Лариса Рубальская

Самурай Три часа самолет над тайгою летит, У окошка японец сидит и глядит. И не может, не может понять самурай — Это что за огромный, неведомый край? Удивленно таращит японец глаза — Как же так? Три часа все леса да леса. Белоснежным платком трет с обидой окно, Я смотрю, мне смешно, а ему не смешно. Самурай, самурай, я тебе помогу, Наливай, самурай, будем пить за тайгу. Про загадочный край Я тебе расскажу. Наливай, самурай, Я еще закажу. И пока самолет задевал облака, Он сказал, что в Японии нет молока, Что в Японии нет ни лугов, ни лесов И что негде пасти ни овец, ни коров. Я тебя понимаю, мой маленький брат, Ведь таежный мой край и красив, и богат! Ты не зря, Панасоник, завидуешь мне. Так налей же еще в голубой вышине.

Виноват я, виноват! Хожу я по лезвию бритвы, Терплю поражения в битвах, А ты все качаешь права. Любимая, ты не права! А ты говоришь – так и надо, Моим поражениям рада. Зачем же такие слова? Любимая, ты не права. Виноват я, виноват, Без суда и следствия. Ты смени свой строгий взгляд На другие действия. В море жизни я – фрегат, Потерпевший бедствие. Виноват я, виноват, Без суда и следствия. Желтеют акации