Czytaj książkę: «Нулевой протокол»

Глава 1. Метка райской птицы.

Барьер: 100%

Оператор: онлайн

1/9/0124 8:12

В стальном небе красные цифры казались ярче, чем обычно. Сто процентов барьера означали, что легкий запах металла в воздухе — всего лишь безобидный озон после дождя, в него не просочится запах крови и бинтов. И что радуга с подсолнечной стороны самая обычная, она не расслоится на паутину переливающихся трещин. Видимый из любой точки города виджет над Дворцом Доминиума умиротворяюще напоминал, что можно не присматриваться к оттенку неба с пристрастием, но привычка настороженно принюхиваться записалась куда-то настолько глубоко, что превратилась в автоматизм, который никак не отпускал.

Бодрые после долгих летних каникул стайки студентов стекались к центральному входу университета. Лили с удовольствием втянул прохладный воздух, выискивая в толпе знакомые лица. Новый учебный год всегда обещал перемены и новые возможности, особенно этот. Но в этот раз перемены встречали уже на входе, висели тяжелыми красными баннерами на фасаде университета. К надписи «Центральный Политехнический Университет» добавилась строка «Научного совета Доминиума» и светящийся белый треугольник из трех черт. На ослепительно ярком под грозовым солнцем газоне выстроился ряд людей в черной форме.

Легион.

Зависшие над солдатами дроны сканировали толпу передед входом, отмечая некоторых студентов голубыми стрелками. Легионеры вежливо, но настойчиво останавливали отмеченных, сканировали их бейджи и перенаправляли в сторону администрации. Чуть поодаль декан факультета программной инженерии молча кивал, слушая офицера, который что-то быстро ему говорил.

— И сюда уже как-то просочились.

— И тебе привет, Хлоя, — Лили с улыбкой обернулся на недовольное ворчание одногруппницы за спиной.

Голубой луч сканера резанул им по глазам.

— Только без паники, просто какая-то формальность, — Лили поспешно смахнул стрелочку у нее над головой, видя, как резко она меняется в лице.

Стрелка растворилась в эфире как чернила в воде.

— Блэкмор Лили. Оуэнс Хлоя.

Натянув беззаботную улыбку, Лили подошел к легионеру. Тот смерил его скептическим взглядом, но просканировал бейдж без комментариев.

— Пройдите в деканат для перемаркировки.

Стоящая перед другим офицером Хлоя вскинула брови:

— Для чего, простите?

Военные назвали следующие имена из списка, давая понять, что разговор окончен.

— Нет, подождите, я имею право на… — Хлоя встала в характерную позу.

Все с той же вежливой улыбкой, Блэкмор кивнул офицеру, захватил девушку под руку и потянул ее ко входу.

— Ты серьезно собралась пререкаться с легионом? — возмущенно развел он руками, когда они оказались внутри просторного атриума, звенящего множеством голосов, отраженных от высоких панорамных окон.

— А почему нет? Что они себе позволяют на территории Научного совета? — она не менее возмущенно указала на обновленный статус университета.

— Согласен, вопиющая наглость со стороны правительства. Обсудим на обеде, ладно? Сказали в деканат — значит в деканат.

По сравнению с атриумом в холле администрации было подозрительно тихо. Отловленные на входе студенты стояли вдоль стен и еле слышно переговаривалась. Из деканата под напряженное молчание выплыл третьекурсник и, окинув презрительным взглядом новоприбывших, пошел в сторону аудиторий. Хлоя схватила Лили за руку.

— Ты видел Акито?! Какого черта…

— Третий курс идет вперед, им еще первогодок встречать, — скомандовал староста с пятого.

— Черт, точно, совсем из головы вылетело.

— Как это можно забыть, Хлоя?

— Мысли были не о том последнее время, знаешь ли…

Лили сочувственно цыкнул и быстро приобнял ее за плечи, прежде чем нырнуть в стеклянные двери приемной.

Место за столом декана заняла женщина в черной форме с красными кантами и лычками опциона сектора. Двое легионеров рядом с ней что-то записывали в планшетах. Не отрывая взгляда от клавиатуры, она кивнула вошедшему Блэкмору.

— Давайте руку, студент Блэкмор.

Он на ходу закатал рукав и протянул запястье. Женщина прикоснулась терминалом к месту, где белел короткий выпуклый шрам. Короткий, колючий электрический разряд заполз под кожу. Офицер напечатала что-то в своем документе и достала из ящика стола пустой шеврон с гибким дисплеем.

— Вам присвоен новый сигил. Текущий профиль аннулирован, чип недействителен. Процедура замены состоится в течение недели. Вы обязаны держать отличительный знак на виду до тех пор, пока не будет произведена замена чипа, далее носить шеврон на общественных мероприятиях и в местах скопления людей.

Она прикоснулась терминалом к нашивке, и на оптоволокне загорелся красный перевернутый треугольник из трех черт. Просто формальность, напомнил себе Лили, но от неожиданности в груди невольно дрогнуло. Женщина передала шеврон легионеру, тот подошел к студенту и туго затянул ремни нашивки у него на правом плече. Слишком туго.

— Вы свободны, — она продолжала печатать.

— Спасибо, — Лили поспешил выйти из кабинета.

Увидев его повязку, студенты стали еще тише. На лице следующей по очереди Хлои отразилась откровенная паника.

Дождавшись пока бледная как апокалиптическая саранча одногруппница выползет из кабинета с такой же красной меткой на плече, Лили быстрым шагом потащил ее к выходу во внутренний двор.

— Блэкмор, Оуэнс, это еще что такое?! — идущая им навстречу преподавательница схватила Лили за плечо и подняла очки, чтобы ближе рассмотреть броский знак на его рукаве.

— Доброе утро, профессор Омид, — Лили состроил такую виноватую мину, как будто лично был ответственен за то, что легион затоптал газон. — Наши новые сигилы.

— Они что, начали маркировать третьекурсников?! — забурлила профессор. — Господь Всепрощающий, скоро в детский сад за вами приходить начнут. Да еще и красные!

— Ну, когда в детском саду начнут преподавать алгоритмы и структуры данных… — проворчала Хлоя.

Профессор покачала головой и направилась к деканату, продолжая что-то возмущенно бубнить себе под нос.

Весь третий курс уже собрался на церемониальном плацу. Лили расплылся в улыбке, увидев, как староста группы жестами показывает одногруппникам их место и что он думает об их дисциплине. Он обежал его со спины и присел в карикатурном реверансе, демонстрируя новую часть униформы. Камал поднял взгляд от планшета и кивнул.

— Поздравляю, особо опасный программист-рецидивист, — он похлопал Лили по плечу. — Почему я не удивлен? Кто-то еще из наших? О нет, только не Хлоя. И Акито? Ожидаемо. Декан сказал, что для замены чипов организуют медицинскую бригаду прямо в корпусе «А». Скорее всего в среду.

— Думал, опоздаем на церемонию.

— Перенесли на час. Это нас не считают нужным предупреждать о вторжениях легиона, администрация была в курсе уже вчера.

— Сколько нужно легионеров, чтобы оповестить десяток студентов о новом сигиле? — Лили задумчиво окинул взглядом толпу.

Двор университета потемнел от количества черных пятен на нем. Две огромные черные фуры перекрыли собой вид на комплекс мастерских, целый отряд легиона сновал рядом, несколько групп патрулировали территорию. Ни легион, ни тем более назначения сигилов третий курс не ожидал. Особые статусы система мониторинга СТРАТИМ выдавала только тем программистам, которые работали с ней непосредственно. В прошлом году голубые сигилы появились в профилях выпускников, которые получили разрешения на профессиональную деятельность. Но теперь их, похоже, удостоились все, кто способен был написать хоть строчку кода. Сегодня голубые значки загорелись в профилях всех студентов отделения программирования, инженерии и робототехники с третьего по пятый курс по умолчанию. Другие сигилы были редкостью. И если по поводу белых вопросов не возникало: их носителей можно было пересчитать по пальцам, и это были люди вроде Старшего ученого или главы Технокорпуса Оператора, то красные сигилы мгновенно обросли домыслами и мифами. Принципы маркировки система не раскрывала, никакой закономерности выявить не получалось. Ясно было только то, что обычно это были специалисты высшего уровня. Даже если это были всего лишь студенты третьего курса — это были лучшие студенты.

Просто очередное новшество с приходом легиона к власти. Просто очередная маркировка для СТРАТИМ. Как и обязательный чип с профилем, зашитый каждому гражданину Доминиума в запястье год назад. Лили задумчиво почесал покрасневший шрам на запястье и подошел к одногруппникам, которые расселись на газоне. Двое подружек безуспешно пытались успокоить плачущую Хлою. Он присел и положил руку ей на коленку.

— Ну ты чего, Хлоя? Это же просто условность.

— Что теперь будет, Лили? — всхлипнула девушка.

— Ничего. Поменяем чипы, перестанем сверкать сигнальными огнями и продолжим учиться. К концу года ты сама забудешь, какой там у тебя сигил в профиле.

Хлоя вытерла нос салфеткой.

— Забудешь тут. Нас всего семеро на всем курсе. Как я маме скажу? Сначала Мэт, теперь я.

— И что? Красный сигил не делает тебя преступницей. Или ты тоже уже планируешь взломать какой-нибудь административный сервер Доминиума и присесть?

— Я бы скорее плакал, если бы мне оставили голубой по умолчанию. — Акито Мори подпирал стальную балку остекления, безучастно разглядывая сцену между ними.

— Цвет ни о чем не говорит, — встрял Камал, заметив, как сразу нахмурился Лили. — Большая часть Технокорпуса и Научного совета носят голубые. И красных среди них тоже полно. Непонятно, за что СТРАТИМ их вообще выдает.

— Да все понятно, — Хлоя взяла очередную салфетку из рук Лили. — Брат в тюрьме, маму даже в начальную школу на работу не взяли, чего еще было ожидать? Мы как проклятые. Никакой жизни из-за этих черных псов.

— Допустим. А Блэкмора тогда за что?

— Ну, мой отец тоже отличился во время переворота, ты же знаешь.

— Не сходится, — покачал головой Камал. — У Мори родители вообще образцово-показательные, ему это не помогло.

— СТРАТИМ просто посчитала, столько девушек у него было за прошлый год, и решила, что это преступный уровень нелояльности, — бросил через плечо Блэкмор.

— Оно того стоило, — Акито запустил пятерню в волосы и подчеркнуто безразлично отвернулся, но плотно сжатые губы его выдавали. — Подотри сопли, Хлоя. Всех фрешей распугаешь, если будешь рыдать на встрече.

— Я тру! — она швырнула в него мокрую салфетку. — Мне сейчас только возни с малолетками и не хватало!

Университетская традиция назначать новым студентам наставников со старших курсов сложилась еще при правлении Научного совета до его падения. Третий курс получал на попечение фрешей-первокурсников и продолжал их вести на четвертом. Выпускников освобождали от этой повинности, а подросшие студенты сами становились менторами. В уставе университета по этому поводу было написано много высокопарных слов: про укрепление социальных связей, создание дружественной атмосферы, обеспечение адаптации новых студентов, способствующей лучшей успеваемости, но социальные связи зачастую укреплялись слишком глубоко, и в студенческой среде традиция была известна не иначе как секс-лотерея

— Будет повод сразу успокоить твою свежую первокурсницу, Акито, — Лили не смог удержаться от колкости.

— Я хотя бы знаю, как это сделать эффективно. Обращайся, если что, — не уступал Мори. — Все тебе расскажу, и даже покажу.

— Только не начинайте, — Камал устало закатил глаза. Обмен любезностями Блэкмора с Мори стал обычной практикой с первой минуты их знакомства, но последнее время все больше напоминал переписку надоевших друг другу любовников — репликами они перекидывались вяло и без огонька. И все же шипящих котов лучше разнимать заранее.

— А-3, за мной! — мастерский окрик старосты загнал группу обратно в атриум, куда поспешно перенесли церемонию из-за накрапывающего дождя.

Две шеренги студентов выстроились друг напротив друга в атриуме технического корпуса. Остальные студенты и преподаватели толпились на верхних уровнях, и, оперевшись на стеклянные ограждения, наблюдали за церемонией. Смущенные таким количеством внимания первокурсники переминались с ноги на ногу или с подчеркнутым интересом изучали пол и архитектуру атриума. Третий курс старательно излучал степенность и снисходительность. С высокой стены между уровнями торжественно взирал эфирный портрет молодой женщины в строгой серой униформе со светящимися красными кантами. Ее голову украшал металлический венец, длинными концами спускающийся за спину, верхнюю половину лица скрывала сложная маска с острыми гранями. Бегущие строки сбоку призывали вознести хвалу Оператору, уповали на милость Господа и безопасность системы ради общего блага. С трибуны под портретом ректор произносил приветственную речь.

— В этом году мы продолжаем сотрудничество с Научным советом и Технокорпусом Оператора. Открыты новые мастерские и лаборатории для конструкторского, инженерного и биотехнологических отделений. Разработаны новые программы для кандидатов, к которым вы можете присоединиться начиная с первого курса. Приоритет строгого научного знания наконец благословлен свыше не только Отцом нашим, но и правительством. И нет лучшего момента для поступления в нашу альма матер, чем сейчас. Должен признаться, даже я немного завидую вашим карьерным перспективам. Поэтому от наших дорогих первокурсников мы будем требовать отдачи, любопытства и максимального раскрытия ваших талантов в этой благодатной среде. Пусть ваши менторы станут для вас верными помощниками и проводниками на этом пути. Укрепление товарищества и командного духа всегда было одной из наших главных ценностей.

Со стороны третьекурсников послышалось хихиканье, но выразительный взгляд ректора быстро восстановил дисциплину. Закончил он как обычно призывом воздать хвалу дарованному Всевышним прощению в лице Оператора.

— Докажите, что вы достойны милости нашей Благостной защитницы и готовы стать лучшими гражданами Доминиума. Слава Благостной!

— Слава, — отозвался нестройный хор голосов.

Наконец ректор уступил место декану, который начал парами зачитывать имена студентов. Атриум оживился приветливыми репликами и смущенными смешками. К Камалу подскочил взъерошенный молодой человек в очках и долго тряс его руку в приветствии. Хлою смерила незаинтересованным взглядом пышногрудая брюнетка. Акито, явно не разочарованный, многозначительно пожимал руку миловидной рыжей девице, которая радостно жестикулировала и уже что-то рассказывала. Первокурсники стремительно заканчивались, а Лили все еще стоял в поредевшем строю один.

— Фреша тебе решили не доверять, Блэкмор? — прокомментировал Акито, проходя мимо. — Вечно у тебя все не как у людей. Могу поспорить, это началось с тех пор, как тебя девчачьим именем назвали. Не тормози, рыжая, пойдем, покажу тебе лучшие места на этом кампусе.

Его новенькая бросила на Лили озадаченный взгляд через плечо.

Оставшимся трем студентам декан объявил, что их первокурсники будут позже. Лили подошел забрать приготовленные для его новичка пропуски и всмотрелся в фотографию и информацию на бейдже.

— Почему твой фреш не явился? — Камал дожидался его у лестницы. — Ты хоть узнал, кто это?

— По личным причинам, — Блэкмор пожал плечами. — Ее зовут Алиса.

Глава 2. Алиса в панорамном остеклении

Алиса Джей изучала расписание группы А-1 и напряженно пыталась сообразить, куда идти. Изнутри университет напоминал лабиринт из стекла, бетона и металла, но, видимо в целях профилактики топографического кретинизма, экономил на указателях: направление приходилось определять по внутреннему компасу. К тому же, сначала ей нужно было кого-то найти, чтобы забрать какие-то пропуски и авторизоваться в какой-то локальной сети. К чему эти дополнительные квесты, и почему деканат не мог просто сразу выдать все документы, например, вместе с комплектом формы, было для нее загадкой. Следовало бы, конечно, вовремя прийти на встречу первокурсников и установочные лекции, и узнать все там, но получилось только через три дня. Алиса снова прочла напоминание на экране смарта: «Гр. А-3. Блэкмор Лили.»

Она сверила свое расписание с расписанием нужной группы и поднялась на третий этаж. Холл, из которого расходились двери аудиторий, был набит людьми. Она растерянно окинула взглядом сплошную серо-голубую массу, в которую слились студенты из-за своих форменных комбинезонов. Группа А-3 должна была собраться возле аудитории номер два.

— Привет, нужна помощь?

Красивый темнокожий парень улыбался ей с высоты своего роста. Алиса не была коротышкой, но ее прямой взгляд упирался ему в плечо, как раз туда, где рукав стягивала ярко-синяя повязка старосты А-3. Как удачно.

— Да, — она снова посмотрела на гибкий экран, обхвативший запястье. — Мне нужна Блэкмор из вашей группы.

Староста жестом поманил ее за собой и подвел к шумной компании, над которой разносился заливистый смех.

— Вот эта ржущая блондинка — тот, кто тебе нужен, — указал проводник на очередную серо-голубую спину. — Блэкмор, я нашел твоего потерянного фреша.

К ним развернулся худощавый парень с широченной улыбкой от уха до уха. Он быстрым движением заправил за ухо упавший на лоб локон, прижал одной рукой к груди планшет, а другую протянул Алисе.

— О, привет, ты, видимо, Алиса. Я Лили.

— Я думала, это девушка, — немного недовольно сказала она, игнорируя протянутую ладонь.

Со стороны соседней компании раздался хохот. «Биография Блэкмора в одном предложении», — Акито не мог упустить момент, разглядывая первокурсницу в темно-сером комбинезоне.

— Не ты одна, — ничуть не смутился Лили.

Его собеседница, веснушчатая девица с крашеными в бордовый волосами, смерила девушку оценивающим взглядом и ее губы скривились в снисходительной ухмылке. У нее на рукаве горел красный перевернутый треугольник, такой же, как и у Блэкмора. Алиса уставилась на знак на его плече и рассеянно произнесла:

— Секретарь написала, что у тебя мои пропуски.

— Да, вот, — он достал из рюкзака пачку карточек и протянул ей. — Кампус в этом году жестко закрыли, поэтому теперь у нас разве что столовая и туалеты не по пропускам. Это карточка для входа, просто должна быть при себе, это должно быть в нагрудном кармане на виду — код с внутренними уровнями доступа. Это для мастерских и некоторых зданий кампуса, которые посещать ты можешь только со мной. Профиль в локалке на твой ай-ди я уже зарегистрировал, заполнишь сама, здесь логин-пароль. Это что? А, ключ-карта от библиотеки, не знаю зачем тебе его положили, никто не ходит в библиотеку, все в электронном виде в планшете.

— Я запроси…

— Я твой ментор на ближайшие два года. Буду помогать по учебе, и вообще всему, я всегда на связи. Каждые пару месяцев мы обязаны проходить контроль успеваемости в виде совместной симуляции, так что твои оценки и на моей совести тоже. Я буду рад помочь, не стесняйся, если что-то непонятно, пиши в….

— Все понятно, — отрезала Алиса, распихивая карточки по карманам.

Камал поднял бровь, а Лили заткнулся на полуслове и так и остался стоять с раскрытым ртом, который снова растянулся в улыбке.

— Хочешь, покажу тебе кампус после занятий? Я видел, что у тебя лекции заканчиваются в двенадцать, — не сдавался он.

—Я сама разберусь. Спасибо.

Алиса развернулась, поправила рюкзак на плече и пошла к лестнице. Хлоя проводила ее долгим взглядом и поджатыми губами.

— Миленькая.

Блэкмор озадаченно посмотрел на Камала.

— Она что, сказала, что запросила пропуск в библиотеку?

***

Алиса замерла на входе в аудиторию, не ожидая, что три десятка человек способны производить столько шума — аудитория гудела как улей. Там, где она жила раньше, было гораздо тише. Очень тихо. С верхнего ряда ей помахала рукой рыжая девушка, указывая на свободное место рядом с собой. Алиса заняла место рядом не без удовольствия отметив, что девушка молчит. Правда в тот же момент стало понятно, что соседка молчит исключительно потому, что сидящий по другую ее руку парень болтает без умолку. Алиса достала и разложила на столе планшет, блокнот и ручку.

— О, это же «Энола»?! — глаза соседки внезапно загорелись, когда ее взгляд упал на бархатистую обложку блокнота. — Я тоже хотела взять свои бумажные тетради, но подумала, что буду глупо выглядеть среди этих технарей, — лучезарно улыбнулась она.

— Да, у них такие удачные форматы. Мне привычнее писать на бумаге, решила попробовать и так, и так. Алиса, — коротко представилась она.

— Марика, очень приятно, — кивнула соседка.

— Простите, дамы, но, по моему скромному мнению, дорого и глупо. Планшеты обладают всем необходимым функционалом и для ведения записей, и для сдачи тестов, и для создания проектов и презентаций, так что я бы вам рекомендовал как минимум дублировать важную информацию в электронном виде. Писать конспекты от руки неэффективно, и вообще — это лишняя трата бумаги.

Марика медленно прикрыла глаза, и развернулась к встрявшему в их разговор соседу с улыбкой, не требующей комментариев. Парень поправил пальцем очки на переносице и наклонился вперед, чтобы лучше видеть Алису.

— Меня зовут Эрик, к слову. А кто у тебя ментор?

— Белобрысый такой, Блэкмор, — Алиса неопределенно провела рукой у виска, изображая волнистые волосы.

— А, Лили? Вот это повезло, он очень крут. У него грант Научного совета. Друг моего Камала, кстати, он у меня староста, — он с такой гордостью это произнес, что, казалось, считал это своим личным достижением.

Марика едва заметно закатила глаза и покачала головой.

— Кажется, вы с Блэкмором лучше бы подошли друг другу, — понизила голос Алиса, глядя на вошедшего преподавателя, который жестами разворачивал огромный эфирный экран. — Вы оба слишком много болтаете.

— Не получилось бы, обычно самым сильным менторам дают студентов послабее, чтобы подтянуть их уровень, так сказать.

Девушки одновременно повернулись и уставились на него.

— Вон там ниже сидит Рейчел Хоббс. Она у Хлои Оуэнс, у той тоже красный сигил. А между тем Рей вчера спрашивала, что такое условный оператор.

— Здесь нет слабых студентов по умолчанию, — возразила Марика. — Мы все сдали вступительные тесты.

— Ну, не знаю, — снова поправил очки Эрик. — Наверняка же можно заплатить кому надо и все сдать.

— Нельзя никому ничего заплатить, результаты тестов сейчас определяет СТРАТИМ, — Алиса с прищуром посмотрела на мальчишку.

До Эрика наконец дошло, что перед ним сразу две студентки послабее, и они как минимум уже объединили свои усилия в испепеляющем взгляде.

— Ой, я это… Не хотел никого обидеть, ничего личного! Просто факты, исходящие из наблюдений и статистики за последние годы, — он смущенно уткнулся в свой планшет.

После шумных лекций и еще более шумных перерывов, Алиса с удовольствием проскользнула за тяжелую металлическую дверь, которая с лязгом захлопнулась за ней. Тишина и пустота заволокли раздраженные органы чувств. Запахло старой бумагой.

Университет имел разрешение на хранение огромного собрания книг, но большинство студентов пользовались его оцифрованной версией, поэтому библиотека лениво пустовала. Под архив выделили остекленную пристройку-переход, ведущую к заброшенной территории кампуса. Широкие окна давно не пропускали свет — почти полностью они были закрыты защитными пленками, а внутренностями перехода стали ряды стеллажей и мостков. Алиса знала, что где-то на этих полках прячутся книги, пережившие даже Пришествие и потоп, стоящие целое состояние. Но судя по слою пыли и бардаку на полках, руки работников университета еще не дошли до того, чтобы воздать им положенные почести.

Алиса привыкла к книгам и предпочитала их экранам. В детстве они были ее единственными источниками информации и стали единственным отвлечением для болезненно-пустого сознания последние месяцы. Прикосновение к бумаге напоминало о тишине и прохладе сводов библиотеки в обители, наполняло душу спокойствием. Пальцы скользили по монитору старого терминала, быстро проматывая строчки каталога, взгляд жадно выхватывал интересные названия, но искала она только одно.

«Остаточный код Нео-завета» нашелся на нижнем уровне, и Алиса порадовалась, что ей не придется карабкаться на скрипучие мостки. Она бережно вытащила книгу с полки. По пустому месту проскользил луч автоматического сканера — занес информацию в формуляр. Тяжесть тома усилила легкую дрожь в руках. Алиса провела пальцами по черной обложке. Автор пытался соотнести рваные куски реликтового кода с ключевыми строками нео-псалмов и даже иногда находил ему одному понятную закономерность. Главы были украшены изящными буквицами, переплет щеголял золотым тиснением, потертым от времени, но от этого только более торжественным. Полная чушь, но очень красивая.

Она аккуратно положила книгу в рюкзак и вернулась по узкому проходу к тяжелой двери. Приложила ключ к терминалу, но тот неожиданно мигнул красным. Она толкнула дверь плечом. Дверь была однозначно закрыта, и не собиралась ее выпускать. Еще раз приложила ключ — снова красный сигнал и предупредительный писк. Алиса уперла руки в бока и строго оглядела дерзкую дверь сверху вниз. Дверь проигнорировала.

— Да что такое?

Она порылась в сумке, и снова перебрала пачку карточек, которые дал ей ментор, в надежде найти что-то, что она пропустила. Ничего касательно коварных библиотечных дверей там не оказалось. Вытащив карточку с данными локальной сети, Алиса достала планшет и набрала нужный адрес. Перед ней открылось окно с ее профилем: имя, фото, данные о факультете и успеваемости, расписание, список группы, преподаватели. Он сказал, что сам зарегистрировал профиль, надо будет не забыть сменить пароль. Алиса сморщила нос и на секунду зависла над экраном. Ужасно не хотелось показаться беспомощной идиоткой. К тому же он сейчас на лекции. Но она все же открыла вкладку «Сообщения».

***

Блэкмор тыкал в планшет сидящей рядом сокурсницы, шепотом объясняя, как исправить строку, когда над его запястьем загорелся белый значок сообщения. Он двумя пальцами раскрыл конверт, и его губы расплылись в кривой усмешке. Ткнул локтем Камала в бок и протянул ему руку. Камал хрюкнул в кулак, пытаясь сдержать смешок.

Я не могу выйти из библиотеки

— Что у вас там такое смешное, Блэкмор? — раздался строгий голос преподавателя.

— Простите, профессор Омид. Чуть что, сразу Блэкмор, — добавил он еле слышно.

Он изо всех сил попытался взять себя в руки, но не смог отказать себе в удовольствии.

Там такой квадратик светящийся, надо взять такой голубой прямоугольничек, который я тебе дал, и к нему приложить. Пробовала?

Пробовала

До этого дня он и не подозревал, что чистый текст умеет выразительно смотреть с экрана. Пришло беззвучное сообщение от Камала.

Точно. Деканат что-то говорил про новые коды на выход, но информацию про библиотеку мой мозг не регистрирует. Напиши, пусть сама разберется, и оставим ее там посидеть до конца лекции

Очень соблазнительно, но я и так ей не очень понравился. Дай код, не душни

У меня нет, кому он вообще нужен? Надо писать секретарю

Алиса недовольно барабанила пальцами по металлической двери, читая длинную простыню о том, что из-за того, что переход с другой стороны выходит на территорию за пределами кампуса, выход из библиотеки и из пары других смежных зданий с этого года защищен дополнительным кодом. И что код вот-вот придет. И что он просит прощения, что забыл об этом упомянуть. Потому что староста тоже забыл предупредить, потому что ну кто вообще пользуется библиотекой? И что все-таки лучше пользоваться электронным архивом, это гораздо удобнее и быстрее, и точно не придется дышать пылью в темном переходе. Печатал он ещё быстрее, чем болтал. Она написала секретарю, но ее сообщение даже не было доставлено. Через пять минут она с надеждой раскрыла пискнувшее сообщение, но там опять на полстраницы было расписано, что код еще не прислали, и что он сожалеет, и что может ей повезет, и кто-нибудь решит сегодня сходить в библиотеку кроме нее, и пусть почитает там пока что-нибудь. Она закатила глаза и уселась за ближайший стол, разложив взятую книгу на подставке, в ожидании освобождения.

— Вот надо было ей попереться в эту библиотеку!

Камал, посмеиваясь, шел за суетящимся Блэкмором. Алиса перестала отвечать на сообщения, и они так и не выяснили, получила она свой код или нет. Казалось бы, очевидно, что проблему она решила, но Блэкмор не мог не убедиться, что все в порядке, и сразу после лекции рванул в направлении библиотеки. Но Алиса нашлась снаружи на газончике, устроившись в тени корпуса. Лили замер в недоумении, глядя на нее через стекло. Она старалась плакать незаметно, но в руках у нее был стаканчик с кофе, и неловкие попытки вытереть украдкой глаза ее выдавали.

— Уууу, Блэкмор, да у тебя, кажется, задача со звездочкой, — протянул Камал.

Лили состроил жалостливую мину.

— Да ладно, сейчас разберемся.

Он осторожно подошел к Алисе сзади и присел рядом. Его лицо выражало глубочайшее сочувствие, и она резко отвернулась, делая вид, что что-то ищет в рюкзаке. Блэкмор выдержал драматичную паузу и мягко произнес:

— Я понимаю, что кофе в нашей столовой не очень… Но не настолько.

Алиса, которая уже было замерла в ожидании вежливого сочувствия, облегченно выдохнула.

— Ну, вообще, настолько, — проворчала она, с презрением глядя в стаканчик.

— Раньше и такого не было.

У нее плохо получилось скрыть судорожный всхлип, и она смущенно уставилась на разворачивающийся пейзаж.

Ухоженный газон впереди резко уходил в обрыв. Переход-библиотека парил над ним, опираясь на массивные бетонные сваи, растущие словно со дна пропасти, и растворялся в тумане на противоположной стороне. Плотный туман клубился на краю и внизу, живой дышащей массой, заполнял пространство между полуразрушенными многоэтажками как вода. Затекал в пустые дверные проемы, поднимался по оголенным лестницам, стекал плотными водопадами из провалов окон верхних этажей. Над морем из тумана подрагивали несколько тонких, едва заметных радуг.

Аномалия класса G — безобидная странность, одно из непредсказуемых явлений, наводнивших мир за последние десятилетия. То самое облако, которое каждый мечтал потрогать в детстве. Достаточно плотное, чтобы его можно было ощутить под рукой, но все еще пропускающее любую плоть сквозь себя. Полтора года назад никто не осмелился бы даже близко подойти к туману. Невозможно было угадать, что там ждет: пушистая как бок кота взвесь или невидимые нити-лезвия, которые оставят без руки. Сейчас в тумане по пояс стояли студенты в светло-зеленых комбинезонах и пытались что-то лепить из ускользающей массы. Формы непослушный туман принимал в основном провокационные, чем вызывал приступы хохота у скульпторов.

— Факультет эстетики, графики и дизайна, — жестом представил картину Блэкмор. — Соседи по кампусу. Как обычно, демонстрируют бездну вкуса и тонкую творческую натуру.

— Никогда раньше не видела эфирный туман вживую.

— Я бы сказал, повезло. Жить в неактивном секторе дорогого стоит. Откуда ты?

— Неважно. Теперь уже из Центрального.

— Извини, что так получилось с библиотекой. У нас тут встречаются не только эфирные, но и бюрократические аномалии. Кажется, в этом году их будет особенно много, — он неосознанно поправил ремешки нашивки на плече.

— Ничего, я отлично провела время, — повернулась к нему девушка.

Это было чистой правдой. Чтение в тишине погрузило в ставшую привычной меланхоличную апатию, поэтому новый знакомый ее уже даже не особо раздражал. Она впервые прямо посмотрела ему в лицо. Слишком большой рот, слишком длинный курносый нос, но улыбается так заразительно, что сложно не улыбнуться в ответ. Но у нее получилось.

— Искала что-то конкретное?

— Да, — Алиса бережно вытащила из рюкзака книгу. — Вот это. Хотела посмотреть на иллюстрации вживую.

— Реликтовый код? — фыркнул Лили.

Он пролистнул страницы, мельком глядя на орнаментальные украшения.

— А что?

— Ничего, известная мистификация. Интересно, но совершенно бесполезно.

— Почему бесполезно, говорят, часть СТРАТИМ написана на нем, — она с силой выдернула книгу у него из рук и нахмурилась.

— Это не совсем так, там некоторые связанные с барьером библиотеки написаны похожим языком, но они до сих пор не расшифрованы. И вряд ли когда-то будут. А то, что сейчас называют реликтовым кодом — это смесь утраченных языков, созданная машинами.

— Откуда ты в курсе таких подробностей?

— Это открытая информация для участников программы Технкорпуса.

— Собрался в техники Оператора? — Алиса пристально посмотрела на него.

— Угу. Вступил в подготовительную программу, как только ее ввели. На следующей неделе должны прислать утвержденные списки кандидатов.

— Я слышала, у тебя грант от Научного совета. Почему тогда Технокорпус?

Лили пожал плечами. Ответ был очень прост.

— СТРАТИМ.

Она понимающе вскинула подбородок.

— Все остальное, чем занимается совет — второстепенно. А СТРАТИМ — это барьер. Самое ценное, что сейчас у нас есть. Я всего лишь тщеславно хочу быть причастен к истории, — он картинно прижал руку к сердцу и посмотрел вдаль. — А ты? Почему решила получать разрешение программиста?

Алиса резко перевела тему.

— За что тебе выдали красный сигил, знаешь?

— Никто не знает. Скорее всего из-за отца, — поморщился Блэкмор. — Он у меня состоял в Министерстве до прихода легиона. Каким-то чудом не сел. Наверняка стоит теперь где-то там в Доминиуме на карандаше. А это, — он поднял плечо, — сопутствующие потери. Кстати, если хочется кофе получше, то у станции, есть приличная кофейня. Мы подозреваем, что владелец просто в сговоре с нашей столовой. Пойдем, покажу?

— Не надо. Мне пора.

Лили вскочил и протянул ей руку, чтобы помочь подняться, но она снова проигнорировала его жест и поднялась сама, опасно балансируя с горячей жидкостью в одной руке.

— Ты въехала в общежитие или…

— Или.

— Жаль, было бы удобнее, если бы ты жила на кампусе.

Она свела брови.

— Удобнее для чего?

— Для всего. Я мог бы помогать тебе в любое время.

— Я не настолько нуждаюсь в помощи.

— Это мы еще посмотрим, — Блэкмор улыбнулся во все тридцать два.

— Звучит как угроза, — Алиса прищурилась, выкинула почти полный стаканчик в ближайшую урну и, не попрощавшись, направилась к лестнице, ведущей к станции маглева.