3 książki za 35 oszczędź od 50%

Обжигающая тишина

Tekst
15
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Обжигающая тишина
Обжигающая тишина
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 50,55  40,44 
Обжигающая тишина
Audio
Обжигающая тишина
Audiobook
Czyta Наталия Урбанская
26,02 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Я выхожу из автомобиля и кричу в освещенное окно, где видела Адама за письменным столом.

– Адам! Ты меня слышишь?

Нет ответа. Он и не может ничего услышать через двойные рамы. Я оглядываюсь по сторонам: никого. Все тихо.

– Ладно, – говорю я и наклоняюсь в салон. – Оставайся здесь, но я запру тебя в автомобиле.

Девочка продолжает молчать, упрямо выставив подбородок.

– Я буду вон за тем окном, – я указываю на офис Адама. – Полицейские смогут видеть тебя оттуда.

Никакой реакции. Я поспешно снимаю куртку.

– Вот, набрось на плечи, чтобы тебе было тепло.

Она не берет куртку, и я оставляю ее на сиденье водителя рядом с Куинн. Устанавливаю замок защиты от детей, закрываю и запираю двери. Моя система безопасности работает со сбоями; если я активирую «детский замок», то даже пассажирскую дверь нельзя открыть изнутри. Мне не по себе от того, что приходится запирать девочку в машине, но я не знаю, что еще можно сделать. Я не могу силком тащить ее в участок и не могу рисковать ее побегом.

Я торопливо иду по дорожке и внушаю себе, что скоро вернусь и что все полицейские окажутся на месте.

Глава 6

Куинн крепко прижимала к животу свой школьный рюкзачок. Ей отчаянно хотелось не верить Рэйчел. Ей хотелось ненавидеть Рэйчел. Хотелось, чтобы она пропала. Что не было всех ужасных вещей, которые произошли с ней за последние полгода. Она хотела вернуть маму и папу. Она чувствовала себя так, как будто в горло запихали старый носок, и глупые слезы снова подступали к глазам.

Она лягнула каблуком основание кресла, пытаясь остановить слезы. Но они все равно жгли ей глаза изнутри. Она сунула куртку Рэйчел себе под нос. Куртка была мягкой, пушистой, и от нее слабо пахло тетиными духами. Еще там была кровь после того, как Куинн рассекла ей бровь пряжкой рюкзака. Она сильнее заколотила пяткой, глядя на тетю, легко бежавшую по дорожке и по бетонному крыльцу полицейского участка.

Канадский флаг развевался на ветру над зданием участка. Белые патрульные машины и полицейские внедорожники с красно-белыми полосами аккуратными косыми рядами стояли на площадке. За домом высоко над плещущим флагом темным пятном поднималась в небо вершина Медвежьей горы. Куинн видела теплые желтые огоньки ресторана «Тандерберд-Лодж» и причал канатной дороги наверху. Высоко над горными пиками переливались зеленовато-желтые полотнища северного сияния, отчего ледники казались призрачно-белыми.

Пока она ждала, окна автомобиля начали затуманиваться от дыхания. Куинн ближе подтянула к себе тетину куртку. Улица была темной и пустой, сухие листья проносились по мостовой.

Все они лгуны. Она не собиралась верить им. Нет, и точка.

Куинн сжала руку в кулак и протерла маленькую дырку в туманном стекле. Тогда она увидела это: блестящий черный мотоцикл, водителя в черном шлеме и куртке, наблюдавшего с другой стороны улицы, облачка дыма из выхлопной трубы.

Ее сердце дрогнуло. Это он. Она была уверена в этом.

Охваченная волнением, она протерла ладонью более крупную дыру и наклонилась вперед.

Мужчина. Его тень.

Она не боялась его.

Он ей понравился; он помог ей почувствовать себя особенной, как будто она имела ангела-хранителя. Возможно, ее мать призвала его с небес охранять ее – как в той книге, которую она читала, где ангелы были темными красавцами с татуировками, которые присматривали за одинокими девочками.

Тупая Мисси Седжфилд, Эбигейл Уинстерс и другие проболтались о том, что видели, как он последовал за ней в лесу, и насмехались над тем, что он купил ей сладости. Мотоцикл почти исчез за туманом от дыхания Куинн, поэтому она быстро протерла стекло. Он оставался на месте.

«Это будет наш секрет, ладно?»

Теперь Куинн было стыдно, что она ввязалась в драку. Это заставило его выйти из тени и помочь ей, и тогда все увидели его. А теперь ее тетя будет болтать в полицейском участке. Рэйчел собиралась отпугнуть его. Мисси рассказала директору, миссис Дэвенпорт, о его черной куртке и черных волосах. Но они не видели татуировку у него на шее; Куинн была вполне уверена в этом. Когда он присел на корточки и обратился к ней, девчонки уже бежали к школе. У него на шее была татуировка маленького кижуча. Она знала это, поскольку хорошо разбиралась в лососевых рыбах и видела индейские рисунки и резные изображения кижуча. Он сказал ей, что у самцов вырастают агрессивно изогнутые зубы, когда они поднимаются по рекам на нерестовые угодья.

Девочки сказали миссис Дэвенпорт, что он был страшным на вид.

Но они лгали. Его глаза были темно-синими, а его улыбка была лучшей на свете. А теперь Рэйчел и полицейские собирались прогнать его. Куинн провертела еще одну дырку в тумане. Он по-прежнему был там и наблюдал за ней. Она почувствовала теплоту в груди, от которой сжималось сердце. Ей нужно сохранить этот секрет. Друг… тайный друг.

«Это будет наш секрет, ладно?»

* * *

Молодая женщина с копной темных кудрей открывает дверь за приемной стойкой, защищенной пуленепробиваемым стеклом. На ее именной табличке написано «Констебль Пирелло». Она меряет меня взглядом с непроницаемым выражением на лице. Типичный коп.

– Сюда, пожалуйста. – Она проводит меня в некую камеру с металлическими столами между пластиковыми перегородками. Стены и ковровые покрытия выдержаны в серых тонах. Сейчас внутри находится лишь один сотрудник; остальные столы стоят пустыми.

– Прошу вас, присядьте вот здесь. Вам принести воды? Можете рассказать, что случилось? – Она смотрит мне в лицо.

Я вытираю лоб, и мои пальцы липнут от крови, оставшейся после удара Куинн. С некоторым потрясением я понимаю, что выгляжу как жертва разбойного нападения. Я с головы до ног покрыта серой ледниковой пылью, волосы спутаны в бесформенную массу, на лице кровь.

– Ничего страшного. – Я смотрю на кровь у себя на руке. – Я спустилась с горы на мотовездеходе и очень спешила попасть в школу. У моей племянницы возникли… неприятности.

Женщина приподнимает левую бровь и смотрит на меня широко распахнутыми фиалковыми глазами.

– Ударилась головой при старте новой канатной гондолы, – объясняю я. – Со мной все в порядке. Я хочу поговорить с Адамом.

– Вы имеете в виду констебля Лефлера, заместителя начальника?

Теперь я понимаю, что она говорит с французским акцентом.

– Мы старые знакомые. Я знаю, что он здесь, поскольку видела его за окном.

Что-то мелькает в ее взгляде. Она отодвигает стул от ближайшего стола.

– Пожалуйста, подождите здесь.

Я остаюсь стоять, пока констебль Пирелло уходит по коридору. Несмотря на тяжелый оружейный ремень и бронежилет, ей удается придавать своей походке чрезмерно уверенный, даже соблазнительный вид. Я невзлюбила ее с первого взгляда.

Она возвращается по коридору вместе с Адамом. Пирелло тихо беседует с ним на ходу. Он поднимает голову и слегка вздрагивает при виде меня.

– Рэйчел, – он быстро подходит ко мне, – что происходит? Что случилось?

– Я ехала с горы на мотовездеходе и ушибла голову. Адам, мы можем поговорить наедине?

Он колеблется и смотрит на Пирелло.

– Это насчет инцидента с твоей племянницей в начальной школе?

– Да… отчасти.

– Это констебль Энни Пирелло, – говорит Адам. – Ее недавно перевели к нам из Монреаля. Она приняла вызов из школы, поэтому будет лучше, если она услышит все, что ты хочешь рассказать.

Пирелло снова бесстрастно глядит на меня своими фиалковыми глазами. Настороженная и внезапно раздраженная, я откашливаюсь и смотрю в сторону его кабинета в дальнем конце коридора. Пожалуй, будет разумнее дать задний ход.

– Прекрасно, – говорю я. – Меня интересует, выдвинул ли кто-то из родителей обвинение против моей племянницы или написал жалобу. Не знаю, что обычно происходит в таких случаях.

– На данный момент нет никаких обвинений, – говорит Пирелло. У нее забавная маленькая щель между передними зубами, которая странным образом тоже добавляет ей сексуальности. По какой-то причине это еще сильнее раздражает меня.

Я утираю рукавом кровь со лба.

– Девочки рассказали, почему началась драка?

– Никто из них не захотел говорить. – Пирелло удерживает мой взгляд, как будто ждет, что я проговорюсь и сообщу ей какую-нибудь полезную информацию.

– Насколько я понимаю, на школьной территории появился мужчина, который прекратил драку, – решительно говорю я.

Пирелло кивает, но хранит осторожное молчание.

– Судя по всему, девочки рассказали директору, что этот мужчина наблюдал за моей племянницей во время перерыва на ленч возле бейсбольного поля. Миссис Дэвенпорт говорила вам об этом?

– Да.

Мое раздражение возрастает.

– И она сказала вам, что он следовал за ней до ближайшего магазина, где купил ей сладости?

– Все верно.

– Так что же случилось? – требовательно спрашиваю я. – Вы выяснили, кто он такой? Чего он хочет?

– У нас есть общее описание от девочек и двух учительниц, но ваша племянница не подтверждает их версию событий. Если она может что-то добавить, то наверное…

– Я хочу узнать от вас, кто он такой, – отрезаю я. – Он… он известен полиции? Может быть, он опасен?

Я замечаю, что Адам странно смотрит на меня.

– Мы не знаем, кто он такой, мэм, – говорит Пирелло. – Возможно, это просто добрый самаритянин, который решил вмешаться, когда увидел школьную ссору.

– Тогда почему он не дождался прихода учительниц?

– Мы еще не знаем, Рэйчел, – вмешивается Адам. – Мы опросили ближайших соседей и поговорили с продавцом из магазина. Пока нам удалось выяснить, что его рост примерно шесть футов и два дюйма и у него темные, довольно длинные волосы. Смуглое лицо. Он носит кожаную куртку и ездит на мотоцикле.

На мотоцикле.

– Куинн Маклин упоминала о чем-то еще? – спрашивает Пирелло.

Странное неприятие, близкое к отвращению овладевает мной, когда я слышу, как эта полицейская произносит фамилию моей племянницы и моей погибшей сестры. Вместе с этим приходит острый укол страха от того, что эта Пирелло может покопаться в деле и выяснить, что Куинн родилась от опасного преступника.

 

Мне совсем не нужно, чтобы копы – или кто-либо еще в городе – установили связь между Джебом и Куинн. Внезапно я чувствую себя пойманной в ловушку. Все происходит слишком быстро, и у меня не хватает времени на размышления. Я хватаюсь за край стола от усталости и головокружения.

Адам прикасается к моей руке.

– Рэйчел, ты уверена, что с тобой все в порядке? Тебе что-нибудь принести?

Я поднимаю руку.

– Все нормально. И нет, Куинн не хочет мне ничего рассказывать. Ей приходится очень тяжело после смерти родителей, и мы стараемся как-то пережить это. Я… я просто беспокоилась. Насчет потенциальных обвинений и особенно насчет личности этого мужчины. Мне пора идти; Куинн ждет меня в автомобиле.

Пирелло и Адам обмениваются быстрым взглядом.

– Если она что-нибудь упомянет, – начинает Пирелло.

– Я обязательно позвоню. Спасибо.

Я направляюсь к выходу, совсем не уверенная в том, что делаю, но интуиция подсказывает мне держать рот на замке. Если Куинн узнает от кого-то из города, что ее отца считают убийцей и насильником, это окончательно разобьет ей сердце.

Адам догоняет меня. Он берет меня под локоть и протягивает руку, чтобы открыть дверь, ведущую в приемную.

– Не беспокойся, – тихо говорит он. – Мы будем присматривать за этим парнем. После Дня благодарения я выставлю полицейский патруль рядом со школой. – Он мнется и смотрит мне в глаза. – Ты уверена, что больше ничего не хочешь сказать?

Ага. Теперь, когда Пирелло нет рядом, ты хочешь поговорить.

Я твердо выдерживаю его взгляд.

– Нет.

Между нами возникает безмолвная связь: общее понимание того, что Джеб находится на свободе. Мы оба думаем об этом.

– Сегодня я испугалась, Адам, вот и все. Мне следовало находиться рядом с Куинн, когда позвонили из школы. – Я тихо фыркаю. – Я до сих пор учусь быть матерью восьмилетней девочки, которая не хочет видеть меня в своей жизни.

– Вам обеим нужно прийти к нам на ужин. Я поговорю с Лили, и она позвонит тебе. Она великолепно управляется с детьми. Мы будем рады видеть тебя и Куинн у нас дома.

– Да. – Я выдавливаю улыбку. – Вы с Лили отлично постарались: двое замечательных мальчиков. Настоящая семья. Она счастливая женщина.

Я не могу скрыть легкой горечи в голосе. Дело не в том, что я завидую Адаму; дело в том, что мне не удалось осуществить эту мечту с Трэем.

В его глазах брезжит понимание. Я делаю шаг вперед, но он вдруг говорит:

– Ты беспокоишься, что это он, да? Поэтому ты приехала.

Я оглядываюсь через плечо. Энни Пирелло смотрит на нас. Пронзительный, оценивающий взгляд. Впечатляющая женщина.

Я отворачиваюсь и смотрю через стеклянные двери участка на мой автомобиль, припаркованный на стоянке. Темная фигурка Куинн сидит за туманным стеклом.

– Что, если он вернется? – тихо спрашиваю я. – Мы можем помешать ему?

– Приговор Каллена был отменен. Как и любой свободный человек, он волен ездить, куда захочет. Сотрудники правопорядка не контролируют его передвижения. Но ему нет причины возвращаться сюда.

– Как насчет земельного участка на Вулф-Ривер, унаследованного от его матери?

– Там сплошная разруха. Для него ничего не осталось. Он будет безумцем, если попытается обосноваться и работать здесь. Его не любят в Сноу-Крик, Рэйчел, и он хорошо знает об этом. То, что он сотворил с этими девушками… да люди распнут его, если он вернется. Здесь накопилась масса остаточного гнева, и черт знает, что может случиться, если он сунется сюда. Я не уверен, что смогу управлять ситуацией.

– Что если он жаждет возмездия за то, что мы дали показания против него? Знаешь, как тот преступник, который вернулся за своим адвокатом в фильме «Мыс страха»?

Адам медлит с ответом.

– Думаешь, он может прийти за твоей племянницей, чтобы добраться до тебя? В этом все дело? Думаешь, он может явиться за нашими детьми, чтобы запугать нас?

Я покусываю нижнюю губу. Глубоко внутри – даже сейчас, несмотря на мою предубежденность к Джебу, несмотря на судебные доказательства и мои собственные страхи, – я не могу до конца поверить, что он способен на такое. Когда речь идет о Джебе, я не могу ясно мыслить. Трэй говорил, что со мной что-то не так, что я становлюсь больной на всю голову, когда дело доходит до Джеба. Возможно, он прав.

На лице Адама появляется суровое выражение.

– Послушай, если Каллен посмеет сунуть нос в этот город, мы слетимся к нему, как мухи на дерьмо. Один неверный шаг – а он оступится, можешь мне поверить, – и мы пригвоздим его к позорному столбу. Тогда он навсегда вернется в Кент. Я не позволю, чтобы усилия моей матери были спущены в унитаз. Она арестовала его по всем правилам. Это не ее ошибка, и ее коллеги тоже ни в чем не виноваты.

Я удерживаю его взгляд и ощущаю недоверие и подозрительность Адама. Он не знает, как толковать мое нынешнее поведение, он не может залезть мне в голову, и это нервирует его.

– Спасибо, Адам.

Я выхожу в приемную и распахиваю стеклянную дверь, ведущую на крыльцо. Холодный ветер ударяет мне в лицо.

– Если увидишь его, скажи мне, – говорит он мне в спину. Я оборачиваюсь.

– А ты думаешь, я могу поступить иначе?

Он сталкивается с моим взглядом, и я опять чувствую его недоверие. Когда стеклянная дверь захлопывается за мной и я поспешно иду к автомобилю, то ощущаю на себе взгляд Адама. Я догадываюсь о его желании, чтобы незнакомец оказался Джебом, а я смогла бы обвинить его в чем-то серьезном. Он страстно желает арестовать Джеба и снова упрятать его за решетку, чтобы исправить несправедливость, когда преступник, арестованный его матерью, был выпущен из тюрьмы на основе технических формальностей. Если Джеб на самом деле вернулся, то пусть Адам сам ловит его. Они не нуждаются во мне, а тем более в Куинн.

Что бы ни случилось теперь, моя задача – защитить Куинн и держать ее подальше от этого. Я посмотрю расписание полетов, забронирую билеты на завтрашний рейс, и мы уедем из города. У меня есть накопленные мили на кредитной карте; я могу позвонить подруге и спросить насчет ее дома на Мауи. Остается надеяться, что к концу школьных каникул после Дня благодарения все успешно закончится.

Я достаю ключи и уже собираюсь открыть машину, когда из темноты раздается мужской голос.

– Рэйчел!

Я замираю на месте с сильно бьющимся сердцем.

Высокая мужская фигура появляется из-за серебристого внедорожника, припаркованного возле базы поисково-спасательной группы. Я сразу узнаю его по походке. Трэй. Я бормочу ругательства себе под нос.

Сегодня среда, день практических занятий и тренировок. После тренировки спасатели вместе с некоторыми пожарными и копами обычно направляются в салун «Шэди Леди» выпить пива. Добровольческая работа в поисково-спасательном отряде занимала мое свободное время до появления Куинн. После нашего разрыва я больше не хочу видеть Трэя в обществе моих знакомых.

Остальные члены спасательной группы выходят из здания базы за его автомобилем. Смех и дружеские подтрунивания разносятся в ночном воздухе.

Трэй подходит ко мне, выдыхая облачка пара.

– Я слышал о Куинн и о том, что случилось в школе.

Я смотрю на его серебристый автомобиль. В салоне включен свет. Внутри сидят женщина и ребенок на заднем сиденье. С легким изумлением я узнаю платиновую блондинку с замысловатой прической. Это Стэйси Седжфилд, мать-одиночка с дочерью Мисси.

Мелисса «Мисси» Седжфилд была той девочкой, которая сегодня получила по носу от Куинн. Телефон Стейси есть на листке бумаги в моем кармане.

Трэй замечает, куда я смотрю, и тихо кашляет.

– Стэйси рассказала мне, что произошло. Ты как, нормально? Если мы можем помочь…

– Мы?

Его глаза блестят в отраженном свете.

– Ты и Стэйси?

– Послушай, это…

– Господи, Трэй… Сколько времени прошло, четыре месяца? – Моя обида глубока и совершенно иррациональна. Мы собирались пожениться и провести целую жизнь вместе, а он уже нашел кого-то еще. – Тебе нравится ее дочь, но не моя племянница?

– Это нечестно. Дело в другом. Мы…

Я вскидываю руки.

– Прошу прощения, сейчас я не могу говорить с тобой.

Я разворачиваюсь спиной к нему и открываю замок автомобиля.

– Рэйчел, нам нужно поговорить! – окликает он.

Но я не обращаю внимания на его слова. Я забираюсь в салон, захлопываю дверь и трясусь от холода.

– Что происходит? – спрашивает Куинн, широко распахнув глаза. Она прячется под моей курткой, и это доставляет мне неописуемое облегчение.

– Что сказали полицейские? Чего хочет Трэй?

Я вставляю ключ в замок зажигания и быстро завожу двигатель. Краешком глаза я вижу, что Трэй идет к моему автомобилю. Я ставлю машину на передачу и жму на газ, оставляя его стоять в красном сиянии тормозных огней, прежде чем поворачиваю на дорогу. Потом смотрю в зеркало заднего вида. Он стоит на тротуаре и смотрит мне вслед.

Я с силой выпускаю воздух из легких.

– Я ничего не сказала копам о том мужчине. Просто спросила, что случилось и будут ли выдвинуты обвинения. – Я снова гляжу в зеркало и убеждаюсь, что за нами никого нет. – В автомобиле Трэя сидела Мисси Седжфилд и ее мать Стэйси. Похоже, ты врезала по носу дочери новой подружки Трэя.

Наверное, мне не стоило бы упоминать об этом, но сейчас мне нужна любая связь, любая поддержка. Я даю ей понять, что мы одни против всего мира и что мы можем доверять друг другу.

Куинн несколько долгих секунд изучает мое лицо.

– Трэй встречается с матерью Мисси?

Я кривлю губы; обида не отпускает меня. Мои руки крепко сжимают рулевое колесо.

– Мисси Седжфилд – тупая корова, – говорит Куинн.

Я невольно улыбаюсь.

– Да, и я никогда не ладила с ее матерью.

– Ты училась вместе со Стэйси Седжфилд?

Я кошусь в ее сторону.

– Ага. Должна признаться, тогда мне тоже несколько раз хотелось врезать ей по носу.

Куинн молча смотрит на меня, и я ощущаю тонкую ниточку взаимосвязи. Тонкую, как паутинка, но не менее прочную. Мне хочется снова спросить, что Мисси сказала ей, но я не хочу оборвать эту новую связь. Сначала нужно укрепить ее.

Я включаю обогреватель на полную мощность и поворачиваю на север по автостраде. Куинн устраивается поудобнее и засыпает. Сегодня был трудный день. Я бросаю очередной взгляд в зеркало заднего вида и не замечаю ничего необычного. Теперь можно спокойно дышать.

* * *

Джеб смотрел, как уезжает Рэйчел. Адам Лефлер тоже наблюдал за ней из окна своего кабинета. И Джеб видел, как Трэй Сомерленд подошел к ее автомобилю.

Он тихо ругается себе под нос. Он хотел узнать, что она сказала копам. Ему нужно было гарантировать, что отцовство Куинн останется в секрете, пока он не очистит свое имя. Его беспокоило, что дело могло выйти наружу.

Он медленно ехал по улице под тихий рокот двигателя. Но он не собирался следовать за Рэйчел. Благодаря Куинн он знал, где она живет. Он вернется позже, когда все будет тихо и Куинн заснет.

Он был вынужден приложить руку к сегодняшним событиям в школе. Как отреагирует Рэйчел на его появление у порога ее дома – можно только гадать.

Нервозность, предчувствия, раскаяние – чувства, которые он не мог точно определить, – волнами проносились через него.