Татьяна Тэя

Именно туда он меня и уносит. И мы повторяем то же, что в самолёте, только никуда не торопимся. Он медленно и нежно любит меня.

– И то, половина жизни с Пашей – моральное насилие. Я не могу вернуться к человеку, который причиняет

мать… – пытаюсь говорить спокойно, но раздражение так сложно скрыть. – Пожалуйста, Марат! – перебивает. – Я не знаю, к кому ещё обратиться. Мне очень плохо, и я не могу справиться с этим сама! – её слова звучат так, словно она на грани слёз. Хотя Кристина та ещё артистка, эта и слезу пустить может, если она принесёт ей выгоду. – Ты не понимаешь, что ты натворила?

итак знал. Здоров, как бык. И самоуверен, как баран. – Это, к сожалению, довольно распространённый подход, – отвечает врач. – Но важно понимать, что зачатие – это сложный процесс, и проблемы могут быть как у женщин, так и у мужчин. Вы сделали правильный шаг, обратившись

продолжает он. – Сначала я не обращал на неё внимания, думал

– Спасибо, хорошо, когда идёшь в рекомендованное

Присев на корточки, смотрю на девушку, сидящую у стены. Её глаза закрыты, лицо опущено к плечу, капюшон натянут на голову

бесконечный поток мыслей в голове

используем, это вообще практически на всю жизнь. Эля готовит кофе, а я подхожу к большому окну, кидаю сумку на стул. Украдкой выглядываю наружу. Там внизу зелёный сквер.