Жена арестанта

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Жена арестанта
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

В оформлении обложки использованы фотографии с https://www.pexels.com по лицензии ССО для личного и коммерческого использования.

Пролог

Зачастую, когда стремишься осуществить мечту, на пути твоем могут повстречаться препятствия, ни от чего не зависящие и на первый взгляд кажущиеся непреодолимыми. Эти препятствия мешают осуществить загаданную мечту. Но не всегда наличие препятствий означает отдаление от поставленной цели. Порой, они идут на пользу, оберегают от ошибок и даже помогают добраться до мечты самым кратчайшим путем…

Меня вряд ли поймут. И не нужно стараться, если не получается это сделать сразу. Вряд ли кто посчитает, что я нормальная девушка, и, что еще того хуже, последуют моему примеру. А точнее, примеру моей величайшей глупости по причине такого же величайшего заблуждения. Да, чего греха таить, кто угодно за редким исключением из армии большинства скажет, что с головой у меня не все в порядке, раз я смогла-таки додуматься до того безрассудного и совсем нелогичного, от чего сама бежала когда-то, пребывая на тот момент в здравом уме.

Чуть не попавшись в лапы маньяка, когда прогуливалась вечером по городу, я спаслась, но это ощущение, когда ты жертва, которая вот-вот перестанет дышать, уже никогда не пройдет.

Я выжила, потому что сумела собраться с мыслями и вовремя сообразить, что нужно делать в столь экстремальной ситуации, в которую попадаешь ни каждый день. Довольно сложно не впасть в панику, когда происходит подобное. Да и правила поведения, когда над твоей жизнью внезапно нависает смертельная опасность, которым нас учили и в школе, и в семьях, и в СМИ, моментально не всплывают в памяти в подобные жизненные мгновения. Благодаря случаю и удачному стечению обстоятельств, от меня не зависящему, наряду с моей быстрой смекалистой реакцией, а также успешно сработавшему инстинкту самосохранения и шестого чувства, я ни капельки не пострадала. Отделалась лишь легким испугом и кучей бессонных ночей, что действительно так. Однако, несмотря на абсолютную целостность физической оболочки, ведь маньяк даже дотронуться до меня не успел, в моральном плане я находилась под эффектно-негативным впечатлением ни один месяц.

А теперь, когда прошло немалое время, и громкий эффект от случившегося и чудом не случившегося остался позади в памяти, меня вдруг потянуло на то, что никогда не назвать разумным. Мне приспичило разыскать того маньяка. Разыскать, чтобы познакомиться с ним поближе.

Эта мысль не давала мне покоя.

К счастью или к несчастью, получилось это сделать быстро. Полгода назад от знакомой, работающей в суде, я совсем неожиданно узнала о том, что этот маньяк уже несколько лет как сидит в тюрьме. Просто пришла к ней на работу, увидела его фотографию в деле, которое лежало на ее столе, и внутри как будто льдом все покрылось. Я хорошо помнила, как выглядит тот маньяк.

Взгляд его, дикий и хищный, озабоченный черными мыслями и кровожадный донельзя, не давал мне крепко спать по ночам долгое время.

Я не раз представляла себе, как даю отпор маньяку в случае его повторного нападения, как мутужу его до потери сознания, как убиваю ради самообороны. Эти несбыточные мысли, кажущиеся реальней, чем что-либо, давали мне надежду, что когда-нибудь я смогу отомстить. Эти мечты лежали под коркой и были, скорее теорией. А на практике дело было бы обстояло так: либо я испугалась бы и не попыталась наброситься на него первой, потому как не умею драться, да так, чтобы мужчину отвадить раз и навсегда, либо я бы попыталась включить приемы самообороны, чем спровоцировала бы его на убийство. Ну а если думать логично, то вероятнее всего, он бы, не дожидаясь моих маневров сразу пырнул бы меня ножом в бочину, а дальше бы сделал все, что намеревался.

Но разве мечтать запретно? Вот я и думала об этом каждый раз перед тем, как ложиться спать.

Когда узнала о его «несвободной» ситуации, поначалу я страшно ликовала, что этот зверь пойман, а я не оказалась в числе его жертв. Но потом, просмотрев несколько документальных фильмов о подобных личностях, которых сложно назвать людьми, меня начало тянуть к нему, тянуть к маньяку. К моему маньяку.

Недолго ломая собственную гордость и страх, я все-таки решилась написать письмо. Сделала это и приложила к тексту свою фотографию. Чтобы маньяк узнал меня наверняка. Маньяк по имени Дмитрий в ответе указал, что помнит, кто я такая, и что я запала ему в душу еще с того момента, как он меня увидел. Как оказалось, он за мной еще и следил некоторые время до попытки напасть.

Он думает обо мне долгие шесть лет…

Эта мысль сразу подняла мою самооценку на своеобразный внутренний пьедестал.

А также Дмитрий написал ту же самую фразу, которую воспроизвёл шесть лет назад, когда я, испугавшись его навязчивости, примкнула к толпе мимо проходящих людей: «Я никогда не видел таких девушек, как ты. Потому я так веду себя с тобой.»

Именно так, неумело, возбуждённо, и скрипуче-недовольно пояснил маньяк свое странное поведение в тот день: шел рядом три квартала подряд и таращился на меня, сканируя сверху-вниз и не отвлекаясь ни на что вокруг. Я почувствовала, что не к добру это, а он, запугивая, за всю дорогу не проронил ни слова.

Сложно сказать неправду, что я здорово не перетрухнула от нашей с ним встречи тем вечером, ведь этот вечер мог стать для меня последним, хоть и стыдно признавать собственную слабость. Несколько дней я боялась выходить из дома, замыкалась на все замки, прислушивалась к шорохам на лестничной клетке, боялась даже выглядывать в окно, чтобы больше не столкнуться с ним взглядами.

Это было ужасно тяжелое время, но и оно прошло безвозвратно, как и все быстротечное. Теперь у меня с маньяком дела обстоят иначе. По прошествии полгода нашей переписки, я твердо вознамерилась поехать к нему на свиданку. Что я жду от этой встречи, не знаю.

Ни сейчас, ни тогда, когда приняла решение общаться с душегубом, читать и примерять на себя его любовные признания и стихи, не понимала я себя и презирала, особенно в те моменты, когда читала любовные признания и улыбалась. Еще немного, и начну люто ненавидеть себя за это. Мои мысли, до ужаса гадкие, неприятные и слишком противоречивые, вызывают стыд и глубочайшие сомнения.

Будь у меня выбор или хотя бы немного собственного мнения и гордости, я бы лучше осталась тут, переспала бы абы с кем, а не пошла на поводу уговоров моей бывшей подруги, помешанной на всяких извращениях и извращенцах, и у которой, как оказалось после, не все дома, раз она предложила мне именно такой неординарный способ знакомства. Она это не раз пробовала, то есть заводила отношения с арестантами, имела с ними связь, а потому настоятельно рекомендовала и мне попробовать. Мол, я сразу почувствую разницу, то главное отличие, что разделяет обычного мужика на воле и дикого, властного, одержимого инстинктами самца в клетке. Лучше всего подобное отличие заметно на примере личностей, совершивших преступления против половой неприкосновенности. Иными словами, насильники куда более чувственней, раскрепощенней и сексуальней остальных особей мужского пола, по мнению подруги. Они знают, что нужно нам, женщинам. В общем, прирожденные они герои любовных романов, которые я одно время до дыр зачитывала…

Как жаль, что я имела глупость послушать ее бредни и проникнуться ими. Настолько проникнуться, что тут же и претендент на отношения с арестантом сыскался в моей памяти. Сама не поняла, как, но Дмитрий вышел из разряда «особо опасен» в моем, казалось бы, непоколебимом насчет него сознании, а разгулявшееся воображение само, без моего ведома, резко возвело этого зверя в разряд «интересен, как мужчина».

По крайней мере, успокаивала себя, я хотя бы знаю, какой он, рядом стояла с ним, слышала голос, сообщивший корявую с точки зрения логичности причину внезапной и подозрительный заинтересованности мною. В общем, этот преступник более свой, чем остальные, о которых ничего не знаю. Потому я и выбрала его. Я и сама себя не понимаю и укоряю за это, что ж тут говорить за мое близкое окружение. Однако, я не маленькая девочка и сама знаю, что мне надо. Дело сделано, жизненный путь выбран, и назад дороги нет.

Дмитрий предложил мне выйти за него замуж через полгода переписки, а я сразу согласилась. И теперь так вышло, что совсем скоро я стану женой арестанта, или как говорят в народе, сидящем в местах не столь отдаленных, ждулей. Ждули – это та категория женщин, которая выходит замуж за личностей, отбывающих наказание. Некоторые ждули, самые отчаянные, связывают судьбу с осужденными на пожизненное лишение свободы: маньяками, педофилами, террористами. И я в их числе… Примкнула к этой странной общине, иначе говоря.

Зачем это все? Зачем мне зваться ждулей и тратить единственно данную жизнь на маньяка? На то есть свои причины. Я стану женой маньяка и рожу от него ребенка. Таков мой план.

Радует лишь то, что отец моего будущего ребенка уже никогда не выйдет на свободу. А это значит, что нам с малышом бояться абсолютно будет нечего. Так что можно смело считать, что я еду туда, где сидит маньяк, которого я избрала в качестве донора спермы, чтобы познакомиться с ним. Он «за милые глазки» согласен подарить мне шанс стать матерью. Он не будет проживать с нами, со мной и ребенком, не будет нас обижать, пропивать зарплату, изменять мне, бить ребенка, и так далее. Я и мой ребенок будем предоставлены самим себе, а отец-донор, пусть и непутевый, пусть маньяк, да пусть хоть сам дьявол, будет и дальше мотать пожизненный срок за содеянные ранее преступления.

Нам с малышом совсем не будет жаль, что он там, а ты тут. Так даже лучше, и вроде бы замужем я, а с другой стороны, как бы между нами нет никаких обязательств. Я совсем не желала искать более весомые, настоящие отношения с мужчиной, поскольку прошлые две попытки создать нормальную семью обернулись для меня крайне неудачным опытом, напрочь отбивающим дальнейшую охоту вообще связываться с особями противоположного пола хоть близко, хоть нет. И это мягко сказано «неудачным». Но и одной мне, как молодой девушке, быть не хочется, и помирать одной не хочется. Мне нужен ребенок, а денег на ЭКО, да еще и с донором, нет, и никогда я такой суммы не заработаю. В нашей глуши на столь дорогую услугу и до старости не накоплю.

 

Вот потому и иду на рискованный шаг. Пересплю пару раз, поморщусь, поплююсь и в конечном итоге добьюсь своего, а донора попрошу уйти с моей жизненной дороги. Относительно дешево получится, сердито и отчаянно.

Вот чего мне стоит обрести собственное персональное счастье. Но зато я стану мамой. Зато сбудется главная мечта всей жизни. И оно априори стоит любых, даже самых изощренных, испытаний. На все лишения готова, лишь бы поскорее уже сопело под боком оно: заветное, маленькое и очень похожее на меня чудо, которое я назову Максимом или Яной.

Что дало мне повод переспать абы с кем, только чтобы получить нужный результат, причем, результат нужен был именно в короткие сроки? Я не приурочивала осуществление мечты к определенному времени, как можно было бы подумать. Вовсе нет. Мечта мечтой, она-то есть и никуда уже не денется, но ведь и опаска за собственную гордость, здоровье и жизнь в принципе присутствует. Я бы еще долго собиралась с мыслями, если бы не случай. На скоропалительное решение повлияли страшные обстоятельства, косвенно связанные со мной – смерть девочки с параллельного класса, которую я хорошо знала, в начале этого года, в праздники. Она и ее семья погибли при ужасных обстоятельствах: ранним утром в многоэтажке, где они проживали, произошел взрыв, и на них обрушился верхний этаж. Их раздавило насмерть.

Я же, когда узнала, что в городе случилась такая ужасная трагедия, и кто оказался в числе возможных жертв, не смогла найти себе места. Несколько дней я была прикована к местным новостям, забыла про собственную жизнь, следила за тем, как тех жильцов дома, которых объявили без вести пропавшими, находили под завалами уже мертвыми. Все надеялась и ждала, что семья знакомой девчонки уехала куда-то. Но нет, их тела нашли самыми последними. Вот тогда-то я, убиваясь горем, сказала себе, что меня выведет из этого состояния только беременность.

И, если мне суждено не сойти с ума от горя, это чудо произойдет…

Глава 1

– Полин, ты точно с головой не дружишь! Столько дней трястись в поезде ради того, чтобы приехать, считай, на северный полюс, в лютый мороз трахнуться с зеком, а потом снова в поезд прыгать? – бранилась Маринка.

Маринка – это моя единственная подруга, пришедшая из раннего детства, а теперь по воле судьбы всего лишь товарищ по редко совпадающим интересам. Не кончилось наше с ней общение совсем, не оборвалось тогда, когда, как единственный правильный вариант, следовало прекратить терзать друг друга полным несочетанием характеров и жизненных кредо, обрубить нашу связь на корню. Удивительно, как мы с ней вообще до сих пор не подрались, не порвали друг на друге волосы, не плюнули в лица друг дружки и не пошли каждая своей дорожкой. Наверное, это и есть настоящая дружба, раз уж мы с Маринкой вместе несмотря ни на что. Если это так, то от женской дружбы у меня только сплошные нервотрепательства, огорчения и желание порой придушить Маринку.

Как же мне не повезло с подругой…

Маринка, хоть и обладательница знатной пули в голове, отдаленно похожей на мою, все равно пыталась надоумить меня поступать так, как настоятельно советует она. То есть, хотела заставить меня отставить путешествие и сидеть дома в гордом одиночестве, старалась переубедить отказаться от заветной мечты лишь только потому, что ей, видите ли, не нравилась та сумасбродная идея, как этой мечты я собираюсь добиться.

Маринка пришла в гости сегодня, якобы поставив перед собой цель, попрощаться со мной и пожелать счастливого пути, но вместо того парила мозг вот уже битый час. В такие моменты, когда ей невозможно что-либо втемяшить, хочется прекратить общение раз и навсегда.

– Ты точно уверена, что оно тебе надо? – настаивала она на своем, действуя в обход моему выдающемуся игнору. – А если не получится лялька с первого раза? Когда будет следующая свиданка? Через год, через два? Как долго ты будешь играть в эти игры с тюремщиками? До климакса или до тех пор, пока тебя не грохнут или по кругу не пустят?

– Получится с первого раза, Марин. Все получится. Точно знаю. Гадала. Причем, несколько раз подряд. Будет мальчик у меня, только надо не бояться перемен, чтобы он смог получиться. Для того я и взяла отпуск, и готовилась к нему долго. Ничего не боюсь. Не с пустыми руками туда еду, а наготове. Пару недель проведу там. Вот. – заметив скептицизм на лице подруги еще при упоминании о гадании, как о неоспоримом доказательстве моей правоты, я демонстративно пожала плечами и застегнула дорожную сумку. Пусть не верит Маринка профессиональным бабкам-гадалкам и цыганкам потомственным, зато я верю. А вот ее детскую игру типа «самое правдивое гадание – это гадание на яйцах Киндер-сюрприз», которые она периодически покупает, чтобы узнать будущее, никогда не посчитаю всерьез. – Сделаю для того все, чтобы нам с Дмитрием разрешили свиданки, да почаще. Поездка принесет свои плоды. Даже не думай, что она окажется провальной. Нет.

К сожалению, по правилам тюремного режима, нам с Дмитрием положены всего лишь одно длинное свидание и два коротких. И то не факт. Но мало ли, может, судьба мне улыбнется, раз уж гадалки все в голос твердили, что случится… Буду надеяться только на волю случая и немножко больше везения, чем обычно.

– Неужели не понимаешь, Полин, что этой, никому, вообще никому нафиг не нужной свадьбой и беременностью, ты сама даешь этому уроду, этому мерзкому зверюке, маньяку, Димочке твоему, шанс скосить себе срок и выйти на свободу, чтобы и дальше убивать таких, как ты?

Маринка все не унимается, зараза… Вот же паразитка нашлась! Только и знает, что настрой портить.

А я еле сдерживаюсь, чтобы не послать ее куда подальше. Но так хочется, чтобы она не лезла не в свое дело.

– И что? – сделав над собой небывалое усилие, я продолжала отвечать спокойно и размеренно. Так, будто меня абсолютно не трогают и не злят ее речи. – Все равно ему сидеть долго. В этой жизни Дмитрий вряд ли выйдет из тюрьмы, будь он хоть самым многодетным папой в мире. Слишком много дел натворил, пока его не поймали и не осудили.

– Как хорошо, что ты хотя бы помнишь, что он из себя представляет… – съехидничала Маринка.

Конечно, я помню материалы дела и фото жертв. Помню, что Дмитрий изнасиловал и убил. Помню, скольких. Но не хочу об этом думать. Это слишком тяжело перемалывать и сопоставлять с реальностью. Мне нужен только ребенок. И не надо меня пытаться отговорить.

– Да и вообще… Как твои дела с мужем?

Лучше брошу эту глупую затею – отбиваться от нападок импульсивной и сидящей на гормонах Маринки, подружки-звезды психушки, и поговорим о ее проблемах, извечных и порядком осточертевших моим ушам и мозгам хотя бы тем, что они, эти Маринкины проблемы, вот уже который год не менялись. И как ей самой не надоело толочься на одном месте?

– А ты, Полин, все равно найди себе другого, земного, осязаемого, и не парь мозги ни себе, ни маньяку этому идиотскому, ни остальным жителям планеты. Никак с мужем… – Маринка махнула рукой и тяжко вздохнула. Присев на кровать, рядом с дорожной сумкой, она охотно принялась изливать наболевшее и уже прогнившее, только все никак не отпадающее, на ниточке держащееся и одиноко болтающееся в воздухе. – Вот говорила ж ему не пить, запрещала, грозилась разводом, по-хорошему просила, мол, ребеночка нам надо завести, пока есть возможность, да и волосы мне его нравятся. Хочу, чтобы у дочки такие же волосы были, а не мои, жидкие и цвета детской неожиданности. И глаза тоже его хочу.

– А Васька что?

Действительно, густота Маринкиных волос оттенка застоявшегося прудика, как и блеклая красота ее в общем оставляет желать лучшего. Я бы сказала, что, когда Маринка не помыла голову и не навертела кандибобер на макушке, да еще и когда широко улыбается, однозначно напоминает чудище. Только не опасное, а такое жалкое, общипанное чудище. Замученное лягушками-соседками.

– А Васька взял и нарезался вдрысь назло мне! – продолжала Маринка. – Представляешь, все попытки лечить его болячку опять насмарку!

– А что мешает найти того, кто сделает тебе ребенка без скандалов и просьб жить нормальной семейной жизнью, без помощи зала в виде друзей и водки?

– Таких, как мой Васенька, не сыскать и днем с огнем, Полин. – снова заладила Маринка свою песню ни о чем.

То есть, о ее, ничего не представляющем муженьке-ленивце, который только и умеет, что приседать на уши, врать, осыпать комплиментами, трахать и требовать жрать. Умений-то много, горазд Васек, только вот по делу ничего не может. Было б Маринке семнадцать, ее утверждения о его уникальности и незаменимости не звучали бы так смешно и глупо.

Но, в без пяти минут тридцать, это звучит, мягко сказать, неадекватно. Особенно для той барышни, которая, как плачется, давно мечтает о семье, о детях, а не жить с мужиком, от которого пользы в разы меньше, чем от самого гадкохарактерного и мстительного кота.

– Ничего ты не понимаешь в мужчинах и страсти, дорогая моя. Ты прям рассуждаешь, как старуха, Полина! А Васька такой ненасытный, пристает каждый день, а то и по нескольку раз… – я скривилась, и Маринка это заметила. – Да, правду говорю! Он все время хочет меня, только представь себе, какая у него ко мне любовь!

– Ай, не продолжай эту свою историю про кроватную идиллию двух кроликов. Он же болен, потому и не контролирует своих желаний, насколько помнится…

Ну, чего скрывать, ее муж имеет какие-то проблемы с гормонами, какие конкретно – не знаю и знать не хочу. Никогда не вдавалась в эти подробности про великий и ужасный тестостерон, буквально капающий из ушей бедного Васи-бездельника, которому просто некуда тратить энергию, кроме как Маринку на лопатки класть. Конечно, Маринка при мне много раз называла причины его нездоровья, но, когда она акцентировала пристальное внимание именно на освещении этой проблемы, я мысленно затыкала уши и думала о чем-нибудь другом. Ну честно, мне крайне неприятно слушать о мужских яйцах. Тем более, чужих, которые ко мне не имеют никакого отношения. Эти разговоры, кроме тошнотных подкатов к горлу, ничего не вызывают.

Однажды я даже сказала Маринке об этом, а она мне слезливо: «Я тебе о своей жизни рассказываю, а ты говоришь, что тебе неприятно это слушать!»

Мол, как я, такая-сякая, могу думать подобное и еще вслух осмеливаться воспроизводить…

Ну и после куча оскорблений последовала уже в мой адрес.

Да уж, чего я ожидала от адекватной Марины… И на тот момент именно я попыталась замять ссору, хоть и сопоставлять, принимая как данность и истину в последней инстанции сказанное подругой, что ее жизнь заключается в радиусе мужских половых органов, а я круглая дура, так как не так думаю, оказалось в сотни раз омерзительней, нежели увидеть эти самые яйца ее мужа вживую. Я стерпела ее заскоки и нападки в тот день, но не обиделась на это, а просто приняла к сведению, с кем общаюсь.

Но сейчас настало мое время высказать все, что я думаю и без всяких цензур. Можно ни в чем себе не отказывать. Маринка же не подбирает слова, всегда говорит, что думает. И я не стану. Что может быть лучше правды, посланной в лоб? Да только пуля!

– Много почестей тому, кто этого не достоин. И еще Васька твой не слышит тебя, к лечению всерьез не подходит, твои слезы и психи в расчет не берет. – продолжала я нагнетать обстановку. – Ему все равно, что нужно тебе. Он живет своей жизнью, а ты ему попросту удобна, вот и вся любовь. В кровати вы идеальная пара, а в жизни, как кот с собакой. Вася, как раз-таки, по дому вообще ничего не умеет. Сама же говорила, что не заставишь его и гвоздь забить и мусор вынести! Все сама ты да сама. А у него, видите ли, лапки. На кой черт тебе это нужно? – я закрыла рот рукой, сделав вид, что меня резко начало тошнить. Правда, еще немного разговоров о Васе и его яйцах, и меня действительно стошнит. – Гадко слушать о нем что-то хорошее, потому что это брехня, ты уж прости. Я считаю, что не в сексе счастье. Как тебе не противно в твои годы жить с тем, от которого нет никакого толку? Это, как минимум, напрасная трата времени. Вот мне вообще не нужны отношения с мужчинами. А тем более, с теми, которые только и могут, что жрать да трахаться. Не для меня это. Потому что это унизительно. Вот. А ты, Марин, раз такая дура, иди и унижайся дальше. Потом вообще никому не нужна будешь. Затаскает до неузнаваемости, сама себя перестанешь в зеркале узнавать.

Маринка, донельзя выпучив на меня свои и без того по-жабьи круглые глаза, какое-то время просидела молча. Переваривала услышанное, а потом резко соскочила с места и двинулась к выходу из комнаты.

 

– Ой, гордая какая выискалась, ты погляди на нее… – фыркала она на ходу. – Мужики ей не угодили. Ну как знаешь. Ищи счастье там, где его нет, Полина, раз ты умнее всех.

– Вот и буду искать. И найду обязательно. Зато у меня скоро будет ребенок, а муж не будет трепать мне нервы, лгать, изменять и приходить пьяным! В отличие от твоего трахаря-неумехи Васеньки, который только и ждет, когда ты заменишь ему мамочку и начнешь вытирать попу! – крикнула я вслед, зная, что сильно обижу ее этим.

– Знаешь, что… – Маринка дошла до двери и с напыщенным видом обернулась. Ее всегда задевали темы касательно тещи, которая ее невзлюбила. – Да, мой муж не идеален, согласна с этим. А таких, как твой бывший муж Сереженька, вообще нельзя прощать. А таких, как твой Димочка, надо убивать сразу. Как жаль, что смертную казнь отменили!

И ушла, даже не попрощавшись.

– Дмитрий тоже так говорил. – тихо ответила я самой себе и провела рукой по волосам, чтобы немного успокоиться.

Обиделась моя Маринка…

Ну и флаг ей в задницу и барабан на шею. Дура она, но я, хоть и бешусь на ее слепое идеализирование вечного деточки по имени Вася, все равно очень хорошо понимаю, почему она так ревностно и цепко схватилась за мужа и не может его бросить, чтобы дожить в спокойствии до старости. В нашей глуши очень сложно найти себе пару – вот и вся тривиальная загадка ее поведения.

Вроде и городок у нас по статусу зовется городком, а все равно глушь глушью. Он почти никому не известен и мало чем прославлен. Правда, если спросить у парней из соседних городов, что они знают о нашем, они и выдадут: «Если ехать до девочек, то только к вам».

Не могу сказать, что у нас город сплошь доступных женщин, потому что сама не такая, но другим, как говорится, виднее. Значит, здесь нас, девушек, по мнению таких же нецеломудренных парней, действительно мало порядочных.

Как и парней. Всех хороших парней разобрали в первую очередь, лет так десять назад, если не раньше. Ну а остаток мужской части населения нашего городка совсем не сладок… Но зато хотя бы кто-то есть с тобой, не одной быть как-никак.

Понимаю Маринку, очень хорошо понимаю, самая такая. Но не хочу так, как она. Лучше буду одной, чем терпеть ложь, измены и плохое отношение. Не позволю на мне ездить. Женщина априори слабее мужчины. Только вот нынешние мужчины, не поголовно, но большинство, почему-то стали забывать об этом, по праву считая себя слабее нас. А нам, женщинам, ничего не остается, как превращаться в мужиков за неимением последних под боком. Мы сильные и мы все выдержим.