Cytaty z książki «Богиня прайм-тайма»
Всё правильно. "Рибок", "Кока - Кола", "Самсунг". Машины - "Лендроверы" или "Тойоты". Мадикаменты французские. Гуманитарная помощь немецкая и российская.
Камуфляжи, как "свои", так и "чужие", шили в Китае.
Афганцы сами только воюют. Больше ничего.
Он натянул джинсы, вытащил из гардероба полотенце, которое всегда носил с собой
жет – какие еще гарантии! Честное слово этого бородатого бандита?! Но он честного слова не давал и по-английски все время говорил как-то так, что его вполне можно было понять по-одному, истолковать по-другому и сделать из сказанного совершенно
пустынные горы, все тот же унылый до крайности пейзаж, все те же солдаты – «наши», но как будто не «наши». Ольга шла по краю истекающего песком холма, пока Ники ползал на коленях, то так, то эдак прилаживая камеру. Профессионал. Ольга знала, что даже землю он может снять так, что все станут
– Ну, приходи, – с досадой предложил Бахрушин во второй раз за время их плодотворной и интересной беседы. – Поговорим. Только если
их быть и не может – какие еще гарантии! Честное слово этого бородатого бандита?! Но он честного слова не
автоматами везут куда-то, и ясно, что везут убивать. Всех убивают, и меня тоже убьют. Они больше ничего не умеют. Они родились
темные глазищи, всегда приводившие его в трепет – ни у кого, кроме нее, не было таких ярких, таких страшных,
Никто не знал, почему вдруг она решила поменять один канал на другой. Бахрушин
поклонником абстрактного искусства и понаставил на этажах непонятных статуй, то ли из серого камня, то ли из бетона. Они были не просто уродливы, они еще наносили материальный ущерб сотрудникам. На них все время кто-то натыкался, падал, рассыпал
