Czytaj książkę: «Мапа»

– Несмотря на целый ряд недостатков, я принимаю вас на должность гувернантки моего сына.

– Я не подавала заявления и не собираюсь на вас работать.

– Вы неорганизованная, упрямая, слишком много смеётесь и имеете удручающее пристрастие к сладкому.

– А вы занудный робот.

– Вот ваша копия контракта. Если условия вас устраивают, напишите ваши инициалы на каждой странице, а на последней поставьте дату и подпись. Чёрной ручкой.

– Я не буду на вас работать. Если вас это не устраивает, поцелуйте мою…

*****

Я случайно подружилась с милым и очень одиноким мальчиком, однако это не значит, что я стану терпеть его невыносимого отца.

1

Разворачиваю ириску и собираюсь запихнуть ее в рот, когда слышу строгий голос.

– Проходите и садитесь!

Так и застываю с открытым ртом. Осматриваюсь. В коридоре больше никого нет. Голос доносится из кабинета, но там…

Это он ко мне обращается, что ли?

– Ты… Вы мне?

– Разумеется! – отвечает снисходительно.

Костюм с иголочки, отутюженная рубашка, красивый галстук. Причёска по последней моде, очки тоже. Насчет очков есть вопросы, но остальное соответствует образу совершенно шикарного мужчины.

Как и надменный, властный взгляд.

– Можете сесть вот здесь, – показывает на кресло.

Послушно сажусь, но при этом с трудом сдерживаю смех.

Угловой кабинет на десятом этаже офисного здания открывает обалденный вид на город. Поток машин, спешащие муравьи-прохожие. Жаль, погода пасмурная. Дождевая туча навалилась на крышу соседней высотки и свесила вниз своё брюхо. За ней мало что разглядишь.

– У вас есть ко мне какие-нибудь вопросы? – спрашивает крайне официальным тоном.

– Э-э-э… вообще-то как бы нет.

Какие у меня могут быть вопросы? Я тут, можно сказать, гуляю, и вдруг… меня позвали. Официальный вызов от… начальника?

Оглядываюсь на плашку на открытой двери. Да, точно, это кабинет директора компании.

– В таком случае я задам вам несколько вопросов… если вы не возражаете, – говорит вежливо.

С готовностью киваю. Это самое интересное и неожиданное собеседование, на котором я когда-либо была, поэтому отказаться не могу.

– Что никогда нельзя съесть на завтрак? – спрашивает и при этом строго смотрит на меня поверх очков. Не нарочно, а потому что они настойчиво сползают с его носа.

– Ужин и обед? – отвечаю с улыбкой.

– Хм-м-м… Правильно. Что всегда приходит, но никогда не уходит?

Над этим приходится поразмыслить, однако я старшая в семье и привыкла ко всяким играм и квестам, поэтому до меня наконец доходит.

– Завтрашний день.

– Весьма неплохо! – Кивает. Не выдержав резкого движения, его очки падают на стол, но он невозмутимо водворяет их обратно. – Один, четыре, девять… Какое число следующее?

С математикой у меня проблем нет и никогда не было.

– Шестнадцать.

– Почему? – выстреливает вопросом.

– Это последовательность квадратов.

Он выглядит немного разочарованным, потому что ему не удалось меня победить, но быстро справляется с собой.

– Ладно. У меня есть ещё один вопрос. Что вы сейчас ели в коридоре? Это были ириски, да? Зелёные с коровой на картинке? Я видел их в магазине, но… – Замолкает посередине фразы и смотрит на закрытую внутреннюю дверь.

Говорят, у директора компании не кабинет, а целая квартира, в которой есть ванная комната и даже спальня. Полагаю, они как раз расположены за этой дверью.

Достаю из кармана пакет ирисок, демонстрирую картинку.

В этот момент открывается смежная дверь, и к нам выходит…

Настоящий директор компании.

Зашибись какой мужчина, красавец и умник, исполин бизнеса, неприступный холостяк и разбиватель-уничтожитель женских сердец.

Костюм с иголочки, отутюженная рубашка, красивый галстук. Причёска по последней моде… Только без очков, а так о-о-очень похож на мини-директора, который проводит моё спонтанное и очень забавное собеседование.

Сколько лет этому чудному мальчишке? По виду около шести, однако он умный не по годам.

2

– Что здесь происходит? – спрашивает директор требовательным тоном и смотрит при этом на меня.

Будучи честным человеком, пожимаю плечами. Не имею ни малейшего представления.

Директор переводит взгляд на пакет ирисок. То ли они запрещены в его компании, то ли у него с ирисками давние личные счеты, но его лицо искажается от гнева.

– А это почему здесь?

Прячу злополучный пакет с ирисками в кармане вязаной кофты. Всё. Контрабанды больше нет как не было.

Мини-директор выглядит немного встревоженно, однако быстро берёт себя в руки.

– Папа, я нашёл гувернёра…гувернантку для меня. Она успешно прошла собеседование, тебе не надо больше ни о чём волноваться.

Очки (явно отцовские) снова съезжают с пуговички его носа, и тогда он сдаётся. Бросив на меня смущённый взгляд, кладёт их на стол.

Директор переводит на меня критический взгляд, красноречиво говорящий о том, что он подозревает меня в страшной манипуляции его ребёнком с неизвестной, но безусловно коварной целью. Потом подходит к сыну, забирает у него очки и водружает их на свой нос, где им, собственно, и место.

– Позволь мне решать, кто подходит на должность твоей гувернантки, а кто нет, – говорит он сыну.

В том, что они отец и сын, сомнений и быть не может. Они как разъединённые во времени близнецы во всём, даже в одежде.

Смотрю в окно. Вроде всё как всегда – машины, мотоциклы, высотные дома. А мне было показалось, что я попала в восемнадцатый век. Или в книгу о Мэри Поппинс. Только что удачно (и случайно) прошла собеседование на должность гувернантки. Кто бы подумал!

Директор обращает на меня повелительный и надменный взгляд.

– Собеседования на должность гувернёра или гувернантки будут проведены в штатном режиме согласно оговоренному порядку. Неэтичное поведение послужит причиной для моментального отказа.

Интересно, он только говорит как робот или думает так же?

О директоре компании ходит много слухов, однако до сегодняшнего дня я не встречалась с ним лично. Теперь понятно, почему он никогда не заходит в мой магазин, ведь у меня там имеется целая полка запрещённых ирисок.

Поднимаюсь на ноги.

– С вами весело, но у меня дела, поэтому я, пожалуй, пойду.

Мальчишка просто прелестный, очень хочется оставить ему ириски, но с его папашей лучше не спорить. Я арендую помещение для магазина в здании его компании, поэтому портить отношения неразумно.

– Подождите! – восклицает мальчик, соскакивая со стула, и тут же поспешно добавляет «пожалуйста».

– Александр! – предупреждающе рокочет директор. – У нас тоже дела.

Уф-ф-ф… Ну и голос! Таким армией командовать, а не с ребёнком разговаривать. Превратит этого очаровательного мальчишку в робота подобного себе.

– Да, папа.

Мальчик усиленно прячет разочарование. Хочется нарушить мои правила невмешательства, подойти и настучать великому папаше по его привлекательной голове. Пусть будет помягче и почеловечнее с маленькой очаровашкой, подаренным ему судьбой.

– Перед тем как уйти, будьте любезны, предъявите мне ваш бейдж, – требует директор.

Ну вот, а всё так хорошо начиналось…

Послушно достаю бейдж из кармана и протягиваю ему.

– Вы работаете в магазине на первом этаже? – Удивлённо поднимает брови.

А что он думал? Что я коварно пробралась в здание без права здесь находиться, чтобы уговорить его малолетнего сына нанять меня своей няней?!

Если так, то ему нужно проверить его распрекрасную роботовую голову, у него там заржавел особо важный винтик.

– Да. Я арендую у вас помещение рядом с кофейней. Магазин «Маленькие радости».

Он морщится. Ну конечно, он большой человек, поэтому все радости у него соответственно большие.

Сейчас он спросит меня, что я делаю на десятом этаже, а потом не поверит, когда я отвечу, что гуляю, и тогда возникнут проблемы.

Когда мне хочется немного размять ноги, я поднимаюсь по лестнице до верхнего, десятого этажа, потом делаю круг и спускаюсь обратно. Однако в этот раз меня остановили, мини-директор позвал меня на срочное и неожиданное собеседование.

На мне сосредотачиваются два взгляда. Один директорский – строгий, холодный и заведомо осуждающий. Второй – мини-директорский, почти умоляющий и немного печальный. Отца я игнорирую, а сыну посылаю ободряющую улыбку и мысленно желаю ему удачи. С таким папашей она ему понадобится.

– Мы с вами ещё побеседуем, – обещает мне самый завидный холостяк нашего города, заброшенный на Землю с планеты роботов.

Награждаю его улыбкой из категории томных.

– Буду ждать с нетерпением!

3

Вернувшись в магазин, поворачиваю табличку на двери.

«ОТКРЫТО».

Перерыв окончен, и он оказался забавным, хотя только для меня, а не для замороженного робота, который уж очень недобро на меня смотрел. Как бы ни начал вендетту.

Он сам виноват. Если не терпит посторонних в кабинете, надо закрывать дверь или хотя бы запретить сыну зазывать внутрь проходящих продавщиц сладостей.

А в том, что забавный мини-директор позвал меня именно из-за ирисок в моих руках, сомнений нет. И провёл собеседование по высшему разряду, даже папины очки нацепил.

Гувернантка ему требуется, как же… Скорее, ему нужна любящая и весёлая мама, чтобы уравновесить влияние требовательного и властного отца и позволить мальчику хотя бы иногда испытывать маленькие радости. О том, что наш директор отец-одиночка, известно всем, как и о том, что он крайне щепетилен в выполнении своих отцовских обязанностей. Смутно припоминаю, что они с сыном однажды были на обложке какого-то журнала. В одинаковых костюмах, деловые и роскошные мужчины, идущие по городу. Только тогда его сыну было всего года три-четыре.

Я никогда особо не интересовалась директором компании, так как, кроме договора аренды, нас с ним ничего не связывает. И я никогда не была знакома с ним лично. Однако забавная обложка того журнала какое-то время висела в фойе и запомнилась мне.

Вспоминаю и улыбаюсь.

Несколько знакомых женщин заходят в магазин и устремляются прямиком к стойке с шоколадом. Во второй половине рабочего дня это обычное дело, многим нужна энергетическая подпитка.

Как обычно, мы шутим с ними, что мне пора закупать килограммовые плитки шоколада, чтобы уж не мелочиться, когда дверях появляется…

Мистер прекрасный и ужасный.

Великий начальник спустился с Олимпа в одиночестве и пришёл по мою душу. Не иначе как запер своего сына, чтобы тот не приглашал в кабинет других подозрительных кандидаток в гувернантки.

Женщины толкают друг друга локтями, перешёптываются, как будто не понимают, что директор это слышит и замечает.

Однако он не удостаивает их взглядом, подходит сразу к прилавку. Принюхивается и морщит нос. Ему не нравится запах конфет, видите ли.

Достаю цветную карамельку из цветной коробки и демонстративно кладу ее в рот. А что? Ему можно меня раздражать, а мне его – нет? Скажу честно: аренда в центре города очень высокая, а доходы у меня не очень, поэтому если гроза сладкоежек выгонит мой магазинчик радостей из своего здания, то, возможно, это и к лучшему. Арендую место поскромнее где-нибудь в школьном районе, там конфетный бизнес никогда не пропадёт.

– У вас найдётся несколько минут для разговора? – спрашивает он официальным тоном.

– Да, конечно.

К нам подходят нагруженные шоколадом подчинённые директора. Он смотрит на них так пристально, словно запоминает каждую в лицо, чтобы в будущем уволить за неположенные пищевые пристрастия.

– Шоколад полезен для здоровья. Он придаёт сил и бодрит, – говорю, глядя на него с улыбкой, которую он, конечно же, не возвращает.

– А ещё он стимулирует умственную деятельность и помогает работать лучше! – с весёлым намёком говорит одна из женщин, глядя на начальника с открытым обожанием.

Чего тут, спрашивается, обожать? Чтобы согреться с таким арктическим мужчиной, придётся ложиться в постель в пуховике и шапке-ушанке.

– От шоколада активнее вырабатывается гормон счастья. – Ещё одна сотрудница кидает на босса очарованный взгляд.

Он на секунду закрывает глаза. Бедняга! Представляю, как ему хочется высказаться по поводу гормона счастья и пристрастия к сладкому!

Однако он берёт себя в руки и не комментирует сказанное. Одаривает сотрудниц царственным кивком.

4

Заплатив, покупательницы уходят, и тогда директор с намёком показывает на дверь.

Он хочет, чтобы я закрыла магазин, чтобы с ним поговорить?!

– А как же мой бизнес? – спрашиваю, складывая руки на груди.

– Я у вас что-нибудь куплю.

Делаю приглашающий жест рукой.

– Мне безумно интересно, что вы выберете.

– Может, сначала поговорим? – Брезгливо оглядывает полки со всевозможными сладостями, сувенирами и прочими дивными маленькими радостями.

– Если вы хотите, чтобы я закрыла магазин ради разговора с вами, то сначала сделайте покупку.

Очень стараюсь, но не могу избавиться от улыбки. Чудной он… Поэтому и шалю, подшучиваю над ним.

Кто ж его так заморозил? Жалко мужика, честное слово, но у меня тут не благотворительное заведение.

Берёт с полки первую попавшуюся упаковку, кладёт на прилавок и достаёт бумажник.

– Очень хороший выбор! – цокаю языком. – Дружеский браслет – это замечательный и трогательный подарок.

– Дружеский? – усмехается. – И что в этом браслете такого дружеского, позвольте спросить?

Достаю браслет из упаковки и разделяю его надвое.

– Вот смотрите. Одну половину браслета вы носите сами, а вторую дарите своему лучшему другу, как будто делитесь с ним или с ней половиной своего сердца.

Не знаю, что злит его сильнее, – широкая улыбка на моем лице или злосчастный дружеский браслет, от которого он шарахается, как он чумы.

Расчленив меня взглядом, убирает бумажник в карман. Отказывается от покупки, видите ли!

– Я дам вам бесплатный месяц аренды за десять минут разговора.

Наконец-то, достойное предложение!

Киваю с истинным удовлетворением.

– Конечно, я к вашим услугам. По такой расценке я готова говорить с вами хоть до самого вечера.

Угол его рта приподнимается в усмешке.

– При такой расценке я постараюсь быть краток.

Ну хоть что-то, хоть какой-то признак жизни в этом айсберге, и на том спасибо!

Поворачиваю табличку на «ЗАКРЫТО» и веду директора в угол, где стоят два удобных кресла. Здесь покупатели выбирают дополнительные товары из каталога.

Он садится, отодвигает каталог, но потом не сдерживается и открывает его посередине.

– Вы торгуете игральными костями?! – Смотрит на меня с осуждением.

– Они не для азартных игр, а для безобидного развлечения. – Подаюсь ближе к нему и показываю на картинки в каталоге. – Вот есть рунические кости для гадания, а есть просто для того, чтобы решить, чем заняться.

Его глаза практически вываливаются из орбит от удивления и осуждения одновременно.

– Что значит, решить, чем заняться?

– Ну вот, смотрите! – Показываю на большой кубик, на котором написаны варианты.

Он читает вслух.

– Выпить, посмотреть телевизор, поесть, позвонить друзьям, сходить в кино, заняться сексом… Это все имеющиеся варианты? Других нет?

А у него какие варианты? Заработать миллион, заработать триллион, вымуштровать сына и довести бедную владелицу магазина до заикания?

Неужели у него настолько плохо с чувством юмора?

Поднимаю руку и стучу указательным пальцем по запястью, где обычно носят часы. Если мы сейчас будем спорить о каждом продающемся в магазине товаре, то я заработаю бесплатную аренду на всю оставшуюся жизнь.

– Анастасия Вячеславовна…

Понятно. Обычного «Ася» на моём бейдже было недостаточно, и он заглянул в договор аренды.

– Я предпочитаю просто «Ася».

– Это деловые переговоры.

– Тогда «уважаемая Ася».

Резко выдохнув, он откидывается на спинку кресла и какое-то время таращится в потолок. Не иначе как злится, однако его поза наводит меня на полезную мысль.

– Вам не кажется, что потолок хорошо бы покрасить? А то вокруг ламп облупилась краска, да и выглядит какой-то желтоватой. Я, между прочим, ни разу не опоздала с арендной платой, а в нашем контракте оговорено поддержание…

– Два месяца бесплатной аренды, если вы сейчас замолчите!

Делаю знак, будто застёгиваю мои губы на молнию.