3 książki za 35 oszczędź od 50%

Колыбельная звезд

Tekst
9
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Колыбельная звезд
Колыбельная звезд
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 47,04  37,63 
Колыбельная звезд
Audio
Колыбельная звезд
Audiobook
Czyta Наталья Мартынова
25,39 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

– Я не просила мне помогать, – сказала она, сердито отстранившись.

– Ты никогда не просила, Джиллиан. Тем не менее я всегда был рядом, когда тебе требовалась помощь.

Уловив в его словах скрытый укор, она отвернулась с сильно бьющимся сердцем, а затем пошла домой, стараясь сохранять остатки достоинства – насколько это позволяла изящная походка хромой утки.

Оказавшись на своей территории, Джиллиан немного перевела дух и лишь тогда решилась оглянуться. Линк стоял в дверях и молча за ней наблюдал, словно хотел убедиться, что она благополучно доберется. На террасе Джиллиан прислонилась к колонне и посмотрела в сторону океана, хотя и не могла его видеть с заднего двора. Однако он был где-то там – могучие волны обрушивались на берег и вновь отступали, подчиняясь древним ритмам. Человеческие эмоции тоже имеют циклическую природу: на смену боли всегда приходит прощение. Хотя многим так и не удается одолеть прибой и доплыть до спасительного берега.

Едва держась на ногах от усталости, она зашла в дом и захлопнула за собой дверь.

Линк смотрел на закрытую дверь; ему было стыдно за свое поведение. Он не понимал, что злило его больше: собственные грубые слова или вызванное ими чувство вины. Линк по-прежнему не находил оправдания прошлым поступкам Джиллиан, однако его озадачило выражение искренней обиды на ее лице.

Он поднялся в комнату Лорен. Может, новоявленная соседка тоже сюда заходила и ей удалось найти то, что ускользнуло от его внимания? Линк сел на подоконник и посмотрел на соседний дом. В угловой спальне зажегся свет, и он увидел, как Джиллиан подошла к детской кроватке и потрогала лоб спящей девочки. А затем ненадолго склонила голову, словно в молитве, и лицо ее закрыли темные прямые волосы до плеч.

Какая же она все-таки красивая! И беременность ей только к лицу. Теперь будет трудно ее ненавидеть, хотя он приучил себя к этому за последние шестнадцать лет.

Линк был потрясен, впервые увидев ее маленькую дочку и очевидную беременность. Еще в детстве он твердо решил, что станет архитектором. А она столь же твердо клялась никогда не становиться матерью. Интересно, что заставило ее передумать?

Джиллиан поправила дочкино одеяло, а затем подошла к окну, чтобы задернуть шторы. На несколько мгновений Линку удалось увидеть ее истинное лицо: сквозь фальшивую маску вечного оптимизма вдруг проступили следы горестей и разочарований. Захватив одной рукой розовые оборки занавески, Джиллиан неожиданно встретилась с ним глазами, когда взглянула на окна соседнего дома. В этом долгом взгляде не было ни раскаяния, ни примирения, а лишь теплота, и у Линка возникло чувство какой-то недосказанности. Белая рука Джиллиан мелькнула в окне и задернула другую половину шторы, закрыв ему обзор. Через несколько минут лампа в комнате погасла, и дюны вновь погрузились во тьму, освещаемые лишь призрачным сиянием звезд и луны.

Глава 4

Лица коснулись теплые солнечные лучи, и Джиллиан на мгновение почудилось, что она в детстве, под надежной защитой бабушкиного дома, и что Лорен все еще живет по соседству. А потом ребенок в животе шевельнулся, она открыла глаза и поняла, что это счастливое время ушло безвозвратно.

Джиллиан села, свесив ноги с кровати, и попыталась определить время по положению солнца. Потом взглянула на часы и ужаснулась: почти девять!

Дверь в комнату дочери была распахнута настежь.

– Грейси!

Ответом на ее крик был лишь отдаленный шум океана. Джиллиан в панике обшарила детскую и остальные комнаты, а затем в одной ночнушке выбежала из дома на заднюю веранду и направилась к дюнам. Поднявшись по песчаному склону, она прошла по узкому деревянному настилу и резко остановилась, чувствуя, как кровь стучит в висках: вдалеке, на раскинувшейся внизу длинной полосе пляжа, виднелась маленькая фигурка Грейс. По-прежнему одетая в ночнушку, девочка сидела на песке рядом с полной корзиной пасхальных яиц. По другую сторону от нее сидел Линк, не обращая внимания на ветер, гоняющий по всему пляжу песчаные вихри.

Джиллиан сбежала с настила, споткнулась о какой-то захудалый кустик и упала на колени в теплый и мягкий песок.

– Вот черт! – С трудом удерживая равновесие на зыбкой поверхности, она медленно встала и пошла вперед. Приблизившись, снова крикнула: – Грейси!

Ее смутило спокойное выражение двух повернувшихся к ней лиц. Пятныш поднял голову с колен Грейс и окинул хозяйку презрительным взглядом. Она стояла перед ними, пытаясь отдышаться, а ночная рубашка надувалась от ветра, словно парус.

– Смотри, Джилли-Дилли! Пасхальный кролик все-таки нашел нас! – Девочка приподняла корзину. – Ты опять сказала плохое слово.

Как она могла хоть что-нибудь расслышать с такого расстояния? Джиллиан решила об этом не задумываться.

– А это Линк, – с улыбкой добавила Грейс.

Сердце колотилось как бешеное, и Джиллиан прижала руку к груди.

– Я знаю. Лучше скажи, что ты здесь делаешь в одной ночнушке?

Грейс прыснула в ладошку.

– Ты и сама в ночнушке! – Она посмотрела на Линка. – Папа говорит, что только голодранцы из трейлеров расхаживают по улице в пижамах.

Сраженная этим аргументом, Джиллиан опустилась на песок рядом с дочкой.

– Что ж, ему виднее.

Линк вопросительно посмотрел на нее, но ничего не сказал.

– Грейси, сколько раз я тебе говорила: нельзя убегать из дома без спросу и тем более подходить так близко к воде! А еще нельзя разговаривать с незнакомыми людьми – ты и это прекрасно знаешь.

– Я просто не хотела тебя будить. На веранде тоже были пасхальные яйца, и я подумала, что можно их взять. К тому же Линк вовсе не незнакомый! Я видела его из окна, когда он рассматривал наш дом, и Лорен велела пойти и поговорить с ним.

Произнеся запретное имя, Грейс испуганно прикрыла рот рукой. Линк вскочил и пристально посмотрел на девочку, а затем перевел осуждающий взгляд на ее мать.

– А ну марш домой! Надень какое-нибудь нарядное платье, потому что сегодня мы идем в церковь, а потом на ужин к миссис Уэбер, – скомандовала Джиллиан, вручив дочке пасхальную корзину.

– Джилли-Дилли, прости, что я опять произнесла это имя, – сказала Грейси, виновато опустив голову.

– Ничего страшного. Ты ведь помнишь, что Лорен существует лишь в твоем воображении?

Грейс замялась, будто хотела возразить, но вместо ответа с улыбкой посмотрела на Линка.

– Пока, Линк.

Его лицо смягчилось.

– Пока, малышка. Спасибо за компанию!

Грейс повернулась и побежала вверх по песчаному склону, прижимая к себе корзину. Пятныш преданно семенил следом.

Джиллиан замешкалась, пытаясь отыскать опору на песке и встать. Увидев перед собой загорелую руку с длинными пальцами, она вздрогнула от неожиданности, а затем крепко за нее ухватилась. Линк помог ей подняться, причем сделал это без каких-либо видимых усилий. Джиллиан дотронулась до небольшого рубца между большим и указательным пальцем его правой руки.

– Я помню, откуда он у тебя. Ты порезался ножом, когда делал шкатулку для Лорен. Кровь все лилась и лилась, но ты не стал прекращать работу. Как будто чувствовал, что время на исходе.

Линк отдернул руку, как от огня, и в его глазах мелькнула боль. Однако через мгновение они вновь стали холодными и непроницаемыми.

– Что ты рассказала Грейс о Лорен?

Джиллиан взглянула на размытую линию горизонта – там, где небо сливалось с морем.

– Ничего. Я даже имени ее никогда не упоминала. – Она посмотрела Линку в глаза. – Как и твоего. Просто иногда Грейс придумывает себе друзей и почему-то решила назвать так свою очередную вымышленную подругу.

– А почему ты хромаешь?

Она расправила белую хлопковую ночнушку на выступающем животе.

– Седалищный нерв. Ребенок на него давит, и мне больно ходить. И сидеть. И стоять. – Лицо Линка по-прежнему ничего не выражало, и ей вдруг захотелось вызвать хоть какую-то реакцию с его стороны. – Бывший муж предлагал мне купить трость, но я была не в настроении выслушивать его дурацкие идеи. Например, после развода он предлагал отдать ему бабушкин спальный гарнитур, потому что тот очень понравился его новой пассии.

Линк даже не моргнул.

– Когда тебе рожать? – Он говорил неохотно, словно не желая тратить драгоценные слова. По тону было ясно, что ему неприятно здесь находиться. Тем не менее он по-прежнему стоял и смотрел на Джиллиан. Казалось, их разделяет океан незаданных вопросов.

– Еще месяц – и я снова увижу свои ноги. По-моему, эта беременность длится целую вечность.

Линк не сводил с нее серых глаз.

– Вечность – это слишком долго.

Но недостаточно долго, чтобы забыть прошлое.

– Возможно, – сказала она, пытаясь разгадать его мысли. Налетевший порыв ветра словно подтолкнул ее к нему. – Почему ты вернулся?

Линк посмотрел на два старых дома с маленькими башенками по бокам – казалось, они растерянно пожимают плечами – и сунул руки в карманы.

– Дом – это место, где живут призраки прошлого.

Порыв ветра вновь надул ночнушку и засыпал волосы песком.

– От твоих слов веет холодом. И одиночеством.

Линк молча смотрел на дома, будто не слыша. Джиллиан повернулась, чтобы уйти, но он вдруг схватил ее за локоть.

– Не упади.

Она нехотя приняла помощь. Чувствуя тепло его руки, Джиллиан брела по глубокому песку и вдруг осознала, что под ночнушкой у нее ничего нет. Густая краска залила ей лицо.

– Что с тобой? – спросил Линк.

Сгорая от стыда, она пробормотала:

– Ничего. Просто доведи меня до настила, а дальше я сама.

Наконец они добрались до твердой дощатой поверхности, и Линк сразу же отпустил ее руку.

– Спасибо, что проводил. И приглядел за Грейси.

– Она чудесная малышка. – Линк на мгновение отвел глаза. – Если честно, я удивился, что ты все-таки решилась стать матерью. Чего угодно от тебя ожидал, только не этого.

Джиллиан повернула в сторону своего двора, не испытывая ни малейшего желания что-то кому-то объяснять – и тем более Линку.

 

– Еще раз спасибо, – сказала она и почти бегом направилась к дому.

Зайдя внутрь, она захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, не сомневаясь, что Линк все еще стоит на деревянной дорожке и смотрит ей вслед холодными серыми глазами, а дующий с моря ветер треплет его волосы.

Около двух часов дня Линк появился на крыльце и громко постучал в дверь. Его совершенно не прельщала идея стать объектом манипуляций миссис Уэбер, но это был самый верный способ вытянуть из Джиллиан нужную информацию. К тому же она казалась такой хрупкой и уязвимой, что он был тронут до глубины души.

Из открытых окон доносился восхитительный запах, и вскоре послышались чьи-то быстрые легкие шаги. Грейс распахнула дверь.

– Привет, Линк, – сказала она серьезно. На ней было нежно-зеленое платье, тщательно выстиранное и отутюженное. Затем девочка улыбнулась и добавила, понизив голос: – Я знала, что ты придешь. Джилли-Дилли на кухне.

Джиллиан как раз вытаскивала из духовки форму для запекания, держа ее огромными рукавицами-прихватками. Обернувшись и увидев Линка, она вздрогнула и чуть не выронила все из рук. Затем, опустив глаза, поставила форму на стол и стянула рукавицы; ее лицо раскраснелось от жара духовки. Он заметил, что под фартуком на ней только обтягивающая комбинация. Смотреть на Джиллиан было приятно – ему даже захотелось скинуть ботинки и присесть за стол. Линк смутился и решительно застегнул пиджак на все пуговицы.

– Привет, Линк. Извини за мой вид – я не ждала гостей.

– Это ты извини. Совсем забыл сказать, что миссис Уэбер попросила вас с Грейси к ней подвезти. Меня тоже пригласили, а твоя машина еще в ремонте… – Он не договорил, заметив ее расширившиеся от удивления глаза. – Что-то не так?

Джиллиан покачала головой и принялась отделять ножом содержимое другой формы, которая остужалась на плите.

– Все в порядке. Просто… Да нет, ничего, спасибо. Сейчас только выложу это на блюдо, надену платье, и можно будет выходить.

Несмотря на беременность, двигалась Джиллиан легко и изящно, и Линк ею невольно залюбовался. Она даже стала еще красивее – округлившееся лицо будто светилось изнутри. Он помнил ее совсем другой: худенькой, как тростинка, робкой девчонкой, боящейся лишний раз привлечь к себе внимание. Заостренные скулы, торчащие коленки… Вид у нее был почти как у голодающих детей из телерепортажей. Хотя ему и тогда было ясно, что ей всего лишь недоставало родительской любви, которую каждый ребенок обычно получает сполна.

Он сунул руки в карманы и оглядел кухню, подмечая штрихи, которые Джиллиан успела добавить со времени приезда. Большое окно обрамляют кружевные занавески; по стенам развешаны медные кухонные принадлежности – уже не новые, но начищенные до блеска. А на самых видных местах красуются детские рисунки в тонких деревянных рамках – очевидно, работа Грейс, – и огромная карта звездного неба.

Джиллиан протянула ему фарфоровую тарелку с приличным куском торта и кружку кофе.

– Угощайся. А я пока переоденусь, – сказала она и вышла.

Линк даже не успел поблагодарить и молча сел за стол. Грейси устроилась напротив, внимательно разглядывая гостя. Подперев подбородок рукой, она сказала:

– Я знала, что ты придешь.

– Неужели? Откуда?

– Попробуй торт. Джилли-Дилли раньше пекла разные вкусности для других людей за деньги. У нее здорово получается.

Подчиняясь ее требованию, он откусил немного и тут же пожалел, что не взял кусок побольше. Покрытый глазурью, сахарной пудрой и кусочками фруктов торт еще не до конца остыл; он был сладкий и немного влажный.

– Вкусно?

Линк кивнул и сделал глоток кофе.

– Ты так и не ответила. Откуда ты узнала, что я приду?

Грейс наклонилась к нему и прошептала:

– От Лорен. Она сказала, ты ее тоже знаешь.

Линк чуть не поперхнулся очередным куском и торопливо глотнул еще кофе. Больше он не успел ничего спросить: на пороге вновь появилась Джиллиан.

– Грейси, возьми-ка свитер, а то небо что-то затянулось, и ветер довольно прохладный.

Девочка побежала наверх, а Линк встал из-за стола и поставил тарелку с кружкой в раковину. Затем медленно повернулся к Джиллиан.

– Грейси говорит, что знала о моем приходе заранее. Как такое может быть?

На секунду губы Джиллиан сжались, в глазах мелькнула тревога.

– Иногда она просто… знает, и все. Уверяет, что невидимые друзья кое-что ей рассказывают.

Линк покачал головой.

– Не верю. Может, она услышала твой разговор с миссис Уэбер?

Джиллиан перебила его, неожиданно выпалив:

– А на тебе сейчас правда носки разного цвета – один черный, другой темно-коричневый?

Он оторопело посмотрел на нее.

– Нет, конечно. При чем здесь мои носки?

– Тогда докажи!

– Да пожалуйста! – Он приподнял штанины брюк. Солнечный свет из большого кухонного окна падал на отполированный паркет, на ноги Линка – и на разного цвета носки.

Грейси сбежала по лестнице со свитером в руке. Опустив штанины, Линк встретился глазами с побледневшей Джиллиан.

– Пойдем, Грейси. – Взяв дочь за руку, она вышла из дома и направилась к машине.

Следом молча шел Линк, хотя в голове у него крутилась тысяча вопросов. Он не собирался связываться с Джиллиан и ее дочерью. Ему просто требовалось кое-что у нее узнать о том, что произошло шестнадцать лет назад. Все остальное не имело значения.

Глава 5

Обычно Джиллиан приезжала на Паули только летом, однако пару раз ей доводилось гостить у бабушки в пасхальные каникулы, когда в воздухе веяло прохладой, а толпы отдыхающих еще не успевали оккупировать остров. Выйдя из дома, она вдохнула тонкий аромат молодой зелени – запах весны, несущей надежду и обновление. Вспомнились услышанные в детстве рассказы об острове и его природе: бабушка научила ее всему, что знала сама. Азалии и кизил стояли в цвету – значит, скопам пора вить гнезда, а красноклювые кулики-сороки вот-вот возвратятся после зимовки.

Надо будет обязательно сводить дочку на побережье, чтобы она тоже увидела гнезда скоп и прекрасных белых цапель. А сколько всего интересного можно найти на влажном, подтапливаемом во время приливов песке! Маленькие крабы, морские улитки, креветки-щелкуны, всевозможные обитатели прибрежных зарослей… И призраки.

По дороге к машине Джиллиан вспоминала, как они с Линком и Лорен собирали крабиков в прозрачные банки. Да, нужно поскорее отвести туда Грейс.

Пока они ехали по Миртл-авеню к дому Уэберов, Джиллиан исподтишка разглядывала Линка. Он и в детстве был симпатичным, а со временем превратился в очень привлекательного мужчину, хотя, похоже, сам этого не осознавал. Глядя на руки, сжимающие руль, она вдруг вспомнила, как они все втроем любовались закатом на пляже, и эти же длинные пальцы ласково поправляли волосы Лорен. Возле его плотно сжатых губ появились жесткие складки, а взгляд стал колючим; сейчас никто не поверил бы, что этот суровый на вид человек способен на нежность.

Линк прервал молчание.

– Кстати, Уэберы не знают, кто я. Так что ты им, пожалуйста, не говори. Для них я – Уильям Райзинг, архитектор из Чарльстона, который ремонтирует старый дом Миллзов. Пусть так и будет.

– Думаешь, они тебя не узнали?

Пожав плечами, он ответил вполголоса:

– Патлатый сын проститутки с Миртл-Бич не может ездить на респектабельной машине, носить костюмы и реставрировать дорогие дома. Им и в голову не пришло присмотреться внимательнее.

Джиллиан обернулась на сидящую сзади Грейс: судя по всему, дочка с интересом прислушивалась к разговору, хотя и делала вид, что изучает пейзаж за окном.

– К чему такая секретность? Уэберы – хорошие, понимающие люди. И потом, тебе ведь так и не предъявили обвинение.

Линк пристально взглянул на нее, сбавив скорость.

– Только это не значит, что я невиновен, верно?

Она не мигая смотрела ему в глаза.

– Верно. Но были и те, кто считал тебя невиновным, невзирая на мнение других.

Линк припарковал «Мерседес» на обочине перед свежеокрашенным домом из белого кедра. Дом стоял на кирпичных опорах и был с трех сторон окружен верандой, увешанной гамаками. В распахнутых окнах мансарды под жестяной крышей колыхались кружевные занавески. Марта Уэбер открыла дверь и вышла навстречу гостям, вытирая руки о ярко-желтый фартук. На ее футболке красовалась забавная надпись: «Будущий шеф-повар». Линк отстегнул ремень безопасности и собирался выходить, когда Джиллиан коснулась его руки.

– Я не выдам твой секрет, хотя и не вижу в нем смысла. В любом случае от меня они ничего не узнают.

С сомнением посмотрев на нее, он отстранился и вышел из машины.

Марта подошла и открыла дверцу Грейси.

– Давайте скорее в дом. Надеюсь, вы голодные – у нас целая куча еды! – Она укоризненно покачала головой, заметив торт. – Ой, ну зачем! Столько лишних хлопот!

Джиллиан попыталась вылезти из машины с тортом в одной руке и сумкой в другой, надеясь ничего не уронить. К счастью, Линк вовремя подоспел на помощь. Как только она прочно встала на ноги, он убрал руку, однако продолжал держаться поблизости.

– Ну что вы, никаких хлопот! Я люблю готовить, особенно для других.

– Ты просто клад!.. Уильям, спасибо, что подвезли их! Расстояние, конечно, небольшое, но я не хотела, чтобы Джиллиан шла пешком – в ее-то положении.

– Да я с радостью.

Как ни странно, в его голосе не слышалось и тени сарказма. Поддерживая Джиллиан за локоть, Линк помог ей подняться на крыльцо и довел до самой двери. Тут же на пороге появилась молодая женщина в ярко-красном брючном костюме с цветочным принтом и туфлях на каблуках; на ее губах ярко алела помада. Рядом стояла девочка примерно одного возраста с Грейс. Женщина широко улыбнулась гостям и слегка придержала дверь.

– Не узнаешь меня? Впрочем, конечно, я успела немножко измениться за столько лет. Я – твой риелтор, Лесси Бомонт. Мой муж, Кен, тоже где-то здесь. – Она оглянулась, чтобы убедиться, что их никто не слышит, и вполголоса добавила: – Здорово, что ты сумела купить бабушкин дом, да еще и по такой смешной цене!

Джиллиан с улыбкой протянула руку, вспомнив маленькую девочку на четыре года младше ее, которая любила расхаживать по острову в тиаре со стразами и маминых туфлях.

– Ты стала повыше. И без тиары. Но я бы все равно тебя узнала. И спасибо огромное, что так здорово все подготовила к нашему приезду. Я с первой же секунды почувствовала себя в родной стихии.

Лесси тепло улыбнулась.

– Я старалась. Ты была доброй и никогда не смеялась надо мной из-за тиары, в отличие от других детей. Когда ты сказала, что приедешь с маленькой дочкой, да еще и беременная, я подумала, что небольшая помощь тебе не помешает.

Джиллиан вспомнила, как они с бабушкой закапывали черепашьи яйца и как бабушка говорила, что иногда приходится полагаться на чужую доброту. Она широко улыбнулась, чтобы скрыть навернувшиеся слезы.

– Ты даже не представляешь, как помогла! Так что с меня – вкусный ужин.

– Ловлю на слове! – рассмеялась Лесси и притянула к себе светловолосую девочку. – А это моя Мэри Эллен. Мама тебе, наверное, говорила, что они с Грейс примерно ровесницы.

Пару секунд девочки настороженно разглядывали друг на друга, а потом Мэри Эллен сказала:

– Мой брат нашел раздавленное яйцо аллигатора. Хочешь посмотреть?

Грейс умоляюще взглянула на мать, и та молча кивнула. Девочки убежали и скрылись в глубине дома. Подмигнув, Лесси сказала:

– Не волнуйся! Братья Мэри Эллен за ними присмотрят.

Их с Линком проводили в заполненный людьми дом – детские крики смешивались с голосами взрослых, а из кухни доносились манящие ароматы пекущегося окорока и рагу из морепродуктов. Кто-то тронул Джиллиан за плечо: обернувшись, она увидела Мейсона Уэбера. Он был на пару лет старше; его густые светлые волосы казались совсем белесыми по контрасту с лицом – загорелым и обветренным от постоянного нахождения на воздухе. Она радостно улыбнулась, вспомнив, как одно время была смертельно в него влюблена.

– Мейсон Уэбер! Как же я рада тебя видеть! – Она потянулась и поцеловала его в щеку, заметив проступивший сквозь загар румянец.

– Привет, Джиллиан. Молодец, что приехала! Я все думал, вернешься ли ты когда-нибудь.

– Да вот решилась, наконец. – Тут она обратила внимание на его униформу. – Значит, работаешь с отцом?

– Ну да. Он все еще шеф полиции, хотя каждый год грозится уйти на пенсию. Так что я рядовой сотрудник. И по-прежнему живу на острове. Как видишь, похвастаться нечем. – Он смущенно улыбнулся, затем перевел взгляд на Линка и протянул ему руку. – А вы, должно быть, тот самый знаменитый архитектор? Мама и Лесси мне все уши о вас прожужжали. Я – Мейсон Уэбер.

 

Слегка поколебавшись, Линк пожал протянутую руку.

– Приятно познакомиться. – Не желая продолжать неизбежный обмен любезностями, он извинился и оставил их вдвоем.

Джиллиан смотрела ему вслед, пока не заметила на себе внимательный взгляд Мейсона.

– Думаю, он просто стесняется, – сказала она. Ей почему-то захотелось оправдать Линка.

Мейсон кивнул.

– Хочешь, я как-нибудь заскочу к тебе? Вспомним старые добрые времена.

– Было бы здорово! – сказала она совершенно искренне.

– Я позвоню. – Мейсон вновь слегка покраснел от смущения и отошел в сторону. Джиллиан тут же окружили другие люди.

Когда с приветствиями было покончено, она отправилась на кухню к остальным женщинам. Мужчины собрались в гостиной перед телевизором. Обернувшись, Джиллиан увидела Линка: он стоял с бутылкой холодного пива в руке и держался чуть отстраненно – вроде бы со всеми и в то же время сам по себе. Причем выбрал себе место на противоположном конце комнаты от шефа Уэбера. Итересно, заметил это кто-нибудь еще? С отрешенным взглядом Линк прислонился к стене, непринужденно скрестив ноги; рукава его строгой рубашки были закатаны и обнажали загорелые руки. Надо признать, выглядел он потрясающе.

Словно почувствовав, что за ним наблюдают, Линк повернул голову и посмотрел на Джиллиан. Не желая встречаться с ним глазами, она прошмыгнула на кухню и закрыла за собой дверь. Кухня была ее родной стихией, и Марта с радостью приняла помощь.

Вопросов о Рике ей не задавали – видимо, хозяева уже ввели всех в курс дела. Пообещав себе потом их поблагодарить, Джиллиан занялась делом, желая выкинуть из головы мысли о Линке. Дом – это место, где живут призраки прошлого. Никак не удавалось забыть его слова. И взгляд. Она чувствовала, что за показной холодной уверенностью скрываются растерянность и одиночество.

Освобождая место на плите для очередной кастрюли, она обожгла палец, и Марта молча достала ей из морозилки кусочек льда. Стоя у раковины, Джиллиан смотрела на стекающие по руке капли и думала о Линке. Да что ж такое! Почему она постоянно о нем думает? Тем более он ясно дал понять, что не желает иметь с ней ничего общего. Тень Лорен до сих пор стояла между ними. Рано или поздно им все равно придется поговорить, а пока лучше просто его избегать. В конце концов, она вернулась на Паули, чтобы залечить душевные раны и начать новую жизнь. Воскрешение призраков прошлого не входило в ее планы.

– Говорят, бабушкин дом достался вам чуть ли не даром. А вот за дом Несбитов-Норбернов выложили больше двух миллионов. Конечно, он чуть побольше, но все-таки. Вам крупно повезло!

Обернувшись, Джиллиан увидела Донну Майклз – школьную учительницу, которая тоже жила в одном из старых домов.

– Правда? Лесси сказала, что продавец согласился на мою цену, не торгуясь. А мне так хотелось поскорее уехать из Атланты, что я не стала об этом задумываться.

Донна хотела что-то добавить, но тут Марта громко объявила, что окорок готов. Все начали суетиться и накрывать на стол, и Джиллиан моментально забыла об этом разговоре.

Вскоре женщины расселись в гостиной на стульях, как курицы на насесте; в руках у каждой было по тарелке с порцией окорока. Грейс и Мэри Эллен, успевшие подружиться, устроились на полу. Линк тоже зашел, но остался стоять со своей тарелкой у двери, явно не собираясь присоединяться к общей компании.

Поставив на пол стакан холодного чая, Лесси повернулась к Джиллиан.

– Мама тебе не говорила, что я учусь на историка? Хочу заниматься сохранением исторического наследия. Нам задали написать исследование об одном из старинных домов Паули. Можно я как-нибудь приду к тебе на экскурсию?

– Конечно! Правда, сама я вряд ли что расскажу, но ты приходи и осматривай все, что нужно.

– Говорят, в «Тамариске» – это старый дом Лашикоттов – есть потайная комната. Хозяева прятались в ней от индейцев и пиратов. Вдруг в твоем тоже есть что-то в этом роде? – Лесси заинтересованно посмотрела на Линка. – К тому же среди нас есть дипломированный архитектор – наверняка он в курсе.

С видом полного равнодушия Линк небрежно поставил свою тарелку на фуршетный стол.

– У меня есть чертежи дома Джиллиан и соседнего с ним: никаких потайных комнат там нет. – Он сделал большой глоток пива, давая понять, что тема исчерпана.

Лесси одарила его ослепительной улыбкой.

– Так вот кого мне надо расспрашивать! Позвольте я позвоню вам на неделе?

К удивлению Джиллиан, Линк не стал отказываться, а вытащил из бумажника визитку и протянул ее Лесси.

– Конечно! Отправьте мне сообщение на номер пейджера, который указан сверху. Я перезвоню, как только смогу.

– Спасибо, Уильям. Значит, договорились! – Лесси подошла за визиткой и с видом довольной кошки вернулась на свой стул.

– Кстати, Лесси, никто не знает об острове Паули больше, чем Джейни Маллиган, – сказала Донна, заправив за уши светлые мелированные пряди.

Все разом замолчали и посмотрели на нее с удивлением. В голове у Джиллиан шевельнулись смутные воспоминания.

– Что за Джейни?

– Местная сумасшедшая с Моррисон-авеню, живет в маленьком розовом доме с видом на побережье. Всюду ходит с тряпичной куклой и зовет ее Малышка. Не понимаю, Донна, с чего ты взяла, будто Джейни что-то знает? Она же не в себе! – Лесси покачала головой и наколола на вилку кусочек окорока.

Джиллиан вспомнила эту странную женщину, чья красота казалась столь же хрупкой, что и рассудок. Сейчас ей должно быть около пятидесяти. Бабушка Пэрриш частенько навещала Джейни, приносила еду и брала внучку с собой, однако единственное, что осталось в памяти Джиллиан от этих визитов – тряпичная кукла.

– А кукла у нее до сих пор та самая? Я помню, она носила ее в слинге, как младенца. По-моему, у нее в спальне даже стояла детская кроватка, куда она укладывала куклу спать.

Лесси кивнула.

– Та самая. И она по-прежнему носит ее в слинге. Мы с мамой заходим к ней раз в неделю, чтобы помочь со счетами и разными бумагами, так она все так же качает свою куклу. Печальное зрелище. Как ни странно, она, похоже, вполне счастлива.

Тут послышался уверенный голос Марты, которая забежала перехватить кусочек окорока, пока хозяйские обязанности снова ее не отвлекли:

– Возможно, Джейни Маллиган странноватая, но иногда я думаю, что она умнейший человек. И тебе обязательно стоит ее порасспрашивать о старинных домах. Она просто ходячая энциклопедия! Главное, найти к ней подход.

Лесси поставила пустую тарелку на пол.

– Может, ты и права, мама. Вот приеду в следующий раз… – Она снова лучезарно улыбнулась Линку. – И все-таки я думаю, что если Уильям согласится со мной побеседовать и проведет небольшую экскурсию, то моя работа напишется сама собой.

В ответ Линк лишь коротко улыбнулся и глотнул пива. Все остальные сосредоточились на еде.

Мэри Эллен допивала лимонад, с шумом втягивая все до последней капельки.

– Мисс Пэрриш, а кто у вас будет: мальчик или девочка? – спросила она.

– Будет известно примерно через месяц.

– А я знаю, откуда берутся дети, – громко заявила Грейс. Джиллиан поперхнулась сладкой кукурузной лепешкой и сделала страшные глаза, пытаясь призвать дочку к молчанию. Но Грейси, впервые решившись выступить перед публикой, не собиралась на этом останавливаться. – Мамочка и папочка ложатся голыми в кровать, а потом он дает ей подсолнечное семечко, и оно превращается у нее в животике в ребенка.

Взрослые шокированно молчали, а Мэри Эллен с восторгом подхватила:

– Только мама с папой должны любить друг друга, иначе ничего не выйдет.

Грейс взглянула на мать, а затем сказала, опустив голову:

– Неправда, Мэри Эллен! Мой папа не любил Джилли-Дилли, но у нее все равно получился ребеночек.

Все сосредоточенно продолжали есть, тактично делая вид, что не замечают пылающего лица Джиллиан. Ей вдруг стало дурно.

Линк решительно пересек комнату и присел на корточках перед девочками.

– Я приметил на кухне шоколадный торт, да вот не знаю, вкусный он или нет. Предлагаю вам попробовать его первыми и сказать, стоит ли мне тоже взять кусочек.

Девочки немедленно умчались на кухню. Линк подошел к Джиллиан, забрал у нее тарелку и поставил на стол. А затем сказал, протянув руку:

– На тебе лица нет. Пойдем, я выведу тебя на улицу или провожу до туалета.

Джиллиан с благодарностью приняла предложение. Едва она дошла до туалета и закрыла за собой дверь, как все содержимое ее желудка оказалось снаружи. Интересно, сколько еще унижений ей предстоит вытерпеть? Вот бы стать невидимкой и спрятаться ото всех в любящих бабушкиных объятиях! Как же так вышло, что в награду за все страдания она получила лишь развод, проблемную дочь и огромный живот, из-за которого не видно ног?