3 książki za 34.99 oszczędź od 50%

Няня для маленького властелина

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Няня для маленького властелина
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 1

Мария

Я неспешно зевнула, заливая кипятком дешёвый растворимый кофе, альтернатив которому в обветшалом номере гостиницы не нашлось. На вкус он оказался отвратительным. Моё лицо непроизвольно сморщилось от кислых ноток разведённого напитка. Очень не хватало старой доброй машинки и кенийских свежеобжаренных зёрен. На самом деле, не доставало ещё много чего из моей прошлой жизни, от которой я сбежала пару недель назад. В голову часто заплывали воспоминания о большой ванной с душистой пеной, гостиной с плазменным телевизором, где после работы я зависала за просмотром телешоу, семейных ужинах и поездках с моим женихом в Канны. Точнее, с бывшим женихом.

После десятиминутного ступора у грязного окна я направилась к ноутбуку и начала разбирать почту. Мне всё ещё приходили сообщения с прошлого места работы, вспоминать о котором было не слишком-то и приятно. Родственники говорили, что в скором времени меня ждёт подъём по карьерной лестнице. По их мнению, ради этого стоило потерпеть несколько лет обязанностей девочки на побегушках в юридической фирме отца моего бывшего. Контора специализировалась на дорогостоящих разводах богатеев Лазурного побережья. Карьера адвоката для перекроенных кукол меня не прельщала.

Разобравшись с немаленьким количеством рекламных рассылок, я открыла самое последнее письмо. Пришлось потереть заспанные глаза, чтобы вчитаться в написанный текст. Мои брови непроизвольно поползли вверх при виде первого приглашения на собеседование спустя пятнадцать дней с моего отъезда.

«Мисс Арно, семья Локонте готова рассмотреть Вашу кандидатуру на место няни для пятилетнего мальчика и приглашает Вас на собеседование. Завтра в 12:00».

Ниже был написан адрес и прикреплена электронная карта с точным местоположением. Кажется, дом был расположен за пределами Гавра, и добираться туда придётся на оленях. Зато здание находилось недалеко от океана и могучих скал.

Я всё ещё не верила своим глазам. Почему девушка без опыта, да ещё и со скудным резюме, заинтересовала эту семью? Мне не то чтобы нравились дети, но всё малолетство моим воспитанием занималась добрая няня Элька. Он приехала из Польши и с большим трудом говорила на французском, но это не мешало ей быть заботливой и чуткой женщиной. К моим десяти годам родители посчитали, что услуги Эльки больше не нужны и вытурили её с места работы. Жаль, что больше я не видела эту прекрасную пожилую даму с маленькими добрыми глазами.

При воспоминаниях о родителях меня передёрнуло. Было непривычно проводить время в одиночестве. Обычно они повсюду следовали за мной, контролировали каждое действие, даже если находились далеко. Это было странно и удушающе. Они не проявляли ласку и любовь в привычном понимании. Мать и отец были скорее отстранены, но всячески пытались устроить мою жизнь согласно их идеальной модели. Родители лепили из меня идеальную дочь-робота. Я тонула в их интересах, совершенно позабыв о своих. Вот меня отводят к тренеру по теннису, который к моим шестнадцати годам уже несколько раз шлёпал меня по заднице, – мерзкий тип. Потом пропихивают на юридический факультет, чтобы я пошла по стопам отца, а на третьем курсе знакомят с сыном лучшего друга семьи – Лансом. Не успели мы окончить университет, как были уже помолвлены.

– Привет, детка. Что ты тут делаешь? – спросила мама, когда я пришла к ней в салон, чтобы сообщить о скором отъезде.

Она поправляла свои высветленные волосы с идеальной укладкой, напоминающей скорее пластиковую конструкцию. Мать всячески пыталась искоренить яркий рыжий оттенок, который передался мне с её генами, обесцвечивая волосы до цвета платины каждый месяц и моя их фиолетовым шампунем несколько раз в неделю. Казалось, что, когда она смотрит на мои локоны, её челюсть сводит от отвращения. Не исключено, что наши предки участвовали в охоте на ведьм в пятнадцатом веке, и через множество поколений у них к большому несчастью появились рыжие потомки. Так я объясняла самой себе мамину нелюбовь к родному цвету волос.

– Мне надо кое-что тебе сообщить, – неспешно начала я, прощупывая, в каком расположении духа она находится.

Мама крикнула специалистке по массажу, чтобы та поторапливалась. Она вела себя как истинная хозяйка салона красоты, манипулируя сотрудниками, словно пешками на шахматной доске. Ей было легко считать себя королевой здесь.

– Почему ты не на работе? – удивлённо спросила она, всё ещё крутясь у зеркала.

Я собрала всю волю в кулак, чтобы выпалить страшные слова как можно быстрее. Сердце бешено застучало в груди. «Мария, это всего лишь два слова, прекрати вести себя как загнанный заяц» – успокаивала я себя.

– Я уволилась.

Мама развернулась ко мне лицом и запорхала наращенными ресницами.

– Что ты сказала?

Несколько глубоких вдохов помогли сердцу немного снизить темп. Я старалась казаться сильной и уверенной. Это не составляло никакого труда перед приятелями и коллегами, но вот родители были совсем другим случаем.

– Сегодня забрала документы, – наконец удалось мне закончить.

– Тебя кто-то заставил, детка? – встревоженно спросила мать, положа руки на мои плечи. – Я сейчас же позвоню мистеру Жарру или Лансу!

Я нахмурилась от повторного неприятного обращения. Детка – очень двойственное и противное слово. Не так важно, кто тебя заклеймил им – члены семьи, друзья или любовники. «Детка» всегда будет звучать пошло и наигранно приторно.

– Не стоит, – оборвала я, так как пришло время для второй сокрушительной новости. – Мы с Лансом расстались неделю назад. Он ушёл к другой женщине.

Мне было абсолютно не обидно от сего факта. Я не испытывала к жениху глубоких чувств. Он был симпатичным парнем и хорошим компаньоном в постели, но слишком хвастливым и таким же несамостоятельным, как его невеста. Я с большим счастьем отпустила его к женщине на десять лет старше, с которой он познакомился на юридическом слёте.

– Так это из-за него? Девочка моя, понимаю, тебе больно, но у всех пар бывают сложности. Сейчас же свяжусь с твоим горе-бойфрендом и устрою ему взбучку. – С этими словами мама решительно принялась набирать номер, стуча ногтями по экрану смартфона.

Я тяжело вздохнула и закатила глаза. Моя мать пыталась отобрать у меня последний шанс на свободу.

– Не надо. Я уволилась не из-за этого, да и по Лансу не страдаю.

Мама медленно подняла на меня глаза, что свидетельствовало о первом признаке наступающей бури. Моё тело напряжённо вытянулось, словно струна. Я старалась держать лицо, зная, что самое страшное настигнет меня только дома.

– А из-за чего же ты уволилась? – резкое понижение тембра голоса не сулило одобрения.

Я стойко выдержала выжидающий взгляд зелёных глаз.

– Думаю, мне стоит попробовать жить… как-то иначе. Переехать, найти работу в другой сфере, самостоятельно снять квартиру…

Мама раздражённо покачала головой. Эта женщина очень любила вынуждать других чувствовать вину. Она без слов могла показать своё превосходство над всеми кроме одного единственного человека – моего отца. Вместе они были красивой парой, заставляющей всех трепетать при их виде. Он – статный брюнет с пронзительными тёмными глазами, успешный юрист и обаятельный мужчина; она – эффектная блондинка, бывшая модель, которая выглядела лет на десять моложе своих сорока восьми. Один нюанс – идеальная пара стыдилась своих детей. Сначала старшая дочь сбегает из дома сразу после школы и становится преступницей, а сейчас вот младшая решает последовать её примеру.

– Ты хочешь закончить как Стефания? – холодно спросила мать, всё ещё смотря на меня с укоризненным вопросом.

– Нет, – охотно заверила её я, ведь садиться в тюрьму в мои планы не входило. – Хочу попробовать строить свою жизнь самостоятельно.

– Твоя сестра хотела того же, – оборвала мама. – Все мы знаем, чем это закончилось.

Отступать от задуманного сейчас было бы трусостью. Я уже успела тайком продать самые дорогие сумки и туфли, чтобы подсобрать денег на первое время, упаковать свою жизнь в один большой чемодан и купить билеты на поезд до Гавра. Выбор пал на Нормандию случайно – я просто ткнула пальцем в карту наугад.

– Возможно, Стеф не оказалась бы в такой ситуации, если бы не ваш с отцом тотальный контроль, – выпалила я быстрее, чем успела подумать.

Мама обречённо покачала головой и оглядела зал, в котором сейчас прихорашивались клиентки разных возрастов. Вот кудрявая старушка в кофточке от Шанель сидит на окрашивании. Рядом с ней совсем молодая брюнетка с высокомерным видом рассматривает что-то в телефоне, пока мастер Луи делает ей «пляжные» локоны. На соседнем кресле восседает владелица частного клуба и терпеливо ждёт, когда же ей закончат делать маникюр и педикюр в четыре руки. Конечно, при всех этих людях мама не могла устроить скандал – её репутация была бы подпорчена.

– Поговорим дома вечером, – закончила она и бесцеремонно ушла в личный кабинет, оставляя меня стоять посреди светлых интерьеров.

Не стоило сомневаться, что несколькими часами позже меня будет ждать взбучка в нашем семейном коттедже. Отец угрожал лишить меня наследства и любых связей в юридической сфере. Нашёл чем шантажировать. Увы, купить независимость нельзя. По крайней мере, так я решила для себя в тот день, прокручивая в голове свои нескончаемые часы за кипой бумаг.

Выслушать все циничные напоминания о неблагодарных дочерях удалось успешно. Спокойствием я вывела из себя родителей ещё больше. Ядовитые слова так и норовили вырваться из моего рта, но распаляться ими я не стала. Отец и мать всё равно бы сделали вид, что не услышали моих комментариев.

После лекции о загубленной карьере я молча отправилась спать, а уже утром закрывала за собой дверь семейного гнезда, даже не попрощавшись. Туманность будущего страшила, голос папы из раза в раз трезвонил у меня в голове. Есть ли шанс, что я закончу свою жизнь, будучи подзаборной попрошайкой или стриптизёршей в самом дешёвом клубе? Конечно же, есть, но такова судьба. Зато я добьюсь своего.

 

Сейчас, сидя в номере мотеля с мерзко капающим краном, я почувствовала огонёк надежды. Даже гулкий ветер за окном не смог погасить его. Завтра я впервые попаду на настоящее серьёзное собеседование, где не будет никаких старых знакомых, которые смогли бы устроить меня по блату.

Глава 2

Мария

Дорога до дома Локонте оказалась нелёгкой. Я отучила себя от комфортабельного такси ради экономии и теперь пользовалась исключительно общественным транспортом. Я быстро привыкла к неприятным запахам, которые исходили от некоторых нечистоплотных людей, и сидениям в подозрительных пятнах. Стоит только надеть наушники и закрыть глаза, как ты уже не в душной электричке, а на джазовой вечеринке со старыми университетскими друзьями. И вот вы сидите на террасе в окружении сигарных клубов дыма, пьёте коктейли из дорогостоящих ингредиентов или виски со льдом после слишком нервного дня, наслаждаетесь живой музыкой от приезжего квартета прямиком из Нового Орлеана, болтаете о несправедливости деканата и смысле жизни, периодически заливаясь лёгким смехом…

Что-то я отвлеклась.

Пришлось ехать с двумя пересадками. Это жилище находилось за десятки километров от центра города. По окончании пути меня уже слегка подташнивало от резких поворотов водителя автобуса. Кажется, к такому привыкнуть почти невозможно. Меня пошатнуло, когда я сделала первый шаг на землю, и немного занесло в сторону. Слава богу, удалось удержаться на ногах – чёрные брюки в дорожной пыли могли привести к полному фиаско.

Уже с остановки я заприметила большой светлый дом. В пасмурном свете он выглядел скорее грязно-серым, с потрескавшейся отделкой и большими окнами, ограждённый витиеватым забором с ржавыми прутьями. Вдохнув полной грудью несколько раз, чтобы избавиться от противной тошноты, я направилась к потенциальному месту моей работы.

Ворота, ведущие на территорию, были предусмотрительно открыты. Гравий шуршал под моими ногами, пока я, заинтересованно оглядываясь по сторонам, шла к входной двери. Территория была зелёной, с идеально подстриженным газоном и могучими кипарисами. Где-то вдали виднелась полоска воды.

Я аккуратно нажала на кнопку дверного звонка. Тишина, даже шагов не слышно. Пришлось несколько раз настойчиво постучать, чтобы напомнить о своём визите. Наконец-то дверь приоткрылась, но лишь на пару сантиметров. В щелке я увидела чей-то настороженный желтоватый глаз. Он будто безмолвно просил меня убраться отсюда обратно на помойку.

– Добрый день. – Я включила режим учтивой леди. – Мне назначено собеседование здесь на двенадцать часов. Могу я войти?

Дверь захлопнулась перед моим носом, но тут же открылась снова. В проёме стоял человек с бледно-зеленоватым цветом лица и сизыми губами. Его голова была немного наклонена вперёд, а длинные русые волосы спадали на лацканы идеально скроенного чёрного фрака. Мужчина молча буравил меня взглядом. Ещё немного и он просверлил бы дырку в моей голове.

Я выжидающе улыбнулась. Этот тип немного пугал меня, но не больше, чем мой отец в гневе. Ещё с минуту мы пялились друг на друга, а затем он поклонился и жестом руки пригласил войти. На меня накатило облегчение, но оно тут же сменилось мыслями о логове маньяка. Этот чудак, конечно, худощавый, но весьма высокий и, вполне возможно, очень жилистый. Удастся ли мне вырваться из его длинных рук в случае нападения?

С этим вопросом я переступила порог. Передо мной появилась просторная гостиная, совмещённая со столовой зоной. В воздухе витал запах новой мебели и свежего диффузора с пряными нотками. Интерьер был выполнен в стиле арт-деко, но, на самом деле, присутствовала ещё куча деталей из других стилей. Синий ковёр казался винтажным. На нём располагался стеклянный модерновый журнальный столик, а рядом – бархатный тёмно-зелёный диван с элегантными подушками. Стены были увешаны картинами художников разных эпох в раритетных рамках, покрытых состаренным золотом. Всё это удивительным образом отлично сочеталось между собой.

Бледный мужчина кивком показал мне на лестницу. Он стал подниматься на второй этаж, а я последовала за ним. Мы подошли к закрытой деревянной двери. Проводник открыл её и, преградив мне путь, что-то бессвязно промычал.

– Вольфрам, пусть заходит, – послышался бархатный спокойный голос.

Вольфрам отошёл и стал ждать, когда я решусь войти. Мои ватные от волнения ноги немного усложняли задачу, но оторвать их от пола всё-таки получилось. Я оказалась в светлом кабинете с панорамными окнами, вдоль стен располагались стеллажи с книгами и предметами искусства. За рабочим столом сидел мужчина. Красивый мужчина, чёрт возьми. Его голубые глаза искрились, прямой нос и выразительные скулы были будто выточены лучшими скульпторами эпохи Возрождения, светлые пряди небрежно уложены, некоторые из них спадали на лоб, легкая щетина покрывала мужественную линию подбородка.

Незнакомец доброжелательно улыбнулся и протянул мне руку. Я едва сдерживала себя, чтобы не глазеть на его тело, обтянутое светло-серой футболкой хенли.

– Добрый день. Мисс Арно, верно? Добро пожаловать в семейный дом Локонте. Рад видеть вас тут. Вы очень вовремя. Позвольте представиться – Бастиан Локонте.

Я пожала сухую крепкую ладонь и немного успокоилась. Этот мужчина не похож на серийного убийцу, заманивающего беззащитных девушек в свои сети. Хотя Теда Банди тоже долго никто не подозревал…

– Здравствуйте. Да, верно. Приятно познакомиться.

– Взаимно, – его голос такой ровный и плавный, словно шелест листвы. – Присаживайтесь. Не хотите ли кофе или, может, чая?

Я села на стул с мягкой обивкой и положила руки на подлокотники.

– Благодарю, не стоит.

Мужчина присел напротив и принялся искать что-то в ноутбуке. Его взгляд стал задумчивым и проницательным, лицо из приветливого преобразилось в серьёзное. Аристократичные черты стали резче. По всей видимости, он пересматривал резюме. Я почувствовала неловкость из-за его содержания: одно единственное официальное место работы, не имеющее ничего общего с воспитанием детей, отсутствие педагогического образования и личные качества, которыми я обладаю. Что-то вроде «ответственная, честная, активная, внимательная, живая, умеющая увлекать». Да уж, надеюсь, не приукрасила, хотя… кого я обманываю.

– Итак, – начал Бастиан спустя несколько минут, – чем же юную девушку заинтересовала подобная работа?

В моей голове промелькнули воспоминания об Эльке. Она готовила мне вкусную овсяную кашу с орехами на завтрак, после мы гуляли на набережной, а по возвращении домой читали и учили арифметику. Мы много смеялись, иногда я плакала, потому что мальчик из кружка по лепке дёргал меня за волосы во время занятий, а Элька говорила, что несносные проказники так выражают симпатию. Понятия не имею, как этими пытками можно проявлять свою заинтересованность, но дети часто нелогичны. Мария, что ты здесь забыла?

Я посмотрела во внимательные глаза мужчины, и слова рекой полились из моего рта, будто от сыворотки правды:

– Я работала в юридической сфере помощницей, но эта должность была крайне неинтересна. Думаю, что кардинальная смена деятельности поможет мне выйти из зоны комфорта, также я смогу принести пользу кому-то ещё – пусть это и будет всего лишь один ребёнок. До десяти лет меня воспитывала женщина из Польши, о которой остались лишь хорошие воспоминания. Я имею представление, что такое работа няни.

Мои губы сжались, а щёки загорелись. За две недели я ещё не успела обзавестись здесь новыми знакомыми. Подозреваю, нехватка общения сказалась на мне таким образом. В общем-то, я никогда не была болтливой, но постоянно находилась в чьей-то компании.

Бастиан удовлетворённо кивнул и что-то отметил в документе на компьютере.

– Хорошо. Какие способы поддержания дисциплины будут наиболее действенными для пятилетнего мальчика? Чем его можно занять? Понимаю, Вам всего лишь двадцать четыре, детей у Вас нет, но мне интересен свежий взгляд.

Мужчина расслаблено откинулся на спинку стула и стал изучать моё лицо. От его пронзительных глаз поток речи снова не заставил себя долго ждать.

– Думаю, необходимо поговорить с ребёнком и выяснить, чем вызвано его непослушание. Часто дети так привлекают к себе внимание, им может не хватать заботы. – Это я знала из своего же опыта. – Излишнюю агрессию можно выплеснуть во время активного отдыха, игр на свежем воздухе. Я долго занималась теннисом – весьма увлекательный вид спорта. В детстве только он смог заинтересовать меня.

Кто ж знал, что тренер окажется извращенцем и охотником за подростковыми попами.

– Мне нравится такой подход, мисс Арно. Что вам кажется наиболее сложным в работе няни? – вкрадчиво спросил мистер Локонте.

От такого голоса можно было потерять сознание или впасть в транс. Думаю, многие бы не отказались слушать его вместо звуков природы перед сном.

– Наладить контакт с ребёнком, когда вы ещё не знакомы близко. Сделать так, чтобы он вам доверял. Дать понять, что всегда окажете ему поддержку и поможете в трудную минуту. Будете грустить и веселиться вместе с ним, наставлять на верный путь.

Такое предположение вырвалось у меня интуитивно. Я просто всё ещё не воспринимала себя самостоятельным человеком. Мне только предстояло познать взрослую часть себя. Не знаю, был ли мой ответ правильным (и возможен ли вообще правильный ответ на такой вопрос), но он точно был честным.

Бастиан всё ещё молчал, всматриваясь в моё лицо. Искал ли он какой-то подвох или просто задумался и всё прослушал?

– Извините, я слишком много болтаю, – застенчиво вырвалось у меня.

Было в этом мужчине такое, что заставляло меня сжиматься в комок от стеснения, а подобное бывает крайне редко. Он излучал мудрость, снисходительность и… некое величие. Его плечи были расправлены, но не напряжены, длинные пальцы задумчиво потирали нижнюю губу, ресницы отбрасывали тени под глаза.

– Что вы, конечно, нет, – заверил он. – Вас действительно интересно слушать.

– Можно вопрос? – облегчённо спросила я.

– Можно.

– Вы приходитесь отцом мальчику?

Бастиан тихо засмеялся. Возле его ясных глаз образовались мелкие неглубокие морщинки. Я непроизвольно улыбнулась, подхватив его настроение. От мужчины веяло приятным теплом, которое заставляло меня чувствовать лёгкость.

– Жан – мой младший брат, – пояснил Бастиан. – Правда, разница в возрасте у нас большая – двадцать семь лет. Сейчас мы не можем заниматься воспитанием мальчика в полной мере из-за загруженности на работе. Совсем скоро открывается галерея…

– Мы? – заинтересовано уточнила я.

Бастиан не успел ответить. Кто-то позади нахально распахнул дверь и прервал его. Обернувшись, я увидела темноволосого мужчину в кожаной куртке. Он скрестил руки на груди и самоуверенно ухмыльнулся.

– Да, – начал он. – Мы – я и Бастиан.