Драконовы печати

Tekst
377
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Драконовы печати
Драконовы печати
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 22,32  17,86 
Драконовы печати
Audio
Драконовы печати
Audiobook
Czyta Дарья Островская
12,98 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 6. Ужин

Когда стражник впихнул меня в столовую, я попыталась собраться и даже изобразить книксен. Заметила, что мое появление не слишком обрадовало Ориллу. Теперь понятно, кто был единственным инициатором столь неуместного приглашения. Шах-Ра рассматривал меня пристально, пока я занимала место с самого края и старалась не поднимать глаз.

– Не стесняйся, Кая, – сказала Орилла. – Твоя участь уже завтра может перемениться, но пока раздели с нами ужин.

– Благодарю, государыня.

На самом деле, я была в шоке оттого, насколько наши традиции различны. За столом с королем Тайри VI не может сидеть простолюдин, а эти еще не определились: убить меня или сделать подстилкой, но приглашают к трапезе. Очень странно и непривычно. На большой тарелке лежал кусок обжаренного мяса с овощами, что выглядело весьма аппетитно. Я взяла серебряный ножик и вилку. Раз уж приказано есть – так буду есть. Вообще-то, не самый жуткий приказ. Отрезала маленький кусочек, ощутила таящий вкус во рту, который сильно отдавал незнакомыми пряностями, не глядя взяла салфетку.

– Итак, ты говорила, что из бедной семьи, – вдруг подал голос Шах-Ра. – Скажи, страшилка, во всех бедных семьях Курайи люди отличают вилку для мяса от вилки для десерта?

К счастью, я успела проглотить, а иначе бы подавилась. Пришлось коротко вдохнуть и все-таки посмотреть на него:

– Нет, государь. Но я с детства служила в богатом доме. Моя госпожа была очень добра и научила меня основным правилам этикета. А у вас правила сильно отличаются от наших? Простите, если что-то делаю не так.

Он улыбался. Лучше бы я не смотрела на его улыбку – она сбивала с толку.

– Итак, служанка в богатом доме. А что случилось потом?

– Я… – сразу ответ придумываться не хотел. – Меня прогнали за… за…

Шах-Ра перебил:

– Дай-ка угадаю. Потом ты повзрослела и – ну, предположим, сын этой самой госпожи – не оказался слепым. Так, что ли? Посмотри на меня снова. Посмотри, сказал! – он лишь слегка повысил тон, но я сразу напряглась и сделала, как просил. – Орилла, ты видела, какого цвета у нее глаза? Веришь, что не только сын госпожи, но и муж госпожи, и бесы знают кто еще госпожи решили, что Кая может служить не только на кухне?

– Верю, – отозвалась та с неохотой. – Она очень красива, Шах-Ра.

Я видела, как по ее лицу пробегает тень. И точно не хотела ее расстраивать. Да, я красива – мне вечно все вокруг это повторяли. Как была красива и моя мать. Но красота не принесла ей счастья, не несет и мне. Однако я нашла лазейку и решила действовать нагло. Вскинула голову и обратилась к Орилле:

– Государыня, если вам нужна служанка, то буду служить верой и правдой. Вам не в чем будет меня упрекнуть. Если я чего-то не умею, то обязательно научусь!

Ее темная бровь поднялась – Орилла уловила мой намек и поняла, почему я этого прошу.

– К сожалению, ты собственность Драконов, а не моя. Но я вдруг подумала, что служанка, которая не только хочет, но и умеет быть незаметной – это просто находка. Решение примет мой муж. Но что ты думаешь об этом, Шах-Ра?

Он, по всей видимости, тоже уловил подоплеку и не ответил прямо:

– Как ты верно заметила, прекрасная, решать моему брату.

Свое мнение он так и не озвучил, но настаивать смысла не имело. Теперь мне казалось, что Ориллу отсутствие его ответа неприятно удивило. Она подхватила свою вилку и сказала суше:

– Повара сегодня превзошли сами себя. Приятного аппетита, Шах-Ра.

– И тебе, прекрасная государыня, – он хоть и ответил Орилле, но не сводил взгляда с меня.

И это заметила не только я – этого вообще невозможно было не заметить. Возникло желание метнуться к стене, а потом мимо охраны, в коридоры. Пусть я даже никогда не найду выхода из этого лабиринта, но мне очень захотелось раствориться. И Дракон вдруг произнес:

– Твоя магия требует этого желания прятаться?

Я удивилась:

– Как… Вы умеете читать мысли, государь?

– Не умею. Но твоя рука стала полупрозрачной. Уверен, что если бы у тебя была такая возможность, ты прямо сейчас растворилась бы в воздухе.

– А, – я уставилась на свою руку, пытаясь обуздать всплеск сил. – Простите. Это выходит не нарочно.

– Так я угадал? Скажи, чего тебе сейчас хочется больше всего?

Отмотать время назад и пройти мимо костра с одиноким путником. Добраться до порта и встретить другого моряка. А сейчас сидеть – вот точно так же сидеть – за столом перед Дарием. Но я ответила другое, только очень тихо:

– Быть тенью, государь.

– Зачем ты ее мучаешь? – снова вступилась за меня Орилла. – Ведь видишь, что бедняжке не по себе.

– Я просто думаю, что считал нас с братом такими разными, но оказалось, что мы мыслим очень похожим образом.

– Это уж точно, – вздохнула Орилла. – Уверена, он тоже просчитывал, как будет приятно подчинить себе ее магию. Потому и не хотел отпускать.

Подчинить магию? Это как? Но я не успела спросить, поскольку государыня продолжила:

– Возможно, тебе нужно жениться, Шах-Ра. Все эти игры – для молодых Драконов. Пора остепениться.

Наконец-то, она сказала что-то, после чего он заинтересованно уставился на нее:

– Жениться? Думаю, ты оправдаешь ожидания, прекрасная, и родишь нам двух здоровых сыновей. Я младший, мне вовсе необязательно жениться. Да и зачем мне вообще жениться, если на свете еще полно таких… страшилок, – и он снова перевел взгляд на меня.

– Чтобы не уйти в Вечность в одиночестве, хотя бы для этого!

– В истории полно примеров, когда младшие Драконы не женились. Вспомни Лоэ-Ра!

– Тебя подводит память, Шах-Ра. Лоэ-Ра все-таки женился в преклонном возрасте.

– Вот и я поступлю так же. Когда твоему второму сыну исполнится девяносто девять, я брошусь искать себе жену. Довольна?

Орилла тяжело вздохнула.

– Я думала, что король Курайи предложит тебе в жены одну из дочерей.

– Да, странно, что он этого не сделал. Наверное, считает меня извергом, – Шах-Ра будто бы по инерции поддерживал разговор. – Но и спустить мы им не можем. Брат считает, что та земля нам не нужна, но что потребовать в откуп?

– Несколько северных городов, – с легкостью предложила Орилла. – Или всех его детей в рабство, исключая пару старших наследников. Уверена, он пойдет и на это. В случае войны ему не останется ничего.

Я охнула от перенапряжения. И это милосердная государыня? Похоже, что Ринда, предлагая отцу отдать меня Драконам, выбрала действительно самое мягкое решение. А я сбежала… тем самым, возможно, обрекая Курайи на гораздо большие жертвы. Но ведь я все равно не смогла бы стать государыней, не смогла бы вести приемы, да и вряд ли бы перенесла саму свадебную церемонию и коронацию. И тогда Драконы, решив, что отец обманул их ожидания, рассвирепели бы еще сильнее.

– Дорогая Кая, – холодно обратилась ко мне государыня, – если ты хочешь уйти, то вернись в свою комнату. А то еще в обморок грохнешься. Довел! Посмотри на нее, Шах-Ра, белая, как снег.

Я не знала, что такое «снег» и очень бы хотела ответить, что их общество мне безумно приятно – того требовали правила этикета. Многократно до сих пор мне приходилось высиживать многочасовые званые ужины, но прямо сейчас я не смогла удержаться. Вскочила, присела в реверансе и буквально бегом побежала из столовой. И совершенно точно расслышала за спиной бархатный смех.

Успокоившись, я попыталась придумать речь для Тхэ-Ра. Начну с искренних извинений, объясню, что ослушалась его приказа далеко не только по собственной воле – мною руководила магия, а потом нижайше попрошу отпустить или отдать меня в услужение его благородной супруге. С Шах-Ра вообще говорить ни о чем не буду. Я уловила его заинтересованный взгляд, не полная же я дура, но почему-то казалось, что если договориться со старшим Драконом и его женой, то последняя сделает все возможное, чтобы убрать меня подальше от глаз младшего.

Когда в комнату заглянула Ири, я втащила ее буквально силой под предлогом помочь мне наполнить ванну. Но, конечно, мне было необходимо кратко пересказать последние события и послушать, что она скажет о появившемся азарте в глазах Шах-Ра. Девушка покачала головой и прошептала:

– Если не преувеличиваешь, то тебе конец. Государыня сама убьет тебя. Сделай все возможное, чтобы его интерес не разгорался.

– Но как? – я действительно не понимала.

– Понятия не имею, – Ири вздохнула. – Мне кажется, она его с первого взгляда любила. Но ведь ты его видела – он прекрасен. И характером мягок, и терпелив, и способен быть чутким, что для Дракона дело необычное. И думаю, что он знает о ее чувствах. А может, и не знает. Он любит женщин, но все его увлечения скоротечны, потому государыня их и пропускает мимо. Смирилась. Однако если она заподозрит, что он влюбился, то пусть хранит свет ту бедняжку…

О влюбленности говорить было слишком преждевременно. Зачем Ири так нагнетает? Но она была бесценным кладезем информации, потому я уточнила:

– И что же ты посоветуешь?

Ири развела руками:

– Стать любовницей старшего брата или служанкой государыни. В обоих случаях ты будешь застрахована.

Проводив ее, я долго смотрела в окно. На фоне темного неба бесконечные шпили, заканчивающиеся у самых скал, выглядели особенно угрожающе. Подошла к двери. В коридоре стражи не было, и я в очередной раз не смогла миновать порог – магическая защита стояла прочно. Медленно переоделась в длинную ночную рубашку, но спать совершенно не хотелось. Однако мне надо было отдохнуть – завтра предстоял серьезный разговор с Тхэ-Ра, и поутру соображается лучше. Улеглась, накрылась теплым одеялом – таких теплых дома не использовали, но мне почему-то понравилось. Услышав скрип, повернулась к двери.

– Ири?

Однако свет от камина осветил отнюдь не фигуру служанки. Я вскрикнула и немедленно села.

– Тихо, – сказал Шах-Ра. – Я просто пришел поговорить.

В спальню ночью? Поговорить? Понятное дело, что в статусе принцессы я даже вообразить не могла такой наглости. Но здесь правитель он. А кто я? Бесправная пленница. Я не ответила – не хотела нагрубить. Просто натянула одеяло до самого подбородка и ждала.

 

Шах-Ра подошел и сел на постель, а потом протянул руку и взял за одеяло.

– Почему ты боишься, страшилка? Разве я сделал что-то…

Этот вопрос по десятому кругу меня разозлил до дрожи. Да, бесы вас дери, вы оба пугаете! Потому что вы созданы для того, чтобы пугать! Не это ли есть корона Дракона – всеобщий ужас? Но они мечтают о каком-то притворстве? И я ответила, хоть голос и дрожал:

– Я боюсь, потому что не знаю, что у вас на уме.

– Разве я не объяснил? Хочу поговорить. Успокойся.

И сразу после рванул одеяло, открывая меня. Сказал быстро и тихо:

– Успокойся. Ляг. Не двигайся.

И я почувствовала, как мои мышцы сковало – теперь совсем не страхом, а чужой волей. Он был сильным магом. Сердце бешено заколотилось.

– Не бойся.

Сказал тем же тоном, а я ощутила, как мое дыхание начало выравниваться. Я ничего не могла с этим поделать, не могла сопротивляться внушению! И только в голове звенело от мучительного бессилия. Но теперь это был не страх – раздражение, злость. Хотя нет, ненависть.

Он чуть наклонился надо мной, разглядывая. Моя ночная рубашка была длинной и непрозрачной, но я ощутила себя обнаженной.

– Не злись, страшилка. Я нечасто так делаю. Считается, что такое насилие над волей допустимо только в исключительных случаях. Но ты постоянно убегаешь, а у меня есть очень важный вопрос.

– Тогда… отпустите… это невыносимо!

– Хорошо, – неожиданно согласился он. – Только при условии, что ты честно ответишь мне, а не попытаешься раствориться в стене.

– Я… я постараюсь.

– Где твоя магия собирается? – он, не дождавшись ответа, вдруг положил мне руку на живот, и ладонь обожгла даже сквозь ткань. А я даже дернуться свободы не имела! – Здесь? Все, успокойся. Я ее держу, чувствуешь? Теперь не получится оправдаться тем, что не можешь себя контролировать. Все? Я отпускаю?

Я ничего не поняла, но кивнула. Мое тело вмиг освободилось от магической скованности, и даже страх вернулся, хотя не такой сильный. А еще я чувствовала, что меня не бросает в сторону, есть желание скрыться от его взгляда, но оно вполне контролируемо! Как он сказал? Держит? Но ведь в животе действительно молчало, как если бы жар от его руки гасил внутреннее пламя. Я снова села, но руку он так и не убрал. Вроде бы это здорово помогало, но притом он сам был вынужден быть ко мне слишком близко.

– Нормально? – переспросил мягко. – Готова поговорить?

Я растерялась окончательно:

– Да, государь.

– У меня тот же самый вопрос, который я уже задавал, но не смог получить ответа. Чего бы ты сама хотела в идеале?

– Оказаться дома, – честно ответила я.

Он улыбнулся:

– Нет. Из того, что реально. Спрошу еще более прямо: ты хочешь стать женщиной моего брата? Конечно, он сам будет решать, но мне интересно узнать.

– Вы, правда, хотите честности?

– Зачем бы я спрашивал?

Я ответила именно то, что думаю:

– Нет, государь, не хочу. Я ничьей наложницей, любовницей, подстилкой, любимой женщиной, утехой и все прочее, о чем могла забыть в этих терминах, быть не хочу. В идеале, если уж исходить из текущих условий, я предпочла бы стать служанкой государыни. А еще лучше, чтобы меня отпустили на свободу, сняв обе печати. У меня есть жених… Я не лгу, государь. И именно это сказала вашему брату. Если бы вы были настолько милосердны, что отпустили бы меня к нему…

– Нет, – перебил он. – Не отпущу. Значит, ничьей? Ни Тхэ-Ра, ни моей?

– Именно так.

Мне казалось, что он разозлится, но он почему-то тихо рассмеялся:

– Мне сто тридцать лет, но я впервые слышу подобное от женщины. И дело, думаю, далеко не только в моем статусе.

Тут он не преувеличил. Младший Дракон был воистину красив – чем больше я смотрела на его лицо, тем больше это понимала. Он мог родиться сыном куранийского фермера или дроккийского моряка, но и тогда девушки смотрели бы на него с восхищением. И даже страсть к нему Ориллы легко понималась.

– Простите за эти слова. Но вы ведь сами просили честности.

– Просил. Благодарю тебя хотя бы за это.

Он, кажется, пребывал в хорошем настроении, потому я рискнула:

– Тогда прошу честности в ответ, государь. Каковы шансы, что мои надежды сбудутся?

– Никаких, – тем же мягким голосом отрезал он. – Если ты не нужна Тхэ-Ра, я заберу тебя себе. Если ты нужна Тхэ-Ра, тогда… Даже не знаю. Тогда случится первый в истории спор между Драконами из-за женщины. Мы не делимся вещами, а наложницы – это вещи.

– Но делитесь женами! – не сдержалась я.

Он посмотрел с непонятным удивлением:

– Ты ведь не сравнила сейчас государыню с собственностью? Мать будущих Драконов – с вещью? Это прозвучало бы крайне неуместно. Жена – это жена, на себя не примеряй. Жена – самая достойная женщина, залог процветания Дрокка в будущем. И когда ее сыну исполнится сто лет, она возьмет за руку мужа и уйдет вместе с ним в Вечность. Наш свадебный ритуал гарантирует, что если она родит хотя бы одного сына, то не умрет, пока жив ее Дракон. И он не выберет себе другую жену, если она уже стала матерью нового Дракона. Это тонкие материи, которые куранийцу не понять, но они намного больше, чем обычная любовь, преданность или, уж тем более, ревность. Ну а делить самую прекрасную из женщин – это уже давно просто дань традициям. Мы обязаны делить все государство без сомнений и борьбы, разве мы способны бы были на это, если бы не смогли разделить даже жену? Она просто символ отсутствия между нами любых разногласий.

Я не стала говорить о том, что Орилла, если бы у нее только был выбор, предпочла бы взять за руку его, а не его брата. И именно с ним ушла бы в Вечность, что бы это ни означало. И самая банальная ревность уж точно помещалась в ее самой прекрасной голове… Но ответила я то, что могла сказать:

– Я действительно этого не понимаю, государь.

Он кивнул и снова улыбнулся:

– Тебе и незачем, страшилка. Я слишком мало видел тебя, чтобы сказать наверняка, можешь ли ты называться самой достойной или надоешь через три дня, но тебе статус жены Дракона и не светит. Забудь о свободе, твоя судьба – быть несвободной от одного из Драконов. Ты можешь обрить голову налысо, можешь исполосовать свою кожу кинжалом, но ты ничего не сумеешь сделать с этим изгибом талии или формой плеч, с этими запястьями… бесы тебя дери, я не смогу объяснить, что не так с твоими запястьями, но от них каждое движение твоей руки гипнотизирует. Когда ты задираешь подбородок, будто имеешь на это право, в глаза бросаются твои ключицы – слишком тонкие, несуразные, непривычные, они буквально режут взгляд. Вся ты создана для того, чтобы резать взгляд. Обречена на это, хотя не можешь видеть со стороны. Можно ли захотеть женщину только потому, что больше никто не умеет именно так вскидывать руку? Кажется, я раньше не встречал женщин красивее тебя, страшилка.

Как только он убрал ладонь от моего живота, очнувшаяся магия рванула меня в сторону и вжала в угол. Он встал и вышел, не оборачиваясь.

Мне конец.

Глава 7. Единственный выход из тупика

Наверное, за истекшую ночь государыня приняла окончательное решение на мой счет. Она вошла и сразу захлопнула за собой дверь. Показалось, что ее движения нервные, но голос прозвучал спокойно:

– Пленникам не принято задавать такие вопросы, но я спрошу: как ты ощущаешь себя взаперти, Кая?

Я мигом вскочила и, не совсем понимая ее настроение, ответила честно:

– На самом деле, прекрасно. Я ведь отличаюсь от других людей – одиночество не может меня тяготить.

– Но если бы у тебя была возможность сбежать, ты бы убежала?

– Да, – голос почему-то прозвучал хрипло, но от этого в короткое слово вложилось еще больше искренности.

Она посмотрела на меня, но тотчас отвела глаза:

– Я знаю, что ты оказалась просто заложницей ситуации. Люди говорят, что у Драконов сердце из стали – так и есть. Я просто до сих пор не стала настоящим Драконом. И когда меня выбрали невестой Тхэ-Ра, я поначалу испугалась. Да, будучи дочерью герцога и готовая с младенчества к браку по расчету, я испугалась. Уже позже поняла, что жену Дракон ничем не обидит. Жена – самая прекрасная, самая достойная женщина во всем мире. А уж мать следующего Дракона и вовсе становится почти богиней. Когда я буду беременна, то могу попросить возвести рядом такой же замок или сжечь до тла Курайи – и Драконы утешат мою просьбу. Любую просьбу. Так было, есть и будет. Пока же мое слово имеет вес, но совсем не такой. А мое сердце все еще не из стали, потому я не могу тебе не сочувствовать.

Она замолчала, задумчиво глядя в окно. Я переспросила осторожно:

– Государыня, я не поняла, к чему вы ведете.

Орилла вздохнула и посмотрела на меня:

– Я буду просить мужа отдать тебя мне на услужение. Повторю это сто раз подряд, если придется. Изображу, что меня очень заинтересовали традиции куранийцев, а ты оказалась начитанной барышней и приятной собеседницей. Ты читать-то умеешь? Хотя это неважно, он или согласится, или нет, проверять не станет. И если даст согласие, то и Шах-Ра придется это принять.

– Государыня, спасибо! – выдохнула я, не в силах выразить то, что чувствую.

– Пока не благодари. Он может отказать. И в этом случае я требую, чтобы ты смиренно приняла на себя роль его наложницы. Даже если в том самом лесу он не разглядел в тебе женщину, то сделай все возможное, чтобы разглядел теперь.

– Что? – меня будто только обогрели теплыми объятиями и тут же окатили ледяной водой.

– Ты слышала меня. Когда я буду носить нового Дракона, то воспользуюсь своим правом для тебя: если ты будешь по-прежнему желать уйти, я подарю тебе свободу, деньги, дом или повозку до того места, куда ты захочешь отправиться. Поняла? Я попытаюсь все сделать прямо сейчас, но если не получится – все сделаю чуть позже. Вот только ты не смей меня подвести.

– Но…

– Лучше не продолжай, – Орилла спешно направилась к выходу. – Я и так проявила к тебе бесконечную доброту.

Она была права. Эта женщина вообще ничего не обязана была делать ради меня. Пусть даже ее доброта и была приправлена ревностью, но притом оставалась настоящей помощью. Да, таким образом она защищала свои интересы, но мне какая разница?

Я, настраиваясь на мучительное ожидание, подошла к окну, чтобы посмотреть на вечно хмурые в этих местах тучи и попросить у неба, чтобы Тхэ-Ра прислушался к словам государыни.

Был уже почти вечер, когда я услышала нарастающий шум. Из моего окна толком ничего нельзя было разглядеть, но уже становилось ясно – старший Дракон вернулся. Его, наверное, принимают в тронном зале, и там собралось много людей. А может, у Драконов церемонии проводятся иначе? У меня в этой уютной, но все-таки тюремной камере не было возможности узнать – я вообще до сих пор видела только нескольких человек. Но голоса внизу свидетельствовали о том, что там многолюдно.

Ири забежала и занесла мне ужин, и я успела схватить ее за локоть.

– Отпусти, мне некогда! – праведно возмутилась она.

– Что там происходит? Про меня говорили?

– Не слыхала. Потерпи, – она сочувственно глянула на меня и снова убежала.

Я села на край кровати, закрыла глаза и постаралась дышать медленно, мысленно считая про себя: пять на выдох, пять на вдох. Надо было настроиться. Если план государыни провалится, то мне придется стать любовницей Тхэ-Ра? Я и ее подводить не хотела, но даже разыграть смирение вряд ли сумею.

Через час тягостного ожидания дверь наконец-то открылась. Я не дышала, ожидая, что скажет вошедшая государыня. На ее голове я впервые видела корону – золотой обруч с неровными зубами, олицетворяющими драконьи клыки. Но она ничего не сказала – только улыбнулась. И я чуть не захлебнулась облегчением:

– Вам удалось? Правда?!

Она кивнула. К сожалению, я не могла ее обнять. О, точнее, я-то как раз имела на это полное право по статусу, но она об этом не знала. Видя мои восторженные глаза, она поторопила:

– Все, соберись! Он уже согласился, но при условии, что я разрешу ему изучать твою магию. Его крайне занимает этот вопрос. Сейчас пойдем, поздороваешься и еще раз извинишься за то, что ослушалась его приказа по незнанию, а потом ты переезжаешь в крыло для слуг. Немного послужишь, удовлетворишь магическое любопытство моего супруга, а после я тебя и отпустить смогу.

Только бы не обнять ее, только бы не завизжать от радости. Ринда меня все-таки великолепно воспитала, если я даже в такой момент могла просто стоять и с обожанием смотреть на эту женщину, которая почему-то стала моим хранителем.

Орилла окинула меня взглядом:

 

– Надо было иначе одеться, это платье слишком выгодно подчеркивает цвет твоей кожи. Хотя он уже согласился, а Дракон не разбрасывается словами.

– Я вмиг переоденусь, государыня!

– Нет-нет, пошли, некогда. Нам надо успеть, пока Шах-Ра провожает почетных гостей.

Когда вышли в коридор, она махнула служанкам, чтобы держали дистанцию. А сама склонилась и объясняла шепотом:

– Я сделала все возможное, чтобы Шах-Ра и Тхэ-Ра не смогли поговорить о тебе. Как только Шах-Ра вышел, сразу перешла к делу и получила согласие. Муж удивился моему желанию, но ему интересна только твоя магия, потому он и не счел нужным отказывать. Аж сама разволновалась от такой азартной ситуации! Поспешим, Кая, твою судьбу решить надо как можно быстрее.

Она тихо рассмеялась. Да, она не Дракон, а скорее хитрая змея – причем в самом лучшем смысле этого слова. И я сделаю все возможное, чтобы эта змея осталась на моей стороне. Наверное, только благодаря ей я когда-нибудь увижу Дария и к тому моменту останусь девственницей, а не использованной подстилкой.

Тхэ-Ра стоял лицом к камину, но я сразу узнала его. Его волосы были прижаты похожим обручем, но из черного металла. В чьих покоях мы оказались, я не имела понятия – возможно, эта комната была общей для него и государыни.

Услышав наши шаги, старший Дракон повернулся. В руках он держал хрустальный бокал с вином. Сейчас я видела сходства и отличия его с братом. У Тхэ-Ра глаза совершенно черные, что делает его взгляд очень тяжелым. И хоть они между собой обладали определенной похожестью, но у Шах-Ра к врожденной красоте добавлялось очарование и легкость, в то время как Тхэ-Ра был красив какой-то холодной неэмоциональностью.

– Ты все-таки приняла мое приглашение, спасибо колдуньям, – издевательски сказал он.

На этот раз я решила сделать все правильно: опустила глаза вниз, присела в изящном книксене, только затем подняла лицо и проговорила уверенно, вспомнив все годы тренировки моего самообладания для торжественных случаев:

– Приветствую вас, государь. Позвольте принести вам искренние сожаления по поводу моего поведения при нашей первой встрече. В свое оправдание могу сказать, что не осознала, кто передо мной, а моя магия иногда управляет моим телом. Готова служить государыне честью и правдой, дабы сгладить хотя бы частично тот недостойный поступок перед великим Драконом.

– Видишь, Тхэ-Ра! – помогла мне и Орилла. – Теперь понимаешь, почему я так к ней прониклась за такое короткое время? Ее не мешало бы поставить в пример некоторым нашим придворным дамам, но, к сожалению, магия Каи не позволяет ее использовать столь наглым образом. Но мой искушенный взгляд радуется, когда я смотрю на такое воспитание.

Он задумчиво уставился на меня. Отставил бокал на высокую стойку и сделал шаг ближе.

– Наверное, понимаю. И в темноте я хорошо ее разглядел, а теперь только убедился в том, что не ошибся.

– Ты дал согласие, Тхэ-Ра, – осторожно вставила Орилла.

– Не повторяй, прекрасная, я пока не страдаю плохой памятью. Да, бери ее в служанки, раз тебе так хочется, но мое условие остается прежним: я хочу понять принцип действия ее магии. Кая, ты согласна?

Все, он подтвердил. Потому я лишь попыталась не распластаться в нижайшем реверансе и ответила, хотя от волнения немного сбивалась:

– Я к вашим услугам, милорд… простите, государь! Отвечу на любые ваши вопросы и продемонстрирую все свои способности столько раз, сколько потребуется!

– Вот и славно, – закончил он, окончательно меня обрадовав.

Орилла тоже не сдерживала улыбку и, поддерживающе кивнув мне, подошла к мужу ближе:

– Спасибо. Каждый день благодарю судьбу, что она связала меня с тобой. Тогда сними с нее печать, Тхэ-Ра, и я примусь за составление круга ее обязанностей.

– Печать? – он посмотрел на нее удивленно. – Зачем снимать с нее мою печать?

– Но… – государыня, как и я, растерялась. – Теперь-то она зачем? Или ты по-прежнему боишься, что она убежит? Маг Хон может наложить свою, этого хватит!

– Я не сбегу! – сказала я, но меня, кажется, никто не расслышал.

И Дракон вдруг улыбнулся супруге и покачал головой:

– При всем уважении, прекрасная, моя печать все же даст намного больше гарантий. Ты ведь знаешь, что она страхует не только от побега, но и в случае угрозы жизни я смогу почувствовать и спасти ее. Если уж эта девушка тебе стала так дорога за такой… хм… уж слишком короткий срок, то ты должна меня благодарить за то, что я какой-то там обычной служанке даю защиту Дракона.

– Я благодарю тебя, Тхэ-Ра. Это действительно слишком щедрый жест, – смирилась Орилла.

Честно говоря, я не до конца понимала, что значит эта самая печать. Похоже, сбежать мне не получится – и только. Но теперь-то и сбегать незачем! Орилла обещала позже помочь и с моим освобождением.

За спиной раздался голос, потому я вздрогнула и обернулась:

– Я смотрю, что все решили без меня, – сказал Шах-Ра, входя. Но его улыбка свидетельствовала об отсутствии раздражения. Тем не менее, я превосходно помнила его слова, произнесенные ночью. Потому и теперь напряглась, ожидая, что мое счастье, уже подаренное, снова отнимут.

Бросила беглый взгляд на Ориллу, но она и без меня сообразила:

– Решили, Шах-Ра. Надеюсь, ты не против? Но мы и не подумали, что ты можешь быть против. Кая ведь находка твоего брата, которую он милостиво подарил мне.

– А ты хитра, прекрасная! – он сказал с восхищением и даже иронично склонил голову. – Знаешь же, что твоим просьбам невозможно отказать. Тогда я и свою печать снимать не буду. Это даже забавно – пыль в твоих покоях будет вытирать самая привилегированная служанка из всех возможных! Осторожнее, прекрасная, нищая страшилка получила слишком высокий для себя статус. И не наказывай ее строго – мы оба это почувствуем. Тебе тоже интересно узнать, что из этого выйдет?

– Брат, а зачем ты вообще ее запечатывал? – заинтересованно спросил Тхэ-Ра.

– Я импульсивен. Сделал это, когда колдуньи предупредили о ее магии. А теперь какой смысл убирать? Раз уж ты даешь ей свою защиту, то и я не хочу отставать.

Мне показалось, что напряжение в комнате нарастает, хотя никто не сказал ни единого грубого слова. Орилла еще раз поблагодарила обоих, пожелала хорошего отдыха мужу и отправилась на выход, я поспешила за ней. Дракона и одного слишком много, но два Дракона разом – это уже огромный перебор.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?