3 książki za 35 oszczędź od 50%

Diablo. Луна Паука

Tekst
Z serii: Diablo #4
3
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Diablo. Луна Паука
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

© 2021 by Blizzard Entertainment, Inc. Все права защищены.

 Moon of the Spider, World of Warcraft, Diablo, StarCraft, Warcraft и Blizzard Entertainment являются товарными знаками  и/или зарегистрированными товарными знаками компании Blizzard Entertainment в США и/или других странах.

Все прочие товарные знаки являются собственностью соответствующих владельцев.

* * *

Всем читателям, ждущим новых историй о Земле или Гумберте


Глава первая

Плотные серые тучи окутали большую часть северной стороны гор. Холодный ветер пронизывал каждого члена группы до костей, не беспокоя лишь стройного человека в тонком черном дорожном плаще с капюшоном, что шел впереди всех. На этой высоте кое-где уже лежал снег, а все остальное по большей части было в инее. Из-за этого вездесущего инея еловый лес, по которому пробирались люди, приобрел мертвенный оттенок.

В двух шагах позади проводника лорд Алдрик Джитан запахнул поплотнее свой меховой плащ. Из-под капюшона богатого коричневого с белым одеяния, прищуренные глаза рыжеволосого аристократа – один карий, другой – холодно-голубой – пытливо обшаривали местность. Массивные челюсти то и дело скрежетали зубами от нетерпения.

– Далеко еще, волшебник? – проворчал мужчина, сопроводив слова густыми белыми облачками пара.

– Совсем недалеко, милорд, – спокойно ответила фигура в черном. В отличие от аристократа и пяти вооруженных слуг, проводник шагал по неровной тропинке, словно совершая приятную послеобеденную прогулку. Его голос был удивительно низким для столь щуплого и высокообразованного человека, даже ниже, чем у лорда Джитана. Он оглянулся на широкоплечего аристократа, телосложением мало отличавшегося от своих бойцов, ненадолго приоткрыв взору коротко остриженные седые волосы, угловатое лицо и глаза настолько узкие, что на их фоне глаза Алдрика выглядели круглыми. Кожа его имела темный, слегка желтоватый оттенок, словно у проводника была больная печень.

– На самом деле я полагаю, что первые намеки вскоре себя проявят.

– Я ничего не чувствую.

– Ваши навыки не отточены так, как мои, милорд. Но это будет исправлено достаточно скоро, да?

Алдрик хмыкнул.

– Именно ради этого мы здесь, не так ли, волшебник?

Проводник устремил взгляд вперед, и аристократ теперь видел лишь тыльную часть черного капюшона.

– Да, милорд.

Вновь воцарилось молчание. За спиной Алдрика пятеро слуг с трудом тащили тяжелые тюки. В дополнение к съестным припасам и одеялам они несли кирки, огромные молоты и лопаты. Кроме того, у каждого на боку висел меч. Каким бы запустелым не казался лес, здесь таились опасности, в особенности связанные с вендиго. Огромные зверолюди попадались редко (а намеренно охотиться на них дураков не было), но при встрече этих существ приходилось без промедления убивать. Вендиго питались мясом, в том числе и человеческой плотью. Легенда гласила, что они не всегда были столь чудовищными, но кого в Западных Королевствах волновали легенды? Значение имели только пропитанные кровью факты, и они гласили: хороший вендиго – мертвый вендиго.

В конце концов, как считал лорд Алдрик Джитан, из шкур мертвых тварей можно хотя бы сшить теплые плащи, вроде того, что носил он сам.

Прошло еще несколько минут, однако аристократ по-прежнему ничего не чувствовал. Он всмотрелся вперед, но по-прежнему видел только набившую оскомину пустынную горную местность. Даже для юго-востока Вестмарша эта местность была чересчур унылой и нисколько не была похожа на равнины, богатая плодородная почва и мягкие осадки которых прославили эту часть Западных Королевств, превратив ее в предмет зависти для всего остального мира. Даже дремучий еловый лес, по которому брел отряд, ощущался каким-то бесплотным – скорее призрачным, нежели живым.

Лорд Джитан хмыкнул.

«И вот эта округа была когда-то сердцем древнего Вестмарша? А когда-то обширные имения сыновей Раккиса, расположенные здесь, превосходили во всем первые процветающие королевства этих земель?» – подумал он.

Истлевшие пергаменты и крошащиеся каменные плиты, над которыми Алдрик корпел месяцами, рассказывали о теплом климате, о величественных землях, об огромных поместьях размером с город, каждое из которых управлялось одной из пяти династий, ведущих свою линию от легендарного паладина.

Немногие сегодня знали о происхождении короля Раккиса – основателя и первого правителя Вестмарша – и большинство из них, включая Алдрика, понимали только то, что он пришел откуда-то с востока, возможно даже, из земель более далеких, чем джунгли Кеджистана. Веривший в свое происхождение от того самого лорда, Алдрик считал, что именно это объясняло его узкие глаза.

О том, что случилось с последними из рода Раккиса, могли лишь догадываться, да и то немногие, ибо их наследие в настоящее время было почти забыто. Из того немногого, что уцелело, лорд Джитан выяснил, что в далеком прошлом существующие династии вели борьбу за обладание неким источником могущества. На самом деле этот источник упоминался в преданиях не единожды, и именно это в первую очередь сподвигло Алдрика начать поиски. Но все же, до случайной встречи с иноземным волшебником, который сейчас шел впереди, аристократ неизменно заходил в своих изысканиях в тупик.

И тупики эти Алдрика совершенно не устраивали. Сны становились хуже с каждой ночью. Они мучили его и обольщали одновременно. Они намекали на врагов, ищущих его слабости, на смутные фигуры, ставшие для Алдрика такими реальными несмотря на то, что у них никогда не было четких лиц или внятных голосов. С каждой ночью шепчущие привидения приближались, чтобы настигнуть лорда, и с каждой ночью страх в нем нарастал все сильнее. Часто он просыпался весь в поту, уверенный, что его крики слышны по всему поместью.

Но эти сны также дали Алдрику первый ключ к разгадке – тот самый, который привел к истории лордов Раккиса и, в конечном итоге, к путешествию в эту холодную гористую местность. Каждый раз, когда Алдрика чуть было не настигали ужасные безликие враги, что-то его спасало. Сначала это был всего лишь неясный предмет, который волшебным образом появлялся в его сложенных ладонях. В последующих снах, однако, он обрел форму, постепенно превращаясь в сферу – огромную жемчужину со странными, но знакомыми знаками. В то же время появились намеки на связь Раккиса с ним самим: старые гниющие знамена с эмблемой царствующего дома, которой тлен еще не коснулся, сырые подземелья с барельефами в виде рычащего волка и многое другое.

Большинство людей сочли бы себя безумными, но ведь они не были лордом Алдриком Джитаном. Еще до того, как он обнаружил, что в нем течет кровь сынов Раккиса, Алдрик знал, что принадлежит к числу избранных. В конце концов, он был одарен магическим даром. Правда, способности его были невелики, но во снах они усиливались, когда лорд прикасался к гигантской жемчужине. На самом деле, то была единственная причина, по которой его «я» из снов до сих пор выживало.

И если лорду Джитану суждено выжить в настоящем мире, разве не имело смысла найти то, к чему подталкивает подсознание? Разве его сны и исследования не должны завершиться нахождением того, что восточный дьявол называл…

– Луна Паука…

Алдрик остановился, словно вдруг застыл, подобно деревьям вокруг него.

Он с надеждой посмотрел вперед, но увидел лишь еще больше все той же однообразности.

– Волшебник! – рявкнул аристократ. – Во имя лордов, для чего ты это произнес? Здесь же ничего нет!

Его проводник даже не оглянулся.

– Ваши чувства недостаточно обострены, милорд. Вы не можете видеть то, что надлежит увидеть, но уверяю, что оно находится прямо перед нами, – тонкая пожелтевшая рука жестом пригласила Алдрика подойти поближе. – Подойдите, и я дам вам попробовать на вкус то, чем вы желаете обладать.

Лорд Джитан не нуждался в приглашении. Подгоняемый внутренними демонами, он с трудом пробрался наверх, где его ждала худощавая фигура. Пятеро слуг, куда более обремененных поклажей, изо всех сил старались не отставать от хозяина.

– Где? Где, черт возьми? – Перед мужчиной высились лишь курганы из камня и льда и все тот же бесконечный лес.

Желтоватая рука внезапно потянулась и схватила его, сжимая с такой силой, что Алдрик вздрогнул.

– Смотрите…

Аристократ Западных Королевств так и сделал.

Все осталось таким же, как и прежде, однако на этот раз Алдрик увидел нюансы, на которые не обратил внимания при беглом осмотре. Всмотревшись пристальней, он увидел, что курганы из камня и льда имеют четкие очертания. Нюанс, который не смог бы возникнуть в природе сам по себе.

Лорд Джитан оценил длину горного склона и полностью осознал, что означали эти нюансы.

– А сейчас вы чувствуете? – спросил его спутник, отпустив аристократа. Алдрик кивнул. Как бы сейчас он смог это упустить? Более того, как он не воспринял это с самого начала?

Твердыня последних из сынов Раккиса…

Впереди находилось то, что невежда легко принял бы за большую овальную долину между двумя хребтами. Эти хребты казались очень уж похожими друг на друга, и по теперь пробудившимся ощущениям Алдрика они были ничем иным, как боковыми стенами, обрамлявшими вход в куда более громадное сооружение, уходящее в высоту на несколько ярусов. Лорды Раккиса возвели свои огромные имения, используя в качестве основы сами горы, стесывая и дробя скалы там, где нужно, и перемещая туда, куда требовалось. Теперь Алдрик видел построенный предками ступенчатый город, каждый ярус которого когда-то был роскошным и обширным. Там были небольшие виллы с террасами и садовыми дорожками, теперь едва различимые под воздействием столетий непогоды. Еще выше стояла башня, с которой правитель мог осматривать свои владения. Алдрик прищурился и понял: нечто, похожее на выступ у самой вершины, в действительности рука громадной статуи, которая вполне могла изображать самого Раккиса.

 

Аристократ усмехнулся, упиваясь истиной. Погребенное под снегом, льдом и камнем было монументальнее всего, что он когда-либо видел или о чем слышал, особенно в Вестмарше.

За его спиной вооруженные слуги возбужденно переговаривались между собой. Они, без сомнения, думали о сокровищах. Алдрик не обращал на них внимания. Он знал, что все, что имело хоть какую-либо ценность, давным-давно растащили после смерти лордов. Этому сброду придется довольствоваться тем, что он им так щедро платит.

Но что касается поисков его собственных сокровищ…

Взгляд Алдрика привлекла впадина у подножия огромных руин. Подойдя к ней, лорд Джитан обнаружил завал из спрессованной земли и льда, который, как теперь Алдрик был уверен, отделял его от цели. Он повернулся к слугам и рявкнул:

– Ну? Бросайте снаряжение и начинайте копать!

Слуги немедленно принялись за работу, справедливо опасаясь гнева господина. Когда звон кирок и лопат эхом разнесся по безмолвной округе, Алдрик не мог отделаться от ощущения, что этот шум может каким-то образом расшевелить самих древних правителей. Как ни странно, он ощущал себя скорее очарованным, чем встревоженным. О них было известно так мало, и, как один из их вероятных последних потомков, Алдрик чувствовал, что их история – и его история тоже. Если бы все обернулось иначе, возможно, он сейчас сидел бы в этой высокой башне, как хозяин Вестмарша и прилегающих территорий.

Хозяин всего…

Тогда аристократу пришло в голову, что, возможно, именно его предки вышли из бездны смерти, чтобы вручить потомку ключ к будущему. С этим ключом всех его врагов, известных и неизвестных, ждет забвение. А потом…

Грузный светловолосый мужчина с киркой в руках резко вскрикнул. Его орудие внезапно провалилось сквозь лед и скалу, увлекая за собой хозяина. Разверзшаяся при обвале темнота, словно голодная пасть, проглотила их в одно мгновение. Остальные слуги отскочили назад, не рискуя собой ради тщетной попытки спасти бедолагу.

Лорд Джитан добрался до дыры как раз вовремя, чтобы услышать роковой удар. Он никак не прокомментировал происшествие, а вместо этого жадно всмотрелся в темноту.

– Свет! Мне нужен свет! – приказал он.

Не успел он потребовать, как вдруг рядом с ним появилось бледное как кость свечение. Оно исходило от предмета в руке фигуры, скрытой плащом с капюшоном. Просторный рукав скрывал источник света от глаз Алдрика, но аристократу было все равно, – теперь он мог видеть то, что таилось в глубинах провала.

Потрескавшиеся каменные ступени спиралью уходили вправо на два яруса. Разбившееся тело несчастного слуги лежало слева от нижней ступеньки, а его кирка – у самого края освещенного пространства.

– Не спуститься ли нам, милорд? – спросил закутанный в плащ заклинатель.

Вместо ответа лорд Джитан именно так и поступил. Существо рядом с ним усмехнулось и отправилось следом.

Странное свечение, которым пользовался проводник Алдрика, придавало каменному залу зловещий вид. Казалось, многочисленные каменные изваяния, выполненные в стиле волчьей тематики древних лордов, вот-вот прыгнут со стен… Голова у каждой статуи в три раза превосходила человеческую, а огромные зубастые челюсти были открыты, словно готовясь схватить любого, кто посмеет приблизиться. Полированные головы сидели на массивных плечах, а чуть пониже выступали вперед мощные лапы.

Детализация была столь поразительной, что лорд Джитан даже различал на изваяниях отдельные волоски. Внезапно ему захотелось прикоснуться к какой-нибудь скульптуре, чтобы проверить на ощупь, но когда он подобрался на шаг к ближайшей, его охватило дурное предчувствие. Нахмурившись, аристократ немедленно отступил.

Проводник в капюшоне двинулся вперед, освещая большую часть просторного помещения. Глубокий вдох (первая перемена в неизменно спокойном поведении заклинателя) немедленно привлек внимание Алдрика.

– Что… – он не договорил, ибо потерял дар речи.

Саркофаг.

Длинный и закругленный. По крайней мере, высотой с человека и втрое длиннее, изготовленный из неизвестного Алдрику материала. Ни один камень, из тех, что он когда-либо видел, даже белейший мрамор, не мог сравниться с этой гладкой и блестящей отделкой. Когда путники подошли поближе, саркофаг замерцал в бледном свете, будто ожил.

Жемчужина. Вот что он напоминал Алдрику. Переливающуюся жемчужину. Казалось, что вещь перед ним была создана из одной гигантской жемчужины.

Куда бы мужчина ни смотрел, он не видел никаких строительных швов. Но было кое-что более любопытное. Алдрик Джитан изучил кривизну и странные знаки, которые, чем дольше он их разглядывал, тем больше, казалось, излучали свой собственный свет.

– Это не принадлежит сынам Раккиса… Этой штуки здесь быть не должно!

Проводник отрицательно покачал головой в капюшоне:

– Так и есть, милорд, этот артефакт не принадлежит волчьим лордам. Вы думали, что он будет их наследием? Вы видите работу визджерей… и да, ему здесь самое место.

Аристократ ожидал дальнейших объяснений, но их не последовало. Не в силах больше ждать, Алдрик осмотрел саркофаг тщательнее. Сделав это, он обратил внимание на одну деталь сверху, у самой границы освещения.

– Волшебник…

Фигура в черном плаще подошла, и теперь свет падал точно на символ, который Алдрик хотел рассмотреть.

Один из слуг ахнул при виде открывшегося зрелища и в изумлении отшатнулся назад, оказавшись при этом рядом с одной из огромных волчьих голов.

С оглушительным ревом голова вытянулась вперед, широко раскрыв пасть. Челюсти обхватили голову ошеломленного человека…

И откусили.

Обезглавленное тело упало на пол. Каменный волк тут же отступил на прежнее место… и затих. Его челюсти оставались закрытыми, но теперь пол усеивали темно-красные капли.

Оставшиеся трое слуг принялись отступать к ступеням, но грозный взгляд лорда Джитана заставил их приблизиться обратно. Удовлетворенный своей властью над ними, мужчина еще раз внимательно изучил символ, украшающий верхнюю часть невероятного саркофага. Несмотря на ощущение силы, исходящее изнутри артефакта, Алдрик без колебаний поднял палец и провел им по отчетливому багровому контуру, который так напугал его компаньонов.

Огромный круг… а внутри – стилизованная фигура угрожающего восьминогого существа. Арахнида.

– Знак Луны Паука, – прошептал аристократ.

– Разве я не обещал? – согласился проводник.

Лорд Джитан принялся искать способ открыть саркофаг, но его цепкие пальцы не смогли обнаружить ни щели, ни ручки.

– Мы успеваем вовремя?

– Вполне.

Но все усилия открыть саркофаг оставались тщетными, и тем отчаяннее Алдрик пытался найти способ. Он начал колотить кулаками по верхней части артефакта, лупя по эмблеме паука что есть силы. Потом, окончательно раздосадованный, повернулся к слугам:

– Вскройте его! Давайте быстрее!

С явной неохотой трое с кирками заняли позиции.

– Милорд… – начал было заклинатель в капюшоне, но Джитан отмахнулся и указал пальцем в центр арахнида:

– Сюда! Бейте сюда!

Все трое, как один, взмахнули кирками и нанесли удары с отточенной эффективностью. Один, второй, третий раз, каждый инструмент врезался в верхнюю часть саркофага, почти всегда точно попадая по символу паука.

Но не один из ударов даже не поцарапал поверхность сооружения. Одна кирка отломилась от рукоятки, пролетела по комнате и ударилась в стену. Только тогда Алдрик приказал всем троим отойти от саркофага.

– Волшебник?

– Да, у меня есть средство.

Разъяренный лорд Джитан повернулся к проводнику.

– Тогда почему ты позволил нам терять драгоценное время?

Вместо того чтобы указать на то, что он пытался сказать аристократу ранее, заклинатель предложил:

– Эти трое послужат лучше, если зажгут факелы. Нам вскоре понадобится освещение.

Взмах руки Алдрика заставил слуг взяться за работу. Через несколько секунд двое из них уже держали в руках горящие факелы.

В этот момент чужеземец спрятал предмет, который он сначала использовал для того, чтобы освещать гробницу. Откинув капюшон, он с удовлетворением оглядел саркофаг.

– Я жду! – рявкнул Алдрик.

– Терпение существенно для Равновесия. – Одна рука поднялась вверх. На ладони поблескивал крошечный черный кристалл. – Как и жертва.

Внезапно у кристалла выросли крохотные ноги… числом восемь. К удивлению всех, кроме владельца, камень спрыгнул с ладони и легко приземлился поверх символа на саркофаге.

Там, где кирки не сделали даже малейшего проникновения, восемь конечностей с предельной легкостью вошли в разных местах под крышку, центром которой был багровый символ.

Послышалось короткое шипение… и закругленный верх скользнул в сторону. Лорд Джитан не стал спрашивать, где худощавый спутник раздобыл этот жуткий ключ. Все, что имело значение, – путь открыт. Наклонившись, он осмотрел содержимое.

Внутри саркофага лежало рослое тело в мантии. Алдрик заподозрил неладное.

– Поднесите факелы! – скомандовал он.

В свете пламени все прояснилось. Хотя Алдрик уже ожидал, что это не останки одного из лордов Раккиса, личность погребенного не оставила его равнодушным.

– Это один из них! Визджерей!

Визджереи были волшебниками, также пришедшими откуда-то с востока, но они обладали более мирской природой, чем спутник Алдрика. У них были амбиции и желания, и за свою жизнь лорд Джитан несколько раз платил им за гнусные услуги. Не все из колдунов были столь сомнительны, но для Алдрика разница между хорошим и плохим визджереем казалась незначительной.

Но зачем тратить такие усилия на захоронение одного из своих в этом самом месте? Зачем вообще затевать столь тяжкий поход сюда?

На костях древнего заклинателя сохранилась кожа, клочья длинной седой бороды и волос также уцелели. Знакомые широкие в плечах оранжевые одежды, зовущиеся туриннаш – их стиль почти не изменился за столетия, – были обернуты вокруг усохшего тела. Одеяния покрывали золотые руны, вероятнее всего предназначенные для увеличения силы владельца и защиты от вреда. Золотые же нагрудник и пояс давали некоторый намек на былую славу и богатство усопшего, но такие вещи не представляли интереса для аристократа. Слева от мумии лежал один из испещренных рунами посохов, которыми обычно пользовались члены ордена.

А в скрюченных исхудалых руках, сложенных на груди, находился предмет поисков лорда Джитана.

Он не был таким большим, как в его снах, но, тем не менее, впечатлял. Размером с яблоко, может быть, чуть больше, но это был он. Он напоминал жемчужину с лунным сиянием – идеальную шарообразную луну, – отчего саркофаг сразу показался грубым и тусклым. Ценность этого артефакта могла сравниться с целым городом… даже со всем Вестмаршем.

Не будь во внешности жемчужной сферы ничего такого, возможно, Алдрик действительно решил бы продать ее, ибо в качестве предмета роскоши она была для него бесполезной. Но даже когтистые пальцы мертвого визджерея не могли скрыть восемь черных полос, идеально расчерчивающих жемчужину. Именно они были причиной, из-за которой лорд Джитан искал это сокровище. Они же были причиной того, почему предмет этот называли Луной Паука.

Алдрик потянулся было за сферой, но его неприметный спутник удержал руку аристократа.

– Обирать мертвых вряд ли входит в обязанности человека вашего положения, милорд, – сказал он Алдрику, и его низкий тон намекал на нечто большее, чем просто кастовые приличия.

Приподняв бровь, Алдрик щелкнул пальцами ближайшему слуге:

– Рольф! Принеси мне сферу!

Рольф поморщился, потом склонил голову и, передав факел товарищу, подошел к саркофагу. Хмыкнув, он протянул мускулистые руки к трофею хозяина.

Его пальцы задели руки завернутого в туриннаш трупа.

Рольф взвыл. Огненная аура метнулась от мертвого колдуна к слуге и обратно. Преображение свершилось менее чем в мгновение ока. Сама эссенция жизни была высосана из Рольфа так же, как лорд Джитан мог бы высосать сок из апельсина. Кожа помощника высохла, а глаза провалились в глазницы. Его могучее тело превратилось в иссушенный скелет. До самого конца он пытался вырваться, но не смог.

И как только его высушенный труп обрушился ужасной грудой на пол, мумифицированный визджерей приподнялся. Его кожа все еще была сухой и потрескавшейся, но теперь под ней была какая-то плоть. Омерзительный лик исказился, пожелтевшие зубы внезапно обнажились, а веки приоткрылись, явив не глаза, а болезненно-желтый гной.

Из пустого горла вырвался гортанный звук, и в тот же миг Алдрик ощутил пробуждение мощных магических сил.

Нечто, окруженное бледным свечением, пролетело со стороны проводника-заклинателя. Алдрик ожидал, что оно ударит в то место, где когда-то было сердце упыря, но вместо этого оно ушло выше, вонзившись в лоб разлагающейся фигуры.

 

Мертвенно-бледный упырь издал резкий вздох… и рухнул обратно в саркофаг, тотчас обратившись в прах.

Не торопясь, сохраняя спокойствие, седовласый проводник подошел к покрытым пылью останкам и легко вытащил то, что метнул в упыря. Как понял лорд Джитан, это был особый кинжал, причем не из металла. Он был белым, но белым, как слоновый бивень… или человеческая кость. Даже рядом с факелами его бледное свечение было по-прежнему различимо.

– Путь к вашим желаниям теперь открыт, милорд, – подытожил владелец кинжала.

Не желая больше ждать, Алдрик Джитан осмелился выхватить Луну Паука из того, что осталось от пальцев визджерея. Ни одно зловещее заклинание не сразило его, ни один упырь не вскочил, чтобы высосать душу.

Сфера была у него. Наконец-то она была у него.

– Первый шаг, – заметил седой спутник. – Теперь мы должны подготовиться к остальным. Вы ведь помните об этом, не так ли, милорд?

– Я очень хорошо помню, Карибдус, – проворчал Алдрик, впервые за много дней назвав спутника по имени. Он погладил артефакт словно возлюбленную, пробежавшись пальцами по линиям, благодаря которым сфера и получила имя.

Карибдус принялся расстегивать застежки дорожного плаща.

– Тогда, мы должны начать прямо сейчас, – произнес он, своим неизменным спокойным и менторским тоном. – Время имеет существенное значение.

Когда плащ скользнул на пол, Алдрик смог рассмотреть, во что одет Карибдус. Совершенно черное облачение, за исключением трех странных полос поперек груди и еще одной вдоль, что тянулась вниз, к животу. На одном плече выпуклый защитный наплечник… всмотревшись, мужчина понял, что это череп рогатого и клыкастого существа, которое вряд ли когда-то бродило по миру смертных. Наплечник и полосы были одного цвета: белые как кость.

Значительная часть облачения сероглазого заклинателя напоминала шкуру какого-нибудь ящера, всю в чешуйках и наростах. Несмотря на это, когда Карибдус двигался, его одеяния струились, как шелк, не издавая не единого звука. Кожаные сапоги поднимались выше колен и идеально сочетались с доспехами.

На поясе у чародея висел кинжал, которым он с такой готовностью прикончил неживого визджерея. Тот все еще светился, пульсируя, словно жил своей собственной жизнью. Лезвие имело змеевидную форму, извиваясь взад и вперед, пока не заканчивалось острым, как булавка, концом, а практически незаметное изображение, выжженное на рукояти, предельно четко говорило о сути Карибдуса. То был крошечный образ змееподобного существа, над которым нависла пара весов. Хотя некоторые охотно признали бы в этом звере дракона, редкий посторонний мог знать, почему весы располагались именно так.

Дракон был известен как Траг’Ул – «Тот, кто является точкой опоры Равновесия».

Траг’Ул был чем-то вроде божества для Карибдуса и ему подобных.

Траг’Ул, что присматривал за последователями Ратмы. Некромантами.