Czytaj książkę: «Деньги, любовь и мечта»

Глава

«Резюме»

Сочинить поэму

– для меня дело плёвое.

Набрал кучу слов,

написал на листке

и связал их рифмою.

Но чтоб получилось

действительно что-то путёвое,

Правило первое:

стих, по началу,

должен иметь форму рыхлую.

Его, как пекарю тесто,

нужно мять и раскатывать,

Чтоб после «выпечки»,

Когда он примет вид окончательный,

Любой человек

мог легко читать и рассказывать,

Соглашаясь с тем,

что я – поэт замечательный.

Его, как скульптору глыбу,

нужно ваять с терпеливостью,

Отсекая ненужное

и шлифуя готовое,

Чтоб, в конце концов,

Божьей милостью,

Появилось на свет,

что-то новое.

Пункт второй

моей теории стихосложения:

Рифма должна идти с частотой

Волною в конце строки накатывая

И ложиться на слух,

создавая чарующих слов окружение,

От которого,

с его красотой

Бросало бы в дрожь,

просто дух захватывая.

Аксиома третья и последняя:

Мой стих – это штучный товар.

Он не совместим с другими,

как секс с онанизмом.

Это гораздо больше,

чем нечто среднее:

Он и алкоголь,

и наркотик,

и токсичный кумар.

Его даже можно назвать

живым организмом,

Где слог дышит легко и размерено,

Где ритм пульсирует

в каждой строчке,

А напряжение фраз так ровно отмеряно,

Что держит за душу,

заканчиваясь на последней точке.

Дайте стимул.

Мне нужно лишь это –

И я сочиню шедевр.

Такую вещь,

Которую потом назовут поэмой века.

Игнорируя опыт других поэтов,

Я такой совершу маневр,

Что заставлю задуматься

мыслящего человека.

Дайте в качестве стимула

злости и голода,

Как собаке кость,

Бросьте мне забытые чувства.

И тогда зазвучат стихи мои

звонко и молодо.

И сквозь китч

промелькнёт в них

крупица искусства.

Дайте мне новизну ощущений.

Выдерните из трясины гадкой,

Да швырните из огня, да в полымя.

И пусть в жизни было миллион упущений,

Этот шанс я схвачу мёртвой хваткой,

Постараясь подольше

дёргать удачу за вымя.

Заинтересуйте деньгами и темой,

Тогда поймёте: я ещё не на такое горазд.

В моих извилинах мозга

достаточно новых идей.

Познакомьте меня с богемой

И не сомневайтесь: её покорю на раз.

Довольно сложнее

завоевать сердца обычных людей.

Если нужно, буду изгоем,

понадобится – центром общения,

Вечным клоуном,

которому любая компания рада.

И планета Земля

на минуту замедлит вращение,

Удивившись тому,

что носит такого гада.

Мне бы только ворваться в успех,

Оседлать волну, на гребень её взобравшись,

Чтобы имя моё

зазвучало на устах у всех.

И я такое вам выдам,

нахальства набравшись,

Развернусь во всю от прилива сил.

Сдвину горы,

буду урагану подобен.

Дайте мне всё то, что просил,

И тогда увидите,

на что я способен.

2000 г.

ЖАЛЕЙКИ

Эпиграф

Когда на душе тоскливо

И просит она: Налей-ка!

Спасает меня не пиво

А очередная «жалейка».

Жалейка № 1

Дождь,

грязь на улице и в душе.

Время

рапидно передвигает стрелки часов

Холод

проникает в щели человеческих отношений.

Скоро, скоро,

Ещё чуть-чуть и уже

В мир, тяжёлый отодвигая засов,

Где-то в центре вселенной,

Наверняка, рождается гений.

Одиноко и серо,

К тому же паршиво, хоть вой от тоски.

Жизнь идёт стороной,

Разворачиваясь по правилам

дьявольской клоунады.

Гений ставит в шедевре

заключительные мазки,

А маленький человек

Скрывает свой страх

за маской геройской бравады.

1997 г.

Жалейка № 2

Главное не озлобиться сильно,

Видя всю несправедливость мира,

Когда неудачи сыпят обильно,

Выбрав тебя мишенью тира.

Когда кажется, что выхода нет,

И в пору пойти утопиться.

Да впервые за много лет

Хочется в доску напиться.

Главное не озлобиться сильно,

Когда лебезят халдеи –

Лакейские морды противные,

Порождение страны Иудеи.

Там, в кабаках, продажные,

Где дяди в «рыжье» пируют

А рядом народ серьмяжный

На улицу вышел, бастует.

Он хочет свою зарплату

Хотя бы за год, за прошлый.

А вокруг сплошной анекдот,

Какой-то грязный и пошлый.

И пир во время чумы,

И пляски на чьей-то тризне.

Вот жаль, только ты чужой

На этом празднике жизни.

1998 г.

Жалейка № 3

Понимаю и себя ненавижу

Я за то, что потухшим стал.

От безденежья рвёт мне крышу,

Лень сточила мой пьедестал,

И апатия, давно мной овладевшая

Прицепилась, держит меня,

Словно жизнь моя овдовевшая

Закатилась на склоне дня.

Надоело однообразие,

И рутина рабочих будней.

Мне б вернуться в кураж, в безобразие,

Мне б шампанского, да девку распутней,

И почувствовать вкус победы,

Когда она подо мною стонет.

И весёлых друзей беседы,

Когда каждый по-своему «гонит».

Чтоб вдохнуть полной грудью воздух,

Наслаждаясь свободой.

Не терпится!

Мне б вернуться, пока не поздно,

Ведь надежды искра ещё теплится.

1998 г.

Жалейка № 4

Недостатков немеряно,

Но моя патологическая лень,

Наверное, скоро меня доконает.

Талант зарублен, как дерево,

Остался трухлявый пень.

Иногда его поливаю,

но он ростки не пускает.

Понимаю, что мог бы многое.

Решаю в своей голове

грандиозного масштаба вопросы.

Но это в теории.

На практике же

всё выходит такое убогое,

Что пропало желание,

остались только запросы.

Мне уже 28,

больше четверти века отмеряно.

Не достиг, не добился,

короче везде не успел.

Если спросят - отвечу: время потеряно.

Но зато,

слава Богу, грустить никогда не умел.

Нет,

случалось, хандрил,

Но не всерьёз

и не длительно.

Так,

бывало, тоска от безделья найдёт.

Гнать её алкоголем

получалось довольно сомнительно.

Прав был царь Соломон:

«Всё проходит – и это пройдёт»

Я и сам уж не тот,

растерял весь задор.

Повзрослел, успокоился, живот отрастил.

И всё чаще тревожить

стал сердца мотор,

Да и планы на жизнь себе упростил.

Наплевать на тело –

Ведь у каждого есть недостаток.

Зато формулу счастья

я вывел свою давно:

Любимое дело,

крепкий дом, мир в семье и достаток

Это главное в жизни,

а всё остальное – говно.

2002г.

«Жалейка» № 5

Жизнь, как вспышка,

мгновеньем проходит.

Я сжимаю её в кулаке,

А она утекает сквозь пальцы,

Вместе с силой

по капле выходит,

Не задерживаясь в таком дураке.

Дав понять, как противны страдальцы,

Вслед за ними

уходит любовь,

На прощанье махнув мне рукой.

Хоть на кладбище место готовь

При дурной перспективе такой.

Я смирился, почти не грущу,

Иногда трепыхнусь,

но без толка.

Оправданий себе не ищу,

Из собаки побитой

не сделаешь волка.

Обрастаю мхом,

гнию на корню

Как лежачий камень из поговорки,

Подыхая медленно,

никого не виню,

Укатали сивку

крутые горки.

2005 г.

«Жалейка» № 6

Тоска – зеленуха

вконец меня одолела.

Такая хворь,

что лень поднять даже руку.

Погода испортилась,

вместе со мной заболела.

Маюсь бездельем –

хуже него, не придумать муку.

Ноют к дождю

переломы и старые раны.

Кто-то признания в жизни

уже добился,

А я лишь завидую,

да строю планы.

Никуда пока не взлетел,

а вроде разбился.

Если сил не найду обмануть судьбу,

В милицейских сводках

появится ещё одна бытовуха.

Безнадёжностью душит,

пресекая мою мольбу,

И затягивает на шее петлю

тоска – зеленуха.

2005 г.

***

Жизнь коротка

Это верно, но все - же

Нет ничего

Кроме жизни дороже

Люди родятся,

Умирают и старятся

А жизнь – была,

Она есть и останется

Дети в песочнице роют савочками

Рядом – надгробие убрано розами

Жизнь ведь не только

Радость с цветочками

Есть в ней и горе,

Вместе со слезами

Очень сложна

И не всем она нравится

Но жизнь – была,

Она есть и останется

1988 г.

***

Бывают дни, когда не понимаешь

К чему, вообще, вся эта суета

Вранье за истину ты принимаешь

Боясь, что правда далеко не та.

Бывают дни, когда не доверяешь

Ты даже самому себе порой

Тогда все по-другому, измеряешь

И жизнь уже не кажется игрой.

Бывают дни, когда не успеваешь:

Такая куча дел, что некому пенять

Хотя, наверное, ты просто время убиваешь

Не зная толком, чем его занять.

Но иногда бывают дни такие

Когда ложится миру у ног твоих

Ты вместе с ней

и люди никакие

Не интересны, кроме вас двоих.

2000 г.

***

Без пятнадцати девять вечера.

Подыхая от скуки, подавляю зевоту.

У меня ещё два выходных,

А делать нечего,

И в понедельник с утра опять на работу.

Пустота в душе и вокруг,

Отчуждение родителей

уже не так убивает,

Понимаю, что это какой-то замкнутый круг.

Я хотел бы его разорвать,

но время моё убегает.

20 ч. 45 мин. 1997 г.

***

Зарядил мелкий дождь,

морося по дороге.

Пожелтела, пожухла с обочин трава.

Опадает листва,

шелестя приземляясь под ноги.

И промозглая осень

отбирает у лета права.

Ветер треплет деревья

и куртки случайных прохожих,

Кружит мусор бумажный

и стелится рябью по лужам.

Может вернётся тепло,

но что-то не очень похоже.

В перемены не верит никто,

и люди готовятся к стужам.

1998 г.

***

Болею. Температура. Слабость.

Диагноз неутешителен и непонятен.

Вынужден пить какую-то гадость.

Процесс лечения мне неприятен.

Валяюсь в постели пятые сутки.

Из жизни вырванный и ненужный

Похудел. Осунулся. Скажу без шутки:

Выгляжу жалко.

Беспомощный и безоружный.

Лето в разгаре.

Сейчас окунуться бы в море.

Разбежаться. Нырнуть.

Поплыть по воде оставляя след

А у меня болезнь.

За что мне такое горе?

Поправляю подушку

и плотнее кутаюсь в плед.

Июнь 2005г.

«Поэма дыне»

Не рвал я на теле рубах

И не впадал в уныние,

А просто хотел подержать в зубах

Кусочек сахарной дыни.

Одни меня посылали к врачам,

Другие – откровенно гадили.

Но руки мои, во сне по ночам

Шершавый бок дыни гладили.

Наконец, свершилась мечта!

Арбузы не в моде ныне,

И тает во рту осколком льда,

Взятая из холодильника дыня.

1997 г.

«Гедонист»

Мне не страшно казаться смешным,

поверьте.

Я давно уже свыкся с ролью комедианта.

Но прошу, пожалуйста,

пыл свой умерьте,

Если разговор пойдёт

насчёт моего таланта.

Творчество обсудить

порою так можно,

Что потом не прибавить и не отнять.

По себе ведь знаю – выслушать сложно.

Ну, а главное,

куда труднее – понять.

Будьте снисходительны,

закройте глаза на огрехи.

Ляпы и неточности

бывают даже у гения.

Пусть, конечно, достанется мне на орехи.

Только прошу,

своего не лишайте мнения.

Без него я, как бескрылая птица,

Как без пальцев рук пианист.

И не надо делать серьёзные лица,

Похвалите лучше

ведь я - гедонист.

2005 г.

***

Посади свою печень,

Я видел в холодильнике водку.

Организм твой не вечен:

Смело лей себе в глотку.

Разлагайся, как личность,

Потеряй уважение близких,

Выскребай всю наличность,

Опустись до помыслов низких,

Обещай мне веселья,

Удивляй невиданным дивом.

Но с такого похмелья

Я не поделюсь с тобой пивом.

2004 г.

«Незнакомка»

Мир охвачен щупальцами гигантской заразы,

Я чувствую нутром

грядущие катаклизмы,

В голове роятся, где-то услышанные фразы,

Которые вслух

выдаю за свои афоризмы.

Люди сходят с ума

и бесятся с жиру.

Каждый по-своему,

но все пытаются уйти от реальности.

Я кучу на последние деньги,

изображая транжиру.

И напившись, пристаю к незнакомке,

говоря ей банальности.

Наверняка это выглядит глупо,

Но мне плевать

на посторонние мнения.

Девушка глазами хлопает тупо,

Она ещё не решилась,

мозг терзают сомнения.

От желания вибрирует её мозжечок.

Но моя небритая рожа

пугает угрозой насилия.

Я знаю,

осталось сделать толчок,

Приложить лишь последнее

небольшое усилие,

И лёд недоверия между нами растопится.

Девушка с открытым ртом

будет слушать меня, заворожено,

Уже не делая вид, что куда-то торопится.

Я возьму её тёплой,

пока она заторможена,

Оплету паутиной лести,

задурив ей голову окончательно.

Засмущаю, как юную школьницу,

догола раздевая взглядом.

Этот вечер,

я постараюсь,

для неё пройдёт замечательно.

И она направится к выходу,

несомненно, со мною рядом.

Мы уйдём по-английски,

ни с кем не прощаясь,

Провожаемые взглядами зависти,

покинем прокуренный бар.

На часах циферблатные стрелки

замрут, не вращаясь.

И в такси сядет шлейфом за нами

пьяный угар.

В эту ночь я напрочь о катаклизмах забуду,

Мировые проблемы перестанут меня волновать.

Разводить канитель с незнакомкой дома не буду,

Потащив ее сразу

без предисловий в кровать.

А на утро,

опустошенных,

нас разбудят, каркая, вОроны.

И дурные предчувствия снова

возвратятся ко мне тогда.

Мы, простившись без сожаления,

разойдемся в разные стороны,

Обещая увидеться скоро,

чтоб не встретиться никогда.

2005 г.

***

Ветер дует в лицо,

Залезает под кожу,

Старается сбить меня с ног.