Ее последнее прощай

Tekst
5
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Ее последнее прощай
Ее последнее прощай
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 33,38  26,70 
Ее последнее прощай
Audio
Ее последнее прощай
Audiobook
Czyta Станислав Иванов
17,51 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 9

Офис шерифа располагался рядом с окружной тюрьмой и зданием муниципальной администрации. Убедившись в том, что машина шерифа припаркована неподалеку, Морган открыла стеклянную дверь и вошла в холл. За унылым фасадом из коричневого кирпича скрывался старый и обшарпанный интерьер, лишенный какой-либо привлекательности: начиная от потертого линолеума и заканчивая уродливыми пятнами на потолке. Шериф явно не тратил ни цента, чтобы хоть как-то облагородить помещение.

Морган подошла к стойке информации. Женщина, сидевшая за стойкой, оторвала взгляд от компьютера. Она была довольно пожилой: на вид лет шестьдесят, вся какая-то мягкая, с окрашенными в каштановый цвет волосами.

Однако когда она поднялась и обратилась к Морган, в ее голосе прозвучал тщательно скрываемый металл:

– Чем я могу вам помочь?

Улыбка Морган осталась без ответа.

– Меня зовут Морган Дейн. Я пришла встретиться с шерифом Кингом.

– Вы с ним договаривались о встрече?

– Нет.

Учитывая, что их последний разговор с шерифом получился не слишком приятным, Морган предпочла не предупреждать о своем визите. Вообще, являться неожиданно, без договоренности, было ее коньком. При личной встрече гораздо труднее отделаться от человека.

– Но он знает, кто я такая.

Нарисованные карандашом брови пожилой женщины под очками взметнулись вверх.

– Будьте добры, документ, удостоверяющий личность.

Морган откопала кошелек на дне своей огромной сумки.

Несколько секунд женщина рассматривала ее водительское удостоверение, потом протянула его обратно.

– Подождите здесь.

Она повернулась и удалилась в глубину длинного коридора. За стойкой суетились еще два административных сотрудника, отвечая на звонки и набирая что-то на компьютерах. В местном отделении работа всегда шла полным ходом.

В придачу ко всем полицейским обязанностям шериф отвечал за местную тюрьму, перевозку заключенных и выдачу ордеров на арест. Занимая выборную должность, он был также вынужден придерживаться четких политических взглядов, иначе его могли и не переизбрать на новый срок.

По крайней мере, так поступали почти все шерифы. На Кинга, как оказалось, надавить не так просто. Год назад его управление обвинили в грубости к заключенному. Популярность шерифа резко возросла.

До холла донесся мягкий, но уверенный голос пожилой сотрудницы:

– Я не буду говорить ей, что вас нет. Ваша машина припаркована прямо у входа, и ваш голос она вполне могла услышать.

Слов шерифа было не разобрать, но ворчание из глубины коридора не сулило Морган ничего хорошего. Скорее, это звучало как проклятие.

– Я понимаю, что у вас нет времени. Но не забывайте, что у вас через пару недель перевыборы, – сказала женщина.

Снова послышалось ворчание.

Но ее это, похоже, не смутило.

– Я ее сейчас приведу. Будьте паинькой.

– Вы можете пройти, – сообщила она, возвращаясь и показывая жестом в сторону коридора.

Миновав коридор, Морган вошла в просторный кабинет, уставленный столами с компьютерами. Помощник шерифа говорил по телефону, при этом быстро щелкая по клавиатуре.

Открылась дверь, находящаяся с другой стороны кабинета, и полицейский в форме вывел мужчину в наручниках, в запачканных кровью джинсах и майке.

Ну надо же…

Вот уж не думала Морган, что столкнется тут с Тайлером Грином.

Ее удар локтем изрядно попортил его когда-то красивое лицо. Под обоими глазами красовались фингалы. Распухший нос заклеен пластырем. Из ноздрей торчат ватные тампоны.

Тайлер проследил взглядом за Морган. В глазах его мелькнул недобрый огонек. Морган почувствовала, как быстрее забилось сердце, а пустой желудок вдруг громко заурчал от прилива адреналина.

– Я до тебя еще доберусь, – прошипел он, глядя ей в глаза. Полицейский ткнул его в плечо не самым любезным образом.

Высокий широкоплечий мужчина кинул папку на стол помощника.

Шериф Кинг.

При своем почти двухметровом росте шериф выглядел, как персонаж классического вестерна. Одет он был в джинсы, рыжевато-коричневую рубашку и ковбойские сапоги. Морган знала, что ему немного за пятьдесят, но выглядел он старше, с бесцветной шершавой кожей, как необработанная доска.

– Эй, Грин! – отрывисто произнес шериф. – Прекращай.

Его суровый взгляд остановился на Морган. Указывая на дверь в другом конце кабинета, шериф сказал:

– Сюда, пожалуйста.

Войдя в его кабинет, Морган краем глаза заметила на вешалке форменную шляпу в ковбойском стиле. Правда, ему только лошади не хватает.

Шериф предложил ей занять гостевое кресло, а сам вышел из кабинета.

Морган сняла плащ, повесила его на соседний стул и разгладила юбку, радуясь, что додумалась держать в офисе смену одежды. Никогда не знаешь, где придется допрашивать свидетеля и по какой грязи лазать в поисках улик.

Минуту спустя шериф вернулся с двумя бутылочками воды. Присев на краешек стола, он протянул одну из бутылок Морган.

– Значит, вы Морган Дейн? – спросил он, глядя на неё в упор.

– Да, – ответила она, принимая бутылку. – Спасибо.

Морган пару раз видела шерифа по телевизору и очень много слышала о нем. Он был жестким человеком и таким, собственно, и выглядел. Обветренная кожа вокруг глаз и губ усыпана мелкими морщинами, как будто он постоянно хмурил брови и перекашивал рот. Нос с горбинкой, над бровью шрам. Ее ничуть не смутила его брутальная внешность, а вот в его глазах, осматривающих ее с головы до ног, явно читалось удивление. Это показалось ей странным. В ходе расследования последнего дела она не раз выступала на пресс-конференциях, он не мог ее не видеть.

– Внешность у вас обманчивая, – произнес шериф неуверенно, словно не зная, что с ней делать. – Тайлер Грин вас, видимо, тоже недооценил.

Вспомнив утренний инцидент, Морган вспыхнула.

– У Грина сломан нос. Он жалуется на головную боль, спину ломит – не разогнуться. И я, и мой помощник провели все утро, занимаясь этим Грином, уйма звонков от его адвоката.

При слове адвокат шериф скривился.

– Очередная головная боль.

Я или Тайлер?

Шериф сжал зубы. Всем своим видом он показывал, что Морган тут не место.

– Вам сегодня повезло. Он мог вас убить.

Морган пришлось проглотить все готовые сорваться с губ слова о том, что он сексист проклятый и вообще лезет не в свое дело. Ей ведь надо завоевать его расположение. Если начать с ним бодаться, никакого толку не выйдет.

– Я была не одна.

– Это хорошо.

– И уверяю вас: то, что я сломала Грину нос, вовсе не было несчастным случаем.

В его глазах вновь мелькнуло удивление, которое вскоре сменилось чуть ли не уважением. Обогнув стол, Кинг грузно опустился на стул.

– Я слышал, вы обзавелись собственной вывеской. Решили, что уголовная защита прибыльнее, чем работа в прокуратуре?

– Дело не в деньгах.

Помолчав, Морган продолжала:

– Я из семьи полицейских. Мой брат работает в Департаменте полиции Нью-Йорка. Сестра – следователь в Полицейском управлении Скарлет-Фоллз. Дедушка – отставной детектив по расследованию убийств, а отец погиб при исполнении служебного долга. Я верю в справедливость и буду бороться за нее до конца. Но, боюсь, свой шанс поработать на окружного прокурора я упустила.

Шериф откашлялся. Кажется, прикрываясь рукой, он прятал насмешку?

– Похоже, дорогуша, ты распорядилась этим шансом не хуже, чем Ричард Петти[3].

В голове у Морган зашумело. Неужели он назвал ее дорогушей?

– Итак, чем обязан вашему визиту? – спросил шериф.

– Я представляю интересы Тима Кларка.

Кинг подался вперед. Оперся локтями о стол.

– Против Тима не выдвинуто никаких обвинений. Зачем ему адвокат?

– После того, как в прошлом месяце оказался арестован невиновный человек, Тиму кажется, что вы подозреваете его в причастности к исчезновению его жены.

Кинг провел рукой по лоснящимся щекам.

– Полагаю, Крюгер и Шарп тоже вовлечены в это дело?

Морган кивнула.

– Да. Тим хочет, чтобы его жену нашли.

– Мы делаем все возможное, чтобы найти ее. Поскольку вы из семьи полицейских, вы понимаете, что я не могу вдаваться в детали по поводу хода расследования.

Кинг мог бы поделиться информацией. Но не хотел.

– Мы с вами в одном лагере. Все, чего мы хотим – найти Челси Кларк и вернуть ее семье.

А также защитить интересы Тима.

– Официальное расследование ее исчезновения в самом разгаре, – отчеканил Кинг не терпящим возражений тоном.

– Любая информация, которую вы мне сообщите, могла бы помочь нам. Я знаю, что ваш отдел перегружен. Вы не можете посвятить сто процентов внимания этому расследованию. Шарп и Крюгер – опытные детективы, которые могут позволить себе полностью сосредоточиться на поисках Челси. У вас же не хватает ни сотрудников, ни бюджета.

Кинг долго смотрел на нее, не отвечая. Несмотря на его репутацию хорошего юриста, он был человеком упрямым и высокомерным. Морган не может заставить его сотрудничать. Нужно найти другой подход, но Кинг не из тех, кто даст себя облапошить. Ее аргументы должны быть искренними и убедительными. И не затрагивать ресурсы его отдела. Необходимо вывести его из равновесия, достучаться до него как до человека.

Морган решила воздействовать на то, что мужчины – особенно такие брутальные – обычно плохо контролируют: на эмоции.

 

– Моя младшая была совсем малышкой, когда мужа убили в Ираке.

Кинг несколько раз моргнул.

– Мне очень жаль.

Морган постаралась сделать так, чтобы на ее лице отобразились настоящие чувства.

– Я знаю, каково это – в одиночку растить детей. Знаю, как больно все время напоминать детям об отце, чтобы они его не забыли. Знаю, как трудно рассказывать им снова и снова, почему папочка больше никогда не вернется. Если никто не найдет жену Тима, он даже не сможет ничего толком объяснить детям. Я не хочу, чтобы они жили, не зная, что случилось с их матерью.

В течение двух долгих изнурительных лет она жила словно под темной тучей и только сейчас оправлялась от горя, постепенно обнаруживая, что на небе по-прежнему светит солнце, а она сама ещё жива. Она до сих пор любила Джона и очень скучала по нему, но к ней вдруг пришло осознание того, что он бы рассердился, если бы увидел, что она решила провести остаток жизни в печали.

И ей не следует винить себя за то, что она позволяет себе быть счастливой.

Кинг отвел глаза, ерзая на стуле. Было видно, что ему не по себе. Затем резко встал и принялся шагать по кабинету. С его длинными ногами получалось не больше трех шагов в одну сторону. Он выглядел как хищник, запертый в слишком тесную клетку.

– Я не хочу ставить расследование под угрозу.

– Сколько версий вы уже отработали?

Кинг остановился. Лицо его приняло жесткое выражение.

– Мы с вами прекрасно знаем, что большинство пропавших взрослых людей на самом деле уезжают по доброй воле и со временем находятся сами.

– А у вас ограниченные ресурсы. Я понимаю.

Морган решила использовать против него свой аргумент.

– Уверяю вас, что поиски Челси Кларк – приоритет номер один для нашего отдела.

– Послушайте, шериф. Я не хочу никому переходить дорогу, – сказала Морган, прекрасно понимая, что, если потребуется, она это сделает. – Я понимаю вашу позицию.

Она подвинулась на краешек стула, как будто собираясь уходить.

– Я всегда могу сделать так, чтобы Тима и его двоих детей показали в новостях, и обратиться за помощью к общественности. Пусть пресса вас расспрашивает, насколько далеко вы продвинулись в расследовании.

Таким образом, все узнают, как мало внимания уделяет отдел шерифа этому делу.

Кинг засунул руки в карманы и тяжело вздохнул.

– На данный момент мы не нашли никаких следов преступления.

– Отпечатки пальцев в машине?

Морган снова поглубже уселась на стуле.

– Конечно, проверили. Отпечатки миссис Кларк и еще чьи-то, по базе проверили, совпадений нет.

– Вы ведь отправили отпечатки в местную, региональную и федеральную базу? – спросила Морган.

Наряду с национальной базой ФБР данные собирались и местными агентствами. Обычно эффективнее всего было начинать поиски с местных баз, постепенно расширяя географию.

– Естественно, – ответил шериф, поворачиваясь к Морган. – И сиденье было отрегулировано под рост Челси.

– Как вы думаете, ее похитили или она вышла из машины добровольно?

– Точно неизвестно. Крови в машине не обнаружено. Кошелька тоже не нашли.

– Значит, никаких следов борьбы, – подытожила Морган. – А что вы выяснили по поводу ее мужа?

– Ничего подозрительного в его прошлом мы не нашли. Проверили его телефон, в пятницу вечером он действительно находился там, где утверждал сам Тим.

Кинг присел на край стола.

– Еще мы проверили подругу, с которой Челси собиралась встретиться, а также начальника. С ними тоже все чисто. Похоже, оба встревожены исчезновением Челси.

– А территорию вокруг машины прочесали?

– Мы обошли все вокруг. Ничего. Мои помощники опросили всех местных жителей. Никто ничего не видел. Камеры наблюдения на вокзале показали, что в тот вечер на поезд сели всего два человека. Ни один из них не похож на молодую блондинку.

– А можно нам копию?

– Нет.

Морган открыла было рот, чтобы возразить, но шериф остановил ее, подняв руку.

– Но я позволю вам взглянуть на запись здесь, – сказал он.

– Спасибо, – ответила Морган.

Если бы Тима арестовали, предъявив ему обвинение в похищении жены, у Морган как у адвоката появился бы доступ ко всем материалам расследования. А без формального обвинения ей приходилось довольствоваться теми крохами информации, которыми милостиво делился с ней шериф.

– Надеюсь, вы внесли Челси в NCIC?[4]

Национальный центр криминальной информации представлял собой базу данных ФБР, объединяющую всю информацию об уголовных происшествиях, начиная со случаев дезертирства и заканчивая украденным имуществом и пропажей людей. Если вдруг где-то обнаружится тело или недееспособный человек, подходящий под описание Челси, правоохранительные органы будут в курсе, что она разыскивается.

– Да.

– Проверили, не было ли в последнее время похожих случаев?

Шериф поднял руку.

– Конечно, проверил. Но мы почти ничего не знаем об обстоятельствах исчезновения Челси. У нас нет никаких доказательств того, что было совершено преступление.

– Тим сказал, вы привозили собаку.

– Да. Но собака не смогла взять след, поэтому Челси, скорее всего, уехала оттуда на машине.

– Мы вообще не знаем, была ли она там. Если Челси похитили, ее могли отвезти куда угодно, а машину бросить потом у станции.

– Или же Челси пересела к кому-нибудь в машину, – добавил Кинг. – Уйти от семьи – не преступление.

– Почему вы решили, что Челси могла бросить семью? У нее двое детей.

Не успев произнести эти слова, Морган уже поняла слабость такого аргумента. Люди постоянно совершают необъяснимые поступки.

Ужасные, жуткие поступки, которые нормальному человеку даже не представить.

– Супруг признался, что жене было очень тяжело со вторым ребенком, и что он сам ей не очень помогал. Я разговаривал с ее родителями, которые живут в Колорадо. Оба подтвердили, что их дочь чувствовала себя совершенно вымотанной и часто плакала, когда звонила им. А лучшая подруга Челси, Фиона Вест, нарисовала мне совсем не такую радужную картинку брака Челси и Тима, какой представлял ее сам Тим.

Фиона занимала верхнюю строчку в списке людей, с которыми Морган собиралась побеседовать. Сомнения в невиновности Тима не давали ей покоя.

– Понимаю, вам как преданной матери трудно представить себе, что женщина может оставить своих детей, – произнес шериф более мягко. – Но такое случается.

Морган без труда могла представить себе и не такие вещи, которые матери делают со своими детьми. Ей доводилось привлекать к ответственности настоящих матерей-монстров. По спине пробежала дрожь, стоило ей вспомнить подробности некоторых особо зверских случаев.

– Вы правы. Не всем женщинам присущ материнский инстинкт.

– Челси чувствовала себя изможденной и недооцененной, – продолжал шериф. – Возможно, она хотела немного передохнуть, а также проучить Тима.

– Будем надеяться, что так оно и есть.

Морган допила воду, смяла пустую бутылку и встала.

– Больше всего мне хочется увидеть ее живой и невредимой.

– Прежде чем вы уйдете, я попрошу кого-нибудь из сотрудников включить для вас записи с камер наблюдения. Это не займет много времени. Там почти ничего не происходит, можно перемотать пленку.

Наклонившись вперед, шериф отодвинул шарф на шее Морган. Его брови взметнулись, а уголки рта опустились вниз.

– Это он вас так сегодня утром?

– Выглядит страшнее, чем есть на самом деле. – Морган повернулась к двери. – Спасибо за помощь. Я позвоню вам, если мы что-нибудь выясним.

– И я, соответственно, тоже, – кивнул Кинг. – И поосторожнее. Будет обидно, если кто-нибудь свернет такую хорошенькую шейку.

Глава 10

– Ты уверена, что хочешь этим заняться? – спросил Ланс, огибая письменный стол в домашнем офисе матери и целуя ее в щеку.

– Конечно, – ответила мама, отправляя компьютер в сон и поворачиваясь на стуле, чтобы видеть лицо сына. – Я рада, что могу быть полезной.

Чем она таким занималась, что пожелала это скрыть?

Добыв файл, Ланс засомневался. Не окажется ли это слишком большим стрессом для нее? Улыбка на ее лице совершенно не соответствовала выражению глаз. Она заложила за ухо прядь седых волос. Неужели она еще больше похудела? Вроде бы дальше уже некуда. Поскольку Ланс видел ее каждый день, ему трудно было заметить мельчайшие изменения, и сегодня он никак не мог понять, что не так.

Она отводила взгляд. Голубые глаза ее были светлее, чем обычно, щеки покрывал непривычный румянец, а попытка улыбнуться казалась особенно натужной.

Ланс обвел взглядом чистую комнату.

– Сегодня никаких коробок?

Современные возможности онлайн-покупок стали настоящим подарком для страдающих агорафобией людей. Ланс заключил с мамой договор. Она каждый день заказывала вещи, которые не были ей нужны. Если она хотела оставить покупку, она должна была взамен избавиться от какой-нибудь вещи примерно такого же размера. Остальное Ланс возвращал продавцу или раздаривал. Система несколько странная, но позволяющая сохранить квартиру Дженнифер Крюгер в относительном порядке и чистоте.

Ланс ни за что не позволил бы ей снова жить, как в ловушке.

– Нет.

Она взяла папку из рук Ланса и снова отвернулась.

Странно.

Может быть, у него уже развивается паранойя. Не удивительно, он столько внимания уделяет ее поведению.

– Расскажи мне об этом деле, – попросила мама, кутаясь в теплую кофту.

Ланс снова засомневался. Исчезновение Челси вызвало у него болезненные воспоминания. А как повлияет схожесть ситуаций на его мать? В течение долгих лет после исчезновения отца мама постепенно закрывалась в своей скорлупе. Ее мир стал самодостаточным, но при этом очень хрупким.

– Мы кое-кого ищем, – начал Ланс осторожно. – И нам надо тщательно проверить людей из списка, а еще нам нужна твоя помощь с тем, чтобы изучить данные, изъятые из компьютера и телефона пропавшей женщины.

Он положил флешку Тима на стол.

Мама пробежала глазами первую страницу списка подозреваемых.

– Речь ведь идет о той молодой матери, которая внезапно исчезла?

Черт.

– Ты слышала о ней? – спросил Ланс.

– О ней рассказывали в новостях, – ответила мама, перелистывая страницу.

Она вела онлайн-курсы компьютерной грамотности и помогала с технической поддержкой сайтов. Поскольку на улицу мама Ланса выходила только для того, чтобы встретиться со своим психотерапевтом, можно было с уверенностью утверждать, что Дженнифер Крюгер буквально жила в Сети. Об исчезновении Челси говорили не так много, но от мамы эта история не ускользнула.

– Наверное, мне самому лучше проверить прошлое подозреваемых, – произнес Ланс.

– Нет.

Мама решительно положила руку на папку, как будто Ланс собирался ее стащить.

– Хочешь, чтобы я досконально проверила ее мужа?

За хрупким психическим состоянием матери скрывался блестящий интеллект. Она знала, что Тима обязательно будут рассматривать в качестве подозреваемого, несмотря на то, что он сам обратился в сыскное агентство.

– Да, – ответил Ланс.

– Здравствуй, Дженнифер, – сказала Морган, входя в комнату. Она пришла вместе с Лансом, но сразу отправилась на кухню разобрать сумки. Пользуясь случаем, они решили пополнить мамины запасы еды.

Лицо мамы Ланса просияло, как новогодняя елка. Надо бы с ней поговорить. У нее явно завышенные ожидания по поводу их с Морган отношений.

Разве сможет он когда-нибудь жить нормальной жизнью? Ведь реакцию мамы невозможно предсказать.

Черт возьми.

Не стоило их знакомить. Он хотел как лучше. Морган могла стать для мамы еще одним человеком, с которым можно поговорить, помимо него самого, Шарпа и доставщика товаров.

Теперь же, если у них с Морган ничего не получится, мама будет разочарована. Кто знает, как она отреагирует в такой ситуации? А если, наоборот, сбудется ее мечта и у нее появятся внуки, вдруг все будет не так, как она себе представляла? И сможет ли она вообще справляться с внуками?

И почему он сейчас думает о маминых внуках?

Ланс внезапно почувствовал, что вспотел, и оттянул ворот футболки. Комната показалась такой маленькой. У Морган ведь уже трое детей.

Трое.

Каждый день, двадцать четыре часа в сутки, ей приходится бороться за то, чтобы достойно воспитать их. Захочет ли она еще малыша? Почему он вообще об этом думает?

 

Мама Ланса встала, облокотившись на стол, и дотронулась до руки Морган. Это нельзя было назвать объятием, но за последние годы такого близкого физического контакта мама не позволяла себе ни с кем, кроме Ланса и Шарпа.

Морган пожала ей руку в ответ, как обычно, позволяя Дженнифер самой установить границы допустимого.

– Надеюсь, вы не возражаете: я поставила кофе, а еще мы принесли яблочный пирог.

Мама расплылась в улыбке.

– Конечно, не возражаю. Обожаю пирог.

Это, по крайней мере, было чистой правдой.

Усаживаясь обратно в кресло, мама помахала перед собой папкой.

– Тут всего лишь список имен. Расскажите мне подробнее об этом расследовании. Неужели Челси Кларк действительно просто растворилась в воздухе?

Как его отец.

– У нас пока недостаточно информации, – с улыбкой ответила Морган.

Мама Ланса мрачно кивнула.

– Кому положить пирога? – Морган обеспокоенно взглянула на Ланса. – И вообще, может быть, поговорим на кухне?

За двадцать минут Морган и Ланс ввели маму в курс дела. Она съела большой кусок пирога, что несколько успокоило Ланса. Обычно от волнения она совсем теряла аппетит. То, что она ест – хороший знак.

– Ты точно не против проверить этих людей? – снова спросил он маму.

– С удовольствием сделаю это. А то я уже заскучала.

Мама проводила их до дверей. Поцеловала Ланса на прощание.

Выйдя из дома, Ланс постоял на крыльце, глядя на закрытую дверь. Потом достал из кармана телефон и позвонил Шарпу.

– Вы можете навестить мою маму?

– Сегодня вечером? – уточнил Шарп.

– Ничего срочного, – произнес Ланс, снова оглядываясь на дом.

– Но…

– С ней, кажется, что-то… не так.

Лансу хотелось, чтобы Шарп взглянул на маму сторонним взглядом. Шарп не такой параноик.

– Заеду, без проблем, – ответил Шарп.

– Спасибо, – закончил разговор Ланс.

Он тоже собирался еще раз проверить маму чуть позже.

– Что случилось? – поинтересовалась Морган.

– Не знаю. Может быть, ничего.

Смутное беспокойство сжало горло Ланса.

– По-моему, она выглядела довольной. С аппетитом уплетала пирог.

– Знаю, – произнес Ланс, направляясь к машине.

– Но ты боишься, что этот случай напомнит ей о твоем отце, – сказала Морган, которая шла на полшага позади него.

– Да, – согласился Ланс. Хотя мама показалась ему странной еще до того, как он рассказал о Челси.

– Хочешь остаться с ней? Я могу сама побеседовать с Фионой.

Ланс взглянул на Морган. Шарф скрывал синяки на ее шее, но Ланс знал, что они там есть и становятся темнее с каждым часом. После сегодняшнего происшествия он предпочитал, чтобы Морган все время была рядом. Умом он понимал, что Тайлер Грин находится под надежной охраной, но чувства к Морган мешали ему мыслить рационально.

– Нет, – сказал он. – Я просто заеду к ней еще раз вечером, чтобы убедиться, что она в порядке.

Они сели в джип, и Морган продиктовала адрес Фионы Вест. Затем пристегнула ремень.

– А ты что чувствуешь, расследуя дело, настолько похожее на исчезновение твоего отца?

Сначала Ланс хотел проигнорировать ее вопрос, но потом передумал.

– Я точно знаю, что сейчас чувствует Тим.

– Не сомневаюсь.

Ланс выехал на шоссе в сторону города.

– Я до сих пор не открывал папку Шарпа с делом моего отца.

Несколько недель назад Шарп передал Лансу всю информацию по делу об исчезновении его отца на случай, если Ланс захочет ознакомиться с подробностями расследования.

Морган молча взяла его за руку.

– Боюсь, что оно меня затянет, – произнес Ланс. – Или мама каким-то образом догадается, а ей не нужно снова вспоминать о тех годах.

– Тебе известны какие-нибудь детали?

Ланс вздохнул.

– Только основная информация. Мне было всего десять лет, когда это произошло. Шарп говорил только то, что, по его мнению, не могло причинить мне вреда. И, честно говоря, информации было мало. Почти никаких зацепок. В то время не было мобильных телефонов, не было камер наблюдения повсюду, не было систем E-ZPass[5] и GPS. В девяностые люди все еще расплачивались наличными.

– Тогда зачем тебе сейчас копаться в этом деле? – спросила Морган. – Может быть, там была ДНК или другие физические доказательства, которые можно было бы более тщательно проанализировать при помощи современных технологий?

– Не думаю.

Ее пальцы сжали его руку.

– Шарп – отличный детектив, и ты говоришь, что он расследовал случай с твоим отцом на протяжении нескольких лет. Вряд ли он мог что-то упустить.

– Знаю.

А на самом деле?

Ланс не мог сказать наверняка, не изучив материалов.

– В любом случае, улик теперь будет меньше. Воспоминания со временем тускнеют. Люди уходят с работы. Двадцать три года – большой срок.

– Ты права.

Но как он будет жить дальше, если даже не попробует?

Чтобы избавиться от чувства неловкости, Ланс перевел разговор на поиски Челси:

– Расскажи мне о Фионе.

Морган открыла папку.

– Фионе двадцать шесть лет. Она работает инструктором по фитнесу и тренером по йоге. Всю жизнь живет в Скарлет-Фоллз. Мы еще не проверяли досконально ее прошлое, но шериф говорит, что в ее истории нет ничего подозрительного. Кинг оказался не самым обходительным представителем правоохранительных органов. Не сомневаюсь в том, что он утаил от нас часть информации, но вряд ли в чем-то соврал.

– Верно, – согласился Ланс. – Кинг человек своенравный и скрытный, но со мной он всегда вел честную игру.

Пару минут спустя они подъехали к дому, где жила Фиона, – безликому кирпичному зданию – и припарковались у входа. Поскольку Морган заранее договорилась о встрече по телефону, Фиона была дома и ждала их.

Не успели они постучать, как Фиона тут же открыла дверь.

– Заходите.

Морган и Ланс огляделись: квадратная квартира, с маленькой кухней, объединенной с гостиной. Узкий коридор, по всей видимости, ведет в единственную комнату и ванную. Через стеклянную балконную дверь виден крошечный внутренний дворик, а позади него парковка. Да, вид из окна довольно унылый.

Фиону можно описать одним словом: милашка. Одетая в легинсы и просторную рубашку, она выглядела миниатюрной, подтянутой и самоуверенной шатенкой с короткими вьющимися волосами и большими карими глазами.

Предложив им кофе, от которого они отказались, Фиона села на диван в позе лотоса, так сильно подогнув ноги, что у Ланса от одного взгляда на нее заболели колени.

Морган устроилась на диване рядом с Фионой, а Ланс осторожно присел на современный дизайнерский металлический стул, который выглядел так, словно мог в любую минуту захлопнуться.

– Как вы познакомились с Челси? – начала Морган.

Фиона поменяла положение тела. Теперь она сидел, прижав колени к груди.

– В студии йоги. Я работаю там несколько вечеров в неделю.

Ланс подался вперед.

– Как часто Челси посещала занятия?

– До рождения Уильяма она ходила три раза в неделю. Она здорово продвинулась. Ну а потом начался полный хаос.

– С детишками полно забот, – сочувственно произнесла Морган. – А с Уильямом, я слышала, особенно не просто.

Фиона поджала губы.

– Особенно когда твой муж даже не пытается помогать. Не понимаю, как Челси с этим мирилась. Ей приходилось все делать самой.

Морган склонила голову набок и кивнула.

Возможно, Тим не сильно помогал с малышом, но он ходил на работу и оплачивал все счета. Ланс не пытался спорить. Он с решительным видом сохранял молчание. Споры со свидетелем – не лучший способ получения ценной информации.

Голос Фионы стал резким от бушующего внутри гнева:

– Я заходила к ней пару раз в неделю. Она все время плакала. Мне кажется, что она страдала послеродовой депрессией.

– Вы с ней об этом говорили? – спросила Морган.

Фиона кивнула. В глазах у нее стояли слезы. Она достала салфетку из коробки, стоящей на кофейном столике, и высморкалась.

– Говорила. Я пыталась уговорить ее обратиться к психиатру. А она отвечала, что ей просто надо выспаться. В защиту Тима можно сказать, что малыш наотрез отказывался от бутылочки, а Челси не хотела его переучивать. Каждый раз уступала. С детьми она совершенно не умеет проявлять твердость. Я продолжала убеждать ее, что ей надо почаще уходить из дома, тогда Уильям быстрее привыкнет, да и Тим сможет брать больше ответственности на себя.

Фиона прижала салфетку к губам.

– Вы не думаете, что Тим может быть причастен к ее исчезновению? – спросил Ланс.

Фиона в ужасе подняла глаза.

– Нет! Боже мой, конечно, нет. Я ничего такого не имела в виду. Тим отличный парень. Просто немного беспомощный и, если честно, нытик.

Морган немного подалась вперед.

– Фиона, мне очень неловко задавать вам этот вопрос, но я обязана это сделать.

– Какой? – Глаза Фионы округлились.

– Как вы думаете, существует хоть малейшая вероятность, что Челси была настолько удручена, что решила взять тайм-аут?

– То есть вы хотите сказать, что Челси могла бросить свою семью? – спросила Фиона.

– Да, – кивнула Морган. – Мы должны быть максимально объективными, нельзя исключать никакие варианты.

Фиона решительно покачала головой.

– Нет. Такого не может быть. Челси безумно любит своих детей. Она бы ни за что не оставила их.

– А Тима? Могла она уйти от Тима? – спросила Морган.

– Не думаю. – Теперь Фиона уже не выглядела такой уверенной. – Она ему все прощает. «Тим каждый день работает. Тим устает. У него такой хороший контакт с Беллой». И всякое такое. Хотя она признает, что он почти не помогает. В любом случае, даже если Челси была ужасно зла на Тима, она бы никогда не бросила детей.

Морган кивнула:

– Похоже, она прекрасная жена и мать.

– Это правда, – всхлипнула Фиона.

– Но сейчас они с Тимом переживают трудный период, – заметила Морган.

– Дело не только в трудном периоде, – покачала головой Фиона. – Проблемы у них возникли уже давно.

3Известный американский гонщик, семикратный чемпион серии NASCAR. Несмотря на множество побед, проиграл свою главную и запоминающуюся гонку: в результате долгой борьбы машина Петти врезалась в стену и заглохла, завести двигатель он не смог.
4Национальный центр криминальной информации.
5Электронная система сбора платы за проезд, используемая на большинстве платных дорог, мостов и туннелей на Среднем Западе и Востоке США, на юге до Флориды и на западе до Иллинойса.