Какудзо Окакура

волшебном котле и восстановила китайское небо. Но говорят, что Ниука забыла починить две крошечные трещины в синем небосводе. Это дало начало дуализму в любви – две души перемещаются в пространстве и никогда не успокаиваются, пока не соединятся вместе, чтобы завершить Вселенную. Каждый должен заново построить свое небо надежды и мира.

Любое историческое исследование идеалов японского искусства практически невозможно до тех пор, пока западный мир будет оставаться в неведении о различиях окружающей среды и о внутренних связях социальных феноменов, в которые искусство помещено как драгоценный камень.

Неспособный ощутить в себе ничтожность великих качеств человек, скорее всего, не распознает величия мелочей в других людях.

Тот, кто не способен почувствовать незначительность великих по размеру вещей, может проглядеть величие малых. Средний житель Запада в своем лоснящемся самодовольстве и холеном благодушии увидит в чайной церемонии тысячу и одну странность, которые предстанут для него как необычность и инфантильность Востока. Он привык расценивать Японию как страну варваров, в то время как она предавалась спокойным, мирным искусствам. И он же