Противоположности притягиваются

Tekst
29
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Противоположности притягиваются
Противоположности притягиваются
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 20,50  16,40 
Противоположности притягиваются
Audio
Противоположности притягиваются
Audiobook
Czyta Наталья Фролова
11,32 
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 4

Отсидела пары, находясь в отличном настроении. Готова была петь соловьем. Посмотрела на часы и поняла, что есть 15 минут свободного времени, а потом пойду в актовый зал.

Спустилась по лестнице на первый этаж и пошла к выходу, желая немного подышать свежим воздухом, когда зазвучала мелодия моего сотового телефона. Захар.

Не хотелось разговаривать, но почему я должна бегать и прятаться?

Нажала прием и сухо ответила:

– Слушаю.

– Нам нужно поговорить, чтобы больше не расстраивать родителей, – сразу выдал мужчина деловым тоном.

Родителей? Для моего отца расстройство – это нормальное состояние в отношении меня.

– Захар, я не выйду за тебя, – спокойно произнесла, надеясь, что он поймет.

– Милана, давай без девчачьих капризов. Поговорим и все решим. Я через полчаса буду на стоянке университета. Жди.

– У меня репетиция, – мгновенно проинформировала, не собираясь пропускать подготовку к выступлению из-за него.

– Тогда буду через два часа, – недовольно рявкнул он.

– Хорошо, – выдохнула и тут же услышала гудки.

Не успела сделать и несколько шагов, как вновь послышался звон телефона. Отец. Удивленно посмотрела на экран, не веря своим глазам, и сглотнув, ответила:

– Слушаю.

– Я около твоего университета. Поговорим? – сразу перешел к делу Сергей Сергеевич.

Посмотрела на свои черные сапожки, и устало выдохнула:

– У меня репетиция.

– Десять минут, больше и не нужно. Мне тоже некогда рассиживаться с тобой, – почти со злобой сообщил он.

– Хорошо, куда идти?

– Кафе, рядом с вашим университетом.

– Ты там?

– Да, поторапливайся, – буркнул отец и положил трубку.

Посмотрела на свой сотовый, и замерла на несколько секунд, стоя на улице. Отвратительное предчувствие разочарования повисло в груди. Хотя с отцом по-другому не бывает.

Как же было хорошо, когда мама жила с нами! С ней я даже не чувствовала угнетающей обстановки между мной и отцом, как сейчас. Это появилось тогда, когда ей стало плохо и наняли сиделку, ухаживающую за ней, а потом… начался сплошной ужас. А так, мама всегда старалась сглаживать все контрасты своей любовью и добротой, чего сейчас мне так не хватало.

Вздохнула полной грудью и пошла по дорожке в кафе, находящееся на той стороне дороги. Войдя в помещение, выполненное в коричневых и молочных цветах, с круглыми столиками и мягкими зонами, взглядом искала отца. Увидев его в дальнем углу пустого кафе, где почти никого не было, подумала, что он специально выбрал именно это место. Несомненно, для важного разговора.

Медленно подошла к нему, и села напротив. Только хотела задать вопрос, как подошла официантка и спросила, чего мы желаем. Я автоматически заказала шоколадный молочный коктейль, а отец рявкнул, что ему ничего не надо и пусть больше не подходят к нашему столику. Грубиян. Удивляюсь, как он работает с людьми, если не умеет вести себя даже в простом студенческом кафе.

– Что ты хотел сказать? – спросила, не желая тратить лишнее время, смотря на его недовольное лицо.

– В общем, чтобы дед тебе ни наговорил, у вас ничего не получится.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила, сжимая свою маленькую черную сумочку, перекинутую через плечо.

– Я… истратил все твои деньги, – как ни в чем не было заявил он, нагло смотря мне в глаза.

Пораженно открыла рот, видя его ехидство и раздражение на лице, и с волнением прохрипела:

– Это невозможно! Банк не допустил бы…

– Все возможно, если заплатить нужным людям. Мне выдали всю сумму твоего наследства еще три года назад.

– Но… как ты мог? Ты не имел права! – воскликнула, не до конца понимая значения его слов. Мозг отказывался принимать столь ужасную информацию.

– А на что я должен был жить и финансировать убыточный бизнес? Все, что зарабатывал, бесследно уходило на житейские расходы и зарплаты сотрудникам гостиниц. И когда Зина заболела, я увидел выход, выпросить у банка часть денег на лечение, а потом, через год уже перевел все на свой счет, чтобы раскрутиться и вернуть долг на место.

– Получилось? – с обидой прошептала, прекрасно зная его ответ, если мы сидим здесь.

Ройф Сергей со злостью посмотрел на меня, как будто я не имела права задавать такой вопрос оскорбленному ему. Но я-то как раз и имела, так что пусть будет добр и ответит на него.

– Поначалу – да, пошла прибыль, и расходы, потраченные на улучшение гостиниц, стали окупаться, чем был доволен, но потом… Черт возьми, я тебя содержал и Марии требовались дорогие безделушки, машина, загородный дом. А ты знаешь, сколько он стоит? Очень большие деньги!

– Ты покупал ненужную недвижимость и драгоценности своей жене на мои деньги? – воскликнула, не веря, что этот корыстный, жадный человек – мой отец. Разве такое бывает?

– Еще раз напомню, что ты, между прочим, тоже нуждалась в определенных средствах, – съязвил Сергей Сергеевич, щурясь левым глазом.

– Каких это? Одежда и еда? Ты о чем? Это мелочи по сравнению с той суммой…

Отец не дал договорить, стукнув по столу кулаком, и резко оповестив:

– Милана, у меня нет времени на твои истерики. Через полчаса важная встреча.

– У тебя встреча? – почти прокричала в ужасе от свалившегося на меня счастья. Неожиданно, как кирпич на голову. Прочистила горло и резко продолжила: – Да как тебе совесть позволяла меня еще и шантажировать?

– А что мне оставалось делать? На данный момент меня прижали кредиторы, за ссуду, которую я был вынужден взять на строительство новой гостиницы в Питере.

– Ты нормальный? Какая гостиница, когда ты с тремя не смог справиться!? Они вгоняют тебя в убыток, а ты взял ссуду на строительство новой?!

– У Марии была мечта открыть гостиницу в любимом городе, и, просчитав бизнес-план, я понял, что это стоящая идея…

– Нет, я не хочу тебя даже слушать, – выдохнула и резко вскочила, тут же услышав:

– Сядь, если хочешь, чтобы я и дальше обеспечивал оплату твоей матери, потому что, как только мой отец узнал состояние твоего счета в банке, передал тебе привет. Пожелал учиться и жить грамотно, принимая правильные решения.

Обида. Горечь. Ненависть. Мое сердце обливалось кровью от предательства собственных родственников.

Села, увидев официантку, быстрым шагом несущую мой молочный коктейль, но мне уже ничего не хотелось. Совсем. Хотя нет, было желание вылить напиток в лицо Сергею Сергеевичу, чтобы убрать ядовитое счастливое выражение с его лица.

Так, нужно взять себя в руки, выслушать все предложения отца и решить, что из этого мне будет выгодно. По-другому никак. С такими акулами мне не справится.

– Что ты хочешь? – устало спросила у него.

– Выйди замуж за Вигорского. Тогда… я верну твое наследство в полной сумме, и у нас все будет отлично.

– Нет, я не выйду за Захара.

– Милана, без брака – ничего не будет. Я должен, помимо банка, Вигорскому Евгению, и эта сумма значительно превышает ту, что числилась на твоем счету.

– Только честно, почему именно я? Какая выгода Вигорскому от меня? – поинтересовалась, желая узнать правду.

Отец замялся и, посмотрев куда-то в сторону, замолчал. Даже жутко стало от его правды, которую он не желает мне рассказывать. Возникла резкая мысль об условиях банка, и я тут же выдохнула:

– Хочешь, я скажу за тебя?! Все банально просто. Мой муж будет руководить моим наследством, вернее долей, если учитывать несгораемый лимит наследства для девочек.

– Да.

– Вот видишь, у меня нет больше повода с тобой разговаривать. Ты не только потратил мои деньги, но еще и решил продать меня. Уж извини, как-нибудь без меня.

– Милана, а где ты возьмешь деньги?

Вопрос на живую резал меня острым лезвием по внутренностям. Да… загнали в угол… Почему так? Да что же за жизнь такая?

Посмотрела в окно, увидев людей, проходящих мимо кафе: кто-то спешил, другие медленно прохаживались, а я решала очень важный вопрос, на который знала ответ, но произнести его вслух – не хватало сил.

Мама будет жить, а это главное. А там, как в песне: «стерпится – слюбится». Может, и я свыкнусь, приспособлюсь.

Невероятно жутко звучали мои размышления, но других вариантов не было. Дед – алчный жестокий тиран, а отец – хитрый и подлый интриган. Про мачеху не хочется и вспоминать. А вот моя мама – единственная, кто достойна слов. Поэтому ответ только один.

Обреченно вздохнула, чувствуя себя барашком на жертвоприношении, и сухо промолвила, стараясь не разреветься от жалости к себе:

– Какой срок этого брака?

– Три года – минимум, но если у вас не будет с ним детей, то ты имеешь право развестись.

– Но…

– Та сумма, что является полностью твоей долей в наследстве, и все, что вы вместе наживете с мужем, – останется ему, если не составите изначально брачный контракт, что в твоем случае не получится из-за большой суммы долга. При разводе тебе достается только квартира и определенная сумма в месяц.

«Жестоко, но так предсказуемо».

– Это почему так?

– Условия наследства, внесенные в договор, указаны с целью, чтобы женщина выбрала себе надежного и верного мужа. Но определенная сумма так и будет в банке.

– Подытожим. Я выхожу замуж и развожусь, если не забеременею за три года, получая квартиру и маленькое содержание. Так?!

– Да.

С жалостью посмотрела на него и процедила:

– А я-то думаю, с чего ты такой добрый? Квартиру маме дал, которую после продал на расходы за лечение. А оказывается, по условиям договора.

Мужчина ничего не ответил, лишь пренебрежительно посмотрел на меня, давая понять, что мой анализ и рассуждения ни к чему. Да уж… чего и следовало ожидать.

– Я могу не бес…

– Скажи мне, а тебе какая выгода от того брака?

– Не твое дело!

– Несомненно, – согласилась и, вставая, тихо проговорила: – Хорошо. Я выйду замуж за Захара. Можешь радоваться, что выгодно и благополучно продал свою дочь.

 

– Ты сама этого захотела. Я предложил тебе выбор, – заявил он, самодовольно улыбаясь.

Не смогла удержаться от искреннего ответа:

– Выбора не было, и ты прекрасно об этом знаешь.

– Отлично. Не забудь позвонить Марии. Она тебе расскажет по поводу свадьбы и платья, а мне некогда, – рявкнул он и, швырнув на стол несколько мелких купюр, рванул из кафе, а я продолжала стоять, пытаясь совладать с дрожью в горле.

Думаю, лучше посидеть. Опоздаю немного… Пусть. Сейчас мне очень нужно убедить себя, что все будет хорошо. Во всяком случае, попытаться в это поверить.

Глава 5

В огромном актовом зале было оживленно и весело, участники мероприятия кучками сидели на местах зрителей, о чем-то разговаривая, другие пели или танцевали, ну а Ирина Васильевна кричала громче всех, объявляя номера по фамилиям. Слушала я лишь краем уха, меня до сих пор трясло.

Сидела в стороне от всех, как прокаженная, и надеялась быстро спеть и уехать. Если бы я не обещала, то давно бы уже была в парке. Очень часто езжу в это красивое успокаивающее место отдыха, чтобы побыть одной и обо всем подумать.

А так… приходится здесь на сотый раз прокручивать всевозможные варианты и пути их решения в сложившейся ситуации. Но, к сожалению, приемлемого и выгодного выхода для меня нет, как ни крути. Единственное, что необходимо сделать – взять письменное обязательство с отца о том, что он будет выплачивать все расходы на лечение матери, а потом заверить у нотариуса.

Еще, нужно съездить в банк и уточнить вопрос о состоянии моего счета. Проверить не мешает. Но вероятно, это повлечет огромное множество проблем, ведь тот, кто дал добро на использование наследства серьезно рисковал, и если я начну интересоваться, ему ничего хорошего не светит. Значит, суд, всплывут условия договора, все счета отца заморозят и… в конечном итоге… не будет средств для оплаты лечения матери, а это неприемлемо. Никто не будет ждать в больнице, пока я найду деньги. Ставить жизнь мамы под удар, чтобы восторжествовала справедливость, у меня желания нет.

Также рассматривала другие варианты – ссуды, но и они недопустимы. Отец – банкрот, притом у него две огромные задолженности. И если в банке – полная вероятность оказаться за решеткой и оставить меня с долгами, ведь даже продав имущество и распределив между кредиторами первой и второй очередности, нет шансов на получение хоть ничтожной наличности, судя по предпринимательской жилке отца, жил он все три года на мое наследство.

И не стоит забывать про другой кредит – Вигорскому, в несколько раз превышающий банковский, и последствия неуплаты или моего отказа, вероятно, грозят ему смертью, впрочем, как и маме. Такой мужчина, как Евгений Борисович, не прощает и не спускает таких долгов. Он спонсирует отца и, если пойду наперекор, как итог: не будут осуществляться огромные платежи, притом в таких цифрах, в каких среднестатистический гражданин получает за год при средней оплате труда.

Кредит и ссуда на такую нереальную сумму неработающей мне при отце с огромной задолженностью, невозможны, да и бессмысленны. Помимо основного долга будет приличный процент, их я никогда не смогу оплатить. Дед отказал, и даже не потрудился сам сказать об этом, передал через сына. Да и действительно, что говорить?! Сергей Иннокентьевич мне еще в кабинете заявил, что благотворительностью не занимается, а вновь просить, значит лишь разозлить его.

Черствые жестокие люди, не имеющие ни капли совести и стыда, не уважающие никого и ничего кроме собственных эгоистичных желаний.

Все, не думаю об этом, попытаюсь успокоиться.

Захар. Подлец, каких свет не видывал. Как прожить с ним три года? Про беременность понятное дело – противозачаточные таблетки буду принимать. Только вот спать с ним… нет желания, да никогда и не было. Пыталась как-то сблизиться, чтобы лучше понимать друг друга, а теперь, когда я – разменная момента, не дождется. Будем терпеть друг друга положенный срок, а потом – развод.

Только на следующем курсе оканчиваю университет, а потом можно искать работу, что-то думать. Я бы и сейчас с радостью устроилась, три-четыре раза даже брали на полставки работать во вторую смену помощником бухгалтера, но постоянное вмешательство отца мне постоянно гарантировало – «пинок» с работы. Вот так, до ужаса обидно и несправедливо.

Нет, нужно отвлечься, тем более, сейчас выступать. Постараюсь думать о приятном, а то так и свихнуться можно. Ведь только так я и выживаю в своей семье последние годы. Учеба, курсы иностранных языков, плаванье и помощь отцу, когда он просит. А просит он всегда, но считает меня никчемной и неспособной девкой. У него, как и у деда, больная и неадекватная реакция, если женщина стремится к независимости.

Меня окликнули, и я пошла на сцену. Чувствовала себя ужасно и немного терялась. Потом увидела идущих по проходу светловолосую красивую девушку в голубой тунике и черных леггинсах, и Леру, высокую брюнетку с коротенькой стрижкой, одетую в фиолетовые бриджи и черный топик. Они поднялись, и сразу же отключилась музыка.

Я посмотрела на Ирину Васильевну, жестами объясняющуюся с блондинкой, и когда она ей довольно кивнула, повернулась ко мне, и с улыбкой произнесла:

– Миланочка, давай заново? Девочки решили поддержать тебя, так что расслабься и радуй нас своим прекрасным голосом.

От приятной неожиданности прикусила губу и, повернувшись к ним, тихо произнесла:

– Спасибо.

– Пожалуйста, – радостно прокричали они и приготовились к танцу, занимая одинаковые позиции.

Пошла песня. Я почти не зажималась, чувствуя себя уверенней и счастливей. Допела и, видя лицо руководителя, поняла, что она очень довольна.

Спустилась со сцены и, взяв сумку, направилась на студенческую парковку. Посмотрела по сторонам, но машины Захара нигде не было. Сотовый проиграл мелодию, и я ответила на звонок.

– Да.

– Это Захар. Я задерживаюсь, поэтому жди час.

– Не собираюсь, – мгновенно отрезала, поражаясь его наглости и хамству.

– Милана, не выпендривайся, если получится – приеду раньше. Это ты ни хрена не делаешь, а я помогаю отцу с бизнесом, – рявкнул Вигорский и, перед тем как бросить трубку, я услышала женский смех.

«Сволочь! Помогает он отцу…»

Обида с новой силой закралась в душу, что этот хам считает меня обязанной его ждать. Несомненно, Захар в курсе всей ситуации и уверен, что я не сбегу. По-другому не объяснишь его поведение. Повернулась, чтобы пойти в кафе и почувствовала мощный удар в лоб. Меня тут же откинуло в сторону на мокрый и грязный после растаявшего снега асфальт.

Посмотрела на себя и ужаснулась: розовое пальто и высокие черные сапожки были в грязи. Да уж… Подняла глаза на виновника и узнала в нем светловолосую девушку, выступающую сегодня на подтанцовке. Она сейчас уже была в кожаных черных штанах и куртке, а в руках держала шлем.

Блондинка резко поднялась и подала мне руку, буркнув:

– Прости, не хотела.

– Ничего, это ты меня прости, – ответила, чувствуя себя отвратительно, периодически шмыгая носом, готовая в любой момент сорваться и разреветься.

– Ты что ревешь? Не плачь, сейчас все ототрем… – быстро обнадежила девушка, подумав, что я из-за одежды расстроилась, и потащила меня в то же самое кафе, где я недавно общалась с отцом.

Мне стало неудобно, и к тому же не было желания вновь заходить в это помещение. Попыталась сказать незнакомке, что все хорошо, и я сама все сделаю, но ей было все равно. Она шла вперед, крепко держа мою руку.

Как только оказались в кафе, девушка позвала официантку, очевидно, ее знакомую, и объяснила ей всю ситуацию. Из их разговора я поняла, что блондинку зовут Елена, а ее подругу – Вера. Официантка завела нас в туалет, и, достав чистые салфетки, стала помогать Лене отчищать мое пальто и протирать ее кожаную одежду, пока работницу не позвал начальник.

– Вер, спасибо, – искренне поблагодарила Елена.

– Всегда пожалуйста! – радостно прочирикала девушка и убежала обслуживать столики, а мы дальше продолжили чистить одежду.

Пока Лена терла, я стала понимать, что нервы за эти дни у меня не к месту. На пределе. И вся обида, разочарование стали давить, что меня прямо затрясло.

– Да что с тобой? – возмутилась светловолосая девушка.

– Прости, я…

– Говори прямо! Я не крокодил, не укушу.

И захотелось рассказать, поделиться, ведь все держать в себе просто до ужаса выбивало меня из себя.

– Да я не из-за одежды… Не могу прийти в себя после вчерашнего. Сейчас у меня должен быть важный разговор, где мне будут вешать лапшу на уши и унижать, – огорченно пробормотала я.

Елена внимательно посмотрела на меня, и резко выдала:

– Давай по порядку. Как я понимаю, это твой парень будет вешать тебе лапшу?

– Да, жених, – выдохнула, прислонившись спиной к стене. – Через две недели свадьба.

– А что вчера было?

– Ночью осмелилась приехать к нему в гости для важного разговора, сделать сюрприз, хотя я никогда так не делаю. А он там…

– С бабой? – предположила она.

– С двумя, – еле слышно выдавила.

– Ну и в чем проблема? Нахер, и все дела, – громко высказала свое мнение очевидно бесстрашная девушка.

Конечно, я с ней согласна, но ведь она не знает всю правду… И я не могу говорить об этом с чужими, да и зачем кого-то напрягать?! Выдала только часть правды:

– Не могу. Отец сказал на мою истерику, что в любом случае выйду за него, так как у них договор с его отцом. Они создают общую компанию…

– Ну и что?! Теперь с этим чмом нужно жить-поживать, да рога продавать? – возмутилась Елена.

– А что я могу сделать? – с обидой выкрикнула, отворачиваясь в сторону маленького окошка, очень грязного. – А сегодня он позвонил и сказал: «Нужно поговорить, чтобы больше не расстраивать родителей».

– А вы с ним того… этого? – с интересом спросила она.

– Нет, я…

– Понятно, еще один ангелочек, – как-то устало проворчала она.

– Позвонил и сказал, что задерживается… почти на час… Унижает даже в этом, а я не знаю, как мне быть.

– А если послать к черту? – предложила Елена.

– Отец сразу выкинет из дома, так и заявил вчера. Вроде нужно отрабатывать деньги, которые он в меня вбухал, – выдала, немного изменив информацию о себе.

– Ого! Сволочь! Прости, не удержалась. Все так серьезно?

– Да, он у меня на бизнесе помешан, а у отца Захара большие связи. В общем, меня никто не спрашивает.

– Понятно. А ты что сама?

– Чувствую себя ужасно, полным ничтожеством.

– Я тоже не айс. Слушай, а давай успокоимся? Поедем кататься! Пусть твой козлина гулящий поцелует асфальт для разнообразия. А то привык только унижать.

– А если… – не ожидая такого предложения, я растерялась.

– Но почему он унижает, и ему все сходит с рук?! Ты тоже забей и увидишь, твой Захар больше внимания станет уделять.

– Какое внимание? Я его не переношу, – честно прохрипела.

– Ого, вот это брак, – высказала она свое мнение. – Вы как жить будете?

– Саму пугает перспектива, но я всю жизнь вижу, как мама с папой жили и ругались. Да и сейчас…

– Да? Не завидую… Ну что же, тогда поехали?!

– На машине? – невинно спросила я, видя в ее руках шлем, но надежда умирает последней.

– Лучше! – обрадовала она и потащила меня через кафе, а потом и улицу к ее любимому транспорту.

– Я не смогу, – сипло выдавила, глядя на такую страшную махину. – Никогда на таком не каталась.

– Не сомневалась в твоем ответе. Не волнуйся, тебе понравится! Залезай, – довольно заявила Елена, заводя свой байк.

Вздохнула и неуклюже села сзади, надев второй шлем, прикрепленный к багажнику, и сильно прижалась к ней, надеясь, что она меня не потеряет.

– Руки положи вниз. Там ручка, крепко держись за нее. Если боишься, то за талию, – недовольно прорычала байкерша.

– Угу, – пропищала, задерживая дыхание, с силой сжимая черную кожаную ручку.

Раздался рычащий звук, и мы резко подались вперед. Ловила новые эмоции, удивляясь тому, что мне это нравится! Но как только мы стали выезжать с парковки университета, дорогу нам перекрыл белый внедорожник. Захар собственной персоной на одной из своих машин. Не ожидая его так рано и не желая с ним сейчас общаться, когда мне так хорошо, возмущенно и протестующе пискнула.

Мужчина, увидев меня на байке, округлил глаза и стал вертеть у виска пальцем, показывая, что у меня не все в порядке с головой, и чтобы слезала.

– Я тебе честно скажу: нужно внести немного разнообразия в ваши стремные отношения с этим крокодилом, – заметила Лена, повернув лицо ко мне.

– Думаешь?

– Абсолютно уверена.

– И что делать? – тихо спросила, ожидая интересных идей от строптивой девушки.

– Вытяни руку и покажи средний палец, – предложила Елена классический вариант из фильмов с самым невинным и беспечным видом.

 

– Я…

– Давай посмеемся над его изумленной мордочкой.

«А почему бы и нет? Разве только ему позволено ставить меня в идиотское положение? Пусть ощутит на собственной шкуре неприятное чувство досады и разочарования».

Вытянула руку, и показала средний палец, испытывая при этом полное удовлетворение, несмотря на страх быть наказанной отцом. Хуже брака быть уже ничего не может, так что можно делать то, что хочется.

Захар изумленно замер с открытым ртом, а потом открыл дверь своей машины, желая высказать возмущение. Немного опешила, но Лена быстро надавила на педаль газа, и мы стремительно объехали его внедорожник на ее рычащем байке.

На секунду повернулась и увидела, что жених выбежал на дорогу и стал звонить по телефону. Да пусть хоть зазвонится! Для меня сейчас главное – не упасть!