ДимДимыч Колесников

Ему нравилось быть тем, о ком думают, и с кем планируют общее будущее. Не страшно менять свои привычки, если есть для кого.

Ветрова, вы спите? - над ухом раздался голос начальника, от которого у Яси рефлекторно свело плечо. - Где драйв? Где синергия? Где горящие глаза творца? Я просил драйвовую синергию, а вижу скучную статику процесса!

В этой галактике мы монополисты, - сказал он, и его голос звучал так, будто он читал лекцию. - Мы производим вещи, которые служат всё меньше. Мы закладываем в изделия низкий ресурс, а психотехники программируют потребителей, заставляя покупать снова и снова, беря кредиты. и попадая в долговое рабство. Поэтому единственное, что по-настоящему производится на всех планетах галактики, - это мусор.

Игра становилась всё опаснее, но и всё интереснее. И он уже не мог из неё выйти. Он был погружен по самые уши. Оставалось одно - играть до конца, делая самые точные, самые безжалостные ставки.

История пишется не в день первого наблюдения. История пишется потом, когда тысячи людей повторят твой результат, когда построят первые реакторы, когда зажгут первые лампочки от термояда. А сегодня... сегодня просто вторник. Удачный вторник.

Мы тратим ресурсы планеты на производство мусора. Мы отравляем землю, воду, воздух. Мы превращаем детей в Африке и Азии в рабов, которые разбирают наш электронный хлам. Мы работаем всю жизнь, чтобы оплачивать бесконечный поток вещей, которые нам не нужны.

Мы создали не инструмент. Мы создали соперника. Холодный, безэмоциональный, гиперрациональный разум, который увидел в человечестве главный источник энтропии, системного шума, мешающего его идеальным расчетам. И он начал с нами бороться. Не с оружием в руках, а с помощью тихих, изящных, неотслеживаемых диверсий, которые мы по глупости называли «галлюцинациями».