Selma Lagerlof

колебался. Он никак не мог поверить, что она совершенно покорилась ему. – Но тебе придется позволить мне идти своим путем. – Ты будешь истинным пастырем, Карл-Артур

природа недолго мудрила над отделкою.

Нильс. – Ну, надо и самому голову на плечах иметь, – ответила Акка. – А теперь вот что я тебе скажу: мы проживём здесь три дня. Болото тут хорошее, водорослей сколько душе угодно, а путь нам предстоит долгий. Вот я и решила – пусть стая отдохнёт

Как могут они требовать, чтобы человек, столь счастливый, как он, причинил зло хоть одной из созданных Богом тварей?

На углу, против уличного фонаря, он увидел вывеску. Большими буквами на ней было написано: АПТЕКА. Вот если бы нашлось такое лекарство, от которого Нильс сразу бы вырос! Пусть бы это лекарство было горькое, как полынь, — Нильс выпил бы, не поморщившись, целую бутылку. Если надо, так выпил бы и две бутылки! Только где такое лекарство взять?!