Алтарных дел мастер

Tekst
7
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Алтарных дел мастер
Алтарных дел мастер
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 34,02  27,22 
Алтарных дел мастер
Audio
Алтарных дел мастер
Audiobook
Czyta Егор Морозов
17,72 
Szczegóły
Алтарных дел мастер
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

© Степанов Н. В., 2020

© Художественное оформление,

© «Издательство АЛЬФА-КНИГА», 2020

Пролог

Прошло уже более месяца с того унизительного дня, когда он, внук главы великого рода, поджав хвост подобно блохастой дворняге, убегал с земель боярина Данилы. А потом еще докладывал на военном совете, как дряхлая кикимора, не напрягаясь, загубила пятерых опытнейших бойцов и отправила его, дрожащего от страха, с позорным посланием.

Эльф старался вычеркнуть эти воспоминания, но они постоянно возвращались. Иэлиган становился все более нервным и раздражительным, нередко срывался на сверстниках, иногда даже грубил старшим. А еще вздрагивал при виде комаров, сразу вспоминая того кровососа, который под воздействием магии вырос до размеров вороны и всю дорогу до земель, где обосновался род эльфов, сопровождал улепетывавшего из Крашенского уезда чужака.

Каждый вечер его разум регулярно посещали мысли о расплате. Вот и сейчас Иэлиган сидел за столом и тер пальцами бугристый лоб, из-за которого местные называли всех эльфов шишколобыми.

«Я должен уничтожить этого проклятого боярина! Подумаешь, его не одолел Аивауд, не сожрал королевский стагаз, не погубил артефакт Струга. Способ отправить любого человечишку к праотцам наверняка имеется, просто никто из наших не желает искать. А я просто обязан!»

Разумеется, мыслей о том, чтобы убежать из-под защиты деда и самому наказать обидчика, у Иэлигана даже не возникало. Он хотел убить Данилу чужими руками и ради этого был готов заключить сделку хоть с человеком, хоть с гномом, не побрезговал бы и услугами нечисти или какой-нибудь стаи зверюг, если бы с теми была возможность договориться.

«Крашенский боярин насолил слишком многим, неужели среди них не найдется ни одного… Дед тоже отказывается помогать, словно я для него никто. При его-то связях наверняка мог найти и нанять умелого специалиста. Так нет, только и твердит – забудь и займись делом. А у меня все из рук валится, пока эта падаль дышит со мной одним воздухом!» – Эльф почувствовал прилив ярости и постарался успокоиться.

Несмотря на то что Иэлиган приходился главе рода внуком, после унизительного возвращения он поселился на окраине города. Там было меньше шансов наткнуться на соплеменников, которые, как ему казалось, презирают сбежавшего от кикиморы.

«Посмотрел бы я на них, окажись они на моем месте…»

От тяжелых мыслей эльфа отвлек странный посторонний шорох, а в следующую секунду он ощутил ствол пистоля, упирающегося в висок.

«Я забыл активировать защиту?!» – мысленно досадовал Иэлиган.

– У нас два варианта, любезный. Первый: мы оба останемся довольны друг другом и, самое главное, живы. Второй заканчивается твоей смертью и некоторыми, вполне решаемыми, проблемами для меня. Кстати, не советую прибегать к магии. Если защита дома меня не заметила, то… сам понимаешь.

Хозяин дома сообразил: чарами лучше не пользоваться.

Пробравшийся в дом говорил по-русски, но с некоторым акцентом. Это насторожило – русских эльф не любил особенно, наверное, из-за Данилы. Тем не менее ответил на том же языке:

– Готов выслушать первый вариант, поскольку второй меня не интересует. – Иэлиган очень старался, чтобы его голос звучал твердо.

– Хорошо, слушай. Ты меня отводишь к главе рода, мы разговариваем с ним и мирно расходимся.

– Отвести я могу лишь пленника.

– Не проблема, – ответил незнакомец.

– Для этого я должен тебя связать и убедиться, что ты не представляешь угрозы для моего деда, – спешно перечислил все условия заботливый внук.

– Не возражаю, но и у меня будут условия.

Эльф и глазом моргнуть не успел, как раздался щелчок, а на его шее защелкнулся металлический обруч.

– Что за?.. – Иэлиган попытался подняться, но был грубо осажен на место.

– Не нужно дергаться, любезный. Твое «ожерелье» – моя страховка на случай, если родственники уважаемого главы рода начнут играть не по правилам.

– Ты не говорил про ошейник.

– Не хотел отвлекать тебя от главного, тем более времени у нас очень мало. Через час эта штуковина просто оторвет тебе голову. А снять ее я захочу только после того, как мы договоримся с твоим дедом и ты выведешь меня из города.

Незваный гость, чьего лица Иэлиган пока не видел, действовал напористо. Эльф лихорадочно соображал, как потянуть время и как подать своим сигнал об опасности, но быстро понял, что любые его потуги приведут к обезглавливанию, а собственной головой он дорожил.

Шишколобый решил прояснить некоторые моменты до выхода из дома.

– Мне необходимо знать, о чем будет разговор, иначе нас попросту не пустят к Аиристину, – назвал он имя деда.

– Хорошо, расскажу. Недавно я подрядился упокоить некоего боярина из Крашенского уезда…

– Данилу? – буквально подпрыгнул эльф.

– Его, – подтвердил тот. – Слышал, у вас имеется опыт работы с этим господином – правда, неудачный. А я не хочу повторять чужих ошибок, об этом и хотел переговорить.

– Тогда не будем мешкать. Убери оружие, я должен поскорее тебя связать и отвести к деду.

Иэлиган даже обрадовался, услышав новость. Оставалась еще проблема с ошейником, но о ней эльф решил подумать позже.

– Пистоль, любезный, я оставлю здесь, заберу на обратном пути. – Гость положил оружие на стол.

«Непростая пукалка, – отметил про себя эльф, – вон сколько рун на стволе. Полагаю, пули у нее также необычные».

Связывая человека, эльф очень постарался. Применил самые прочные узлы и веревку выбрал с магическим усилением, такую обычным клинком не разрежешь.

«Вывести из города я тебя выведу, а вот развязать не обещаю. Разве что после снятия ошейника», – рассуждал эльф.

Уже через пару минут Иэлиган вышел вместе с пленником из дома и торопливо направился к центру города. Хотя городом это место считалось лишь в понимании эльфов, а так – самый обыкновенный лес. Разве что странных приземистых деревьев здесь было много, и все с толстенными, в пять обхватов, стволами и очень густой кроной, скрывавшей внутри жилища местных обитателей. В самом центре этого «поселения» такие деревья выстроились колоннадой, а их кроны образовывали сплошной многоярусный массив.

Пленника и его сопровождавшего быстро заметили. Несколько молодых эльфов даже составили компанию Иэлигану, проводив до дворца. Никто из них не спросил, откуда здесь взялся человек. Только один поинтересовался шарфом, прикрывавшим шею провожатого.

Отвечать эльф не стал, поскольку очень спешил.

– Где ты поймал эту вошь? – спросили на входе во дворец. – Зачем сюда притащил, не мог прикопать на опушке?

– Не твоего ума дело, раз привел – значит, так надо, – с нескрываемым раздражением огрызнулся Иэлиган.

– Аиристин приказал никого к нему не пускать. Особенно по пустякам, – насмешливо добавил стоявший на страже.

Дежурный приходился кузеном Иэлигану, поэтому пришлось воздержаться от грубости. Добавив металла в голос, он произнес:

– Я по пустякам сюда не прихожу! А ежели мои новости запоздают хоть на минуту, кто-то и сам может стать для деда нелюбимым внуком.

– Какие мы сегодня важные! Проходи, но я тебя предупредил.

Аиристин никогда не выглядел веселым, а сейчас вовсе имел грозный вид: нахмуренные брови, прищуренные глаза, сжатые губы… все однозначно указывало, что внуку сегодня несдобровать. Дед сидел в кресле из живых лиан, другой мебели не было.

– Чем вызван твой визит, Иэлиган? – строго спросил древний эльф на родном языке, за секунду до этого одним взглядом приказав остановиться.

– Мой пленник утверждает, что может убить боярина Данилу, – доложил внук.

В зеленой комнате, где глава рода обычно принимал родственников, воцарилась напряженная тишина. Наконец Аиристин произнес:

– По-моему, мы давно закрыли эту тему – для нас не существует этого человека. Неужели в прошлый раз я неясно выразился?

Старый эльф, хотя выглядел немногим старше Иэлигана, недавно перешагнул девятивековой рубеж. Он вроде и не повышал голоса, не менял тона, но в словах явственно прозвучала смертельная угроза.

Внук не нашелся с ответом, зато заговорил пленник.

– Моя задача как раз в том и состоит, любезный, чтобы этого боярина не существовало для всех, – произнес он на эльфийском, чем серьезно озадачил главу рода.

– Ты владеешь речью великой расы? – Аиристин перевел взгляд на человека. Любезности в голосе не прибавилось, скорее это прозвучало вызовом – дескать, как ты смеешь поганить нашу речь своим нечестивым ртом?

– Я много чего знаю – работа у меня такая, – совершенно спокойно ответил пленник, пожав плечами.

– Какая еще работа?! – презрительно спросил глава рода.

Старый эльф пока не решил, как поступить с незваным гостем. Его насторожило, что человек сумел попасть во дворец. А еще вдобавок непривычный шарф на шее внука. Аиристин внимательно относился к любым мелочам и не принимал скоропалительных решений, пока не находил объяснения каждой странности.

– Решать задачи, кои другим не под силу. Чаще всего – устранять неугодных, поскольку за это хорошо платят.

Мужчина не выглядел силачом: невысокого роста, довольно тщедушного телосложения – внешность самая заурядная. При этом абсолютное спокойствие.

– Ты имеешь наглость говорить о плате за свои услуги? – добавил металла в голос главный эльф.

– Мои услуги уже оплачены, по-иному я не работаю. А сведения, которые нужны для успешного выполнения работы, имеются, надеюсь, у вас. Сам готов за них заплатить.

– Человек, сейчас ты у меня в плену, – напомнил Аиристин. – И я не уверен, что решу отпустить тебя с миром.

– Давайте не будем драматизировать. Я пришел сюда по делу и уйти могу в любую минуту. Так что не стоит терять головы ни в прямом, ни в переносном смысле. – Мужчина улыбнулся одними глазами, а стоявший рядом с ним молодой эльф нервно поправил шарф.

 

Аиристин догадался, что скорее человек привел сюда эльфа, чем наоборот, и родственник, похоже, находится под угрозой смерти.

– Мой внук свое еще получит. А вот ты расскажи, как сможешь выйти хотя бы из этой комнаты. Путы не помешают?

– Ах это? – Мужчина небрежно встряхнул плечами, и веревки с него сползли сами. Эльф тут же перевел строгий взгляд на враз побледневшего внука, а человек продолжил: – Вины вашего родственника тут нет. Он действительно очень старался. Просто меня не удержит никакая веревка – как-то пытались даже стягивающей лианой спеленать… Хватило двух минут, чтобы освободиться.

Стягивающая лиана потому так и называлась, что постоянно сжималась и через десять минут вгрызалась в кожу, а через полчаса ломала кости.

Теперь ситуация окончательно вышла из-под контроля. Незнакомца, оказавшегося рядом, ничего не сдерживало, о его возможностях Аиристин не знал и решил поставить самые мощные магические щиты.

– Допустим, твои слова правда, – так же надменно произнес древний эльф. – Почему ты решил, что справишься с боярином?

– Полагаюсь на свой многолетний опыт, который помог незаметно пробраться через ваш лес, преодолеть защиту эльфийского дома и нацепить на шею вашего внука уникальную вещь. Этого мало?

Понимая, что человек не врет, поскольку все слова несложно было проверить, Аиристин покачал головой и сказал:

– Слова без доказательств – пустой звук. Когда имеешь дело с таким, как Данила, твоего опыта может и не хватить.

– Хорошо, могу представить другие доводы, – сказал мужчина. Он стоял в пяти шагах от эльфа и не предпринимал попыток приблизиться. Держался непринужденно, без тени боязни или напряжения, словно встретился со старым приятелем. – Уверен, вы сумеете прочитать мысли, ежели я приоткрою свой разум.

– Разумеется.

– Тогда загляните.

Аиристин стремительно проник в сознание человека, надеясь вызнать всю его подноготную, но увидел там лишь то, что ему хотели показать, а попытки копнуть глубже были жестко пресечены, эльф даже поморщился от боли.

Впрочем, увидел он достаточно, чтобы оценить, сколь опасен его незваный гость. Картинки трех убийств, среди коих он рассмотрел гибель высокопоставленного гнома, впечатлили главу рода.

– Что ж, кое-каким опытом я готов поделиться, – произнес глава рода.

– Сколько это будет стоить, любезный?

– Обещаю сохранить наш разговор в тайне. – Аиристин подал знак внуку, и тот покинул комнату, оставив собеседников наедине. Только после этого эльф продолжил: – Что ты хочешь узнать о боярине?

– Для успешного вычеркивания из жизни любой особи требуется знать о ней все: привычки, предпочтения, привязанности, слабые и сильные стороны жертвы. Буду рад любым сведениям.

Эльф начал говорить не сразу, он словно раздумывал, стоит ли посвящать чужака в свои тайны. Промолчав с минуту, все-таки решился:

– Хорошо, начну с сильных. – Аиристин не сводил глаз с человека, ожидая от того подвоха. – Первая особенность этого боярина: из дичи он быстро превращается в охотника, причем в весьма удачливого. Это подтверждают все наши попытки его убить.

– Магией? – решил уточнить незнакомец.

– Не важно чем, любыми доступными средствами, в том числе и чарами, – ответил эльф. – Вторая… – он задумался. – Есть подозрение, что боярин завладел амулетом Руха. Слышал о таком?

Аиристин на время отодвинул спесь в сторону, но продолжал держать собеседника на оптимальном для работы щитов расстоянии.

– Кто-то упоминал в разговоре, но без подробностей, – сознался мужчина, который также не спешил к сближению.

– Немудрено, это вещь из нашего мира, о ней тут мало кто знает. Сей амулет способен вытаскивать обладателя из лап смерти буквально за удар сердца до ее наступления.

– Это как?

– Если в голову летит стрела, он ее отклонит.

– Обычная защита, – пожал плечами человек.

– Лук эльфийский, стрела зачарована на обладателя магии, поэтому разит без промаха.

– Я понял, о чем речь, – кивнул мужчина.

– Приведу другой случай. Ежели кто-то прикован к стене дома, который вот-вот взорвется, пленника этим амулетом вынесет далеко от стены. Был случай, когда Данилу накрыло магией мгновенного тлена. Лошадь под ним песком рассыпалась, а его самого словно ветром сдуло.

– Выходит, его нельзя убить? Но когда-то же он снимает с себя амулет?

– Не снимает.

– Почему?

– Есть все основания полагать, что наш артефакт стал частью этого человека.

Во время разговора эльф пытался использовать самые изысканные чары, чтобы определить сильные и слабые стороны этого чужака.

– А задачка-то становится все интереснее! – восхитился убийца. – Что по поводу слабостей?

– Скажу вначале, как преодолеть защиту амулета. Тут два способа: полное магическое истощение владельца либо… – эльф выдержал небольшую паузу, – можно дать такому человеку два снадобья, безвредных по отдельности. Соединившись в крови, они превратятся в убийственный яд. Амулет Руха реагирует лишь на внешние угрозы, ежели смерть подкрадется изнутри, он бессилен.

– Слышал о таком, – задумчиво произнес мужчина. – Но пауза между приемом снадобий должна быть не более двух часов.

Аиристин кивнул, давая понять, что имел в виду именно это зелье.

– Теперь о слабостях боярина: он очень привязан к своим друзьям и близким. Насколько мне известно, их уже использовали в качестве приманки и почти добились результата.

– Я в курсе, но в моем деле «почти» не считается. А правду говорят, что боярин дружен с лешим и кикиморой?

– Об этом все знают, поэтому в лесу и на болотах с ним лучше силами не мериться.

– Значит, все-таки яд? – тихо произнес человек, почесав затылок.

– Тебе решать. Больше сообщить нечего, – пожал плечами эльф. Мысленно он ликовал, поскольку сумел слегка приоткрыть защиту собеседника.

– Хорошо, я услышал вас, любезный. Тогда разрешите откланяться. Кстати, внуку скажите, что ошейник снимается обычным нажатием на выступающий рычажок. Голову ему не снесет, – произнес он.

– Безмозглым голова ни к чему, это была бы небольшая потеря для рода, – отмахнулся Аиристин, отметив почти неуловимое недовольство во взгляде непрошеного гостя. И это снова заставило задуматься.

– А я слышал, вы очень трепетно относитесь к родной крови?

– Мозги лично я ценю гораздо больше.

– Может, оно и к лучшему, – произнес незнакомец и буквально растворился в воздухе.

«Силен! – покачал головой глава эльфов, окинув магическим зрением комнату. – Давненько я не встречал метаморфов, а этот еще и маг неслабый. Может, у него и получится совладать с Данилой. Впрочем, я не сильно огорчусь, ежели он и сам сгинет. Убийца действительно способен слишком близко подобраться даже ко мне. Такие не должны жить в одном мире с нами».

Эльф задумался на несколько секунд и вдруг, изменившись в лице, резко поднялся с кресла. Создал редкий туман, в котором не мог спрятаться ни один из практикующих магию невидимости, и сразу послал магический сигнал своему советнику по безопасности. Тот прибыл через минуту.

Советник был на пару веков старше главы рода и считался самым искусным в магии.

– В прихожей стоит мой внук. Осмотри внимательно его ошейник. Думаю, в нем «сюрприз», который наверняка настроен на меня.

Безопасник, не сказав ни слова, вышел из комнаты. Когда вернулся, доложил:

– Ты оказался прав, Аиристин, ошейник имеет магическую метку. Вторая на тебе. Полагаю, стоит этим двум меткам приблизиться на дистанцию в два шага…

– Неплохой ход. Выведать нужные сведения и устранить тех, кто узнал о тебе больше, чем другие. Я бы на его месте попытался сделать то же самое.

– Организовать погоню?

– Не надо. Мне тоже удалось наградить гостя необычной меткой. Если он вновь заглянет в наш город, мы о том узнаем.

– Человек, посягнувший на жизнь избранного, должен быть предан лютой казни.

– Всему свое время. Пусть сначала этот негодяй попробует выполнить одну работенку. Пары месяцев ему должно хватить, а там посмотрим.

– Что делать с ошейником?

– Его можно снять? – спросил Аиристин.

– Без особых трудностей, как и твою метку.

– Подержи его малость в страхе, а потом сними. Я вижу, простые уговоры на внучка не действуют. Может, угроза потерять голову хоть чему-то научит?

Безопасник покинул комнату.

– Что ж, будет интересно узнать, кто из этих двоих после стычки останется в живых. Хорошо, я не обо всех козырях Данилы рассказал этому коварному метаморфу.

Глава 1
Где взять денег?

Данила проснулся от внезапно возникшего чувства тревоги. Прислушался – ничего, в доме царила привычная тишина. И все же он давно приучил себя доверять ощущениям.

«Пульсирующий, что ли, дает о себе знать? Так вроде впал в спячку на неделю и сам просил не беспокоить. Или на меня так отъезд Зарины подействовал? Вряд ли, – размышлял Данила. – Неужели кто-то в дом пожаловал? Но почему охранные заклятия молчат? Ларион говорил, что мимо них мышь не проскочит».

Он просунул руку под подушку, где прятал пистоль с рунами, реагирующий на воздействие магии, и револьвер.

«Вроде не вибрирует. Почудилось, что ли?»

Данила внимательно осмотрел спальню.

«Дверь заперта, окно… только форточка приоткрыта, но там такая сетка против комаров, что ее пулей не пробить. Да и кому я нужен? Разве что король Швеции не угомонился…»

И все же тревога не отпускала.

«Была бы рядом Жучка, спросил бы ее, а теперь гадай, паранойя разыгралась или в самом деле кто-то проник в дом?»

Жучку, как самого надежного телохранителя, он отправил в Смоленск вместе с Зариной, да еще личным охранникам дал двухдневный отпуск, поскольку посчитал излишним держать их при себе в отсутствие супруги.

«Выходит, кто-то об этом узнал? Неужели я не всех предателей изобличил? Обидно. Только начнешь надеяться на спокойную жизнь, а тебе преподносят новый сюрприз. Может, я зря беспокоюсь, просто на ночь съел что-то несвежее, вот меня и накрыло незнамо чем?»

И все же мысленно Данила в специально оборудованной нише у самого потолка нарисовал знак капли, пронзенной кинжалами, и тихо произнес: «Поток».

Тело переместилось в укрытие, откуда сверху открывался вид на всю спальню.

«Жестковато здесь. Надо будет какой-нибудь тюфяк бросить, а то никаких удобств боярину. Как бы сказал леший, сплошные непотребства».

Впрочем, упомянутые «непотребства» только начинались.

С резким грохотом внутрь ввалилась дверь, а комнату озарили яркие вспышки, на мгновение ослепив Данилу. Он постарался быстро восстановить зрение, настроив его на новое освещение, и сразу увидел, как от входа поднялись клубы тумана, из которого выскочили два человека. Кровать заволокло зеленым дымом и накрыло прозрачной полусферой, а затем в комнату вошли три бойца.

– Дело сделано, – доложил один из магов. – Теперь спящего можно упаковать и доставить заказчику.

«Надо же! Я снова кому-то понадобился живым? Удивительно! По-моему, все мои недруги мечтают только о голове боярина Данилы, а эти…»

– Надо внимательно осмотреть комнату, – неожиданно предложил второй волшебник, – как бы на новые сюрпризы не нарваться.

«Опять не получится отлежаться. Ну что ж, парочку надо будет оставить в живых и поинтересоваться, кому я на этот раз так решительно понадобился?»

– Господа, операцию вы провалили, – неожиданно раздался голос Лариона. – Данила, не вздумай кого-нибудь убивать – это учебная попытка похищения.

Вскоре появился и сам разумник.

«Кого мне действительно сейчас хочется убить, так это тебя! Разбудил, дверь выбил, спальню заклятиями задымил… А еще друг называется!»

– Почему провалили? – оскорбился тот, кто собирался доставить спящего заказчику.

– Потому, что клиента на кровати нет, – пояснил Ларион и приказал: – Развей заклинание!

Когда дым улетучился, похитители убедились, что все обстоит именно так.

– И где он? Может, боярина здесь вообще не было? – не мог поверить в свою неудачу волшебник.

– Вам об этом знать не положено. Прошу освободить дом. – Когда неудачники ушли, Ларион посмотрел в сторону ниши.

– Данила, только не делай скоропалительных выводов, сначала выслушай меня.

Боярин спрыгнул вниз без помощи магии.

– Даю две минуты, чтобы убедить меня не пускать в дело чешущиеся кулаки.

– Ты говорил, что нужна проверка охранных заклятий? Говорил. Когда это лучше всего сделать? Конечно, ночью, и чтобы в доме не было Зарины. Правильно? Так вот, сегодня самая подходящая ночь для проверки. Спросишь, почему тебе о ней не сказал? Тогда бы не узнал твоих возможностей. В итоге стало понятно – защиту нужно менять, но твои ощущения на высоте. Теперь готов выслушать, что я сделал неверно.

 

Данила после такой побудки окончательно проснулся, а потому сообразил, что хотя Ларион и потрепал нервы, но возразить ему нечего.

– И кого ты нанял для похищения? – Данила присел на кровать и принялся натягивать брюки.

– Обратился к знакомым по особому отряду, те подобрали серьезных магов и хороших бойцов. Поспорил с ними на полсотни монет золотом.

– А вдруг бы меня действительно не было в спальне?

– Первым делом они убедились, что объект точно на кровати. Думаю, именно это тебя и насторожило, хотя их учат самым неразличимым чарам обнаружения.

– А они точно ничего лишнего не вызнают про меня своим колдовством? – забеспокоился Данила, отметив, что пистоль показал себя с лучшей стороны, скорее всего, он и заставил проснуться.

– Нет, это не так просто – нужны другие специалисты и гораздо больше времени. Среди этих ни одного целителя, я проверял.

– Хорошо. Только дверь жалко, такую же точно не поставишь? Придется объяснять Зарине, чем мне не угодила прежняя.

– Скажи, что сюрприз ей хотел сделать, а я подберу какие-нибудь заковыристые. И более стойкие к чужим чарам.

– Договорились. – Данила поднялся с кровати. – Раз уж ночь насмарку, пойдем, что ли, чайку попьем.

Человек в сером балахоне двигался по лесу не выбирая дороги. Да и зачем, если кустарники на его пути сами раздвигали прутья, деревья приподнимали ветки, выступающие корни старались зарыться в землю, а высокая трава клонила стебли в стороны, лишь бы не дотрагиваться до одежды путника, надо сказать, весьма потрепанной.

Серый с зеленоватыми пятнами балахон болтался на высоком мужчине, словно на вешалке, закрывая его худощавое тело от плеч до щиколоток. Босые ноги, похоже, никогда не знали обуви, а волосы не встречались с гребнем. Однако нес себя по лесу человек подчеркнуто гордо: спина прямая, нос задран кверху, а взгляд травянисто-зеленых глаз взирал на окрестности так, словно ему задолжали и растения и животные.

На вид путнику можно было дать и сорок и девяносто, в зависимости от точки обзора. В профиль слева он выглядел вдвое моложе, а вот справа… Глубокие рытвины морщин, дряблая посеревшая кожа и парочка безобразных шрамов заметно старили лицо. Если же кто видел прохожего в фас, наблюдателя бросало в дрожь. Чтобы смотреть без содрогания, нужно было иметь железную выдержку, поскольку воображение представляло, как одного человека собрали из двух разновозрастных половинок.

Он шагал абсолютно уверенно, будто знал местность, хотя заявился в здешние края впервые. При этом его боялись не только растения – все живое спешило скрыться подальше, словно путник нес с собой страшную заразу и намеревался передать ее каждому встречному.

Возле огромного дуба мужчина остановился, осмотрел его от верхушки кроны до корней и заговорил скрипучим голосом:

– Ага, дуб-великан, значится. Вырос не так давно, и кто-то сему поспособствовал. Не желаешь сообщать кто? И не надо, сам все выведаю.

Путник приблизился к мощному стволу, приложил к коре ладони и задрал к небу голову, а через минуту еще и глаза закрыл.

Похоже, не все складывалось, как он хотел: на левой стороне лица проявилось недовольство, в то время как правая оставалась застывшей маской.

Колдун осуждающе покачал головой и убрал руки:

– Ага, противимся, значится! А оно ведь негоже проявлять упорство мне. МНЕ – друиду в седьмом поколении! – выговаривая последнюю фразу, человек убрал из голоса скрипучесть, добавив леденящие нотки вибрации, от которых на листьях растущих неподалеку березок выступил иней. – Или ты считаешь, я не смогу справиться с твоей гордостью? Умереть он, видите ли, готов! Эка невидаль! Смерть, кудрявый мой, еще заслужить надобно. Ты мне сначала послужи с полвека, а потом я погляжу. – Друид заулыбался и сделался еще страшнее, поскольку губы по-разному кривили левую и правую части лица. – И никакой заступник тебе не поможет. Златолистный, говоришь? Так к нему я и направляюсь нынче. Будет новый экземпляр в услужении. Ежели он умнее тебя окажется, закончу с ним быстро и загляну через пару деньков, а пока ты будешь в опале.

Друид одним взмахом руки скосил несколько тонких березок. Не особо напрягаясь, полностью очистил от ветвей, превратив в колья, а затем вбил их в землю вокруг дуба.

Когда колдун коснулся указательным пальцем одного из колышков, верхушка столбика вспыхнула зеленоватым пламенем, которое по очереди перекинулось на остальные… Замкнув круг, пламя погасло, окрасив частокол черными обуглившимися шапками. Практически сразу трава внутри только что сооруженной изгороди пожелтела.

– Ага. Так-то оно сподручнее будет, значится. И никто тебя от наказания не избавит. Поглядим, каково оно станет через пару деньков.

Друид остался доволен своим злодеянием и больше задерживаться не стал. Легко открыв зачарованную тропу, он отправился дальше. Примерно через час злодей оказался неподалеку от болота.

– Ага, чую… Где-то тут, значится. И ты меня тоже почуял. Силен, даже лик свой прятать способен. Видать, шишколобые недаром тебя хаяли.

Друид не видел чудо-дерева, но направился вдоль простиравшегося справа болота. Вскоре маскировка развеялась, и перед взором предстал дуб с золотыми листьями.

– Ага, вот и ты, голубчик! Хорош, нечего сказать. Настоящий дуб-ведун, значится! Давненько таковых не встречалось.

Священное дерево возвышалось посреди болота на холме, соединенном с берегом нешироким перешейком.

Друид попытался пробраться на холм, однако, пройдя несколько шагов по перешейку, уперся в невидимую преграду. Преодолеть препятствие не помогла даже магия.

– Ага, значится, не пущать меня вздумал?! А ежели так?

Несколькими пассами колдун сотворил в воздухе светящийся рисунок и толкнул его перед собой. Горящее кружево продвинулось чуть дальше, однако, преодолев дистанцию в три шага, было отброшено на своего создателя, припечатав несколько новых пятен на его одежде.

– Ага, неуважение выказываешь! По-доброму, значится, не желаешь нового хозяина признавать? Нынешний не позволяет?! – Друид задумался. – Так мы ему быстро поясним, кто тут больше прав на золотолистные деревья имеет. Леший? И что? Да он умолять меня будет, чтобы я тебя в дар принял.

Колдун отступил на несколько шагов, опустился на землю и приложил ладони к траве. Прикрыв глаза, он принялся то ли петь, то ли выть на одной ноте.

Ближайшие от болота деревья начали втягиваться в почву, а прямо из-под ладоней друида поползли корни. Они плетеной дорожкой направились к болоту, над его поверхностью обошли холм по кругу и замкнулись возле ног своего создателя. Закончив работу, колдун двинулся по сплетенной дорожке, на пару секунд останавливаясь через каждую дюжину шагов, где появлялись светящиеся ядовито-зеленым светом тыквы.

– Ага, значится, первое дело сделано. Дерево найдено и от внешнего мира отрезано. Теперь осталось изловить лешего и доходчиво объяснить, что дуб-ведун – мой. А пока надобно осмотреться малость.

«Деньги, деньги, деньги и еще раз деньги! Сколько же их нужно, чтобы залечить раны даже скоротечной войны? И это с учетом того, что мы победили и получили огромную контрибуцию!»

Боярин Данила сидел в своем кабинете, подперев отяжелевшую после очередного визита просителей голову. Он все больше осознавал, что пора заняться осуществлением плана по тайному производству и продаже алтарных камней, ведь только на их восстановление ушли практически все средства Смоленской республики – гномы, пользуясь случаем, резко подняли цены.

«И раньше знал, что король Швеции – та еще сволочь… Мало ему было все запасы из деревень вывезти, скот угнать, избы сжечь, так еще и алтари на захваченных территориях разрушил, гнида такая. И это накануне активной луны, когда ночные твари становятся костяными монстрами».

В итоге буквально в течение двух недель после изгнания Карла Пятнадцатого Смоленск был вынужден потратить астрономические суммы только на алтарные камни. А требовалось еще восстановить дома, обеспечить людей пропитанием…

«В каком бы мире ты ни жил – с магией или без, а деньги нужны везде. В войну – для снабжения армии, после войны – для восстановления хозяйства. И хоть бы одна сволочь подсказала, где их найти, а то все приходят и начинают права качать – дескать, запад Республики почти не пострадал от набега, значит, раскошеливайся. Словно у меня тут золото под ногами валяется, бери лопату – и загребай…»

Еще совсем недавно Данила проживал в Москве и звался Еремеевым Александром Александровичем. В Москве совершенно другого мира, где колдунами и волшебниками называли себя, как правило, аферисты и мошенники. Работал в финансовой конторе, директор которой надумал превратить чужие деньги в собственные, а этому «волшебству» воспрепятствовал Еремеев.