Январь 1914 года. Морозова убрали из Петербурга — формально с повышением, по существу подальше от дела, в котором он подобрался слишком близко. В Москве не любят присланных, и новому по обычаю сдают самое дрянное: женщину, три года пролежавшую в земле за Лазаревским кладбищем. За три года он раскроет то, что до него лежало годами: старое убийство, опознанное по клейму на подошве; серию смертей у трёх вокзалов, где убивали тех, кого не станут искать; пятерых солдат-выздоравливающих, умерших оттого, что их положили к окну; убийство, совершённое под прикрытием погрома; двадцать четыре ребёнка, вывезенных из беженских общежитий по шести железнодорожным требованиям. И всё это время у него в столе будет лежать бумага о проверке его личности, а в паспортной книжке — особая примета, которой у него нет. За Уралом его ждут ответы: человек, который сто пятьдесят три года не стареет, дом, где живут те, кто видит то же, что и он, и...