Всем сердцем

Tekst
11
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Всем сердцем
Всем сердцем
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 28,32  22,66 
Всем сердцем
Audio
Всем сердцем
Audiobook
Czyta Наталья Фролова
17,72 
Szczegóły
Всем сердцем
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Пролог

Москва

Наши дни

Вышла из операционной, устало потирая уже чистые руки, обещая себе, что сегодня наконец-то лягу спать и высплюсь.

– Поздравляю вас, Светлана Алексеевна. Просто превосходно. Вы как всегда на высоте, – с уважением произнес Сергей Анатольевич, заведующий отделением экстренной и общей хирургии, хирург высшей категории нашего диагностического центра, встречаясь со мной в коридоре.

– Спасибо, – с улыбкой произнесла я, останавливаясь, чтобы поприветствовать пожилого мужчину, который до сих пор работал и помогал молодому персоналу в критических ситуациях спасать жизни больных.

– Что-то, милая моя, вид у вас больно уставший.

– Ничего страшного, – произнесла я, соглашаясь с ним, ведь уже третью ночь не сплю, не вылезая из операционной. Что не удивительно после новогодних праздников. Все отдыхают, только нет спокойствия полиции и нам. – Приеду домой и отдохну.

– Вот это правильно! А то конечно, вы, Светочка, наша добрая фея, но и вам нужен отдых.

– Спасибо, – с измученной улыбкой ответила на добрые слова, и тут же вспомнила его внучку, которую недавно выписала. Девушка поступила ко мне после хирургического лечения пельвиоперитонита с осложнением: распространение воспаления на всю брюшную полость. – Как себя чувствует Мария?

– Хорошо, вас все вспоминает. Вы умница, не перестану об этом говорить, – с теплотой произнес мужчина, обеспокоенно поглядывая на меня.

«Обязательно нужно поспать… Наверное, я очень плохо выгляжу, раз за меня беспокоится коллега».

– Замечательно, что она чувствует себя хорошо. Передавайте ей привет, – с улыбкой произнесла, стараясь отвлечь внимание Сергея Анатольевича от собственной персоны.

Разговор не продолжился, так как прибежала медсестра, худенькая милая девушка, совсем недавно устроившаяся к нам в центр, но уже отличившаяся как исполнительный и ответственный сотрудник. Она вежливо попросила Пригорского пройти на второй этаж в диспансерное отделение, где его ждали врачи для обсуждения важного вопроса.

Попрощавшись, я пошла в свой кабинет, и утомленно присела на кожаный диванчик. На мгновение закрыла глаза, и поняла, что не хочу их открывать, потому что… устала.

«Действительно, мне необходим отдых. Хоть немножко…»

Да и зачем изматывать себя так? Из-за денег? Нет, зарплата у меня достойная, есть коттедж за городом, езжу на отличной машине, и два раза в год летаю за границу. В общем, есть все, кроме главного. Нет семьи. Чего я хочу всем сердцем и душой, но видно не судьба.

С удовольствием облокотилась на диванчик и закрыла глаза. Нет, так нельзя. Нужно вновь попробовать радоваться жизни, поверить, влюбиться и… жить. Не вспоминать о Гене, навсегда вычеркнуть его из своей жизни. Только как можно забыть, если прожили с ним семь лет, а потом предательство?

Но что таить, я сама виновата в этом, отчасти. Когда он хотел семью, я строила карьеру, да и хотелось пожить для себя. А когда созрела для детишек, оказалось, что ему уже ничего не нужно. От меня, а вернее от нас. Мой любимый, самый умный мужчина нашел себе милую девочку после школы и сейчас… у них подрастает маленький сынок.

Бесспорно, для меня это было тяжелым ударом: ревела, сходила с ума по ночам, а утром надевала маску «спокойствия и безразличия», и шла на работу, забывая о себе и своих проблемах. Важны только больные, нуждающиеся в моей помощи, профессионализме и сочувствии.

И вот, прошло два года, как муж ушел к своей девочке, а у меня нормальных отношений так и нет. Хотя… через год Гена пришел, говорил, что ошибся: молодая жена стала взрослеть, желая развлекаться, и он с малышом ей стали не нужны, но я показала на дверь. У них семья, и я не имею права вмешиваться, тем более, когда есть ребенок. Муж сделал свой выбор. Пусть разбирается и учится жить с женой.

На личном фронте – затишье. Так, коллега по работе, но скажу честно, это очень напрягает. Лично меня. Потому что мой любовник всячески старается показать всем в нашем центре, что у нас с ним связь, а я этого не понимаю, да и не желаю. Вот и все. Роман в ближайшем будущем закончится.

Если бы была страшной и недалекой, поняла, почему так сложилось в моей жизни. Но нет: высокая, стройная, русые волосы до плеч, не худышка, но и не полная. В общем, приятно посмотреть, только вот несчастна.

Посмотрела на сотовый и вспомнила о встрече выпускников. Думаю, все уже разошлись по домам. Бывшие одноклассницы сегодня решили собраться и посидеть в кафе, и даже наш классный руководитель обещала подойти. Но я изначально знала, что не пойду. Потому что, смотря на одноклассниц, счастливо рассказывающих о своих малышах смешные истории, испытываю радость за них и отчаянье за себя. И пусть, они не так состоятельны, как я, но счастливы, и не жалеют об этом, даже несмотря на их вечные причитания. Ну а я… не умею притворяться, всегда говорю, как есть, а если рассказывать о своей любимой работе – меня никто не поймет. Поэтому – поехала на работу, чтобы иметь уважительную причину, и заодно помочь коллегам.

Встала с диванчика и надела норковую шубку, не застегивая. Перекинула через плечо маленькую черную сумочку и вышла из кабинета, закрыв дверь на ключ. Проходя мимо охраны, попрощалась со всеми и покинула диагностический центр. На парковке села в красную Audi TT Coupe, и осторожно выехала, стараясь ничто не задеть.

Посмотрела на часы, и тяжело вздохнула. Уже двенадцать часов ночи. Медленно выехала на центральную дорогу и прибавила скорость. Коттедж мой находился за городом, примерно час езды. Приобрела его четыре года назад с любимым мужчиной, рассчитывая на огромную семью, но теперь живу в нем одна.

Как только оказалась за пределами города, раздался звонок по блютузу, и я автоматически нажала на руле «ответ абоненту».

– Ливанова, ты почему не приехала на встречу? – раздался возмущенный, подвыпивший голос Мамаевой Олеси, моей одноклассницы и подруги, с которой мы до сих пор поддерживаем связь.

– Прости, ты же знаешь…

– Что ты – пчелка, и работаешь за всех? – все за меня сказала девушка, обвиняя и оправдывая одновременно.

Улыбнулась, зная, что Олеся для каждого всегда найдет доброе слово. Даже в школе сердобольная девочка плакала за каждую двойку любого одноклассника, считая это несправедливостью.

– Что-то вроде того, – с ухмылкой ответила я, замечая через лобовое стекло вдалеке очень яркое фиолетовое свечение.

– Наталья Николаевна расстроилась. Она так тебя ждала, – между прочим, сообщила подруга, напоминая моей совести, что я должна была поехать на встречу, чтобы элементарно поздороваться с девочками и сказать несколько слов бывшему классному руководителю, которого я очень уважаю. Но что теперь сделаешь? Могу в свое оправдание только заметить, что провела три серьезные операции, и сейчас… выжата как лимон.

Пока размышляла, немного потерялась в мыслях, и очнулась только тогда, когда услышала звонкий смех подруги, и замечательные новости:

– А Катурина Галка вновь беременна!

– Правда? И кто будет? – с любопытством поинтересовалась я, удивляясь Галине. Смелая женщина! Родить троих малышей… это сильно в наше время. Тут об одном мечтаешь, и мечта эта… отодвигается все дальше и дальше с моим ритмом жизни и отвратительными отношениями на личном фронте. А года идут, и страшно… что потом будет поздно.

– Опять мальчик. Представь, четвертый пацан! Да это же ужас! У нее они атаманы еще те, жуткие хулиганы. Мой Андрюшка ангелок по сравнению с ними, а ты знаешь, какой он у меня шкодник и упрямец, весь в папочку. Но она все еще надеется, что девочка будет.

– Не удивлюсь, если с пятой попытки, действительно, получится девочка, – с улыбкой предположила я, вспоминая, как Галя еще в школе кричала, что родит такую же маленькую красивую доченьку, похожую на нее.

– Ну-у-у-у, с ее-то мужиком можно и семерых рожать. Он у нее, как там его… О-о-о вспомнила, фермер!

– Да? Не встречалась, но раз говоришь, так и есть. Тогда пятый ребенок точно будет девочкой.

– Ну, если не получится сейчас, до семи еще есть время привыкнуть к пацанам, – говорила Мамаева, но я ее уже не слушала, всматриваясь в ослепительное фиолетовое свечение, увеличивающееся в размерах, разрастающееся за секунды.

«Что это такое? У меня галлюцинации от недосыпа и усталости? Нет, это… реальность. И она приближается ко мне!!! Что за… Нужно остановить машину!!!»

С ужасом посмотрела на панель, видя, что все датчики засветились, и машина стала петлять в разные стороны. Ничего не могла поделать, только панически дергать за руль, и нажимать на тормоз, пытаясь остановиться. Мгновение, белый свет ударил в глаза, и тут же меня откинуло в сторону.

Боль, жгучая, разъедающая все тело, сдавливала все органы с невероятной силой, отключая сознание. Попыталась прохрипеть хоть слово, но губы не слушались. Громкое шипение и рычание слышались где-то отдаленно, отчего казались бредом. Все цвета слились в одно белое пятно с черными кругами, разъедая уставшие глаза. Закрыла их на секунду, и провалилась в спасительную темноту.

Глава 1

Сон рассеялся, и я открыла глаза. Сразу ощутила раздирающую боль во всем теле, что даже не смогла сесть или посмотреть в сторону, только смотрела на небо, лежа на спине. Или это не небо?! Перед моими глазами раскинулась завораживающая пелена Вселенной, переливающаяся различными цветами, где преобладали синие и фиолетовые оттенки, а белые светящиеся звезды, казались маленькими яркими маячками. Бесподобно красиво, и если бы я не чувствовала себя развалиной, то пребывала бы в восхищении, радуясь увиденному.

Через некоторое время вновь попробовала повернуться, пытаясь понять, в чем проблема. Безрезультатно. Что со мной? Распространяющаяся и усиливающаяся боль в животе, напряжение мышц брюшной стенки, мигрень, сознание плывет в неизвестном направлении, что хочется смеяться, но в то же время кричать от страха, поэтому могу смело диагностировать себе явление шока и, вдобавок ко всему, к горлу подступало неприятное чувство тошноты. Неутешительно.

 

Последнее, что помню, это фиолетовый яркий свет и боль оттого, что меня чем-то прижало к сиденью. Скорее всего, я попала в аварию и поэтому… Нужно проверить.

Немного приподняла правую руку, и медленно провела пальчиками по животу, где ощущала особый дискомфорт. Результат удивил: я обнажена и в крови… Как так? Где мое платье, шуба, элементарно, нижнее белье???

Прощупывая живот на определение раны, не обращала внимания, что рука дрожит. Выявила, что в области живота открытая ушибленно-рваная рана. Очевидно, причиной является прямой удар в живот. Значит, все же автокатастрофа. Но с чем я столкнулась? Как? Что за непонятный свет, увеличивающийся в пространстве? И вообще, где я?

Измученно выдала стон от боли, лихорадочно соображая, что мне светит. Травмы живота относятся к тяжелым и сложным повреждениям, исход которых трудно предугадать в остром периоде. Поэтому, все плачевно, а у меня даже слез нет. Предполагаю это в связи с тем, что делаю оценку как хирург, а не пострадавший. Профессиональная привычка, на мою голову.

Так, и что я имею?! Немедленно обратиться в дежурный хирургический стационар для выполнения необходимой первичной медицинской обработки ран и наложения швов я не могу. Еще неизвестно, сколько я здесь уже «отдыхаю», а их накладывают не позднее восьми часов после полученной травмы, так как через более длительный промежуток времени высока вероятность нагноения раны. И если учитывать мое состояние, и разобрать его по симптомам, можно предположить – разрыв кишечника. Даже уверена в этом. Как все погано-то. Не могу поверить, что это случилось со мной.

Мысли туманом бродили в голове, а тело забило судорогой. Ничего хорошего. Если что-то не сделать, то....

Закрыла глаза, и через мгновение почувствовала тепло. Распахнула очи и выдохнула измученный стон. Яркое свечение возникло перед моим лицом, укутывая прозрачной светящейся сеткой. Плотный слой свечения накрыл так, что больше не видела красивую пелену Вселенной, только слабые отблески. А потом стало тяжело и невозможно смотреть, и я с облегчением закрыла глаза, в полной уверенности, что больше не проснусь никогда.

«Странно, и почему не мелькает вся жизнь перед глазами, как все утверждают в таких ситуациях?! Только искрящаяся надежда выжить, и потаенное отчаянье, что этого не произойдет. А дальше… бескрайняя бездна…»

***

Еще не до конца проснувшись, улыбнулась. Так хорошо и легко, что даже странно. Решила увидеть, где же я, и открыла глаза. Замерла, удивляясь окружающему. Не оттого, что красиво, прям слов нет от восхищения. Нет. Ветер с песком обсыпал мое обнаженное тело, а вместо красивого «неба» надо мной нависла серая мгла.

Резко поднялась, озираясь по сторонам, отмечая только горы и песок. Больше ничего, что совсем не радовало. Единственное, что успокаивало, это мое нынешнее состояние – я полностью здорова. Посмотрела на свой живот, руки – никаких следов после аварии. Ничего. Только… кожа стала совсем другой. Плотнее и жестче, что ли, но на ощупь была вполне приятной.

Внимательнее рассмотрев себя, подозрительно сощурилась и дотронулась до груди. Нда-а… уменьшилась. Интересно, как такое возможно?! Чем третий размер не устраивал? В общем, через пять минут тщательного осмотра я смело предположила, что помолодела и вытянулась. Хотя, я была не маленького роста, а сейчас стала просто высоченной дамой. Потрогав лицо, с огорчением поняла, что горбинки на носу больше нет. Такой маленький аккуратный носик, но мне-то нравился свой, «подарок» по отцовской линии. А вот длина красных волос сильно удивила и даже расстроила. Теперь я обладательница шикарной шевелюры ниже пояса. Не мое, даже в школе не ходила с такими длинными волосами, упрашивая маму стричь коротко, на что она никогда не соглашалась. Ну а в медицинской академии я воспользовалась своей самостоятельностью по полной программе, приехав к маме с коротенькой стрижкой. Остальное без зеркала не увидеть.

Ладно, внешность не важна. Главное узнать, где я, и как бы накинуть на себя хоть какую-нибудь тряпочку, а то чувствую себя дикаркой. Прошла вперед, но картина пейзажа – одна и та же, что до отчаянья огорчало.

Вздохнула и побрела дальше. Не знаю, сколько я так шла, периодически трогая песок и горные породы с целью любопытства. Могу точно сказать, это не песок, крупинки намного больше, отчего лицо и тело неимоверно чесалось и болело.

Через время вышла на свободное пространство, где гор не было видно, но вдалеке приметила темные точки, разбросанные поодаль.

Не скажу, что обрадовалась, нет. Если там живые существа, то почему они не двигаются? А если неживые, то какой им смысл лежать рядом и в одном месте? Значит, однозначно не своей смертью полегли.

Минут пять стояла в нерешительности, даже забыв про неприятный ветер с песком, и обдумывала свои действия. Конечно, может и странно, но я пошла туда, не ради любопытства, а в надежде позаимствовать любую ткань, чтобы прикрыть наготу. Что поделать, но вот такая я.

Пока брела к цели, проваливаясь босыми ногами в неприятное покрытие из песка, думала… о маме. Да, не о бывшем, не о работе, а о единственной родной женщине, которая сейчас наверняка себе места не находит. Уверена, что она сходит с ума от незнания, что со мной и где я. Мы созванивались ежедневно, и поэтому знали все друг о друге.

«Что теперь мама думает? Ведь я же не труп, живая и голенькая бегаю в неизвестном месте, а значит, не умерла. Или я неправильно рассуждаю? Боже, вот что делать? Но в любом случае, я не там, и это означает, что ей сейчас плохо».

Сжала кулаки, и прибавила шаг. Мама у меня всю жизнь проработала судьей в мировом суде, и хоть считалась женщиной суровой и ледяной, но со мной совсем по-другому себя вела.

Подростком я тоже хотела работать в этой сфере, но судьба распорядилась иначе. Когда училась в одиннадцатом классе, поздно ночью папе внезапно стало плохо. И пусть он работал капитаном милиции, но на здоровье никогда не жаловался, и мать ругал, если беспокоилась и отправляла его в больницу. А тут внезапное онемение мышц лица, полный паралич. Осознавала, что он не понимал наших слов, только смотрел, и ничего не видел. Стеклянные, такие неживые глаза, отчего я выла в руку, а мать без конца названивала в скорую. До сих пор помню тот ужас, когда стояла перед бездвижимым родным человеком, не зная, чем помочь. Молилась, хотя в церкви никогда не была, и ни одной молитвы не знала, чтобы поскорее приехала скорая. А ее все нет и нет. Когда кардиобригада прибыла… было уже поздно. Геморрагический инсульт.

После пережитой трагедии для меня и матери наступил очень тяжелый период в жизни, и когда настал момент подачи документов в высшее учебное заведение, я точно знала, кем хочу быть.

Воспоминания отвлекли, и я даже не заметила, как оказалась на месте. То, что увидела, вызвало тошноту и шок. Мертвые растерзанные тела в засохшей крови. Наклонилась и, осмотрев двоих мужчин, лежащих лицом вниз, заключила, что их рвал и даже грыз зверь, хотя, вероятней всего, стая. Неприятная картина, так как некоторыми немного перекусили.

«Боже мой, куда меня закинуло? Почему не как в книгах, в сказочную добрую страну к принцу, ждущего свою единственную, то есть меня? Нет же… в пустыню с трупами, которых обглодали дикие животные».

С каждой минутой ветер становился все сильнее, и некоторые тела уже занесло песком, но я все же насчитала десять. Что странно, мужчины все как на подбор были невероятно высокими и в кольчугах, закрывающих их огромные мощные тела. Ни капли не преувеличиваю, такого объема груди и широких плеч, я никогда не встречала.

Подошла к мужчине, лежащему на боку, и присела. Вытянутый подбородок придавал лицу суровость и дикость, а черные застывшие глаза заставляли сжаться от страха. Кожа очень темная и твердая, совсем нет мягкости. Увидев, что челюсть странно выпирает из плотно сжатых губ, хотела посмотреть почему, но мгновенно спрятала руку, уверяя себя, что это неправильно.

Встала и, с сожалением окинув умерших печальным взглядом, побрела дальше. Не пройдя и нескольких шагов, услышала пронзительный страшный вой, а потом еще один и еще.

«Мамочки, и сколько их там?»

Замерла, и зажала рукой рот, чтобы не вскрикнуть от ужаса. Как я понимаю, это те, кто здесь так лихо управился? Куда я попала???

Резко побежала вперед и внезапно споткнулась о чей-то сапог, рухнув на песок. Если честно, когда падала, душа ушла в пятки, а я ведь всегда была смелой, а тут… трусливым зайцем себя ощущаю.

Встала и увидела черную ткань, повязанную на шее мужчины, что-то вроде плаща. Попыталась отвернуться, повторяя про себя, что нельзя ничего брать у умерших, но тут же медленно повернулась и аккуратно потянула ткань. Поддалась, после нескольких рывков изо всех сил.

– Прости, – прошептала, надеясь, что мужчина услышит меня с того света, и не проклянет. Завернула свое тело в нее и завязала узлом.

«Отлично. Конечно, слабая защита, но может, воющие существа подавятся, когда есть будут. Хотя… сомневаюсь».

Вновь услышала жуткий вой, и стало так страшно, что кинулась бежать. Через время увидела огромную гору и, чуть вдалеке от нее, черную точку. Застопорилась, и уже медленнее пошла, но как только поняла, что «точка» не двигается, прибавила шаг.

Очутившись около мужчины, с удивлением посмотрела на свои руки, отмечая, что они как кипяток и дрожат.

«Да что же такое? Что со мной? А может я в аду? И рая вовсе нет… только вот такое «счастье» с трупами и неведомыми хищниками».

В груди внезапно появилось такое твердое чувство, что я должна осмотреть его, а значит, расположить лицом к себе. И вот спрашивается, зачем мне это? Но нет, я села и, тяжело вздохнув, перевернула его с пятой попытки.

Только положила руку на шею, чтобы проверить пульс, как он резко открыл свои чернючие гневные глаза и схватил меня за руку. Я так и замерла, опасаясь уже за свою жизнь. Первая мысль, почему я не убежала, а вторая, почему этого сейчас не делаю.

– Я… – прохрипела, рассуждая, что сказать дальше.

– Пещера… туда, – выдавил он и, повернув голову в правую сторону, вновь закрыл глаза.

«И что пещера?! То есть пещера?! Я должна его затащить туда? Такого огромного и неподъемного? Я же не Геракл! Конечно, придется, а кому еще этим заниматься, если он не труп? Только как, если он больше меня в шесть раз?!»

Откинула густые волосы красного цвета назад и, вспомнив, что «безвыходных ситуаций не бывает», скрипнула зубами, а потом сняла свое убогое одеяние. Даже не верю, что я это делаю. Обвязала его руки плащом, а второй конец повязала к своей талии. Схватила мужчину за длинные тяжелые волосы и потащила к пещере.

Успехи шли, но черепашьими шагами. Еще бы, такую тяжелую особь мужского пола на себе волочу. Сразу вспомнила Риткины слова, моей хорошей подруги, утверждающей: «Как только встречу СВОЕГО мужика, дубинкой долбану по голове и в пещеру». Вот… и я сейчас чувствую себя такой неадекватной завоевательницей. Только мужчина не мой, и дубинка не понадобилась.

Уже у входа в темную пещеру, почувствовала, что за мной наблюдают, и повернулась спиной к пещере. Обомлела, заметив вдалеке что-то огромное мохнатое и жуткое, ростом в три метра. Сердце на секунду остановилось, а рот даже не собирался закрываться.

«Э-э-э-э… это что за «счастье», что хочется креститься и кричать?!»

Не теряя времени, сильнее ухватила за патлы тяжелую ношу, и с кряхтением, сопением принялась втаскивать его дальше, надеясь, что чудовище, движущееся сюда, в пещеру не войдет.

«Наивная… а если это и есть его дом? Нет! Ведь громадный мужчина сказал «в пещеру», значит, тут должно быть спасение».

Как только оказалась в кромешной темноте, закрыла глаза и внимательно прислушалась, пытаясь дышать ровно, и не дергаться от жуткого страха. Вой и топот зверя приближался и приближался, и, затаив дыхание, я осела на землю, не в силах стоять в такой момент.

Неприятный скрежет, шуршание, слюноотделение слышались так отчетливо, что казалось, это у моего уха зверюга издевается, било по нервам. Не выдержав накала эмоций, я вцепилась зубами в ладонь, чтобы не вскрикнуть, направляя мысли к боли.

Сколько это чудовище терлось и рычало, я не знаю, но мне показалось вечностью. А потом… все затихло, но я продолжала сидеть, не в состоянии сдвинуться. И вообще, я не собираюсь проверять, ушел он или нет. Мне тут хорошо. Надеюсь…

Наконец-то решилась осмотреться по сторонам, отмечая, что нахожусь в обыкновенной пещере. Темно, но почему-то я все видела, хоть и мутно. Подтянула мужчину ближе к стене и вновь устроилась на песке, трясущимися руками мастеря себе одеяние из черной тряпки.

 

Так, нужно определить, что у него за рана, чтобы помочь. А с другой стороны, чем я ему помогу, если у меня ничего нет?! От этой мысли стало не по себе, но я все равно попыталась его прощупать. Голова в порядке. Грудная клетка без повреждений. Хм-м-м… тогда почему он дважды терял сознание?

Через секунду я опять его перевернула, ведь не зря же он лежал спиной вверх. Просунула руку под тяжелую кольчугу, так как поднять ее было невозможно, потому что она не сгибалась, и тут же влезла пальцами в рубленую рану, окунаясь в кровь.

Да, явно не зверь с топором кидался на него. В спину ударили. Интересно, а где тот, кто так подло поступил? И если то чудовище не прошло сюда, то воин ведь сможет?! И что тогда?! Лучше не продолжать думать об этом…

Ладно, сейчас главное помочь больному. А как? От отчаянья сжала руки и вновь почувствовала теплую волну, поступающую изнутри. В недоумении сжала пальцы и выпрямила, видя, что от них пошли искрящиеся световые волны.

Не понимая себя, потянулась к мужчине, и накрыла его рану руками, пытаясь выдавить что-то из них. Но плохо получалось, появлялся искрящийся желто-алый поток света и тут же исчезал. Раздражаясь от неудачных попыток, представила возможные повреждения у больного, и меня стало потряхивать.

Отключилась от всего и, сконцентрировавшись только на том, что видела мысленным взором, принялась водить по спине, с удовольствием наблюдая, как рваные края сходятся и рана затягивается. Как будто зашивала, отображая весь процесс поэтапно в голове и уверенно действуя руками, излучающими сияние, обеспечивающее мне полную видимость.

«Я – фея?! Или знахарка?! Неважно, главное помогаю!»

Как только последний участок соединился, и рана полностью сошлась, в секундное мгновение обрабатываемая территория кожи озарилась светло-красным цветом, и спина стала выглядеть нормально, даже рубца не осталось.

Улыбнулась, и так захотелось немного полежать, что без сил рухнула на песок и уснула.