СЛОВА, КОТОРЫМИ МЫ ЭТО НАЗЫВАЛИ

Январь 1950 года, лагерь для японских военнопленных. Бывший начальник филиала отряда 731 находит русское издание материалов Хабаровского процесса и видит: в книге нет ни одной неверной цифры — и не рассказано ничего. Шестеро служащих садятся писать свою, по трём правилам: писать только о том, что видел сам; не править чужих глав; не писать «нас заставили».

Производственник, гордившийся укладкой склянок. Интендант, составивший акт о списании восьмидесяти окровавленных одеял. Жандарм, помнящий порядок оформления справки в трёх экземплярах. Ветеринар, отбиравший в загоне здоровых овец — чтобы было чем заразить. Ефрейтор, считавший на клейкой бумаге блох.

В книге нет ни одной сцены истязания. Ужас держится на служебном языке: «продукция», «манёвры», «особая отправка», «брёвна». Восемьдесят одеял они помнят до штуки. Имён не помнят вовсе — ни одного.

Документальный роман по материалам Хабаровского процесса 1949 года.