Ночной смотритель

Tekst
92
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Ночной смотритель
Ночной смотритель
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 36,17  28,94 
Ночной смотритель
Audio
Ночной смотритель
Audiobook
Czyta Екатерина Бранд
21,19 
Szczegóły
Ночной смотритель
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Пролог

1 октября 2016 года, 02:05

г. Шелково, Московская область

Велосипеды потряхивало на кочках и ямах, отчего они позвякивали в пронзительной ночной тишине. Мелкие капли дождя едва слышно шуршали по простеньким полиэтиленовым дождевикам, время от времени падая на лицо и мешая смотреть вперед. Слабые фонарики, прикрепленные к рулям, то зажигались сильнее, то почти гасли, в зависимости от интенсивности кручения педалей. И поскольку другого освещения дорога, ведущая к кладбищу, не имела, ехать приходилось почти наугад: плотные серые тучи прятали за собой звезды и луну, которые могли бы помочь.

Алина ехала впереди, Вадик тащился за ней следом, пока она наконец не притормозила, соскакивая с велосипеда и оглядываясь.

– Кажется, здесь, – почти шепотом выдохнула она, скатывая велосипед с дороги и ставя его на подножку.

Вадик повторил все движения за ней, чувствуя, как его бьет мелкая дрожь. Он убеждал себя, что дело в промозглой осенней сырости, но на самом деле ему было до одури страшно, чего он старался не демонстрировать. Вытащив вслед за подругой смартфон, он включил на нем фонарик, немного добавляя освещения.

– Да, это здесь, – удовлетворенно кивнула Алина. – Вон моя метка на кусте.

Пятно света упало на мокрую ленточку, понуро свисающую с одной из веток худосочного куста, который рос почти у самого забора. Забор был высотой метра два, если не два с половиной. И хотя частокол прутьев пересекали перекладины незамысловатого узора, словно специально давая опору ноге и провоцируя перелезть на другую сторону, сами прутья венчали острые пики, грозящие порвать штаны. А то и ногу.

– Слушай, может, ну его, а? – неуверенно протянул Вадик, изучая забор в свете фонаря. Одно неверное движение – и можно серьезно покалечиться. – Это ведь все фигня и сказки…

Он осекся, когда яркий свет фонарика Алины ударил в глаза, ослепляя. Почувствовал вспыхнувшие в подруге злость и обиду, явственно представил сверкнувшие гневом глаза и надувшиеся, слегка подрагивающие от сдерживаемых рыданий губы.

– Так и знала, что ты испугаешься! Ну и катись к черту, если ты такой трус! Я сама все сделаю, но имей в виду: если уедешь сейчас и бросишь меня тут, то ты мне больше не друг. И Ксюхе, значит, другом не был!

Ударила по самому больному. Вадик одновременно смутился и слегка разозлился, тут же решительно мотнул головой.

– Да нет, я не боюсь, просто… Глупо все это. Сказки же… И Ксюхе это уже не поможет.

– Это мне поможет, – дрогнувшим голосом заверила Алина и убрала свет, спрятав смартфон обратно в задний карман джинсов. – Посвети хотя бы, пока лезть буду.

Она схватилась за мокрые и наверняка холодные металлические прутья, уперлась ногой в косую перекладину – одну из сторон узора в форме ромба – и подтянулась. Вадик зачарованно наблюдал за тем, как легко и достаточно грациозно она добралась до верха, перекинула ногу через забор, уверенно протиснувшись между двумя острыми пиками. Пару секунд спустя она уже спрыгнула на землю, отряхивая руки.

И с вызовом посмотрела на него с другой стороны забора.

– Ну что, ты со мной или сваливаешь?

Вадик обреченно вздохнул, тоже убирая смартфон в карман.

– Теперь ты мне посвети.

Прутья оказались не только мокрыми и холодными, но и довольно скользкими. Как и косые перекладины. И хотя Вадик всегда был щуплым и хилым, из-за чего огребал от сверстников и в школе, и даже теперь, в колледже, протиснуться между двумя копьями так же легко, как Алина, не смог: зацепился джинсами на попе, неловко дернулся и едва не свалился.

– Черт, мама меня убьет, – огорченно пробормотал он, уже добравшись до земли и нащупав внушительную дыру на штанах.

– Вадик, пора бы уже вырасти и перестать бояться маму, – фыркнула Алина, поворачиваясь и ища взглядом нужную тропинку между могилами.

Вадик промолчал, не желая обострять ситуацию, хотя ему было что сказать по поводу Алининой мамы и их отношений. Но вместо этого он поплелся за подругой, стараясь не крутить головой по сторонам и не светить фонариком на могилы. Умом он понимал, что не увидит тут ничего такого: кладбище как кладбище, такое же, каким оно бывает днем, только темно. Но древний инстинкт, зашитый в матрицу куда-то глубоко, все равно заставлял трястись.

Они шли довольно долго, углубились в старую часть кладбища так, что забора за растущими между могилами деревьями стало не видно. Здесь пахло лесом, сырой землей, немножко – грибами и очень сильно – тоской. Высокие густые кроны сомкнулись над их головами, частично защищая от мелкого дождика, теперь он шелестел больше по листьям. Больше ничего слышно не было: тишина вокруг стояла такая, что хоть ножом ее режь.

– Здесь, – лаконично объявила Алина, останавливаясь.

Луч ее фонаря лег на могильный камень внушительных размеров, на котором были выбиты портрет немолодой женщины, ее имя и годы жизни.

– Костомарова Алина Витальевна, – прочитал вслух Вадик. Очень тихо, хотя едва ли их мог кто-то услышать. – Думаешь, этого достаточно?

– Говорят, даже имени достаточно, – так же тихо отозвалась Алина. – А у нее еще и отчество с моим совпадает. Ладно, идем.

Она уверенно шагнула к приоткрытой калитке относительно высокой ограды. Не такой высокой, конечно, как забор. Вадик, помедлив, последовал за ней.

– Закрой как следует, – велела Алина, проходя на тесный участок и стараясь держаться подальше от низкого холмика, чтобы случайно не наступить на него в темноте. Фонарик она выключила, а телефон снова убрала в карман. – Контур должен быть замкнут, иначе нам хана.

Дрожащей не то от страха, не то от пронизывающего холода рукой Вадик прикрыл калитку и отошел от ограды подальше, насколько позволял маленький свободный пятачок. Алина уже стояла там же.

Шумно выдохнув и шмыгнув носом, она неожиданно громко позвала:

– Смотритель, Смотритель, будешь по кладбищу идти, ко мне подойди!

Слова, произнесенные звонким, чуть более высоким, чем обычно, голосом упали в тишину как в бездонную яму. Ничего не изменилось: все так же едва слышно шелестел дождь, неподвижно стояли высокие деревья, закрывая кронами темное небо.

– Смотритель, Смотритель, будешь по кладбищу идти, ко мне подойди! – повторила Алина уже не так уверенно.

И шумно сглотнула. Вадику показалось, что где-то рядом что-то зашелестело, и он резко обернулся, вглядываясь в темноту, потянулся за спрятанным в карман смартфоном, но Алина успела перехватить его руку.

– Не смей включать свет! Или спугнешь его, или разозлишь. А нам ни то, ни другое не нужно.

Вадик остановился и хотел сказать, что им вообще ничего из происходящего не нужно, но не посмел: снова ведь обзовет трусом.

Алина тем временем позвала Смотрителя в третий раз, как и было положено.

Они замерли, непроизвольно прижимаясь друг к другу и крутя головами по сторонам, но ничего не происходило, никто не торопился отозваться. Так и должно было быть, ведь Ночной Смотритель – всего лишь страшилка для рассказов у костра…

Вадик уже хотел предложить Алине пойти обратно, ведь легенда предсказуемо оказалось туфтой, но она вдруг вцепилась в его ладонь с такой силой, словно собиралась раскрошить кости в пальцах. И откуда такая мощь в столь тощем тельце?

– Вот он, – выдохнула Алина, и от ее слов по спине Вадика побежали мурашки. – Идет.

Он повернул голову в ту же сторону, что и она, и явственно услышал шорох приближающихся шагов. Глаза успели привыкнуть к кромешной темноте и теперь различали в ней силуэты, поэтому приближающуюся фигуру тоже разглядели.

Это был мужчина. Высокий, широкоплечий, в темных штанах и мешковатой толстовке с капюшоном. Капюшон был накинут на голову, скрывал лицо и слегка топорщился на макушке, навевая пугающие ассоциации.

Смотритель остановился на приличном расстоянии, постоял пару секунд, а потом двинулся в обход участка, на территории которого они спрятались, по достаточно большому кругу. Алина и Вадик против воли поворачивались вокруг своей оси, не выпуская мрачную молчаливую фигуру из вида, пока мужчина вдруг не притормозил и не шагнул снова в их направлении.

Вадик понял первым. Его взгляд испуганно метнулся к калитке, которая немного приоткрылась, разорвав контур. Как он мог так проколоться?! Да просто: не верил в то, что Смотритель действительно придет на зов.

И теперь тот приближался, а ноги словно приросли к земле от ужаса. Лишь в последний момент, когда мужчине оставалось сделать всего несколько шагов, Вадик ринулся вперед и рваным движением захлопнул калитку.

Смотритель остановился. Теперь, когда он был ближе, Вадик разглядел, что руки он держит в карманах не то черной, не то просто темной толстовки с почти стершимся принтом. Он выглядел очень обычно, как человек, не считая одного обстоятельства: вместо лица под капюшоном у него клубилась тьма.

Вадик медленно отступил, не отводя взгляда от замершей в паре метров фигуры. Скосил глаза только на секунду, убеждаясь, что дверца осталась на месте. Казалось глупым, что нечто столь ненадежное может удержать подобного парня, но тем не менее он не двигался с места и больше не пытался подойти.

– Ну что, – прошептал Вадик, снова оказываясь плечом к плечу с Алиной. – Говори то, за чем пришла.

Алина пару раз беззвучно открыла рот, то ли хватая холодный сырой воздух, то ли пытаясь заговорить. Ей пришлось откашляться, чтобы из горла все-таки вылезли первые звуки. Потом стало легче и речь полилась торопливо и сбивчиво. Алина сама не заметила, как начала плакать, и Вадик обнял ее за хрупкие плечи, чтобы поддержать.

Смотритель выслушал ее просьбу молча. Когда Алина замолчала, постоял еще немного, как будто убеждаясь, что она закончила и продолжения не последует, потом повернулся, пошел прочь и секунды спустя окончательно растворился в темноте.

Вокруг снова стало тихо и пусто, только сердце Вадика с оглушительным грохотом колотилось в груди. Вот и все. Можно идти домой. Он шагнул к калитке, но Алина снова схватила его за руку.

 

– Нет! – громко и истерично крикнула она. – Нельзя выходить, пока не встанет солнце! Если мы выйдем за оградку, нам конец. Он вернется и прикончит обоих!

Вадик едва не застонал в голос. Рассвет был еще очень нескоро.

Глава 1

12 октября 2016 года, 12:10

– Ну что, девчонки, как насчет сходить куда-нибудь сегодня вечером?

Парень приземлился за их столик в буфете так громко и неожиданно, что Юля непроизвольно вздрогнула. Она уже минут пять торопливо решала задачу к семинару, который должен был начаться через несколько минут, и вообще ничего не видела и не слышала вокруг, поэтому столь внезапное вторжение действительно напугало ее.

Особенно странно выглядело то, что с внезапным предложением к ним обратился парень, с которым за все годы учебы в одном колледже они толком не общались ни разу. Юля, конечно, знала его в лицо: мальчиков у них было немного, а таких, как этот, можно было по пальцам одной руки пересчитать. Высокий, широкоплечий красавчик, какими обычно бывают футболисты в американских молодежных фильмах. Она даже знала, что его зовут Денис, но всегда была уверена, что в его реальности она не существует: его взгляд никогда не задерживался на ней дольше двух секунд.

Сидящая напротив Галка громко хрустнула чипсами, смерила красавчика презрительным взглядом и лениво поинтересовалась:

– В смысле? Ты вообще кто?

Денис посмотрел на нее с укоризной, мол, так я тебе и поверил, что ты меня не знаешь. Хотя Галка, скорее всего, не притворялась: она всегда была себе на уме, мало с кем общалась и заметно недолюбливала парней. Впрочем, девчонок тоже. Юля оказалась чуть ли не первой ее однокурсницей, с которой Галка вдруг сдружилась, да и то недавно.

– Я имею в виду, можно сходить в какое-нибудь атмосферное место, – пояснил Денис, снова переводя заинтересованный взгляд на Юлю. – Я понимаю, что усадьба Грибово для тебя – пройденный этап, но есть же куча других прикольных мест с историей. Портал, например. Там можно славно потусить. С нас пиво, – он кивнул, указывая на столик, за которым сидели двое его друзей, – а ты можешь взять с собой подругу.

Его взгляд с сомнением скользнул по Галке, как бы говоря: лучше бы не эту подругу. Галка намек считала и, оттопырив средний палец, демонстративно потерла им уголок глаза, как бы избавляясь от несуществующей соринки. Денис добродушно усмехнулся и снова повернулся к Юле, выжидающе глядя на нее.

Юля моргнула и тряхнула головой, сбрасывая с себя оцепенение. Теперь внезапный интерес парня стал ей более понятен. «Порталом» местные называли между собой огромное уродливое недостроенное здание, стоявшее посреди города, рядом с рекой. По форме оно походило на букву «П», отчего, вероятно, и пошло название. О нем ходили всякие слухи и страшные истории, якобы там пропадают люди. Иногда ребята собирались компаниями, бросая друг другу вызов: кто не испугается и проведет в здании ночь. Очевидно, Денис с друзьями решил устроить нечто подобное. Месяц назад Юля оказалась втянута в одну криминальную и вместе с тем мистическую историю, всколыхнувшую их скучный городок, и это привлекло к ней определенный интерес. Не совсем тот, который ей хотелось бы.

– Извини, сегодня я занята, – вежливо улыбнувшись, отказалась она.

Отказы всегда давались ей тяжело, но идти куда-то ночью с тремя едва знакомыми парнями было очень плохой идеей. Даже если зовет первый красавец колледжа.

– И чтоб ты понимал: завтра тоже. И послезавтра. И до конца этого тысячелетия, – резковатым тоном добавила Галка, закидывая в рот еще горсточку чипсов. А когда Денис снова перевел на нее недовольный взгляд, еще и сделала характерное движение рукой, которой значило: давай-давай, выметайся отсюда.

Денис последний раз вопросительно посмотрел на Юлю, как бы уточняя, говорит ли ее подруга за них обеих. Юля снова улыбнулась и пожала плечами, не желая быть слишком грубой.

– Как знаете, – вздохнул Денис, поднимаясь со стула и возвращаясь к своим приятелям.

Девушки синхронно проводили его взглядами: Галка раздраженным, Юля слегка печальным. Все-таки парень был чертовски хорош собой. Ей бы немного смелости по жизни… Но после той истории месяц назад Юля стала относиться к симпатичным парням, неожиданно проявляющим к ней интерес, вдвойне настороженно.

От невеселых мыслей ее отвлек случайно пойманный взгляд. Пока она смотрела вслед Денису, кое-кто довольно странно смотрел на нее. Парень сидел почти в самом углу небольшого помещения буфета, один. Невысокий и тщедушный, он опустил взгляд в пластиковый стаканчик с чаем, как только заметил, что на него тоже обратили внимание.

Его Юля тоже знала, но не по имени, а в лицо. Обычно он ходил хвостиком за девчонкой из своей группы, но сегодня ее почему-то не оказалось рядом. Они оба были на курс младше. С чего вдруг он ею заинтересовался? Его тоже привлек тянущийся за ней мистический шлейф?

– На самом деле, парень этот годную вещь сказал, – заявила Галка, переключая ее внимание на себя. Сделав большой глоток колы прямо из горлышка бутылки, она пояснила: – Надо бы куда-то сегодня сходить, отпраздновать. Портал – не худший вариант, но туда лучше идти реально большой тусой, а у нас на двоих столько друзей не наберется. Да и охранники там гоняют, можно на штраф влететь, а то и на каких-нибудь пятнадцать суток. Оно нам надо? Лучше сходить на кладбище, Смотрителя вызвать, пока погода позволяет, потом будет уже слишком холодно до утра там куковать. Или, как вариант, просто засесть дома со спиритической доской и чем-нибудь спиртным. Тебе что больше нравится?

Она лукаво улыбнулась, склонив голову набок, отчего сходство с черной птицей, на которую она и так всегда походила, стало еще более заметным.

Юля изобразила самый свой негодующий взгляд, старательно пытаясь вернуться к решению задачи. Вообще-то, ее надо было решить дома, но у нее как-то совсем вылетело из головы.

– Нет уж, спасибо, – проворчала она. – Хватит с меня и городских легенд, и всякой мистической хрени. Мне только-только перестали сниться кошмары.

Это была истинная правда. После того, как в сентябре ее лучшая подруга погибла в старой усадьбе, а за ней самой увязалась призрачная Хозяйка, Юля долго не могла прийти в себя. А ведь началось тогда все тоже с невинных посиделок вечером накануне Ивана Купалы. Они завалились компанией в старый дом, за которым уже много лет никто толком не приглядывал, чтобы посидеть у костра и потравить всякие байки. Дело кончилось тем, что часть компании отправилась на поиски призрака, но настоящий кошмар начался через пару месяцев.

Когда все закончилось, ей еще долго снилась та усадьба и призрак утопленницы. А время от времени кошмары разнообразили сюжеты рассказанных в тот вечер страшилок. Например, Юля регулярно видела сон, в котором спускалась на лифте в преисподнюю. В другой раз ей снилось, как она просыпается посреди ночи в своей постели, а с кухни доносится звук капающей из крана воды. Во сне Юля слышала, как мама проходит мимо ее комнаты на кухню, чтобы закрутить кран, и она изо всех сил пыталась предупредить ее, что туда идти нельзя, что это ловушка, но голос, язык и губы не слушались.

К счастью, в половине случаев во сне ей приходил на помощь недавно поселившийся в их доме сосед, который помог ей в истории с Хозяйкой и наяву.

– Ладно, обойдемся без страшилок, – с притворным разочарованием вздохнула Галка. – Как насчет похода в «Бургер Кинг» после семинара? Там можно взять пиво и душевно посидеть.

– Прости, я не могу, – Юля снова виновато улыбнулась. – После занятий мне нужно к Владу: пока он будет в тренажерном зале, хочу немного убраться, потому что завтра у меня по плану готовка.

Галка заметно оживилась, приторно улыбнулась и, положив подбородок на сцепленные пальцы, выразительно посмотрела на Юлю.

– Слушай, это так мило, что меня сейчас стошнит. Как тебя угораздило вляпаться в такую работу?

– Работа как работа, – нахмурилась Юля. – Времени трачу мало, платит он много, живем мы дверь в дверь, так что никуда далеко ходить не нужно. Я могу спокойно учиться, и при этом не беспокоиться о том, где возьму деньги на новогодние подарки, например. И новый нормальный телефон, кстати, смогла купить только благодаря этой работе, а то ходила бы сейчас с каким-нибудь дешевым кнопочным кошмаром.

– И это повод стать домработницей? – скривилась Галка.

– Я не домработница, – поправила Юля, хотя не видела ничего ужасного и в таком названии. – Я его персональный помощник. В том числе по хозяйству.

– А что еще ты для него делаешь? Кроме уборки и готовки? – не удержалась от возможности подловить ее Галка.

– В магазин хожу, – огрызнулась Юля.

Рассказать подробнее она не могла. Одна из главных рабочих договоренностей состояла в том, что она должна описывать Владу – своему соседу и работодателю – рисунки, которые он неосознанно набрасывал карандашом. Как правило они носили характер предсказаний, но сам Влад не мог узнать, о чем его предупреждает необычный, недавно открывшийся дар: после автомобильной аварии, случившейся три года назад, он ослеп. Но об этой части ее работы он, во-первых, просил никому не говорить, как и о его даре в целом. А во-вторых, за месяц, что она на него работала, он не нарисовал ничего нового, поэтому они только прошлись по старым рисункам еще в самом начале, но все они уже сбылись.

– О да, это совсем другое дело, – фыркнула Галка. – Скажи уж честно: ты к нему таким необычным образом подкатываешь, да? Ходишь, приучаешь к своему присутствию, готовишь и убираешь, а он дает тебе денег на хозяйство и на себя. Осталось только добраться до его койки – и это уже практически брак.

Юля резким движение положила ручку на тетрадный лист, на котором никак не клеилось решение задачи, и не менее нервно закрыла тетрадку, раздраженно выдыхая и глядя на Галку уже даже не с негодованием, а со злостью и обидой.

– Вот что ты мелешь, а? При чем здесь это? Это просто работа. Мне надо где-то работать, потому что мама не может давать мне денег на карманные расходы. Влад просто мой работодатель.

Галку ее реакция ничуть не смутила, только заставила хитро улыбнуться.

– Весьма симпатичный работодатель, смею заметить. И милый. Не отнекивайся, даже я считаю, что он милый, хотя людей по большей части не выношу. Но он весь такой вежливый и образованный. И машина у него крутая, и даже собственный водитель есть…

– Для него это не роскошь, а необходимость, – заметила Юля, все еще немного недовольно. – Он же слепой, он не может водить сам.

– Да, но не все слепые могут позволить себе водителя и домашнюю прислугу…

– Я помощник!

– Да неважно, – отмахнулась Галка. – Я к тому, что он хорош собой, воспитан и состоятелен. Короче, весьма аппетитный кадр для тех, кто в принципе интересуется мужчинами и замужеством. Ты как, интересуешься?

И она весьма двусмысленно подмигнула Юле. Та нахмурилась, но списала все на скверный Галкин характер: та обожала эпатаж.

– Я интересуюсь, – вздохнула Юля, немного устав от дурацкого разговора. – Только у меня мозги на месте и обеими ногами я стою на земле, а не витаю в облаках. Да, он симпатичный и состоятельный, а такие мужчины как правило ищут себе красивых подтянутых девиц с ногами от ушей и попой как орех. И лучше среди тех, кто отучился если не в МГУ, то хотя бы в МГИМО. Они не женятся на домашней прислуге, даже если та изловчится и прыгнет к хозяину в постель. Отказываться, скорее всего, не станет, но в лучшем случае повысит зарплату. За дополнительные труды. Так что даже не старайся: не рассматриваю я его в такой плоскости.

Наверное, ее голос прозвучал как-то не так, потому что Галка перестала вызывающе улыбаться и подначивающие нотки ушли из ее тона, когда она напомнила:

– Но ты же не домашняя прислуга, а персональный помощник.

Юля улыбнулась и махнула рукой.

– Да неважно…

– И черт с ним! – снова приободрилась Галка. – Найдем тебе кого-нибудь получше. Сегодня можешь работать, а в пятницу вечером пойдем в клуб. Хотя бы на часок. Не обсуждается!

Юля, уже набравшая в грудь воздуха, чтобы возразить, резко выдохнула. Действительно, почему бы и не сходить?

Вокруг вдруг все пришло в движение: большинство студентов принялись вставать из-за столов и расходиться. Юля бросила взгляд на часы и чуть не застонала: начиналась следующая пара, а она так и не решила задачку, заболтавшись.

– Да ладно, не парься, – хмыкнула Галка, сминая пакетик из-под чипсов. – Я тебе сейчас дам списать, пока рассаживаться будем.

12 октября 2016 года, 15:20

В тренажерный зал, находящийся недалеко от его дома, Влад ходил сам. В других ситуациях он предпочитал передвигаться на машине в сопровождении водителя, который при необходимости направлял его или помогал решать мелкие бытовые трудности, которые для слепого могли превратиться в огромную проблему, но трижды в неделю сам себе бросал этот маленький вызов. Маленький, потому что дорога была простой – почти все время по прямой – все светофоры на пути имели звуковые сигналы, а в самом тренажерном зале ему помогал персональный тренер.

 

Но все-таки оставался в этом достаточно простом квесте один проблемный момент – турникет. Его надо было преодолеть дважды: на входе и на выходе. И все бы ничего, но внятного звукового сигнала при переключении на зеленую стрелочку турникет не издавал, на карту реагировал через три раза на четвертый, поэтому слепому человеку понять, можно идти или нет, было практически невозможно. На выходе приходилось еще сложнее: нужно было не только удачно приложить карту, но еще и подождать пять секунд, пока система каким-то образом неторопливо обработает считанные с нее данные. К тому же турникет стоял всего один, работал и на вход, и на выход, поэтому требовалось еще и следить, не заходит ли кто-то, когда ты пытаешься выйти, и наоборот.

Все это было практически непреодолимо, поэтому Влад предпочитал каждый раз обращаться за помощью к девушкам-администраторам. Те довольно быстро его запомнили и теперь впускали и выпускали быстрее, чем он успевал к ним обратиться.

– Я открыла вам турникет, проходите, – доброжелательно сообщила одна из них и сегодня, стоило ему приблизиться к выходу. Судя по голосу, это была Вика.

– Спасибо, – улыбнулся Влад в ответ, осторожно нащупывая в воздухе перекладину вертушки и толкая ее вперед.

Дальше было проще: сделать шаг, повернуться направо, пройти еще два шага, подняться по лестнице в пять ступенек. У самой двери, справа, стояла корзина для использованных бахил. Влад остановился, держась рукой за неподвижную створку дверного проема, чтобы стянуть с уличных кроссовок полиэтиленовый чехол.

– Жаль мужика, – услышал он сквозь фоновый шум, состоящий из музыки, бряцанья тренажеров наверху и переговоров двух тренеров, коротавших время у кофемашины, очень тихий голос Вики. – Такой симпатичный, мог бы какую-нибудь девушку сделать счастливой.

– Так ведь, может, и сделает еще или даже уже делает, – отозвался так же тихо другой женский голос. Эту девушку Влад не знал, возможно, кто-то из менеджеров по продажам или тренеров. – Вон, в форме себя держит… Да и не паралитик же он.

– Да ну, кому надо на себе инвалида тащить? Разве что какой-нибудь очень отчаянной. Или уродливой толстухе, кому даже лучше, если ее не видят.

Обе девушки рассмеялись, но вторая почти сразу укоризненно шикнула на Вику.

– Перестань, – шепнула она. – Мне не кажется, что он такой уж неимущий. Шмотки брендовые, абонемент полноценный, годовой, еще и с персональным випом тренируется. Сдается мне, не надо его на себе тащить…

– Да может ему по какой благотворительной программе это все досталось. Сейчас потренируется месяц-два – и кончится счастье.

Влад не знал, продолжилось ли обсуждение его скромной персоны после этого: стянув вторую бахилу, он выпрямился и вышел на улицу, пряча ухмылку. Люди часто недооценивают остроту слуха незрячего человека, поэтому Влад регулярно слышал то, что не предназначалось для его ушей. И уже свыкся с этим, хотя подобные обсуждения по-прежнему неприятно скребли по не до конца зажившим ранам.

Настроение, поднятое физическими нагрузками, вернулось к утреннему минору. На улице в лицо брызнула неприятная морось, от которой было бесполезно закрываться зонтом. К тому же он его все равно не взял. Холодный ветер слегка остудил горящие щеки, но заодно неприятно скользнул за шиворот. Влад натянул на голову капюшон толстовки и застегнул надетую поверх нее куртку, чтобы защититься от ветра.

Не успел он достать из спортивной сумки трость, сложенную в компактную трубку, как его окликнул хорошо знакомый голос. Его обладателя Влад никак не ожидал встретить здесь, а потому сначала решил, что ошибся. Или просто понадеялся, но ему в любом случае не повезло.

– Влад, это я, Олег! – бодро сообщил ему чуть запыхавшийся голос мужа младшей сестры.

Вот же принесла нелегкая… Что он может тут делать?

– Олег? – зачем-то переспросил Влад, поворачиваясь на голос. – Какими судьбами?

– Да вот, решил навестить тебя, – судя по тону, зять улыбался, но даже слепому была очевидна фальшь этой улыбки. – Кристина сказала, что в это время ты обычно тренируешься, вот я и решил сначала сюда подъехать. И не прогадал!

Он легонько ткнул Влада кулаком в плечо. Видимо, это предполагалось как еще одно проявление восторженной доброжелательности, как и улыбка. Влад насторожился.

С Олегом они никогда не были близкими друзьями. Все их знакомство сводилось к тому, что, когда три года назад Влад попал в автомобильную аварию на не слишком оживленной трассе, именно Олег заметил съехавшую с дороги машину, остановился и помог ее водителю, то есть Владу. Он отвез его в больницу, вызвал родственников. Вмешался как раз вовремя, потому что, едва добравшись до больницы, Влад впал в кому, ему потребовались аппараты жизнеобеспечения. Если бы не Олег, его, скорее всего, нашли бы мертвым, когда семья наконец начала бы искать.

Но после того случая они почти не общались. Влад долго лежал в коме, потом какое-то время восстанавливался, постепенно возвращая себе контроль над телом, и ничего не знал об Олеге. До тех пор, пока Кристина, его младшая сестра, не объявила, что выходит за него замуж.

Олег успешно вошел в их семью, занял в бизнесе место Влада, поскольку тот выбыл из-за так и не восстановившегося зрения, но и тогда они не стали друзьями. Общались время от времени, но почти никогда – наедине.

И вот теперь он в разгар рабочего дня приехал из Москвы в Шелково, чтобы навестить? Это выглядело по меньшей мере подозрительно.

– Давай сразу ближе к делу, – попросил Влад, непроизвольно ежась от очередного порыва ветра. – Ты ведь приехал с какой-то целью, а не просто повидаться?

Олег вздохнул и нервно хохотнул:

– Вот правильно Кристина говорит: даже слепой, ты видишь всех насквозь.

– Ближе к делу, – повторил Влад чуть резче, с трудом удержавшись от того, чтобы неприязненно поморщиться.

– Ладно, я понял, ты спешишь. Буду краток. Возвращайся в Москву, Влад. Чего тебе сидеть в этой дыре?

Это прозвучало совершенно неожиданно. Настолько, что Влад не сумел остановить удивленно взметнувшиеся вверх брови.

– Дыре? – переспросил он. – Не надо так о Шелково, это довольно милый городок. Здесь есть все, что мне нужно, а главное – все это рядом и людей не так много. И потом… тут чудный воздух.

Едва он это произнес, очередной порыв ветра словно в насмешку кинул им в лицо аромат восточных специй из дешевой чайханы, смешанный с каким-то химическим запахом, который время от времени появлялся в Шелково. Смесь получилась довольно гремучей.

– Да перестань, – бросил Олег таким тоном, что Влад мысленно увидел, как он махнул рукой. – Здесь нет никакого целебного воздуха или чего-то еще в таком же роде. И ты здесь совсем один. А в Москве у тебя сестра, брат, отец. Кристина очень по тебе скучает. Она уже привыкла помогать, это придавало ее жизни смысл. Не все же ей блог вести, иногда хочется заняться чем-то полезным…

– Я уверен, что в Москве осталось еще немало инвалидов, нуждающихся в помощи гораздо больше меня, – холодно ответил Влад, чувствуя, как внутри поднимается обида.

Неужели это Тина прислала Олега? Чтобы он вернулся домой и развлекал ее, делая ее беспечную жизнь более осмысленной?

– Думаю, их она не любит так, как тебя, – снова вздохнул Олег. – Поэтому их судьба не так ее заботит.

– Она что, волнуется за меня? – удивился Влад.

В те несколько раз, что Кристина приезжала его навестить, она не демонстрировала никаких опасений. Только в самом начале предлагала задержаться подольше, помогая привыкнуть к новой квартире и обстановке, да и то скорее потому, что обижалась на мужа и не хотела ехать домой.

– Разве можно ее за это винить? – мягко заметил Олег. Несвойственный ему тон. – Ты уже один раз вляпался в дурную историю, тебя могли посадить или еще хуже – убить. В следующий раз тебе может так не повезти.