3 książki za 35 oszczędź od 50%

Клинсмер

Tekst
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Клинсмер
Клинсмер
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 26,36  21,09 
Клинсмер
Audio
Клинсмер
Audiobook
Czyta Пожилой Ксеноморф
18,81 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Держи, тоже твое, – сказал Дима, протягивая мне деньги, когда мы подошли к нашей Ниве.

Оружие я уже закинул в кузов.

– Четыре ствола твои, это те, кого ты гранатой подорвал и еще один, которого срезал очередью.

– Гордись, – хлопнув меня по плечу, произнес Виктор. – Ты после Демьяна из «Легиона» рекордсмен – семь дорожников укатал, а у него восемь и один раненый. Остальные, хрен разберешь чьи парни, потом все между собой по равному поделят.

– Кто из наших погиб? – спросил я.

– Бабая еще в начале боя завалили, – начал перечислять Виктор. – Серега жив, ему повезло, ногу чиркашом зацепило, а так цел, дня два, и снова будет бегать. Погона завалили, он оказался на пути их отхода. Все, что смогли, в оцинкованное ведро собрали – в него из РПГ-7 зарядили почти в упор. Ну, вроде все, во всяком случае из тех, кого ты знаешь. А так, Петруха, Вован, братья Грим, да еще капитана зацепило, придется ему на животе с неделю спать, клок с задницы вырвало порядочный. Итого: человек пятнадцать. У «легионеров» потери всего ничего – пятеро, и те подорвались на фугасе, они в самой первой машине шли. Остальные ранены, правда, двое у них очень тяжелые. Медик сказал, что до больницы не дотянут. Да мы еще наших парней нашли, тех, которые до нас подъем обороняли. – Его голос как-то потяжелел. – В общем, Дима прав оказался, каннибалами дорожники оказались, им наш груз без надобности был, а вот трупы и рабы – да. Ребят наших уже вымыли и выпотрошили, мы их нашли в оставленном грузовичке. А вообще, каравану повезло, у каннибалов что-то не заладилось, и из пяти фугасов сработал только один, на котором Нива подорвалась. Грамотные парни, хорошо засаду обстряпали: и бойцов наших на «Горке» укатали, и нас от каравана выдернули. Вот только не думали, что мы обратно рванем и в тыл им ударим. Так что, вся суета на «Горке» была отвлекающим маневром.

Пока мы разговаривали, из подбитого грузовика перегрузили товар, собрали все трофеи и даже успели расчистить дорогу, скинув сожженные машины в кювет. Спустя полтора часа после начала боя, караван тронулся дальше.

Я ехал и размышлял на тему падения нравов, прямо чистое средневековье, несмотря на машины, оружие и электричество. По большому счету город – это замок, которым правит феодал. Законы (не скажу, что мне это не нравятся) также вернулись в средние века: трофеи, собранные на поле боя, принадлежат победителю, за оружие врага можно получить неплохие деньги. Система «преступление и незамедлительно следующее за ним наказание» тоже ко двору, разве что, головы не рубят. Есть даже публичные наказания. Для простого народа – это как аттракцион, на него ходят вместе с детьми, покупая у разносчиков горячие пирожки и пиво. Договоренности между княжествами – чистая условность, они могут быть нарушены в любой момент. Хотя подобное происходило и в так называемом цивилизованном мире, было там такое государство неприкасаемых, которые считали, что им можно все. В середине двадцатого века основано НАТО, военный блок, для сдерживания «коммунистической заразы», но вскоре коммунизм рухнул, а НАТО осталось. Для чего – никто не понял. А потом оно вошло в Югославию под видом миротворческой операции, хотя там был внутригосударственный конфликт, ни коем образом не касающийся посторонних. Потом Сомали, Ирак, Афганистан и везде была отчетлива видна рука Штатов, которые просто заграбастали НАТО себе. Они уже единолично управляли им, решая в какой точке мира в них «нуждаются». Хотя их никто никуда приходить не просил. Как победители, они объявляли правителей государств военными преступниками, еще после великой отечественной кто-то сказал хорошую фразу: «…Победители, захватив место судей, решают, что военные преступления противника более зверские, чем совершенные ими». Даже головной офис ООН расположился в Нью-Йорке. Здание организации объединенных наций находится не на нейтральной земле, а в «цитадели зла», правда символично, за всю свою историю оно ни разу не осудило действие США. Теперь нет НАТО, империя зла лежит в руинах и стала большой ядерной помойкой, а традиции живут. Мир почти не изменился, только сократил свои границы и продолжает самую захватывающую в мире игру – «Уничтожь себя сам».

– Влас, не спи, – толкнул меня в плечо Виктор. – С головы колонны пришло сообщение, нам на встречу движется большой караван.

– Чей? – спросил я, передергивая затвор «Варяга».

– А вот тут много неясного, – отозвался сержант. – Знаки вроде бы похожи на Северное княжество, столица в Архангельске, но про них ничего не слышно уже года три. У них вроде какая-то резня с питерцами вышла, поговаривали об их полном уничтожении. Так что, держи ушки на макушке. Понятно?

– А чего не понятного? – отозвался я. – Если начнется заваруха, стреляй во все, что стреляет в тебя, после разберемся.

– Правильно, – кивнул сержант и выставил дуло своего автомата в дверь.

Караван был в три раза больше нашего: охраны человек триста, впереди с ревом ползет старенький Т– 72, хотя его вид существенно изменился с тех пор, как он впервые покинул завод, но узнать его можно. Но не смотря на всю свою мощь, встреченный нами караван не проявлял никакой враждебности. Замерев напротив друг друга, две колонны застыли в тревожном ожидании на расстоянии в сто метров. Из-за танка вырулил старый уазик и понесся в нашем направлении, навстречу ему рванулась Нива «Легиона», в которой сидел майор. Встретившись на середине, машины остановились и начался разговор.

– Расслабьтесь, это не враги, – раздался из рации голос майора. – Сейчас новости узнаем и дальше поедем.

Спустя двадцать минут майор, тепло пожав руку командиру встреченного каравана, развернул Ниву и поехал назад.

– Все в порядке, – сказала рация, закрепленная на плече у Виктора, – сейчас их пропустим и пойдем дальше, у них есть подорожная владимирского князя, везут что-то безумно важное для Москвы.

Видимо, караван с эмблемой Северного княжества был действительно очень ценен, пять танков, причем в отличие от головного остальные были Т – 90, десяток БТРов и три БМП. На специальной платформе везли легкий разведывательный вертолет класса «Ансар». Джипы, снующие вдоль колонны, вообще подсчету не поддавались.

– Пять десятков, – уверенно заявил Сергей.

– А у меня шесть получилось, – ответил ему в тон Виктор. – Это один из самых больших караванов, которые я видел. Почти семь сотен охраны.

– Интересно хоть одним глазком бы взглянуть на то, что они везут, – разглядывая очередную фуру, проплывающую мимо, произнес Сергей.

– Язык попридержи, – строго произнес сержант, – а то взглянешь одним глазком, только глаз твой будет лежать на ладони их командира. Да и тебе это знание будет уже без надобности.

Сергей, почувствовав, что начальство дело говорит, пасть закрыл и больше до самого Владимира не произнес ни слова.

Ночевал я уже в своей комнате. Всем, кто сопровождал караван, предоставили три дня отдыха. Поминки по погибшим «витязям» были назначены на послезавтра. За стволы, которые я сдал лично, получил тысячу двести рублей, еще четыре были реквизированы в мою пользу из карманов каннибалов. За два миномета и ящики с минами была обещана премия в размере трех тысяч на брата. Весь следующий день я отсыпался. На улицу вышел лишь для того, чтобы сходить в магазин, поскольку в общаге за полторы недели, что меня не было, на двое суток отключили свет, и тушенка, оставшаяся в холодильнике, протухла. На третий день я появился в отделе. В общей столовой было не протолкнуться, девушки, работающие в «витязе» строгали салаты и что-то варили в многочисленных кастрюльках. Парни сидели хмурые.

– Самые большие потери за последний год, – произнес один из парней, сидящих за соседним столом.

– Точно, – судорожно прикурив, согласился его собеседник. – Пятнадцать человек завалили на трассе, четверо скончались, не доехав до Владимира, еще трое на операционном столе. Итого – двадцать два.

– Последний раз такое было почти год назад, когда нас бросили против банды, что атаковала Муром, там двадцать пять наших осталось. Значит, вскоре в отделе появятся много новых лиц.

Курящий парень снова кивнул, соглашаясь с очевидным.

– Ну что, Влас, отоспался? – плюхаясь на лавку возле меня, спросил Сергей.

– Вроде того, – пожимая протянутую руку, отозвался я.

– Ну, тогда гони штуку, – достаточно бодро произнес он, – мы тут семьям ребят собираем.

– Не вопрос, – произнес я, запуская руку в наружный карман и вытаскивая оттуда сложенные деньги. Отсчитав требуемую сумму, протянул Сергею, который тут же спрятал их к себе.

– Вообще-то не положено вроде как, – произнес он, – Княжество платит семьям погибших дружинников посмертные, но пока их получишь. Вот и собираем с ребят. Начальство смотрит неодобрительно, но молчит.

– Да я понимаю.

– Ну и хорошо, – ответил Серега, – а то есть такие, кто сразу посылает, мол, денег не дам и мне, когда сдохну, не собирайте, – и кивнув, он поспешил куда-то дальше.

Поминки прошли на удивление тихо. Несколько казенных фраз произнес Гроб, начальник отдела. После этого говорили командиры, потом рядовые бойцы. Как оказалось, город тоже замер. В окрестных домах не горело ни одного окна. Улицы возле отдела были безжизненны.

– Помнят, – держась за мое плечо, пьяным голосом произнес Виктор. – Год назад мы потеряли под Муромом почти тридцать человек, так ребята на поминках так ужрались, что каждое окно, которое горело, превратилось в мишень. А насильника, сидевшего в камере, просто растоптали.

С одной стороны я прекрасно понимал то, что сейчас рассказал Виктор, у самого в душе бушевала ярость, но с другой – возле отдела жили люди, не имевшие никакого отношения к гибели «витязей». В этом новом для меня мире действовал закон средневековья: у кого меч, тот и прав, мол, я тебя защищаю и делаю, что хочу, полезешь – убью.

– Ладно, пошли домой, а то нам с тобой завтра в патруль по городу, – пьяным голосом произнес он. – Ожидают караван из Рязани, а там парни совсем отмороженные, почти все на наркоте сидят.

 

Глава 4

В восемь утра наша Нива вырулила со двора отдела и неспешно покатилась по городу. Замена на место Бабая еще не пришла, поэтому ехали вчетвером: Сергей за рулем, я рядом с ним, на заднем сиденье Виктор и Дима.

– За караван всем вынесена благодарность, – произнес Виктор. – Да, вот еще что, в город караван из Рязани прибыл сегодня с утра, парни отмороженные, тащат через Владимир в Нижний наркоту. Им выделили несколько домов на окраине и поставили пару постов, в городе им появляться запрещено, во всяком случае с оружием. Но пока они здесь, везде усилены патрули, все-таки пять десятков отморозков со стволами. Так что, смотрите в оба.

Я, Дима и Сергей синхронно кивнули. Неожиданно включилась рация, привинченная вместо бардачка.

– Витек, ты где? – раздался искаженный помехами голос.

– На окраине, – нажав тангетку, отозвался сержант, – только что миновали пост на Буревестнике.

– Тогда слушай приказ, – мне наконец-то удалось опознать голос капитана Олега, – двигайте в «Колизей», рязанцы ширнулись и держат дискотеку под стволами, их человек шесть, может больше, вы ближе всех. Приказ Гроба. Если не удастся решить дело миром, валите их.

– А не маловато нас? – отозвался Витек.

– Туда уже едут еще два патруля, но они будут на месте не раньше, чем через двадцать минут.

– А охрана «Колизея»?

– Покрошили охрану, – отозвался Олег. – Все, действуй, и удачи.

– Спасибо, – вложив в голос как можно больше сарказма, произнес сержант, а Серега, не дожидаясь его приказа, уже жал на педаль газа, выжимая из модернизированной Нивы все, на что был способен ее движок.

Буквально через три минуты наша машина вылетела на площадь к Золотым Воротам. Развлекательный комплекс «Колизей» располагался внутри бывшего драмтеатра имени Луначарского. Огромные стеклянные окна первого и второго этажей были заложены кирпичом, сверху надстроено еще два этажа, над которым мигала огромная надпись «Колизей», стилизованная под руины древнего Рима. У входа стоял десяток джипов, три с эмблемой Рязанского княжества.

– Что будем делать, командир? – спросил Димка, выпрыгивая из машины и снимая с плеча «Бизон».

– Идем внутрь, смотрим в оба, при любой опасности разрешаю открывать огонь.

Я молча снял с плеча «варяг» и передернул затвор. Ребята, вооруженные «бизонами», с завистью посмотрели на мой автомат. Слухи об этих чудо стволах уже просочились в ряды дружинников, но очень немногие видели их наяву. Парни, что сейчас со мной, уже оценили «варяг» в деле, и их зависть была вполне обоснованна.

– Все, пошли, – приказал Витек и направился к входу.

Охрана обнаружилась быстро. Два тела лежали прямо около стойки гардероба. У одного перерезано горло, второго просто забили до смерти.

– Зверье, – выругался Витька, водя по холлу стволом автомата. Димку от увиденного едва не вывернуло наизнанку, что, впрочем, не удивительно, от головы охранника, разбитой тяжелыми армейскими берцами, мало что осталось, скорее это напоминало багровое пятно с вкраплениями костей и мозгов.

– Значит, минимум два ствола, – подвел итог наш командир. – Обычно, ребята с калашами дежурят.

– Это не наши, – сказал я, не найдя на камуфляже никаких опознавательных знаков, кроме надписи «Охрана».

– У них своя служба безопасности, – ответил Виктор. – Вечером здесь дежурит человек десять, а днем и с утра двое, от силы трое.

– А что из себя представляет сам комплекс? – спросил я. – А то я здесь раньше в театре бывал, но в «Колизее» еще не удосужился.

– Ресторан, – начал перечислять Дима, – три бара, дискотека, биллиардная и бордель на последнем этаже. Дискотека на первом, там же бар.

– Сейчас быстро осмотрим танцпол и поднимемся наверх.

Обойдя гардероб, мы вошли в зал. Поведя стволами, поняли, что зря крались. Ни единой души, только около бара труп еще одного охранника. Подойдя к телу, Сергей перевернул его.

– Выстрел в затылок, – пытаясь переорать ревущую музыку, крикнул он. – Оружия нет.

Виктор кивнул:

– Значит, они выше. Здесь две лестницы. Влас и Серега, вы по правой, мы с Димкой по левой. Смотрим в оба. При малейшем сопротивлении – открывать огонь. Все ясно?

Мы кивнули. Чего непонятного? Этих отморозков надо убить, вот и все. Такое зверье недостойно жить.

На втором этаже тоже оказалось пусто. Огромный ресторан с перевернутыми столиками и залитым кровью полом встретил нас гробовой тишиной.

– На третьем этаже биллиардная, – сказал нам Виктор, – и бар. Скорее всего они там. Сергей, Влас, вы по правой лестнице, мы по левой.

Кивнув, я направился к выходу из ресторана, Серега пошел следом. И вот тут начались сюрпризы. Шагнув в дверь, я лицом к лицу столкнулся с крепким невысоким парнем, держащим в руках Макаров с увеличенным магазином. На камуфляжной куртке эмблема Рязанского Князя. Он опешил, увидев четверых «Витязей», явно не ожидал никого здесь встретить, а просто приперся за жратвой. Все решилось в течение секунды. Он вскинул руку с пистолетом, выцеливая меня. Я же, понимая, что выстрелить не успеваю, шагнул навстречу и двинул ему в челюсть прикладом автомата. Рязанец рухнул, как подкошенный. Тут же к нему подскочил Сергей, быстро завел руки за спину и защелкнул на запястьях наручники. Конфискованный ствол перекочевал к нему в карман.

– Так, быстро наверх, пока этого не хватились, – и поспешил к лестнице, ведущей на третий этаж.

Мы взбежали по лестнице и замерли у дверей в биллиардную. Оттуда раздавалась ругань и женские всхлипы, чуть в стороне стучали друг об дружку биллиардные шары. Виктор заглянул в дверную щель и быстро оценил ситуацию.

– Их пятеро. Двое у бара, двое гоняют шары справа от двери, еще один насилует официантку на соседнем биллиардном столе. У противоположенной стены человек двадцать заложников, сидят на полу, в основном персонал «Колизея». Итак, Влас, ты у нас лучший стрелок, на тебе насильник и игроки, на нас те, что у бара. Сергей, ты пока проверь четвертый этаж. Там бордель, может еще кто есть.

Серега кивнул и тихо двинулся к лестнице.

Я остановился напротив дверей, они открывались в обе стороны, но сейчас были закрыты.

– Влас, ты справа, Дима пойдет слева, я по центру.

Мы с Димой кивнули и заняли указанные Виктором места.

– На счет три, – шепнул сержант и начал отсчет. – Раз! Два! Три…

Мы дружно открыли двери ногами и, как ураган, влетели в бильярдную. Ребята начали стрелять раньше, им проще, цели у них открытые, сидят спиной ко входу. Я же выцеливал насильника. Наконец нажал на спуск, пули из «варяга» просто сбросили его с девушки. Дальше просто, один из биллиардистов потянулся к «калашу», лежащему на соседнем столе. Но безоболочные пули отшвырнули его к стене, едва не разорвав пополам. Последний из рязанцев, бросив кий, схватил официантку, лежащую на столе, и прикрылся ей, поднеся к ее горлу большой охотничий нож.

– А ну, стоять! – заорал он безумным голосом. – Иначе вскрою сучке горло!

Димка, дрогнув, опустил ствол «бизона» в пол, его примеру последовал Виктор. Я же продолжал целиться в девушку, поскольку невысокий парень умудрился спрятаться за ней так, что я видел только руку с ножом.

– Брось ствол, – заорал он. – Мы уйдем отсюда и, когда я буду в безопасности, отпущу ее.

– Никуда ты не уйдешь, – сказал я громко. – Девушка, как вас зовут?

Ее глаза расширились то ли от удивления, то ли от страха.

– Даша, – почти шепотом произнесла она.

– Хорошо, Даша, – сказал я, – ничего не бойтесь, сейчас я выстрелю вам в левое плечо и сделаю там аккуратную дырку. Вам ничего не угрожает. Закройте глаза.

– Ты не сделаешь этого! – заорал рязанец.

– Стоит мне опустить автомат, – спокойно прицеливаясь, сказал я, – и ты схватишь Калашников, лежащий на столе, потом убьешь нас, а затем всех в этом зале. Ведь именно так ты планировал?

– Нет! – истерично завизжал бандит.

От страха ножки девушки подкосились и она повисла на его руке, открыв мне голову бандита. Выстрел прозвучал почти неслышно, а безоболочная пуля смяла череп последнего из рязанцев, словно куриное яйцо. Девушка отбросила руку с ножом, и бандит рухнул на пол.

– Молодец, Даша, ты сделала все так, как надо, – поднимая девушку с пола, произнес я, – пойдем к бару. Эй, кто из вас бармен? – посмотрев на бывших заложников, спросил я.

Парень в белой рубашке поднялся и на негнущихся ногах отправился к стойке.

– Чего изволите? – заняв свое место, дрожащим голосом спросил он.

– Девушке чего покрепче, а мне коньяка. Ребята, вы что будете?

В этот момент в бильярдную влетело запоздавшее подкрепление из троих «легионеров» и четырех «витязей». С ними был Серега.

– На верху все чисто, – доложил он.

Виктор кивнул.

– Ребята, спокойно, здесь уже все кончилось, – подняв руки, крикнул подкреплению он. – Там на втором этаже был еще один в наручниках, заберите его и вздерните на ближайшем столбе. – А затем направился в сторону бармена. – Мне пива. Дим, Сергей, вы что будете?

– Тоже пиво. Питерское есть? – в один голос ответили парни, занимая свои места, согласно купленным билетам.

Бармен кивнул и трясущимися руками начал разливать по бокалам пенный напиток. Виктор к этому моменту обшмонал карманы убитых. Два тугих бумажника, три золотых перстня и увесистая золотая цепочка перекочевали в его карман. Я удивленно покосился в его сторону.

– Сержант, извини, может я, конечно, лезу не в свое дело, – тихонько сказал я, – но разве это не мародерство?

– Влас, здесь действуют те же правила, что и на дороге. Все нормально, это разрешено по закону и мы в своих правах, – спокойно, усаживаясь на высокий барный табурет, ответил он. – Ни тела, ни вещи преступников родне не выдаются, тебе должны были объяснить в тренировочном лагере.

– Да, говорили, но только я не верил, что это серьезно.

– Все, что тебе говорили, вполне серьезно, – кивнул он, – заруби себе на носу. Им вещи уже ни к чему, а нам пригодятся, так что, когда поедем в отдел, по дороге поделим. Твоя доля не маленькая, ведь ты выполнил основную работу. Все нормально, они преступили закон, а значит, к стенке. Убили троих охранников, а это уже преступление против власти.

– Не троих, а четверых, – раздался позади голос Олега.

Мы вскочили и вытянулись по стойке смирно.

– Четвертое тело нашли в туалете, – сказал капитан. – А ты молодец, – повернулся он ко мне, – первый раз в патруле и уже умудрился заработать премию. Приедешь в отдел, зайди в фин. часть.

Я неумело козырнул.

– Служу Княжеству!

– Хорошо служите, – похвалил капитан и направился к выходу.

Именно в этот момент в дверях биллиардной появился толстый мужик в камуфляже с гербом Рязани на левой стороне груди. За спиной у него стояли два рослых парня. На поясе у каждого из них в открытой кобуре дремал «Дротик», один из лучших пистолетов еще российского производства.

– Тела отдайте, – сказал толстый, войдя в зал и мельком глянув на залитые кровью трупы своих подручных.

– Демид, ты закон владимирский знаешь? – ответил капитан. – Тела преступников не выдаются.

– Олег, в виде исключения, – сделав над собой усилие, попросил толстый. – Вон тот, без штанов, сын правой руки Рязанского Князя, я обещал вернуть его в любом случае. А вон тот, с дырявой головой, племянник очень влиятельного наркоторговца. Это его караван мы ведем.

Я же присматривался к толстому повнимательней. Голос стальной, властный, в глазах жестокость маньяка. Такому человека убить – раз плюнуть. Приглядевшись, я понял, что правый глаз у Демида искусственный, поэтому он и поворачивал голову, чтобы увидеть тела.

– Остальные мне не нужны, – меж тем продолжил толстяк, – но этих двоих отдай.

– Хрен с тобой, забирай, – наконец сдался капитан, видимо, он решил, что проще немного нарушить закон, чем утопить город в крови – не отдашь, будут говорить стволы. – Но чтобы завтра с утра вашего каравана в городе не было.

– Хорошо, – просто согласился Демид, – завтра мы на рассвете тронемся в путь. Эй вы, – повернулся он к охранникам, – грузите этих двух идиотов в Ниву.

Телохранители молча подошли к трупам и, ухватив полуголого за ноги и за руки, поволокли к выходу. Через пару минут они вернулись и унесли второго. Демид направился следом, но в дверях затормозил и пристально посмотрел мне в глаза, единственный видящий глаз обещал мне скорую расправу с долгой и мучительной смертью.

– А тебе, Олег, спасибо, – бросил он капитану. – Думаю, твой поступок достоин награды. Там стоят три Нивы, две мы заберем, а одну оставим тебе, – и, развернувшись, тяжело переваливаясь, вышел за дверь.

– Ну что, Влас, поздравляю, – повернулся к нам капитан, – твое вознаграждение еще выросло ровно на одну Ниву, она теперь твоя. Только я бы на твоем месте теперь бы спал в пол глаза, Рязанцы не простят тебе убийства таких важных для них людей. Официального преследования не будет, Князь своих в обиду не дает, а вот нож в спину получить можешь. Так что, будь осторожен, – и, кивнув, Олег вышел из биллиардной.

 

– Да, вляпались, – хмуро подвел итог Дима, – теперь стоит от всякой тени шарахаться. Правда и заработали не мало.

– Ниву продадим, деньги на троих поделим, – беспечно сказал я.

– И не думай, – строго заявил Виктор, – это твоя награда, только эмблему нужно с рязанской превратить во владимирскую. А так все нормально, сегодня проставишься с премии и в расчете.

– Как скажешь, командир, – улыбнулся я и весело козырнул сержанту.

Опрокинув бокал коньяка и допив пиво, мы вышли из «Колизея». Нива оказалась почти новой – под капотом форсированный движок, ключи в замке зажигания.

– Владей, – указывая на них, сказал Виктор.

Машину быстро обшмонали. Серега даже на всякий пожарный осмотрел днище.

– Вроде ничего постороннего, – поднимаясь и отряхивая ладони, произнес он.

В бардачке обнаружили пакет с герычем, грамм на пятьдесят.

– А вот это лучше сразу сдай, – сказал Виктор, – у нас за хранение этой дряни расстрел.

– Да я вроде бы не увлекаюсь, – пожал плечами я. – Если тебе не сложно, забери его и сдай, ладно? А то еще забуду.

Сержант серьезно кивнул и, забрав пакет, положил его в нагрудный карман. Потом усевшись в Ниву, на которой мы приехали к «Колизею», пересчитали и разделили деньги, конфискованные у Рязанцев.

– Двенадцать тысяч, – подвел итог Виктор, – по три тысячи на рыло и по перстню вам, цепочку, как старший, оставлю себе.

– Не вопрос, – в один голос ответили мы, рассовывая деньги по карманам.

– Держи, – сказал Виктор, протягивая мне бумажник из змеиной кожи, – а то я гляжу, у тебя нету.

– Спасибо, – искренне поблагодарил я и убрал деньги в дорогой бумажник.

– Он не меньше штуки стоит, – на глазок оценил дар Витек. – Но цепуха, которая мне досталась, тянет еще тысячи на четыре, так что я не внакладе, – и он протянул Димке второй лопатник из жесткой крокодиловой кожи, – владей, витязь, – великодушно сказал он.

Серега остался к этому равнодушным, его лопатник был покруче.

– Кстати, Влас, тебя в отделении ждет еще один сюрприз.

– Какой? – немного напрягшись, спросил я.

– Да не напрягайся, – заметив, что я, как пес, ощетинился сказал сержант, – сюрприз приятный. Тебе от нашего отдела однокомнатную квартиру презентовали. Вчера оного барыгу застрелили, так вот наследников у него нет, и квартиру отдали в отдел, решено было передать тебе, ведь в общаге не жизнь. Но я тебе ничего не говорил, так что, когда скажут, сделай большие глаза, прыгай от радости и делай вид, что слышишь об этом впервые. Кстати, квартира неподалеку отсюда, правда теперь от центра все неподалеку.

– Не фига себе, фарт пошел, – обрадовался Дима. – Скоро на новоселье погуляем, заодно и машину обмоем.

Серега в предвкушении потер руки.

– Слушай, а с чего это мне такие привилегии? – спросил я, не торопясь радоваться свалившимся на меня благам. – Два часа назад я был рядовым бойцом отряда дружинников «Витязь», спустя два часа у меня квартира, машина и деньги. Так за что мне все это?

– Ты везде подвох видишь? – немного удивленно спросил Сергей.

– Да, ребята, везде, – отозвался я. – Понимаете, не верю я, что вам тут всем квартиры раздают и капитаны машины дарят. Если еще есть закон о реквизировании у преступников денег, украшений и прочего, то насчет халявной квартиры я сильно сомневаюсь.

– Ладно, так и быть, расскажу, – нехотя сказал сержант. – Дим, Сергей, идите погуляйте пять минут и поедем.

Парни вылезли из машины и, прикурив, стали проверять подаренную мне Ниву.

– В общем так, – начал Виктор. – На тебя сделана ставка. Ты в наше дерьмо недавно окунулся, поэтому тебе хотят доверить новый отдел. Квартирой, машиной, деньгами тебя пытаются привязать к Княжеству. Не спрашивай насчет отдела, сия тайна за семью печатями. В первый же день, как ты появился в тренировочном центре, нашему командиру от Петровича пошел сигнал. Тебя всю неделю тестировали. Сразу стало ясно, что до того, как ты впал в кому, ты был очень не простым человеком. У тебя навыки явно не рядового исполнителя. Любого можно научить стрелять, драться, бегать, прыгать. Психологический тест, по которому тебя прогнали, говорит, что твое  IQ выше нормы в три раза. Я тебе этого говорить не должен, я вообще этого знать не должен, случайно услышал разговор. Но что за отдел собираются тебе дать, не знаю. А караван был проверкой, которую ты прошел просто великолепно.

– Понятно, – обрабатывая полученную информацию, отозвался я. Впрочем, мне пока что все это на руку – квартира, деньги, машина, если я правильно понимаю, то я буду достаточно автономен. – Ладно, Вить, спасибо, что предупредил, теперь я буду во всеоружии. Если дело окажется стоящим, перетащу тебя к себе. Скорее всего, мне будет дан карт-бланш на формирование отдела. А теперь поехали.

Виктор кивнул.

– Ты на своей? – он посмотрел в сторону Нивы.

– Пожалуй, надо бы обкатать, я как-никак девять лет за рулем не сидел.

– Тогда пристраивайся в хвост. Дима сядет с тобой, Сергей со мной.

Через несколько минут мы уже двигали по трассе. Машина слушалась хорошо. Да, я раньше водил неплохо, вот только кто я? Пока ехали, смог немного присмотреться к городу. Центр почти весь состоял из новых домов: красивые, невысокие, все из стекла и бетона. Но сразу за Студеной горой пошел старый, прежний, хорошо знакомый Владимир. Новых домов здесь почти нет, самые свежие года двухтысячного. Остальные – обыкновенные пятиэтажные хрущевки. Кое-где вместо окон фанерные листы, а некоторые просто зияли пустыми рамами и выгоревшими квартирами. Дорога тоже намного хуже, хотя разбита не так сильно, как на пути к тренировочной базе дружинников и за городом. Нива Виктора показала левый поворот, свернула к отделу, заехав во двор.

Гроб, распоряжавшийся здесь, сразу вызвал меня к себе, где в присутствии еще одного подполковника, трех майоров и пяти капитанов, среди которых я обнаружил Олега, вручил мне ключи от квартиры, которая оказалась прямо на Студеной горе в одном из новых домов. Пришлось сбивчиво благодарить, делать вид, что я удивлен и радуюсь привалившему счастью. Наконец, церемония закончилась, и мы остались с полковником наедине.

– Итак, Влас, ваши показатели превосходят любого из моих людей. Сверху пришел строгий приказ – любыми средствами привязать вас к Княжеству. Вам поручено возглавить новый отдел, – он пристально посмотрел мне в глаза, пытаясь узнать, о чем я думаю, но натолкнулся на холодный взгляд, требующий продолжения столь интересной истории. – Завтра будет получен приказ о присвоении вам звания майора. В ваше распоряжение будет передано отдельное здание, людей вам поручено отобрать лично, учитывая специфику работы. Пока что это двадцать человек. Вам предоставят файлы на всех сотрудников и вы сами отберете нужных вам людей.

– Почему я?

– Не знаю почему, – огрызнулся он, – я бы тоже хотел узнать, почему к рядовому бойцу столько внимания.

«Врешь, – подумал я, – ты все знаешь, вот только говорить не хочешь».

– Что за отдел я возглавлю?

– Я не знаю. Приказы вам будет отдавать воевода Княжества лично, вы с этой минуты не подвластны мне.

– Тогда почему именно вы вводите меня в курс дела?

– Таков приказ, – виновато произнес он и вдруг спохватился: его, матерого волка, допрашивает какой-то щенок, который пробыл у него в подчинение полторы недели, из них неделя на тренировочной базе. – Все, на этом я с вами прощаюсь, – поднявшись, сказал он, показывая, что разговор закончен. – Надеюсь, вы оправдаете надежды, которые на вас возлагают.

– Хорошо, – согласился я. – Тогда будьте добры подготовить приказ о переводе сержанта Виктора, его водителя Сергея, к сожалению не знаю фамилий, и рядового Дмитрия Чубарова. Пока это все. Возможно, я заберу еще несколько людей, но позже.

Полковник позеленел и даже не заметил протянутой руки.

To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?