Код уверенности. Почему умные люди бывают не уверены в себе и как это исправить

Tekst
30
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Код уверенности. Почему умные люди бывают не уверены в себе и как это исправить
Код уверенности. Почему умные люди бывают не уверены в себе и как это исправить
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 30,44  24,35 
Код уверенности. Почему умные люди бывают не уверены в себе и как это исправить
Audio
Код уверенности. Почему умные люди бывают не уверены в себе и как это исправить
Audiobook
Czyta Максим Доронин
16,61 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Robert Kelsey

What's Stopping You Being More ConfidenT

Copyright © 2013 What’s Stopping You Ltd. All Rights Reserved.

Authorised translation from the English language edition published by Capstone Publishing Limited. Responsibility for the accuracy of the translation rests solely with EXMO Licence Limited and is not the responsibility of Capstone Publishing Limited. No part of this book may be reproduced in any form without the written permission of the original copyright holder, Capstone Publishing Limited.

© Грудницкая Е.А., перевод на русский язык, 2014

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

Посвящается Люси, Джорджу и Эдди


«Уверенность – это ключ к успеху во всех сферах жизни. В своей книге Роберт Келси рассказывает, как взрастить в себе уверенность и повысить шансы на успех. У каждого человека бывают моменты сомнений, и те полезные советы, что даны в книге, помогут избавиться от внутренних демонов и воспрянуть духом. Весьма ее рекомендую».

Люк Джонсон, председатель RSA, колумнист Financial Times и автор книги «Запускай свое дело!» (Start It Up!)

«Сочетание искренности и неподдельного любопытства Роберта Келси по отношению к тому, каким образом формируется наша жизнь, вылилось в книгу для увлекательного чтения, а его уверенное утверждение, что контроль над своей судьбой находится в наших руках, весьма обнадеживает. Его книги подобны станциям техобслуживания на автостраде жизни (к счастью, без черствых булочек), так что если вы просто проезжаете мимо – то на свой страх и риск».

Фай Гловер, лауреат многочисленных журналистских премий в области радиовещания и ведущий программ на радио BBC

«Наконец-то книга о том, как обрести уверенность, написана человеком, который сам боролся с неуверенностью. Личный опыт Роберта Келси помог ему добраться до сути основных правил, позволяющих обрести уверенность в себе».

Роман Крознарик, автор книги «Как найти работу, приносящую удовлетворение» (How to Find Fulfilling Work) и соучредитель «Школы жизни»

«Это вам не банальное «средство от всех болезней», способное помочь лишь тому, кто его продает, – с помощью Келси вы действительно добьетесь значительных перемен».

Оливер Джеймс, автор книги «Они вас достали!» (They F*** You Up!)

«Роберт Келси извлек суть из трудов многочисленных признанных авторов и добавил идеи, основанные на собственном опыте. В результате было создано бесценное руководство для тех, кому не хватает уверенности в себе».

Джон Каунт, автор книги «Подними свою самооценку»

«Если вы хотите перестать говорить и начать действовать, уверенность важна. В своей легко читаемой и основанной на личном опыте книге Роберт Келси исследует истоки неуверенности – включая собственные – и объясняет, почему неуверенность способна серьезно тормозить прогресс личности. Своим видением и практическими советами он указывает читателю надежный путь вперед».

Ричард Ньютон, соавтор книги «Хватит строить планы, пора действовать»

Эта книга поможет вам найти ответы на следующие вопросы:

Как понять природу неуверенности в себе – глава 1

Как наши потребности и образ мышления влияют на самооценку – глава 2

Как стать увереннее с помощью когнитивно-поведенческой терапии – глава 3

Как изменить свое мышление – глава 4

Как научиться оптимизму – глава 5

Какие методы помогают уверенно себя чувствовать в стрессовых ситуациях – глава 5

Как повысить личную эффективность – глава 6

Как развить свои таланты – глава 6

Как преодолеть свои страхи – глава 7

Как справиться с предательством – глава 8

Как развить критическое мышление – глава 8

Какие шаги помогают достичь успеха – глава 9

Как построить свою иерархию ценностей и с пользой применять ее – глава 9

Как правильно ставить себе цели – глава 10

Какие пункты должен включать в себя план развития – глава 11

Как бороться с застенчивостью – глава 12

Как увеличить свое влияние на работе – глава 13

Как научиться отказывать на работе – глава 14

Как научиться делегировать полномочия – глава 14

Как не злить своего руководителя – глава 14

Как общаться с «трудными» коллегами – глава 14

Как побороть страх быть отвергнутым на свидании – глава 15

Как чувствовать себя уверенно в любовных отношениях – глава 15

Как справиться с предубеждениями – глава 16

Как воспитание влияет на поведение человека в будущем – глава 17

Как бороться с чувством вины и негативными мыслями – глава 18

Как контролировать уровень стресса и тревожности – глава 19

Как не перепутать уверенность в себе с самоуверенностью – глава 20

Введение

«Думаете ли вы, что можете или что не можете, – вы правы в обоих случаях», – сказал американский промышленник Генри Форд. Этот содержательный афоризм от человека, который сделал автомобиль массовым средством передвижения, указывает на пропасть, существующую между высокой и низкой степенью уверенности. А еще на тот факт, что возможные результаты могут настолько различаться, что даже выражение «как день и ночь» покажется недостаточным. Скорее «Венера и Марс», хотя и здесь мы сравниваем две далекие скалистые планеты. Как насчет сравнения богатой Швейцарии и Сомали, где неуверенные обречены жить в нищем пиратском государстве, которое сами создали?

Впрочем, утверждение Форда идет еще дальше. Вовсе не объявленные несостоятельными, неуверенные люди фактически сбрасывают себя со счетов. Их слабая вера в свои силы означает, что они остаются персональным воплощением Сомали, при этом не имеет никакого значения, что они делают или насколько меняют свое поведение. Пугающий вывод. Но верный ли? Может ли Сомали надеяться однажды стать Швейцарией, если немного разберется с сигаретными окурками и жевательной резинкой – уверенно-спокойным, высокопродуктивным, довольным и мирным государством? И можем ли мы, люди, стать уверенными в себе, если нас раздирают сомнения? Кажется, все совсем не по Форду, потому что сомнения и низкая самооценка приводят к неправильным оценкам, недальновидности, принятию кошмарных решений и – да, к самоподдерживающемуся катастрофическому поведению, которое подтвердит наши опасения, подкрепляя неуверенность в себе.

Однако немедленно вспоминается Сингапур, некогда бывший болотистым малярийным островом, на котором обитали несколько дюжин местного населения, китайские эмигранты и странные британцы, пьющие джин. А ведь теперь это богатый, сверкающий огнями город-муравейник! Далее, Коста-Рика: джунгли на задворках Испанской империи без каких-либо природных ресурсов, а теперь здесь устойчивая демократия по соседству со странами, известными нестабильным режимом и ведущими гражданские войны. А как насчет Ботсваны, некогда бывшей пустыней с воинственными племенами, а теперь являющейся процветающей демократической жемчужиной Африки?

ИНДУСТРИЯ УВЕРЕННОСТИ

Таким образом, страны могут становиться Швейцарией, это означает, что и люди, несомненно, способны развить в себе атрибуты уверенности тех, кто на счастливой половине ребуса Форда. Так ли это? Согласно индустрии самопомощи, да. Существуют горы книг, ДВД-дисков, коучинг-курсов, методов психотерапии и разных других прибамбасов, предназначенных для избавления от неуверенности. Гипноз, акупунктура, йога, пилатес, медитация, даже лекарственные препараты (официально разрешенные и не очень): все гарантируют чудеса, когда дело касается уверенности в себе. Мы даже идем на хирургические операции, в ходе которых изменяют, удаляют или добавляют какие-либо части тела – и это не что иное, как попытка повысить уверенность.

Увы, ничто из вышеперечисленного не способно переместить нас на постоянное жительство в позитивную часть цитаты Форда. Все эти методы содержат одну и ту же ошибку, предполагая, что мы являемся не более чем сырым материалом для последующей обработки. Согласно им, мы – чистые листы, готовые к росписи красочными (и общепризнанно полезными) методологиями и рекомендациями для обретения более уверенного будущего.

Если бы это было так! Мы вовсе не являемся чистыми листами. Жизненные холсты неуверенных в себе людей расписаны мучительными детальными изображениями болезненных воспоминаний. Наши картины на холсте напоминали бы произведения Пикассо: искривленные линии унижений, поражений и оскорблений, проигранных сражений и отвергнутых возможностей. Путешествие к уверенности неуверенных в себе людей не начинается с нуля. Оно начинается с минус ста.

Мы являемся сложными личностями, при этом совокупность пережитого – для людей с низким уровнем уверенности в себе – обычно является негативным, если не сказать – болезненным, опытом. Попытка нарисовать уверенность поверх подобных искажений, на мой взгляд, бесполезна. Это рецепт, который приводит к дальнейшей путанице и искажениям, а также потенциально болезненной расплате по мере нашей борьбы. А в итоге – к провалу попыток уравновесить прошлые унижения пропагандируемыми назойливо-жизнерадостными инструкциями.

Уверенность не похожа на укол для иммунизации. Она не передается через витиеватые экзерсисы и мотивационные упражнения. Уверенность приходит с опытом, и почти всегда только с ним. С тем, что вы делаете правильно и – это важно – понимаете, каким образом и почему это правильно, что побуждает вас делать так снова (это известно как личная эффективность). Уверенность – это сундук с личными инструментами, в котором хранятся преимущественно позитивные и проверенные достижения, но также и то, что было получено методом проб и ошибок. Такой сундучок помогает достигать успешных результатов и справляться с неудачами, не сбиваясь с курса. Воспринимать отрицательные суждения других людей, оставаясь при этом сосредоточенными на собственных положительных результатах.

 

В связи с этим, если копнуть глубже, для обретения устойчивой уверенности в себе требуется лишь одно – самопознание. Это означает быть в курсе того, в чем мы хороши, осознавая и принимая почему, включая тот факт, что талант, как мы увидим, может иметь мало общего с успехом. Однако также стоит знать, в чем мы не хороши, признавая это и понимая почему. Уверенность имеет отношение к доверию, храбрости, оптимизму и психологической устойчивости, а также к отсутствию заносчивости и высокомерия. Уверенность более всего на свете дает нам возможность действовать, но и дает возможность не действовать. Говорить, но также знать, когда лучше помолчать. Хвалить и принимать критику. Быть открытыми идеям и учиться. Быть благоразумными, справедливыми, скромными, милосердными и сопереживающими.

УВЕРЕННОСТЬ – ЭТО…

Это то, чего у меня нет, или, во всяком случае, не было. Вообще моя собственная история – это история недоверия, трусости, слабости и пессимизма. Наверное, с самого рождения или, что более вероятно, с обретением раннего жизненного опыта моя жизнь представляла собой сценарий неуверенного в себе человека: казалось, моя судьба была высечена в камне с младенческих лет и весьма соответствовала пророчеству Форда. И это несмотря на усилия моей матери повысить мою уверенность в себе. Записывался ли я в секцию дзюдо, или в клуб скаутов, или в сельский драмкружок – всякий раз, когда я обращал внимание на способности тех, кто меня окружал (или на цвет их поясов, как в случае с дзюдо), то считал, что изменить что-либо в своем случае я не в силах. Каждый раз, пытаясь в чем-либо участвовать, начинал искать способ уйти, и моя неуверенность в себе усугублялась пережитым опытом.

Неуверенность привела к тому, что в одиннадцать лет я плохо сдал отборочные экзамены, не успевал в старших классах – кое-как мне удалось окончить среднюю школу, но я не прошел тест по приему на работу и «пролетел» с первым трудоустройством в качестве строительного инспектора. Я подходил к каждому испытанию со страхом, недоверием и внутренним убеждением, что наиболее вероятным исходом будет неудача. Естественно, вскоре я доказывал себе свою правоту. Что бы это ни было, окружающие казались лучше меня: умнее, привлекательнее, замечательнее, популярнее.

Только сейчас, став более уверенным (по крайней мере, в одной области), я могу оглянуться назад и ясно увидеть то, что происходило, определить в чем именно заключались некоторые препятствия. Одним из них, довольно значимым, была мотивация. Невысокое качество образования, унылые развлечения пригородных районов, даже будничное стремление получить должность инспектора на безликих болотах Эссекса – ничто из этого не вдохновляло меня, не пробуждало желания во что бы то ни стало достичь успеха. Лишь только появилась мотивация получить то, чего я действительно желал, и способность противостоять трудностям развилась. Это произошло во время сдачи экзамена по истории на вечерних курсах, когда я получал степень в области политики и современной истории в университете Манчестера и добивался устойчивого положения в качестве журналиста экономического журнала.

Тем не менее в каждом случае оставались сомнения. Мой пережитый опыт – неуверенность в себе, подкрепляемая неудавшимися попытками чего-то достичь, – проявлял себя, стремясь подорвать значимость достижений. В ключевые моменты уверенность оставляла меня. Она казалась какой-то неуместной, проявляющейся неустойчиво и временно, а потому легко опровергаемой. А когда это было не так, мои комплексы приводили к тому, что я раздувался от гордости, но вскоре очередной удар низвергал меня с небес на землю.

К примеру, «успех» в качестве редактора экономического журнала в конечном счете привел меня к работе в инвестиционном банке. Я работал и в родной стране, и в США, однако моя неуверенность в себе превращала мои довольно поверхностные поначалу профессиональные навыки в явную некомпетентность (не лучшее качество для банкира). Вскоре это заставило меня признать свое поражение и ретироваться, укрывшись за журналистской деятельностью, в которой у меня имелись соответствующие навыки, – я стал писать книгу о своем опыте жизни в Нью-Йорке. Тем не менее прохладный прием книги читателями снова пошатнул мою уверенность. Вместо того чтобы взглянуть на это как на решительный первый шаг в качестве автора, я убедил себя в собственном абсолютном провале: таким образом, моя точка зрения, как верно заметил Форд, полностью оправдалась.

ПРАВДА ОБ УВЕРЕННОСТИ

Итак, в отличие от многих авторов, которые руководствуются принципом «помоги себе сам» (значительное их число в дальнейшем процитированы на страницах этой книги), я жил с неуверенностью на протяжении большей части своей взрослой жизни. Даже сейчас – с «успешным» пиар-бизнесом за плечами и авторством «бестселлера» «Что вас останавливает?» (о страхе неудачи) – моя неуверенность в себе легко активизируется – возможно, в тех областях, в которых я по-прежнему ощущаю себя менее чем состоятельным. Каждая первая бизнес-встреча, каждое выступление – да что там, любой телефонный звонок от клиента или общение с журналистом – пробуждает моих внутренних демонов и приводит к результатам, которых я больше всего опасаюсь. Даже описания своих достижений кажутся мне фальшивыми (обратите внимание на использование кавычек в вышеупомянутых заявлениях), словно приобретенными каким-то обманным путем или же временными.

Это мотивировало меня написать книгу, которую вы держите в руках. Неуверенному в себе нужно рассказать правду об уверенности: что она собой представляет, почему не является тем или этим, как ее развить и – что важно – как поддерживать. Конечно, пришлось учиться делать каждый шаг так, как будто идешь по канату. И шаг все еще не устойчив, я чрезмерно беспокоюсь по поводу легчайшего ветерка – возможно, именно это беспокойство делает положение угрожающим. Но вот в чем дело. Это не та истина, которую способен передать вам мотивационный гуру, просто ударив ладонью о вашу ладонь. Пока вы испытываете глубокий, грызущий, безмолвный (но кричащий внутри вас), клаустрофобный ужас перед неуверенностью в себе – и тем, как она влияет на каждое высказывание или встречу, – вы не можете мотивировать себя на лучший исход.

В конце концов, из правой части прогноза Форда можно понять, что немногое предлагается тем, кто обречен. Тем не менее здесь он не прав. Более точный афоризм оканчивался бы так: «Если вы думаете, что не сможете, тогда придется немало потрудиться», – хотя признаю, что это звучит не столь эффектно.

Что вам мешает быть более уверенными в себе? Слабая вера в себя порождает самоподкрепляемое поведение, которое приводит к ощущению, что вы обречены на жизнь в неуверенности и мало чего сможете достичь. Однако уверенность приходит с положительным опытом, помогающим познать себя. А это необходимо для формирования устойчивого ощущения уверенности в себе.

Часть первая. Что Такое Неуверенность В Себе

1. Сценарии

Никто не способен вселить в человека уверенность. Ее невозможно, скажем, перенять у наставника, и тем более это не дар свыше. Уверенность в себе не врожденное свойство личности. Это то, что вы развиваете начиная с самых пеленок. При этом, по большому счету, в том, станет человек уверенным или, как я, неуверенным в себе, решающую роль играют родные и близкие люди. Нетерпеливые родители, придирчивые братья и сестры, некомпетентные учителя – кто угодно может повлиять на впечатлительного и восприимчивого ребенка так, что ему не будет хватать набора основных средств для обретения уверенности в себе (см. часть вторую). Но это не значит, что ничего нельзя изменить. Это значит только то, что мы должны развить необходимые качества для обретения уверенности в себе, будучи уже взрослыми. Конечно, подобное намерение осуществляется осознанно, поэтому предстоящий путь довольно сложен. Тем не менее уверенности можно научиться.

В моей жизни свою роль сыграли и родители, и другой ребенок в семье, и учителя. На первый взгляд меня воспитывали, как и всех остальных детей. Мы жили на обычной для 1960-х тупиковой улице на краю «поселения» (если точнее, ряда жилых массивов) в скучном спальном районе Эссекса. Мои родители ничем не отличались от других взрослых из нашего района: две машины, два источника дохода, два ребенка. Таким образом, они жили вполне благополучно, дав продолжение поколению из Ист-Энда, разрушенного бомбардировками. И все же моя семья не была единым целым. Отец души не чаял в сестре, она была его любимицей и находилась в более выгодном положении, из-за чего мой статус определялся как «надоедливый братишка».

Как мы увидим далее, подобный статус порождает неуверенность в себе и соответствующие «сценарии» жизни. Безусловно, сценарий моей жизни был написан даже раньше, поскольку мать пыталась защитить меня, не позволяя отцу и сестре пренебрегать мной, тем самым еще сильнее отдаляя нас друг от друга. Между нами пролегла пропасть, как будто семья раскололась и отец с сестрой переехали на другую тупиковую улицу, затерявшись среди других жилых массивов.

Однако они вернулись в том же году. Все возвратилось на круги своя, и сценарий (который временно назывался «неуправляемый сорванец») стал прежним, хотя теперь мои преступления стали распространяться и на сторонние взаимоотношения. Напористые друзья сестры, старавшиеся снискать ее расположение, и даже мои школьные сверстники брали пример с членов нашей семьи, копируя происходящие процессы, так что моя неуверенность только росла. И к тринадцати годам неверие в собственные силы прочно укоренилось во мне: настолько прочно, что я так и не усвоил правил поведения в обществе. По сути, постоянно пересекал границы социальных норм – очень медленно реагировал и не понимал, почему так происходит. Что бы я ни делал, что бы ни говорил, все было не к месту, и каждый промах усиливал мою неуверенность в себе.

УКРЕПЛЕНИЕ НЕУВЕРЕННОСТИ В СЕБЕ

Место, где я жил, также являлось своеобразным барьером. Наш дом располагался на тупиковой улице, оторванной от жилых кварталов, где множество обычных детей радостно играли вместе. Я неизменно оставался в стороне от ребят. Чувствовал себя изгоем, белой вороной. Следствием явилось антисоциальное поведение: надеясь кому-то понравиться, я воровал товары в магазине, хулиганил. Вскоре местные жители стали меня презирать, а я пытался обороняться, грубил, все сильнее отдаляясь.

Между тем ключевой фигурой в сложившейся ситуации оставался мой отец, который явно демонстрировал, что не желает меня признавать. Возможно, слепо любить старшего ребенка, особенно дочь, – черта, которая неизбежно проявляется у людей, не имевших братьев или сестер, выросших в суровых условиях, проведя первые пять лет жизни в полной заброшенности. Поэтому подобное поведение можно простить. Вероятно, отцу было досадно, что мое детство протекало намного благополучнее, или, может быть, он придерживался устаревших (даже для 1970-х годов) взглядов относительно дисциплины и воспитания мальчиков. Какова бы ни была причина, сравнивая то, как отец обращался с сестрой и со мной, я вижу с его стороны полное безразличие, которое приводило в недоумение, вызывало подозрение и, конечно, убивало уверенность в себе.

Что касается учителей – им следовало глубже владеть знаниями. В нашем поселении всего было в достатке, но было сложно потому, что мне больше нравился творческий поиск, нежели традиционное образование. Однако его не могли дать некомпетентные учителя, более того, их уроки, казалось, предназначались только послушным девочкам.

Я был отстающим учеником, и мое поведение было соответствующим. Учителя недолюбливали меня (все они были местные, и поэтому разделяли взгляды жителей поселения), причем до такой степени, что незаслуженно обвиняли в очень серьезных проделках, к которым я не имел никакого отношения, и это сказывалось на моей самооценке.

ПОЖИЗНЕННОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Как бы то ни было, вряд ли грустная история детства может выступать в качестве оправдания неуверенности в себе, ломающей целую жизнь. Вероятно, в моем рассказе проскальзывает жалкое самооправдание полного провала: взрослый человек живет по сценариям детства и не способен выйти за их рамки. Он приговорен к наказанию и теперь навсегда останется маленьким мальчиком, пойманным в ловушку, в мире, где его никто не понимает и не любит. Где царит жестокое обращение, насилие, война или бедность.

Но следование нормам характерно для большинства британцев и жителей других развивающихся стран. А неуверенность в себе распространена не меньше, чем сопряженные с бедностью грязь и лишения. Ведь мы все должны быть счастливыми и воспитанными, правда? А если что-то не так – что ж, это наша вина, которая подчеркивает разницу между теми, кто уверен, и теми, кто не уверен в себе. Кроме того, к смятению и робости присоединяются чувство вины, неопределенность и оторванность.

 

В то время как уверенные в себе люди добиваются блестящих успехов, неуверенные барахтаются в море нерешительности, и зачастую в наших невзгодах нас винят те самые люди, которые украли нашу уверенность в себе. Мы хотим добиться понимания, а они отделываются плоскими фразами типа «не бери в голову», «не унывай», «ты и не представляешь, насколько счастлив», которые с каждым разом все сильнее и сильнее раздувают ненависть к прочно утвердившейся и процветающей неуверенности в себе. Одни постоянно получают подтверждение уверенности в себе, а другим приходится молча страдать – они находятся во власти сомнений, которые скрываются под маской тактики уклонения, охватывающей целый ряд нерешительных поступков.

Человек может стать зубрилой или приносить жертвы ради других и существовать лишь на радость окружающим. Или может бунтовать, притворяясь, что его ничего не волнует, – как бы то ни было, данные ответные жесты все-таки лучше. Раздражение, депрессия, ожесточенность, неадекватное поведение – все это может скрывать глубоко таящиеся сомнения. Безусловно, если сравнивать уверенных и неуверенных в себе, последние в большей степени подвержены беспокойству и стрессу и переносят более серьезные виды психических расстройств. У таких людей наблюдается склонность к разводу (или они вовсе не связывают себя узами брака), их чаще увольняют, исключают из учебных заведений, обвиняют в преступлениях. Они нередко разоряются, попадают в зависимость от наркотиков, алкоголя, имеют проблемы с весом, а потому более подвержены заболеваниям сердца, имеют никотиновую зависимость (вследствие чего подвержены заболеванию раком), попадают в крупные аварии, совершают самоубийство. Неуверенные в себе живут куда хуже, просто отвратительно, подобно животным, и их средняя продолжительность жизни ниже. Между тем им приходится жить с мучительным комплексом, который по неизвестной причине является их собственной виной, и поделом.

Неуверенность в себе – это пожизненный (а иногда даже смертный) приговор, и кажется, что кричащие, но дающие освобождение принципы уверенности в себе не помогут от нее избавиться.

ПОВТОРНОЕ ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ СЦЕНАРИЕВ ДЕТСТВА

Однако надежда есть. Как было сказано выше, уверенность в себе не дается от рождения. Мы можем измениться, но прежде необходимо осознать свое состояние. Мой собственный пример иллюстрирует, что особенности отношений в детстве возводят стену между уверенными и неуверенными в себе людьми. Уверенность (или ее отсутствие) развивается из ролей, которые разыгрываются между родителями и ребенком, братьями и сестрами или сверстниками, учителями и учеником. Этот ранний опыт общения служит фоном для дальнейших отношений и почти всего остального.

«Чуть ли не во всем, что касается психологии взрослого, например, в манере общения с друзьями, в выборе того или иного человека для любовных отношений, в наших способностях и интересах на работе, наше детство отражается каждый день, каждую секунду», – пишет Оливер Джеймс в своей широко признанной книге «They F * * * You Up» (2002) о том, как выжить в семье.

Мы переживаем события детства снова и снова, играя ту же роль, находя тех же персонажей, заставляя их (и себя) воспроизводить те же ответные действия, поэтому Джеймс, описывая ранние ролевые игры, говорит о «сценариях». Кажется, будто нас навсегда поглотил стремительный вихрь знакомых реакций, которые будут повторяться до тех пор, пока все текущие взаимоотношения не выстроятся в один ряд с прежними. Всему виной наши сценарии.

Я боюсь, что меня не примут, стесняюсь противоположного пола, выбираю линию защитного поведения при общении с авторитетными лицами и часто в мягком упреке (или даже в совете) усматриваю беспощадную критику – все это родом из детства, из моих отношений с отцом, сестрой, сверстниками и школьными учителями. Каждому, с кем я вступаю в контакт, отводится одна из центральных ролей, которая рано или поздно будет исполнена.

ОДНИ РОДИТЕЛИ, РАЗНОЕ ВОСПИТАНИЕ

Безусловно, социализация имеет существенное значение, но некоторые личностные особенности генетически передаются от родителей, не так ли? Согласно Джеймсу, не так. Он считает, что личность человека формируется только под влиянием раннего опыта, а вовсе не генов.

Он пишет: «Набор электрохимических реакций, протекающих в мозге и придающих уникальность мыслям и чувствам каждого, во многом определяется тем, как к человеку относились в детстве».

Джеймс приводит в пример депрессию и отмечает: «Если мать была подавлена, ее состояние вызвало у ребенка определенные мысли и чувства и соответственно наметилось возникновение особых электрохимических реакций, происходящих в лобной доле правого полушария. Психологи знают, что наборы электрохимических реакций не передаются по наследству, потому что отсутствуют при рождении, но появляются, если мать не скрывает своей подавленности при общении с ребенком».

Джеймс также утверждает, что чем раньше сформируется подобный набор, тем сложнее от него будет избавиться и что, безусловно, эти психологические расстройства имеют более широкую зону воздействия, чем сама депрессия: сюда входит и беспокойство, и стресс, и защитное поведение, и неприятие (для всего вышеперечисленного отправной точкой служат ранний опыт и отношения). Хотя опыт подросткового периода – и даже зрелости – тоже имеет значение, именно до шести лет определяется набор электрохимических реакций, говорит Джеймс, подразумевая, что основы личности закладываются тогда, когда сам человек не может вмешаться в процесс.

Это и вправду может объяснить, почему я так не похож на сестру. Хотя мы росли в одно и то же время, в одном и том же доме, воспитывали нас разные родители. Моя сестра была папиной дочкой, и любовь отца служила ей поддержкой, а меня отвергали, не желая со мной ни общаться, ни даже видеть меня. Отец был тихим, сдержанным и самоуверенным, что оказало огромное влияние на мою сестру, которая стала такой же. А я был шумным, неуравновешенным, неуверенным: весь шум и гам можно объяснить тем, что «надоедливый братишка» также хотел, чтобы на него обратили внимание.

«Каждый родитель воспитывает ребенка по-своему, с тем же успехом дети могли бы воспитываться в совсем разных семьях, – говорит Джеймс. – Верите вы или нет, но наша уникальность определяется именно данными условиями, а вовсе не генами».

ОКАЗАНИЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ

Такого же мнения придерживается психолог Джеффри Клугер, автор недавно вышедшей книги «The Sibling Effect: What the Bonds Among Brothers and Sisters Reveal About Us» (2011). «Каждый родитель любит одного из детей сильнее, но данное семейное обстоятельство держится в глубочайшей тайне», – отмечает Клугер (в статье для журнала «Time»). – И признается везде одним и тем же образом: любимчики подтверждают свой статус и не подают виду, что что-то изменилось, а дети, впавшие в немилость, скулят, как побитые собаки». Но родители ни в чем не признаются даже под страхом смерти.

Клугер приводит результаты исследования, проведенного Кэтрин Конгер в Калифорнийском университете относительно 384 семей, в которых имеется два ребенка. Более трех лет она изучала взаимоотношения родителей и детей и пришла к выводу, что 65 % матерей и 70 % отцов отдают предпочтение одному ребенку, обычно старшему.

«Но эти показатели почти наверняка занижены, – считает Клугер, – поскольку родители стараются скрывать свои предпочтения особенно тщательно, когда за ними наблюдают».

Согласно Клугеру, зоологи часто становятся свидетелями проявления фаворитизма среди животных (и снова обычно по отношению к самому крупному или старшему отпрыску), что, по большому счету, имеет смертельные последствия: пингвины отодвигают мелкие яйца, чтобы уделить больше внимания крупным; орлы ничего не имеют против того, что крупные птенцы съедают мелких. И таких примеров великое множество.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?