Cytaty z książki «Числа»
Медицина утверждает, что пидорасы бывают трех видов: пассивные, активные и актуальные. Первые два вида ведут себя так, потому что такова их природа, и к ним претензий ни у кого нет. А вот третий вид - это такие пидорасы, которые стали пидорасами, потому что прочли в журнале "Птюч", что это актуально в настоящий момент. И к ним претензии будут всегда
Люди просто не понимают до чего они счастливы. До тех пор, пока это счастье не отберут.
Наше общество напоминает мне организм, в котором функции мозга взяла на себя раковая опухоль.
У российской власти, есть две основные функции, которые не меняются уже много-много лет. Первая —это воровать. Вторая —это душить все высокое и светлое. Когда власть слишком увлекается своей первой функцией, на душение времени не хватает, и наступает так называемая оттепель.
Слушая доктора, гадающего, где и чем он мог отравиться, Степа чувствовал, что мог бы многое рассказать о том, как действует самый страшный на земле яд - ум.
Банки грязи не боятся.
Кто подумает, что одну процентщицу убила другая? Никто. Будут искать студента в длинном пальто
Все вокруг меняется каждый миг, и в каждый момент мир представляет собой сумму иных обстоятельств, чем секундой до или после. Люди, с которыми мы имеем дело, тоже постоянно меняются и ведут себя по-разному в зависимости от того, какие именно мысли попадают в моментальное сечение их умов. Поэтому, выбирая временную и пространственную точку своей встречи с миром, мы занимаемся совершенно реальной магией, может быть, даже единственно возможной магией, потому что каждый раз мы решаем, в какой именно мир нам вступить. В одном нас ждет падающий из окна горшок с бегонией или несущийся из-за угла грузовик, в другом - благосклонная улыбка Незнакомки или толстый кошелек на краю тротуара, и все на одних и тех же улицах…
В конце концов, говорил один из гостей Простислава, в этом мире каждый всю жизнь общается только с небом, а другие - просто вестники в этом общении.
Несмотря на некоторую полноту, Степа нравился женщинам. Мужчинам он нравился тоже - но по другой причине: он производил впечатление божьего одуванчика, которого можно не принимать всерьез. За такой поверхностный вывод поплатились многие недотепы брутального вида. Степа не был коварен. Но в обиду себя не давал.
