3 książki za 35 oszczędź od 50%

Гамбит девятихвостого лиса

Tekst
12
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Нам придется рано или поздно штурмовать Крепость, – сказала Черис. – Уж лучше рано. Если повезет, так погибнет меньше людей.

– Хорошо, – твердо сказал Джедао. – Рад, что нас заботит одно и то же.

Было странно слышать такие слова от виновника массовых убийств, и их истинное значение ей предстояло понять гораздо позже.

Глава пятая

Комната, предоставленная Черис, была украшена вазами, в которых стояли «цветы» из скрепленных проволокой костей маленьких животных. Она спросила себя, чем еще занимается Нирай от скуки, но ей и так уже сообщили больше, чем хотелось.

– Начнем с начала, – сказал Джедао. – Запросите у сети «Установочные инструкции при первом заякорении».

Судя по названию, документ сочинила какая-нибудь комиссия. Как бы там ни было, Черис послала запрос сети. Сперва ее приятно удивило, насколько коротки оказались инструкции. Потом она встревожилась.

– Если есть вопросы, задавайте, – сказал Джедао. – Но должен предупредить, что есть целые секции, по поводу которых я ничего не смогу рассказать.

Черис разрывалась между желанием как можно скорее прочитать инструкции, чтобы они смогли вернуться к планированию осады, и всё как следует запомнить. Она остановилась на промежуточном варианте. Инструкции большей частью уточняли то, что ей уже было известно, однако дойдя до секции про трупное стекло, Черис нахмурилась.

«После восстановления генерал будет изъят для последующего использования с помощью трупного пистолета, – гласили Установочные инструкции. Сноска уточняла: – В случае чрезвычайной необходимости, если генерал откажется выдать необходимую информацию, остатки трупного стекла может проглотить доброволец. Хотя процедура экспериментальная, это позволит генералу обрести тело, чтобы его можно было пытать».

– «Доброволец»? – переспросила Черис. Нирайское понимание «добровольца», несомненно, было таким же, как и у Кел.

– Не думаю, что кого-то можно насильно накормить трупом призрака, – сказал Джедао, – на моей памяти такого не случалось ни разу. В любом случае не рекомендую пробовать. Наш знакомый Нирай считает, что кусочки моего разума внутри вас сведут вас с ума – а ведь я и сам безумен.

– Я это запомню, – ответила Черис, стараясь не думать о том, что ее текущее положение ничем не лучше. Она оторвала взгляд от Установочных инструкций. – Я готова.

– Ладно, – сказал Джедао. – Начнем. Первый дисплей: Крепость Рассыпанных Игл и все сведения о ее системах защиты. Второй дисплей: отчет о населении и происхождении ереси. Третий: данные по конкретной разновидности гнили и скорости образования метастаз. Придется попросить Нирай, чтобы одолжил нам математического аналитика…

– Я с этим справлюсь.

Всплеск интереса:

– Вас обучали Нирай?

– Математика была моей специальностью, – сказала Черис. Она привыкла это объяснять. – Вербовщики рекомендовали мне подать заявку в Академию Нирай, но я отказалась.

– И Кел всё равно вас взяли.

– Да, но сперва посоветовали обратиться в Академию Нирай.

– Я хочу убедиться, что понял правильно, – сказал Джедао. – У вас был выбор и заслуживающие внимания математические способности – и вы всё равно решили стать ястребом. Давление семьи?

– Я могу запросить для вас мое досье.

– Да, не помешает, но я бы хотел услышать и ваш ответ.

Черис вызвала свое досье – по крайней мере, ту его часть, к которой у нее был доступ, – и задалась вопросом, какие из его рубрик заслуживали пристального внимания. Может, ей стоило бы устыдиться своего пристрастия к драмам, внесенного в графу «занятия в свободное от работы время»? Или того факта, что дуэлянт из нее получился энергичный, но средненький по способностям? А чем вообще немертвые генералы занимаются, когда не заняты делом?

– Семья хотела, чтобы я осталась дома, – сказала она. – Военщина им не нравится. – Точнее, гекзархат. Черис не стала говорить о том, что ей захотелось стать частью чего-то большего, и Кел с их конформизмом казались подходящими для воплощения в жизнь такой цели.

– Ладно, – сказал Джедао после тревожного молчания. – Четвертый дисплей: обзор имеющихся ресурсов. Пятый: хочу взглянуть на техническое развитие за последние сорок лет. Может быть, современный технический уровень выше, чем был. Шестой оставьте пока что пустым.

– Вы уже всё обдумали, – сказала Черис, устанавливая дисплеи.

– Не люблю тратить время зря. Вся эта система основана на времени, не так ли? Приступим в обратном порядке.

Гекзархат сталкивался с низкоуровневой календарной деградацией каждый день. Вспышки полномасштабной гнили были относительно нечастыми, но всё равно все давно осознали необходимость инвариантного оружия, которое не зависело от высокого календаря.

Черис и Джедао вместе просмотрели сведения на пятом дисплее.

– Никаких прорывов, – сказал Джедао, когда они внимательно изучили сводку. – За исключением грибкового кокона, военная техника похожа на ту, что была раньше. А мы не хотим прибегать к кокону, потому что потом придется потратить целое состояние, чтобы навести порядок. Приятно видеть, что война никогда не меняется.

Черис бросила на тень резкий взгляд, но по желтым глазам ничего нельзя было прочитать.

– Еретики знают, чего от нас ожидать, – сказала она.

– Я всё равно не собирался жахнуть по ним из какого-нибудь секретного оружия. Конечно, нельзя исключать, что у них-то как раз есть мерзкая новая экзотика. Единственный способ разобраться – подойти достаточно близко и посмотреть, чем в нас пальнут.

Когда они повернулись к четвертому дисплею, кто-то дважды быстро и легко постучался в дверь. Техник Нирай вошел, не дожидаясь приглашения.

– Я зеркало в твоих руках, но ломаюсь от поцелуя, – сказал он с хулиганской улыбкой.

– Вода, – любезно ответил Джедао. – Эта загадка старше гекзархата. Черис, вы не могли бы переключить пятый на выделенные мощности? Спасибо.

– Загадке ни в коем случае не следует признавать собственный возраст, – сказал Нирай. Он разыскал стул, присел и начал раскладывать пасьянс из карт джен-цзай.

– Не обращайте на него внимания, – сказал Джедао Черис. – Расскажите мне про мот-двигатели класса 22–5. Если бы Бледный Разлом не был календарной мертвой зоной, они бы почти годились для начала новой волны экспансии.

– Не наглей, – сказал Нирай, не отрывая взгляда от карт. – У тебя и так достаточно проблем.

– Можно было бы надеяться на некоторое разнообразие в противниках, – парировал Джедао.

Черис моргнула. Ей точно не померещилась холодность в его голосе. Но выражение лица Нирай было безмятежным, словно он ничего не услышал.

– Что касается роя, – продолжил Джедао, – должен признать, что этот новый – прошу прощения, для вас он не новый – класс пепломотов производит сильное впечатление, но, просто глядя на цифры, я не могу предугадать, как эти корабли поведут себя в бою, да и вы никогда на таком не служили.

Еще бы.

– Нет, – сказала Черис. В гекзархате было всего шесть пепломотов, и ее поразило, что им выделили два – «Искреннее приветствие» и «Неписаный закон». Черис даже не пыталась предугадать, как отреагируют на это их коммандеры. – Но у меня есть вопрос по поводу протокола.

– Задавайте.

– Как будет решен вопрос с вашим рангом? В особенности с учетом того, что никто другой вас не слышит?

– Когда мы соберем рой, вам присвоят внеочередное звание за мой счет.

Черис попыталась не выдать, насколько она потрясена.

– Если вы чихнете не по правилам, вас сперва пристрелят, а разбираться будут позже. Командование Кел настаивает, что меня нельзя лишить звания, пока они не придумают соответствующую церемонию, но, похоже, у них так и не нашлось времени договориться по этому поводу.

Потому что они хотели и дальше им пользоваться, а убить его могли в любой момент. Но она не сказала этого вслух.

После короткой паузы Джедао добавил:

– Есть очень короткий список экзотического оружия, которое убьет нас обоих. Большая часть экзотики сперва убьет меня, не нанеся вам необратимых повреждений, но как только я уйду с дороги, вы станете такой же уязвимой, как и все прочие люди. И с инвариантным оружием вам по-прежнему придется соблюдать осторожность. Давайте-ка всё же выведем этот список экзотики на шестой дисплей. Да, именно такой поисковый запрос нам нужен.

Когда Джедао назвал список очень коротким, он не погрешил против истины. В нем было всего два вида оружия: «гениальный пистолет» и «змеиная стрела».

– Помимо этого, – сказал Джедао, – вы можете ничего не бояться при первом выстреле. Если они прибегнут к экзотике, значит, захотят получить вас живой – и, видимо, вам ничто не угрожает. Но я не думаю, что Нирай захотят провести такое испытание.

– Я всё слышал, – заметил техник. – Если пожелаешь, придумаю что-нибудь лично для тебя.

– О, славно, – сказал Джедао, в чьем голосе сильно поубавилось почтительности. – Я-то начал волноваться, не отказало ли тебе воображение. Кроме шуток, расскажи-ка мне, на что способны пепломоты. Догадываюсь, это твоя разработка?

– Большей частью, – признал Нирай. – Но почему бы тебе не задать тот же вопрос своему якорю? Заодно узнаешь, насколько хорошо она оперирует цифрами. – Он имел в виду не только размеры пепломота или количество губителей у него на борту, но и важность этих цифр, а также взаимосвязь между ними в контексте высокого календаря как системы верований.

Черис рефлекторно попыталась прочитать выражение лица, коего у Джедао не было.

Немертвый генерал это заметил.

– Я могу кое-что прикинуть, – сказал он. – Но для проверки таких данных мне были нужны вычислительные инструменты или знатоки, чтобы с ними проконсультироваться. Я не смогу построить пепломот, даже если мне дадут чертежи и коробку гвоздей… – Тут Нирай ухмыльнулся. – …Но я могу сделать так, что он запоет в бою. Вы будете моим знатоком, Черис. Расскажите мне всё.

 

В технических характеристиках пепломота были кое-какие параметры, к которым она обычно не имела доступа. Она мысленно распределила их и увидела, как цифры соотносятся друг с другом.

– А они проворные, – сказала она через некоторое время. – Я этого не ожидала.

Она указала на основополагающие уравнения и объяснила, как они связаны с кривыми мощности. Джедао затих, а потом попросил:

– Переведите это в графическую форму для меня, будьте так любезны.

Интересно. Математика – не его конек? Но такую просьбу достаточно легко удовлетворить. Заодно она графически продемонстрировала, как пепломоты проецируют вокруг себя календарную стабильность и как их огневая мощь соотносится с мощью знамемотов, уступающих в размере. Используя стандартизированный симулятор, она показала, чтó мог сделать против инвариантного льда один пепломот, предполагая идеально просчитаные действия с обеих сторон, а затем – два пепломота, потом шесть. Было почти жаль, что они не могли заполучить все шесть; пепломоты оказывали друг на друга синергетический эффект. Черис заметила, что Нирай следит за ней с задумчивым видом, но если ему и было что сказать, он оставил это при себе.

Крепость Рассыпанных Игл, Аналитический отдел

Приоритет: Личный

От кого: Вахенц африр дай Ноум

Кому: Гептарх Лиож Цзай

Календарные детали: Год Тучной коровы, месяц Курицы, и само по себе странно, что люди проголосовали за то, чтобы назвать этот новехонький календарь в честь фермерских животных, но – что еще за день Шелковичного червя? Пришлите мне служебную записку, если Доктрина придумает что-нибудь более захватывающее.

Дорогая Цзай, простите меня за нервозность. Чем больше говорят о том, что к новым циклам в Крепости легко привыкнуть, тем меньше в это верится. Свет стал таким тусклым, и похолодало – как будто мы в краю снегов и безжалостных ветров. А ведь я прибыла сюда, чтобы избавиться от неприятностей, которые способна доставить планетарная погода.

Призываю вас изменить свое мнение по поводу назначения Третьей аналитической группы, ответственной за решение проблемы с этим последним юстициарием Рахал. Я, как и любая на моем месте, уцепилась бы за лакомый кусочек, но Рахал есть Рахал. По правде говоря, Кел с их ерундой про «ястребов-самоубийц» – отнюдь не те, от кого стоит и впрямь ожидать самоубийственных выходок. Кел, да восславятся их микроскопические мозги, взглянут на цифры и поймут, что нет смысла жертвовать десятью своими, чтобы убить одного из ваших. А вот Рахал – о, тот готов убиться назло, если какой-нибудь «абстрактный высший принцип» этого потребует. Тем не менее я полагаю, вы уже всё решили по этому вопросу, и не может быть никаких споров о том, что мы должны их искоренить подчистую, так что сделаем по-вашему.

Вы всегда пропускаете вступительную белиберду и переходите к сути донесения – пора переходить к делу, верно? Я отслеживаю переговоры сторожевого роя, засевшего в ловушке, и можете не сомневаться, что в этом деле я проявляю максимум усердия. Оцените: даже принимая изумительную ванну с… впрочем, проехали, – не думаю, что вас интересуют такие мирские удовольствия. Ограничимся тем, что я теперь вижу потоки данных, даже когда засыпаю.

Кел держатся на расстоянии. Это как в дуэльном поединке, понимаете? Но вы ведь их тоже не смотрите. Маленькие стаи параноиков-разведмотов носятся туда-сюда, вот и всё, что мы видим. Они отслеживают ситуацию. Пока что полноценного военного роя не видать. Сами понимаете, в Аналитическом отделе все нервничают в ожидании того, что они нам противопоставят.

В этом-то и проблема. Забудем анекдоты про Кел – ястребам только и нужно, что пострелять, долго готовиться они не любят. Но что же происходит? Дело в том, что их жестко сдерживают Шуосы – ведь если бы всё зависело только от гекзарха Кел, мы бы уже спать не могли из-за бомб. Они не просто явятся сюда, растопырив стволы орудий. С пушками мы бы справились. Они придут с планом, то есть с каким-нибудь заковыристым многоступенчатым планом, как принято у Шуосов. У нас нет никаких успехов во взломе их шифрования, но они точно придут, рано или поздно. Если они полностью потеряют Запутанную марку, окружающие ее марки тоже посыплются. В этом заключается красота потока календарной гнили – и для них станет сюрпризом, что наш Аналитический отдел так хорошо организован.

Пока что на полигоне мы используем мишени в виде лис с девятью хвостами. Очень хорошо снимает стресс. Как-нибудь приходите, присоединитесь ко мне. Или хотя бы полюбуйтесь, какой я меткий стрелок. Всякий раз попадаю в глаз.

Искренне ваша в календарной ереси,
Вх.

В воздухе медленно вертелось схематическое изображение Крепости Рассыпанных Игл. Она напоминала раздувшуюся луну с шестью подземными полостями – каждая вмещала от сорока до шестидесяти тысяч человек и имела особую структуру. Защитные «ребра» обеспечивали целостность Крепости.

– Инвариантный лед, – говорил Джедао. – Полагаю, никто так и не понял, где добыть побольше этого вещества.

Черис посмотрела на Нирай, но тот их игнорировал.

– О таких вещах капитаны пехоты ничего не знают, – сказала она.

Инвариантный лед генерировал в окружающем пространстве щиты. Они были непроницаемы для всего, за исключением узкого диапазона коммуникационных частот. В принципе, достаточно мощная атака могла справиться со щитами и истощить ресурс льда. Но, по последним сведениям, даже бомбы-фурии оказались бессильны, и к тому же они всё равно были экзотическими.

– Не знаю, как вы планируете превозмочь щиты, – сказала Черис. Гекзархи оборудовали ими крепость в центральной узловой точке именно по причине неуязвимости. Календарные эффекты в узловых точках возрастали, и все были убеждены, что инвариантный лед предоставит крепости достаточную защиту.

– Сколько людей уже пытались это сделать? – спросил Джедао.

– Они умирают, не успев приблизиться, – сказала Черис. – Но ситуация всё равно плохая. – Она обратилась к одному из стандартных симуляторов и запустила очень упрощенный сценарий. Высветилась итоговая боевая статистика. – Не думаю, что гекзархов впечатлит осада длительностью двадцать девять лет.

Джедао тихонько рассмеялся.

– Это не займет так много времени. Мы не сражаемся со льдом, Черис, мы сражаемся с людьми, которые используют лед. Давайте посмотрим, какие разведданные у нас есть по Крепости.

Они разделили между собой итоговые выводы и наиболее перспективные донесения шпионов.

– Не думаю, что вас обучили еще и работе с разведданными, – сказал Джедао.

Нирай теперь переворачивал карты лицом вверх. В центре пасьянса располагался Утонувший генерал. Черис поморщилась – уж слишком эта карта напоминала ее ситуацию.

– Простите, – сказала она Джедао. – Почему бы вам просто не сказать мне, чтó мы ищем?

– Очевидные вещи. Кто это устроил и как? Крепость расположена в таком месте, что произошедшее с нею не может быть случайностью. Кто-то избрал ее своей целью и преуспел. Я удивлен, что местные юстициарии Рахал не засекли проблему и не избавились от нее в своей обычной грубой манере. Это означает, что кто-то свел воедино множество параметров и в нужный момент привел в действие некий план. Для такого требуется серьезная подготовка.

– Вы намекаете на заговор.

– У меня нет доказательств, но моя интуиция кое-чего стоит.

Большинство донесений были поданы несколько недель назад. Что бы ни случилось, оно произошло внезапно. Связь отключилась почти в самом начале событий. Лишь после того, как из боевого отряда в двадцать пять кораблей вернулся единственный линзомот, гекзархи запретили всем приближаться к Крепости.

– Кстати, умный ход, – саркастично заметил Джедао. – Поскольку новости извне не поступают, у местных нет другого выхода, кроме как прислушиваться к тому, что скажут еретики.

Нирай опять ухмыльнулся.

– Ну да, ну да, – сказал он. – Чего еще можно ожидать от кучки гекзархов?

– Это стандартная процедура, – напряженно проговорила Черис.

– Конечно, – ответил Нирай.

Она пыталась вникнуть во внутреннюю политику Крепости – там то и дело возникали склоки, но ведь система как таковая поощряла соперничество между фракциями, – когда Джедао заговорил опять.

– Об этом упоминается мимоходом, – сказал он, словно размышляя вслух, – но я вижу какие-то слишком уж серьезные «предварительные рыночные исследования», проведенные местными. О каком рынке идет речь? Демографические данные в файле есть, только вот…

– В чем дело? – спросила Черис.

– У меня чрезмерно живое воображение, – сказал Джедао. – Только и всего. Рекомендую взять с собой разведкоманду Шуосов для аналитической поддержки и роту их же полевых агентов. В рое в любом случае будут отряды Шуосов, но их цель – следить, не одолел ли я вас. Нам нужны люди, которые будут изучать врага. Чем больше глаз, тем лучше.

«Чем больше глаз, тем лучше». Девиз фракции Шуос. Она не слышала эти слова уже давно, но то, что даже такой старый Шуос, как Джедао, ими руководствовался, как-то обнадеживало.

– Мне было бы спокойнее, – сказала Черис, – знай я больше о ваших планах разобраться с инвариантным льдом.

Она снова взглянула, во что играет Нирай. Он сооружал из карт замысловатую крепость. Наверное, этим и занимаются Нирай, когда им скучно. Она точно промахнулась, став одной из Кел.

– Когда я был жив, – сказал Джедао, – «штурм Крепости» был стандартным экзаменационным вопросом в Академии Кел, и обычно его задействовали в качестве одного из безнадежных упражнений в симуляторах. Это по-прежнему так?

– Я не экзаменатор, – сказала Черис, – но думаю, что мы сможем получить такие сведения. Шестой дисплей?

– Почему бы и нет.

Черис, словно зачарованная, уставилась на категоризацию ответов на этот конкретный экзаменационный вопрос. Кто мог знать, что у экзаменаторов Кел есть чувство юмора? Двумя категориями, которые привлекли ее внимание, были «еретическое мышление» (что и следовало ожидать) и «безнадежная тупость» (тоже следовало, но не в такой прямолинейной формулировке).

– Неудивительно, что меня не взяли в инструкторы, – сказал Джедао, тоже очарованный. – Я бы не вписался.

Жертвенный Лис – инструктор? Вот уж нет.

– Какая категория вас интересует? – спросила она.

– Давайте проверим распределение в «еретическом мышлении» и «завтра же повысить».

Ее внутренности свело судорогой.

– Только цифры, Черис.

Два процента экзаменационных ответов были помечены как еретические. Черис подозревала, что эти кадеты в Академии не задержались – или их назначили на непопулярные должности с вечным клеймом в личном деле. Наверное, в ее полном досье, к которому у нее не было доступа, теперь имелась аналогичная пометка из-за того, что она предложила разбудить Джедао.

– Я прекрасно понимаю, что не стоит пытаться уговорить вас взломать эту базу и вытащить больше сведений, – мечтательно проговорил Джедао. – Вы, Кел, в таких вещах ужасно упрямы.

– Рада, что вы о нас такого высокого мнения, – сказала Черис.

– Шуосская привычка, только и всего. Вы же понимаете, что всё оружие в вашей власти? – Голос немертвого генерала звучал так, словно он расхаживал по комнате из угла в угол.

– Она не дурочка и отлично понимает, что решение о том, куда направить это оружие, принимают Шуосы, – с недобрым видом проговорил Нирай. Построенная им крепость была огромна. И как только она не рухнула, превратившись в вихрь карт?

– Почему вы записались в армию Кел? – спросила Черис.

Джедао остановился – по крайней мере, его голос больше не двигался.

– Это мне лучше подходило, – сказал он. – Я хотел служить, а от копания в разведданных у меня портился характер.

– Не верьте ему, – посоветовал Нирай, начиная разбирать одну из башен. – Он чаще убивал, чем занимался аналитической работой.

– Что-то я такого не припоминаю, – заметил Джедао.

Черис сменила тему, прежде чем разговор перешел в опасное русло.

– Те, кто набрал больше всего баллов, провели множество топологически сложных операций, – сказала она. – Теоретически можно спровоцировать пробой в щитах, если убедить оператора сделать что-то глупое с точки зрения математики. – Она просмотрела несколько предложенных вариантов. – Впрочем, похоже, для такого нужны машинная быстрота и точность – а я рискну предположить, что композитные соединения возле Крепости работать не будут.

– Если вы увидите топологическое решение, – сказал Джедао, – скажите мне о нем. Чтобы выполнить подобное, требуется аугмент, но мне нельзя его установить.

– Но если не это, что же тогда?

– У меня почти те же сведения, что у вас, – сами понимаете, что это значит. Даже в мое время инвариантный лед был засекречен по максимуму. Но проверьте, получится ли вывести на монитор файл по испытаниям сигнификата Крепости.

 

У узловой крепости был сигнификат? Черис послала запрос.

Система проинформировала ее, что такого файла не существует.

– Ох, ради лисы и пса. – Джедао на миг призадумался. – Спросите, можно ли с кем-то поговорить на эту тему.

Черис спросила – и ее огорошил всплывший бланк запроса.

– Подпишите моим именем. Может, это их расшевелит.

– Моя карьера будет очень короткой, – заметила она, но сделала, как он велел.

– Вы же ястреб-самоубийца, – не остался в долгу Джедао. – Такое для вас в порядке вещей.

Нирай закончил разбирать башню и теперь строил новую из тех же карт.

Восемь минут спустя, когда они гадали, дошел ли запрос, прибыл ответ. Он был простым: «ФАЙЛОВ НЕТ».

– Так теперь выглядит печать Командования Кел? – спросил Джедао. – Я думал, на ней ястреб с мечом. Или это какое-то подразделение?

– Это Архив, – сказал Нирай, – старый добрый Архив. – Он подыскивал в башне место для пары карт шестереночной масти. Одной из них была двойка шестерней, и Черис продрал озноб: давным-давно Джедао выбрал ее в качестве личной эмблемы.

– Не имеет значения, – сказал Джедао. – Но есть проблема, которая заключается в том, что у Командования Кел имеются от нас секреты. Нужный мне файл существует, если его не удалили – а они бы так не поступили.

Черис нахмурилась.

– Грубовато с их стороны.

– Им и не нужно с нами цацкаться. У нас нет рычагов давления. Но вывод ясен: они защищают нечто настолько важное, что его секретность превыше возможности отвоевать Крепость.

Ход его размышлений заставил Черис занервничать, но он вполне соответствовал тому, что ей было известно о Командовании Кел.

– Так или иначе, давайте я расскажу вам, что знаю. Если вы просмотрите уцелевшие записи, то увидите, что в физическом проявлении щитов имеются некоторые вариации, чаще всего связанные с цветами и узорами. Так проявляется влияние человека-оператора.

– Вы уверены, что это не какая-нибудь особенность инвариантного льда? – спросила Черис.

– Нет, – сказал Нирай. – Будь оно так, моя фракция знала бы.

– В технических вопросах он надежен, – сказал Джедао, правильно истолковав колебания Черис. – Это значит, что нам не придется взламывать щиты – мы должны сломить оператора. Я вижу ваш скепсис.

– Было бы глупо с моей стороны просить вашей помощи и не применять ваш опыт, – сказала Черис. – Вы можете поточнее разъяснить, как собираетесь это сделать?

– Предпочел бы отложить это до нашего прибытия на место. Мы не знаем, как захватили крепость, пусть даже ситуация и смахивает на переворот, затеянный кем-то изнутри. Мы можем выбрать атакующую группу, но ничего не будем знать о том, кому в ней можно доверять. Гниль могла распространиться повсюду. И еще есть банальные шпионы. Люди не смогут услышать, что я вам говорю, но сумеют прочитать ваши реакции. Простите за прямолинейность, Черис, но опытной лгуньей вас не назовешь.

Черис прикусила губу. Пусть на самом деле она поклялась служить Командованию Кел, ее непосредственным начальником был Джедао. Сильное желание поверить ему на слово, порожденное формационным инстинктом, было почти непреодолимо. Она напомнила себе, что должна быть готова убить его.

– Так и поступим, – сказала она, – но когда позже мне понадобится, чтобы вы всё объяснили, – вы это сделаете.

Она предъявляет требования генералу. Стоило предугадать, что эта миссия сделает ее полной противоположностью Кел.

– Более чем справедливо, – сказал Джедао.

Он согласился так быстро, что у Черис проснулись подозрения, но отступать было некуда.

– Какие будут рекомендации по поводу структуры роя?

– В обычной ситуации я бы учла календарные соображения, – сказала Черис, удивленная тем, что он спросил ее мнения, невзирая на отсутствие у нее опыта, – но инвариантные орудия полезнее, да и у существующей экзотики есть предел функциональности.

– Как правило, да. Крепость – не календарный ноль, но мы не знаем, как будет выглядеть еретический режим, когда мы туда доберемся, и какие другие средства обороны у них обнаружатся.

– У них уже есть лучшее средство обороны.

– Было бы весьма удобно, не будь у них плана Б, – шутовским тоном сказал Джедао. – Но мы не можем на такое рассчитывать.

Черис уставилась на цифры. Сверившись с показателями на четвертом дисплее, она составила рой. В обычных обстоятельствах два пепломота справились бы с любой угрозой самостоятельно, однако она добавила тринадцать знамемотов для огневой поддержки и семь боксмотов для перевозки пехоты.

– Я предположила, что вы захотите пустить туда пехотинцев, хоть мне и непонятно, каким образом вы собираетесь выжигать ересь. Нам надлежит сломить военное сопротивление, чтобы следом пришли менторы Видона?

– Мы способны на большее, – сказал Джедао. – Когда я сказал, что мы победим не оборонительные сооружения, но оператора оборонительных сооружений, то имел в виду именно то, что сказал. Это старше, чем календарная война. Сломить волю врага – вот что было главным испокон веков.

«Да, – подумала Черис. – Но кто твой враг?»

Она знала, что не стоит задавать такой вопрос, но беспокойство не покинуло ее до самого конца совещания.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?