3 książki za 35 oszczędź od 50%

World of Warcraft. Волчье сердце

Tekst
1
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

7
В глубину леса

Вестей из Дарнаса Халдрисса ожидала не так уж скоро, однако это не значило, что она останется сидеть без дела. Не верилось ей, будто орки еще не выступили в поход. Посему на следующий же день она повела новый отряд на рекогносцировку, к подножьям холмов на востоке от лагеря ночных эльфов под названием Застава Мейстры. Отправился с ней и Занон, выбранный за остроту глаза, а Денея была оставлена за старшую в форте, чему заместительница Халдриссы отнюдь не обрадовалась.

– Ведь это тебе, как старшему офицеру, надлежит остаться, – в самой любезной манере предложила Денея. – Хотя бы на случай каких-нибудь бед там, в лесу.

Ее предложение имело неоспоримые достоинства, однако в то время Халдрисса не смогла избавиться от мысли, будто Денея полагает, что справится с трудностями путешествия и возможными столкновениями в пути лучше нее. Не смогла, и без колебаний отвергла ее идею, но теперь, после долгой скачки, приступы боли время от времени наводили на размышления, не стоило ли к ней прислушаться.

Однако, едва к отряду вернулся Занон, вместе с еще парой Часовых высланный вперед, на разведку, все эти мысли исчезли, как не бывало. Халдрисса намеренно выбрала для рекогносцировки места глухие, безвестные, которые вряд ли заинтересуют Орду, именно потому, что враг вполне мог сыграть на подобных суждениях. Привычка мыслить с вражеской точки зрения, как бы это порой ни было омерзительно, и ожидать от врага любых неожиданностей хранила жизнь командира многие годы.

Разумеется, ее решение провести рекогносцировку в этой местности вызвало у Денеи с Заноном немало сомнений.

Однако сейчас во взгляде Занона ни малейших сомнений не оставалось. Напротив, при виде тревоги на его лице все ожидавшие, особенно Халдрисса, подобрались и насторожились.

– Что там? – спросила Халдрисса, как только он приблизился вплотную.

– Это лучше увидеть, – выдохнул Занон, не успев перевести дух после быстрой езды. – Сюда!

Загадочный ответ… Удивленно приподняв бровь, командир подала отряду знак следовать за Заноном. Прекрасно обученные ночные саблезубы бесшумно, легко понеслись через лес, огибая деревья и ямы с ловкостью, восхищавшей Халдриссу даже после стольких тысячелетий. Каждый из котов пребывал в полном расцвете сил. В эту минуту командир впервые задумалась о своих прежних скакунах и о том, как заканчивались их бурные жизни. Некоторые саблезубы гибли в боях, но многие, отделавшиеся ранами, доживали последние годы калеками. Все это вновь напомнило ей о приближении собственной смерти.

Ночные эльфы настороженно вглядывались в заросли, хотя пока вокруг не наблюдалось ни намека на то, что обнаружили Занон с двумя остальными Часовыми. Исполненный решимости как можно скорее привести командира куда нужно, Часовой низко припал к холке саблезуба. На взгляд Халдриссы, сей знак ничего хорошего не предвещал.

И вот, в самой чаще леса, среди небольшой россыпи извилистых холмов, Занон резко подал отряду знак сбавить скорость и перейти на рысь. Поравнявшись с его скакуном, Халдрисса склонилась к нему.

– Что?..

– Слушай.

Халдрисса знала, что и слух его острее, чем у многих, но даже с учетом этого обстоятельства удивилась: как ему удалось хоть что-либо расслышать? Ведь даже ночные саблезубы, очевидно, не замечают ничего необычного!

– Я ничего не… – начала было она, но тут же умолкла. Действительно, спереди, издалека, доносился едва уловимый шум. В необычном, тревожащем душу звуке слышалось нечто странное – один и тот же ритм, повторявшийся снова, и снова, и снова.

– Что это? – пробормотал кто-то из остальных. – Знакомый звук…

– Нужно посмотреть. Все остаются здесь! – распорядилась Халдрисса, оглянувшись на свой отряд. – Дальше мы с Заноном пойдем вдвоем. Если понадобитесь, постараемся дать знак.

Прочие Часовые этому ничуть не обрадовались, однако повиновались. Занон погнал своего саблезуба вперед, но куда более медленным, осторожным шагом. Халдрисса в той же манере последовала за ним.

Приблизившись к месту, Занон приготовил глефу. Халдрисса сделала то же.

Мало-помалу жужжание заглушило все вокруг. Резкий, надсадный шум сопровождался треском. По крайней мере, этот звук был командиру знаком. Так трещит ломающееся дерево.

Теперь Халдрисса прекрасно представляла себе, что происходит, хотя подробности от нее до сих пор ускользали. Непрестанно стремящаяся к расширению границ, Орда остро нуждалась в дереве. Строительство, кузницы, растущий флот – все это поглощало древесину, будто ненасытная пасть.

Потому-то Орда и жаждала наложить лапу на Ясеневый лес.

– Дальше будет разумнее пойти пешком, – прошептал Занон.

Согласно кивнув, Халдрисса спешилась, после чего они с Заноном стреножили котов – свободно, больше для виду. Невероятно разумные, ночные саблезубы не нарушат приказа оставаться на месте и ждать зова одного из всадников, так пусть же в случае опасности смогут как можно скорее прийти на помощь.

Первым снова пошел Занон. На ходу младший из ночных эльфов низко пригнулся к земле. Переменившийся ветер дул им навстречу. С одной стороны, это было кстати, так как не позволяло оркам учуять их запах, с другой же – ветер принес с собой жуткую вонь, что послужила Халдриссе ответом на некоторые из оставшихся вопросов.

В воздухе веяло запахом топлива пополам с паром – верный признак гоблинской машины. И не одной, а нескольких, судя по сильному, нередко до удушливости, благоуханию. Гоблины, можно сказать, были прямой противоположностью ночных эльфов: ставя мощь механизмов выше природы, уважения к последней они почти не испытывали, если испытывали вообще.

– Вот! – хрипло шепнул Занон, ткнув пальцем на северо-восток.

Вначале Халдриссе показалось, будто по лесу шествует закованный в броню великан – великан, вознамерившийся истребить все вокруг. Одна из его рук заканчивалась бешено кружащимся, чем-то напоминающим глефу диском с много, много более острыми кривыми зубьями. Другую руку венчала чудовищная четырехпалая клешня, как раз в эту минуту сомкнувшаяся поперек ствола толстого дуба. Затем великан поднес к дереву кружащееся лезвие.

К ужасу Халдриссы, зубья лезвия вгрызлись в дерево, точно в воду. Считаные секунды – и могучий дуб зашатался, лишившись жизни.

Но великан этим не удовольствовался. Сменив позицию, он принялся резать дерево на чурбаки.

Только после этого Халдрисса заметила прилаженное к макушке великана сиденье… а на сиденье – зеленокожего, длинноухого карлика, с садистской улыбкой орудующего рычагами.

– Крошшер, – прошептала она, обернувшись к Занону. – Гоблинский крошшер!

О появлении этих машин далеко на востоке уже докладывали, но, обнаружив одну из них так близко, Халдрисса встревожилась.

– Подожди, – прошелестел Занон. – Продолжай слушать.

Не успела Халдрисса спросить, зачем, как с другой стороны тоже раздалось жужжание. Взглянув на звук, оба увидели второй крошшер, тяжкой поступью выходящий из зарослей. Алый с серебром механизм остановился, и верхняя часть его повернулась вбок, да так, что любое живое существо непременно сломало бы себе хребет. Правивший крошшером гоблин, наполовину прикрытый спереди пластиной брони, оглядел ближайшие деревья. Выбрав одно из них, он потянул рычаг, и вращающиеся лезвия начали свой дьявольский труд.

При виде такого кощунства Халдрисса безмолвно выругалась и начала подниматься… но тут из лесу выступил третий, а за ним и четвертый крошшер, и здравый смысл заставил ночную эльфийку снова припасть к земле.

– Здесь полным ходом идут масштабные заготовки леса, – пояснил Занон. – До этого я насчитал еще два. Они губят эту часть Ясеневого леса, будто деревья ничего не чувствуют и ничего не значат!

– Шесть крошшеров… – Халдрисса быстро оценила соотношение сил. – С этими мы вполне справимся…

И тут разыгравшаяся перед ними сцена превратилась в еще более жуткий кошмар. К первым шести присоединился еще один крошшер, а за ним – еще, и еще, и еще… Вскоре число их превысило два десятка и продолжало расти.

– Во имя Элуны! – ахнул Занон. – Все еще хуже, чем я думал!

– Нужно уходить, – откликнулась Халдрисса, отползая назад.

С непреходящим ужасом во взглядах Часовые отступили и двинулись туда, где оставили саблезубов.

Тут ветер снова сменил направление. Слева резко пахнуло густым смрадом топлива пополам с паром.

– Берегись! – крикнула она, отталкивая Занона в сторону.

Обрывая металлическими клешнями ветви, преграждавшие ему путь, из-за кустов и деревьев с треском выломился еще один крошшер. Сквозь жужжание вращающихся лезвий прорезался визгливый маниакальный хохот. Оскалившись, точно череп, гоблин переключил рычаги.

Лезвия потянулись к Халдриссе. Вынужденная отпрыгнуть в сторону незрячего глаза, Халдрисса споткнулась, и зубья только слегка чиркнули ее по плечу. Но, несмотря на это, и даже на латный доспех, крошшеру хватило мощи прорезать металл и нанести ей крохотную, однако болезненную рану.

Пусть неглубокая, рана ошеломила командира настолько, что она снова решила нанести удар по соблазнительной цели. Верхняя часть крошшера развернулась к ней, и гоблин вновь дико захохотал, манипулируя жужжащими лезвиями.

Пока что Часовым повезло лишь в одном: этот гоблин далеко опередил остальных, и из-за шума, созданного уничтожением леса, их схватки никто не слышал. Однако надеяться, что это надолго, Халдрисса не могла. По самой меньшей мере, им с Заноном следовало бежать.

Тут мимо нее, вращаясь, пронеслась глефа, но металлическая рука с клешней отразила ее в каком-то ярде от гоблина. Оружие Занона бешено закувыркалось в воздухе и, наконец, глубоко вонзилось в ствол дерева неподалеку.

Однако эта атака предоставила Халдриссе кое-какую передышку. Воспользовавшись ею, она отскочила назад и приготовила свою глефу.

Гоблин шевельнул рычагом. Крошшер двинулся к ней. Одна рука механизма продолжала прикрывать гоблина, будто щит, а другая, с кружащимися зубастыми лезвиями, потянулась вперед.

 

Оценив расстояние до крошшера, Халдрисса взяла поправку на нарушение зрения и метнула глефу. На первый взгляд могло показаться, что бросок пройдет мимо, но, миновав ухмыляющегося гоблина, глефа описала дугу и устремилась назад. Опасаясь выдать свою хитрость, командир старательно следила, чтоб на лице ее не дрогнул ни один мускул.

Однако она недооценила и гоблина, и его машину. Приземистое создание потянуло рычаг, и рука-щит изогнулась над его головой, да так, как не смогла бы изогнуться рука ни одного живого существа.

С громким лязгом глефа отскочила от руки и отлетела далеко в сторону. Халдрисса выругалась.

– Поди сюда, фиолетовая! – глумливо загоготал гоблин. – Дай-ка я тебя обниму!

Металлические руки метнулись к Халдриссе с двух сторон, норовя стиснуть ее так, чтоб лезвия сделали свое дело. Халдрисса бросилась наземь, едва-едва не лишившись головы.

Она вполне ожидала, что гоблин немедля исправит промах, но вместо этого крошшер отчаянно замахал ручищами. Вскочив на ноги, командир увидела Занона, карабкающегося на крошшер сбоку. Глефу он потерял, однако кинжала в его левой руке было бы вполне достаточно, чтобы расправиться с водителем крошшера… если бы только ночному эльфу удалось подобраться чуточку ближе.

Но гоблин этого допускать не собирался. Взмахи огромных рук сопровождались вращением торса, и все это – в попытках сбросить Занона вниз. Правда, в сем отношении гоблину преуспеть не удалось, однако воспользоваться клинком Часовой не мог.

Понимая, что попытка подать сигнал остальным может также предупредить всех гоблинов и прочих случившихся неподалеку членов Орды о присутствии сил Альянса, Халдрисса лихорадочно думала. Как поскорее покончить с одиноким врагом? Она огляделась вокруг. Ее глефа отлетела слишком далеко, однако оружие Занона так и торчало из дерева совсем рядом. В надежде, что ее товарищу удастся отвлечь гоблина на достаточный срок и при том не погибнуть, она метнулась к оружию.

Добраться до глефы ей удалось без труда, но высвободить ее из ствола оказалось намного более сложной задачей. Глефа глубоко ушла в дерево, и, хотя Халдрисса тянула ее что было сил, крепко стискивая зубы, так как от этих стараний рана разболелась куда сильнее, оружие никак не поддавалось.

Жужжание заглушило все вокруг. Халдрисса бросила взгляд в сторону остальных крошшеров, но их даже не было видно, а значит, и источником усилившегося шума они оказаться не могли.

Ночная эльфийка припала к земле.

Лезвия одинокого крошшера впились в ствол, обдав ее дождем опилок и щепок.

Казалось, пронзительный скрежет вот-вот разорвет барабанные перепонки. Откатившись в сторону, Халдрисса увидела, что лезвия крошшера наткнулись на глефу. В результате сего конфликта и крошшер, и дерево отчаянно затряслись.

Выругавшись, гоблин передвинул несколько рычагов. Свободная рука крошшера поднялась и уперлась в дерево. С невероятной силой нажав на ствол, машина высвободила застрявшие лезвия.

Нигде не видя Занона, Халдрисса решила, что с ним случилось самое худшее. Его глефа больше ни на что не годилась, и она огляделась в поисках собственной.

Поврежденное дерево угрожающе заскрипело. Халдрисса отступила назад, однако тут же поняла, что опасность не столь близка, как ей подумалось: дерево слегка дрогнуло и замерло.

Гоблин вновь взялся за рычаги и двинул машину к Халдриссе. В этот момент та наконец-то увидела Занона. Тот лежал, распростершись под другим деревом. Никаких признаков ран она не заметила, но неподвижность тела не оставляла особых надежд.

Однако при виде Занона в голове командира возник отчаянный план. Оставалось только надеяться, что она верно оценила урон, нанесенный дереву, не то новый замысел приведет ее прямиком в зубы смерти.

– Занон! – во весь голос заорала она. – Заходи слева!

Гоблин отреагировал соответственно. Налегая на рычаги, он развернул торс крошшера в сторону предполагаемой атаки.

Попробуй Халдрисса взобраться к нему, врагу с лихвой хватило бы времени, чтобы заметить и предотвратить ее маневр. Вместо этого ночная эльфийка бросилась за пострадавшее дерево.

Увидев, что Часовой все еще лежит без сознания, а может, и мертв, гоблин дернул рычаг, и крошшер снова начал разворачиваться к Халдриссе.

Собравшись с силами, ночная эльфийка взяла разбег и всей тяжестью врезалась в ствол сзади. Столкновение отозвалось болью во всем теле, но дерево, к ее удовольствию, треснуло, подалось… и рухнуло.

Халдрисса вознесла безмолвную молитву Элуне.

Прочность дерева и угол падения она оценила верно. Массивный ствол падал прямо на крошшер.

Накрытый тенью, гоблин поднял взгляд и принялся бешено дергать рычаги, поднимая обе руки машины в попытке удержать дерево. В следующий миг ему сделалось ясно, что механические руки не успеют подхватить ствол вовремя. Видя это, он спрыгнул с сиденья.

Но было поздно.

Упавшее дерево смяло и крошшер, и его водителя в бесформенный ком. Баки с питавшим машину топливом лопнули.

Крошшер взорвался, брызнув во все стороны обломками металла и ошметками тела гоблина.

Еще до того, как дерево угодило в цель, Халдрисса бросилась к Занону. Не оставит же она своего офицера, если есть хоть шанс, что тот жив!

– Занон! – прошептала командир. – Занон!

Ночной эльф даже не шевельнулся, однако Халдрисса смогла убедиться, что он, по меньшей мере, дышит. На голове его, сбоку, набух огромный синяк, щека и плечо были залиты кровью.

За отсутствием иного выбора Халдрисса подхватила офицера под мышки и, не обращая внимания на боль в плече, поволокла его прочь с поля боя. Оглянувшись, она увидела один из остальных крошшеров, направлявшийся к уничтоженному. К земле Халдрисса пригибалась так низко, что водитель вряд ли сумел бы заметить ее или ее ношу, но все же она спешила, как только могла. Если их обнаружат, им не уйти.

Тут ее взгляд привлек блеск металла. Поморщившись, Халдрисса опустила Занона на землю – ровно настолько, чтоб подобрать свою глефу. Пусть это стоило ей нескольких драгоценных секунд, однако без оружия она не имела ни шанса защитить себя и товарища.

Шум приближающихся крошшеров становился громче и громче, однако тревожных криков сзади не слышалось. Командир рассчитывала на то, что гоблины сосредоточатся на погибшем соратнике, решив, будто тот попросту ошибся при попытке свалить дерево, а никакой садистской охоты на ночных эльфов не затевал. Только бы их заблуждения продержались, пока она не доберется до саблезубов…

Волоча за собою Занона, Халдрисса отползла от места схватки ярдов на десять, убедилась, что их уже не заметят, и остановилась. Здесь она издала тихий свист и с бешено бьющимся сердцем замерла в ожидании.

Наконец из зарослей появился ее саблезуб. Рысцой подбежав к ней, он потерся мордой о ее бок.

Вскоре к ним присоединился и второй кот. Обнюхав Занона, он негромко зарычал. Халдрисса цыкнула на него, взвалила на спину зверя неподвижное тело Часового, а, покончив с этим, вскочила в седло сама.

Тем временем позади поднялась суматоха: гоблины принялись разбираться в происшествии. Оставалось надеяться, что его все еще полагают несчастным случаем. Переведя дух, командир погнала саблезубов вперед.

Хоть сколько-нибудь расслабилась она лишь после того, как гоблины остались далеко позади. Да и после считала каждую секунду, пока не добралась до остальных, с тревогой воззрившихся на вернувшегося командира.

– Позаботьтесь о нем! – велела Халдрисса двоим из них, а едва те занялись Заноном, обратилась к прочим: – Все еще хуже, чем мы себе представляли! Эти машины… гоблинские крошшеры… я и не думала, что они могут существовать в таком множестве! Орда уже вырубает лес там, в той стороне. Как ни жаль, можно предполагать, что то же самое творится и в других местах.

– Нужно атаковать и разделаться с этими мелкими паразитами! – прорычала одна из Часовых. – Чтоб мы, да не одолели этакой мрази!

Некоторые из остальных в знак согласия вскинули кверху глефы, но Халдрисса немедля пресекла все помыслы о нападении:

– Нет! Никаких самоубийственных атак! Мы едем назад! Обо всем этом нужно сообщить в Дарнас!

– А потом? Сидеть и ждать? – выпалила еще одна из Часовых.

– Разумеется, нет! Довольно вопросов! Привяжите его понадежнее, – велела Халдрисса двум ночным эльфийкам, занимавшимся Заноном. – Ехать придется быстро!

Увидев выражения их лиц, она умолкла.

– Он мертв, – сообщила ближайшая из Часовых и Халдриссе, и всем остальным. – Уже несколько минут, как мертв. Рана в голову была слишком серьезной.

Чтоб подчеркнуть свои слова, она повернула голову Занона так, что весь отряд смог разглядеть почерневший кровоподтек и усилившееся кровотечение – все то, чему Халдрисса, поглощенная бегством, не смогла уделить внимания.

Командир зло сощурилась. Еще один, погибший от рук Орды. Хоть все ее тело и ныло, кровь забурлила в жилах.

– Они заплатят. Заплатят за каждую смерть… включая и гибель леса.

Халдрисса пустила саблезуба вскачь. Остальные помчались следом. На скаку командир оглянулась. Тело Занона, надежно привязанное к седлу, мчалось вместе со всеми. Казалось, мертвый всадник предвещает грядущие беды – а уж те, несомненно, ждать себя не заставят.

8
Гости съезжаются

Хотя совет и должен был начаться с торжественной встречи всех съехавшихся членов Альянса, к прибытию каждого из представителей тоже приготовились заранее. Ночные эльфы были готовы разместить в столице всех до единого, но большинство прочих рас проголосовало за то, чтобы в Дарнасе остались только посланники с небольшим личным эскортом, а прочие, прибывшие с ними, остались на борту доставивших их кораблей. В полном составе все делегации пройдут по городу торжественным маршем в честь начала встречи, а после большинство вернется на корабли до окончания совета.

В конце концов верховная жрица тоже сочла это решение разумным, хоть и не из тех соображений, на которые ссылались гости. Чем больше представителей каждого народа соберется в столице во время деликатных переговоров, тем выше вероятность ссор, а отвлекшись на мелкие инциденты, собравшимся недолго и забыть об основной цели. Каждое из королевств еще лихорадило после Катаклизма, а посему риск подобного исхода и без того был слишком велик.

Первыми из членов Альянса к Тельдрассилу прибыли тераморцы. Тиранда с Малфурионом встретили главного представителя и его свиту, как только те вышли из портала, ведущего в Дарнас.

– Рада встрече, верховный маг Тервош, – приветствовала его верховная жрица.

Черноволосый маг склонил перед обоими голову.

– От имени леди Джайны Праудмур, правительницы острова Терамор, благодарю вас за гостеприимство во время столь знаменательного мероприятия.

– Твое прибытие вместо нее для нас честь, однако мы надеемся, что с леди Джайной все благополучно.

Тервош оправил черные с пурпуром одеяния. Будучи советником Джайны Праудмур, он также носил довольно затейливый золотой жилет с узорчатыми оплечьями.

– Повсюду вокруг назревают беды, поэтому ей пришлось остаться дома и продолжать координировать силы Альянса. Можешь быть уверена, верховная жрица: она предпочла бы присутствовать сама.

– В столь мрачные времена ее познания в военном деле бесценны, – вставил Малфурион.

– По крайней мере, в этом отношении она пошла в отца.

Более Тервош не сказал ничего: адмирал Дэлин Праудмур был темой слишком уж деликатной. Всепоглощающая ненависть к оркам привела его к безвременной гибели в битве против орка-полукровки Рексара во время штурма Тераморской крепости. Рексар, в чьих жилах текла также кровь огров, смерти адмиралу не желал, но Дэлин не оставил ему выбора. Дочь адмирала Праудмура скорбела по нему до сих пор, пусть даже его поступки вынудили ее принять сторону Орды, пойдя против собственного отца.

– А как поживает Страдалица? – поколебавшись, спросила верховная жрица.

Тервош поджал губы.

– Служит леди Джайне с обычным своим стоицизмом. Огромный шрам, полученный в столкновении с темными магами – ничто по сравнению со шрамами, оставшимися после сих событий в ее душе… – Тервош пожал плечами. – Но никакой помощи она не примет. Упрямство всегда было ее пороком, и в то же время – достоинством, искупающим все недостатки.

– Я продолжу молиться об ее исцелении – и внешнем, и внутреннем, – сказала Тиранда, покачав головой, а затем вновь улыбнувшись. – Однако перейдем к более насущным делам. Вам наверняка хочется освежиться с дороги. – Она подала знак одной из своих помощниц. – Пожалуйста, проводи верховного мага с сопровождающими в их покои.

Тервош вновь поклонился:

– С нетерпением жду начала совета.

Когда эмиссары Терамора ушли, верховная жрица негромко проговорила:

 

– И это, пожалуй, те, с кем будет проще всего иметь дело. Вот бы и все остальные смотрели на вещи так же однозначно, как Терамор!

– Они поймут, на чьей стороне здравый смысл, Тиранда. Должны понять.

Не успел верховный маг удалиться, как сообщили, что на остров прибыли посланники дворфов – всех трех кланов разом.

– Вряд ли это простое совпадение, – объявила Тиранда, вместе с супругом (а также в сопровождении нескольких жриц) ожидая прибывших у портала. – Неужели они путешествовали вместе?

– Бронзобороды и Громовые Молоты на это согласились, поскольку доки Рут’терана невелики, а вот о клане Черного Железа я не слышал. Если остальные вправду ухитрились доплыть сюда на одном судне с ними, это настоящее чудо! Ну, разве что кланы всю дорогу держались в разных частях корабля и, вполне вероятно, даже на берег сошли по отдельности…

– Не хотелось бы мне участвовать в подобном путешествии, – откликнулась верховная жрица, покачав головой.

Оба ожидали, что из портала появятся трое посланцев, но время шло, а ничего не происходило. Верховный друид с Тирандой озабоченно переглянулись.

– Возможно, мне следует спуститься и…

Но не успел Малфурион закончить фразы, как портал вспыхнул, и первый из дворфов шагнул на дарнасскую землю.

– Привет тебе, Таргас Старая Наковальня! – провозгласила Тиранда, немедля узнавшая седого дворфа, слывшего среди Бронзобородов героем. Таргас представлял свой клан и на прежних переговорах дворфов с Дарнасом.

– И тебе привет, моя госпожа, – пророкотал приземистый, но мускулистый дворф. Намного уступая любому из ночных эльфов в росте, он более чем вдвое превосходил Малфуриона шириной плеч, и все это – сплошь мускулы. – Прощенья просим за задержку! Поспорили малость, кому из нас первым идти…

Раса дворфов переживала череду перемен, и напряженность отношений между их кланами немало тревожила даже Тиранду с мужем. Если не считать Штормграда, именно прибытие на совет дворфов в полном составе и внушало хозяевам больше всего сомнений. Их появлению ночные эльфы были рады… но если оно предвещает лишь свары да драки среди посланников, все старания пропадут впустую.

– Как же вы уладили спор? – спросила Тиранда, всею душой надеясь, что дело обошлось без топоров.

– А! Громовые Молоты предложили в кости разыграть, – хмыкнул Таргас. – Лучше идеи не сыщешь! Так мы и сделали… и выигрыш, конечно, остался за Бронзобородами!

Верховная жрица с Малфурионом позволили себе улыбнуться. Кому, кроме дворфов, пришло бы в голову разрешить спор столь простым способом?

– Мы рады видеть тебя, – добавил верховный друид. – Благодарим за приезд.

– Вы были верными союзниками. Бронзобороды такого не забывают. Вот Темное Железо – эти да, с этих станется…

Тиранда увлекла посланника и его отряд к жрицам.

– Должно быть, вы все проголодались с дороги. Они отведут вас в ваши покои, а там уж и еда на столе.

– А выпивка не забыта?

– И вино ночных эльфов, и дворфский эль.

Таргас улыбнулся шире прежнего. Кивнув, он повел остальных следом за двумя жрицами. Как только дворфы скрылись из виду, Тиранда слегка расслабилась.

– Прекрасно сработано, любовь моя, – шепнул ей верховный друид. – Лучше уж пусть идут и не затевают распрей, особенно если следующими будут…

Портал вспыхнул, и из него не без опаски выступил наружу небольшой отряд угрюмых дворфов, одетых в черное. Все они отличались особой, едва ли не мертвенной бледностью кожи, и, на взгляд верховного друида, были бы почти неотличимы один от другого, если б не волосы – у одних сумрачно-русые, у других тускло-черные или же блекло-рыжие. Лишь дворф, шедший первым, обладал хоть какой-то индивидуальностью, а именно – явным коварством в глазах, пылавших красным огнем.

Оружия дворфы Темного Железа не обнажали, но – на всякий случай – были готовы выхватить его в любую минуту. Однако, увидев перед собой только Малфуриона, Тиранду да жриц, приготовившихся провожать гостей на постой, отряд успокоился… правда, лишь самую малость.

– Привет тебе, посланник клана Темного Железа… – проговорила Тиранда, не знавшая в отряде никого, включая его предводителя.

– Я – Друкан. Я говорю за Мойру Тауриссан, – прохрипел мрачный дворф, шедший первым, не сводя огненно-красных глаз с пары главных фигур перед собою и явно оценивая их потенциальную опасность.

– Рады приветствовать тебя и твой эскорт, Друкан. Для вас приготовлены покои, не говоря уж о еде и выпивке.

– Мы привезли свои! – Друкан указал на несколько тяжелых мешков и бочонков эля на спинах спутников. – Нам ничего не нужно.

– Как пожелаешь. Я велю все убрать. А если передумаешь, пожалуйста, дай мне знать.

Друкан лишь крякнул и вместе со своим воинством последовал за двумя предоставленными Тирандой проводницами.

– Доверчивые души, – пробормотал Малфурион, как только дворфы Темного Железа удалились за пределы слышимости.

– Они прибыли сюда. Это о многом говорит. А, судя по той малости, что ты мне рассказал, они, похоже, жалуют нас не больше, чем Бронзобородов.

– Сейчас дворфы Темного Железа не могут позволить себе изоляции от остальных. Им нужно поддерживать связи – если не с собратьями-дворфами, то хотя бы с Альянсом в целом.

Портал заработал вновь.

– Громовой Молот приветствует хозяев! – оживленно проревел невысокий, но исключительно крепкий дворф в красной с золотом броне, возглавлявший новоприбывших.

Дворфы, следовавшие за ним, громогласно подхватили приветствие, а кое-кто подкрепил его взмахами молотов.

Тиранда выступила вперед, навстречу предводителю.

– Добро пожаловать, Курдран. Рада, что и ты с нами.

Дворф улыбнулся в длинную, пышную огненно-рыжую бороду, едва не затмевавшую яркостью его красные латы.

– Думаю, я достаточно повременил с появлением. Эти, из Темного Железа, беспокойств не доставили?

– Разве что отказались от нашей еды и питья, а в остальном были очень даже вежливы, – ответил верховный друид.

– Похоже, боятся, как бы их кто не отравил – среди их племени подобное водится! Ну, рад слышать, что все вышло, как я задумал.

– «Задумал»?

Эмиссар клана Громовых Молотов подступил ближе.

– Никто из наших не желал, чтоб первыми на остров сошли другие, – заговорщически объяснил он, – и последним оказаться тоже никому не хотелось. Потому мы и сговорились прибыть одновременно, в чем поклялись на молоте. А вот портал… – Курдран фыркнул. – Про портал-то речи и не было. И, как дошло до него, начался спор: у кого-де больше прав идти впереди остальных?

– И вот тут кто-то предложил разыграть это право в кости?

– Ну… я не совсем так сказал, но – да, именно это я всем и предложил.

Верховная жрица понимающе сощурилась.

– Так, значит, предложение было твоим…

– Точно так! И, думаю, неплохо сработало.

– И, значит, порядок вашего появления – чистая случайность? – не унималась Тиранда. – Вижу, ты очень рад оказаться третьим, а клан Темного Железа, думаю, безопаснее всего было пустить именно вторым.

Курдран склонил голову набок и разве что улыбнулся еще шире.

– Ну-у, разве же я – из тех, кто в кости жульничает?

– Должно быть, вы все очень устали с дороги, – с улыбкой сказала Тиранда, будто и не задавала никакого вопроса, и указала Курдрану на пару жриц. – Они отведут вас в ваши покои. Еда и выпивка ждет.

– Благодарю от всех нас!

Дворф от души пожал хозяевам руки и повел свой отряд следом за провожатыми.

Встреча с Курдраном оказалась лишь небольшой передышкой. С прибытием новых представителей оба ночных эльфа вновь вспомнили о том, сколь многое зависит от успеха переговоров – и сколь многое зависит не только от появления Вариана Ринна, но и от его согласия с ними в самых важных вопросах.

Официальных известий касательно прибытия штормградского короля до сих пор не поступало, и оба, пусть вполне доверяли донесению Шандрисы, никак не могли сдержать растущей тревоги. С прибытием каждой новой фракции оба укреплялись в уверенности: что-то произошло.

Когда сделалось ясно, что прихода новых кораблей некоторое время не предвидится, супруги с радостью удалились на отдых. Официальных аудиенций на сегодня не назначали: Тиранде хотелось, чтоб эмиссары для начала отдохнули, ведь спокойствие разума пойдет предстоящим дебатам только на пользу.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?