто их заслужил. А в этом браке кто их заслужил?

– Мама, не говори глупостей. Амин заслужил счастье или в чем виновата эта девушка?

– Она жертва обстоятельств, а он заслужил счастье, но точно не с ней. И кажется, я догадываюсь, почему он вдруг стал нервным и уезжает по ночам.

Оливия держала паузу, действуя на нервы дочери. Она прошла к столу, налила себе чай и села. Вирджиния все это время ждала, взглядом провожая мать.

– Есть версии?

– Юбилей? Работа пагубно влияет на моего сына.

– Почти угадала. – Оливия сделала глоток чая. – Я вроде никуда не выхожу, а знаю больше тебя.

– Мама, не тяни уже! Говори, что у него случилось?

– Хорошо, дочка. Случился юбилей, на котором соберутся гости, среди которых будет Ричард Арчер… – Оливия замолчала, наблюдая за реакцией дочери, потом продолжила: – С женой.

– Аллах, Аллах! – Потрясенная Вирджиния села напротив матери. – Зачем он их пригласил?

– Я уверена, что Амин никого не приглашал и все сделал за него Абдул. А тому какая разница, кого приглашать?

– Но откуда ты знаешь об этом?

– Саид сказал Даниэлю. Я была свидетелем.

– Еще и Саид в этом замешан? – еще сильнее удивилась Джини. – Зачем он на это идет?

– Он тоже не знал, но ему пришел список.

– И что он думает по этому поводу?

– Не знаю. Они с твоим отцом обсудили лишь то, чтобы пригласить Ричарда к нам в дом.

Вирджиния была шокирована этой новостью. Какая глупая идея, чтобы поиздеваться над ее сыном!

– Вот же дьявол! – выругалась она как христианка и прикрыла рот ладонью. – Нельзя дать им встретиться. Вернее, они встретятся на празднике, потом пусть уезжают. Но ведь столько лет прошло. Ты думаешь, Амин еще помнит эту девушку?

– Амин помнит ее прекрасно. – Оливия кивнула и сделала еще глоток чая. – Представь, если бы ты сейчас находилась в доме своего мужа и этот муж был бы не Саид. Ты бы вспоминала прошлое?

– Это другое…

– Ровно то же самое, только сейчас ситуация еще хуже. Если твой муж вынуждено не женился в свое время на другой, то твой сын сделал это. Думает ли он о той, которую выбрало его сердце? Ежедневно!

– У Ричарда родился сын, если мне не изменяет память. Можно уже забыть об этой девушке.

– Это не тот случай. Такой любви дети не помеха: нет своего, будет воспитывать чужого.

– Мама! – воскликнула Вирджиния. – Твои фантазии сведут меня в могилу, честное слово! От чего такие выводы? Амин тебе это лично сказал?

– Дочка, о таком не говорят вслух, но поступки говорят о многом. Зафира пришла жаловаться на Амина, что он вчера уехал кататься за город? Можешь вливать ей в уши то, как он устал и ему надо развеяться. Но он устает каждый день, а уехал ровно тогда, когда узнал новость о приезде Арчеров. Как ты думаешь, в этой схватке Амин победит? Я наконец утру нос Джеку Арчеру?

– Мама! – возмутилась Вирджиния. – Я надеюсь, у моего сына есть честь и достоинство. Он женат! И у него долг перед семьей! Даже не столько перед нашей, сколько перед семьей Зафиры.

– Поэтому, – загрустила Оливия, – он может натворить такое… Лучше бы его отпустили к той девушке еще три года назад.

– Он сам принимал решение, – напомнила Джини, хотя плохо помнила тот момент. Она переживала за Саида, а как Амин пришел к осознанию того, чтобы соединиться с семьей Махди, помнила расплывчато. Просто сказал «да». – Ну и ну. И что делать?

Оливия пожала плечами:

– Позвоню ему, пусть зайдет сегодня к нам. Посмотрим на него. И эти разговоры про врачей отложи на потом, ему точно не до них. Дети для Амина – это привязать себя кандалами к этому браку, а сейчас это больная тема. Кстати, вчера этот старый изменник Джек прислал фото своего внука. Впервые за столько времени. Хороший мальчишка, даже не знаю, в кого у него такая яркая внешность. Гены матери если только, – Оливия засмеялась, – но точно не в Джека.

– Мама! – Вирджиния махнула рукой и поплелась в гостиную.

А вечером приехал Амин, не смог отказать бабушке, да и с дедушкой хотелось переговорить по поводу шоу над Дубаем.

– Ты прямо с работы, сынок? Но как же Зафира? Она ждет тебя дома, – удивилась Вирджиния. – Мы тебе, конечно, рады, но жена важнее.

– Важнее матери? – удивился Амин и поцеловал ее в щеку, потом обнял бабушку. – Привет! Ты меня пригласила. Я не смог отказать.

– Выглядишь ты счастливым. – Оливия посмотрела в голубые глаза сына. – Поужинаешь с нами?

– Поужинаю дома, жена же ждет, – напомнил он, и все расселись в гостиной. Пришли Саид с Даниэлем, и разговор из нужного для Оливии перетек в чисто рабочий. Полеты, самолеты, траектории и все, что она когда-то переживала сама. Сейчас бы такой трюк не повторила, но было здорово окунуться в прошлое.

– Я же пилотировал над аэропортом, – вспоминал Даниэль. – Это сделать было гораздо легче, чем над городом. Но уверен, что у вас хорошие инструкторы и пилоты, которые выполнят этот маневр профессионально. Однако я тебе начертил тут схему, – он протянул ее внуку, – рассчитал скорость и высоту, но надо иметь еще точную высоту «Бурдж-Халифы». Ты идешь по стопам своего деда Мухаммеда, Амин. История повторяется.

Оливия устала ждать, когда чисто технический разговор перерастет в нужный ей. Она посматривала на Вирджинию, но та тоже сидела смиренно. И если ее дочь никогда не встрянет в мужской разговор, то Оливия – это Оливия.

– Амин, я видела список приглашенных на праздник, – начала она с тарана. – Видела имена Арчеров. Они действительно прилетят? Может быть, пригласить их к нам на ужин?

Амин замер, даже глаз не поднял от схемы, но повисло напряжение. Он плотно сжал челюсти, готов был даже смять листок бумаги, отменить праздник и забыть обо всем этом.

– Да, – за него сказал Саид. – Думаю, раз мы сотрудничаем с ними, то обязаны пригласить их на юбилей.

– И что они ответили? Согласились? – не унималась Оливия, и недовольным взглядом ее тут же одарила Вирджиния.

Все устремили внимание на Амина, ожидая ответа. На этот вопрос Саид уже не ответит, потому что не знает.

– К чему эти разговоры? – наконец взорвался Амин и встал. – Я не знаю, кто согласен, а кто нет. Вас устроит такой ответ? – Он просверлил всех взглядом и направился к двери. – Пойду домой, там не плетут интриги.

– Там тоже ждет сюрприз, – прошептала Оливия, вспомнив приход Зафиры.

– Мама! – вмешалась Вирджиния. – Ты же видишь, он и так нервный.

– Сколько можно нервничать? – не понял Саид. – Что это за генеральный директор такой? Ты на своих людях так же отыгрываешься?

Он пошел следом за сыном. Амин обернулся и оказался напротив отца. Не хотелось никаких скандалов, но сейчас просто невозможно было молчать. Они пригласили его, чтобы оценить степень боли, которую они же и создали в нем?

– Мои сотрудники не плетут интриги за спиной, – он взглянул на бабушку, – а если что-то хотят спросить, то делают это, глядя мне в глаза. – Амин перевел взгляд на отца. – Если вы все хотите знать, рад ли я, что Арчеры приезжают сюда, то так и спросите. Мой ответ: я не рад! Больно ли мне? Да! Мне больно!

Он вышел, захлопнув за собой дверь, и все переглянулись.

– Ну, мама, – прошептала Вирджиния, – он нас никогда не простит.

– С таким настроением у него никогда детей не будет, – шепотом ответила та. – Бог все видит, и он знает, кому их посылать. Сейчас его дома пропилят еще этим. Боже, что станет с моим мальчиком…

– Мама…

– Что здесь вообще происходит? – разозлился Саид. – Женщины, вам больше заняться нечем? Какие Арчеры, к чему весь этот разговор?

Но Амин уже ничего не слышал. Он сел в «Бентли» и закрыл глаза, пытаясь снять напряжение. Он прекрасно понимал, что бабушка не хотела его расстроить, но расстроила. Они теперь будут всегда смотреть за его реакцией, когда произнесут фамилию Арчер. Или они не верили в большую любовь? Или они проверяют, ушла ли она? Растворилась во времени…

Придя в себя, немного успокоившись, он поехал домой. Надеялся, что хоть Зафира окружит его любовью и теплом. А получил то, что она за ужином начала говорить о детях!

Дети! Ее беспокоил вопрос о детях, когда его волновал вопрос об авиационном мероприятии и сколько денег уйдет из бюджета авиакомпании на праздник! И стоит ли продлевать его на несколько дней? Поднять цены на авиабилеты? Он не мог так поступить, пока он управляет компанией, пассажиры будут получать самое лучшее по доступной цене.

– Амин, – вещала Зафира, – врач сказала, чтобы ты к ней пришел, тебя надо обследовать.

– Меня? – включился он в разговор и крайне удивился.

– Да, любимый, потому что со мной все в порядке.

– Со мной тоже все прекрасно. – Амину даже есть перехотелось. Сегодня явно не его день, все кидаются с нападками. – Не понимаю, в чем проблема?

– У нас нет детей…

– И что? Это проблема? – Он повысил голос и понял, что зря вспылил. Напугал жену. Она расстроилась и опустила взгляд в пол.

– Моя подруга беременна вторым, а у меня – ни одного.

Амин закатил глаза, стараясь не нагрубить. Его завела еще бабушка в доме родителей. Нет, раньше! Его завел Абдул, когда сказал новость о приезде Арчеров. Но, Аллах, в кого он превращался? В чудовище?

Амин подошел к Зафире, понимая, что расстроил ее, взял ее руку и поднес к губам. Она улыбнулась и коснулась его лица. Может, для нее важны дети, а он со своими ценами на билеты! Она ждет внимания, его тепла и заботы. А он думает о масштабном – о бюджете на следующий квартал. Она – нежность, а он – бездушен.

– Что надо сделать? Идти в спальню?

– Амин, – захихикала девушка и тут же покраснела, – нет, к доктору.

– Зачем к доктору? Можно миновать этот этап? – Теперь улыбнулся он и потянул ее за собой. – В спальне больше вероятности исполнить твое желание.

– Амин…

Но он ее не слышал, тянул за собой, и Зафира легко поддавалась…

Утром она застала его в столовой: Амин разложил чертежи и стоял над ними, скрупулезно изучая.

– Доброе утро, любимый! – смущенно произнесла она и поцеловала его в губы. – Ты рано проснулся.

– Я вот думаю… Люблю цифры, могу легко рассчитать бюджет любого предприятия, но я мало что понимаю в траекториях полета.

Зафира даже остановилась, хотя уже направлялась на кухню.

– Зачем тебе это? На тебя работают тысячи людей, которые понимают.

Она скрылась в кухне, Амин оторвался от бумаг. Ему вообще это не надо! Дело не в траектории полета… Он поднял листок со схемой, а под ним лежал телефон, на экране которого они с Анной, счастливые, улыбались на камеру. Фотография трехлетней давности. Он не стер их с телефона и не удалил ее из всех социальных сетей. Она заблокировала его и была права. Он бы сам себя заблокировал.

Остались только эти фотографии и несколько видео. Амин впервые за долгое время открыл их. Нахлынули теплые воспоминания, которым нет места в нынешней жизни. Все кончено без возврата. Тогда почему за последние два дня он извел себя мыслями о ней? И что будет, когда они встретятся?

Глава 5

Сан-Клементе, штат Калифорния, США

Анна еще раз взглянула на себя в зеркало и выдохнула. Ладошки вспотели. Она сглотнула и коснулась горла рукой, ее словно душили.

– Ты готова? – В комнату зашел Ричард, завязывая галстук.

Настал тот самый день, когда они сядут в самолет и спустя шестнадцать часов ступят на арабскую землю. Как она не хотела лететь! Не хотела видеть бежевые дома, слышать азан, вдыхать восточный воздух. Она хотела остаться дома, прижаться к сыну и ощущать спокойствие.

– Я готова. – Анна взглянула на чемодан, который ее ждал. Сегодня она складывала в него основное, то, что понадобится только в поездке. Ничего лишнего.

Девушка встала и взглянула на мужа: Ричард надел элегантный серый костюм. Она и сама выглядела достойно, под стать своему мужу – бледно-желтые брюки и в цвет к ним пиджак. Схватила сумочку с комода.

– Отец и мама уже приехали. – Ричард потянул чемодан за ручку. – Я вынесу чемодан, а ты иди за Даниэлем.

В отсутствие Ричарда и Анны за ребенком вызвались присмотреть бабушка и дедушка. За последние недели, пока родители проводили большую часть дня за работой, ребенок находился у них. Анна уже была спокойна за Даниэля и полностью доверяла его свекрови и свекру.

Она вошла в детскую и замерла: Даниэль сидел на полу и размазывал по нему крем. При виде матери он быстро нанес его себе на лицо.

– Вкусно пахнет.

– Господи, – прошептала Анна и подбежала к сыну. Она так и думала, когда перестала слышать шум из детской. Если ее ребенок молчал, это знак того, что он придумывал очередную пакость. Вот только бы Ричард не увидел, опять будет ругаться. – Ты же знаешь, что папа не любит, когда портят мебель и пол.

– Это твой крем, – не понял малыш. – Я возьму его с собой к бабушке.

– Нет, дорогой, не стоит этого делать. – Она подняла ребенка с пола и направилась в ванную, чтобы его умыть, и уже не думала о том, чтобы стереть крем с пола. Иначе Ричард начнет нервничать, они и так опаздывают.

В аэропорту они попрощались с Миленой и Джеком. Даниэль стоял рядом с бабушкой, и Анна крепко прижала ребенка к себе, присев на корточки.

– Веди себя хорошо, слушайся старших, не выкапывай Томаса и не сажай на его могилу цветы с бабушкиного подоконника. Она выращивала их не для этого. И не заходи на дедушкины клумбы. В последний раз мне пришлось покупать ему новые цветы, потому что старые ты все сорвал. Даниэль, они были очень редкими.

– Хорошо, мам, – буркнул мальчик и ощутил губы мамы на своей щеке.

Анна уже скучала, хотя сын еще стоял перед ней. Пока она прощалась с Джеком, к Даниэлю обратился Ричард.

– Не заставляй бабушку и дедушку нервничать, веди себя хорошо. – Он тоже поцеловал ребенка в щеку. – Что тебе привезти из Дубая?

– Машинку, – улыбнулся тот.

– Если будешь себя хорошо вести. – Рич погладил ребенка по голове и обратился к родителям: – Мы позвоним вам, как доберемся.

– Хорошо, сынок, будем ждать. – Милена обняла его. – Вы же зайдете в гости к Шараф аль-Динам? Какие вообще у вас планы? Сколько вы пробудете в Дубае?

Ричард взглянул на Анну, но та на него даже не смотрела. Она вообще стала очень замкнутой в последние дни. Явно нервничала, но ничего, поделом ей. Пусть узнает, что в Дубае о ней никто даже не вспоминал. Да и в принципе, пусть ее любовник тоже созерцает союз Арчеров.

– У меня есть кое-какие планы, поэтому, может, задержимся на неделю. Что касается гостей, то наверняка зайдем. Я передам от вас привет Вирджинии и Саиду, им будет приятно.

– И моим старым друзьям передай, – напомнил Джек.

Анна и Ричард оказались в главном терминале аэропорта Лос-Анджелеса. Сразу нахлынули воспоминания о том, как она была здесь с Амином, когда он занялся строительством терминала. Она помнила, как возвращалась домой из Дубая, разбитая, со слезами на глазах. Но отогнав эти воспоминания прочь, Анна приказала себя быть сильной и пройти это испытание. Она сможет! Пусть Ричард ходит куда хочет, она посетит лишь главное мероприятие, и на этом все! Дальше будет сидеть в своем номере и выходить только в ресторан при гостинице. Муж, кстати, намекнул ей на это.

Даже самолет, в который они вошли, напоминал о прошлом. Стюардессы в одинаковой униформе – красной юбке с черными вставками, белой блузке и в элегантном красном пиджаке – встретили приветливой улыбкой. Красный цвет – цвет компании Arabia Airlines. Пока терминал авиакомпании строился, самолеты парковали у главного. Экипажи сменяли один на другой. Всех тонкостей Анна не знала, но самолеты здесь не задерживались. Как только терминал будет достроен, бортов прибавится, но они уже будут летать между городами внутри Америки.

– Бизнес-класс, – произнес Ричард, когда стюардесса указала ему налево. Направо шли пассажиры в эконом. Анна осмотрелась – светлый салон самолета с подсветкой, на широких креслах лежали красные подушки и бежевые пледы, завязанные красными лентами, и дорожные наборы. На экранах впередистоящих кресел мелькало видео об авиакомпании и юбилее. Мужчина арабской внешности и в национальной одежде шел мимо кресел – это был Мухаммед Шараф аль-Дин. Дыхание Анны замерло. Она боялась увидеть на экране Амина. Не хотела этого, боялась, что ее муж снова не промолчит. От волнения ее кинуло в жар. Но Ричард принялся разговаривать со стюардессой, а видео сменилось, и на экране появился Саид. Он сидел за письменным столом явно на пресс-конференции. Анна вцепилась в подлокотники, понимая, что не может оторваться от экрана. Сердце забилось чаще. Боковым зрением девушка видела, что Ричард продолжает разговор. А на экране появился нынешний генеральный директор – Амин Шараф аль-Дин, и дыхание Анны остановилось. На видео он что-то серьезно вещал свите, стоящей рядом, и не замечал камер. В следующем видео ему пожимал руку сам дубайский правитель. В груди Анны все сжалось, а когда показали стройку в Лос-Анджелесе, она поняла, что по-прежнему испытывала острую боль.

Девушка перевела взгляд в окно, чтобы сконцентрироваться на чем-то другом. Она слышала болтовню Ричарда со стюардессой, которая ее ни капли не задевала. Напротив, она радовалась, что он ничего этого не видел. Анна закрыла глаза, даже боясь представить, что ее ждет, если уже в самолете ей плохо. А еще… Она подумала сейчас о сыне. В жизни ему придется летать самолетами, и возможно, его выбор падет на авиакомпанию Arabia Airlines. Он взойдет на борт этого красивого лайнера, даже не подозревая о том, что его отец – генеральный директор этой компании.

– Я рассказывал стюардессе о том, для чего мы летим, – послышался голос Ричарда, который отвлек. – Она сказала, что это самый большой праздник за всю историю авиации. Там намечается что-то очень крутое.

Анна слегка улыбнулась, но лишь для того, чтобы он от нее отстал. Она готова была прислониться к иллюминатору, закрыть глаза и поспать. И как только самолет взлетел, она так и сделала, но сразу увидела лицо Амина. Пришлось распахнуть глаза, всматриваясь в экран. По нему уже показывали маршрут до Дубая и время в пути. Лететь было еще долго.

Стюардесса принесла меню и напитки. Она больше улыбалась Ричарду, чем Анне, и вспомнилась стюардесса на личном борту Амина. Анна помнила улыбку, которой та одаривала своего начальника. Вот тогда внутри вспыхнули гнев и негодование.

Анна принялась читать меню, думая над тем, что хотела бы на ужин.

Полет прошел неплохо – кресла в бизнес-классе спасали, делали его более комфортным. Стюардессы то и дело развлекали пассажиров, разнося еду и напитки. И только когда выключили свет и на потолке появились мерцающие звездочки, Анна уснула. Сон был поверхностным, она часто вздрагивала, вспоминала, куда летит и где окажется, в груди щемило. Видит бог, она не хотела этого. Еще и Люсинда напугала своими словами про зверя. Но что могло случиться? Только если чувства накатят вновь… И больше ничего! Как-нибудь можно потерпеть, а потом снова дом, работа, повседневная жизнь и Даниэль, который будет напоминать о том самом прошлом. По сути, оно даже не уходило.

Когда самолет коснулся взлетной полосы в аэропорту Дубая, Анна увидела, как воодушевился Ричард, как он быстро расстегнул ремень безопасности. А она продолжала смотреть в иллюминатор, не желая отстегивать ремень и вставать. Если бы была возможность остаться в салоне самолета, она бы ею воспользовалась.

– Ты даже не хочешь поинтересоваться, какой отель нам забронировали в Arabia Airlines? – спросил Ричард, отвлекая жену от раздумий. – Они не поскупились на Armani Hotel Dubai, который находится на одиннадцатом этаже в Бурдж-Халифе. Праздник пройдет на сто двадцать втором, – он засмеялся, – никогда не был так высоко.

– Как до облаков, – задумчиво прошептала Анна.

– Чего?

– Высоко, – опомнилась она.

Анна ступила на арабскую землю через телетрап и оказалась сразу в терминале. Но оно и лучше, не задохнется от горячего воздуха и не увидит здание Arabia Airlines. Они с Ричардом быстро прошли пограничный контроль и направились к стоянке такси.

Амин находился в своем кабинете, когда шасси прилетающего самолета коснулись бетона. Он отложил все бумаги и взглянул в окно. Завтра состоится праздник, сегодня гости начали уже прилетать, и он прекрасно знал, во сколько приземлится самолет из Лос-Анджелеса. Это будет тяжелая битва с самим собой. Мало того, что ему предстоит выступать перед большой аудиторией, получать поздравления, пожимать руку правительству Дубая, так еще эта девушка, которая наверняка сейчас посмотрела в иллюминатор и вздрогнула. А может, Анна не прилетела? Отказалась от этой затеи?

Он встал и вышел из кабинета, коснулся до блеска начищенных перил и посмотрел через стекло на пассажиров. В аэропорту Дубая всегда много людей, хотя здесь никогда не бывает суматохи. Все неспешно катят чемоданы, заходят в магазины, радуются или, напротив, уставшие сразу направляются к выходу.

Амин всматривался в толпу, понимая, что нервы на пределе. Не надо бы ему здесь стоять! Зачем он высматривает ту, кого увидит завтра? Он крепче схватился за перила, так, что даже пальцы побелели. Но он не ощущал этого, продолжал смотреть.

– Сэр, – голос позади заставил обернуться, – к вам пришел организатор с докладом.

Перед Амином стоял Абдул и указывал на мужчину, который ожидал в стороне с бумагами в руках.

– Пусть проходит в мой кабинет. – Амин выдохнул и направился к себе.

Именно в этот момент Арчеры шли по зданию терминала к выходу. Ричард вызвал такси, они сели в машину, которая увезла их в отель.

Проезжая по улицам Дубая, Анна старалась не смотреть в окно. Обращала внимание на машины, концентрировалась на сумочке, которую теребила в руках.

– Мне вот интересно, – прошептал Ричард, слегка наклонившись к ней, чем напугал, – здесь ты тоже мне умудрилась изменить?

Боже, какой отвратительный вопрос. Анна пришла в замешательство, не желая это обсуждать в машине.

– Зачем ты опять начинаешь эту тему? Что было, то прошло.

– Значит, и здесь было. – Он откинулся на спинку кресла. – Уму не постижимо, когда вы все успевали!

– Я не говорила тебе, что это происходило здесь, – произнесла она. – Но к чему опять ты начинаешь?

– Потому что меня бесит вся эта ситуация. Завтра я увижу твоего любовника и посмотрю в его глаза. Он пожмет мою руку, как ни в чем не бывало, хотя спал с моей женой.

– Господи, – прошептала девушка и недовольно отвела взгляд в окно. Вот теперь увидела город, который не хотела видеть никогда. Но жизнь ставила ей подножку и как будто издевалась.

В отеле Ричард больше не затрагивал эту тему. Он восторгался убранством номера в одном из самых дорогих мест в Дубае.

– Ну надо же! Какой шик! Даже корпорация «Боинг» не способна на подобное!

Номер правда был огромным, с отдельной спальней. Но Анна упорно продолжала не обращать внимание на дороговизну.

– Наверняка всех гостей заселили сюда. – Ричард исследовал гостиную. – Интересно, все приедут сегодня? Ты пойдешь в бассейн? Он с видом на фонтаны.

– Сходи один, я устала. Пожалуй, лягу спать.

– Правильно, – согласился он, – иначе продолжишь наставлять мне рога.

Она уже устала от его нападок. Три года молчал, чтобы высказаться сразу за этот маленький промежуток времени. Но она понимала Ричарда, сейчас, здесь, в Дубае, ему тоже непросто. Обида и воспоминания не дают покоя.

Следующий день оказался еще более нервным, чем предыдущий. Все валилось из рук с самого утра. Разбилось зеркальце, выпав из косметички. За завтраком Анна так распереживалась, увидев мужчин в белых кандурах, что тарелка выпала из рук прямо в центре зала. Есть не хотелось, руки дрожали, а ладони потели.

– Да уж, – усмехнулся Ричард, – ты переживаешь, что я его прилюдно ударю? Не переживай, я человек деловой, в мои планы не входит драться.

После этих слов Анну можно было откачивать уже прямо за завтраком. А что, если Ричард вскипит и что-нибудь скажет Амину? Хотя она переживала не по этому поводу, пусть хоть убьет того, Амин заслужил. Она переживала за первую встречу, что станет с ней самой, когда она увидит его?

Ее тошнило, пока она делала макияж, но, наверное, от голода. Не сразу получилось нанести тушь, надо было нанять визажиста. С волосами все обстояло еще хуже, короткие по плечи пряди выбивались из прически. К тому же теперь они темно-русые, от той прошлой Анны мало что осталось. Может, Амин ее не заметит? Но почему она думает и переживает о том, что он вообще вспомнит о ней?

В голове вился рой мыслей, даже когда она одевалась. Выбрала наряд по всем правилам восточной культуры, но на европейский манер: атласный элегантный брючный костюм бежевого цвета, рукава на котором заканчивались на сгибе локтя пышной сборкой. Изящно завязанный пояс в тон костюма несколько раз обвивал талию, а его края спускались к бедру. Брюки-палаццо почти полностью закрывали обувь, а при ходьбе свободно струились по ногам. Против своих же правил сегодня Анна надела туфли на высоких каблуках.

Она отошла подальше от зеркала и обернулась, чтобы взглянуть на себя издалека. Изящный образ! Единственное, что смущало, – это вырез на костюме, но плечи были закрыты. А вырез… Она американка и не собиралась прятать свое тело в туниках. Да и костюм подчеркивал изгибы ее тела, что, возможно, арабам покажется слишком вызывающим. Но в Америке этот наряд назвали бы скромным.

– Ты готова? – Ричард вошел в спальню и остановился, глядя на жену. – Ты так оделась же не для него?

– Мой муж ты, значит, я так оделась для тебя. И в честь праздника. – Она нашла что сказать.

– Правильно, – одобрительно кивнул Рич, – пусть он мне завидует. Пойдем?

– Пойдем. – Анна взяла бежевую сумочку и пошла следом за мужем.

Пока они ждали лифт, чтобы подняться на сотню этажей вверх, видели множество людей, которые явно направлялись туда же. Мужчины в костюмах при галстуках, женщины в закрытых платьях из легких тканей, арабы в белых одеждах, явно приехавшие из соседних стран. Лифты двигались быстро. Внутри каждого находился лифтер – сотрудник, который лично нажимал на кнопки нужных этажей. При подъеме вверх ощущалось ускорение – тело тяжелело, но Анна мало придавала этому значения. Все ее мысли находились уже в ресторане среди гостей. Можно ли оттуда сбежать по-раньше?

Двери лифта распахнулись, гости ступили на мягкое ковровое покрытие. Оно расстилалось по лестнице, которая уходила на этаж выше.

– Держись, – Ричард подставил свою руку, и Анна ухватилась за локоть, – и улыбайся, моя жена. Заметь – моя!

Улыбаться совсем не хотелось, внутри все сжалось. Анна поднималась по лестнице, держа мужа под локоть и почти не дышала. А когда они наконец поднялись и вошли в зал, девушка ощутила, как у нее дрожат руки.

Глава 6

Зал оказался большим, с громадными панорамными окнами, выходящими на город Дубай. Его украсили в теплые тона с преобладанием цвета Arabia Airlines – красного. Анна не рассматривала детали, все ее внимание сосредоточилось на собственных руках, они дрожали. И сразу вспомнилось то время, когда она переживала нечто подобное. Потом дрожь прошла, и сейчас, спустя три года, вернулась.

– Ты кого-нибудь видишь из знакомых? – спросил Ричард, но Анна боялась поднять взгляд. Здесь толпились люди и среди них сотрудники СМИ. – Надо найти Саида. Поздравим вначале его.

У Анны возникло совсем другое желание – раствориться среди присутствующих. Но надо было взять себя в руки и смириться с неизбежным. Она принялась всматриваться в толпу.

– Шампанское, мэм, сэр. – Тут же перед ними появился официант с подносом в руке. Ричард взял бокал, а Анна мотнула головой, отказываясь. С дрожью в руках она не сделает и глотка.

– Можно поинтересоваться, где здесь юбиляры? – спросил у официанта Ричард, и тот указал налево.

– Сэр, если вы про Амина Шараф аль-Дина, то он сейчас с представителями администрации Дубая дает интервью прессе. Кажется, вся остальная семья здесь. – Он указал направо.

Как только официант удалился, Ричард обернулся к Анне. Она по-прежнему держала его под руку, и, кажется, очень крепко.

– С представителями Дубая я бы хотел познакомиться.

Она не сомневалась в этом и меньше всего хотела идти налево. Но разве ее спрашивали?

Ричард направился туда, куда в первую очередь указал официант, а Анна шла рядом, понимая, что сердце никогда так гулко не билось. Она продолжала идти, прекрасно осознавая, что предстоит неизбежное и надо гордо встретить то, чего она так боялась.

Амину протянули микрофон, задав очередной вопрос. Он стоял рядом с эмиром Дубая и давал интервью. Саид Шараф аль-Дин стоял рядом. От репортеров сыпались поздравления, необходимо было закрыть этот вопрос с ними, прежде чем принимать поздравления от гостей.

Мужчина, который задал вопрос о долгосрочных планах, протянул Амину микрофон.

– О планах можно говорить бесконечно, – улыбнулся генеральный директор, – но сегодня как раз такой день, когда лучше ответить кратко и наконец открыть праздник.

– Если кратко, – настаивал мужчина и снова протянул микрофон.

– Если мы говорим о дальнейших планах, то впереди у нас открытие терминала в Лос-Анджелесе. Спустя три года с момента этой идеи наша авиакомпания ворвется на американский рынок. – Амин смотрел на репортера, отвечая на вопрос. – Но самым неожиданным для всех стало мое сотрудничество с Катаром. – Он перевел взгляд в толпу, встречаясь со знакомыми глазами той, кто стояла вдалеке и смотрела на него. А разве здесь кто-то был еще? Все резко исчезли, растворились. Амин замолчал, забыв о вопросе.

Анна стояла позади мужчин, которые внезапно отошли, открывая ей вид на Амина. Их взгляды встретились, дыхание прервалось, она уже не слышала стук собственного сердца. Знакомое лицо… Родное…

Он первым пришел в себя, оторвав взгляд от девушки и обращаясь к репортеру:

– Будет пресс-конференция, я все расскажу на ней. Простите, мне надо открывать праздник.

Он обернулся к отцу, что-то сказал, а затем его вниманием завладел эмир.

Ричард взглянул на Анну, но она заговорила первая:

– Пожалуй, я найду Вирджинию, наверняка она где-то здесь.

– Нет. Пытаешься сбежать? Ты будешь со мной. Сначала принято поздравлять юбиляров, а потом делай что хочешь.

Анна отвернулась от того места, где находились хозяева и именитые гости. Она ощутила одиночество и желание позвонить Даниэлю. Странное желание! Хотелось прижать ребенка к себе крепко-крепко и никогда не отпускать. Хотелось ощутить его маленькие ручки на плечах, поцелуй на щеке. Слышать его голос, коснуться его волос. Она сильно скучала! Сейчас особенно остро!

– Ричард, Анна! – услышала она до боли знакомый голос и обернулась, встречаясь с голубыми глазами Амина. Вот теперь он стоял слишком близко, и девушка поняла, что возможности для побега больше нет.

– Амин, – Ричард первым протянул ему руку, – спасибо за приглашение. Прими наши поздравления! Пусть Arabia Airlines развивается и достигает все новых и новых высот. И еще раз спасибо за сотрудничество.

Анна в недоумении наблюдала, как разыгрывался спектакль. Амин ответил на рукопожатие, слегка улыбнувшись и глядя на Ричарда.

– Спасибо, как вы долетели и как устроились?

– Прекрасно. – Ричард так легко отвечал тому, на кого еще недавно сыпал проклятия, что Анна пришла в замешательство. – В самолетах Arabia Airlines комфорт выше всяких похвал! Тут, конечно, конкуренции никакой.

– Сплю и вижу, как убрать всех конкурентов. – Амин усмехнулся и кивнул мимо проходящему мужчине.

Эти слова озадачили даже Ричарда. Вот тут Анна бы поаплодировала Амину, если бы вообще могла пошевелиться.

– Я бы хотел представить тебя кое-каким людям, – продолжил Амин, тем самым умело свернул разговор в нужном направлении. – Пойдем к отцу, думаю, он тоже хочет с тобой поздороваться.

– О, прекрасная идея!

Амин коснулся плеча Ричарда, направляя его вперед. И если тот пошел в сторону Саида, то Амин обернулся к Анне, на несколько секунд оставаясь с ней один на один. Его взгляд скользил по ее новой прическе, явно оценивая цвет волос, остановился на губах. Но пока он рассматривал ее, Анна не сводила с него глаз, даже боялась моргнуть. Он все такой же, ни капли не изменился.

– Как ты? – спросил Амин и даже не боялся, что делает это посередине зала у всех на виду.

– Прекрасно, – ответила она достаточно гордо. Нельзя дать ему понять, что она до сих пор ранена.

Амин слегка улыбнулся и мотнул головой, явно не поверив ее словам. А потом подозвал к себе Санию, которая проходила мимо.

– Дорогая, проводи Анну к женщинам.

– Конечно. – Сания коснулась руки Анны. – Как я рада тебя видеть! Ты принесла сюда свет!

Анна ничего не поняла, все быстро менялось.

– Какой свет?

Сания, улыбаясь, переглянулась с братом и махнула ему рукой.

– Будь спокоен, иди.

– Я уже спокоен. – Прежде чем отвернуться, Амин взглянул на Анну. – Еще увидимся.

И пошел к отцу. Если все эти дни он был на нервах, то сейчас его будто отпустило. Все эти люди, которые пришли сюда и что-то от него хотели, стали вдруг неважными. Этот юбилей вдруг стал неважным. Поздравления, пресса, разговоры, выступления уже не нервировали. Он подошел к Ричарду, который разговаривал с Саидом.

Сания вела Анну через зал и внезапно обняла ее одной рукой за плечо.

– Ты свет, – ответила она на вопрос, который был задан ранее. – Я очень рада, что ты приехала. Надолго?

– Не думаю. Все зависит от Ричарда, но мне бы хотелось уехать как можно быстрее.

– Почему?

– Я устаю от праздников. Сания, – Анна остановила девушку, – я могу тебя поздравить? Слышала, что ты вышла замуж.

– Да, – широко улыбнулась та, – спасибо. А я слышала, что ты родила сына.

– Да. – Губ Анны коснулась теплая улыбка. – Его зовут Даниэль.

– Скажешь об этом моему дедушке, и он заплачет, скажешь бабушке – и станешь ее любимицей. – Девушка снова схватила Анну за руку. – Мы как раз идем к ним. На кого похож твой малыш? Я надеюсь, что он приехал с вами?

– Нет, он остался дома. А похож… – Анна задумалась, даже не зная, на кого он похож. – На себя.

– Очень правильный ответ, – улыбнулась Сания. – А вот мы как раз и пришли. Мама, ты помнишь Анну?

Вирджиния стояла в кругу покрытых женщин и обернулась. Улыбка тут же озарила ее красивое лицо.

– Анна, конечно, помню! – Еще бы ей не помнить ту, которую так любил ее сын. – Очень рада нашей встрече. А где Ричард?

– Он с мужчинами. – Девушка указала туда, где Амин давал интервью. – У них свои разговоры.

– Это точно.

Вирджиния – красивая женщина, Анна еще раз удостоверилась в этом. Черная абайя, вышитая золотыми нитями, ее стройнила, а платок в этот раз она надела бежевый, с изысканным арабским узором с одной стороны.

Но, глядя на эту женщину, Анна испытала неприятное чувства горести. Мать Амина много знала, и сейчас девушка перед ней выглядела нелепо. Ведь можно сказать, что ее изгнали из их семьи, из этого города и своей жизни.

И хотя Анна не испытывала злости, но возникло желание найти уединенное место и побыть там в одиночестве. Крыша авиашколы бы сейчас подошла. А что с крышей у «Бурдж-Халифы»? Она существует? Может быть, сбежать туда?

– Анна, дочка! – Оливия Фернандес появилась внезапно, но с ее появлением стало светлее. Она протянула к девушке руки, готовая принять в объятия. И Анна с радостью оказалась в них. – Как я рада тебя видеть!

– И я очень рада. – Анна не солгала, взглянула женщине в глаза. Оливию сложно назвать старушкой, она выглядела бодрой, жизнерадостной и ухоженной для своего возраста. – Как вы поживаете? Джек передавал вам привет.

– Спасибо, дорогая. Недавно он прислал фотографию внука. – Оливия умилилась, сложила руки у груди и как будто погрузилась в приятные воспоминания. Она замолчала, подбирая слова, и Анна увидела, как ее глаза увлажнились. – Дать ему имя Даниэль с вашей стороны было очень трогательно. Ты не привезла Даниэля с собой? Очень хочу с ним познакомиться.

Анна замерла, всматриваясь в лицо этой женщины. Она говорила искренне, от всего сердца, от всей души. Это было видно.

– Он очень маленький, – в оправдание себе ответила Анна. – Не усидел бы спокойно столько времени в самолете. Устроил бы там дебош, что-нибудь испортил. – Она улыбнулась, задумавшись. – Он проказник.

– Я буду надеяться, что однажды его увижу. И Даниэль хотел бы тоже с ним познакомиться. – Оливия взяла руки Анны в свои, всматриваясь в глаза. – Я вижу тебя второй раз в жизни, но у меня стойкое убеждение, что ты родной мне человек. Называй меня бабушкой.

– Хорошо. – Впервые Анна расслабилась и улыбнулась. А потом обняла бабушку Оливию со всей любовью, потому что ощущала то же, что и она.

– Я буду молиться, – прошептала Оливия на ухо, чтобы никто не услышал, – за ваше счастье с Амином.

Анна замерла, потом слегка отстранилась, но Оливия ей лишь подмигнула и отошла на шаг в сторону, давая возможность поздороваться Даниэлю.

– Дочка, – он обнял ошарашенную Анну, но она еще не отошла от слов его жены, – вы с Ричардом сделали мне очень приятный подарок. И теперь у меня появилась новая мечта – увидеть моего тезку. Говорят, что гены передаются через поколение. Скажи, в нем прослеживаются черты Джека?

– Что ты клевещешь на мальчика! – вставила Оливия. – Нет у него ничего от Джека. Он вырастет хорошим и честным человеком.

– А ты откуда знаешь?

– Но ты говоришь, что он будет бабником…

– Аллах, – встряла Вирджиния, – давайте оставим разговоры о похождениях моего крестного на потом. Я уверена, что маленький Даниэль будет похож на Джека всем, но только не этим.

– Хорошо, хорошо, – согласился Даниэль и снова обратился к Анне: – Будем ждать вас с Ричардом к нам на ужин, – потом он обернулся к Вирджинии, – да, дочка?

Оливия закатила глаза и отошла в сторону, чтобы не начать ругаться. Какие же мужчины недальновидные!

– Обязательно, – ответила Вирджиния. – Мы сообщим вам о времени отдельно. Вы же еще не улетаете домой? Останетесь в Дубае хотя бы на неделю?

– Боюсь, что за неделю я сойду с ума без сына, а в Сан-Клементе сойдут с ума Джек и Милена, – ответила Анна.

– Пусть наслаждаются, – вставила Оливия и улыбнулась. – Они же хотели внука, вот и получили. А тебе надо отдохнуть, и Дубай самое подходящее для этого место. Здесь прекрасный шоппинг. Можешь слетать в Катар к Сании…

– Зачем ей в Катар к Сании, мама? Пусть девушка отдохнет возле бассейна и в тишине, наверняка за эти годы устала с ребенком. Тем более он непоседлив.

Анна переводила взгляд с одного на другого и умилялась. Они все такие милые. Спорят, пытаются ругаться, сразу видно, что очень близки между собой. Их отношения очень домашние.

Сания, которая тоже за всем этим наблюдала, вдруг резко изменилась в лице и взглянула на Анну. Она напряглась, и Анна удивилась. Что случилось?

– К нам идет Зафира, – произнесла Сания всем, и Анна обернулась, глядя на грациозную девушку невероятной красоты. При виде нее кровь отхлынула от лица. И хоть Анна видела фотографии Зафиры со свадьбы, но в реальности она выглядела настоящей красавицей.

Зафира словно плыла в длинном закрытом платье бежевого цвета. Широкий пояс в цвет платья подчеркивал талию и придавал изящества. Шелковая юбка струилась по ногам и касалась пола. Волосы Зафира скрыла под белым платком, который отлично гармонировал с нарядом. Она шла легко и непринужденно. Каждый шаг был твердым и уверенным.

Анна чувствовала себя простушкой, даже несмотря на то, что ее костюм среди всех нарядов выглядел по европейским меркам модным. И какое совпадение, но цвет наряда Зафиры был точь-в-точь таким же, как у самой Анны. Хотя уверенность жены Амина Шараф аль-Дина подавляла очень сильно. Стало душно, воздуха перестало хватать.

Когда девушка подошла к семье своего мужа и поравнялась с гостьей, Анна ощутила арабский парфюм. Зафира держала спину прямо и была выше Анны. Тут не поспоришь, но Зафира под стать Амину. Они очень подходят друг другу – лоск и изящество. Таким, как Анна, рядом с ним места нет.

– Зафира, познакомься это Анна, жена Ричарда Арчера – партнера Амина в Америке, – представила ее Вирджиния, указывая на Анну, и темный взгляд Зафиры оказался на девушке. Ее яркий арабский макияж завершал образ самой красивой женщины в этом зале. Вирджиния обратилась к Анне: – Зафира – жена моего сына.

– Очень приятно. – Зафира протянула руку и даже улыбнулась. – Я мало знаю о бизнесе моего мужа, но слышала про авиашколу Altitude.

– Все верно, мой муж владелец этой школы. – Анна коснулась протянутой руки. – Очень приятно.

На самом деле приятного ничего не было! Слышать о том, что она жена Амина, было больно. И как Анна ни заставляла себя не думать об этом, думалось против воли. А еще она представила самую ужасную сцену, которая ворвалась в ее мысли, – как Амин касается тела Зафиры, целует ее… Он спит с ней в одной постели, занимается с ней любовью… И впервые она ощутила себя на месте Ричарда… Боже, как же все запуталось!

– Моя семья вместе с моим мужем занимаются строительством терминала в Лос-Анджелесе, – продолжила Зафира, и Анна впервые в жизни не знала, как поддержать этот странный разговор о работе. Что уместно говорить, а что нет?

– Анна помогала Амину на первых этапах строительства. Она была рядом, – встряла Оливия, но Вирджиния одарила ее недовольным взглядом.

– Надо же, – удивилась Зафира, – значит, ты хорошо знакома с Амином.

– Мы работали вместе какое-то время. – Анна кивнула. – Надеюсь, что строительство идет по плану. Я не знаю о дате финала, когда его откроют?

– В конце этого года. Кажется, мой муж не называл точных цифр.

– Зафира, – встрял Даниэль, – у Анны и Ричарда родился сын, и они его назвали в честь меня.

Темные глаза девушки вновь уставились на Анну, и в этот раз с изумлением.

– Поздравляю. Я слышала про связь двух семей. Назвать своего ребенка в честь незнакомого человека достойно уважения.

– Даниэль – прекрасное имя. Я не раздумывала. – Анне захотелось исчезнуть из этого зала и оказаться в своем номере или лучше в самолете, летящем в Америку.

– Родится девочка, назовите Оливией. – Оливия хихикнула. – Джеку Арчеру назло.

– Мама, – мягко произнесла Вирджиния и обратилась к невестке: – Амин все еще с важными гостями? Мы его сегодня, наверное, не обнимем?

– Я думаю, что под конец вечера это можно будет сделать, когда от него отстанет пресса, – улыбнулась Зафира и взглянула на Анну. Но та точно знала, что больше она Амина не увидит, найдет Ричарда, сошлется на плохое самочувствие и уйдет в номер. А завтра, может, удастся уговорить его улететь обратно домой. Сейчас как никогда хотелось убежать, обнять сына и больше не вспоминать прошлое.

Глава 7

После знакомства с Зафирой Анна совсем поникла. Но заиграла музыка, появился ведущий, приглашая гостей на шоу, и все это отвлекло от раздумий.

Девушка отошла от родни Амина, сославшись на то, что поищет Ричарда. Она и правда хотела его найти, чтобы предупредить о плохом самочувствии и уйти в номер.

Она одиноко шла вдоль зала, между людьми, только сейчас примечая праздничный антураж. Свет чуть приглушили, что создавало более уютную обстановку. Официанты ходили с подносами в руках, предлагая гостям бокалы с напитками. Анна опять отказалась, хотя руки уже не дрожали. Дрожь унялась, сердце стало биться спокойнее. Она шла и чувствовала опустошение. Ее будто выжали – не было никаких эмоций. Они все остались при знакомстве с Зафирой.

Длинные столы, накрытые красными скатертями, ломились от изысканных блюд. Но есть не хотелось. Анна взглянула на панорамное окно с видом на город – Дубай по-прежнему продолжал делать ей больно.

– Дамы и господа, мы открываем праздник, посвященный юбилею самой крупной авиакомпании на всем Востоке Arabia Airlines… – раздался оживленный голос ведущего, привлекая к себе внимание.

Большая сцена располагалась в той части зала, где как раз находилось руководство авиакомпании, правители Дубая, репортеры из СМИ, и где-то там же был Ричард. Анна остановилась, не рискуя идти дальше. Там находится тот, кто вызывает волнение и дрожь в руках.

– Я передаю микрофон генеральному директору, одному из главных учредителей авиакомпании Амину Шараф аль-Дину.

Анна даже не обернулась, продолжала смотреть на город. Огни завораживали, здания словно искрились. Она ступила на площадку балкона и вышла на улицу. Но и здесь услышала знакомый до боли голос. Схватилась за перила, а в ушах стоял шепот… «Кальби»… И губы плавно касались ее щеки. Она до сих пор помнила, как ее тело покрывалось мурашками.

– Уважаемые дамы и господа, я очень рад видеть каждого из вас на сегодняшнем празднике, который так важен моей семье. Однажды мой прадед создал то, что ведет нашу семью только вверх и является уже брендом семьи Шараф аль-Динов. Поколение сменяется одно за другим, а авиакомпания Arabia Airlines растет, развивается и достигает новых высот…

Анна держалась за перила, всматривалась в даль. Наверное, она одна не смотрела на того, кто сейчас у микрофона. Но у него прекрасная группа поддержки. Скорее всего, Зафира в первых рядах. Стоит, улыбается ему, гордится им. Тем более что ее семья сотрудничает с семьей ее мужа, значит, она принимает поздравления и на свой счет тоже. Надо было спросить, сколько детей она родила. Ведь законные дети от такого мужчины придают гордости в разы больше.

Раздались овации, шум голосов. Она так задумалась, что совсем не слышала слов. Пришла в себя, когда появился мощный гул в небе. Анна подняла голову, пытаясь осознать, что происходит. А за спиной уже толпились гости – люди начали выходить на балкон, всматриваясь ввысь и указывая в ночь.

– Вот, вот! – крикнула женщина, которой тоже посчастливилось оказаться возле перил. Людей на балконе стало вдруг так много, что Анну зажали. Но она была рада, что вышла первая и заняла хорошее место.

Гул приближался, и в небе появилось сразу три пассажирских самолета. Они летели низко над Дубаем, и можно было спокойно прочитать на ливрее надпись Arabia Airlines, которая горела красными огнями. Зрелище завораживало и пугало одновременно, потому что так близко Анна еще не видела летящие большие самолеты. Они словно опускались на город, а потом двое из них поднялись выше. Но гул не стихал, как от двигателей, так и от шума голосов людей, стоящих позади нее.

Средний самолет словно завис в воздухе, опустился ниже и слегка накренился, показывая свою красоту. Принялся облетать здание «Бурдж-Халифы».

Дыхание перехватило, Анне казалось, что самолет упадет или снесет крылом задние. Она охнула, лучше бы так близко не стояла к перилам. Начала паниковать, обернулась к тому, кто находился рядом. Хотела поддержки, увидеть реакцию людей, но застыла, глядя на Амина. Он стоял рядом! Все это время, пока она разглядывала самолет, он находился здесь. Ну конечно, это же почетное место для семьи Шараф аль-Динов.

В панике Анна снова схватилась за перила и опять устремила взгляд на самолет, который уже сделал круг и возвращался.

Как только Амин сказал вступительную речь и объявил о шоу, которое специально готовили к открытию праздника, то вышел в зал и направился к балкону. Зафира находилась рядом, занимая законное место супруги главы авиакомпании. Они оба первыми оказались здесь. А следом за ними пошли гости и пресса.

Девушка, которая одиноко стояла к ним спиной, даже ничего не заметила. В ушах стоял гул от двигателей самолетов. Но увидев ее, Амин даже не раздумывал, встал рядом. И как хорошо, что Зафира находилась с другой стороны и была поглощена шоу. Амина поглотило другое шоу: он стоял рядом с той, кто не выходила из мыслей. Три года, последние недели, особенно сегодня, когда он увидел ее.

Анна… Она пыталась измениться, перекрасила волосы, подстригла их, а когда-то он просил ничего не менять. Амин еще помнил, как расчесывал их, какими шелковистыми они ощущались. И он любил их целовать. Отдал бы многое, чтобы сейчас остаться с ней наедине и коснуться губами этих темных волос. Цвет роли не играет, она все та же Анна, девушка, которую он любил до беспамятства.

И когда она обернулась, в ее взгляде он прочитал испуг. От неожиданности девушку чуть повело в сторону. Было похоже, что она не горела желанием его снова видеть. Но как бы хотелось ошибаться.

Стоя здесь, близко друг к другу, они не могли общаться. Говорила Зафира, она имела на это право как его жена. Но взгляд Амина скользил с неба до той, которую выбрало его сердце. Хотелось бы его вырвать и бросить со сто двадцать второго этажа «Бурдж-Халифы». Пусть бы оно разбилось вдребезги.

И казалось, что прошло достаточно времени, три года, жизнь изменилась, он женат, но не изменилось главное – его чувства. Он готов был стоять молча рядом с Анной хоть всю жизнь.

У балкона взлетели дроны, которые снимали на камеру самолеты и зрителей, смотрящих в небо. Делегации из разных стран, правительство Дубая – все находились здесь и являлись теми, кого фотографировали для социальных сетей журналисты. Сам Амин Шараф аль-Дин сегодня особенно являлся центром внимания.

Пролетая напоследок, сияя в огнях, самолет выпустил серебристые звезды, осыпая Дубай этой красотой. Послышались гул и ликование – это гости пришли в восторг. Звезды падали на них, а те с воодушевлением ловили их руками.

Заиграла восточная музыка, и внизу включились фонтаны. Высокие потоки воды принялись танцевать, показывая уже свое шоу.

– Анна! – девушка сквозь шум услышала голос Ричарда и обернулась. Он махал ей, стоя в толпе, показывая, что не может пройти к ней – слишком много людей. Амин тоже обернулся, но сразу наткнулся на микрофоны, и опять журналисты окружили его с разных сторон.

– Это было потрясающе! Вы упоминали, что ваш брат Малих за штурвалом самолета. Какого именно?

– Это правда, – начал отвечать Амин, ощущая присутствие Зафиры рядом. Вот только взгляд он переводил с камеры на девушку, которая упорно продолжала двигаться вперед, протискиваясь сквозь толпу. Анна уходила к мужу, Амин больше не чувствовал ее рядом. – Малих находился на борту самолета, который был ближе к нам. Так он отдал честь сразу двум великим для нашей семьи людям: Мухаммеду Шараф аль-Дину и Даниэлю Фернандесу Торресу.

– Как это трогательно, – умилился журналист, но тут же придумал новый вопрос, не желая отпускать генерального директора, когда есть такая возможность взять интервью.

Анна наконец оказалась рядом с мужем, встречаясь с недовольством.

– Что ты там делала?

– Смотрела шоу…

– С ним? – прошептал он, а может, прошипел, было шумно, и девушка не определила интонацию.

– Я пришла туда одна, а уж как другие там оказались, я не знаю.

– Но ладно, отпустим эту тему. Я ему благодарен лишь за одно – связи. Ты не представляешь, с кем меня свел Амин!

Анна замерла, не желая думать о том, что это очередной план. И не Ричарда, нет! Того, о ком она боялась думать!

– С мужем Сании. С Рамилем аль-Хакимом. Он будущий генеральный директор катарских авиалиний. Это значит, что мы можем сотрудничать и с ними.

– Семья Шараф аль-Динов тебе этого не простит, – возмутилась Анна и перевела взгляд на Амина, но его окружили репортеры, закрывая собой.

– Амин сотрудничает с Катаром, не думаю, что это будет проблемой. Но я переговорю с ним. – Ричард тоже взглянул в его сторону. – Явно не сегодня. Но уверен, что у меня получится, и мы расширимся. Кстати, а вот и Рамиль с Санией.

Ричард им кивнул, и те остановились. Сания вновь улыбнулась Анне, интересуясь, как ей шоу и не испугалась ли она.

– Рамиль, это моя супруга Анна, – представил ее Ричард. – Она моя помощница в работе и дома.

– Приятно. – Рамиль слегка кивнул. – Женщины – удивительные создания Всевышнего. Они успевают все: и дома, и на работе.

Рамиль – истинный араб. В его крови явно не было христианской крови: угольно-черные глаза, характерный для арабов нос с горбинкой и черная ухоженная борода. Белая кандура всех локалов делала величественными людьми. И держались они достойно. Точно так же непринужденно вели себя их женщины. С гордостью и прямой спиной ходили неспешно в черных абайях. Лишь платье Зафиры затмило всех своей красотой. Но она надела его под стать своему мужу – на плечах Амина красовался черный бишт – торжественная накидка, вышитая золотыми нитями по краям. И судя по тому, что точно такие же накидки были надеты на правителей Дубая, можно было сделать вывод – это праздничная одежда для высокопоставленных лиц.

Амин с трудом отделался от прессы. Он изрядно устал говорить, даже голос стал более хриплым. Но следом за прессой его обступила родня. Дедушка, который так впечатлился шоу с самолетами, что крепко прижал внука к себе и, чуть не расплакавшись, сказал:

– У меня сегодня столько приятного, внук. Я так горд тобой!

– А я тобой. – Амин ответил на объятия. – Будешь обнимать Малиха, он скоро придет.

– Он ас в авиации, очень напоминает меня в молодости.

Очередь дошла до Саида, который был вынужден согласиться с Даниэлем – шоу было фееричным.

– Коммунальные службы Дубая еще долго будут выметать звезды с улиц. Кому вообще пришла такая идея в голову?

Все засмеялись, глядя на Амина.

– Мне, – просто ответил тот. – Хочу, чтобы этот праздник помнили долго. Сколько будут выметать, столько и будут помнить.

– Амин, Амин, – заулыбалась Вирджиния, – в этом весь ты! Было очень круто!

– Соглашусь, за три года ты сделал так много странных вещей, что я не поспеваю их принимать, – произнес отец. – Но в этом весь ты. Стратег, как твой дед Мухаммед. Он бы тобой гордился.

Когда родные наконец направились в зал, оставив Амина и Зафиру наедине, он тут же обратился к жене:

– Дорогая, ты не принесешь мне стакан воды? А то официанты разносят шампанское.

– Конечно, любимый. – Она коснулась его руки, и как только удалилась, Амин перевел взгляд на Санию. Она стояла с Арчерами, бурно обсуждая прошедшее шоу.

Он выпроводил Зафиру не просто так, а чтобы побыть одному. Но разве здесь это реально? Как только это увидел Рамиль, то тут же потянул всех за собой, и в итоге перед Амином вскоре стоял Ричард.

Анне меньше всего хотелось находиться рядом с Амином. Но приходилось стоять и ощущать нехватку воздуха. Руки опять задрожали, и в горле пересохло. Но она не могла взять стакан с водой, не могла заглушить жажду, такое волнение явно стало бы заметным.

– Амин, шоу потрясающее! – произнес Ричард, и встал так, чтобы скрыть жену. Анна была ему за это благодарна.

Подошла Зафира со стаканом воды и снова гордо встала возле мужа, словно говоря всем, что это ее мужчина.

– У нас еще концертная часть в зале, – произнес Амин и указал всем на выход с балкона, пропуская мужчин вперед.

Анне пришлось идти в зал за гостями, которых Амин провожал по одному, стоя в дверях. И когда девушка оказалась рядом, их взгляды встретились. Он бы заплатил здесь каждому, чтобы они покинули это место и оставили его наедине с ней. Один взгляд, как миллиарды падающих звезд, которые сыпались из самолета. Мысленно он посвятил эти звезды ей. Но он заметил в ее взгляде нечто совсем иное, чего не было ранее… Анна прервала зрительный контакт первая, наверняка желая это скрыть. В ее глазах читалась боль! Но сколько боли было в его глазах! Сколько раз он себя ненавидел за то, что позволил стать ей несчастной. Его душа болела за двоих на протяжении долгих трех лет. Как можно было избавиться от этой любви?

Три года – это большой срок. Много воды утекло, но любовь – не вода. Это раскаленная лава, которая со временем лишь собирает энергию, чтобы прорваться.

Сейчас он бы прошептал ей «кальби», но здесь это не будет уместно. Повсюду камеры, а рядом Зафира. Амин промолчал, но больно сжал пальцы в кулаки. И как только Анна вышла, он закрыл глаза и выдохнул. Ему тоже было больно.

– Ты устал, любимый. – Это заметила Зафира. – Но сегодня твой день.

– Ничего, я справлюсь. Подышу воздухом, останусь здесь. А ты иди, твои родители ведь тоже здесь, им надо уделить внимание.

– Хорошо, милый. – Она улыбнулась и коснулась его груди. Если бы другая так коснулась, то он бы стал самым счастливым. Но от жены это прикосновение вызывало лишь раздражение.

– Позови мне Санию, хочу с ней поговорить. Пусть придет сюда.

Зафира явно удивилась, но не стала спорить с мужем. Она ушла, оставляя Амина одного на балконе, усеянном звездами. Он коснулся перил и посмотрел вниз – фонтаны все еще играли, выстреливая высокие струи в воздух. Музыка, которая звучала из зала, перебивала ту, что слышалась внизу.

– Амин, Зафира сказала, что ты меня звал. – Сания встала рядом с братом. – Как ты интересно придумал со звездами. Весь город усыпан ими.

Амин обернулся и улыбнулся.

– Завтра все люди будут их собирать в недоумении.

– Но думается мне, что ты пригласил меня сюда не для того, чтобы обсуждать звезды, – сделала вывод сестра.

– Верно. – Он снова посмотрел вдаль, потом на темное небо, собираясь с духом. – Пригласи Анну в торговый центр, о времени и месте сообщи мне заранее.

Сания пришла в замешательство, сначала не поняв эту просьбу. Она молчала, анализировала его слова, а потом перевела на брата озадаченный взгляд.

– Амин! Ты опять начинаешь?

– Сания, сделай, как я прошу… Мне надо с ней поговорить.

– О Аллах, – взмолилась девушка и даже оглянулась в зону зала. – Напиши записку, я передам. Не впутывай меня в это.

– Записка? – возмутился он. – Записку она даже читать не станет. Эта встреча должна быть неожиданной.

– Ну не знаю… Спустись этажом ниже… Я ей передам.

– Она не придет по моей просьбе. И она не должна знать о ней. И здесь не место для разговоров, – он взглянул на Зафиру, которая стояла в зале, но точно наблюдала за ним через стекло. – Меня преследуют по пятам.

– А в торговом центре ты будешь невидим?

– Я что-нибудь придумаю. Но мне надо с ней поговорить.

– А если Ричард захочет пойти с нами?

– Он не помеха. Мне плевать на Ричарда.

Сания была в шоке, даже не знала, что сказать.

– Как ты себе это представляешь?

– Сделай уже это, пожалуйста, – занервничал Амин. – Просто пригласи ее, и все! Это не так сложно. А дальше я разберусь сам.

– Хорошо, Аллах меня накажет! Вместе с тобой, – буркнула она и направилась в зал.

– Он меня уже наказал, – прошептал Амин, – но хватит и трех лет.

Глава 8

В зале играла камерная музыка, создавая атмосферу частного праздника. Центром внимания СМИ теперь стали гости. Журналисты то и дело бегали с микрофонами, мешая людям отдыхать.

– Проводите прессу к выходу, – попросил Амин у организатора. – Их время закончено, дальше все приватно.

– Будет сделано, – кивнул тот и удалился.

Зафира всегда находилась рядом. К тому же к Амину часто подходили гости. Он ни на минуту не оставался один, но взглядом искал ту, которую хотелось видеть постоянно. Хотя разве среди такого большого количества людей это возможно?

Анна не искала встреч. Напротив, она находилась в самом укромном месте. Стояла с Ричардом, Санией и Рамилем, но взгляд сам скользил по залу…

– Когда вы планируете уехать? – спросила Сания Анну, чем вывела ее из задумчивости.

– Я думаю, что нам не стоит задерживаться, – ответила та и ощутила, как Ричард слегка толкнул ее туфлю ботинком. Она бы улетела обратно домой уже сегодня, но у ее мужа были иные планы. Все это Анна понимала, но не хотела оставаться здесь надолго.

– Почему? – удивился Рамиль. – Мы с вашим мужем хотели бы обсудить кое-какие дела.

– Задержимся, конечно, – вставил Рич. – Сколько надо будет, столько и проведем здесь.

– Ну раз так, – воодушевилась Сания и снова обратилась к Анне: – предлагаю завтра сходить в самый большой торговый центр Дубая – «Дубай-Молл». Идти далеко не придется, он находится прямо под нами. Выпьем по чашечке кофе, пройдемся по магазинам.

Анне совсем не хотелось бродить по магазинам. Но это лучше, чем сидеть одной в номере, и тем более лучше, чем быть в гостях в доме Шараф аль-Динов. По крайней мере, Сания нравилась ей. А говорить про Амина с ней необязательно. Но развеяться можно.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Раз я в Дубае, то шопинг должен быть обязательно. И кофе, конечно, тоже.

– Отлично, – широко улыбнулась Сания и радостно посмотрела на мужа.

– Мы тоже пойдем с вами, – вставил Рамиль. – Как раз с Ричардом обсудим кое-какие дела. Мы вам не помешаем.

Улыбка Сании слегка угасла. Аллах все видит и предостерегает! Сумасшедший Амин, что взбрело ему в голову? Как он сможет поговорить с Анной прилюдно, да еще и при Ричарде?

– Тогда, до завтра. А я пойду в номер, если вы не против. Слишком устала от шума. – Анна обняла девушку и кивнула мужчинам. – Прошу меня простить.

– Тебя проводить? – предложил Ричард, но Анна мотнула головой и направилась к выходу. Шла по залу в туфлях на высоких каблуках, проклиная их. Но тут же вспомнила Зафиру. Как легко шла эта девушка, словно плыла! Она правда очень красивая. Ей, Анне, до нее далеко во всем: в походке, в нарядах, в умение гордо держаться на публике, в красоте. И даже в обладании таким мужчиной, как Амин Шараф аль-Дин. Они, без сомнения, подходят друг другу.

Девушка протискивалась между людей и, увидев выход, свернула к нему. Напоследок бросила взгляд в зал. Зачем? Зачем она это сделала? Чуть не упала, потому что встретилась с голубыми глазами Амина. Он словно провожал ее. В эту секунду Анна поняла, что больше его никогда не увидит. Случайных встреч быть не может, а специальные она проигнорирует. И сделает все возможное, чтобы отклонить приглашение Вирджинии по поводу ужина в их доме.

Последние секунды она думала о сыне. По крайней мере, у нее осталось хоть что-то…

Анна первая разорвала зрительный контакт и стала спускаться по лестнице. А потом стояла возле лифта, в глубине души надеясь, что Амин сейчас окажется здесь, за ее спиной. Но, слава богу, эта глупая надежда не оправдалась. Она вошла в лифт в полном одиночестве, и он поехал на ее этаж.

Придя в номер, первое, что она сделала – скинула туфли и поморщилась. Прошла к окну и забралась на большой подоконник, поджав под себя ноги. Одна звезда, упавшая с самолета, прилипла к окну. Девушка улыбнулась. Хотя чему удивляться, весь город усеян ими. Но эта звезда напоминала Амина и тот момент, когда они стояли рядом друг с другом, молча наблюдая за шоу.

Анна позвонила Милене, как раз в Сан-Клементе утро, и все проснулись. Хотелось бы услышать голос Даниэля.

– Ма-а-ам, – произнес он в трубку, – я скучаю.

– И я скучаю, родной. – На глазах появились слезы. – Очень сильно. Люблю тебя.

– И я. – В трубке раздался звук поцелуя.

После разговора с Миленой стало легче. Все у них в порядке. Они с Джеком справлялись очень хорошо.

– И не торопись, – успокоила Милена, – если Ричард хочет остаться в Дубае, останься вместе с ним.

– Конечно, – согласилась Анна.

Распрощавшись со свекровью, она решила позвонить Люсинде. Та уже оборвала телефон, прислав десять сообщений.

– Как ты? – крикнула она в трубку. – Разбудила «зверя»?

– Какого «зверя»? Я не собиралась этого делать.

– Ну ты видела Амина? Как он отреагировал? Подошел к тебе? Сказал что-нибудь?

– Нет, ничего не сказал, – пожала плечами Анна, как будто Люсинда это видела, – но я приехала не для восстановления связей. И не за тем, чтобы его простить или сочувствовать! Мы увиделись, и на этом точка.

– Так скучно? – не поверила Люсинда.

– А тебе нужен финал с фейерверками?

– Ну хотя бы со словами сожаления. Не спросил, как ты? Каково тебе было рожать от него…

– Люсинда, Люсинда, – оборвала ее Анна. – Он спросил, как я, но это ничего не меняет. Знаешь, что я сейчас хочу?

– К нему?

Анна замолчала, даже представила это, но отогнала видения прочь.

– Нет! Я хочу домой. И мы могли бы улететь хоть завтра, но Ричард…

– Что он опять придумал?

– Хочет остаться, потому что вырисовывается очередная сделка.

Люсинда цокнула языком и недовольно пробурчала:

– Ему брак надо спасать, а он опять за старое?

– К чему про брак? Ричард уверен в себе и в ситуации. И я тоже уверена в себе, Люсинда. Все очень изменилось. Ты бы видела, какая у Амина красивая жена! Глаз не отвести.

– Кто от нее не мог отвести глаза? Ты? Или Амин?

Вспомнились последние секунды в зале, когда они посмотрела друг другу в глаза. Зафира стояла рядом, но Амин смотрел совсем в другую сторону.

– Неважно. Пожалуй, на сегодня с меня достаточно. Завтра встреча с его сестрой и с ее мужем. Потом проведу день в номере и больше никуда не выйду.

Анна отключила телефон, еще какое-то время сидела на подоконнике и смотрела на ночной Дубай. Звезда трепетала на ветру, но не хотела отлипать от стекла.

Ричард пришел через пару часов. Воодушевленный и окрыленный новыми идеями, он быстро развязал галстук и снял пиджак.

– Очень полезный вечер! Я еще переговорил с представителями «Аэрбас». Если бы мне Амин посодействовал в этом, я был бы рад. Но просить его не буду, сама понимаешь. – Он окинул ее презрительным взглядом. – А ты как провела вечер? Не очень, как я погляжу.

– А как, по-твоему, я должна была провести его?

– И то верно, твоему любовнику нет до тебя дела. Он занят женой и работой. Надо отдать ему должное, он быстро распрощался с прошлым.

– Я тоже его уже не помню, – солгала Анна, понимая, что Ричард провоцирует ее на конфликт. Но она не глупа, поэтому не повелась на провокацию. Правда, и Ричарда можно было понять – он обижен. Каково ему сегодня было смотреть в глаза бывшему любовнику жены? Это тоже непросто! Обида, которая топила его все эти годы, вырывалась наружу. Анна это наконец поняла, потому что ощущала нечто подобное.

Сегодня она тоже это поняла – она была обижена на Амина. Умом она понимала, что Амин – жертва обстоятельств и его загнали в тупик. Но сердце! Сердцем она чувствовала обиду. Обычная человеческая обида.

– Жена у него красивая, – задумался Ричард, – тут ничего не скажешь. Очень стройная, высокая, идеальная.

Зачем он это говорил? Даже имея любовника, Анна никогда не позволяла себе хвалить его при муже. А сейчас… Возникло ощущение, что Ричард делал это специально, чтобы позлить. И у него получалось! Слезы подступили к глазам, Анна вскочила с кровати и скрылась в ванной. Стояла напротив зеркала, зажав рот рукой, а хотелось орать. Она подавляла крик, но слезы невозможно было подавить. Это были слезы обиды. Ричард дал понять, что таким, как она, нет места рядом с таким мужчиной, как Амин? Или он дал понять, что Анна уже не красива? Но что бы он не имел в виду, она должна была успокоиться и не показывать, что расстроена его словами.

Тяжело выдохнув, она убрала руку от губ и взглянула на свое отражение. Она однозначно не так красива и старше Зафиры. А еще родила, стала матерью, грудь стала больше, взгляд уставший… Но, вспомнив сына, Анна улыбнулась сквозь слезы. Оно того стоило.

* * *

Сания прислала сообщение Амину, когда он с Зафирой возвращался домой. Амин открыл его, и свет от экрана привлек внимание жены.

Сания: Я все сделала, как ты просил. Завтра в «Дубай-Молле», время сообщу заранее.

На губах Амина заиграла легкая улыбка. Он быстро написал ответ.

Амин: Я куплю тебе платье из золота!

Сания: Купи его жене, может, когда увидишь на ней, тебе пойдет на пользу. Кстати, Рамиль и Ричард будут с нами.

Амин отвлекся от телефона, явно думая, что ответить.

– Любимый, кто тебе пишет в такой час?

– Это Сания, – Амин взглянул на Зафиру. – Подшучивает надо мной, обычные шалости брата и сестры.

Он снова стал набирать текст.

Амин: Оставьте их в кофейне, сами идите по магазинам. Как только я буду в центре, я дам тебе знать. Буду ждать время. На пользу мне пойдет эта встреча!

Он отправил сообщение, и оно улетело адресату.

Сания: Удали переписку.

И Амин тут же стер все сообщения. Какая его сестра осторожная. Раньше такой не была. Замужество очень ее изменило. Но она по-прежнему его сестрица, которая придет на помощь в любой ситуации.

Пришло еще одно сообщение от нее.

Сания: Готовься к тому, что шансов на разговор у тебя один на сто.

Амин снова улыбнулся.

Амин: У нее не будет выбора, придется слушать.

Отослал сообщение, убрал телефон в карман и откинулся на спинку кресла. Машина уже подъезжала к дому. Надим, его водитель, выбрал короткую дорогу, чтобы доставить хозяев как можно быстрее.

Зафира просунула руку под локоть Амина и опустила голову ему на плечо. Ее пальцы переплелись с его пальцами, и он проследил за этим действием. Скорее всего, жена хотела внимания. Но его внимание было далеко отсюда, пришлось взглянуть в окно и оценить расстояние до дома. И в данную минуту хотелось остаться одному. Без прикосновений, в молчании, чтобы его никто не трогал. Этого одиночества не хватало. Амин устал от людей и их внимания.

Дома, стоя под струями прохладной воды, он размышлял, о чем вообще пойдет разговор. О чем он хочет поговорить с Анной? Что он может ей предложить? Продолжать любить? Услышать, как она скучает? Или озвучить то, как ему плохо без нее? Пожалуй, слов слишком много накопилось за эти годы. Но иногда слова ничего не стоят! Можно молчать, и взгляд скажет больше.

Пока Амин был в душе, Зафира взяла его телефон. Но кто его может разблокировать? Ей не понравилось, что он улыбался, когда переписывался с Санией. Хотя не в улыбке дело, в его взгляде! То, что было там написано, он хотел видеть! Ее муж был полностью увлечен темой переписки. И да, Зафира ревновала его даже к сестре. Она осознавала, что это глупо, но зато честно! Его внимание должно принадлежать только жене.

Она покрутила телефон в руках, но тот требовал пароль. Три раза наберет неверно, и он заблокируется напрочь. А так хотелось узнать, что же вызвало столько эмоций у Амина. Но увы… Девушка положила телефон на тумбочку, из ванной вышел Амин. Она успела и поэтому улыбнулась.

* * *

Вирджиния сидела у зеркала, готовилась ко сну. День был очень насыщенным, но она с улыбкой вспоминала праздник. Сколько внимания получил Амин. Какая гордость распирала ее за сына! Даже не верилось, что он стал настоящим мужчиной, получил статус в жизни, так умело вел бизнес. А ведь ему всего лишь двадцать восемь. Но он прирожденный бизнесмен.

Саид присел на кровать, уже готовый лечь спать. Этот долгий день тоже утомил его.

– Этот юбилей надолго останется в памяти. – Джини обернулась к нему. – Карьера нашего сына началась с успеха.

– Да, хайяти, – улыбнулся он, – я горд Амином. Он держался молодцом, и я могу точно сказать, что на публике он в своей среде. Прессу любил мой отец. Как жаль, что он не дожил до этих дней.

Вирджиния тепло улыбнулась и села рядом с мужем, ладонью касаясь его руки.

– Мухаммед точно знает, что его внук лучший лидер.

Саид прижал жену к себе и задумался. Как хорошо, что все так удачно сложилось.

– У Амина сильная поддержка, – произнес он. – В моем случае надо было выводить компанию из застоя. А я оставил сыну развитое предприятие.

– Ты был прекрасным руководителем. – Она поцеловала мужа в щеку. – Я тут подумала, раз Ричард Арчер приехал сюда, то стоит позвать его к нам на ужин. Как ты считаешь?

Саид слегка отстранился, а потом и вовсе встал. Налил себе воды из графина и сделал глоток. Такая его реакция слегка озадачила Вирджинию. Но она ждала ответ, который он озвучил:

– Хайяти, любимая, все мы знаем, что было три года назад. Не думаю, что будет уместным приглашать эту девушку в наш дом. Амин – женатый человек, и не стоит вспоминать прошлое. Пусть живет будущим.

– Но, Саид! – возмутилась Вирджиния. – Что скажут Милена и Джек? Что мы не пригласили их детей к нам… Так нельзя!

– На месте Ричарда я бы уехал, как можно скорее. – Он задумался. – Но Ричард очень странный. Честно говоря, я не знаю, в курсе ли он всего, что натворила его жена, такое не прощается… Но скорее не в курсе. Я слышал, что он затеял сотрудничество с Рамилем.

– С Катаром? Амин знает?

– Кажется, наш сын и свел Ричарда с ним. Но что за этим всем скрывается, я не могу понять.

– Это объяснимо, ведь Катар теперь наш союзник, сам Рамиль скоро начнет управлять авиакомпанией. Если Ричард хочет привлечь Катар на рынок Америки, то это его право. Он не подставляет Амина.

– Многие вещи, которые творит Амин, мне непонятны. И мое отношение к Катару осталось неизменным. Я всегда был против, чтобы переманивать конкурентов на свою сторону, – возмутился Саид, прекрасно помня о том, как того же самого добивался его отец и пытался женить Саида на Дамире, матери Рамиля. Слава Аллаху, он выкрутился, но теперь сын прет напролом и идет прямо на сотрудничество с конкурентом. Да еще и сестру замуж выдал так, как выгодно ему. Хотя Сания особо не сопротивлялась. – А теперь этим самым конкурентам, которые уже союзники, он пихает Ричарда. Что хочет Амин? Пусть бы авиашкола была только под эгидой Arabia Airlines. К чему Катар?

– Задай этот вопрос сыну. Он поступает так же, как бы поступил твой отец. И он никого не слушает.

– Вот именно, – буркнул Саид и лег в кровать. – Он делает что хочет. Поэтому его надо держать подальше от соблазнов творить странные вещи. Не приглашай Арчеров, нельзя давать нашему сыну видеться с этой девушкой. Я, конечно, ему доверяю, но мало ли! Спокойной ночи, хайяти.

Саид выключил светильник на своей половине и укрылся одеялом. Вирджиния задумалась, вспоминая минувший день и Анну. У нее ребенок от Ричарда. Если Амин последует велению своего не остывшего сердца, то тогда она подумает. Дети для женщины – это священный мир, в который они не пустят то, что его разрушит.

Глава 9

Зафира накрывала стол к завтраку, когда Амин быстро спустился по лестнице и на ходу схватил манакиш с сыром.

– Доброе утро, я опаздываю, – произнес он, укусил манакиш и положил его обратно. – Съемка самолетов на базе. Позавтракаю в аэропорту, а может, схожу куда-нибудь.

Девушка проводила его озадаченным взглядом, не ожидая такого. Вчера он не сказал ей об этом.

– Любимый, а почему ты не сказал, чтобы я разбудила тебя раньше? – Она пошла за ним до самых дверей. – Ты же голодный!

Он голодный, но не в еде дело! И встал он раньше, но не для того, чтобы завтракать.

– Не переживай за меня, до вечера!

Амин открыл дверь, буквально налетая на своего водителя.

– Сэр, машина готова.

Это он тоже не заказывал. Зачем ему все эти лишние услуги? Ехать на рабочей машине Амин не мог. Как он поедет на ней в торговый центр? И машина должна быть неприметная. Амин задумался: это, конечно, должна быть не «Бентли» и тем более не «Бугатти Вейрон». Белая «Тойота Лэнд Крузер» отлично подойдет.

– Надим, я сегодня поеду на своей машине. А ты оставайся здесь, вдруг понадобишься Зафире.

Водитель кивнул, соглашаясь. Но при этом посмотрел на девушку, которая вышла на крыльцо. Она явно была удивлена такой перемене. Амин, конечно, иногда ездил на своей машине, но все же чаще на работу его возил Надим на престижном авто – черном «Мерседесе». Кто знает этих мужчин, возможно, Амин решил пригнать к самолетам «Бугатти»? Но когда из гаража выехала белая «Тойота», Зафира пришла в замешательство. И муж ее даже не поцеловал, не обнял! К завтраку не спустился. Чем он вообще занимался все утро?

Недовольная, она зашла в дом и закрыла за собой дверь.

Амин мчался по городу, а его телефон разрывался. Звонил Абдул, сказать, что люди с камерами начинают собираться. Звонил финансовый директор, который требовал договор на лизинг двух самолетов. И это генеральному директору-то! Амин решил, что уволит его первым. Хотя финансист он хороший. Ладно, подумает. Звонили из Центра планирования полетов, чтобы сообщить о полном закрытии аэропорта в Иране.

– Мы останавливаем рейсы полностью, – сказал директор Центра. – И у нас еще будет проблема. Я могу к вам подойти?

– Дайте мне доехать до офиса, – произнес Амин и отключил абонента, но телефон тут же стал звонить снова. На сей раз это был Абдул.

Поэтому на работу Амин предпочитал ездить с водителем. Не надо следить за дорогой и можно спокойно отвечать на звонки. Но сегодня особенный день… Он подумал об Анне, и мир будто замер. Звонки перестали раздражать, он их даже не слышал. Если надо было бы идти пешком, он бы пошел.

Амин только переступил порог своего кабинета, как тут же на него обрушился вал проблем. Но первым был директор Центра планирования полетов Мансур.

– Про рейсы я помню. – Амин схватил документ, который тот ему протянул. – А это что?

– А вы почитайте! Амин, я за свою жизнь видел многое, но такое впервые! Это уголовное дело!

Мансур был так возмущен, Амин видел впервые его таким. И речь про уголовное дело – уже не нравилось начало.

Взгляд генерального директора опустился на документ. Амин читал рапорт, нахмурив брови, а потом, шокированный, взглянул на Мансура.

– Это шутка?

– Нет!

– Вы хотите сказать, что кто-то разбавил топливо в одном из самолетов? Почему об этом меня уведомляете вы? Где технический отдел?

– Техники в курсе, они взяли пробы. Принесли мне рапорт, чтобы я решал, пускать воздушное судно в рейс дальше или нет. Но без вашего решения я ничего не могу сделать.

Амин тоже с таким столкнулся впервые.

– Откуда они прилетели и куда полетят?

– Они прилетели из Каира, отправляются в Джакарту через час. Регистрация уже почти закончена. Если мы сейчас их не пустим, а это «Дримлайнер», там почти триста человек…

Двое мужчин переглянулись между собой. Мансур намекал, что задержка рейса обойдется авиакомпании в определенную сумму.

– Триста трупов мне тоже не нужны. – Амин поднял документы на уровне глаз Мансура и кинул на стол. – Пойдемте к самолету, и вызовите мне пилотов, которые управляли им из Каира. Где заправляли самолет? Это наше топливо?

– Была заправка в Каире.

Амин тут же вышел из кабинета и направлялся к лифту, чтобы спуститься в терминал. Мансур еле поспевал и при этом отвечал на вопросы генерального директора. Как только Абдул увидел лицо Амина, решил пойти за ними. Амин к нему обратился тоже:

– У нас чрезвычайное происшествие. Скоро должна прийти пресса. Они хотели делать снимки. – Он разозлился и зажмурился. – Сделай так, чтобы ни одна муха не узнала деталей.

– Будет сделано, сэр, – кивнул Абдул.

Амин стукнул по кнопке лифта, и тот остановился, так и не доехав. Он обратился уже к обоим мужчинам:

– Все бортовые документы я жду в кабинете, как и пилотов. Пусть техники проверят топливо еще раз. Свяжитесь с Каиром и передайте наш запрос о проверке их топлива. Также проверьте наше. Дальше будем решать. И все делать тихо, прессы сегодня будет много.

Амин снова нажал кнопку, и лифт поехал. Абдул успел все записать.

Генеральный директор, Мансур и помощник направлялись к выходу на самолет. Амин не так часто ходил по зданию аэропорта, но здесь его прекрасно знали. Такого красивого араба сложно было не заметить. К тому же от него веяло силой и властью. Вот и сейчас его провожали взглядом пассажиры и сотрудники аэропорта. И если пассажиры, возможно, не знали самого главного человека авиакомпании, которой они летели, то сотрудники знали хорошо.

– Выход девятнадцать, – рукой указал Мансур.

Первое, что увидел Амин, – люди, ожидающие этот рейс: женщины и дети, старики и мужчины. Это были люди! Но он еще не решил, что с ними делать. Для начала стоило переговорить с капитаном.

Амин приложил бейдж к двери, и та распахнулась, впуская его на телетрап. Он шел быстро, наверное, пилоты испугаются из-за его прихода. Как обычно, вид начальства заставляет трепетать. Техники точно не ожидали. Как только Амин их окинул суровым взглядом, они тут же собрались и перестали играть в телефонах.

Когда Амин вошел в кабину к пилотам, то первое, что он сделал, – поприветствовал. Сам капитан был уже в возрасте его отца, а значит, со стажем. Второй пилот выглядел моложе.

Техники зашли следом, получив укор от Мансура насчет телефонов:

– Это конфиденциально, – пригрозил он. – Если новость просочится, полетят головы. Ваши для начала. Уберите свои телефоны!

Но они уже поняли, что дело серьезное, если сам генеральный здесь.

Тем временем пилоты объясняли Амину и показывали летные журналы.

– Насколько такое опасно? – поинтересовался он у капитана.

– Разбавленное топливо влияет на все системы, но больше затрагивает двигатели. Снижает надежность работы впоследствии. Получается, если вливать такое на протяжении долгого времени, то происходит быстрый износ. Но и гарантии я не даю, что все пройдет штатно.

– Я понял, – Амин кивнул. – Отбуксируйте самолет в ангар, не будем занимать стоянку.

И потом обратился к начальнику Центра планирования полетов:

– Выводите это судно из эксплуатации. Пусть проверят каждую деталь. Каждую! Даже если на это уйдет полгода! А сейчас вы проверите топливо на всех воздушных судах, – Амин указал пальцем в иллюминатор, – на каждом! Никто не улетит до тех пор, пока я своими глазами не увижу, что он имеет чистое топливо. На этом месте через пятнадцать минут должен стоять сменный борт в Джакарту. Не заставляйте людей ждать! Работайте! А я жду отчет по топливу в Каире.

Он вышел из кабины, следом за ним шагал Абдул, делая заметки. Все выдохнули, но зато дело прояснилось.

Их дальнейшая работа Амина уже не касалась. Он ждал только отчеты и пилотов, которые летели этим рейсом из Каира.

– Что по Ирану? – напомнил еле поспевающий Мансур. – Рейсы отменяем. А что с людьми?

– Отменяем и возвращаем полную стоимость билетов, – нахмурился Амин и ощутил вибрацию телефона. Он достал его на ходу из кармана кандуры – пришло сообщение от Сании.

Сания: Мы в торговом центре. Пьем кофе в «Арабике» на первом этаже.

Амин: Напишу тебе, когда буду на месте.

Теперь надо было еще успеть в «Дубай-Молл», но сначала сесть и подумать, не забыл ли он чего-нибудь. Факт, что топливо разбавляют, ошарашил. Неожиданный подарок на юбилей.

– Каир, – прошептал Амин, когда сидел в своем кресле. Если топливо разбавляют в Каире, то молчать Амин не станет. Он это дело не замнет. Это авиационное происшествие. Кстати, ремонт тоже на них повесит! Если дело в топливе Дубая… Вот об этом не хотелось думать. Это даже представить было сложно.

* * *

Анна и Ричард встретились с Санией и Рамилем на первом этаже торгового центра «Дубай-Молл» в кофейне, где решили позавтракать.

– Если вы не против, мы с Анной сядем отдельно, – предложила Сания. – Ваши мужские дела нам неинтересны, мы хотим поговорить о женском.

Ричард не был против. Он ждал всю ночь, чтобы обсудить сотрудничество с Катаром.

– Может, Arabia Airlines позволят катарским авиалиниям пользоваться их терминалом в Лос-Анджелесе?

– Мы с Амином на стадии переговоров, но думаю, это не будет проблемой, – отвечал Рамиль. – Если он позволит обучать мой персонал на своих тренажерах в твоей школе, то мы заключим сотрудничество. Кстати, можно будет съездить в Катар. Как раз посмотришь на нашу авиакомпанию.

– Я бы с радостью. – Ричард был только рад.

И пока мужчины разговаривали о работе, девушки болтали о жизни.

– Ты счастлива? – спросила Сания. Она сидела напротив Анны и касалась пальцами маленькой чашки с эспрессо. Рядом у обеих стояли тарелки с выпечкой.

Анна не знала, о чем осведомлена сестра Амина. И к чему вопрос про счастье?

– Счастье – понятие относительное. У меня есть сын, и я счастлива. В моей жизни все стабильно хорошо, и это тоже говорит о счастье.

Сания тепло улыбнулась.

– Сразу видно, как ты любишь своего сына. Дети делают нас счастливыми, это правда.

– У тебя есть дети, Сания?

– У меня дочь Марьям. Наш первенец, но она не принадлежит семье Шараф аль-Динов. Ты же знаешь, что мы с мужем живем в Катаре? Это долгая история.

– Хотелось бы ее послушать. – Анна говорила все это, но на самом деле она желала узнать о детях Амина, о которых ничего не слышала. Но раз Сания говорит, что ее дочь – первенец… Первый ребенок у Шараф аль-Динов?

– У Амина нет детей, – как почувствовала этот немой вопрос Сания. – Аллах дает их тем, кто заслуживает. Видимо, Амин не заслужил. Как бы это печально не звучало.

Анна спокойно выдохнула. Значит, у него и Зафиры нет детей. Действительно странно, если учитывать, что браку уже два с половиной года.

– Все впереди. – Она натянула улыбку. Надо было показать, что тема с Амином ее не интересует. Но отчасти это было правдой, хотя про детей знать хотелось.

– Ну что, – Сания поднялась, – оставим мужчин и пройдемся по магазинам?

– С удовольствием. – Анна тоже поднялась, и Сании вдруг стало жаль ее. Может, не стоит Амину ворошить прошлое? Девушка же созналась, что счастлива. Зачем бередить сердце? Прошлое ушло, и обратной дороги нет. Хотя, зная Амина, он проложит эту дорогу. Но, с другой стороны, кто она такая, чтобы распоряжаться судьбой брата. Правда, Амин теряет голову при каждом упоминании об Анне. Сания еще помнила, с какой болью в сердце он женился на Зафире.

– Дорогие наши мужья, – обратилась Сания к мужчинам, отвлекая их от разговора, – мы уходим. Вернемся с покупками.

Но она сомневалась, что покупки действительно будут. После того как сюда ворвется Амин, Анне станет не до покупок.

– На второй этаж? – предложила она Анне, и та кивнула.

Девушки поднялись на второй этаж и зашли в первый магазин одежды.

– Ох, как тут много всего, – наигранно произнесла Сания. – Не торопись, смотри каждую вещь долго.

– Долго? – не поняла Анна.

– Мы же никуда не торопимся, – улыбнулась та, – весь день в нашем распоряжении.

Анна пошла бродить по магазину, а Сания достала телефон и написала Амину, что они на втором этаже, и указала для ориентира название. Не факт, что они проведут именно здесь долгое время, но хоть брат не будет искать.

Только она успела ему отправить послание, как телефон в ее руках заиграл красивую арабскую мелодию. Звонила Зафира.

– Аллах! – Сания не поверила глазам. – Тебе-то что надо?

Но пришлось ответить на звонок.

– Сания, – голос Зафиры звучал очень бодро, – где ты сейчас?

– В «Дубай-Молле». – Здесь скрывать было нечего, даже если Зафира приедет. Разговор Амина и Анны продлится ровно минуту, девушка была в этом уверена. Здесь слишком многолюдно, они не смогут поговорить. Ее брат услышит лишь от Анны негодование и уйдет.

– О, отлично! Ты одна или с Рамилем?

– С Рамилем, Ричардом Арчером и его женой Анной, если ты их помнишь. – Сания стиснула зубы и помолилась, что, назвав всех этих людей, она дала понять невестке, что у них своя компания.

– Я приеду к вам, мне все равно нечем заняться. До встречи!

Зафира отключилась, и Сания перевела взгляд на потухший экран. Прекрасно, ничего не скажешь! Но она надеялась, что Амин успеет. На всякий случай послала ему сообщение.

Сания: Зафира едет. Подумай сто раз.

Машина Амина стояла в пробке, бесчисленные звонки отвлекали. Приходилось отвечать, ведь в аэропорту чрезвычайное происшествие, а генеральный директор вообще покинул офис. Но он успевал читать сообщения от Сании. И Амин поморщился, когда она написала о приходе Зафиры. Но он не станет менять свои планы, он уже в дороге и уверенно настроен.

Амин: Я устал думать.

Он заехал на крытую стоянку, специально взглянул на ее номер – «В27». «Дубай-Молл» – самый большой торговый центр, и парковок здесь много. Много входов и выходов, множество магазинов и этажей. Но Амин хорошо в нем ориентировался, а вот для его плана этого недостаточно. Он направился по железной лестнице на первый этаж, до лифта долго идти, а дорога каждая секунда. Если Зафира его здесь перехватит, то план рухнет.

Амин вышел в просторный холл и направился к эскалаторам, уже почти ступил на ленту, но услышал свое имя.

Рамиль и Ричард пили кофе, все еще находились в кафе, обсуждали детали бизнеса. Рамиль первым увидел Амина.

– Это Амин! – Он кивнул в сторону эскалаторов. – Что он здесь делает в такой час? Амин!

Ричард напрягся. Если уж Рамиль удивился этой встрече, то взгляд Ричарда пробежался по второму этажу в поисках своей жены. Это получилось непроизвольно.

Амин обернулся, про себя произнеся имя Аллаха, и взглянул на часы. Телефон в его кармане разрывался от звонков. Пришлось подойти к мужчинам и даже улыбнуться.

– Рамиль, салам! – Он протянул им руку. – Ричард!

– Что ты здесь делаешь в такой час? – удивился муж Сании. – Выпьешь кофе?

– Я опаздываю в офис, решил заскочить в часовую мастерскую, часы встали. – Амин окинул Ричарда взглядом. – Вы уже обсуждаете сделку?

– Без тебя мы ничего не можем обсуждать, – вставил Рамиль. – Нам бы надо собраться всем вместе и переговорить. А пока я предлагаю Ричарду поехать в Катар. Пусть посмотрит на мою авиакомпанию.

– Отличная идея, – кивнул Амин. – Каждый ведет бизнес по-своему. Ричарду будет интересно.

– В Дохе мы с Анной еще не были, обязательно поедем, – произнес Ричард, специально делая акцент на ее имени. Имени его жены, которая была любовницей этого араба.

– Конечно, – слегка улыбнулся Амин, встречаясь в схватке взглядами с Ричардом, – желаю вам приятного путешествия. А сейчас прошу меня простить – время не ждет.

Он кивнул мужчинам и быстрым шагом преодолел расстояние до эскалаторов. Ступил на ленту, доставая телефон и просматривая сообщения от Сании. Она писала, в каком магазине сейчас находятся. Волновался ли он? Скорее это был уже вызов самому себе! Сейчас от Анны многое будет зависеть.

Как только он поднялся на второй этаж, взглянул вниз – Ричард все еще следил за ним.

Амин лишь улыбнулся, пусть следит, он все равно ничего не увидит.

Далее пошли магазины. Амин шел быстро, читая вывески и искал тот самый. Зашел в него тогда, когда Сания, увидев брата, схватила первую попавшуюся вещицу и направилась в примерочную. Магазин пустовал без покупателей. Но даже если бы здесь собрались все жители Дубая, он бы не отступил от своего плана.

Анна стояла за рейлами, пальцами проводя по одежде. Смотрела блузки, кофты. Отодвигала их, чтобы лучше увидеть. Была спокойная, расслабленная. Куда ей торопиться? Она заставляла себя переключиться на шопинг, и, кажется, это получалось.

Она раздвинула вещи, чтобы лучше их разглядеть, не снимая, но с другой стороны на нее смотрели голубые глаза Амина. Он раздвинул вещи шире, чем напугал ее. Она бы вскрикнула, но вовремя опомнилась. Даже слов не было, она замерла, не понимая – это явь или сон?

– Нам надо поговорить, – тихо произнес Амин. – Крытая парковка «В27», отсюда на лифте, двумя этажами ниже, потом налево. Я буду ждать в большой белой «Тойоте».

Он задвинул вещи, скрывая себя и оставляя Анну с выбором или без него. Вышел из магазина так же быстро, как и появился. Специально направился к эскалаторам и посмотрел на Ричарда. Вновь улыбнулся и махнул рукой.

Анна стояла словно пораженная громом. Застыла посреди вещей, стараясь не дышать, но боясь задохнуться. Что это было? Ну уж нет! Она не пойдет! Точно не пойдет к нему! Им не о чем разговаривать! Все было сказано три года назад.

Глава 10

Сания вышла из примерочной, оценивая обстановку. Анна стояла одна возле рейлов с одеждой и смотрела на выход. А где Амин? Она же видела брата, он зашел в магазин. Почему так быстро вышел? Или разговор заключался лишь в двух фразах?

– Анна, мне кажется, здесь ничего интересного? – Сания положила вещь и подошла к девушке. Та была бледная, взгляд рассеянный, Амин точно здесь был! Теперь она не сомневалась. – Ты в порядке?

– Я в порядке. – Анна пришла в себя, а в голове крутились слова о парковке. Но нет! Нет и еще раз нет! Она не пойдет туда, пусть ждет ее хоть вечность! – Пойдем в другой магазин?

– Конечно, – улыбнулась Сания. – Если подняться выше, то там будут магазины с детскими вещами. По ним можно гулять бесконечно.

Это прекрасная идея! Быть выше от парковки! Анна сейчас бы поднялась на крышу!

Они вышли и направились вдоль магазинов. Руки Анны дрожали. В горле пересохло. Дыхание стало сбитым и частым. О чем Амину с ней разговаривать? О жизни? О том, как ему прекрасно жилось с красавицей женой? Зачем ей это знать?

Сания что-то говорила, но девушка витала в своих мыслях. Разговор не удерживал внимание. Оно было направлено на лифт! А что, если пойти и просто сказать, чтобы он ее больше не беспокоил? Она знала Амина, если она не поговорит с ним сейчас, он будет ломиться во все двери.

– Ты иди, – обернулась она к Сании, – а я схожу в туалетную комнату. Найду тебя на третьем этаже в детском отделе.

– Там тоже есть туалетные комнаты, – начала объяснять Сания и тут же все поняла! Аллах, Аллах! Ее братец не так глуп, чтобы разговаривать посреди зала магазинов. Он позвал Анну в более укромное место. – Конечно, я подожду тебя в детском отделе.

Она улыбнулась и направилась к эскалаторам. Анна смотрела ей вслед и не могла решиться. Там, внизу, Ричард! А еще ниже Амин! Ждет ее!

– Какая же я дура, – простонала Анна и нажала кнопку лифта.

Двери тут же распахнулись, и девушка зашла внутрь. Пока ехала, убеждала себя в том, что это максимум разговор на три минуты. Даже меньше! Выскажет ему негодование и уйдет! Да, именно так и поступит.

Когда Анна ступила на бетон темной парковки, ее сразу обдало жаром с улицы. Здесь не было кондиционеров. Но, может, ей стало душно от волнения?

«Налево» – Амин так ей сказал, и она повернула налево, увидев его машину. Среди всех машин, что тут находились, эта единственная стояла к ней багажником и была заведена.

Дыхание участилось, хотя казалось, что сильнее уже некуда. Еще чуть-чуть, и сердце выпрыгнет наружу. Но она шла. Каждый шаг эхом отражался где-то внутри.

Задняя дверь открылась специально для нее. Когда Амин увидел ее в зеркале заднего вида, то потянулся назад и дернул за ручку, приоткрывая дверь. На заднем сиденье ее никто не увидит.

Анна села, захлопнула дверь. Это получилось непроизвольно. Но, услышав звук блокировки дверей, пришла в ужас. Машина рванула с места так быстро, что девушку прижало к сидению.

– Что ты делаешь? – крикнула она. – Выпусти меня отсюда!

– Мы поговорим, потом я тебя сюда привезу, – спокойно ответил Амин, но даже не обернулся, их взгляды встретились в зеркале.

– Сумасшедший! Останови машину, я не хочу с тобой никуда ехать! Останови…

– Когда мы приедем, я открою дверь. – Амина привлек звонивший телефон. Ну конечно, его же нет на работе, а там полный хаос!

Анна схватилась руками за спинки двух передних сидений и подалась вперед, чтобы он лучше слышал. Но встретилась с арабским запахом и с тем, что Амин нажал кнопку входящего вызова перед собой на панели. Она бы крикнула, но решила, что будет неуместно кричать в телефон.

Он говорил на арабском с мужчиной, а она опять откинулась на спинку кресла и схватилась за грудь. Он ее похитил! Похитил из людного места, и куда везет – одному богу известно! Что скажет Сания? Ведь она будет ждать! А Ричард? Подумав о Ричарде, Анне подурнело. Зачем она пошла и села в машину?

Амин разговаривал по телефону очень эмоционально. Его арабский кружил голову больше, чем все его поступки. И этот запах… Его запах… Анна зажмурилась, и как только Амин отключил абонента, пришла в себя.

– Останови машину! – рявкнула она. – Зачем куда-то ехать, можно было говорить на парковке.

– При камерах? – спросил он, и машина встала в пробке. – Аллах! Ну поезжайте уже!

– Амин, я очень прошу, высади меня где-нибудь, я возьму такси. Разойдемся по-хорошему.

Он усмехнулся, слегка обернувшись к ней. Их взгляды встретились: ее испуганный и его решительный. Если бы можно было бы увезти ее на край света, он бы так и сделал.

– Ты меня боишься?

– Я? Тебя? Скорее меня бесит вся эта ситуация!

– Сколько меня всего бесит, ты даже не представляешь.

Снова раздался звонок, Анна выдохнула и прижалась к спинке кресла. За тонированными стеклами ее видно не было – умно придумал! А она повелась.

Теперь Амин говорил на английском, и пришлось слушать этот разговор.

– Амин, сэр, два борта прошли проверку, все чисто, – говорил мужской голос по громкой связи.

– Выпускайте их.

– У нас колоссальная задержка, я боюсь, что вам скоро позвонит начальник аэропорта. Или придет. Вы на месте?

– Пусть звонит, я не в офисе, но на связи. Без меня ничего не говорите, это наши борты. Я сам его проинформирую. Соберите всех наших директоров, я буду через пару часов. Может, чуть больше.

Амин выключил абонента, выруливая на более узкую дорогу.

– Два часа? – Анна пришла в шок. За два часа Ричард устанет пить кофе и спохватится ее. – У меня нет столько времени.

– Я говорил о своем времени. Уже скоро приедем.

Он явно выехал за город, потому что показались пески и одиночные дома. Уже не было видно высотных зданий.

– Анна, – произнес он ее имя и улыбнулся. Девушка перевела на него недовольный взгляд, уже смирилась с неизбежным и больше не кричала. Амин взглянул в зеркало заднего вида, вновь встретился с ее взглядом. Но она отвела глаза, разрывая этот контакт. – Аллах меня наказал тобой. У меня на работе такой хаос, ты себе даже не представляешь, а что делаю я?

– Я тебя не просила себя похищать. Это была твоя идея.

– Но ты же не стала бы говорить со мной.

– Я с тобой и не хочу говорить. Это твоя идея с разговорами.

– Да, – согласился он, и снова раздался звонок.

Эти звонки даже Анну уже напрягали. Опять послышался арабский язык, и девушка посмотрела в окно. Теперь она поняла, что значит иметь такую высокую должность. Но если Амин позволил себе уехать из офиса в такой момент, то явно не просто так.

Они ехали к Персидскому заливу, который виднелся вдалеке. Поблизости никого! Ни домов, ни дороги, которая закончилась, и машина ехала по песку. Это, конечно, был не такой песок, как в пустыне, но покачало знатно.

Машина остановилась, разговор по телефону прекратился, и девушка услышала, как щелкнула блокировка дверей. Путь к побегу! Она распахнула дверь и вырвалась на свободу. Только бежать было некуда, пришлось прижаться к машине и пытаться взять себя в руки, чтобы хватило сил выдержать этот разговор. О чем он будет вообще?

Амин обошел машину, направляясь к Анне, и замер в паре шагах от нее. Любовался ею. Даже новая прическа никак не портила воспоминания.

– Вчера я понял одну вещь, – начал говорить он, и девушка подняла на него глаза. Как хорошо, что он не подходил близко. Сейчас перед ней стоял все тот же Амин в белоснежной кандуре, голова прикрыта куфией, края которой умело намотаны и перекинуты назад. Это все тот же Амин, который однажды сказал ей, что все закончилось. Она знала другого Амина, любила совсем в другой одежде – в обычной белой рубашке он не был таким суровым и гордым арабом. – Анна, три года вдалеке от тебя – слишком большой срок. Если это была часть плана Аллаха, я принимаю его. Но если в его план входит держать меня вдалеке от тебя еще хотя бы месяц, то я сойду с ума. Это мучительно и больно. Если ты думаешь, что я жил все эти годы, то знай, я умер ровно тогда, когда сделал тебе больно. И все это время я не помнил ни одного дня, они были бесцветными. Время сделало меня более жестоким к любым чувствам. Но точно знаю лишь одно… – Он сделал два шага к ней, оказался рядом, обнял, касаясь губами ее щеки. – Я все так же люблю тебя, кальби. Время над этим чувством не властно.

Она была снова в его руках… В его крепких руках, о которых старалась забыть, но которые помнила против воли. Он говорил ей о любви, а она старалась о ней не думать. Уже забыла, что значит любить. Но сейчас… Стало так страшно… Вспомнились слова Люсинды о звере… Нельзя будить.

Анна попыталась вырваться из рук, Амин не стал сопротивляться, отпустил ее.

– Все кончено, Амин, – прошептала она. – Назад дороги нет. Каждый из нас пошел своей. Не стоит ничего менять, если ты клонишь к этому.

– Я понимаю тебя, понимаю все, что ты чувствуешь. Но и ты пойми меня, я был загнан в тупик. В определенный момент жизни мне не дали право выбора. Эта стройка… Эти вложения! Точно так же было больно мне. Но если это плата за грех, то она жестока. Отпустить тебя, сломать своими словами. Мне тоже было больно.

Анна зажмурилась, не желая больше ничего слушать. Но ведь перед ней Амин, который просто так не отпустит.

– Ты никогда не узнаешь, что чувствовала я, – прошептала она, вспомнив, как собирала себя по кускам, – потому что это не поддается описанию. Но я никогда не винила тебя в этом. Я все понимала. В этой жизни нет сказки, есть жестокая реальность. И если это плата за наш грех, то я достойно пройду это самое испытание до самой смерти.

– Что ты такое говоришь? – Он нахмурился и снова подошел к ней ближе. Его пальцы коснулись ее лица, поворачивая к себе. Взгляды друг другу в глаза говорили больше любых слов. Она пыталась гордо смотреть на него, но Амин прекрасно знал, что скрыто за этой гордостью. – Правильнее будет остановить это испытание нам самим. Сделать то, что я не смог сделать сразу! Если ты будешь со мной, мы пройдем его вместе.

Амин не выдержал, губами коснулся ее губ, и от неожиданности Анна хотела отпрянуть, влепить ему пощечину, но рука замерла в воздухе. А потом коснулась его щеки, которую покрывала ухоженная борода. Она снова ощутила вкус его поцелуя, вспомнила эти губы, и на глаза навернулись слезы. Но это были слезы от того, что больше она не позволит себя целовать. Надо было брать себя в руки. А как это сделать, когда одна рука вцепилась в его кандуру, а второй касается его лица? Но Анна смогла, набралась силы, уперлась в его грудь, первой прервав поцелуй.

– Не надо, – прошептала девушка и отвернулась, хотя ее руки все еще касались его груди. Амин взял их и поднес к губам.

– Я люблю тебя как до облаков…

– Все кончено…

– Все только начинается, – уверенно произнес он, но она мотнула головой и убрала от него руки, давая понять, что он ей безразличен. – Давай прямо сейчас сядем в самолет и улетим? Куда хочешь! Любая страна мира, назови любую. Анна…

– Амин, – она взглянула на него глазами полными боли и слез, – все изменилось. Ты женат!

– Разведусь по дороге! Это не проблема!

– Твой бизнес! Авиакомпания и строительство, ради которого все это было задумано?

Амин поморщился, даже на пару секунд закрыл глаза.

– Я решу этот вопрос, найду выход. Но если нет, то я готов пожертвовать всем ради тебя. При разводе моя жена унаследует половину терминала в Лос-Анджелесе. Время показало, что все это неважно. Заденет гордость моего отца, но не он ли все это затеял? Уедем и забудем обо всем! И обо всех! Пусть делают, что хотят! Делят бизнес, деньги…

– Амин. – Голос Анны дрогнул. – Все не так просто, как ты думаешь.

– Что может быть сложнее, чем бросить бизнес и оставить миллиарды чужой семье?

Он пристально смотрел на нее, а она уже не знала, как противостоять. Но разве она противостояла ему? Пока еще не начинала.

– У меня есть сын, – прошептала она, и возникла пауза, но недолгая. Амин и тут не промолчал.

– Заберем его с собой.

– Ты с ума сошел? Его отец подаст заявление на меня в полицию!

– Хорошо. – Амин снова услышал звонок телефона, но проигнорировал его. – Я соберу самых сильных юристов. Они сделают все официально. Вас разведут, твой сын останется с нами. Отца он не лишится, но можно и это решить…

– Амин! – крикнула Анна. – Ты сейчас говоришь о ребенке! У него есть отец и мать! Кстати, забыла тебе сказать, что я рассказала все Ричарду!

Амин лишь пожал плечами.

– Я знаю, заметил еще вчера. А особенно сегодня. Но это и к лучшему, не надо объяснять ему второй раз.

– Сегодня? – пришла в замешательство она. – Он тебя видел в «Дубай-Молле»?

Амин слегка улыбнулся, но в его улыбке не было сочувствия. О боги! Ей срочно надо возвращаться!

– Отвези меня обратно! – Анна схватилась за ручку двери. – Я никуда не полечу с тобой! Мне было достаточно! Теперь я не предам Ричарда! Он единственный, кто остался со мной, когда ты меня предал!

– Предал… – Амин положил свою ладонь на ее пальцы, которые находились на ручке машины. – Ты права, я не попросил прощения! Строю планы, но ты меня не простила.

Амин убрал ее руку от машины и развернул девушку к себе.

– Я виноват. Я причина твоих слез. Прости меня! Что мне сделать? Вчера я подарил тебе миллион звезд, сегодня встану перед тобой на колени.

– Не стоит. Дело не в прощении! Где ты был три года?

– Там же, где и ты, – нахмурился он, – пытался жить и восстанавливался. Но если ты делала это быстрее, то у меня все происходило медленнее.

– С чего ты взял, что у меня этот процесс занял пять минут?

Амин уже выдохнул.

– Ты же родила, не я.

Эти слова шокировали Анну. Хотя доля правды здесь была! Ведь он считает, что она забеременела от Ричарда довольно быстро. Пусть так и думает!

– Да, – гордо ответила Анна, глядя прямо на него. – Ты прав! Я старалась забыть тебя быстро, и у меня получилось. И я рада этому. Поэтому не стоит ворошить прошлое. Делай что хочешь: разводись, делай детей, женись еще раз, подари компанию конкурентам, бросай все, уезжай, мне плевать! Я останусь с теми, кто был рядом все эти годы! С моими сыном и мужем! И отвези меня обратно, если не хочешь проблем с Ричардом.

Телефон опять зазвонил. Амин и представить не мог, что сейчас творится в аэропорту. Разговор затянулся. Но он и этот звонок проигнорировал.

– Хорошо. – Внезапно для нее Амин сам открыл дверь. – Сделаю, как ты скажешь. Если ты не хочешь строить жизнь с тем, кого любишь, то тот, кто любит тебя, будет строить свою жизнь без тебя.

Анна не сразу села в машину, думая над сказанными им словами. Ну как же все сложно! Но почему нельзя просто проснуться и понять, что это все происходит не с ней?

И все же она молча села в машину, Амин закрыл дверь. Было видно, что он на взводе. Ну и пусть! Девушка прижалась к спинке кресла и отвела взгляд, когда Амин сел на водительское сиденье и обернулся, чтобы выехать.

Да, он разозлился, а что он хотел? У нее теперь семья стала больше. Ребенок – это ответственность. И он это понимал.

Но когда обернулся, чтобы посмотреть в заднее окно, а она отвела взгляд, он понял, что битва еще не закончилась. Та, которая бы его не любила, никогда бы не отвела взгляда. Ведь по нему можно многое прочесть.

– Я люблю тебя, – прошептал он, – и буду ждать столько, сколько понадобится. Даже если на это уйдет вся жизнь. Даже если ты ко мне никогда не вернешься. Я буду любить за двоих, как до облаков и обратно.

Девушка закрыла глаза, чтобы он не увидел слез. Она никогда в жизни не плакала так много из-за этого мужчины!

Машина тронулась, и телефон снова зазвонил.

Глава 11

Зафира неспешно зашла в здание торгового центра, взглянула на кофейню. Выпить чашечку кофе перед тем, как встретиться с Санией? А можно позвать девушек сюда и поболтать? Она уже достала телефон, чтобы позвонить, как услышала голос.

– Зафира, Ас-саляму алейкум!

Девушка подняла взгляд, увидев Рамиля. Убрав телефон, она направилась к нему, чтобы поздороваться.

– Уа-алейкум ас-салям, Рамиль! Прекрасный день.

– Это точно! Ты знакома с Ричардом? – Мужчины поднялись в знак приветствия. Ричард лишь кивнул, потому что не знал, как вести себя с арабскими женщинами, тем более с замужними.

– Да, мы виделись вчера на празднике.

– А ты ищешь Амина? Мне кажется, он ушел. – Рамиль взглянул на Ричарда, и тот кивнул. Он точно видел, что Амин уходил, что его на тот момент порадовало.

– Амин был здесь? – удивилась Зафира. – С чего вдруг он приехал из офиса в торговый центр?

– Кажется, ему надо было в часовую мастерскую. А Сания с Анной ходят по магазинам. – Рамиль посмотрел на часы у себя на запястье. – И уже достаточно долго. Я позвоню жене, скажу, что ты здесь.

– Не стоит, – махнула рукой девушка. – Я как раз собиралась сама ей позвонить. Еще увидимся, если вы не уходите.

– Если не сложно, – встрял Ричард, – передай, пожалуйста, пусть Анна уже спускается.

– Конечно, передам.

Зафира пошла в сторону эскалаторов, доставая телефон и набирая номер Сании. Та взяла трубку быстро и сказала, где она – в детском отделе. Эта тема сейчас Зафире причиняла боль. Хотела бы она ходить по детским магазинам, выбирая вещи и игрушки для своего малыша. И тут же подумала о муже. Как Амин мог здесь оказаться посреди рабочего дня? И машину он взял без водителя, что насторожило еще утром. Как будто знал, куда и зачем поедет.

Она нашла Санию в отделе игрушек, та рассматривала маленьких зверят в коробке. Девушки обменялись приветствием.

– Ричард просил свою жену спуститься к нему. Кажется, он собрался уходить. А где она?

Сания замерла, потом поставила коробку на место.

– Где-то здесь. Мы разминулись. Я ей позвоню.

– Сания, ты видела брата? – нахмурилась Зафира. – Рамиль мне сказал, что Амин был здесь.

– Правда? – удивилась Сания. – Не видела. Прости, я позвоню Анне.

Она отошла в сторону и достала телефон. Нажала на номер, но абонент не отвечал. Даже если Амин ее завел в тайное место, то уже прошло достаточно времени для того, чтобы из него выйти. За это время можно пересечь весь Дубай! Ей самой уже надоело бродить среди игрушек.

Она набрала брата, но тот тоже не ответил.

Амин вез Анну обратно. Телефон не умолкал. Он постоянно с кем-то разговаривал. Что-то явно случилось. Анна прислушивалась к разговорам.

– Амин! – раздался голос начальника аэропорта Салиха бен Надира, мужа родной сестры Саида и тети Амина. – Что происходит? Почему у Arabia Airlines идут задержки? Ты сбиваешь нам график!

– Потому что так надо, – произнес Амин. Его руки спокойно лежали на руле, и Анна залюбовалась ими. Но тут же отвела взгляд в окно. Не будет она смотреть, и вообще ей все равно, что там творится у него на работе.

– А меня в известность ставить не надо? Задержки рейсов – это не шутки. Весь терминал забит людьми. Что мне с ними делать? Какая причина? Я надеюсь, она веская.

– Если я тебе ее озвучу, боюсь, что ты затормозишь все вылеты. Сейчас я не в офисе, но скоро буду. Абдул передал информацию по поводу собрания?

– Передал, но я уже на взводе!

– Будешь на взводе больше, а пока выдохни. Я отправляю самолеты на вылет, просто делаю это неспешно.

– Два рейса в час? В аэропорту Дубая, где самолеты взлетают каждые тридцать секунд?

– Поговорим, когда я вернусь. Если задержка больше двух часов, мои люди в курсе, и они предоставят пассажирам все самое необходимое.

– Телетрапы заняты твоими самолетами, между прочим. Что мне делать с прибывшими?

– Отправляй на стоянку, не вижу проблемы. – Амин отключил абонента и недовольно что-то буркнул. Еще и пробки из машин! Он пальцами начал стучать по рулю. Взглянул на часы. Сегодня не его день! Как и вся жизнь.

– Что-то случилось? – тихо спросила Анна, глядя на его профиль и уже переживая.

– Да, – произнес он, – случилось. В моей жизни вообще много чего случилось такого, чего я не хотел.

– Авиакомпанией ты хотел управлять.

– Я не хотел сейчас находиться здесь. – Он стукнул по рулю, и тут же впереди стоящие машины двинулись. – О Аллах! Давайте уже, поезжайте!

– Тебя никто не заставлял меня похищать.

– Я не об этом. С тобой в машине я провел бы годы, но лучше дома. А теперь вынужден стоять в пробке.

– Так получилось, – прошептала она. – Может, то, что случилось три года назад, – это повод принять реальность? Каждый живет своей жизнью, наши дороги разошлись.

Машина снова встала, и Амин обернулся.

– Я постою в пробке, я терпелив. Только на твоей дороге.

Снова раздался звонок. На сей раз звонила Сания. Амин, не раздумывая, включил громкую связь. Сейчас начнутся проблемы везде.

– Амин, где ты? Ты видел Анну, она с тобой?

Анна удивилась! Девушка хоть и говорила на арабском языке, но имя произнесла отчетливо!

– Сания, ты в этом замешана?

– Ой, – раздалось на том конце. – Анна, это все тот, кому я сейчас звоню. Прости, но у меня не было выбора.

– Да что ты! – Анна подалась вперед, и Амин обернулся. Быть близко к нему всегда волнительно. А сейчас его взгляд скользнул к ее губам, и девушка села обратно. Амин улыбнулся и снова посмотрел на дорогу.

– Сания, – произнес он, – она будет на месте уже скоро.

– Аллах, Амин, что ты творишь! Ее уже ищут! Кстати, Зафира тоже здесь.

– О, прекрасная компания, – усмехнулся он. – Все в сборе. Я понял, Сания, скоро будем.

Он отключил ее и обратился к Анне:

– Сейчас отличный момент, когда можно сказать твоему мужу и моей жене, что паузе пришел конец. Она затянулась.

– Амин, что ты говоришь! Я не обещала, что буду с тобой. Я сказала, что остаюсь с Ричардом!

– Опять упускаем возможность. Если бы не твое желание творить добро своему мужу, мы были бы женаты уже три года.

Анна сглотнула подступивший ком в горле. Она тоже думала об этом, но никогда не признает свою ошибку.

– Я бы ничего не изменила.

– Конечно, нет, ты ведь не сознаешься, что думала об этом.

Как он хорошо успел ее узнать. Девушка отвернулась в тот момент, когда телефон опять зазвонил. Амин ответил на звонок:

– Уже еду!

– Сэр, пресса здесь, и они недовольны.

– Что я могу сделать за рулем машины?

– И пилоты пришли, которые летели из Каира.

– Пусть ждут. – Амин отключился и обернулся к Анне. – Рядом с тобой лежит папка. Посмотри, сколько сегодня рейсов должно прибыть и вылететь.

Анна схватила папку, открыла ее и начала читать данные.

– Тут целые списки… – удивилась она, не зная, что именно ему нужно.

– Упусти детали. Мне нужны факты.

– Двести пятьдесят самолетов должны вылететь, а прилететь триста пять. – Она подняла на него взгляд. – Это плохо?

– Очень, – ответил Амин. – Если учитывать, что в каждом вылетающем самолете по триста пассажиров. В общей сложности семьдесят тысяч пассажиров будут сейчас раздражать начальника аэропорта.

– Почему ты их не выпускаешь?

– Есть причина. – Амин вырулил машину к торговому центру и поехал к крытой парковке, туда, откуда забрал Анну.

– Надеюсь, что ты найдешь решение. – Она взяла сумочку и положила ее на колени, готовая выходить.

– Найду, конечно. Не через три года, но найду.

Он остановил машину, и Анна дернула за ручку, но дверь была еще заблокирована.

– Анна, – Амин обернулся к ней, – знаешь, что в тебе особенного?

Она недовольно взглянула на него.

– Я могу задерживать тысячи людей, менять их планы, нервировать начальство аэропорта, создавать хаос в офисе. Но только у тебя есть уникальная возможность вить из меня веревки. Воспользуйся этим. – Он нажал кнопку, и двери разблокировались. Если еще пять секунд назад Анна готова была бежать, то теперь сидела, осознавая сказанное. Для Амина она была важнее всех этих задержек и проблем на работе. Он это озвучил, а она боялась на него взглянуть. Казалось, что в этом взгляде он прочитает то, что выдаст ее.

Она вышла молча, захлопнула дверь и направилась к лифту. Слышала, как машина рванула с места, хотя мысленно еще оставалась там, слушая бесконечные звонки. Рядом с Амином кипела жизнь! Вспомнилось время, когда они вместе работали. Она скучала по тем временам.

Лифт привез ее на третий этаж, и первый, кого она увидела, был муж!

– Где ты была?

Сердце ухнуло, Анна затаила дыхание.

– Ходила в туалетную комнату. – Это первое, что пришло в голову. Что он вообще делает на третьем этаже? Был же на первом! Или сколько прошло времени с момента ее отъезда?

– На этом этаже нет уборных?

– Ты меня в чем-то подозреваешь? – Она направилась к детскому магазину, пытаясь унять дрожь в теле.

– Я видел здесь Амина. – Муж пошел за ней. – А там, где он, там беда.

– Беда в твоей голове, Ричард. Мне нет дела до этого человека, ты это прекрасно знаешь.

Анна уже почти зашла в магазин, но из него выходили Сания и Зафира. При виде второй Анну бросило в пот. Жена Амина Шараф аль-Дина выглядела выше всяких похвал – длинная черная абайя с серебристыми вставками и черный платок, скрывающий волосы, красиво перекинутый на плечи. От нее тянулся восточный шлейф арабского парфюма. Высокая, стройная, она шла величественно и непринужденно.

– Мерхаба, Анна, – произнесла Зафира. – А я-то думала, куда подевалась подруга Сании.

Испуганный взгляд Сании коснулся Анны, ее грудь тяжело поднялась и так же тяжело опустилась.

– А вы только сейчас увиделись? – спросил позади стоящий Ричард и укоризненно посмотрел на жену. – Зафира пришла полтора часа назад.

– Ой, – нашлась Сания, – второй этаж засасывает и не отпускает, там легко заблудиться. Однажды я так же плутала и вышла через два часа.

Но Ричард ее как будто не слышал, его вопросительный взгляд был направлен на Анну.

– Так и было, – ответила она. – Если мы все нашлись, то пора выпить кофе.

– Я уже напился кофе на год вперед. Мы уходим в номер, – отрезал он и направился к лифту.

Девушки пошли за ним. Сания виновато взглянула на Анну, а та нахмурилась. Она еще помнила, кто поспособствовал этому похищению.

– Посмотрите, что я купила. – Зафира достала из пакета детский костюм в серую полоску и показала Анне. – Как раз для нашего с Амином малыша.

При виде этого костюма Анна впала в ступор! Еще недавно муж этой девушки признавался в любви ей, а его жена беременная? Стало дурно.

– Аллах, Зафира! – воскликнула Сания. – Тебя можно поздравить?

Даже Ричард обернулся. Как бы он хотел, чтобы это оказалось правдой!

– Я еще не знаю, – улыбнулась Зафира и взглянула на Анну, – но мой муж так хочет ребенка, что поверю в его скорое появление.

Сания была бы рада, но только не в этой ситуации. Улыбка застыла на ее лице. А Ричард деликатно отвернулся и, зайдя в лифт, улыбнулся. Анна была потрясена не словами о беременности и о том, какой Амин молодец и как хочет детей. Она была потрясена, что Зафира показывает детские вещи именно ей! И именно ей говорит о том, что Амин хочет от нее детей! Именно ей! Значит ли это, что она догадывается о том, что именно она, Анна, в каком-то смысле соперница?

– Я очень рада, – от души улыбнулась Анна, чем обескуражила всех. – Из вас получатся прекрасные родители! Ты сделаешь мужа самым счастливым на свете. Мира вам и согласия. И детей как можно больше!

Она гордо прошла в лифт, даже удивленный Ричард обернулся. Своими словами она убила двух зайцев сразу: подозрения мужа и нападки Зафиры.

– Аллах милосердный, – прошептала Сания и зашла следом.

Зафира кинула вещь в пакет и вошла вслед за невесткой. Ее взгляд остро коснулся Анны в отражении зеркала. Но та была спокойна и даже улыбнулась.

Амин сегодня говорил о любви и о разводе? А его жена говорит о детях и о любви ее мужа к себе? Анна прекрасно знала Амина – сегодня он не солгал ни в одном слове! В ином случае ему незачем было бы бросать работу, где творится ад, и ехать к девушке, проворачивая за спиной целое шоу, чтобы врать. Нет, он говорил сегодня правду. Другое дело, что она отказала ему.

Они вышли из лифта, распрощались с девушками и вдвоем с Ричардом направились в номер. Ну и день!

– Больше из номера ты не выйдешь до самого полета в Катар, – произнес он. – А полетим мы уже послезавтра вечером. Но ты, конечно, этого не знаешь, потому что бродила неизвестно где! Если ты была с ним, – взъелся Ричард, – я за себя не ручаюсь! Мне надоело быть дураком. Того Ричарда уже нет, ты убила в нем все живое.

– Ты меня сюда привез, – напомнила Анна и села на край кровати. – Я тебя не заставляла. И это твои проблемы, что ты во всем видишь теперь измену. Я выросла, Ричард, стала мудрее. У меня есть сын, и его отец – ты.

Последним она пронзила его в самое сердце! И прекрасно знала, что подняла его самооценку до небес.

– Согласен, – кивнул он, – я переборщил, но и ты меня пойми. Одним словом, дольше чем на день мы здесь не задержимся и уже послезавтра вылетим в Катар, а потом домой.

– Отлично. – Анна не хотела в Катар, она предпочла бы сразу домой. Но выбора нет, пришлось смириться. – Расскажи мне, о чем вы говорили с Рамилем? У нас ожидается новое сотрудничество?

– Пока только разговоры, не он у руля авиакомпании. Буду разговаривать с его отцом. А завтра я буду сидеть перед… – Ричард выдохнул, но уже не надо было даже произносить имя Амина, Анна догадалась.

* * *

Амин пришел домой в полночь. Этот день был бесконечным, наполненным разными встречами, вопросами, нервами, крикам… Он провел столько собраний и пресс-конференций, что не помнил своего имени. Он заставил проверить горючее у всех самолетов! У всех до единого, которые находились в Дубае! Начальник аэропорта, услышав о таком происшествии, решил проверить самолеты других авиакомпаний. Заодно дал ход делу по проверке топлива у поставщиков.

Решено было не выносить правду за пределы аэропорта. Сначала перед камерами солгал Амин, затем то же самое сделал Салих бен Надир – начальник аэропорта. Нельзя было создавать панику.

Но как не пугать людей, когда десятки тысяч человек вдруг не улетели? Все рейсы задерживали!

Амин ушел домой, а вновь прибывшие самолеты еще не все проверили. Ему должны были звонить всю ночь, чтобы докладывать об обстановке. К утру рейсов должно стать меньше.

Он вернулся жутко уставший, отказался от ужина, и, когда Зафира стала показывать ему какие-то детские вещи, вообще не понял, для чего она это делает.

– Я спать! Прости, от меня сегодня мало толку.

– Конечно, конечно, любимый. Ты не подскажешь, какой сейчас час?

Амин взглянул на часы, пока поднимался по лестнице, и назвал время.

– Твои часы врут, – тут же вставила она, – они отстают.

Он удивленно остановился на полпути к комнате. Это его любимые часы, они никогда не подводили.

– Нет, самые надежные, они всегда идут точно.

Амин пошел в душ, а Зафира взглянула на свое отражение в зеркале. И тут же вспомнилось отражение той девушки Анны, когда они ехали в лифте в торговом центре. Какие-то пазлы, куски, обрывки… Она впервые подумала о сопернице, когда увидела взгляд Амина на Анну. Он никогда не смотрел такими влюбленными глазами на свою жену! Он мог говорить приятные слова, комплименты. Он мог быть ласковым, касаться ее, спать с ней, но он никогда не смотрел на нее с таким обожанием. Но это лишь догадки… Анна ведь тоже замужем! Но их взгляды друг на друга на празднике… А сегодня! Машина, часы, торговый центр… Все было странным. Зачем он ездил в торговый центр и сказал Рамилю про поломку часов, когда сейчас ей признался, что они самые надежные?