Забыть-то можно всё что угодно – например, сам Вар в шесть лет мог запросто забыть причесаться, и точно так же запросто он мог забыть в школе свой ланчбокс; но когда специально стараешься стереть что-то из памяти, то чем сильнее стараешься, тем крепче оно впечатывается.
Дядя Сай был не как другие взрослые. Когда дядя Сай задавал вопрос, он потом слушал ответ.
«Это у тебя молочный жир, – говорила мама. – Он потом превратится в мышцы».
Она обернулась к нему с полными слёз глазами. И Вара с такой силой потянуло утереть эти слёзы, что пришлось сунуть руки в карманы и сжать в кулаки.
. В реальном мире случается много плохого. Но всё, что мы делаем, чтобы это исправить, – это тоже реальный мир. Мы сами – это тоже реальный мир
Когда из тебя вышвыривают твое старое «я» – это больно? А если это старое «я» не захочет вышвыриваться, вцепится в тебя мёртвой хваткой и ни в какую – что тогда?
– Это и есть её состояние? Старость? – Она упала, вот в чём дело. Врачам надо убедиться, что с ней всё в порядке. – Ладно, я понял. Так что с вашим планом? – С планом? – Ну да. Я провожу лето у бабушки, а вы с мамой работаете в две смены, чтобы мы могли купить дом. Такой же был план? – Это был план А. – Папа кивнул. Потом взял со столешницы рекламный буклет летнего лагеря «Рекреация». – План Б, возможно, будет немножко другим.
Когда из тебя вышвыривают твое старое «я» – это больно? А если это старое «я» не захочет вышвыриваться, вцепится в тебя мёртвой хваткой и ни в какую – что тогда?