3 książki za 35 oszczędź od 50%

На всей скорости

Tekst
5
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
На всей скорости
На всей скорости
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 30,21  24,17 
На всей скорости
Audio
На всей скорости
Audiobook
Czyta Ксения Широкая
18,90 
Szczegóły
На всей скорости
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

На всей скорости

© Екатерина Романова, 2018

© Оформление. Екатерина Романова, 2018

Файл для сайта ЛитРес

Все права защищены.Произведение предназначено исключительно для частного использования. Никакая часть электронного экземпляра данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для публичного или коллективного использования без письменного разрешения владельца авторских прав. За нарушение авторских прав законодательством предусмотрена административная и уголовная ответственность.

Подобные действия на территориях стран подписавших международные конвенции по авторскому праву влекут административную и уголовную ответственность в соответствии с действующим законодательством этих стран.

Россия, Сочи. Наши дни

Улыбка не выключалась. Совсем. Никак. Даже чашка кофе не помогла, хотя Лера готовит отменный капучино и без чашечки по утрам я уже не представляю свою жизнь. Сделала глоток и радостно поплыла.

– Лиз, ну расскажи! – покусывая от нетерпения губы, потребовала подруга. – В конце концов, это я тебя туда затащила, ты обязана поделиться подробностями! Вы переспали?

О, мы делали что угодно, только не спали! Гнали по пустым улицам на всей скорости, прыгали голышом в море с палубы его яхты. А о том, что было после, и вовсе лучше не вспоминать. Сама себе завидую!

Щеки свело судорогой – так долго и сильно я не улыбалась уже несколько лет…

И Лера права. Это случилось исключительно благодаря ей!

День назад

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Очень тебя прошу! Ну пойдем со мной, Бет! – щебетала подруга, пытаясь стащить меня с дивана.

А я, между прочим, устроилась с большой тарелкой попкорна и намеревалась провести вечер в компании романтической комедии. Чтобы и посмеяться, и поплакать, а в груди сладко обмирало.

– Лер, у меня планы.

– Эти планы, – она кивнула в сторону телевизора, – вполне могут подождать и до завтра. А быстрые свидания – нет!

– Ты хоть понимаешь, какой это бред? – я усмехнулась и зачерпнула горсть попкорна.

Так всегда! Готовлю сладкий – хочется соленого, готовлю соленый – хочется сладкого. Лениво поднялась с дивана, чтобы приготовить вторую чашку, но с другим вкусом.

– Бред не бред, но пора устраивать личную жизнь!

– Меня она полностью устраивает, – бросила на ходу и достала из шкафа кукурузные зерна.

– Своим отсутствием? – подруга выключила аппарат из розетки и уставилась на меня большими карими глазами.

Меня всегда удивляло это природное сочетание каре-зеленых глаз и светлых пшеничных волос. Ладно, внимание привлекла, что дальше?

– Лиза, пять лет уже прошло. Пора двигаться дальше. Все мои попытки тебя растормошить заканчиваются одинаково!

– Я пока не готова.

Да ну его, этот попкорн. Без него обойдусь! Попробовала обойти подругу, но та схватила меня и обняла.

– Тебе уже двадцать восемь! Перестань! Ну пожалуйста! Давай договоримся, что сегодня ты сходишь со мной. Если не понравится, обещаю, оставлю любые попытки тебя вытащить! Слово даю!

Ну хоть не зуб!

Я вздохнула, бросила жалобный взгляд в сторону телевизора и вздохнула снова. Как-то привыкла уже по воскресеньям обниматься с подушкой, глядеть комедии про любовь, пить вино и есть воздушную кукурузу. Это стало моей сублимацией. Это позволяло забыть, не думать, жить дальше. К тому же завтра собеседование… Хотя это слабая отговорка, ведь к нему я давно готова. Поговаривают, босс – та еще задница, но я провела блестящую домашнюю работу и ничуть не сомневаюсь в своем успехе.

Эх. Возможно, настало время? Сколько еще прятаться? Год, пять, десять лет? Мне двадцать восемь лет. Еще пяток, и можно ставить на себе крест.

– Лиз? – с надеждой протянула Лера, а я в ответ закатила глаза. Подруга завизжала и потащила меня в свою комнату. – Обещаю, ты не пожалеешь!

– Уже жалею…

Быстрые свидания. В масках. Без имен. Ну бред же!

Через час мы стояли перед рестораном. На нас длинные вечерние платья из красного и черного бархата. Волосы завиты и распущены, губы подкрашены, лица спрятаны за масками. Никаких телефонов, никаких украшений – главное требование этих чудаковатых свиданий. Суть в инкогнито участников. Никто не будет знать, с кем встречается. Вместо имени – номер. Мне досталась семерка.

Я уже говорила, что это идиотизм? Во плоти. И я его седьмая участница. Лера – восьмая.

Подруга улыбалась и потирала ладошки – волнуется. Мы прикрепили номера к платьям и прошли внутрь.

В «Эликс» я была лишь раз – на деловой встрече с представителем «Иктон Косметик», когда работала под прикрытием, изображая из себя заинтересованного партнера по бизнесу. Сказать об этом месте могу лишь одно: запредельно дорого.

– Откуда деньги, Лера?

– Не думай об этом, – отмахнулась подруга, выглядывая кого-то в толпе.

К слову, в основном все пришли парами. Еще бы, на подобный идиотизм в одиночку не решишься.

– А все равно как-то думается.

– Заплатил мой хороший знакомый. Просто знакомый, серьезно! – деланно возмутилась подруга, заметив мой игривый взгляд. – Он никак не может пристроить своего друга в хорошие руки. Мужик со странностями, он не стал вдаваться в детали. То ли скромный, то ли урод, я не знаю, но сама идея показалась забавной! Сказала, что пойду с подругой, вот он и оплатил нам развлечение. Да расслабься ты! Будет весело.

– Ага. Я прямо отрываюсь…

Низ живота свело, ладошки вспотели, хотя обычно со мной такого не бывает. Волноваться с моим характером? Но нет, волновалась. Как на первом свидании… Или из-за того, что предаю память Ирвина? Прикрыла на миг глаза, решив, что должна уйти.

– Эй! Даже не думай об этом, – подруга сжала мою ладонь. – Пора двигаться дальше, Лиза. Время пришло.

Если бы только знать, что это так. Мне нужен какой-то знак, что я имею право двигаться дальше. Чтобы не было так стыдно и страшно. Хоть малюсенький намек от вселенной!

Дамы постепенно занимали столики, а я не спешила остаться в одиночестве. Мы пришли пораньше, чтобы освоиться и привыкнуть к обстановке, но меня происходящее все больше нервировало. Ощущение подступающей беды, чего-то нехорошего не покидало. В горле встал ком, и, заметив стол с шампанским и закусками, я направилась к нему.

Подхватила два бокала на тонких длинных ножках и замерла, наблюдая, как по запотевшему стеклу лениво ползут капельки. Бокал опустошила залпом. Ледяной напиток приятно защекотал во рту и разлился ласковым теплом по желудку, хотя в нос ударили пузырьки. Почесалась, фыркнула. Хотела повторить со вторым бокалом и покинуть неуютное место, но мою руку остановили.

– Это преступление – пить Krug Grande Cuvée залпом, – раздался низкий голос.

Мужчина опустил мою ладонь на стол. Разжала пальцы и подняла взгляд. Никогда прежде не чувствовала так остро. Смотрела в прорези маски и не могла оторваться от серо-зеленых глаз. Обычно я мужчинами не интересуюсь, но меня необъяснимо привлек незнакомец. От него приятно пахло миндалем и ванилью. Этот запах мешался с ароматом таинственности и дурманил разум. Вот что бывает, когда пьешь на голодный желудок!

Черная атласная маска с вышивкой скрывала верхнюю часть мужского лица и давала простор фантазии, но по нарочито небрежной прическе, серебристой шелковой рубашке и хорошо отглаженным дорогим брюкам я могла заверить, что мужчина богат и молод. Меньше сорока, если судить по рукам. Мозоли? Такое характерно для работяги, а не интеллектуала. Таким редко по карману брендовая одежда. Возможно, взял напрокат? Но откуда познания в алкоголе?

Незнакомец заинтриговал!

– И как же его пьют знатоки?

– Маленькими глотками. Или слизывая с живота любимой женщины…

Я не смогла сдержать смешок, хотя мужчина говорил так, что невольно хотелось облиться шампанским прямо здесь.

– Это правда работает с женщинами?

– Всегда, – самоуверенно заявил он, спрятав руки в передние карманы брюк.

А дальше у меня отказал разум.

Мы ушли из ресторана, так и не дождавшись начала мероприятия. Не раскрывая лиц, не называя имен. Единственное, что меня поразило, – это баснословно дорогой спортивный автомобиль редкой марки «Аскер». Я изучила ее от и до, потому что с утра собеседование с их генеральным директором.

Мы неслись на полной скорости по объездной трассе, и мне даже дали порулить. Адреналин зашкаливает, когда огни ночного города смазываются, превращаясь в яркие неоновые линии.

Потом была яхта, теплое море, страстные поцелуи, резкие толчки и мир, расколовшийся на сотни осколков. Дважды, трижды, четырежды…

Это было сумасшествие в чистом виде, неописуемый восторг, и, когда я ехала на такси домой, губы опухли от поцелуев, а тело еще хранило ощущение сильных пальцев на моих…

* * *

– Лиза! – недовольно воскликнула подруга, нещадно вырывая меня из воспоминаний.

Поняла, что кусаю губу, а блузка стала неприлично тесной. С моей большой грудью всегда так, а уж когда по телу пробегают отголоски вчерашнего сумасшествия…

– Хорошо, хорошо, – я поставила чашку на стол, не в силах больше молчать. – У нас все было.

– И?

– Что и?

– Когда вы встречаетесь? Судя по тому, как ты сияешь, это был лучший секс в твоей жизни! – Подруга забралась на барный стул с ногами, а ее горящий взгляд вполне мог осветить весь город.

– Никогда. – Подруга раскрыла рот. – Сегодня я получу работу, а ты знаешь, что это значит.

Лера неодобрительно покачала головой.

– Уверена, что тебя возьмут в «Аскер»?

– Элизабет Памелу Крамер? – усмехнулась я.

– Словно ты им об этом скажешь.

– Не скажу. В России я Елизавета Павловна Крамер, но все равно шила в мешке не утаишь. То, что я ушла от самого Эммерсона, рано или поздно станет известно.

 

– Думаешь, ты правильно сделала? Все же Испания и…

– Лер, слишком трудно мне находиться там. Воспоминания. Боль. Не могу…

Улыбка в это утро больше не возвращалась. Лера уже и сама пожалела, что завела этот разговор, но сказанного не воротишь. Впрочем, я быстро вытряхнула из головы мысли о ночном приключении и вернулась в реальность.

За последний месяц я тщательно изучила своего будущего босса: его окружение, привычки, предпочтения. Просмотрела показатели компании, возможные пути ее развития, достоинства и недостатки. С моим образованием и школой, пройденной под руководством сеньора Эммерсона, секретаршей я уже никогда не стану.

До сих пор с улыбкой вспоминаю, как, откинувшись на спинку кожаного кресла-качалки, сеньор смотрел на меня долго и проницательно, а потом повторял одну и ту же фразу:

– ¡No eres secretaria, Elizabeth! Eres un asistente personal! Siente la diferencia.

Говоря русским языком, я не секретарша, я личная помощница, и мне напоминали об этом с завидным постоянством, заставляя думать, анализировать, принимать решения. Сначала всем казалось странным, что на совещаниях рядом с Эммерсоном сидит молоденькая желторотая девица, но когда через полтора года эта девица начала затыкать за пояс начальников крупнейших представительств и филиалов, меня прозвали стальной Элизабет…

Отдел кадров «Аскера» пригласил меня на должность секретарши. Они пока не знают, что действительно требуется их директору. А я – знаю. Иногда счастья не ждешь, а оно берет и само приходит. Вот как я.

Итак. Собеседование в полвосьмого, значит, на месте нужно быть в семь. Оформление пропуска занимает немало времени. Перед этим зашла в хорошую кофейню и взяла горячий кофе. Пообщавшись с последней секретаршей Андрея Михайловича Майера, узнала, что будущий босс предпочитает черный, без сахара и сливок, то есть чистый яд для сердца. Взяла три стаканчика: латте – для себя, со сливками и без – для Майера. Люди не всегда готовы к переменам, буду действовать по обстановке и начинать с малого.

Для охраны на проходной – коробка пончиков. Для девочек из отдела кадров – безе. Связи необходимо налаживать с первого дня и с самого низа. Основная ошибка большинства профессионалов: они не замечают тех, благодаря кому занимают свой пост. А я замечаю. И считаюсь с каждым.

Освежающая прогулка в кроссовках – самое то, чтобы привести себя в порядок после бессонной ночи. Распухшие губы скрыты бежевым блеском, мешки под глазами – тональным кремом. Волосы тщательно зачесаны и убраны в высокий пучок, а к одежде вообще не придраться. С деньгами у меня проблем нет. Шелковая блузка цвета слоновой кости, приталенный пиджак цвета горького шоколада и юбка-карандаш до колена – все дорогое, качественное и, главное, удобное. А лакированные туфли на каблуке спрятаны в сумке.

Квартиру мы с Лерой сняли в центре города, в окружении офисных зданий. И мне, и ей удобно добираться до работы пешком – о сердце и позвоночнике необходимо заботиться до того, как они откажут.

Возле высотки «Аскер» я стояла без четверти семь. Восемьдесят пять этажей стекла и стали смотрели на меня мощным монолитом и пытались задавить авторитетом. Не на ту нарвались. Возле входа на постаментах последние модели «Аскер», начищенные до блеска. Позволила себе задержаться на минутку. Не каждый день видишь такую красоту вблизи! В Испании я работала на «Мерседес», но «Аскер» – на мой взгляд, будущее автомобилестроения. Молодая, амбициозная и агрессивно развивающаяся компания, которая нашла баланс между экологией, эргономикой и динамическими характеристиками своих машин, точь-в-точь соответствует образу своего создателя.

Переодев обувь, я подмигнула хищному разлету фар ближайшего автомобиля и уверенной походкой вошла в здание, где планировала провести по меньшей мере ближайшие лет десять. И неважно, что предыдущие секретари не задерживались и двух месяцев.

Хмурые охранники расцвели, получив коробку шоколадных пончиков с пудрой. Еще не было пересменки, а я, как никто другой, знаю, что после многочасового рабочего дня ненавидишь весь мир и хочется либо сдохнуть, либо сладенького. Сдохнуть от сладенького тоже вариант.

Пропуск мне оформили быстро, подтвердили, что Майер еще не прибыл, пожелали удачи, сочувственно вздохнули в знак поддержки и даже проводили до лифтов.

Мне, разумеется, на последний этаж. Вид, скажу я вам, головокружительный! На восемьдесят пятом, если верить указателям, всего десять кабинетов. Все принадлежат высшему руководству филиалов и отделов. Маркетинговый, логистика, экономический, бухгалтерский, инженерный, технический и прочие. Перегородки из толстого матового стекла не пропускают звуков, зато можно различить тени за некоторыми из них.

А вот и мое будущее рабочее место, тоже окруженное матовыми стенами с выбитыми на них моделями «Аскер». Кабинет, к слову, не заперт, чем я и воспользовалась. Внутри – огромный белоснежный стол лицом к окну, ультратонкий ноутбук, кожаное кресло, хорошее, кстати, на колесиках, с качающейся спинкой. А еще имелся бумажный завал. Апокалиптических размеров просто!

Напротив стола – зона для отдыха. Велюровый диван, вдоль стены столешница с раковиной, кофемашиной, мини-холодильником, рядом – небольшой круглый столик с тремя стульями. Для заседания секретарей, что ли? Непорядок. Все убрать, зону отгородить, лучше – переместить. Рабочий стол развернуть лицом к входу и спиной к окну. На работе следует работать, а не город разглядывать…

Пока продумывала предстоящие изменения, услышала шум в коридоре. Да. Охрана предупредила, что Майер своего счастья не ведает. Отдел кадров подготовил для него семь кандидаток, одна из которых, собственно, я. А собеседования босс проводит лично, не доверяя новомодным методикам выявления у кандидатов таких мифических качеств, как ответственность, стрессоустойчивость, умение профессионально вешать лапшу на уши и прочее. Единственный тест, что он проводит при приеме на работу, – тест собой. А характер у него, говорят, тяжелый.

Включила кофемашину. Пока согреется вода, пока загрузятся программы – вечность пройдет. Подогрела купленный кофе в микроволновке и расположилась за рабочим столом. Бегло просмотрела бумажный завал, прикидывая, что к чему, и погружаясь в примерную текучку дел.

В двери показалась белокурая голова.

– А Андрей уже здесь? Нам долго еще ждать?

– Не Андрей, а Андрей Михайлович, – поправила сухо. Приняли меня за работницу «Аскер»? Великолепно. Воспользуемся. – Ваша фамилия?

– Рябова.

– Можете быть свободны. Вы нам не подходите.

– И почему же? – спросил, собственно, мой будущий босс, широко раскрыв двери и с интересом разглядывая незнакомку в кресле его личной помощницы.

Именно личной помощницы, а не секретарши. Принципиально!

Поднялась, чтобы перевести дух. Рядом с таким мужчиной волей-неволей дыхание задержишь. Высокий, подтянутый, с аккуратно зачесанными набок шоколадными волосами, в дорогом черном костюме, в светло-синей рубашке. Пиджак немного притален – это подчеркивает великолепную фигуру владельца и говорит о его смелости. Неклассический фасон, хотя костюм-тройка. Шит на заказ, это видно сразу.

– Я жду, – повторил он, впившись в меня серо-зеленым взглядом.

Подхватила со стола стакан с кофе и протянула боссу.

– Елизавета Крамер, ваш новый личный помощник, – протянула руку для рукопожатия.

Пожал крепко, боком – готов к партнерству, не требует безоговорочного подчинения, приемлет инициативу. Уже воодушевляет и подтверждает то, что я и так выяснила.

– Некто Рябова не подходит вам по нескольким причинам. Первое – недисциплинированность. Второе – панибратское отношение к руководству. Третье: ее цель – забраться к вам в постель, а не помочь решать дела.

– И этот вывод вы сделали, увидев лишь ее голову?

– Точнее, укладку, подходящую для свидания, но не работы. А также увидела силиконовые губы, ринопластику, цветные линзы и наращенные ногти, которым противопоказана клавиатура. И я могу вам так сказать. На ней лакированные шпильки на платформе, неудобные, кстати, половину ваших поручений она делегирует, о второй – забудет, лишь бы не выходить лишний раз из офиса. Выше – короткая серая юбка, блузка без пиджака, и да, две верхние пуговицы на ней расстегнуты.

Майер толкнул двери, чтобы раскрыть их настежь и явить упомянутую Рябову. Та спешно застегивала верхние пуговицы блузки, что с ее маникюром непростая задача.

– Черная юбка, – деланно расстроилась. – Теряю хватку.

Босс посмотрел на меня с большим интересом и сделал глоток кофе. Недовольно поморщился.

– Привыкайте, Андрей Михайлович, я буду заботиться о вашем сердце. Но, если вы не готовы к серьезным переменам, на моем столике такой, как вы любите.

Мужчина заглянул мне за спину, перевел взгляд на меня, затем кивнул в коридор.

– Этих отправьте домой, вызовите Суворова и Захарченко, договор подряда необходимо отнести Барнсу, передать лично в руки, затем ко мне.

Еще раз мазнув по мне взглядом, уже без тени интереса, Майер подхватил со стола второй стаканчик с кофе и скрылся в своем кабинете. Это оказалось даже проще, чем я думала.

С девицами распрощалась быстро. На коллективное молчаливое пожелание скрючиться от скоропостижной смерти я не среагировала: чтобы от меня избавиться, необходимо что-то посерьезнее. Но, если откровенно, я им всем одолжение сделала. Скучающе взирая на жалкие попытки соискательниц богатого мужа, извиняюсь, удобного босса с большим… профессиональным опытом застегивать пуговицы на блузке, я велела им поторапливаться и закрыла двери в приемную. В том, что работа моя, даже не сомневалась. Осталось навести здесь порядок и устроить все под себя.

Загрузила компьютер. Наверняка Зинаида Федоровна, общавшаяся с этим гаджетом на «ваше высочество, извольте на вас посмотреть и немного потрогать», не защитила информацию паролем. Так и оказалось. Первым делом исправила недоразумение. Вышла в общий корпоративный чат, представилась, пожелала всем доброго утра и успешного дня, заодно вызвала через секретарш Суворова и Захарченко.

Первый – глава инженерной службы. Ему шестьдесят, еще не стар, но уже и не молод. Они с Андреем Михайловичем в последнее время часто не сходятся во взглядах на развитие новых «Аскеров», и есть предположение, лично мое, что скоро тезку знаменитого генерала отправят на незаслуженную еще пенсию.

Второй – закоренелый шельмец, заместитель Майера. Как и босс, немногим младше сорока, инициативный, без меры наглый, хотя высококлассный профессионал.

Не прошло и десяти минут, заполненных уборкой на столе и сортировкой текучки, как в кабинет явился упомянутый шельмец. Окинув заинтересованным взглядом все, что торчало из-за стола, то есть мою грудь и отчасти лицо, мужчина нахально улыбнулся.

– Кто это у нас тут такой сладенький?

В Европе редко столкнешься с хамством или с приставанием на рабочем месте, поэтому первые несколько мгновений переваривала информацию. Внутри все требовало поставить зарвавшегося наглеца на место, и я даже обернулась по сторонам, намекая, что не понимаю, кого он ищет.

– Я с тобой, с тобой. – Он навалился на мой рабочий стол, уперевшись в него руками. – Алексей Захарченко. Для тебя – просто Леша. Но… – он быстро облизнул губы и, приподняв бровь, проговорил низким голосом: – Ты можешь звать меня так, как захочешь.

Приняла правила игры. В зверинце всегда так. Проявишь силу – с тобой будут считаться. Дашь слабину – разорвут на мелкие ошметки.

– Знаете, как я хочу вас звать? – томно прошептала, очень медленно поднимаясь и копируя позу заместителя. Подалась чуть вперед, так чтобы наши лица находились очень близко. – Всегда и везде. Когда мы при посторонних и особенно когда наедине…

– Как? – самодовольно спросил он, не на шутку впечатлившись моим сексуальным шепотом.

– Алексей Геннадьевич! – рявкнула.

Мужчина вздрогнул.

– Ведь именно так принято обращаться к высшему руководству «Аскера». Кстати, я – Елизавета Павловна. Личная помощница Андрея Михайловича.

Захарченко сузил глаза и хотел что-то сказать, но я его опередила.

– Пожалуйста, жалуйтесь. Но, насколько я успела узнать Майера, он не терпит подобного поведения.

– Флирта с женщинами? – усмехнулся Захарченко.

– Мужчин, которые не в состоянии решить свои проблемы самостоятельно. Правда хотите переложить на его плечи свою несостоятельность с женщинами? Уверены? – улыбнулась так мило, что можно смело растащить мое выражение лица на мемы.

– Стерва! – беззлобно выплюнул он, растянувшись в довольной улыбке.

– Вы несколько выросли в моих глазах, – улыбнулась в ответ. – Я доложу о вас.

– Не надо, мне всегда рады.

А вот этого я терпеть не могу, но не бросаться же двери босса собой прикрывать. Вызову вечером фирму, установим защелку и дистанционную кнопку. У сеньориты Крамер множество тузов в рукаве, о которых местному серпентарию только предстоит узнать.

 

Следующим в мой кабинет неторопливо вошел Суворов. От полководца у него только фамилия. Высокий кругленький дяденька, с маленькими карими глазками и непропорционально большими ладонями, поперек правой – шрам. Это я увидела, когда мужчина поздоровался, эту самую ладонь подняв.

– Евгений Валерьевич, – с улыбкой доложил он. – Новый секретарь?

– Елизавета Павловна, – проявила ответную любезность и кивнула. – Я доложу.

В отличие от шельмеца, генерал проявил поистине армейскую дисциплинированность. Разглядывал вид из окна, пока я информировала Майера о посетителе. Судя по тону, босс удивился. Как я поняла, прежде его кабинет весьма напоминал проходной двор.

– Пожалуйста, проходите. Андрей Михайлович вас ожидает.

Суворов улыбнулся, как мне показалось, очень грустно, а положив ладонь на полированную серебристую ручку двери, и вовсе обернулся.

– Знаете, Лизонька…

Я поджала губы, стерпев обращение исключительно из-за возраста и отцовского заботливого тона.

– Вы, кажется, человек хороший. Не похожи на предыдущих. Бежали бы вы отсюда, пока можете.

– А что не так с «Аскер»?

Теперь губы поджал Суворов, пожал плечами и скрылся в кабинете босса. Первый рабочий день начался с сюрпризов. Подумать над словами главного инженера не успела – завибрировал телефон. Обычно я личный сотовый отключаю или ставлю на режим «без звука», но впопыхах недоглядела.

«Привет, как босс? Красавчик?»

«Ты же его видела», – написала Лере в ответ.

«Удачного первого дня!» И смайлик с поцелуйчиками.

Приятно, когда в тебя верят, ведь я не говорила подруге, что получила работу. Впрочем, могло ли быть иначе?

Воспользовавшись затишьем, отнесла подписанный договор подряда Барнсу – директору по логистике, заодно познакомилась с его секретаршей, милой молодой девушкой. Вернувшись, решила обустраиваться на новом рабочем месте, а для этого требовалось развернуть рабочий стол спиной к окну. Не дело это сидеть полубоком к посетителям. Красиво, конечно, но я личная помощница, а не писатель любовных романов.

К счастью, стол оказался хоть и добротным, но транспортабельным. Убрала со столешницы ноутбук, вазу, непонятную стеклянную статуэтку и, стараясь не шуметь, принялась за дело. Сначала сдвинула с одной стороны, затем медленно с другой, затем снова с первой. В какой-то момент, вспотев от натуги и запыхавшись, резко потянула стол на себя и наверняка упала бы, не угоди в чьи-то объятия.

Резко развернулась и разогнулась.

– Знал, что ты не устоишь, – нахально улыбнулся Захарченко.

– То, что вы умеете работать языком, я уже поняла. Как у вас с руками?

– Показать? – Он приподнял одну бровь и потянулся ладонью к моей…

Резко шагнула в сторону и указала ладонью на стол.

– Пожалуйста. Покажите. Я буду вам признательна!

– Елизавета Павловна, зайдите ко мне, – донеслось из кабинета.

Похлопала ладошкой по плечу обомлевшего Алексея Геннадьевича и лукаво улыбнулась.

– Вот и проверим, насколько вы хороши на деле. Мне нужно развернуть спиной к окну. Уверена, вы справитесь!

Пользуясь замешательством зама, я вошла в кабинет начальника. Быстрым взглядом оценила обстановку: просторно, но не чрезмерно. Все зоны функциональные: слева – огромный стол со стеклянной столешницей, заваленный чертежами, на стене – большая пробковая доска для заметок, по центру, спиной к окну, как же иначе, Т-образный стол. За таким удобно проводить совещания на восемь человек. Никаких статуй, произведений искусства, цветов или статуэток. Только книжный шкаф, диван с двумя креслами, журнальный столик с собственно автомобильными журналами и бар с алкоголем. Лаконично, но… бездушно. Как в аэропорту…

Закончив осмотр, перевела взгляд на Майера и Суворова.

– Мы закончили, Евгений Валерьевич, – жестко отчеканил босс. – Если до конца вечера не представите мне концепцию с оговоренными изменениями, можете собирать вещи.

Кажется, насчет незаслуженной пенсии я оказалась права. Порой мне кажется, я слишком часто оказываюсь права.

Усмехнувшись, Суворов покачал головой и, остановившись возле меня, тихо произнес:

– Помните мои слова, Елизавета Павловна. Это место губит лучших. Я передам заявление о своем уходе отделу кадров, – не поворачиваясь к Андрею Михайловичу, заявил мужчина и покинул кабинет.

По привычке убедившись, что посторонние вышли из секретарской, я закрыла двери и прошла к столу руководителя.

– Вы хотели меня видеть?

Майер откинулся на спинку кресла и сложил руки на подлокотники, рассматривая меня скрупулезным взглядом. Не смогла сдержать улыбку. Человек, что изобрел офисное кресло-качалку, заслуживает отдельного места в раю! Серьезно!

– Чему вы улыбаетесь?

– Креслу. Кто бы его ни выдумал – я фанат.

Андрей Михайлович нахмурил брови, вероятно, пытаясь вернуться к мысли, с которой я его сбила.

– Вы наверняка хотели провести со мной вводный инструктаж, – подсказала, указывая на стул. – Могу я присесть?

Одна из нахмуренных бровей приподнялась, но я уже опустилась на стул для гостей. Кстати, совсем не качалку.

– Давайте мы отступим от классических канонов и говорить буду я.

Майер хмыкнул и скрестил руки на груди, подарив мне жесткий взгляд. Однако не перебивал. Любопытствовал, скорее всего.

– Вы наверняка хотите сразу поставить меня на место. Никаких опозданий, жесткий дресс-код, малейшая провинность – и я окажусь на улице либо меня ждет наказание, финансовое или таинственное. Знаете, каждый уважающий себя руководитель приберегает для подчиненных таинственное наказание, которое никто никогда не получал, но все его боятся.

– Видимо, я себя не уважаю. По вашим словам, – иронично произнес босс.

– Не проблема. Теперь у вас есть я, – скрестила ладони на столе и подарила боссу серьезный взгляд. – Я скажу вам три вещи. Первое: вы же меня взяли не глядя? Без резюме, без рецензии отдела кадров. Кстати, для справки, Лидии Ивановне я категорически не понравилась. – Майер улыбнулся одними уголками губ. Вероятно, хотел сказать, что Лидии Ивановне вообще никто не нравится, но решил раньше времени не рушить образ страшного начальника. – Ваши бывшие помощницы либо мечтали забраться в вашу кровать, что неудивительно при вашей-то внешности, либо приобщиться к красивой жизни и кошельку, либо были уже в том возрасте, когда приемы докторов и необходимость сидеть с внуками занимают большую часть времени. Я же – идеальное соотношение необходимых вам качеств. Красивая внешность и абсолютная фригидность. Я не рассматриваю вас как мужчину, и со временем вы поймете, что это не просто слова. Можете приходить на работу голышом, я и слова не скажу.

Взяла паузу. Подобное заявление Майеру следовало переварить, судя по потемневшему взгляду. Срочно исправляемся.

– У вас все в порядке с самооценкой, поэтому советую принимать мои слова исключительно с профессиональной точки зрения. Не для протокола – вы привлекательный мужчина с тем удивительным набором качеств, о которых мечтает каждая женщина.

– У вас гендерный сюрприз? – ехидно осведомился он.

Шутит? Хороший знак. Я уже подумала, что передо мной каменное изваяние.

– Никаких сюрпризов, Андрей Михайлович. Секрет в том, что работа – мое все. У меня ни мужа, ни детей, ни планов. Потому что и первое, и второе, и третье – отныне «Аскер». Второе: я ваша правая рука, ваша защитница, ваша мать, сестра, жена и далее по списку. От вашего благополучия зависит мое, потому я за вас на амбразуру брошусь.

Замолчала, оценивая реакцию. Но сложно оценить то, чего нет. Точнее, не так. Майер – уникальный человек, единственный, чье настроение предугадать и прочитать у меня не получается. Пока.

– Елизавета Павловна, мне уже страшно спрашивать насчет третьего. Даже не уверен, хочу ли его знать.

– Не лукавьте, – улыбнулась, положив на стол босса папку, которую успела подхватить со своего стола, когда уходила. – Вы поймете из моего личного дела. Теперь, когда этот факт из моей биографии больше не повлияет на ваше решение, можно не скрывать.

Майер перевел взгляд на темно-зеленую обложку, на меня. Медленно выпрямился, приподнял первую страницу и изменился в лице.

– Э. П. Крамер? – осенило его.

– Вижу, вы слышали обо мне?