Честное хулиганское!

Tekst
4
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Маркиз не сомневался, что старик врет.

Этот перстень принадлежал Казимиру Макульскому и сделан не так уж давно. Только камень был старинным и вовсе не голландским, а африканским.

Но зачем старик врет?

Если перстень попал к нему случайно – незачем это скрывать.

А вот если он причастен к смерти Макульского…

Маркиз подумал еще немного и решил, что примет предложение старика и возьмется за работу, хотя она не слишком ему нравилась, поскольку у нее был явно криминальный душок.

Он возьмется за эту работу, чтобы больше узнать о заказчике и выяснить, как к нему попал перстень Казимира Макульского. Он просто обязан выяснить, как этот старик связан с гибелью укротителя, и, возможно, отплатить за эту смерть.

Леня изобразил серьезные колебания и, наконец, сказал:

– Ладно, я возьмусь за ваше дело. Пусть это и не в моих правилах, но правила для того и существуют, чтобы изредка их нарушать. Я докажу вам, что в нашем бизнесе нет такой задачи, с которой я не смог бы справиться. Давайте этот бумажник, попробую что-нибудь сделать… Только сразу предупреждаю: при таких скудных исходных данных быстрый результат не гарантирован!

– Понимаю. – Заказчик оживился: – Понимаю, но ни секунды не сомневаюсь в ваших способностях!

Через несколько минут они покинули кафе и разошлись по своим машинам. Маркиз подождал, пока черный «Ровер» выедет на шоссе, и поехал за ним в направлении города.

Вдруг заказчик свернул с главного шоссе на развязку. Леня двинулся за ним, немного сбросив скорость, чтобы старик не заметил преследования.

Еще через пару минут он выехал на прямой участок дороги и обогнал огромную грузовую фуру. Кроме этой фуры, до самого поворота не было ни одной машины. Леня еще прибавил, недоумевая, когда это старик сумел так оторваться. Он домчался до поворота и оказался на пригорке, с которого дорога просматривалась до самого горизонта. Впереди не было не только черного «Ровера», но вообще ни одной машины.

Леня затормозил, съехал на обочину и задумался.

Куда старик мог подеваться? После съезда с шоссе Леня не видел ни одной машины, кроме фуры, которую он обогнал.

Фура! Она давно уже должна была проехать мимо. Или на этой дороге все машины исчезают, как в Бермудском треугольнике?

Леня развернулся и поехал назад.

Действительно, фуры не было.

И тут он понял, как его перехитрили. Фура заранее ждала старика на этом повороте. Из кузова были спущены на дорогу прочные полозья, по которым «Ровер» заехал внутрь. А потом, убедившись, что Леня проехал мимо, фура с начинкой развернулась и уехала в противоположном направлении.

Что ж, Леня как профессионал с уважением отнесся к подобному трюку, однако эпизод оставил крайне неприятный осадок.

Магазин «Эль-Радио» представлял собой огромный ангар, в котором до самого горизонта тянулись бесконечные стеллажи с пылесосами, микроволновками, телевизорами и прочей бытовой техникой. Немногочисленные покупатели рассредоточились на этих бескрайних просторах и перекликались, как грибники в лесу, в поисках нужного товара или дороги к выходу.

У дверей магазина расположились в ряд несколько прозрачных кабинок с кассиршами. Как это обычно бывает, из девяти касс работали только три, и к каждой выстроилась довольно длинная очередь.

Из всех многочисленных талантов Маркиза едва ли не самым полезным для бизнеса было мужское обаяние. Сильнее всего это обаяние действовало на официанток, секретарш, медсестер, стюардесс внутренних авиалиний, продавщиц и прочих представительниц обслуживающего персонала. К этому многочисленному классу относились и кассирши крупных супермаркетов. Вот и сейчас с их помощью Леня надеялся выяснить все, что нужно. Однако все кассирши были заняты делом. Чтобы подключить свое обаяние, нужно было получить непосредственный доступ к одной из них. Оставалось только что-нибудь купить и отстоять очередь к кассе.

Леня оглядел ближайшие стеллажи. Прямо перед ним выстроились десятки радиаторов и обогревателей. Для их с Лолой квартиры радиатор совершенно не требовался, не говоря уже о том, что радиатор – предмет громоздкий, и Лене совершенно не улыбалось с ним возиться.

Он купит что-нибудь поменьше.

Леня миновал стеллажи с газовыми и электрическими плитами и увидел отдел электробритв.

Да, новая бритва ему точно не помешает. Леня окликнул пробегавшего мимо парня с бейджем на лацкане пиджака.

– Игорь, – он прочел имя на бейдже, – можно вас на минутку?

– Я не продавец, – ответил тот и прибавил шагу.

– А кто же вы?

– Менеджер торгового зала! – Загадочный Игорь скрылся за холодильниками.

Леня огляделся. В десяти метрах от него парень в форменной жилетке прикручивал ручку к красивой хромированной кофеварке.

Леня подошел к нему и похлопал по плечу.

– А? Что? – парень вздрогнул и испуганно оглянулся.

– Дорогой, вы продавец?

– Ну?

Маркиз посчитал этот ответ утвердительным и сделал следующий шаг:

– Мне бы бритву купить.

– Покупатель, – продавец выпрямился и окинул Леню удивленным взглядом, – вы что, не видите, что я из другого отдела? Если вам нужна кофеварка – пожалуйста.

– А если мне нужна бритва?

– Тогда обратитесь к продавцу отдела бритв.

– И где я его должен искать?

– Да вот же он, – парень кивнул на промелькнувший вдали силуэт.

Маркиз решил не раздражаться и довести дело до конца. Он бросился за неуловимым продавцом. Тот бежал между стеллажами с пустой картонной коробкой на плече.

– Стой! – крикнул Леня и прибавил шаг.

Продавец сделал вид, что не слышит, и юркнул в боковой проход за стиральными машинами.

Леня тоже перешел на бег. Продавец предпринял обманный маневр и нырнул в секцию телевизоров. Маркиз решил не сдаваться. Он на секунду остановился, чтобы обдумать собственную стратегию, и тут увидел на стене план торгового зала. План предназначался для эвакуации покупателей и персонала в случае стихийного бедствия. Для отлова хитрых продавцов он вполне подходил.

Леня внимательно изучил план, просчитал маршрут продавца и двинулся самым коротким путем ему наперерез.

Через пару минут он выскочил из-за огромной плазменной панели прямо перед носом человека с пустой картонной коробкой на плече.

– Стой, Николай! – выпалил Маркиз. Имя беглеца значилось на карточке.

– Я не из этого отдела! – Николай завел старую песню.

– А из какого? – наступал Леня.

– Из отдела бритв.

– Ты-то мне и нужен! – Леня ухватил Николая за бейдж.

– Сейчас приду, только коробку отнесу на склад. – Продавец предпринял еще одну попытку увернуться.

Маркиз представил, как придется еще раз ловить его по всему торговому залу, и остался неумолим.

Николай тяжело вздохнул и поплелся за упорным покупателем к своему отделу.

Через несколько минут торжествующий Маркиз возвращался к кассе с фирменной коробкой в руках.

Он оглядел кассирш, выбрал полненькую розовощекую блондинку и занял очередь к ней.

Очередь двигалась довольно резво, и скоро перед Маркизом остался всего один человек. В эту минуту кассирша выкрикнула куда-то в пространство:

– Татьяна Ильинична, замените меня, мне нужно деньги сдать!

К кассе подкатила приземистая тетка предпенсионного возраста с плечами портового грузчика и волосами цвета мартовского заката над джунглями.

Леня здраво рассудил, что против такой дамы его обаяние совершенно бессильно, и перешел в другую очередь – к хрупкой брюнетке.

Простояв еще полчаса, он был близок к финишу, как вдруг брюнетка приподнялась:

– Татьяна Ильинична, подмените меня, мне нужно к администратору!

Огненно-рыжая тетка взгромоздилась за кассу. Леня вздохнул и огляделся. Возвращаться к блондинке он посчитал дурной приметой и перешел в третью очередь – к стройной зеленоглазой шатенке.

Однако и на этот раз ему не повезло. Когда Ленина очередь практически подошла, кассирша дернулась:

– Татьяна Ильинична, подмените меня! Мне нужно срочно отойти буквально на пять минут!

Татьяна Ильинична плюхнулась на стул и обратилась к Лене:

– Что у вас?

Отступать было поздно, пришлось на ходу менять стратегию.

– Вот эта бритва. – Маркиз протянул кассирше коробку и деньги.

Та отбила чек, отсчитала сдачу и уставилась на следующего покупателя.

– Одну минуту. – Леня понизил голос: – Всего один маленький вопрос.

– Здесь не справочное бюро! – отрезала суровая дама. Примерно такой скрежет издают ржавые железные ворота на сорокаградусном морозе.

– Но только вы с вашим опытом и знанием людей можете мне помочь!

– Гражданин, не задерживайте очередь!

– Понимаете… – Леня замешкался, подбирая ключ к этой непробиваемой особе, и вдруг по наитию выпалил: – Понимаете, моя тетя, ей уже прилично за восемьдесят, так вот, иногда она совершает очень странные поступки. Мне даже советовали отправить ее в дом престарелых, но я не могу: родная кровь, папы покойного сестра…

В лице кассирши что-то изменилось. Если Леня правильно понял, в ее глазах появилось понимание и даже сочувствие.

– У меня тоже тетка сбрендила, – проговорила она негромко, но вдруг опомнилась: – А я-то при чем? Оплатили товар и отходите, вон за вами сколько людей!..

– Да в том-то и дело, что только вы можете мне помочь! Только на вас моя надежда. Понимаете, я на днях стал проверять тетину банковскую карточку – ей пенсию переводят на счет, и накопилась довольно большая сумма, – так вот, оказалось, что она почти все истратила в вашем магазине. А на что – сама не помнит, говорит, что я все выдумываю. Чек она, разумеется, потеряла. Но я нашел у нее вот эту дисконтную карту. Нельзя ли по карте выяснить, что она покупала и куда девались покупки?

– Моя тетка тоже как-то в квартиру мошенников запустила. – Кассирша вздохнула и взяла из Лениных рук карту. – Холодильник унесли новый и телевизор, и еще мягкую мебель, диван и два кресла… Без чека вам вряд ли удастся что-то вернуть. Куда она дела товар, я вам сказать не могу, разве что доставку оформляла, а вот какая была покупка – это можно посмотреть…

 

Она вставила карту в специальную прорезь и посмотрела на монитор.

– Да, ваша тетя оттянулась по полной программе. Вот, пожалуйста, пятого января, сразу после праздников, куплен домашний кинотеатр. Интересно, обычно такие покупки делают перед Новым годом. А вот двенадцатое – пылесос марки «Бош». На следующий день еще один пылесос, на этот раз «Самсунг».

– Два пылесоса? – удивился Маркиз. – Зачем ей два пылесоса?

– Выходит, два. – Кассирша пожала плечами. – А четырнадцатого февраля она купила две печи СВЧ и хоттер.

– Что такое хоттер? – заинтересовался Леня.

– Сама не знаю. Только его все время рекламируют.

– Но это все не очень крупные покупки. – Он перегнулся, чтобы заглянуть кассирше через плечо. – А еще что-нибудь есть?

– Конечно. Вот смотрите: по этой карте двадцатого февраля приобретен холодильник «Аристон», новейшая модель. Больше ничем помочь не могу.

– Ах, как я вам признателен! – Леня уставился на монитор, пытаясь запомнить модель холодильника.

– Хорошо, что холодильник, а не бритва или фен, – напутствовала его кассирша. – Не на себе же она его тащила. Может, по доставке что-то удастся найти.

От кассы Леня прямиком направился в отдел доставки.

За столиком сидела невзрачная полненькая девушка в очках с толстыми стеклами.

Маркиз уселся напротив, сложил руки и с чувством проговорил:

– Какие у вас чудесные глаза! Почему вы прячете их за очками?

– Глаза? – испуганно прошептала девушка и поспешно сняла очки. – Но я без очков не вижу…

– Зато я гораздо лучше вижу вашу удивительную внутреннюю красоту! – Леня почувствовал вдохновение. – А очки – вместо них можно купить контактные линзы. Скажите, что вы делаете после работы?

– Ничего, иду домой. – Приемщица подслеповато щурилась.

– Такая милая девушка – и никаких планов на вечер! – Леня взял ее за руку. – Нет, так это нельзя оставить! Но мы с вами непременно что-нибудь придумаем!

– Правда? – Девушка смущенно порозовела.

– Разумеется. Как вы относитесь к драматическому театру?

– По… по… положительно, – пролепетала она.

– Это же просто замечательно! У нас с вами определенно намечается общность интересов! А пока помогите мне решить маленький вопрос.

Голос Лени стал строгим и деловым. Он бережно надел очки на нос приемщице и продолжил:

– Мне должны были доставить из вашего магазина холодильник «Аристон», модель МГМ-4344. И не доставили.

– Не может быть! – девушка схватилась за голову. – А когда вы оформляли доставку?

– Я купил этот холодильник двадцатого февраля и оформил доставку в тот же день.

– Двадцатого февраля? – Она окончательно растерялась. – Но что же вы так поздно обратились? С тех пор прошло уже почти два месяца!

– Видите ли, я в тот же день улетел в командировку в Рио-де-Жанейро и вернулся только сегодня. И первым делом вспомнил о холодильнике!

– Двадцатого февраля? – Приемщица открыла толстую разлинованную книгу и принялась переворачивать страницы. – Пожалуйста, двадцатое февраля, холодильник «Аристон», и модель та же. Как же вы говорите, что не доставлен, когда у меня подколота квитанция с подписью получателя?

– С подписью? Где подпись? Покажите мне подпись!

Девушка развернула к нему свой гроссбух и указала кончиком карандаша на нужную строчку:

– Вот же подпись!

Маркиз склонился над страницей.

– «Аристон», модель, адрес доставки – улица Майора Пронина, дом тринадцать, квартира сорок шесть. Да, действительно, подпись. – Он изобразил удивление. – Это подпись моей домоправительницы, жаль, что она сегодня выходная… Куда же она поставила этот холодильник? Понимаете, у меня такая большая квартира, что в ней не то что холодильник – самому потеряться ничего не стоит. Как бы там ни было, огромное вам спасибо и прошу прощения за беспокойство!

– А как же насчет театра? – робко поинтересовалась приемщица.

– Насчет театра? О, мы с вами обязательно что-нибудь придумаем, как только я вернусь из командировки! К сожалению, я буквально сегодня вечером отбываю по делам в Монтевидео!

Улица Майора Пронина оказалась глухим переулком, приткнувшимся между стеной какого-то завода и кварталом железобетонных гаражей. По обеим сторонам переулка возвышались несколько домов-кораблей, между которыми предприимчивые застройщики впихнули три точечных пятнадцатиэтажки вполне современного вида. Нужный Маркизу тринадцатый дом оказался одной из этих новых высоток.

Подъезд был закрыт на домофон, но что это мелкое препятствие могло означать для такого профессионала, как Леня! Впрочем, ему даже не пришлось применить профессиональные навыки, поскольку одновременно с ним к подъезду подошла женщина с йоркширским терьером. Дама взяла своего малютку на руки, открыла замок электронным ключом-таблеткой и прошла внутрь.

– Не закрывайте! – попросил Леня и ускорил шаг.

Дама хотела строго поинтересоваться, из какой он квартиры, но Леня перехватил инициативу.

– Какая у вас славная девочка! – заворковал он, умильно разглядывая йорка. – Наверняка очень породистая! А у нас мальчик, родители – чемпионы породы.

– Да что вы говорите? – Дама чрезвычайно заинтересовалась и, разумеется, тут же забыла о подозрениях. – Моя Конни тоже породистая! Правда, не от чемпионов, но все-таки…

– А где вы покупаете для нее одежду? Или шьете на заказ? Какая чудная курточка! И как сидит!..

– Покупаем в специальном бутике. – Дама окончательно расположилась к этому милому мужчине. – На Васильевском острове, называется «Усы, лапы, хвост».

– Да что вы говорите! – восхитился Маркиз. – Какая прелесть! Адресочек не подскажете?

Пока хозяйка Конни вспоминала адрес собачьего бутика, лифт как раз остановился на нужном Лене этаже.

– Большое спасибо, – выпалил он и выскочил из кабины, на прощание сделав Конни «козу».

У двери сорок шестой квартиры он поправил волосы, нацепил на лицо дежурную улыбку и нажал на кнопку.

– Кто там? – донесся настороженный женский голос.

– Леонид Морковкин, магазин бытовой техники «Эль-Радио»! – бодро отрапортовал Маркиз.

Женщина проворчала что-то невнятное, но дверь тем не менее открыла.

Перед Леней предстала особа женского пола в халате из розовой фланели в зеленых разводах. На голове у особы были крупные пластмассовые бигуди, щеки полыхали – видно, она только отошла от плиты.

– Чего надо? – Хозяйка окинула Леню подозрительным взглядом.

– Хочу сообщить вам радостное известие! – Маркиз добавил еще энтузиазма.

– Сообщай, – милостиво разрешила хозяйка.

– Вы сделали много покупок по своей дисконтной карте, – Леня сверился с листком, – масляный радиатор, домашний кинотеатр, два пылесоса, три печи СВЧ, холодильник «Аристон», хоттер…

– Какой такой хоттер? – недоверчиво переспросила хозяйка. – И зачем это мне два пылесоса?

– Здесь так написано. – Леня пожал плечами и продолжил с прежним энтузиазмом: – Магазин «Эль-Радио» рад сообщить, что вы выиграли замечательную плазменную панель с диагональю сорок два дюйма!

– Панель? – Маленькие глазки загорелись. – Правда, что ли?

– Конечно правда, если вы на самом деле владелица дисконтной карты номер… – Он снова сверился с бумажкой и назвал семизначный номер.

– Какой еще карты? – Дама обернулась и крикнула в глубину квартиры: – Анатолий! Поди-ка сюда.

Через минуту в коридоре возник лысый дядечка небольшого роста в застиранной майке и вытянутых на коленях тренировочных штанах.

– Чего надо? – Он переводил взгляд с супруги на Маркиза. – Че, соседей, что ли, залили?

– Типун тебе на язык! – отмахнулась жена. – Вот молодой человек пришел из этого, из «Эль-Радио». Говорит, панель мы выиграли!

– Панель? Какую еще панель? Тебе, Люся, на панель уже не по возрасту! – И он захихикал, довольный собственным остроумием.

– Говорят тебе: плазменную панель мы выиграли! Потому что много всего у них покупали.

– Разве же много? – Мужик попятился. – Один только холодильник…

– А у меня записано, что еще два пылесоса, масляный радиатор, домашний кинотеатр, три печи СВЧ и хоттер, – бодро отбарабанил Маркиз.

– Короче, мужик, раз положен приз, так давай. – Хозяин посуровел: – А если нет – не задерживай занятого человека.

– Пожалуйста, только предъявите карту, – потребовал Маркиз.

– Какую еще карту?

– Дисконтную карту номер…

– Не знаю никакой карты!

– Так, поясни, Анатолий! – повернулась к нему жена. – Ни о какой карте ты мне не говорил! Денег взял на полную стоимость этого холодильника! Сколько там скидка по карте? – она оглянулась на Маркиза.

– Десять процентов!

– Это, значит, ты, козлина, три тысячи зажилил? – Хозяйка побагровела: – Пропил, скотина, со своими дружками?

– Откуда три? Откуда три? – заюлил муж. – Кеша половину себе забрал!

– Какой еще Кеша? – Дама вооружилась подвернувшимся под руку зимним сапогом и начала медленное, но неотвратимое наступление. – А ну, выкладывай все как на духу!

– Граждане, – подал голос Леня, – вы свои интимные отношения можете потом выяснить, а сейчас нам бы с моим делом разобраться! Есть у вас эта карта или нет?

Ответ на этот вопрос Леня знал задолго до визита на улицу Пронина, поскольку многострадальная карта лежала у него в кармане. Требовалось только выяснить ее происхождение.

Прижатый – в буквальном смысле – к стенке муж все разъяснил.

Двадцатого февраля он отправился в магазин «Эль-Радио» за холодильником. Холодильник этот они с женой присмотрели заранее. Супруга, которая в тот день дежурила и не могла отлучиться со службы, вручила ему в точности требуемую сумму.

На пути к кассе его остановил старый знакомый по имени Кеша.

Этот Кеша занимался в магазине необременительным, но довольно прибыльным бизнесом.

Он давал напрокат свою дисконтную карту.

Карту он получил год назад, когда покупал для одного богатого заказчика дорогой комплект встраиваемой кухонной техники. С тех пор карта стала для него источником существования. Он временно передавал ее покупателю, и тому делали скидку, половину которой Кеша забирал себе.

– Так что это все Кеша, а скидку мы с ним честно поделили, – закончил пойманный с поличным муж.

– Срочно отдавай разницу, козел! – Жена замахнулась сапогом.

– Вы уж подождите, гражданка, с воспитательными мерами, – остановил ее Маркиз. – Сейчас я уйду, и тогда веселитесь по полной программе! Этот Кеша, – повернулся он к мужику, – из себя такой высокий и волосы светлые?

– Да нет же. – Мужик с опаской покосился на разъяренную жену. – Маленький он, ручки коротенькие. Одно только большое – это нос. А с волосами у него еще беднее, чем у меня. Совсем, считай, волос нет, как на коленке!

– Что ж, спасибо. – Леня мило улыбнулся хозяевам: – Благодарю за внимание – и приятного аппетита!

Его путь снова лежал в магазин «Эль-Радио».

Несколько раз Леня прошелся по длинным коридорам между стеллажами с бытовой техникой. Да, теперь он не сомневался, что в этом торговом зале можно заниматься легкой атлетикой. Скажем, бегом на разные дистанции, от спринтерской, из отдела в отдел, до марафонской – на склад или к кассе. Местами коробки с техникой стояли посреди проходов, а значит, и бег с препятствиями смотрелся бы здесь неплохо.

Продавцы, как и в прошлый раз, старательно избегали встреч с покупателями. Впрочем, сейчас Маркизу они были не нужны. Он внимательно высматривал маленького человека с лысой головой и большим носом.

Как известно, на ловца и зверь бежит. Через некоторое время из-за стеллажа с микроволновками вынырнул похожий на описание суетливый низкорослый мужичок. Правда, на голове у него красовалась потертая шапка устаревшего фасона «пирожок с повидлом», поэтому лысина была незаметна. Зато огромный багровый нос был виден издалека, как бортовые огни океанского лайнера. Еще одной характерной портретной чертой этого представителя человеческого рода были глаза, которые смотрели совершенно в разные стороны.

– Извиняюсь, – проговорил мужичок, глядя мимо Маркиза, – вы чего-нибудь надумали?

– Это вы мне? – поинтересовался Леня.

– Вам, вам! – подтвердил мужичок, пытаясь сконцентрировать взгляд на собеседнике. – Надумали чего-нибудь покупать?

– Вообще-то да, вот телевизор приглядел, – Леня показал на огромный жидкокристаллический аппарат. – А что, разве вы продавец?

– Да нет, не совсем. Скидку хотите?

– Скидку? – Маркиз сделал вид, что раздумывает. – А на каких условиях?

– Известно, на каких – по-честному, по-братски. Как в одной песне пели: тебе половина и мне половина.

 

– А сколько процентов? – продолжал расспрашивать Леня.

– Пять, – с некоторой печалью ответил предприимчивый собеседник.

– Пять маловато, – поскучнел Леня, – вот если бы десять… Десять было бы хорошо!

– Была у меня карта на десять процентов, – вздохнул мужичок. – Но телевизор дорогой, пять процентов – тоже деньги. Так что, по рукам?

Он вытянул руку. Леня схватил его за запястье и проговорил совсем другим, суровым начальственным голосом:

– Капитан Несгибайло, отдел по борьбе с экономическими преступлениями.

– Какой такой отдел? – заверещал Кеша. – Знать ничего не знаю! Никакого такого отдела…

– Лучше колись, Кеша. – Маркиз мрачно свел брови к переносице. – Содействие следствию будет учтено органами правосудия.

– Да что я такого сделал? – причитал несчастный. – Подумаешь, скидочка! Это ж разве преступление? Они сами эти карты раздают!

– Меня не нужно уговаривать! – Леня подталкивал «задержанного» к выходу. – Вот если будешь сотрудничать со следствием, тогда другое дело.

– Сотрудничать? – До Кеши наконец дошло. – А это как? Что значит «сотрудничать»?

– Расскажи все, что знаешь о дисконтной карте номер… – Леня зачитал по бумажке данные злополучной карты. – И следствие, так и быть, учтет твое чистосердечное признание.

– А че я о ней знаю? – захныкал Кеша. – Я о ней ваще ниче не знаю! Нет у меня больше той карточки! – Он горестно потупился.

– Значит, не хотим сотрудничать со следствием, – констатировал Маркиз. – Что ж, так и запишем.

– Почему это не хотим? Очень даже хотим! – заскулил Кеша. – Только у меня ее украли!

– Где украли? Кто украл? При каких конкретно обстоятельствах?

– Кто ж его знает? Не пойман – не вор! А насчет обстоятельств… Ехал я в набитом автобусе, и со всех сторон были сплошные обстоятельства. Прямо-таки обстояли меня граждане пассажиры так, что вдохнуть получалось через раз. И тут чувствую, не иначе кто в карман лезет. Хотел за руку схватить, да какое там – и пошелохнуться не вышло. Хотел повернуться, а только где уж тут! Только когда возле метро публика рассосалась, я смог собственный карман проинспектировать и убедиться, что кошелек из него отбыл в неизвестном направлении. И денег не так много было, рубля примерно пятьдесят четыре с полтиной, а вот карточку эту жалко. Была она мне, как Карл Маркс выражался, средством прибавочного производства. И еще кошелек жалко, вроде как память.

– Женщина, что ли, подарила? – поинтересовался Маркиз.

– Зачем женщина? Мне этот кошелек вручила товарищ Парамонова Валентина Сергеевна за победу в районном конкурсе судомоделистов! – Лицо Кеши порозовело от гордости.

– В каком же это году было? – вытаращился Леня.

– В каком годе? Дай бог памяти, точно помню, что в одна тысяча девятьсот, а как же дальше-то?

– Все ясно. Вскоре после разгрома белых под Перекопом.

– Вот насчет этого точно не скажу, – засомневался Кеша. – Под Перекопом не был, не привелось. В Доме отдыха на озере Селигер бывал, и еще в Пятигорске, в пансионате «Заря коммунизма». Только насчет кошелька я напрасно беспокоился. Когда народ из автобуса схлынул, я этот кошелек нашел. Под переднее сиденье вор его подкинул. Конечно, перед тем все из него выгреб – и примерно пятьдесят четыре рубля с полтиной, и карточку мою дисконтную. А кошелек, значит, выкинул, как он есть улика против него и доказательство.

– Как ты, однако, хорошо свои деньги помнишь, – восхитился Маркиз. – Прямо как в банке.

– Оттого я запомнил, сколько их было, что мне аккурат столько же годов, сколько в том кошельке находилось. Те же пятьдесят четыре с полтиной! А кошелечек-то вот он, кошелечек мой памятный! – Кеша продемонстрировал Маркизу квадратное портмоне из жесткой, как солдатская подошва, кожи с едва просматривающимся на передней стороне силуэтом Спасской башни.

– Хорошо, однако, делали вещи на четвертой кожевенно-обувной фабрике, – с уважением кивнул Маркиз.

– А то, – поддержал Кеша, – сносу нет! Я бы его сыну передал, если бы не сложные семейные обстоятельства.

– Какие еще обстоятельства?

– Полное отсутствие семьи – вот какие! – Кеша вздохнул и с надеждой глянул на Маркиза: – Так как, гражданин капитан, оказал я содействие?

– Оказал, оказал! – Маркиз отпустил его и легонько подтолкнул в сторону выхода из магазина.

Он оказался там же, откуда начал, то есть в тупике. Или, если угодно, у разбитого корыта. Единственный след оборвался, не дав никакого результата.

Леня покинул магазин, сел в свою машину и задумался.

Кеша явно не врал. Его организм вообще не был приспособлен к сложному вранью. Да и кошелек эпохи первых пятилеток свидетельствовал в пользу изложенной версии.

Вспомнив Кешин кошелек, Маркиз вытащил из бардачка бумажник, который получил от заказчика.

Конечно, этот бумажник был куда новее и приличнее Кешиного. Кожгалантерейные изделия роднило тем не менее скудное содержимое.

В Кешином бумажнике были пятьдесят четыре с половиной рубля и дисконтная карта. В бумажнике погибшего связного – тоже дисконтная карта и совсем немного денег.

Маркиз вытряхнул купюры из бумажника и пересчитал их. Оказалось семьсот восемьдесят рублей – пятисотка, две сотенных, пятьдесят и три мятые десятки. На возраст никак не похоже.

В голове у Маркиза мелькнула смутная мысль, но тут же скрылась, потому что вместе с деньгами из кошелька выпал смятый бумажный комочек.

Леня осторожно развернул его, стараясь не повредить.

Это оказался магазинный чек.

– Снова магазин, – вздохнул Маркиз. – Наверняка снова пустые хлопоты!

Он разгладил чек и вгляделся в то, что на нем отпечатано.

Сверху было название магазина – «Синемания». Ниже шли сплошные цифры, из которых Маркиз понял только цену – шестьсот шестьдесят рублей.

Магазин «Синемания» он знал: там торговали музыкальными компакт-дисками, игровыми программами и фильмами на DVD. Леня и сам не раз покупал там фильмы для себя, в основном американские боевики и комедии, и документальные из жизни животных – для Аскольда. Располагался магазин на Среднем проспекте Васильевского острова, совсем недалеко. Ничего не оставалось, как немедленно туда наведаться.

В магазине Леня первым делом внимательно изучил цены.

Большая часть дисков шла по двести – двести пятьдесят рублей. Некоторые старые коллекционные фильмы и лицензионные записи крупных режиссеров и знаменитых актеров прошлого стоили триста пятьдесят. Фильмов по шестьсот шестьдесят не было. Не получалось также, чтобы два любых диска вместе складывались в такую сумму.

Леня подошел к худенькой девушке с разноцветными волосами, которая восседала за кассой. Пряди ее были поочередно выкрашены в малиновый, бирюзовый и ядовито-зеленый. В носу у пестрой девушки висело небольшое колечко.

– Леди, – обратился Леня к красотке, – это ваш чек?

Та молча уставилась на смятый чек, отбросила со лба красно-зеленую челку и проговорила простуженным голосом:

– Что же вы так долго? Неделя давно прошла!..

– Неделя? Какая неделя? – растерялся Маркиз.

– Вот приходят права качать, а сами законов не знают! Щас я Гошу позову, сами с ним разбирайтесь.

– Зачем Гошу? Не надо Гошу, вы меня вполне устраиваете! – Леня улыбнулся кассирше самой обаятельной из арсенала улыбок. – И я вовсе не пришел качать права.

– Так чего, не будете фильм возвращать? – Такой поворот событий девицу явно обрадовал.

– И в мыслях такого не было! – успокоил ее Маркиз. – Я только хотел порядок у себя в видеотеке навести. Помню, что какой-то фильм у вас покупал, даже вот чек нашел, а какой – убейте, не помню. Думал, может, здесь, на месте, вспомню, а смотрю, у вас и цен таких нет.

– Понятно, что нет, – хмыкнула девица.

Сейчас на ее лице было написано все, что она думает о Лене: что он старый склеротик на грани маразма, если не может запомнить таких элементарных вещей.

Леня погрустнел и стер с лица обаятельную улыбку, которая в этой ситуации была, пожалуй, не актуальна.

– Понятно, что нет, – повторила девица. – Это же цена седьмой категории.

– Какой? – оторопел Маркиз.

Из прежних времен он помнил, что бывает говядина первой и второй категорий. Еще в НИИ и на предприятиях встречались конструкторы первой и второй категорий. О категориях фильмов ему слышать не приходилось.

– Седьмая категория – это как? – Маркиз задал вопрос очень осторожно, в надежде, что не отпугнет строгую кассиршу бездной своего невежества.

– Мужчина, вы меня конкретно удивляете. – Барышня поправила колечко в носу. – Первая категория – это фильмы, которые сейчас на экране, вторая – которые уже отошли, но еще не перешли в разряд редких, третья – которые уже перешли в разряд, но еще не сменили категорию…

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?