Смертельная ошибка

Tekst
4
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Смертельная ошибка
Смертельная ошибка
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 33,04  26,43 
Смертельная ошибка
Audio
Смертельная ошибка
Audiobook
Czyta Юрий Катарманов
16,52  10,74 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Helen H. Durrant

DEAD WRONG

Copyright © Helen H. Durrant First published 2015

Joffe Books, London

© Булычева М., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Пролог

Поток детей с грохотом, толчками и стуком катился вниз по школьной лестнице. Воздух наполняли ругательства.

– Йен! Ты – тупой ублюдок! – взвыл Гэвин Херст. – Ты покалечишь меня своими чертовыми ботинками.

Йен Каллум Эдвардс резко толкнул друга, когда тот наклонился потереть голень.

– Вон парень, – он радостно указал на незнакомца, не обращая внимания на Гэвина. – Схватим-ка его.

Спускавшийся мальчик, о котором шла речь, остановился на полпути на лестнице и с тревогой уставился на парочку. Появление Йена и Гэвина было плохой новостью, а сейчас он еще удостоился их издевательского внимания.

– Отстань от мальчишки! Уже и забыл про мои гребаные лодыжки? – запротестовал Гэвин и оттолкнул Йена к стене.

– Да иди ты… Давай схватим его и повеселимся.

Йен неприязненно взглянул на несчастного парня.

– Он сидел в классе и ковырял в толстом носу, причем целый час. Меня чуть не стошнило. Вот ведь вонючий идиот!

Дэвид Морпет нервно стиснул кулаки и неуклюже спустился к ним по лестнице. Его лицо пылало от напряжения.

– Тяжеловато, жирдяй? – ухмыльнулся Гэвин Херст и уткнулся в лицо парня, когда тот хотел протиснуться мимо. – Куда дел телохранителя? Ему надоело с тобой нянчиться?

– Оставь… меня… в покое, – произнес Морпет дрожащим голосом. – Если ты меня не послушаешься, то у тебя будут крупные проблемы.

– О, видимо, жирдяй решил нас запугать, – крикнул Йен Гэвину. Херст преградил Дэвиду Морпету путь. – Неужели ты испугался, Гэв? Нет, я не верю. Давай-ка устроим этому нахалу урок хороших манер, а?

Дэвид опустил голову, закрыл глаза и попытался вспомнить. Брат Морпета, Майкл, говорил мальчику, что сказать этим двоим, но он забыл.

– Нравятся мои новые ботинки? – потребовал ответа Йен. Он задрал колено и почти тыкал им в лицо Дэвида. – Достал по дешевке. Дешевые и отвратные, вот какие у меня ботинки. – Йен неожиданно врезал мальчику по ноге и попал ему в голень.

Дэвид завизжал и вжался в перила лестницы.

– Куда делась твоя храбрость, жирдяй? Просто старший брат сейчас не держит тебя за ручку.

Йен снова пнул мальчика и надавал ему пощечин.

– Жаль, у нас больше нет краски, а то мы могли бы сделать все как нужно. Келли ушла. Некому приводить тебя в порядок. Ну, что, жирдяй, пойдем поищем в сторожке? Мы можем раскрасить тебя уже по-другому. Тебе явно подойдет зеленый. – Каллум Эдвардс рассмеялся. – Зеленый и тошнотворный. Как думаешь?

Дэвида трясло. Он в ужасе переводил взгляд с одного мучителя на другого. А вдруг они не бахвалятся? Неужели они снова покроют его этой кошмарной краской?

Морпет наконец-то вспомнил фразу, которую они репетировали со старшим братом:

– Если не оставишь меня в покое, я сообщу Сэру.

Слова не произвели на Гэвина и Йена ожидаемого эффекта. Парни просто громко рассмеялись и принялись хватать Дэвида за одежду. Они расстегнули ему рубашку, пояс брюк и сорвали пуговицы на куртке.

– У какого такого Сэра ты собрался просить помощи? У тупого ублюдка, называющего себя главным? – в бешенстве взревел Йен и помотал головой. – Уроды. Вообще без понтов. Уж поверь мне, жирдяй, они-то нас не схватят, и тем более не из-за такого неудачника, как ты!

Йен схватил мальчика за галстук и попытался развернуть. Дэвид Морпет не отводил взгляд от пола, поскольку чувствовал приближение тяжелых ботинок. Дэвид хрипел и ощущал тяжесть в груди. У мальчика начался приступ астмы. Ему как можно быстрее нужен был ингалятор. Дэвид не мог кричать и даже говорить. Голова кружилась. Глаза Морпета в диком страхе шарили вокруг в поисках любой помощи, но никого не было рядом. Остальные дети держались от них подальше и не желали не только вмешиваться, но и смотреть на происходившее истязание.

Гэвин подтолкнул Дэвида к Йену, а тот снова развернул его и оттолкнул назад. Все трое рискованно шатались на ступеньках. Дэвид был неуклюжим от природы, поэтому едва не упал. Мальчик глубоко вздохнул и попытался вырваться. Морпет хотел быстро спуститься по лестнице, но Гэвин Херст двигался гораздо быстрее его. Херст схватил Дэвида за куртку и кинул к Йену. Тот не стал хватать Морпета, а выставил ногу в тяжелом ботинке, пнул несчастного в зад и пустил вниз по ступенькам.

Глава 1

Ему было холодно. Холод и боль пробирали до костей. Острая, колющая боль пронзила его руку. Пальцы онемели: они не чувствовали боли. Он чуть повернул голову и попытался сфокусировать взгляд. Он должен был разобраться с рукой.

Он моргнул. Он стоял голый в каком-то каменном подвале. Это невозможно. Как он сюда попал? Он ломал голову, но ничего не мог вспомнить. Он был привязан к чему-то холодному и твердому у каменной стены. Он изо всех сил вцепился в нечто, державшее его, и попытался закричать. Это тоже не сработало. Его рот был набит чем-то отвратительным на вкус.

Он опустил голову, на несколько секунд почти уткнулся подбородком в грудь. Голова шла кругом. Возможно, он спал. Может, он принял какую-то дрянь и у него начались галлюцинации? С его лучшим другом такое нередко случалось. Этот тупой ублюдок всегда был не в себе, и теперь, похоже, настала его очередь. Так и есть… Он глубоко вздохнул и вновь повернулся к источнику боли. Сейчас он мог все видеть совершенно ясно. Это был не сон.

Он недоверчиво прищурился. Какой кошмар! Все пальцы правой руки исчезли.

Мужчина в белом комбинезоне заметил его взгляд и поднял голову. Парень вздрогнул от удивления, когда они встретились взглядами. Кто он такой и откуда взялся? Почему он так одет и так себя ведет? Мужчина стоял посреди подвала и вроде бы читал местную газетенку. Он быстро переворачивал страницы и с каждым разом становился все злее. Почему? Что он надеялся там прочитать?

– Эх, ничего нет, – вскрикнул мужчина. Он с отвращением швырнул газету на пол и стал наблюдать, как газетная бумага жадно впитывает несвежую мочу из зловонной лужи, собравшейся под ногами парня. – Ты знаешь, что это значит? – он сложил руки на груди. – Все было напрасно. Таким и останется, если я не изменю тактику.

Мужчина был чокнутым, подумал молодой человек, но умным чокнутым, поскольку нужно обладать необычным талантом, чтобы загнать его в угол. Парень должен был как можно быстрее выбраться отсюда.

– Молчи, недоумок! Надо поразмышлять, – рявкнул мужчина на голую сопротивляющуюся фигуру. – Пресса не может игнорировать произошедшее. Я им этого не дам, – заверил он парня. – Что же касается твоей семьи, – усмехнулся он, – то, как ни странно, никто по тебе не скучает. – Незнакомец упер руки в бока и придвинулся ближе к пленнику. – Грустно, да? Даже эта тонкогубая крашеная блондинка, которая называет себя твоей матерью, не захотела прийти сюда.

Кем себя возомнил этот псих? Остальные люди вели себя с ним не так, и молодой человек злился все больше и больше. Он хотел бы рявкнуть в ответ, заорать на мужчину, врезать кулаком и вдавить эту сволочь в землю. Никто и никогда не осмеливался говорить с ним в таком тоне. Однако парень чувствовал, что сейчас он не мог совершенно ничего.

– Я думаю, кто-то все-таки должен заметить твое исчезновение, – издевательски произнес голос. – Неужели никто не удивится, что ты теперь не прячешься в закоулках района и не торгуешь наркотиками?

«Вот идиотизм, – вновь подумал молодой человек. – Как только попал в такой переплет?» Он закрыл глаза и уже в который раз попытался задуматься и уверить себя, что все в итоге будет хорошо. Если только никто не узнает, что он здесь…

– Я думал, до этого не дойдет, – тихо произнес его похититель. – Я, знаешь ли, ожидал хоть какой-то огласки. И все. Думал, местная газета начнет задавать вопросы. Люди ведь не каждый день исчезают, пусть и в этой богом забытой общине. Теперь скажи-ка мне, плохой мальчик, где, черт возьми, куча заголовков?

Парень не мог ничего сказать из-за кляпа во рту, поэтому просто расстроенно буркнул и потянул за стяжки.

– Никогда не делал ничего подобного, – признался похититель. Он все ближе придвигался к парню. – То есть без ошибок не обойдется. В убийствах я тоже скорее дилетант. Ты как думаешь? Мне просто нужно постараться?

Боль, гнев и эта тирада были слишком сильны, и он снова впал в полубессознательное состояние… Незнакомец заговорил с усмешкой:

– Я бы на твоем месте пробудился. – Когда голова парня наклонилась вперед, похититель добавил: – Просыпайся или пропустишь самое веселое.

Молодой человек старался не потерять сознание и даже пытался собраться с мыслями, но боль была невыносимой.

– А то пришлось начать без тебя…

Сумасшедший снова захихикал. Парень ощутил дыхание безумца на своей раненой руке.

– Но это не имеет значения. Я ведь еще не закончил. – Хихиканье переросло в дьявольский хохот.

Этот страшный звук буквально пронзил душу парня.

– К сожалению, так и должно быть. Ты получишь самое малое наказание из тех, какие заслуживаешь. И тебя, и остальных надо наказать.

Наказать? Но зачем и почему именно так? Парень никогда и ни с кем даже близко не обходился подобным образом. Он мог бы заставить ублюдка все рассказать, но сейчас нельзя и надеяться на это.

Молодой человек стоял прямо, привязанный к металлическим балкам у стены и с кляпом во рту. Почти без сознания. Еще один слабый стон вырвался из-под грязного кляпа, зажатого между зубами. Парень хотел попробовать пошевелить конечностями, несмотря на жестокую хватку стяжек, но это движение заставило их еще глубже впиться в его кожу и боль только обострилась.

 

– Я решил, слизняк, что ситуация требует некоего улучшения, – пробормотал голос. – Надо сделать что-нибудь поинтереснее, о чем вряд ли забудут поговорить. – Слова незнакомца обращались к дрожащей и обмякшей массе, словно мучитель ожидал предложения от жертвы. – Держать тебя здесь явно недостаточно.

Парень вдруг почувствовал жар. Не лихорадка ли это? Голос похитителя прозвучал издалека и внезапно стал мягче. А вдруг он понял, какую ошибку допустил, и сейчас отпустит молодого человека?

– Знаешь что? Ты причинил людям столько горя, когда находился на свободе, что никто не ждет твоего возвращения. Во всяком случае, если уж и ждут, то не скажут ни полиции, ни кому-либо еще.

Парень жаждал вырубить этого идиота, словно назойливое насекомое, жужжащее в ухе. Очевидно, истязатель ждал какой-то реакции, гораздо большей, чем просто молчание. Похититель, видимо, надеялся, что жители проклятого района поднимутся и все как один пойдут его искать. Дурак явно рассчитывал на внимание прессы. Правда, сейчас он имел только большое жирное «ничто». Если бы положение молодого человека не было таким отвратительным, он бы живо расхохотался мучителю в лицо.

Парень смотрел, как мужчина в белом комбинезоне потирает голову, будто призывает идею, хочет «выпустить джинна из бутылки». Теперь, когда незнакомец жаждал результатов истязания и постепенно терял терпение, он становился вдвойне опасен. Это скользило и во взгляде мужчины, и в его жестах. Он буквально кипел от ярости. Через несколько секунд опасения молодого человека подтвердились – похититель схватил с металлической скамьи молоток и с силой долбанул им по столу. Раздался оглушительный треск. Парень в ужасе сжался и подумал: «В следующий раз он может так же поступить с моей головой».

Молодой человек не знал, насколько крепко он связан путами, но все равно дрожал от страха. С другой стороны, резкий лязг стали о сталь наконец-то помог ему сосредоточиться. Парень попытался пробормотать слова, взывающие к разуму этого ублюдка, однако кляп превратил его речь в тарабарщину.

– Никто еще не обратил внимания на его исчезновение, – произнес похититель и взглянул на сверток, лежащий в углу подвала. – Я ведь не могу вечно ждать, пока они очнутся и узнают о твоей пропаже.

Значит, у него был друг по несчастью. Молодой человек попытался вытолкнуть ткань изо рта языком и забормотал еще громче. Он кашлянул. Казалось, парень несколько дней не пил и не ел: во рту так пересохло, что кляп, уже почти твердый и прогорклый, прилипал к зубам. Парень хотел объяснить мучителю, что его исчезновение, конечно же, заметят и Келли, и другие его товарищи.

– Никто о вас обоих и не беспокоится. Согласись, это печально.

Теперь молодой человек рванул вперед в отчаянной попытке освободиться от пут. Он знал, что Келли будет обеспокоена. Девушка всегда спасала его, когда парень исчезал, но успеет ли она в этот раз?

Впрочем, молодой человек опасался, что его трясло не только по этой причине. Он знал, скоро его тело справится с героиновой ломкой. Почему этот чертов урод просто его не отпустил? Тут не было вины похищенного. В любом случае, он не заслужил таких издевательств.

Началась дрожь. Она только усилится. Обычно парня ничто не пугало, тогда как сейчас он в ужасе размышлял. Непонятно, сколько времени молодой человек уже здесь пробыл и не приходил в сознание. Парень знал, что не выйдет отсюда живым, если не случится чудо.

Он следил, как человек в белом комбинезоне рассматривает множество предметов, лежащих на металлической скамье. Юноша прищурился и наконец увидел кучу вещей, словно из стандартного ящика с инструментами, и несколько приспособлений для сада. Пистолета там не было. Этот факт парень отметил с небольшим облегчением. Хотя так все произошло бы намного быстрее.

У парня все оборвалось внутри, когда истязатель поднял тяжелый секатор и мягко погладил его руками в латексных перчатках. «Острый», – с содроганием подумал юноша. Неужели эта сволочь хочет отрезать пальцы на его правой руке? Парень наблюдал, как незнакомец взял тряпку и бережно вытер секатор. Похоже, пленник догадался – мужчина хотел снова использовать этот инструмент.

– Скоро ты меня покинешь, – заметил мужчина. Его слова сопровождал щелчок. Мужчина отрезал секатором маленький кусок дюбеля. Довольный результатом, он двинулся к пленнику.

– Не собираюсь притворяться. Сейчас тебе будет больно. Для моего маленького плана нужны твои пальцы. Ты ведь хочешь избавиться от меня и выйти отсюда?

Да, но не так. Парень в бешенстве изо всех сил затряс головой. Он вцепился в балки здоровой рукой. Молодой человек мог лишь кричать через кляп. Путы все сильнее впивались в его тонкие руки. Вдруг пленник почувствовал теплую кровь, струящуюся по запястьям, и понял – все бесполезно.

Парень плохо видел во тьме. Он не мог ни кричать, ни толком бороться. Внезапно молодого человека вырвало, и он ощутил, как горькая рвота вырвалась из-под кляпа и теплым потоком мерзкой жидкости спустилась до его живота. Пленник неожиданно понял: он умрет здесь – голый, в холоде и грязи.

– Расслабь-ка руку, – проговорил мужчина успокаивающим тоном. Он еще ближе подошел к юноше и сморщился от неприятного запаха. – Выглядит болезненно… – похититель взглянул на зазубренные остатки кости, торчащие из правой руки парня, и на то, как бежит его кровь, присоединяясь к другим жидкостям на полу.

– Дай рассмотрю, – мужчина держал пленника твердой хваткой и вспомнил анатомию. – Надо же, никогда раньше об этом не задумывался, а ведь как очаровательна человеческая рука! – Истязатель отпустил ее и взялся за другую руку. Он мягко улыбнулся парню, отделил указательный палец несчастного, взмахнул секатором и сделал надрез чуть ниже сустава.

– Итак, один, к сожалению… – Мужчина сосредоточенно нахмурился.

Боль в руке была настолько невыносимой, что парень попытался закричать. Но звуки, доносившиеся из-под кляпа, больше напоминали вой дикого зверя. Измученное тело молодого человека дергалось. Он терял сознание. Болевой шок отбросил его обратно в темноту.

* * *

Человеку в белом комбинезоне явно понравились усилия парня. Он достал мобильный телефон. Похититель напряг зрение в тусклом свете и нашел функцию видеосвязи. Мужчина развернулся к пленнику, находящемуся без сознания, и направил камеру на его окровавленную руку.

– Непонятно, что мне с этим всем делать, – пробормотал он себе под нос и пожал плечами. – Одно ясно: скоро стану известным. Кто знает, может к вечеру ты станешь интернет-сенсацией? – ухмыльнулся мужчина и хлопнул юношу по лицу. – Жаль только, что тогда тебя уже не будет рядом. Погреться в лучах славы тебе не удастся.

Похититель взял секатор в одну руку, а мобильный в другую, и отсоединил средний палец молодого человека.

– Два для радости, – демонически улыбнулся он. – Сейчас ты не очень радуешься. А, дурачок?

На этот раз незнакомец ничего не услышал. Юноша находился без сознания. Мужчина ловко срезал оставшиеся пальцы. Он напевал и снимал эту дикую маленькую сценку. Похититель записал абсолютно все: начиная с первого мучительного пореза и кончая тем, как пальцы один за другим шлепнулись в лужицу мочи на полу, словно свиные сардельки.

Мужчина собрал пальцы в пластиковый пакет, специально приготовленный для этой цели в ящике под столом. Истязатель завязал пакет и бросил его на скамью. В этот момент он обратил внимание на другой пакет. В нем лежали деньги, которые он нашел у парня, когда похищал его. Мужчина в белом комбинезоне и не ожидал, что их будет так много. Торговля наркотиками явно приносила отличную прибыль. Эти деньги – проблема, которую он пока никак не мог решить. Похититель обязательно подумает. Что-то должно прийти в голову.

Мужчина не мог оставить парня-наркоторговца в таком состоянии. Крошечные обрубки, когда-то бывшие пальцами, обильно кровоточили. Он и впрямь должен избавить молодого человека от страданий, совершить какой-нибудь добрый поступок.

Похититель взял длинный и острый нож. Только осилит ли он кость? Он засомневался и не стал отпиливать конечность. Мужчина взял топор и внимательно его изучил. Им он рубил дрова. Мужчина всегда держал свои инструменты в хорошем состоянии. Они были острыми и удобными в обращении. Похититель пробежался указательным пальцем вдоль лезвия топора. Подойдет ли это орудие для его целей? Топор пробьет кость или всего лишь ее расколет? Мужчина совсем мало соображал в человеческой анатомии, но одно знал точно – сильного кровотечения не избежать.

Истязатель каждый день жадно просматривал прессу в поисках новостей об исчезновении парня. В итоге собралась большая кипа газет. Мужчина собрал их и положил на полу под ногами молодого человека.

Газеты теоретически могли бы впитать немного крови и облегчить задачу по очистке помещения. Тело просто негде было хранить. Мужчина планировал разобраться с парнем и втиснуть его тело в морозильник, вместе с другим. У похитителя не было выбора. Оба тела придется разрезать на более мелкие, более удобные части.

Теперь мужчина в белом комбинезоне даже не сомневался, что поступил правильно. К началу следующей недели все узнают об истязателе. Именно он станет главной новостью. Дрожь от возбуждения пробежала по спине мужчины, а на лице появилась самодовольная гримаса. Он воспользуется топором.

Мужчина в качестве тренировки несколько раз взмахнул орудием и подошел к молодому человеку. Тот стонал – сознание возвращалось. Юноша услышал шаги и резко потянул за путы. Истязатель восхищался волей парня. Видимо, некий первобытный инстинкт самосохранения побуждал его сражаться, хотя сил на это оставалось все меньше и меньше. Мужчина мрачно улыбнулся и заметил:

– Ну, осторожнее. Тебе, наверное, больно.

От молодого человека исходил мерзкий запах: рвота все еще капала с его груди. Он истекал кровью, стоял в собственной моче и других отходах. Совсем скоро мужчина избавит его ото всех страданий.

Истязатель поднял топор над головой и уверенно замахнулся. Раздался глухой стук стали о плоть, брызнула кровь. Мужчина услышал успокаивающий лязг, когда топор врезался в ржавую чугунную балку за левой коленной чашечкой. Довольный, он вновь замахнулся, на этот раз выше правого колена юноши.

Он отступил назад и посмотрел на кровь, льющуюся на пол, и на парня, чье тело ходило ходуном от шока и боли. Похититель смотрел на него, пока молодой парень не перестал двигаться. Мужчина в белом комбинезоне был рад такому исходу.

Теперь он хотел сделать снимок, как странно выглядят отрезанные ноги юноши, все еще связанные в лодыжках. Он поискал мобильный. Незнакомый электрический разряд удовольствия пронзал все его тело.

К этому чувству он мог привыкнуть.

Глава 2
Понедельник

Том Кэллэдайн мог куда лучше провести утро понедельника, но боль не давала ему уснуть основную часть ночи, поэтому Тому пришлось лишь стиснуть зубы. Мужчина поднес руку к челюсти и попробовал потереть больное место. Дантист отодвинул его руку, тыча в ухо Кэллэдайна.

– Еще чуть-чуть потерпите, инспектор, и я закончу, – заверил он Тома и продолжил работу. – Все, готово. – Дантист протянул ему ручное зеркальце. – Смотрите, как новенький! – В голосе врача звучала гордость.

Том Кэллэдайн потер подбородок и поморщился: ему было все равно, как и что там выглядело, лишь бы не болело.

– Скоро успокоится, – ободряюще улыбнулся дантист, снял перчатки и сполоснул руки в раковине. – Если вновь сильно заболит, просто примите пару таблеток парацетамола. Ничего сильнее не потребуется.

Том надеялся, что доктор его не обманывает. Сидеть битый час в кресле, с открытым ртом, зажатым чем-то вроде металлической конструкции, – вот все, с чем он готов был мириться в течение одного дня. Кэллэдайн терпеть не мог ни дантистов, ни хирургов, впрочем, как и их инструменты, и знание, что «дальше будет больно». Лечение зубных каналов особенно удручало.

– Увидимся через полгода, инспектор. Настоятельно советую внимательно следить за зубами, – предупредил врач, кивнув на рот Тома Кэллэдайна. – В вашем возрасте это очень важно. Знаю, насколько вы заняты, Том, но не забывайте и о своих зубах.

«Снова говорят о моем возрасте», – недовольно подумал Кэллэдайн. Да, ему исполнилось пятьдесят, и что с того? Значит, его тело скоро испустит дух и выпадут все зубы? Тома утомили бесконечные замечания от людей, которые якобы знали лучше. Они должны понимать, что с его физической подготовкой он был способен еще долго и жить, и работать.

Том Кэллэдайн пробубнил что-то невеселое, встал со стула и снова включил мобильный. Он совсем не хотел говорить о возрасте или, тем более, о работе, а просто намеревался вернуть комфортные ощущения во рту и выпить чашку крепкого чая. Мужчина почувствовал облегчение сразу, как зазвонил телефон. Том бросил извиняющийся взгляд на врача и ответил.

 

– У нас в Хобфилде ужасный случай, – произнесла сержант Рут Бейлисс.

Склонностью к преувеличениям она не страдала, и если говорила именно «ужасный», значит, так оно и было.

– Бегун и собака нашли несколько отрубленных пальцев в пакете на пустыре сегодня утром.

Кэллэдайн обдумывал услышанное. Воцарилась тишина.

– Ну, наверное, это не несчастный случай, – промямлил он. Онемение во рту пока не прошло.

– Я думаю, что нет, босс. По словам доктора Хойла, пальцы были грубо отрублены, а пакет оставили на сиденье детских качелей, – заметила Рут. – Его оставили там нарочно.

– Ты говоришь о детской площадке на краю поля?

– Да, она рядом с Лисдон-центром, – подтвердила женщина. – Неподалеку располагается детский сад, и дети часто на ней играют. Представляешь, эти пальцы мог найти ребенок!

Итак, оно закончилось. Долгое, ничем не примечательное лето все-таки закончилось. Шокирующий конец, но он казался куда нормальней, чем странная неопределенность, в которой инспектор находился в последние месяцы. Дело, разумеется, кошмарное, однако Том Кэллэдайн все равно почувствовал знакомый холодок на спине.

В районе Хобфилд несколько недель было так тихо, что они уже начали делать ставки, когда же он вновь «взорвется». Никаких неприятностей вроде побоев, очень мало арестов. Они нервничали по этому поводу. Работа Кэллэдайна шла так тихо и скучно, что он все время практически засыпал.

И тем не менее одни только образы, которые эта новость вызвала в его сознании, заставили мужчину содрогнуться. А вдруг отрубленные пальцы – дело рук сумасшедшего, вышедшего на охоту? Может, это очередное безумное увлечение, обрушившееся на район? Конечно, Том привык к жестокости, нормальной для этой адской дыры, но только когда дело касалось бандитов и наркоторговцев. Даже Кэллэдайну такое изуверство казалось… исключительным.

Разве весенняя стрельба не была такой же дикой? Да поможет им бог, если тут есть какая-то связь. Бо́льшую часть жизни Том Кэллэдайн пытался поддерживать порядок в районе Хобфилд. Это ядовитое место так и кишело детьми без амбиций. Здесь не было и речи о перспективах. Мужчина опасался, что однажды кто-нибудь из них возвысится и погрозит полицейским кулаком или что если появится радикально новый главарь банды, который нарушит все их неписаные правила, то возникнет и впрямь тяжелое дело. Эти немногие правила нужно было соблюдать.

Он даже не мог предположить, кто это мог быть, поскольку знал бо́льшую часть правонарушителей. Неужели появился претендент на его место?

Сержант высказалась:

– Может, происшествие связано со стрельбой.

Рут понимала, что именно такая версия первой придет Кэллэдайну на ум.

– Тогда мы сможем хоть чуть передохнуть. Один бог знает, как нам это нужно!

– Нет-нет, только не такой перерыв.

Не слишком ли резко женщина выразилась?

– Поспешные выводы сейчас излишни. Этот инцидент может быть связан с чем угодно, но, например, если речь идет о возмездии, то у нас будет прорыв в расследовании. А если дело не связано с возмездием?

Наступила тишина. По телу Тома пробежала дрожь. Ни один из вариантов не подходил полностью. Возмездие означало, что кто-то в Хобфилде находился всего в шаге от Тома Кэллэдайна. С другой стороны, и захват, и война за территорию как предположения отнюдь не радовали. Обе причины – слишком серьезные и поэтому могли помешать местной полиции справиться с делом.

– Нам нужно как можно быстрее раскрыть преступление. В противном случае о нем узнают местные банды и начнут воплощать в жизнь уже свои идеи.

– Не исключено, что совершивший это злодеяние выяснил, кто виновен в смерти мальчика, и решил разобраться сам, – заметила Рут.

Она не удивила Кэллэдайна такой версией, поскольку была хорошим детективом. Впрочем, Тому от ее слов нисколько не стало легче. Если даже непрофессионал раскрыл это дело, то почему он не смог?

Прошло очень много времени с тех пор, как убили ребенка. Однажды темной ночью его застрелили. Жизнь мальчика погубила единственная пуля, выпущенная с близкого расстояния. В районе преступления с применением оружия были крайне редки, и этот случай заставил всех нервничать. Бо́льшую часть лета Том Кэллэдайн расследовал это дело, но в результате полиция закрыла его.

Кэллэдайн не поверил выводам полиции. Во-первых, мальчик не был членом банды. Во-вторых, и это всерьез беспокоило Тома, все было слишком чисто, никаких улик на месте преступления. Удача для убийцы или нечто более зловещее?

Жертва, Ричард Поуп, казался мальчиком нехарактерно хорошим для Хобфилда. Тогда кто мог желать его смерти? Вопросы не исчезали. Почему он стал мишенью? У Ричарда Поупа было в целом безобидное прошлое, он не только не попадал в большие неприятности, но и вообще не выделялся. Том Кэллэдайн при желании мог придумать куда более достойных кандидатов на убийство.

Мужчину раздражало, что за несколько недель они так и не раскрыли это дело. Никто не видел преступления и не мог сказать ничего полезного о мертвом мальчике. Полиция вложила все свои ресурсы в расследование, но за шесть месяцев они так и не достигли результата: ни свидетелей, ни доказательств преступления, за исключением пули. Их слабость раздражала и подавляла Кэллэдайна.

Что касается района Хобфилд, то между различными противоборствующими группировками все лето царил какой-то странный, нечестивый, неправильный мир.

Кэллэдайн должен был как можно скорее завершить дело. Предположение Рут, что кто-то добился того, чего не смог достичь Том, а теперь мстил им, заставило мужчину содрогнуться.

– Хорошо, Рут. Я недалеко. А ты где?

– Я на краю пустыря, рядом с кольцевой дорогой. Район оцеплен, но я стараюсь не привлекать к себе лишнего внимания. Если повезет, какой-нибудь зевака отреагирует на это как на очередную сгоревшую машину. – Женщина сардонически хмыкнула. – Доктор Хойл быстро ушел. Он отнес пакет и пальцы в морг. Джулиана я уже предупредила, поэтому криминалисты будут осматривать пакет.

Сержант Рут Бейлисс отошла от остальных и добавила:

– Криминалисты прочесывают все вокруг, обыскивают окрестности, а Доджи делает обход на Серп-Роуд.

Доджи – это детектив-констебль Майкл Доджсон, новобранец в команде.

– Я добралась сюда прежде, чем что-либо там трогали, – сказала она Тому Кэллэдайну. – Пакет лежал на качелях. Кто-то очень хотел, чтобы его нашли и заговорили об этом случае.

– Мы должны предотвратить это, по крайней мере пока. Поговори с бегуном. Не хочу, чтобы пресса прознала о таком случае.

– Уже все улажено, сэр. Оказывается, он адвокат, а значит, понимает, почему должен держать рот на замке.

– Зафиксируй его показания. Видел ли он что-нибудь или кого-нибудь поблизости?

– Бегун видел только в 7.15 автобус до Манчестера, проехавший по дороге и забитый пассажирами. Кто-то в автобусе мог их видеть. Должны ли мы подумать о том, чтобы что-то выпустить, создать обращение? Конечно, не вдаваясь в подробности.

Кэллэдайну эта идея не слишком понравилась. Пока он не поймет, к чему все идет, он не хотел бы вмешательства прессы. Он ответил Рут:

– Рано. Ты молодец, все уладила. Проверь, нет ли камер видеонаблюдения, особенно вдоль ряда магазинов, а потом встретимся в морге. Узнаем, что скажет доктор Хойл.

Мужчина вздохнул. Конечно, перспектива заняться делом после длинного летнего перерыва казалась ему захватывающей, но наличие человека, ищущего возмездия за убийство, и возможная новая нарковойна в Хобфилде не доставляли ему особой радости. Хобфилд – настоящая выгребная яма, воплощение всех проблем этой области. Здесь вряд ли можно было вести настоящее расследование.

* * *

На дорожном указателе при въезде в Лисдон было написано: «Поселок Лисдон», но определение «поселок» для такого обширного и застроенного места было неверным.

Том Кэллэдайн наблюдал, как растет Лисдон, видел его недолгий расцвет в 70-е годы, а потом и пик развития после постройки Хобфилда.

С середины 80-х район неуклонно катился вниз. Том подумал, что это очень печально, ведь Хобфилд расположен прямо посреди фантастической сельской местности.

Именно здесь Кэллэдайн провел основную часть своей жизни. Он родился и вырос в Лисдоне, а сейчас жил в маленьком коттедже неподалеку от Хай-стрит.