(Не)идеальная пара

Tekst
5
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
(Не)идеальная пара
(Не)идеальная пара
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 30,16  24,13 
(Не)идеальная пара
Audio
(Не)идеальная пара
Audiobook
Czyta Полина Кузьмина
17,67 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 7

Перед тем как найти нужный дом, мы знатно попетляли по поселку. Оказывается, делился он на две части условно – Нагорную и Овражную. Дом Василия находился в овраге, откуда и пошло название, и пешком туда можно было спуститься минут за десять, а вот на машине мы добирались в два раза дольше, объездным путем. Но все же добрались. А когда я выбралась из машины и огляделась, то поняла, что красивее места еще не видела.

Все было старое и ветхое – сам дом, покосившейся и с прорехами повсюду забор, заброшенный сад… Но сразу за домом убегала тропинка к озеру, и имелся даже собственный пирс с привязанной к нему лодкой (дырявой, как выяснилось позже).

– Да это же рай на земле! – восторженно выдохнула я, стоя на берегу озера и вдыхая напитанный влагой вечерний воздух.

– Точно! – синхронно выдохнул Потапыч. – Но даже в раю без денег не проживешь, – развеял он тут же романтику. – И без работы. Поселок потому и загибается, что никакого хозяйства тут нет. Была бы хоть завалящая фабрика, по производству… да того же сельхоз инвентаря, все ж какая-никакая, а работа и рабочие места. А так… – махнул он рукой. – Догадываюсь, чем тут занимаются мужики, что не уехали в город.

– И чем? – с интересом посмотрела я на него.

– Квасят, чем же еще. Да самогон, поди, гонят, кто особо сноровист.

Какая-то печальная картина вырисовывалась, и думать так мне совершенно не хотелось. Но глядя на заброшенный дом Василия с заколоченными досками окнами, почему-то в слова Потапыча верилось.

– Только и в городе ему делать нечего, – снова вздохнула я.

– Ну а мы на что, красавица! – обхватил меня Потапыч за плечи и прижал к себе. – Таким мы и помогаем, как твой Василий, ведь правда?

– А то! – не менее бодро заявила я, чувствуя вдруг, как начинаю подмерзать.

Лето летом, а вечернюю прохладу никто не отменял. А у озера это особенно становилось заметно. Вот и от Потапыча не укрылось, что я подмерзла.

– Ну что, пошли искать добрую душу, что пустит нас на ночлег? – повел он меня по тропинке обратно к дому.

Возможно, таким заброшенным дом казался в рассеянном свете фар буханки. Кто знает, наступит новый день, и вдруг он заиграет новыми красками. Не зря же говорят «утро вечера мудренее».

Не мудрствуя лукаво, мы с Потапычем постучались в первый же дом, соседствующий с домом Василия. Открыла нам бабушка в цветастом платке на голове и таком же фартуке.

– Вы к кому, ребятки? – поинтересовалась она, разглядывая нас подслеповатыми глазами.

Свет фар от буханки и сюда доставал. Да и из дома просачивался, давая возможность бабульке рассмотреть нас и понять, что угрозы мы не представляем.

– Ночлег нам нужен, мать, – проговорил Потапыч, пока я соображала, как бы все это лучше преподнести. – Из города мы, а обратно ехать поздно уже. Не подскажешь, где здесь можно заночевать?

– Так где же?.. Нигде, – заметно растерялась старушка. – Хотелей у нас нет, – смешно так проговорила. – И постоялых дворов тоже. А вы к кому сюда приехали-то? – немного подозрительно уточнила.

– Ну вот если пустишь нас в дом, все честно и расскажем, – улыбнулся ей Потапыч.

Улыбка его и решила дело в нашу пользу – перед улыбкой Потапыча никто не в силах был устоять, даже Кира Юрьевна. А Ирина, наш бухгалтер, в такие моменты говорила, что на каком-то острове в огромном океане распустился диковинный цветок. И мне это сравнение очень нравилось. И еще мне вспоминались строки из какого-то стихотворения: «Ведь так тепло от искренней улыбки, подаренной прохожим невзначай».

– Ну заходите, чего порог топтать… Как-нибудь устрою вас, – впустила нас добрая бабулька сначала в сени, а потом и в просторную комнату. – Располагайтесь, а я сейчас на стол соберу, чем богаты… – засуетилась старушка.

– Я помогу, – подскочила я с дивана, хоть и больше всего хотелось максимально расслабиться в тепле избы, а еще лучше, вздремнуть.

– На-ка вот, огурчики с помидорками поруби, – поставила передо мной бабулька целый таз со свежими овощами. – Все свое, с огорода. У вас в городе, поди, такого нет…

– Такого точно нет! – отозвалась я и занялась делом, пока хозяйка разжаривала в казане отварной картофель. – А вы одна тут живете? – поняла я, что в доме, кроме старушки, никого больше и нет.

– Одна, внученька, одна, – вздохнула она. – Деда похоронила уже десять годков назад. А сын на севере живет, с семьей? Ну а я свой век тут доживаю, хоть и зовет он меня к себе. А куда я с родных мест-то?.. Нет уж! Родилась я тут и прожила всю жизнь, рядом с дедом, вон, и похоронят, – улыбнулась она.

Так грустно стало от ее слов, не передать. Подобного одиночества никто не заслуживает. Вот и с сыном, наверное, редко видится – уточнять я не стала, прочитала между строк. Да и путь с севера сюда не близкий.

Пока собирали на стол, познакомились с бабулькой поближе. Представилась она бабой Катей – так и просила ее называть, «без всяких там отчеств», – как выразилась сама. И за стол села вместе с нами, по-простому. Ну а я могла гордиться салатом, которого нарезала огромную миску, и который Потапыч уплетал с таким аппетитом, что аж за ушами хлюпало.

– Баб Кать, а вы соседей своих хорошо знали? – поинтересовалась я, кивая в сторону дома Василия. Пора было приступать к делу, ради которого мы сюда и прибыли.

– Гавриловых-то? А то! Дружили мы с ними шибко, пока старики не померли один за другим.

– А давно это случилось?

У Василия я не догадалась спросить, как давно умерли его родители. Знала только, что какое-то время он жил в деревне один, а потом вот перебрался в город.

– Годков пять уже, почитай, – призадумалась баба Катя. – А может шесть. Точнее не скажу.

– А как они жили? – задала я наводящий вопрос.

– Да как обычно, как все мы тут живем, – обвела баба Катя взглядом комнату. – По-простому. Хозяйство держим, огород вспахиваем… У кого-то больше, а у кого и совсем крохотные. Но без хозяйства тут нельзя никак – земля-матушка кормит нас.

– А у Гавриловых тоже было хозяйство?

Потапыч в расспросах не участвовал, отдав инициативу в мои руки. Вместо этого он ел за двоих и попивал свое пивко. И столько удовольствия было на его лице, что я едва сдерживала смех, когда смотрела на него.

– Сначала было, – кивнула баба Катя. – Корова Фроська была, порося, гуси… А потом Клавдия заболела, слегла, а Федор попивать начал, – покосилась она на Потапыча, и тот аж подавился пивом-то. Я же, все же, не сдержалась и прыснула, хоть и тема беседы не отдавала юмором. Но уж больно натурально повел себя Потапыч. – Вот и начало разваливаться хозяйство-то, Федька все продал, только Фроська и оставалась с ними до последнего. А потом и она померла, на день раньше Клавдии, упокой господь ее душу! – перекрестилась баба Клава. – После смерти Клавушки-то, Федька запил по-черному. Бедный Васька – намучился с ним. Ну и помер он на следующий год-то, ненамного пережил супружницу-то. А Васька помыкался тут с полгода, да подался в город за лучшей жизнью.

Вот и вся история – очень жизненная и пронзительно грустная, даже несмотря на то, что так живут многие.

– Ну, гости дорогие, пора устроить вас на ночлег. Да и мне пора на боковую…

Пока баба Катя стелила нам с Потапычем, я убрала со стола и перемыла посуду. И все это время размышляла, что, походу, у Василия-то и выхода не было – не от хорошей жизни сбежал в город, а чтобы выжить. Только вот, тяга к родной земле не исчезла с годами, а стала только сильнее. А это значит, что доброе дело мы делаем для него и нужное.

Глава 8

Артем

– Спасибо, хозяюшка, за гостеприимство, но пора и честь знать! – встал Артем из-за стола, где только что вкушал сытный деревенский завтрак.

Женщина, что приютила их на ночь, оказалась очень приятной, хоть и не в меру общительной, как подумалось Артему. Хорошо хоть, весь удар на себя взял Виктор – он болтал с хозяйкой и за ужином, и за завтраком. И засыпал Артем на пушистой перине тоже под их болтовню. Но это даже было приятно, послужило колыбельной.

Встали они спозаранку, потому как в поселке еще их ждали дела. Хозяйка уже тоже не спала и даже предложила испить парного молочка. Но молоко с утра – это уже перебор, – решил для себя Артем, а вот Виктор и от подобной экзотики не отказался. Потом они на пару с водителем наплескались во дворе в ледяной колодезной водице, после чего плотно позавтракали. Хозяйка еще пыталась сунуть им пирожков в дорогу, но тут уж Артем был категоричен и взять их Виктору тоже не разрешил – совесть надо иметь, однако.

– Куда теперь? – повернулся к нему Виктор, когда сели в машину.

– В овражную часть, куда же еще. Надо посмотреть, что там и к чему… Как ехать туда, узнал?

– Ага, в объезд, – кивнул Виктор. – Странное село, из двух словно состоит, – хмыкнул он.

– Так и есть, – согласился Артем и почему-то подумал, что, должность быть, раньше, когда села еще процветали, пацаны из двух этих районов враждовали между собой и дрались, наверное, нещадно. А сейчас тут и детей-то не видно. Может кто и приезжает на лето, к бабке с дедом, да и тех мало.

По предварительным прикидкам проект получался довольно затратным. В Нагорно-овражном не было водопровода и канализации, а это значит, что коммуникации придется прокладывать на приличное расстояние. С другой стороны, жилье он тут планировал строить не эконом класса, а, напротив, элитное, а это значило, что вложения очень быстро окупятся с лихвой. Осталось определиться с участком под застройку, ну а дальше уже всем займется Славка.

– Пешком быстрее получилось бы, – хохотнул Виктор, когда джип замер в метре от деревянного пирса и на таком же расстоянии от кромки озера.

Это тоже существенный плюс, что можно подъехать к самой воде – берег у озера был пологий и плотный, колеса не увязали.

– Те, для кого мы строим, пешком редко ходят, дружище! – с этими словами Артем выскочил из машины и шумно втянул воздух. – Боже! Даже не верится, что все это существует на самом деле! – не удержался он от восторженного возгласа. – Ты только понюхай… Тут пахнет первобытностью.

 

– А еще костром, – последовал его примеру Виктор и тоже смачно вдохнул. – Интересно, зимой озеро замерзает?

– Наверняка! Зимы у нас ого-го! Особенно в последнее время.

Первый же дом, к которому и вела тропинка от озера, привлек внимание Артема. Судя по заколоченным окнам, в нем никто не живет. Пожалуй, именно отсюда и можно начать строительство, осталось найти хозяина, ну и порешать с окрестными домами. Но, опять же, это уже не его забота.

Артем окинул взглядом заросший бурьяном сад, где росло порядка пяти яблонь, и все они плодоносили или собирались это делать. Вспомнились слова бабушки: «Добрая яблонька плодоносит через год – год трудится, а на другой отдыхает». Эти, видно, в этом году трудились. Только и за ними никто не ухаживает: не обрезает, не окучивает… Хорошо, если соседи урожай соберут, да и только тот, что понизу, а выше никто и не лезет. И падают потом яблоки на землю, постепенно превращаясь в перегной.

Что-то в голову лезет сентиментальная чушь. И воспоминания из детства, как каждое лето проводил у бабушки в деревне, тоже не к месту сейчас.

Постояв у полусгнившего крыльца с обломанными с одной стороны перилами, Артем двинулся вдоль дома, краем глаза фиксируя бытовые постройки, тянущиеся вдоль забора. Когда-то тут имелось небольшое хозяйство, – мелькнула мысль. Корова, наверное, была, куры… Может, и коз держали или свиней…

– Чёрт! – выругался он, налетев на неожиданную преграду, которой оказалась девушка, что держалась за лоб и буравила его злым взглядом. – Ты еще кто такая?! И чего под ноги лезешь?

– А вы смотреть не пробовали, куда прёте?! – не осталась в долгу малявка.

Нет, она не была ребенком, а вот росточком не вышла – метр в кепке, да и то в прыжке. Глаза огромные, нос вздернут, и губки свои пухлые поджала так, как будто едва сдерживает за ними ругательства. Впрочем, сдерживалась девчонка не долго, вскоре началось. Слово за слово, пока они чуть не подрались на пустом месте. Артем так и не понял смысл претензий к нему малявки. И что ей вообще тут надо? Но обвинить она его успела во всем подряд, вплоть до того, что именно из-за него по всей стране люди бегут из таких вот деревень и мечтают (да как они смеют!) о лучшей жизни. В конечном итоге, Артем плюнул на нее и ушел от греха подальше, пока не сказал или не сделал ничего лишнего. Да и пора уже было возвращаться.

– Поехали! – сел он в машину и хлопнул дверцей.

– А кто это там кричал? – поинтересовался Виктор.

– Да что б я знал еще!.. – в сердцах отозвался Артем.

Истеричка какая-то местного разлива, – подумал про себя. Хотя, на деревенскую девчонка похожа не была – слишком смазливая и одета иначе.

Не успели они миновать лес, как ливануло. Откуда, если еще пару минут назад дождем и не пахло, а напротив, жарило не по-утреннему.

– Ничего себе! Держитесь, Артем Владимирович, немного потрясет, – велел Виктор и лихо «поскакал» по убитой дороге.

Правда, скакали они недолго и очень скоро встряли в длиннющей пробке.

– А она тут откуда?! – возмутился Артем. – На работу в город, что ли, все едут?

– Чёрт! В десять у меня важная встреча, – посмотрел Артем на часы. И надо было ему захотеть заночевать на природе! – Успеем?

– Вряд ли, – с сомнением произнес Виктор. – Если только попробуем объехать…

– Так объезжай! – прикрикнул на него Артем. – Не можем мы торчать тут!..

Виктор вырулил на обочину, но уже через несколько метров так называемый внедорожник увяз по самое брюхо в размытой грязи.

– Вот теперь мы надолго встряли, – с сожалением проговорил Виктор.

Ну и еще через пару минут, в течение которых Артем или матерился, или лихорадочно соображал, как быстрее добраться до города, рядом с ними тормознул УАЗик (а он уж думал, что все такие сданы на металлолом) и на пассажирском сидении Артем разглядел лицо той самой грубиянки, с которой не так давно ругался у заброшенного дома.

– Ну что, мальчики, загораете? – прокричала она в водительское окно. За рулем раритета важно восседал какой-то мужик, с бородкой и усами. – Помощь нужна?

– Откуда такое чудо, а, Артем Владимирович? – потрясенно поинтересовался Виктор.

– Чудо? Да она хамка, каких еще поискать! – возмутился он. – И язык у нее без костей, которым она и пользуется как помелом…

– Да я не про нее, а про буханку, – непонимающе уставился на него Виктор. – Их уже не выпускают уйму лет. Какого же она года?

Чёрт! Кто о чем, а вшивый о бане, – с досадой подумал Артем, под вшивым подразумевая себя, конечно же. А Виктор уже вовсю договаривался с нахалкой, чтобы те взяли его на буксир до города. И они милостиво согласились. Так и пришлось пересаживаться в этот драндулет на колесах. Впрочем, для своего возраста ехал он довольно бодро, и никакая грязь ему помехой не была.

Очень скоро они выехали на трассу, а причиной пробки, оказывается, стал закрытый переезд, который они и проскочили в первых рядах.

– Ну и куда вас подбросить, мистер свингерстрой? – повернулась к нему та, кто не так давно представилась Олесей.

– Кто? – округлил он на нее глаза.

– Свингерстрой, – усмехнулась она и пояснила, видя его явное непонимание. – Ну я же правильно поняла, что вы из этих… – покрутила она пальцами в воздухе, – застройщиков? Которые выкупают старые дома по дешевке, объегоривая тем самым народ, сносят их и стоят одинаковые коробки… И топает потом новый жилец домой в подпитом состоянии, например, а тут… все одинаковое, выбирай любой дом… Вот и получается свингерстрой какой-то!

Артем до такой степени был поражен подобной логикой, что даже не нашелся, что ответить. А водитель басовито заржал. Интересно, что смешного он нашел в этих глупых рассуждениях?

Вскоре они въехали в город, и Артем попросил водителя тормознуть на остановке.

– Ну что вы! Мы можем вас доставить прямо до места, правда же, Потапыч? – продолжила кривляться малявка. – А то вы в своих лакированных ботиночках, поди, не привыкли разгуливать по улицам? Хотя, сейчас под слоем грязи лака-то и не видно, – рассмеялась она.

– Знаешь, я уж лучше на такси доберусь, чем в такой компании, – распахнул Артем дверцу и выпрыгнул из машины, как будто за ним черти гнались.

– Да не больно-то и хотелось! – понеслось ему в спину. – И «спасибо» вы говорить тоже не умеете, видно…

УАЗик умчался, а Артем еще какое-то время смотрел ему вслед. Потом достал телефон и вызвал такси. Н-да… с такими… девушками ему еще не доводилось встречаться. Да это же Баба-яга в молодом теле и симпатичном обличье! Была бы ее воля, сунула бы его в печь, вместо того чтобы до города подбрасывать. И последняя мысль почему-то рассмешила Артема.

Глава 9

– Так! Вот тебе адрес, по которому нужно провести переговоры на высшем уровне. Ну а кто у нас с этим делом справляется лучше всех? Конечно же, Леся, – с улыбкой протянула мне Кира Юрьевна визитку, на которой было начертано имя Винтаев Илья Сергеевич – генеральный директор чего-то там.

– Принято! Переговорю как положено. Только, ничего если сначала быстро в салон смотаюсь? Волосы сильно отрасли, и концы секутся. Вид непрезентабельный, – покрутила я прядь волос в пальцах.

В парикмахерскую я записалась с утра пораньше, когда поняла, что волосы мои плохо прочесываются из-за секущихся концов, и на расческе их остается слишком много из-за этого же.

– В какой еще салон? Никаких салонов! – странно отреагировала Кира Юрьевна и принялась куда-то звонить. – Леночка, привет, дорогая! А ты сегодня сильно занята? Есть окошко для одной очень милой девушки?.. Да, наша… Даже так? Спасибо тебе, дорогая! – радостно поблагодарила она какую-то Леночку и отключилась. – Леся, ты недооцениваешь наш вес в общественной жизни города, как и нашу популярность. Конечно, мы не кичимся этим, но практически во всех сферах услуг у нас есть свои проверенные люди, которые сотрудничают с нами на безвозмездной основе, таким образом внося вклад в наше общее дело. Лена – одна из них, и она ждет тебя, – дальше я получила четкие инструкции, в какой салон-парикмахерскую должна отправиться немедленно, и где из меня должны сделать писаную красавицу. – Ты уже стала лицом нашего фонда, – заявила Кира Юрьевна. – Ну и природную красоту необходимо подчеркивать, – лукаво добавила.

Так и получилось, что еще через полтора часа я выходила из парикмахерской с новой стрижкой на своих довольно длинных волосах. И Лена, с которой мы как-то сразу сошлись, даже идеально выпрямила мне их, что у самой меня редко когда получалось. И теперь они блестели под солнцем, красиво рассыпаясь по моим плечам. Ну а я ловила взгляды прохожих, понимая, что нравлюсь им. И все это здорово поднимало мою самооценку.

До современного офисного здания я добралась без проблем. Находилось оно в самом центре города, и пока шла от остановки, даже получила удовольствие от прогулки. На мое имя, оказывается, был уже заказан пропуск, который мне и вручил торжественно охранник на вертушке проходной.

– Вам на пятый этаж, кабинет номер пятнадцать, – вежливо напутствовал он и не забыл добавить: – Удачи!

А она мне даже очень была нужна, ведь дело предстояло деликатное, а каков этот Илья Сергеевич, к которому шла, понятия не имела. Люди ведь встречаются самые разные. Кто-то ведет себя вежливо, внимательно выслушивает тебя, а потом так же вежливо выставляет за дверь. Другие, напротив, возмущаются от души, а оказываются в итоге куда как сговорчивее и щедрее первых. Ну и моим самым любимым типом человеческой психологии был тот, когда и слушают, и правильно понимают, и не отказывают в помощи. Впрочем, наверное, не только у меня так – любому с таким человеком будет общаться приятно.

– Добрый день! – поприветствовала я секретаршу, войдя в приемную. – Мне назначена встреча с Ильей Сергеевичем.

– Здравствуйте! Как о вас доложить руководителю? – с вежливой улыбкой поинтересовалась девушка.

– Олеся Велесова, благотворительный фон «Моя деревня», – заученно проговорила я.

И почему-то мне нравилось, как звучит фраза «Благотворительный фонд «Моя деревня». Было в ней что-то магнетическое и в то же время ласковое, что само по себе дарило надежду на светлое будущее.

Уже через минуту секретарша вышла из кабинета начальника и позволила мне войти.

– Добрый день! – поздоровалась я с мужчиной, сидящим за массивным столом в не менее массивном крутящемся кресле, который оказался моложе, чем я его почему-то представляла себе.

Винтаеву Илье Сергеевичу на вскидку я бы дала лет тридцать-тридцать пять. И с первого же взгляда на него я не сдержала улыбки. Какие же у него были красивые волосы! Цвета соломы с явным рыжеватым отливом. Пушистые и густые, аж потрогать захотелось. И глаза редкого голубого цвета – ясные, как безоблачное небо, и смотрели на меня открыто и с интересом.

– Что же привело ко мне столь очаровательное сознание? – заговорил первым Илья Сергеевич.

– Очень важное дело! – бодро отозвалась я и смело направилась к его столу через весь кабинет, внушающий легкий трепет своими размерами.

– Ну присаживайтесь тогда, – указал он мне на стул. – И я вас внимательно слушаю.

Я все ловила себя на том, что хочется смотреть на его волосы и не улыбаться получалось с трудом.

– А можно я сначала спрошу вас кое-о-чем? – зашла я немного издалека.

– Вам все можно, – подарил он мне улыбку, чем только дополнительно убедил в своем миролюбии. Иной раз бывало придешь на встречу с крупным бизнесменом, а встречают тебя с такой каменной миной, что не знаешь, как и начать разговор. Тут же мне было легко и приятно находиться, и что-то мне подсказывало, что эта встреча в будущем даст положительный результат.

– Скажите, пожалуйста, где вы родились?

– Вопрос довольно странный, – хмыкнул Илья Сергеевич, – но тайны я из этого не делаю. Родился я в небольшом сибирском городке, который раньше был военным и закрытым. Ужур называется, слышали о таком?

– Нет, не слышала, – тряхнула я уложенными волосами, чувствуя, как по кабинету разнесся приятный шлейф ароматного бальзама. – А ваши родители?

– Родители? – неподдельно удивился он. – Отец мой родился в Монголии, где находился в то время его отец в командировке. А мать – недалеко отсюда, в деревне. А почему вы этим интересуетесь? – снова улыбнулся он.

– Да потому что, сами о том не догадываясь, в глубине души вы житель деревни. Наверное, у вас и бабушка была или есть в деревне?

– Была, но умерла уже давно.

– А на каникулы к ней вы приезжали?

– Да, раз в два года и на все лето…

Я внимательно наблюдала за его лицом, подмечая, как глаза заволокло туманом воспоминаний. Вот он окунулся в детство и снова оказался в той самой деревне. Наверное, и на печи спать приходилось не раз – настоящей деревенской. И дрова колоть, и сено заготавливать на зиму, ну или деду помогать это делать…

 

– А дети у вас есть? – задала я новый вопрос.

– Чего нет, того нет, – рассмеялся Илья Сергеевич. – Пока я даже женой не обзавелся.

– Это не беда, потому что когда-нибудь у вас обязательно будут дети. И если у вашей жены в деревне будут жить и здравствовать родители, то ваши дети станут ездить к ним на летние каникулы, как это когда-то делали вы, ведь так?

– Ну, предположим, – с интересом подался Илья Сергеевич вперед и облокотился на стол.

– А может и не станут… – таинственно и трагично вздохнула я.

– В каком смысле? Хотите сказать, что к тому времени, как у меня появятся дети, потенциальные бабушка с дедом в деревне уже не будут жить? – его губы кривила улыбка, которой на этот раз я не поддалась. Сейчас нужно было оставаться предельно серьезной.

– Хочу сказать, что вряд ли вы найдете жену из деревенских жителей, потому что таких скоро совсем не останется, а все деревни, с их неповторимой русской самобытностью, превратятся в типовые поселки с домами, похожими друг на друга как братья-близнецы, – вспомнила я некстати того мужика, который даже не поблагодарил нас с Потапычем, за то что подвезли его до города.

– Это, конечно, очень печально, но не понимаю, как я могу помешать этому процессу? – сейчас уже и Илья Сергеевич рассуждал серьезно.

– Ну а мы для чего? – решила я, что настал момент подарить ему самую лучезарную из моих улыбок. – Наш фонд для того и существует, чтобы помогать деревням возрождаться из пепла. Но нам очень нужна ваша помощь!

– Моя?

– Ну не только ваша, конечно! Таких вот бизнесменов, как вы, которым ничего не стоит пожертвовать нашему фонду символическую сумму. А если помощь эта будет к тому же носить регулярный характер, то цены вам вообще не будет!

На какое-то время в кабинете повисла тишина, но по лицу Ильи Сергеевича я уже угадала исход нашей встречи.

– Разве я могу отказать в помощи, когда меня так необычно и очаровательно о ней просят, – дрогнули его губы в ласковой улыбке, от которой мне даже немного неудобно стало. Впрочем, несмотря на то что играла роль, в дело наше я верила всей душой, и это могло служить оправданием некоторой неискренности. – С удовольствием стану одним из ваших спонсоров. Или нет, слово это сухое и не очень мне нравится. Пусть будет помощник.

– Да, так намного лучше, – улыбнулась я по-настоящему в первый раз в этом кабинете.

Ну и встреча наша с Ильей Сергеевичем закончилась на самой оптимистичной ноте – я вручила ему наши реквизиты, а он пообещал, что непременно ими воспользуется.