Cytaty z książki «Обитель»

"Дурная, на износ работа расти не помогает, но, напротив, забивает человека в землю по самую глотку. Человек растёт там, где можно разбежаться, подпрыгнуть, спугнуть птицу с высокой ветки, едва не ухватив её за хвост".

Русскому человеку себя не жалко: это главная его черта.

Я тут стал вот что понимать: аристократия - это никакая не голубая кровь, нет. Это просто люди хорошо ели из поколения в поколение, им собирали дворовые девки ягоды, им стелили постель и мыли их в бане, а потом расчёсывали волосы гребнем. И они отмылись и расчесались до такой степени, что стали аристократией. Теперь мы вывозились в грязи, зато эти - верхом, они откормлены, они умыты - и они... хорошо, пусть не они, но их дети - тоже станут аристократией.

"Самые важные вещи понимаются на пороге сна. Одна закавыка: потом с утра не помнишь, что понял. Что-то наверняка понял, а что - забыл."

На Соловках Артём неожиданно стал понимать, что выживают, наверное, только врождённые чувства, которые вросли внутри, вместе с костями, с жилами, с мясом, - а представления рассыпаются первыми.

В раю нераспятых нет.

"Каждый человек носит на дне своём немного ада: пошевелите кочергой - повалит смрадный дым".

Как же люди могут полюбить Бога, если он один знает всё про твою подлость, твоё воровство, твой грех? Мы же всех ненавидим, кто знает о нас дурное?

Следом понемногу ушла в землю вся наша огромная семья, только внуки и правнуки остались - одни, без взрослых.

Приходится делать вид, что взрослые теперь мы, хотя я никаких разительных отличий между собой четырнадцатилетним и нынешним так и не обнаружил.

Разве что у меня вырос сын четырнадцати лет.

У него дурной вкус, кажется мне иногда. Но оттого, что он мужчина, он умеет свой дурной вкус нести так, как будто вкус его хороший.