Самый страшный волк

Tekst
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Уходи…мам.

Женщина беззвучно уставилась на него, словно не веря своим ушам. Она скользила взглядом по знакомому лицу, по впалым щекам и думала, что никогда прежде он не смел говорить с ней таким тоном. Он…изменился. Похудевший, истощенный и измученный…он не сломался, но стал крепче внутри. Как бы парадоксально не звучало это заявление, на фоне пожирающей его тело заразы.

– Сережа…

– Уходи.

Оскорбленная, мать стремительно покинула палату. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы выскочить за дверь, но для сдерживающего приступ мужчины они тянулись слишком долго. Как только женщина вышла за порог он отпустил боль и закашлялся. Пластиковая маска, которая поставляла в его легкие чистый кислород, слетела в сторону, сбитая потоком крови и дурно пахнущих ошметков. Спину выгнуло так, что затрещал позвоночник. Все вернулось на свои места.

Уже через минуту палату заполнили люди в белых халатах. Они что-то кричали друг другу, пронзали бьющееся в агонии тело иглами, вводя какие-то препараты, женщина, в марлевой повязке успокаивающе поглаживала вмиг вспотевший лоб. Он почти ничего не чувствовал. Перед глазами витал образ взбешенной матери и неискренняя улыбка брата. Мы вместе, говорили они, мы справимся.

А затем все исчезло.

Глава 5

В больнице он провел еще двое суток. Приступ повторился всего раз, но теперь он был не таким сильным. Сергей закашлялся, словно заядлый курильщик, но не потерял сознание, не упал на пол. Он лишь виновато посмотрел на молоденькую санитарку, которая стала свидетельницей. К тому же, пара маленьких алых капель все же упала на застиранную, посеревшую простынь.

Врачи пытались убедить его остаться, начать наконец лечение, попытаться противостоять болезни. Он отказался. Так же, как отказался в тот, первый раз, когда только узнал о недуге.

Мать вернулась на следующий день, после их первой за долгое время встречи. Она больше не пыталась давить, не кричала, не повышала голос. Только смотрела на него так тоскливо, что на минуту Сергей даже поверил, будто ей не все равно. Может и так. Не важно. Гриша так и не появился.

Мать уверяла, что он в курсе, что переживает, что навестит его, как только вернется из командировки. Сергею было все равно. Он не хотел видеть брата. Они не были близки и оба придерживались мнения, что родственные связи поддерживать не обязательно.

На второй день, когда держать его в больнице больше не имело смысла, Сергей потребовал вернуть его одежду. Молоденькая медсестра принесла его скомканные, провонявшие кровью и спиртом шмотки. В нескольких местах они были разорваны осколками стекла.

– Вот. Ваша мама…вы можете позвонить, чтобы она принесла чистое. – Она виновато тупила взгляд, словно забыла привести лохмотья в порядок. Позвонить? Нет уж…лучше потерпеть вонь, чем выслушивать очередную порцию нотаций.

Буркнув слова благодарности, Сергей начал натягивать джинсы, чувствуя неприятные прикосновения заскорузлой ткани. Интересно, он не обмочился во время приступа? Черт…а это ведь не самое страшное, что могло произойти.

– Вы не могли бы? – Дождавшись пока девушка выскользнет из палаты, он быстро сунул ладонь в штаны и не обнаружив засохшего дерьма выдохнул.

К тому времени когда он закончил, в палату вошел серьезный мужчина в халате. На шее его болтался стетоскоп, а в руках небольшой деревянный планшет и какие-то бумаги.

– Пока вы не ушли…скажите, вы полностью уверены в своем решении? – Господи…что снова? Сергею осточертели эти разговоры, а потому ответил он несколько резце, чем ожидал.

– Да господи! ДА! Да я уверен! А теперь, можно уйти? – Врач тяжело выдохнул. Складывалось впечатление, что его общество стало тяготить всех подряд. По крайней мере все они реагировали одинаково, стоило покинуть комнату. Глубокий выдох.

У входа его уже поджидал автомобиль. Сергей плохо разбирался в марках и принадлежностях, различая машины по большей части цветом или размером. Едва он появился на крыльце главного входа в больницу, раздался пронзительный, бьющий по нервам сигнал. Старенькая, бежевая легковушка мигнула фарами, призывая удивленного мужчину. Кто это мог быть, если он сам не знал, когда сможет выписаться? Сергей стоял, старательно вглядываясь в тонированные, затем дверь открылась и из глубины салона донесся знакомый голос.

– Садись…герой. – Пожав плечами он втиснулся в душный салон, не сразу прикрыв дверь, наслаждаясь прохладой. Знакомый лейтенант, оказавшийся за рулем, его не торопил. Одетый в повседневную одежду, потертые джинсы, цветастую футболку и легкую ветровку, с двумя ярко белыми полосками на рукавах, он выглядел обычным парнем, который терпеливо ждет, пока приятель вдоволь надышится.

– Здравствуй. – Сергей, наконец, захлопнул дверцу, которая ударилась с громким щелчком и замешкался, не зная стоит ли протянуть руку для приветствия или лучше оставаться отстраненным. Водитель повернул к нему приятное, гладко выбритое лицо и уставился, буравя колючим взглядом. Время замедлилось, пока не превратилось в переваренный кисель.

– Ты какого черта творишь? – Наконец прервал молчание лейтенант. Он был раздражен и казалось с трудом сдерживается, чтоб не сорваться на крик. За это Сергей был ему благодарен, он очень не любил грубость и всегда терялся, при малейших ее проявлениях.

– Домой иду.

– Дурачком не прикидывайся. – Парень не моргая осматривал Сергея, и тот физически чувствовал, как его взгляд проникает сквозь кожу. На лбу выступила испарина. – Долго думаешь на своих двоих передвигаться, если в том же духе продолжишь?

– Месяц…может три. – Пожал плечами Сергей. – Врачи говорят…

– Да срал я на врачей твоих! – Неожиданно рассвирепел собеседник. Он сильно ударил кулаком по рулю, от чего автомобиль издал еще один пронзительный крик. Несколько прохожих обернулись, но не найдя ничего интересного вернулись к своим делам.– Ты какого черта из себя героя строишь? Борец с преступностью да? Доходяга недоделанный! Думаешь если я раз тебя прикрыл, то все, можешь беспредельничать?!

Сергей молчал. Он не чувствовал за собой вины, но лейтенант действительно помог ему в тот раз, а значит имел право на объяснения.

– Что было делать? Мальчишка кровью истекал. А девочка…ее взгляд…как я мог просто уйти?

– 02. Знакомый номер? Нужно было позвонить.

– Телефон разрядился – соврал Сергей. Он смотрел прямо перед собой, боясь, что водитель сразу распознает ложь. – Да и пока бы вы приехали…

– Парень умер. Кровью истек прямо там, в грязи. А девчонку его изнасиловали и все лицо исполосовали. – Голос лейтенанта потускнел, а сам он весь сжался, превратившись изх представителя власти в робкого подростка. Таких перемен Сергей не ожидал, а потому вновь растерялся. – Она в реанимации…черт знает выкарабкается или нет. Телефон у него разрядился.

– Я…– Сергей не знал, что теперь ответить. Похоже он и правда сглупил. Внезапно его охватило сожаление, обида…они сдавили грудь, не позволяя произнести ни слова.

– Ладно. – Неожиданно смягчился лейтенант. – Ты хоть попытался. Любой другой бы мимо прошел, стыдливо глаза опустив. Но…не нужно этого, хорошо?

Это не помогло. Разочарование и злость закипели внутри, перемешивая кишки раскаленной арматурой. Сергей опустил глаза и терзал себя мыслями о том, что все могло быть иначе. Возможно именно он стал невольным соучастником разразившегося зверства. Желудок скрутило и резко распахнув дверцу мужчина вывалился на тротуар, выблевывая остатки пресной больничной еды.

Лейтенант дождался, пока желудок Сергея успокоится, после чего подвез его до дома. Весь путь они проделали в тишине, каждый в тяжких раздумьях о чем-то своем. В тишине машина остановилась, в тишине мужчина покинул пропахший затхлым запахом пота салон. В тишине лейтенант уехал прочь, оставив Сергея наедине со своими мыслями.

– Господи…господи….я действительно убийца. – Мысли о произошедшем с прекрасной молодой парой метались вокруг, снова и снова пронзая его разум остром лезвием сожаления. Странно, но когда он действительно вонзил нож в сердце, своими руками лишив человека жизни, то не испытывал никаких угрызений.

Не поднимая глаз, словно каждый встречный теперь смотрел на него с укоризной и презрением, мужчина медленно зашаркал ногами к входу в знакомый подъезд, единственный, не оборудованный домофоном и железной дверью. Он выглядел как пережиток давно ушедшего времени, когда все было проще, когда не было необходимости прятаться за тяжелыми дверьми. Погруженный в себя, Сергей не обратил внимания на припаркованный поблизости внедорожник, не уловил знакомый приторный аромат дорогого парфюма, не обратил внимания на незапертую входную дверь, когда вошел в свою квартиру, даже не попытавшись нашарить ключи.

Сломленный и раздавленный недобрыми новостями, он скинул запачканную собственной блевотиной обувь и…

– Наконец-то. Ты что, пешком от больницы топал? – Григорий сидел, вольготно развалившись в единственном сохранившем более или менее презентабельный вид кресле. Хотя от глаз не могло ускользнуть, что сиденье он брезгливо застелил найденной в шкафу футболкой. Словно болезнь, поразившая Сергея была чем-то мерзким, заразным.

Сергей посмотрел в широкое, лукаво улыбающееся лицо брата. Нет…только не он. Только не сейчас.

– Откуда вы все знаете, что я сегодня выписался? – Буркнул он вместо приветствия.

– Значит так. – Гриша привычно перешел сразу к делу. Дорогостоящий юрист, он привык ценить время, даже если дело касалось собственной семьи. – Мать рассказала мне, какую глупость ты затеял. Так не пойдет. Мы с тобой не ладили…но, мы семья, так что собирай вещи. Ты сегодня же улетаешь в Японию. Там знают, что делать с твоей болячкой.

Сергей промолчал. Он продолжал смотреть в пол, словно отгораживаясь от брата. Так было легче. Он привык всегда находиться позади, где-то в арьергарде Гришиной свиты и не получать даже толики того обожания, которого удостаивался брат.

 

Умный, бесстрашный, сильный красавец, он всегда шел напролом и умел грамотно устроится в этой жизни. Он решал любые проблемы и считал, что способен справиться с любыми неприятностями. И справлялся, всегда выходя победителем, даже из самых непростых передряг. Всегда, но…только не сейчас.

– Нет. – Неожиданно жестко ответил Сергей, хотя мысленно уже готов был сдаться и отправиться собирать вещи. Брату удалось заронить в его мозг зерно сомнения всего лишь парой слов. В голове забилась истерическая мысль «А что если он прав? Что если в Японии его действительно вылечат?» Сергей возненавидел себя за эту слабость, за желание молчаливо кивнуть, за мысль о спасении.

– Не глупи Серега. Время еще есть. Собирайся. – Григорий привстал, доставая из кармана шикарный айфон. Наверняка самый крутой и самый новый. И принялся набирать какой-то номер.

Взгляд ткнулся в скомканную футболку, на которой до сих пор покоилась пятая точка Григория. Его любимую футболку. Вот так всегда, стоит Грише появится, как все вокруг начинают плясать перед ним на задних лапках. А он скалится и забирает все, чего пожелает. Разум сигналил о том, что эти мысли глупы и мелочны, но сердце рвалось на части от негодования.

Даже теперь, войдя в дом умирающего брата, он сразу забрал его футболку. И зачем? А чтоб его драгоценный зад, не дай Бог, не заразился раком. Как же он его ненавидел…всегда, а сейчас особенно.

– Я все решил. Убирайся. – Сергей больше не тупил взгляд. Наоборот, он подобрался, словно в любой момент был готов бросится в драку.

– Да, ближайший рейс. – Брат поднял указательный палец, давая понять, что сейчас слишком занят, чтоб отвлекаться на ерунду. – Мне все равно. Вопрос жизни и смерти.

– Ты слышишь! – Сергей пулей оказался рядом и обеими руками ухватился за этот выставленный перед ним палец. – Посмотри на меня! Слушай меня!

Григорий повернулся. На лице читалось непонимание, досада и…страх. Он был напуган, таким поведением всегда покорного и безвольного братишки. Словно почувствовав это, Сергей начал выкручивать палец, старательно выворачивая его из сустава. Ему хотелось причинить брату боль, заставить его страдать, заставить молить о пощаде.

Вскрикнув, Гриша выронил телефон и что есть силы пихнул брата в тощую грудь, освобождаясь от захвата. Сил в тщедушном теле оказалось не так много, и болезнь нещадно лишала его последних. Не удержавшись на ногах, Сергей грохнулся на пол, больно приложившись костлявым задом о деревянную поверхность.

– Ты идиот. – Григорий разминал запястье. – Сдохнуть хочешь? Ну так сдохнешь, даже не сомневайся. Мне плевать. А про Японию я ляпнул, просто чтоб ты подальше отсюда умер. Чтоб мать не видела как ты орешь от боли и гадишь под себя. Там…там за тобой хотя бы приберут.

Он подобрал телефон и быстрым шагом пошел прочь. Эта встреча будет для них последней, сразу понял Сергей. Прощай брат.

Глава 6

Остаток дня и ночь прошли муторно. Мужчина метался по кровати, путаясь в мокрых от пота, скомканных простынях. Все тело горело, а боль в легких кажется перешла на новый уровень. Воздуха не хватало, потому он подошел к окну и настежь распахнул створки, впуская в комнату холодный воздух.

Едва не вываливаясь наружу, он перегнулся через узкий подоконник, огромными глотками глотая саму ночь. Он питался тьмой и та щедро поила его из своей смердящей груди.

А потом пришли они.

Сосед, в окровавленной тельняшке что-то гоготал, прислонившись в дальнем углу его спальни. Он не делал попыток приблизиться или обратиться к Сергею напрямую, иначе мужчина непременно взвыл бы от ужаса.

Сергей отчетливо понимал, что происходящее сейчас невозможно. Это просто образы, галлюцинации, навеянные воспаленным сознанием, но полностью отринуть миражи было невозможно.

– Помогите… – Прошептал кто-то у самого его уха. – Пожалуууйстааа…

Сергей зажмурил глаза, но силуэт несчастной, измученной девушки проступал даже через плотно стиснутые веки.

– Помогииитееее….

– Прости меня. Я думал…думал смогу… – Сергей сдался. Он больше не различал сон и реальность. Для него они сплелись в неразрывный узел, который так плотно затягивался на его шее. – …я думал смогу помочь…

– Ни черта ты не думал. Долбанный мертвец. Ты убил их…ты виноват в их смерти…– Молодой лейтенант зло выцеживал слова из-за платяного шкафа. Как…как он туда протиснулся?

– Я виноват…виноват… – Сергей поддался иллюзии и негромко разрыдался. – Я знаю…простите…я виноват…

– Помогите…пожалуууйстааа….

– Я думал будет как тогда…как с соседом…– Сергей рыдал, утирая слезы тощими, пожелтевшими от истощения ладонями.

– Ты слабак! Недомерок! Неудачник! – Григорий скрывался в коридоре, не решаясь войти в спальню. Он громко сопел и выкрикивал оскорбления, стараясь ужалить брата как можно больнее. – Скоро ты сдохнешь, слышишь? Сдохнеееешшшшшь…

Перед рассветом, они все ушли. Исчезли так же внезапно, как и появились. Сергей лежал в постели, прижимая колени к впалой груди. Он больше не плакал. Слез не осталось. Пережив сегодняшнее посещение, мужчина твердо знал, что нужно делать. Он усвоил свою ошибку. Больше он ее никогда не повторит.

Нужно бить первым. Наверняка. Чтоб у мерзавцев не оставалось ни единого шанса ответить.

Глава 7

Утро пришло неожиданно, Сергей просто понял, что вместо беспроглядной черноты ночи, он различает за окном ветки деревьев с пожухлой, уже едва живой листвой. Неужели ему все же удалось уснуть? Нет, вряд ли, судя по тому, что в глаза будто сыпанули щедрую пригоршню песка.

Перевел взгляд на старенький будильник. Циферблат зловеще подмигивал ему темно красными цифрами.

5:47

Что же, пора подниматься из постели. Если так все еще можно назвать сбитый в сплошной тугой комок ворох белья. Опустив ступни, мужчина почувствовал приятную прохладу. Подошвы его ног горели, словно он босиком преодолел марафон по раскаленной пустыне. Хорошо. Все аккуратный и даже немного повернутый на порядке, он просто поднялся и тяжелой, шатающейся походкой направился в кухню, наплевав на оставшуюся сбитой постель. Там привычно поставил на газ чайник и запустил руку в навесной шкафчик за зубной щеткой. Интересно, как скоро болезнь превратит его рот в беззубую старушечью пасть? Сплюнув в раковину густой комок запекшейся крови, он пришел к выводу, что очень скоро.

Ну и пусть. Все равно, гигиена по прежнему важна. Чистка зубов оставалась для него неким необходимым ритуалом, прервав который, он непременно скатится в пропасть безумия.

Чайник закипел. Сергей сноровисто подхватил начавшую уже нагреваться ручку и…едва не обварился, когда ослабленные пальцы не сумели удержать столь незначительную ношу. Черт…Неужели все произойдет так быстро. Нужно прийти в себя. Оставил пузатый чайник дальше выплескивать кипящее содержимое на линолеум прошел в ванную, собираясь смыть с себя остатки ночного кошмара. Как только первые теплые струйки ударили по макушке, боль отступила, он расслабил затекшие мышцы и просто стоял там, наслаждаясь недолгим периодом блаженства. Так можно забыть о былых неудачах, о смерти, обо всем.

Успокоение продлилось не долго. Как только взгляд скользнул по матовой, запотевшей от пара поверхности большого, в половину стены зеркала напротив, он замер. Даже сквозь заволокшую помещение пелену густого пара, его фигура выглядела пугающе. Впалая грудь, теперь была испещрена паутиной тонких, зеленовато синих вен и бледно красных сосудов. Ребра отчетливо просматривались сквозь бледную, полупрозрачную кожу. Он поднял худые, как конечности паука руки, словно в нелепой надежде защититься от неприятного зрелища, но стало лишь хуже.

Господи…во что он превратился? А ведь будет становится только хуже. Неловко выбрался из скользкой ванны, прислонился к зеркалу лбом, провел по поверхности узкой ладонью, изрядно удивившись, что не разрезал стекло остро выпирающей костью запястья. Уставился на свое лицо…свое ли? Он больше не был похож на того, знакомого человека. Теперь на него смотрела сама смерть.

Он и есть смерть. Смерть, для каждого ублюдка, насильника и убийцы, до которого успеет дотянуться пока…пока силы окончательно не оставили его. Мужчина оскалился, продемонстрировав по прежнему белоснежные зубы. Ему показалось или они действительно стали острее?

***

Когда зазвонил телефон, Сергей находился в единственном, известном ему оружейном магазине города. Разглядывал витражи с ровными рядами ружей, стенды с пистолетами, патронами, ножами и прочей мелочевкой о происхождении которой не имел ни малейшего понятия.

– Говорите. – Быстро приложил трубку к уху, даже не взглянув на дисплей. Какая разница, кто решил ему позвонить.

– Сергей Викторович? – Голос незнакомый.

– Да…кто спрашивает? – Он разглядывал огромного размера револьвер, похожий на тот, которым вершил правосудие Грязный Гарри в одном из любимых фильмов. Вот это пушка…от одного вида, у преступников будут подкашиваться колени.

– Вы, не могли бы приехать в отделение. Необходима ваша помощь в опознании задержанного… – Быстро и по делу отрапортовал звонивший.

– Конечно. – Сергей нажал отбой, не удосужившись дослушать собеседника. Ему было все равно. Он любовался стальным блеском пистолета, как завороженный ребенок смотрит на новую игрушку.

– Понравился ствол, папаша? – Голос возник ниоткуда. Словно сам господь обратил на него внимание и решил немного поговорить. Но, нет. Когда Сергей поднял глаза, рядом стоял мужчина в защитного цвета куртке и штанах цвета хаки. К груди пришпилен небольшой пластиковый прямоугольник с написанным четкими черными буквами именем «Дмитрий»

Высокий с короткой армейской стрижкой и длинными, свисающими в уголках рта усами, он выглядел как ковбой из старых вестернов. И был не на много моложе, чтоб называть его «папашей». Похоже, болезнь постепенно превращает его в дряхлого старика. Хотя, удивляться здесь нечему, он и чувствовал себя лет на сто.

Непроизвольно облизнув пересохшие губы, Сергей ответил

– Как у Грязного Гарри.

– Да вы знаток? – Продавец одобрительно вскинул бровь. – Смит Вессон 29, более известный как «Магнум» 44 калибра. Мощнейшая штука. Красавец верно? Он с любовью осмотрел револьвер. – Хотите подержать?

– Можно? – Сергей почувствовал себя пятилетним сорванцом, которому родители вручили первый в жизни велосипед, или щенка, или что сейчас любят пятилетние сорванцы?

Дмитрий открыл витрину и осторожно достал пистолет. Ловко крутанул его на указательном пальце, после чего протянул рукоятью вперед. Едва взяв револьвер в руки, Сергей почувствовал уверенность в собственных силах. Его жилы будто наполнило сталью, из которой было отлито это прекрасное оружие. Но, так же он ощутил и его тяжесть, слишком серьезную для его ослабевших рук.

– Но, этот парень у нас только для красоты. Как предмет декора. – Дмитрий забрал револьвер и водрузил его на прежнее место. – Он конечно мощный, остановит даже медведя, но для самообороны слишком тяжелый. К тому же отдача… – Он нагнулся, словно собрался поцеловать Сергея и указал пальцем на аккуратный шрам у самой лини роста волос на лбу. – Вот. Это я в первый раз из него стрелял. Ствол увело вверх и…четыре шва пришлось наложить.

– Надо же. – Сергей с сожалением выдохнул, словно уже мысленно купил пистолет. Если уж этот парень не сумел совладать с этим монстром, ему соваться точно не следует. – Что вы посоветуете?

– Секунду…– Собеседник на мгновение задумался. – Вот. Он сделал шаг в сторону и ткнул длинным, увенчанным неровно остриженным ногтем в небольшой, вороненый пистолет. Такие Сергей часто видел в сериалах. – Макаров. Старый добрый, проверенный времен ствол. Не самый презентабельный вид с лихвой компенсируется убойной силой и безотказностью. Топите его в воде, валяйте в грязи, он никогда не подведет.

Сергей рассматривал оружие через толстое, возможно бронированное стекло. Конечно, этот ствол нравился ему меньше…но продавец прав, не слишком удобно будет таскаться по городу с огромной пушкой за поясом.

– Я…хотел бы его купить. – Парень напрягся, но затем растянул губы в дружелюбной улыбке. Он выглядел как человек, привыкший разговаривать с идиотами.

– Папаша, не так все просто. Мы не в Америке и просто так ствол не купишь. Нужно оформить массу документов, пройти медицинскую комиссию, это займет некоторое время.

– Нет у меня времени. – Сергей разочарованно всплеснул руками вызвав очередной болезненный приступ. Когда он откашлялся, старательно пряча заляпанный кровью платок в задний карман, улыбка на лице собеседника стерлась.

– Вижу брат. – Он с сочувствием рассматривал посетителя, от чего у того засосало под ложечкой. Вот он уже не папаша, а брат. Интересно. – Рак?

– Хочу успеть сделать что-то хорошее. – Сергей проигнорировал вопрос о болезни. Но парень не давил. Он ухватил двумя пальцами кончик усов с правой стороны и начал методично скручивать.

 

– Ты похож на хренова психопата. Это так? – Задумчивый взгляд скользил по сторонам.

– Возможно. Не знаю. Надеюсь, что нет.

Было видно, как парень напрягся и о чем-то серьезно задумался. Он морщил лоб и едва не выдернул ус, пока наконец не заговорил.

– Если узнаю, что ты замочил свою подружку или что-то вроде того, клянусь, выкопаю тебя из могилы и помочусь прямо в лицо. – Развернулся и зашагал прочь. Затем остановился.

– Ну ты идешь? Или передумал?

Сергей быстро двинулся следом, старясь догнать продавца. Они миновали стеллажи с ружьями, прошли мимо стендов с пистолетами и даже не взглянули на ножи, выложенные ровными рядами. Пока не остановились перед дверью в подсобку.

Открыв ее, парень скрылся внутри. Сергей секунду помедлил и вошел следом. Небольшая комнатка встретила их скудной обстановкой, состоящей из старого, продавленного дивана, в нескольких местах прожженного сигаретой, пошарпанного платяного шкафа и заваленного разнообразным хламом верстака.

Знаком приказав Сергею стоять на месте, парень прошел к небольшому сейфу, который был практически не виден с того места. С минуту он стоял согнувшись, после чего вернулся, держа в ладони маленький, словно пластиковый пистолет.

– Вот. Переделал его из травмата. Не самый убойный ствол, так что стрелять придется почти в упор. – Он протянул руку и силой сунул оружие в ладонь Сергея. – Подвести не должен. И…черт…в голову лучше не целься. Кости в черепе слишком толстые, срикошетит и уйдет по касательной. Стреляй сюда. – Он ткнул указательным пальцем туда, где еще несколько месяцев назад находился живот Сергея.

***

Всю дорогу до полицейского участка Сергей проделал пешком, благо, что оружейный магазин открыли неподалеку, словно во избежание каких-то эксцессов. Это расстояние он без труда преодолел бы минут за двадцать но, теперь ему приходилось часто останавливаться, чтоб перевести дыхание. Пораженные болезнью легкие не могли снабжать организм кислородом как раньше, а потому он быстро утомлялся.

Пару раз его рвал на части болезненный кашель, заставляющий редких прохожих оборачиваться со страхом и брезгливостью. Неужели он был таким же? От осознания этой мысли становилось погано. Черт с ними. Черт с ними со всеми.

Еще его мучил страх, что кто-то заметит пистолет, небрежно сунутый за пазуху. Легкий, почти невесомый ствол жег его кожу даже через толстый свитер. А ведь ему еще требовалось побывать в участке, под профессиональным взглядом служителей закона. Они наверняка заметят неладное и…тогда пиши пропало.

– Что-то случилось? – Молодой, с аккуратной щеточкой коротко остриженных усов, сотрудник вперил в него острый взгляд. Сергей не сразу понял, как странно выглядит истощенный, скрюченный парень нерешительно замерший на крыльце полицейского участка, но когда до него это дошло, стало по настоящему не по себе. – Вам помочь?

– Мне позвонили. – Ставший вмиг огромным язык с трудом ворочался в пересохшем рту. – Опознание, вроде какое-то.

Захотелось прикоснуться рукой к пистолету, проверить на месте ли он, не выглядывает ли рукоять. Перебороть навязчивое желание было сложно.

– Понятно. – Полицейский приоткрыл дверь, словно собираясь сопроводить его внутрь – Идемте, я сейчас все узнаю. И точно, он пошел впереди. Сергей прекрасно добрался бы и сам, тем более он был здесь не так давно, но так и не нашел слов, чтоб заставить полицейского исчезнуть. И в самом деле, что он может сказать? «Идите нахер, я сам разберусь»?

Сопровождающий несильно постучал костяшками пальцев по толстому стеклу, за которым скрывался похожий на вахтера в метрополитене, дородный мужчина далеко за пятьдесят. От других представителей этой профессии его отличала разве что форма и наглое выражение лица. Хотя нет, как раз последнее их больше роднило.

Тот с облегчением отвлекся от визгливых жалоб толстой тетки с выкрашенными в пурпурный цвет волосами и уставился на коллегу водянистыми пустыми глазами.

– Сергеич, у нас сегодня опознание какое-то намечалось? – Сергеич недовольно поморщился, словно его в очередной раз спросили, когда он все же решится отказаться от жирной и нездоровой пищи и молча углубился в монитор новенького компьютера. Он щелкам толстыми пальцами по кнопкам клавиатуры с неожиданной ловкостью и через секунду ответил.

– В 12 кабинете. Нилов заждался уже, хотел сам выезжать за свидетелем. – Усатый отстранился от стойки, позволяя толстухе продолжать свои жалобы.

– Второй этаж, налево. – Это он уже наставлял Сергея. – Вас проводить? Вы выглядите неважно.

– Спасибо. Не нужно. Просто не выспался наверное. – Парень сочувствующе покачал головой. Снова его начинают жалеть, как это все достало, глубоко внутри разъярился Сергей. Но вслух произнес только – Спасибо, еще раз. Дальше я сам.

Подъем по лестнице занял целую вечность. А это всего второй этаж. Мимо то и дело пробегали спешащие по делам сотрудники. Мужчины и женщины, они уверены, что делают мир лучше, чище…и даже не понимают, что ни черта у них не получается. Дерьмо можно победить только смыв его в унитаз.

Оказавшись на нужном этаже, Сергей начал судорожно вспоминать где же здесь лево, как вдруг…

– Вот и вы! А я уже хотел отправить наряд к вам домой. – Молодой лейтенант, с которым судьба сводила их уже неоднократно, быстро шел навстречу. Он протянул руку для рукопожатия, на которое Сергей ответил с заметной нерешительностью.

– Да вы весь горите. Пойдемте. – Странно. Вежливый и такой заботливый. Помниться вчера, в машине, он не был так сдержан. Войдя в прокуренный, какой-то серый и неприятный кабинет, лейтенант указал Сергею на один из типовых офисных стульев у стола, которым тот с удовлетворением воспользовался. Налил стакан теплой воды из граненого графина и тут же схватил трубку стационарного телефона, которыми продолжали пользоваться наверное только в подобных государственных учреждениях.

Через несколько минут дверь распахнулась и в помещение втолкнули высоченного амбала, с забинтованной головой. Руки сведены за спиной и закованы в наручники. Объемный живот вздымается при каждом шаге, широкие плечи едва удалось протиснуть в дверной проем. Следом протиснулись двое парней в бронижилетах и с короткими автоматами наперевес.

В комнате сразу стало очень тесно. Здоровяка бесцеремонно усадили в дальнем конце комнаты, подальше от окна, словно опасались, что он может выпорхнуть в него как птица.

– Какого черта господа? – Интонацией здоровяк не плохо подражал Д’Артаньяну из старого советского фильма. По всему он был в отличном расположении духа. – Только я разговорился с уважаемыми людьми…

– Заткнись Киви. – Грубо оборвал его лейтенат и заметив, что все еще сжимает в ладони телефонную трубку со стуком положил ее на место. – Твои уважаемые люди бомжи и алкоголики. Такие же отбросы, как и ты сам. Один еще и…успел зашквариться, родной?

Физиономия здоровяка, названного Киви вмиг вытянулась, а затем приобрела зловещий оскал.

– Не бери на понт, родной. – Но по выражению глаз было видно, что зашквариться он успел…что бы это ни значило.

– Пасть закрой! – Хозяин кабинета не выказывал желания продолжить диалог. – Ты теперь надолго за решетку отправишься. Сука. А там тебя уже не как родного встретят, уж поверь.

Перевел взгляд на Сергея, с интересом наблюдавшего за их диалогом.

– Сергей Викторович, посмотрите внимательно на этого недочеловека. Вы подтверждаете, что это он напал на гражданина Слюсаренко и гражданку Мякину?

Слюсаренко…Мякина…Сергей не сразу сообразил, что говорят об убитом парне и его изнасилованной и изуродованной девушке. Он внимательно посмотрел на притихшего здоровяка. Черт. Конечно же это он.

– Не знаю…– Протянул Сергей, чувствуя, как пистолет почти уже прожег одежду и теперь впивается раскаленным металлом в его плоть. – Я не уверен…

Пронзительный взгляд голубых глаз лейтенанта Нилова едва не свалил его со стула. На скулах заиграли огромные желваки. Такого расклада он не ожидал. С не меньшим удивлением на него взирал Киви, он точно узнал Сергея.