Стеллар. Заклинатель

Tekst
Z serii: Стеллар #3
55
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Стеллар. Заклинатель
Стеллар. Заклинатель
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 32,95  26,36 
Стеллар. Заклинатель
Audio
Стеллар. Заклинатель
Audiobook
Czyta Алиса Тверская, Олег Кейнз
20,61 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 2

«Клюван» лег на заданный курс. Взлетный рев винтов сменился размеренным рокотом, за иллюминаторами мелькали белые облачные кручи. Я разглядывал пассажиров, стараясь не упускать деталей.

Около сорока человек, большинство – рядовые. Как мужчины, так и женщины. В полном легионном снаряжении – серо-зеленые потрепанные плащи со звездой Стеллара, шлемы, полностью скрывающие лицо, и массивные нагрудники из тусклого серебристого металла. Почти все бойцы после взлета сняли тяжелые части брони и расслабленно дремали. Без шлемов они сразу обрели индивидуальность и оказались совершенно разными, настоящий интернационал. Я также заметил несколько раненых в повязках, двоих – в бессознательном состоянии, зафиксированных на носилках. Возле них – женщину-легионера с эмблемой змеи и чаши на белой нарукавной повязке. Прикрепленный медик? Значит, Легиону все-таки выпало с кем-то подраться, раз есть пострадавшие?

Меньшинство, отличавшееся уже знакомым мне легким снаряжением и молодостью – наверняка трибуты. Мальчишки и девчонки, всем – не более двадцати лет. И тоже – абсолютно непохожие друг на друга цветом кожи и разрезом глаз.

Темнокожая девушка, сидевшая справа, заметила мой взгляд, обшаривающий салон, незаметно дотронулась локтем, подмигнула:

– Прием, Грэйхольм. Ты как?

– В целом нормально, – я ощутил исходящий от нее живой интерес и подмигнул в ответ.

– Нам тут, короче, приказано за тобой присматривать, – она улыбнулась, показав красивые белые зубы, – По прилету сразу сдать в медком. Говорят, у тебя с головой не все в порядке. Это правда?

– Можно и так сказать, – уклончиво ответил я.

– Свен, расслабься, лететь двадцать часов. Расскажешь, как выжил в А-Зоне? – она наклонилась ко мне. – Тут уже такие байки рассказывают, святые котики! Что было там, с рейдом Горбача? Вся девятнадцатая погибла, и Мария тоже?

– Кто такая Мария?

– Старшая сестра Тигриса. Такая черненькая, из Джайпура, из третьего круга. Ты что, не помнишь?

Мария? Я вспомнил группу легионеров, погибшую у места моего появления на свет. Вспомнил темноволосую девушку, ставшую добычей Тьмы и преследовавшую меня по улицам разрушенного города. Свен Грэйхольм, вероятно, был не единственным трибутом в том рейде.

– Все, кроме меня, погибли. Я не помню, как именно. Сильно прилетело по голове. Пришел в себя, когда все уже были мертвы. Морфы дрались друг с другом из-за наших тел. Огромные твари… Я убежал, потом нашел старую подземку. Почти сутки выбирался оттуда…

– Короче, вообще ничего не помнишь? – глаза девушки расширились.

– Вообще ничего. Даже собственное имя. Память начисто отшибло. Говорят, травматическая амнезия. Тебя, кстати, тоже не помню.

– Серьезно? А как же ты будешь дальше обучаться?

– Понятия не имею.

– Святые котики. А я-то смотрю, ты какой-то странный, как будто другой. Ева просто офигеет! – неожиданно хихикнула собеседница. – Ты же погибшим считаешься, в курсе?

– Ева?

– Ну, типа твоя подружка, – усмехнулась афро. – Вы же вместе, любовь, все такое. Хочу посмотреть на ее рожу, когда тебя увидит. Она же себе уже нового нашла… ой.

Сообразив, что сболтнула лишнее, девушка досадливо скривилась. Я усмехнулся – моего носителя, оказывается, ждали по возвращению любовные драмы. Эта юная Заклинательница раньше явно хорошо знала Грэйхольма. Они вместе учились в Тимусе по крайней мере год. Бесценный источник информации. Нужно постараться узнать побольше, чтобы не напороться на неизвестные подводные камни. Версия с амнезией частично объяснит мои странности, да я и не собирался задерживаться в академии трибутов дольше необходимого, но лучше знать расклад заранее.

– Слушай, я ведь не помню, как тебя зовут?

– Я Эстер. Эстер Марлоу. Но все называют меня Эсси, – сказала девушка. – Или «Тинки», потому что я длинная. Но меня это бесит.

– А у меня есть прозвище? – спросил я полушутливо.

– «Долли», – хихикнула «Тинки». – Нет, серьезно. Есть, короче, такая старинная песенка «Гудбай, Долли Грэй»…

– Хм, забавно. А откуда ты?

– Я из Нео-Мумбаи. Клан Икара.

– Я знал одного человека из клана Икара, – вспомнил я. – Рико. Он был Заклинателем форта Энджело. Он помог мне…

– Рико, – печально кивнула афро. – Да, он мой дальний родич. Я слышала, что он погиб.

– Эсси, ты можешь мне немного рассказать о Тимусе? Обо мне? Я ведь совершенно ничего не помню, – попросил я, поймав ее взгляд. – Мы были с тобой друзьями?

– Ну… не совсем, – девушка отвела глаза. – Так, чуть-чуть.

– Можешь рассказать побольше?

Понемногу, задавая наводящие вопросы, мне удалось ее разговорить. Через полчаса мы уже болтали, как старые приятели.

Свен Грэйхольм, как и Эстер, второй год обучался в Тимусе, военной академии, готовившей Воинов, Заклинателей и Техномантов для Легиона. По условиям Клятвы, некоего соглашения, которое заключил Город и подчиненные кланы, каждый год в Тимус отправлялись юноши и девушки из Семи Городов. Их предварительно отбирали с помощью генного картирования представители Города. Насколько я понимал, выбор был основан на наличии Источника – и, как правило, по этому признаку большинство трибутов принадлежали к родам древних Инкарнаторов. Были и исключения, но немного.

Трибуты пять лет обучались в Тимусе, параллельно набираясь опыта в рейдах, после чего обязаны были пятнадцать лет отслужить в Легионе. Этот срок можно было скостить образцовой службой, а многие ближе к окончанию вообще получали назначения в родные города, в местные подразделения Легиона.

Интересная схема, здорово смахивающая на выкуп. Живая дань. Город ежегодно забирал «свежую кровь» кланов, выполняя сразу несколько стратегических задач. Во-первых, лишал их одаренных, сосредотачивая всех людей с азур-способностями под своим началом. Во-вторых, повышал лояльность и привязывал к себе – как ни крути, за двадцать лет службы и Город, и Легион становились родным домом. Третье, получал знатных заложников, гарант лояльности вассалов – многие трибуты были отпрысками правящих кланов. И четвертое, мне не хотелось в это верить, но мысль пришла сама собой, городские Инки всегда имели необходимый набор готовых кандидатов с разнообразными Источниками. Свежие тела-носители на любой вкус.

Свен был трибутом из Арктиды. Как я понял из рассказа Эстер, в Тимусе у него оставалась девушка, родственники и друзья. С момента гибели рейда он считался мертвым, и сейчас в его шкуре появлюсь я, ничего не помнящий и ведущий себя абсолютно по-другому. Интересно, как это воспримут?

Я осторожно, между делом расспросил о городских Инкарнаторах. И облегченно вздохнул – Эстер почти ничего не знала о них, за год пребывания в Городе всего несколько раз видела издали. По слухам, Инки часто появлялись на основной базе Легиона, трибуты пересекались с ними только на масштабных военных операциях или городских мероприятиях. Риск случайной встречи был минимален. Обучением в Тимусе, как я понял, занимались обычные люди.

Ответы Эстер становились все медленнее, и вскоре она тоже задремала. Почти все остальные блаженно дрыхли, посапывая. Видимо, сказался утомительный рейд, вряд ли им удалось нормально отдохнуть. Солдат пользуется любой возможностью, чтобы выспаться.

У меня такой проблемы уже не существовало. Я откинулся назад, полузакрыл глаза, имитируя сон. Было время сосредоточиться и подумать.

Победа над Одержимыми, помимо ликвидации Тревоги и двух знаков отличия, принесла мне новый Геном, выпавший с Оскала. И очень необычный, надо сказать, Геном.

В интерфейсе он казался ярко-коричневым с алым отливом. Каждый цвет в градации Стеллара имел свое значение, зависел от вида существа, из которого выпал. Мне уже попадались зеленые, синие, красные, золотые, фиолетовые… этот больше всего по оттенку напоминал некротические, но тем не менее им не являлся.

Геном Шрайдера

Ранг: фиолетовый (азурический, квантомеханический)

Доступны следующие генетические модификации:

«Многопоточность»способность разума к раздельному, независимому выполнению нескольких задач параллельно. Количество задач зависит от мощности Источника.

Требуется: Эволюция (2), перестройка мозга (5), Усиление Источника (10), Нейроматрица

Пассивная способность

«Ортопозитронный Импульс» – способность излучать кратковременный мощный импульс, уничтожающий позитронные и квантовые электронные системы.

Требуется: Эволюция (1), улучшение лимбической системы (10), мелон (5), Нейроядро

Активная способность. 10000 Азур.

«Спектральный Анализ» – способность изучить состав и свойства объекта с помощью проникающего излучения.

Требуется: Эволюция (1), улучшение лимбической системы (5), перестройка мозга (5), мелон (5)

Активная способность. 3000 Азур

Все аффиксы Генома подходили скорее компьютеру, чем человеку. Я с трудом представлял, с какого живого существа мог быть получен подобный генный материал. Какой-то био-механический кадавр, измененный А-энергией? Очень любопытно. По свойствам «Многопоточность» была не совсем понятна, «Импульс» – нечто вроде мощнейшего ЭМИ-удара, намертво выжигающего электронные системы всех видов, а «Анализ» – чисто исследовательская функция. Все способности крайне интересные, но не мои. Продвинутый Техномант наверняка не отказался бы от такого подарка.

Я посмотрел на два Гена, отмеченных знаками вопроса. Неопознанный ксено-генетический материал, который как-то использовали Одержимые. Загадочная добыча с созданий Черной Луны. Возможно, они могли бы усилить меня. Но как и где их расшифровать? Это оставалось загадкой.

Значит, Геном Шрайдера – для меня лишний. Три Нейросферы предстоит потратить на что-нибудь другое. Источник или физика? Я задумался.

Источник! Я почти услышал жалобный стон отключенной Мико. Физические усиления слишком легко отслеживаются. Я и так серьезно превосходил обычного человека, а после заключительных апгрейдов ЦНС вообще обладал феноменальной скоростью и реакцией. А Источник – это мой дар и основное оружие, к тому же после вмешательства Даат я могу развивать его без ограничения Эволюций, и глупо не использовать такое преимущество.

 

Приняв решение, я вложил Нейросферу в усиление Источника (8). Оставалось еще две… Доступных апгрейдов, включая старые, было достаточно:

«Щит Света», «Пирокинез», «Аура Света», «Волна Света», «Исцеление Светом»

Защита, призыв огня, ослепляющая световая аура, возможность испускать направленные обжигающие волны и исцеляющий раны свет. Что же взять?

Причем лучше брать что-то одно, я уже убедился, что азур-способности слабы на начальном уровне, но крайне эффективны при полной прокачке. «Вспышка» максимального ранга стала моим основным оружием, а «Усиление Светом» помогло ранить руха и уничтожить Эвелин Мэйл.

Прочитав описание способностей, я без колебаний выбрал «Исцеление Светом» и вложил туда обе Нейросферы.

«Исцеление Светом» (3) – излучаемый вами свет Ра имеет мощный регенеративный эффект, нейтрализует интоксикацию и патогенные процессы, мгновенно останавливает кровотечение, полностью заживляет раны и исцеляет тяжелые травмы, включая повреждения внутренних органов.

Активная способность. 1 минута – 1000 Азур.

Возможно, Мико сказала бы, что я совершаю ошибку и распыляю силы. Да, источник Ра – это боевой Заклинатель, разящий Светом, сжигающий целые города, как легендарный Феникс. Лично для меня «Исцеление Светом» бесполезно – есть инкарнация, есть Геном Гидры. Но эта азур-способность бесценна для людей, находящихся рядом. Я больше не хотел терять тех, кто доверился мне. Возможно, имей я изначально «Исцеление Светом», Тара осталась бы в живых и Кай тоже.

Открыв интерфейс, я оценил результат:

Имя: Грэй

Звание: гард-аларх

Боевая группа: «Амнезия» (поощрений – 1, знаков отличия – 4)

Азур: 3930/36300

Источник: тип энергии – Ра

Особые способности: «Частица Света» (1), «Усиление Светом» (3), «Вспышка Света» (3), Исцеление Светом (3)

Модификации организма: Усиление Источника (10), костной ткани (1), мышечной системы (2), эндокринной системы (2), нервной системы (5), неокортекса (2), таламуса (2), системы кровообращения (2)

Генетические модификации: «Бинокулярное Зрение» (Геном Птара), «Непроницаемость» (Геном Донного Краба), «Повелитель Стаи» (Геном Крысиного Короля), «Молекулярная Регенерация» (Геном Гидры)

Свободные Нейросферы: 0

Свободные Геномы: Геном Ледяного Анубиса, Геном Шрайдера,??? (неизвестный генетический материал),??? (неизвестный генетический материал)

После этого, с чувством выполненного долга я заснул, присоединившись к мирно посапывающим легионерам. И пробудился только от короткого сигнала сирены, тычка в бок и жестяного голоса пилота:

– Внимание! Немедленно пристегнуться! Всем пристегнуть ремни и зафиксировать груз!

За иллюминаторами стояла непроглядная ночь. Там жутко завывал ветер и мелькали странные голубые вспышки, тут же напомнившие о Буре Перемен. Корпус «Клювана» пронзала неприятная дрожь, винты гудели на повышенных оборотах. В салоне мерцал тревожный алый огонек освещения, легионеры шевелились, негромко переговариваясь и плотно пристегиваясь к креслам.

– Что случилось?

– Волна! – фыркнула Эстер, обернувшись от иллюминатора. – Вообще ничего не видно, там, короче, просто жуть какая-то!

– Что такое Волна? – спросил я.

– Ну, они всегда идут с приливом. Тепловые Волны. Короче, под действием Азур ветер, вода, радиация, все перемешивается, закипает и прет сплошной стеной, как гребаное цунами. Святые котики, главное – не облеваться, когда начнет трясти.

– Не паникуй, Тинки, – с видом знатока лениво посоветовал щекастый здоровяк, сидевший справа. – Подумаешь, задели Волну краешком, бывает. Потрясет чуток, и сопи дальше в две дырочки.

Совет был немного неуместным – вскоре аппарат затрясло так, что начали лязгать зубы. Казалось, винтокрыл сейчас просто развалится на части. Рев снаружи перекрыл все разумные пределы – причем я был готов поклясться, что буре на разные голоса вторят какие-то исполинские Твари. Стало неожиданно душно, тяжело дышать, иллюминаторы запотели, как будто мы нырнули в невообразимый кипящий бульон и теперь судорожно плыли сквозь него. Мой азур-индикатор ожил, фиксируя незначительный приток А-излучения. Винтокрыл двигался какими-то резкими рывками, сотрясаемый беснующейся стихией. Большинство легионеров сидели с белыми лицами, кого-то вырвало, по полу, дребезжа, перекатывался забытый наплечник. Эстер что-то беззвучно шептала, закрыв глаза – кажется, молилась.

Черная Луна сильно изменила мир. Если в глубине материка это было сравнительно незаметно, то возле побережья постоянно бушевали страшные шторма. Мощь приливов и отливов возросла в двенадцать раз, циклоны и ураганы, зарождавшиеся в океане, не имели себе равных. К тому же, во время Импакта множество осколков Черной Луны упало в океан, образовав подводные А-Зоны, которые по понятным причинам ликвидировать было почти невозможно – и морская фауна сильно изменилась. Океан стал рассадником жутких Тварей, периодически выползающих на побережье, а что творилось в его глубинах, не мог сказать никто.

Однако у нашего транспорта были опытные пилоты, и пересекать фронт Волны им явно приходилось не впервой. Несмотря на страшную дрожь, рев и порывы ветра, мы уверенно держали курс, и вскоре буря начала стихать, болтанка понемногу исчезла, за запотевшими стеклами посветлело. Аварийное освещение выключилось, все облегченно заворочались, негромко переговариваясь.

– Далеко еще? – спросил я у совершенно серой «Тинки».

– Нет, уже подлетаем… Уфф, я, короче, успела с Черной Принцессой поговорить, – бледно улыбнулась афро. – Ты как сам?

– Нормально, – после Бури Перемен тепловой шторм не вызвал у меня особенных эмоций.

– Хочешь взбодриться? – она протянула мне странную полупрозрачную ягоду, увенчанную алым шипом. Помедлив, я забросил ее в рот и скривился от невероятно терпкого привкуса, пробравшего до самых поджилок. Я едва не выплюнул гадость, обжигающую рот, однако послевкусие оказалось неожиданно сладким, будто ягодка состояла из двух слоев.

+2 ед. Азур, бесстрастно сообщил интерфейс. Ягода была азур-фруктом. Они употребляют в пищу продукты, содержащие А-энергию? Интересно…

– Вот теперь верю, что ничего не помнишь, Свен, – ехидно рассмеялась Эстер. – Видел бы ты свое лицо, ха-ха! Остальных уже не проведешь этим фокусом, только настоящие мумбаи могут есть сиах, не поморщившись. Хорошо бодрит, а?!

Я не мог оценить тонизирующий эффект в полной мере – благодаря прокачанной эндокринной системе всегда был бодр и свеж. Но с самой Эсси остатки сна как рукой сняло, она отодвинула створку иллюминатора и приникла к нему, изучая местность. Краем глаза я видел в разрывах облаков непроглядную серо-зеленую туманную хмарь. Мы шли над океаном?

Остальные легионеры зевали, потягивались, разминали затекшее тело, застегивали снятое снаряжение. Зашевелились, заговорили. В салоне пополз запах легионных рационов и аромат горячего сублимата. Каждый подкреплялся, чем мог, из собственного пайка, но мне тоже достался стакан горячего бульона. Через некоторое время из динамиков донеслось:

– Всем пристегнуться, начинаем снижение!

Кажется, мы приближались к Городу. Сначала я увидел нечто серо-зеленое, мелькающее в разрывах облаков. Только потом из общей мозаики стали вырисовываться очертания огромных кольцевых стен, окружающих Город.

– «Белая Звезда», Первая Стена, – произнесла Эстер, – Самая большая.

– Странное название…

– Она названа в честь Элейны «Белой Звезды», одной из основательниц Города и Легиона, – строго взглянула на меня девушка. – Ее отстраивали заново множество раз… Говорят, основание сложено из сожженной техники Первого Легиона…

– Город пытались взять штурмом?

– Конечно. Твари, Ши, Одержимые. Ты что, не читал о Красной Битве? Или о Рубеже Сигурда?

«Звезда» сверху выглядела игрушечной, но она была монструозным сооружением в несколько сотен ярдов высотой. Монолитный пластобетон, камень и металл. С внутренней стороны ее поддерживали огромные треугольные ребра, служившие одновременно заездами, по гребню пролегала полноценная двухполосная дорога. Я видел многочисленные дозорные башни с круглыми нашлепками насестов для орноптаров, видел застывшие в открытых капонирах тяжелые «Микадо» и торчащие в небо счетверенные стволы зенитных гаусс-батарей.

Город был построен на плоскогорье, между несколькими крупными вершинами, обеспечивающими естественную преграду. Соединяя их, тянулись концентрические кольца стен, образующих вложенные друг в друга окружности. Противнику, решившему вторгнуться, пришлось бы последовательно преодолеть пять укрепленных радиусов, каждый из которых был самостоятельной крепостью.

Между внешними широкими кольцами зеленели правильные квадраты полей и прямоугольники ферм. Видимо, здесь, под защитой исполинских стен, на огромных площадях выращивали сельскохозяйственную продукцию, обеспечивая Город натуральной едой. Я видел паутину дорог, идеально прямые линии монорельсов, голубые пятна водохранилищ, зеркальные полусферы эко-куполов теплиц и пыль, поднятую пасущимися стадами. Пространство внутри периметра само по себе было размером с небольшое государство. Мы летели, и ему не было видно конца.

А сам Город… Когда он показался на горизонте, я сначала не поверил. Полное впечатление, что я вернулся в прошлое Земли. Зеркальные небоскребы из стекла и металла, виадуки и монорельсы, потоки ярких машин на многоуровневых дорогах, мигающий неон и огромные рекламные голограммы. И над всем этим урбанистическим великолепием, словно Утопия здесь не окончилась, парил двурогий шпиль тонкой башни, исчезающий за облаками.

– Впечатляет, да? – усмехнулась Эстер, посмотрев на меня. – Да, это тебе не наши клановые… Это Город.

Я ее не слушал. Мое внимание полностью занял мигающий квадратик файла, неожиданно появившийся в углу зрения. Второе видео-послание моего альтер-эго, полученное вместе с кодом пробуждения Мико, наконец активировалось.

«Посмотри, когда доберешься до Города».

Я открыл файл.

Интерлюдия. Город

Как и в первый раз, видеофайл казался стертым. Беззвучный белый шум, море мерцающих помех. На этом фоне раздался уже слышанный однажды голос. Мужской, хрипловатый, как будто немного искаженный далеким эхо.

Это мой прежний голос? Я сосредоточился. Возможно, по его записи, тембру, особенностям речи получится опознать, кем именно был я в прошлом…

Добрался до Города? Отлично, молодец. Сейчас я тебе кое-что покажу, смотри внимательно и запоминай. Если не поймешь, спроси Мико, она умная, подскажет.

Изображение вдруг раздвинулось во все стороны, полностью заняв поле зрения. Окружающий мир, салон винтокрыла, болтавшая Эсси исчезли, пропали – меня как будто всосало туда, внутрь послания из прошлого.

Я обнаружил, что шагаю, размеренно и неторопливо. Ослепительное солнце отражалось от снеговых шапок горных кряжей, возвышавшихся на горизонте. Попытавшись повернуть голову и оглядеться, я понял, что тело не подчиняется. У него был другой хозяин, и сейчас он спокойно шел по узким улочкам какого-то временного лагеря, полного суетящихся людей.

Безумное скопление разномастных построек. Палатки. Шатры. Хибары, слепленные из подручного материала, какие-то шаткие навесы. Жилые контейнеры, этажами громоздившиеся друг на друга. Что это, где я оказался?

Рядом, почти касаясь плечом, шел темнокожий человек в потрепанном плаще и армейском снаряжении. Впереди – еще двое, я видел их крепкие плечи и тусклый металл брони и оружия. У одного за спину был закинут длинный и широкий тесак на ремне, у второго – штурмовая гаусс-винтовка.

Четверка вооруженных бойцов, и я был одним из них. Мне отводилась роль исключительно наблюдателя, я не мог даже разглядеть собственное тело, потому что его хозяин неторопливо смотрел по сторонам, не опуская взгляд.

Под ногами чавкала жидкая грязь вперемешку с мусором. Я видел лотки, с которых продавали дымящуюся еду, одежду и бытовые мелочи. Костры между палаток, множество людей, мужчин и женщин, грязных и оборванных. Место выглядело лагерем беженцев, огромным, хаотичным и живущим по собственным причудливым законам.

Перед нами расступались, освобождая дорогу, глазели вслед, что-то негромко говорили друг-другу. Чумазые дети выглядывали из щелей. Лениво лаяли собаки.

Я вдруг сообразил, что горы вокруг, увенчанные белоснежными вершинами, кажутся очень знакомыми. Не их ли я видел с винтокрыла? Сама форма и конфигурация ледяных шапок немного изменились, но перепутать было невозможно – Город был построен точно в центре огромного треугольника, вершины которого образовывали горные пики. Но ведь это значит, что…

 

– Сколько уже людей? – отрывисто спросил идущий впереди у своего соседа. Голос был глухой и какой-то неприятный.

– Никто не считает. Много. И они прибывают каждый день, – ответил второй.

– Откуда столько?

– Элен вывозит с побережья. Приходят через перешеек. Прилетают сами. Я слышал, Кот уже продает сюда билеты.

– Она что, сошла с ума? Чем она собирается кормить всех? Их, наверное, уже несколько тысяч!

– Пока наши Репликаторы справляются, органики хватает. Некоторые уже начали выращивать еду и охотиться. Тут плодородная почва, много горячих гейзеров, почти нет зараженных зон.

– Зачем вы принимаете их?

– Мы не принимаем их. Они приходят сами – потому что знают, что здесь есть мы. И что мы защищаем их. Об этом месте уже идут слухи, как о последнем безопасном пристанище.

– Безумие. Это вступает в противоречие с директивой о сохранении тайны.

– У нас другие директивы. Я говорю с ними. Сижу у их костров. Они угощают меня своей едой. Вижу их детей. Многие родились уже здесь, в этом… месте. И что, ты предлагаешь выгнать их? Не пускать сюда?

Голоса спорящих были раздраженными. Мы, идущие сзади, молчали.

Путаница грязных проулков привела к огороженной территории. Комплекс приземистых зданий, напоминающих военную базу, был построен задолго до палаточного лагеря и очевидно являлся его сердцем. Огромную гермостворку, куда легко мог заехать танк, охраняли двое бойцов в боевых экзоскелетах. Я не узнавал модификацию кибернетической брони, знакомой была только одна деталь – белая звезда Стеллара на массивных нагрудниках.

За дверями оказался наклонный коридор, ведущий к площадке с грузовым лифтом. Я понял, что мы вошли в большое разветвленное многоуровневое подземелье. Строения на поверхности были лишь вершиной огромного подземного айсберга. На стенах виднелся трафаретный отпечаток трехлучевой звезды, а под ней надпись, дублирующаяся иероглифами и кириллицей.

ПРОЕКТ СТЕЛЛАР.

– Значит, это правда, – выдохнул мой сосед. – Он действительно существует!

Долгий спуск на лифте. Внизу встретила женщина. Длинные темные волосы смешивались с волчьим мехом воротника. По ее статусной белой броне, осанке и уверенному повороту головы сразу ощущалась привычка командовать. На лице, узком и жестком, как лезвие ножа, выделялись пронзительно-синие глаза. Она оглядела каждого, остановилась на мне, коротко кивнула. Я кивнул в ответ, ощутив, как губы изгибаются в улыбке.

– Вернулся все-таки? Хорошо.

– Нашли еще двоих, Элен, – кивнул тот, что был впереди. – Пришли по директиве.

– Хорошо, – сказала женщина. – Пойдемте.

Огромный подземный зал в форме широкого цилиндра. Его стены были превращены в многоэтажный, многоуровневый муравейник технологичных лабораторий, заполненных светом и зеленью оранжерей, каких-то огромных хранилищ…

А внизу виднелись стреловидные очертания чего-то крайне необычного. Ярко-голубого с серебристыми искорками, очень странной формы, сочетающей плавные, волнообразные и одновременно резкие, ломаные линии. Эта штука производила общее впечатление изящного многокрылого существа, прямо-таки заточенного для стремительного полета. Живого и огромного, просто застывшего в куске прозрачного кристалла. Люди в стеклянных трубках-тоннелях, опутывающих необычный аппарат, казались муравьями на его фоне.

Мой носитель ничего не сказал, только наклонился, вцепившись в ограждение так сильно, что побелели костяшки пальцев.

А я внезапно понял, что смотрю на Синюю Птицу.

Картинка застыла, замерла остановленным кадром и распалась на составляющие, превратившись в белый шум. Я снова услышал спокойный, чуть хрипловатый голос:

Посмотрел? Запомнил? Она до сих пор где-то под Городом. Эту штуку тебе нужно найти. Сейчас она выглядит совсем по-другому, но ты не ошибешься. Теперь второе. В Башне Пустоты, в скриптории, возьмешь то, что я там оставил.

Если Город еще на месте, можешь найти Корвина. Он должен помочь, но будь осторожен.

И еще одно. Ты уже многое знаешь, это опасно, поэтому я активирую защитные нейропломбы. Действуй и ничего не бойся.

Голос замер и добавил:

И удачи нам всем.