Przejdź do audiobooka
«Тяп-ляп» лежал тут же, на переднем сидении, под присмотром Мича. Ганмастер просто махнул рукой в ответ на заявление о том, что оружие было распылено на атомы в ходе последнего боя с мехами. Ну, а сколько там реально гранат использовал Гай за месяц сражений – этого уж точно никто не узнает, так что грудь парня крест-накрест пересекал патронташ, битком набитый боеприпасами разных типов и скрытый под курткой.
На планете, которую периодически атакуют Огромные Человекообразные Боевые Роботы, без гранатомёта порой становится как-то грустно и одиноко. Даже на глайдере, скользящем над гладким как стекло хайвеем на стандартной высоте в 1 метр.
Время от времени Гай запускал руку в бумажный пакет с луковыми колечками и отправлял их в рот, думая о том, что ещё месяц жизни здесь – и придётся ложиться в медкапсулу, лечить гастрит и печёночную недостаточность, ибо такое обилие жаренных в масле продуктов и газировки, какое принято употреблять на Ред Сокс, не может не сказаться на состоянии организма. Но вкусно же!
Банки с газировкой, кстати, он выбирал исключительно алюминиевые – Мич за этим проследил. Теперь зверёнышу тоже было чем похрустеть в долгой дороге. До Метрополиса по хайвею – километров шестьсот, через места довольно дикие.
Это вообще являлось визитной карточкой Ред Сокс: из пятнадцати миллиардов населения только пятьсот миллионов жили вне городов-гигантов, обслуживая аграрную и туристическую инфраструктуру. Плантации сельскохозяйственных культур и добыча минеральных ресурсов – всё это находилось в ведении автоматизированных комплексов и мириадов дроидов. Люди предпочитали работать в офисах, магазинчиках и ресторанчиках, салонах красоты и тренажёрных залах, создавая ту самую индустрию благосостояния и развлечений и, по сути, ничего не производя.
Гай ударил по тормозам и пустил глайдер юзом – поперёк дороги внезапно оказался ржавый автобус, который ловко вытащили с обочины какие-то оборванцы при помощи двух хмурых лошадок. Эта картина так сильно отличалась от того, о чём только что думал парень, что Кормак даже не сразу схватился за гранатомёт.
– Нам нужна твоя одежда, твои деньги и твоя машина, – сказал один из налётчиков, направляя на Гая древний помповый дробовик.
Этот мощногрудый высокий мужчина с волевым подбородком был одет в кожаные штаны, рваную футболку и замшевые потёртые сапоги – настоящий мачо с большой дороги.
– Я так не думаю, – Гай подхватил Тяп-ляп и резким движением выпрыгнул из глайдера.
Теперь уже он смотрел на мощного высокого мужчину сверху вниз. Прыжок явно произвёл впечатление, да и гранатомёт в руках, конечно, тоже.
– Э-э-э-э… Ты что, из наших? – удивлённо проговорил мужчина. – Сара, он, похоже, из наших… Ты из клана Детей Доброго Господа, с Западного побережья, парень?
– Я из клана Кормаков с Абеляра и Ярра. Ещё имею отношение к кланам Чертополоха и Подорожника с Горго, и к Кабанам с Дезерета… – Гай положил гранатомёт на плечо.
Это было интересно – видимо, какие-то маргиналы, несогласные совать себе в башку чип и устраивать танцы на костях во имя общего блага. По крайней мере они не улыбались постоянно, и не выглядели так, будто только что вышли из спа-салона.
– Говорю же – наш он! Номад! Прости, брат, слишком чистенький у тебя глайдер, не распознали сразу… Думали – очередной чипированный зомби из муравейника.
– Не-не, железяк у меня в башке не имеется, и хотя путешествую я сейчас действительно из одного муравейника в другой, это сути не меняет – ни в одном, ни в другом не проживаю… – наводил тень на плетень Гай.
Сара – неопределённого возраста женщина, в целом симпатичная, но с бесцветными холодными глазами, подошла поближе, держа ладонь на набедренной кобуре.
– Абеляр, Абеляр… – сказала она. – Я что-то такое слышала. Погоди-ка! Ты – инопланетянин?
Номады окружили глайдер и зашумели. Кормаку показалось, что он снова на Горго. Только эстоки вели себя куда приличнее, чем эти кочевники постиндустриального мира…
– Окей, я инопланетянин. Отойдите от глайдера!
– Карл, я думаю он просто обязан пойти с нами и всё рассказать! – сказала Сара.
И Карл ухватил Гая за пуговицу на куртке и решительно произнёс:
– Ты просто обязан пойти с нами и рассказать, как там, в других мирах! Мы угостим тебя шашлыком из игуаны, выпьем мескаля… Побеседуем!
Гай мог бы сказать, что ничего им не обязан, но после месяца бургеров и луковых колечек идея попробовать шашлык из игуаны и мескаль из местной агавы показалась ему заманчивой.
– Поехали! – кивнул он.
Всё было чудовищно просто. Без чипа в голове на Ред Сокс нельзя обратиться за медицинской помощью, купить жилье, получить образование, реализовывать свои гражданские права. Гай не заметил этого, потому что находился под юрисдикцией Конфедерации, фактически – являлся солдатом 414 полка «Кабанов». Чип для местных, в свою очередь, открывал возможности для получения БСГ – базовых социальных гарантий. Минимальная жилплощадь, талоны на питание, бесплатные коммунальные услуги. Возможность трудоустройства – кем-нибудь типа ростовой куклы в детском парке развлечений. С чипом можно было получить ускоренное образование – с «подгрузкой», как говорили местные. Вместо четырёх лет учёбы – год! И никаких побочек, вроде привычек донора и его личных переживаний, какие появляются при гипнообучении.
Правда, отучившись на того же строителя, пилота или военного (в кредит, конечно) нужно было отрабатывать денежки – примерно пять-десять лет кабального контракта. Но это никого не смущало – кабала не мешала закупаться в элитных магазинах, одеваться в бутиках и наведываться в так любимые здесь спа-салоны, косметологические кабинеты и центры коррекции фигуры – в кредит, конечно.
«Красивое тело – это просто! И никакого пота и слёз!» – гласили рекламные слоганы.
Номады не хотели красивое тело без пота и слез. И не хотели свободы посещать любой магазин на своё усмотрение. Они хотели другой свободы – свободы знать, что кушают их дети. Свободы встать и пойти куда захочется. Свободы защищать себя – от любой опасности, не дожидаясь аварийных служб.
– Это ведь абсурд! – Карл размахивал слегка подгоревшей ножкой игуаны. – Я кухонным ножом выколупал чёртов чип после того, как поймал себя на том, что спокойно смотрю, как из квартиры сверху бегут-плещутся потоки воды, заливая мой кондоминиум! А я просто сижу на стуле, по щиколотку в воде, и жду, пока приедут соответствующие службы! Это ведь не моя работа, да? Чёрт побери, я тогда, в свои двадцать пять лет, не знал где находится чёртов вентиль, чтобы перекрыть воду! И тот ублюдок сверху, который заливал меня – он тоже не знал! И я был совершенно спокоен, абсолютно – страховка ведь всё покроет, да? И тот ублюдок тоже был совершенно спокоен! Окей, а если меня придут убивать – я тоже буду так спокойно сидеть? Я не знал этого. И мне стало страшно! И чип не смог быстро подавить этот страх, там нужно несколько минут, иногда десять, иногда тридцать. Я стал перед зеркалом, взял ещё одно зеркало – и кухонным тупым ножом выколупал хренову железяку! Кровищи было – жуть! Но у меня как шоры с глаз спали – я всё понял!
Гай Кормак попивал мескаль, сидя у костра, и слушал. Он так и думал – им не нужен был рассказ о звёздах. Номадам нужно было, чтобы кто-то со стороны признал – они не сумасшедшие. Не психи. Что их точка зрения имеет право на существование. И где-то там, в космических далях, живут люди, похожие на них – без чипов и БСГ. И Гай кивал, иногда вставлял реплики про Абеляр или Горго, намекал на отличную медицину и дешёвую еду на Ред Сокс, и соглашался с тем, что человек должен сам решать – убегать ему или нет, если Огромный Боевой Человекоподобный Робот распиливает его дом на две половинки из турболазера.
– Это Судный день… – говорила Сара. – Они пожинают то, что посеяли. Доверились машинам – и теперь машины уничтожают их. Как овечек на бойне… Я заметила – чем больше войск правительство присылает в какое-то место – тем более опасные мехи сыплются им на голову. Уровень, понимаете? Уровень повышается, когда они видят более серьёзного противника… Это как… Это похоже на…
– Чёртову компьютерную игру! – наконец у Гая в голове всё сошлось. – Дерьмо!
Вся эта хрень, что происходила на Ред Сокс – всё это напоминало сетевые игрушки! «Штурм», «Танки», «Космические пираты», «Трансформеры» – игрок прокачивал своего персонажа/корабль/танк/робота и сражался бок о бок с другими игроками по сети. Чем выше был уровень игрока – тем серьёзнее препятствия и мощнее враги против него выставлялись. Аналогия была более чем прозрачной. Да и дистанционное управление мехами говорило в пользу такой версии. Оставалось понять – что за маньяки устроили себе такое развлечение?
Номады постепенно расходились по своим трейлерам и палаткам, слышался женский голос, который читал детям сказку про братца Лиса и братца Кролика. Гай таких сказок и не слыхал, и даже заслушался, посмеиваясь над глупостью Кролика, который влип в историю со Смоляным Чучелком.
Карл, который допивал мескаль прямо из оплетённой лозой бутыли, глубоко вздохнул, глядя на небо:
– Они ведь могут поймать нас в любой момент. Смотри, парень! Видишь эти летающие точки? – номад задрал высоко вверх руку и показал небу средний палец. – Это спутники. Глядят за нами. Каждый день и каждую ночь. Пока мы не борзеем – они нас терпят. Но если что – пришлют спецназ и отправят на перевоспитание. Детей заберут… Я бы улетел отсюда к чёрту на рога, вместе с Сарой и всем кланом. Но хрена с два у нас есть деньги на билеты. Полетел бы даже на Горго, о котором ты рассказывал! Или на Абеляр – буйволов пасти… Мне по хрен, только бы дышать свободно, не чувствовать постоянного пригляда.
Гай понимающе кивнул. И сказал:
– Скоро может появится такое место… Правда жизнь там будет не сахар, но чипировать вас насильно никто не станет, и огроменная дикая планета будет в вашем распоряжении.
– Эх, парень, твои бы слова да Богу в уши… Нет нынче незанятых планет, все закончились. А те, что есть – полное дерьмо, и зависеть от работы кислородной станции – ничем не лучше, чем каждый день пялиться на эти хреновы спутники. На тебе! И тебе! На, на, на! – Карл показывал неприличные жесты в небо.
– Ну смотри, моё дело предупредить. Услышишь что открыта программа переселения на Ярр – так и знай, это привет от меня! – ухмыльнулся Гай Кормак. – И не говори, что Господь не дал тебе шанса!
Карл моментально протрезвел и посмотрел на парня уже серьёзно:
– У нас есть ящик гала-почты, которым пользуются все номады для связи. Просто маякни туда, когда нас смогут забрать – и у тебя будет пятьдесят тысяч поселенцев, которые готовы вкалывать как черти и терпеть что угодно, если никто не будет им указывать что есть, что пить, как защищать свои семьи и воспитывать детей.
– Если эти твои пятьдесят тысяч ещё будут готовы учиться и осваивать нужные специальности – без всяких кабальных контрактов, кредитов и «подгрузки» – тогда это будет просто сказка!
– Мы будем готовы. А ты – не смей теперь говорить, что просто пошутил, – взгляд Карла вдруг изменился, и он проговорил глубоким голосом, как будто читая по памяти: – Ведь я – бедняк, и у меня лишь грёзы… Я простираю грёзы под ноги тебе! Ступай легко, мои ты топчешь грёзы…
– Это что было? – Кормак почувствовал, как по спине пробежали мурашки.
– Йейтс. Я понятия не имею кто это или что это. Я увидел такую надпись на стене в трущобах, в первый день после того, как вырвал у себя из башки чип. Я чуть не помер тогда, лежал на какой-то свалке, истекал кровью и перед глазами у меня была стена с этой надписью. Вот теперь, кажется, эти строчки подошли. Ты дал мне надежду, Гай Кормак. Смотри, не просри её, понял? Я буду ждать чёртово сообщение.
– Ага! – сказал Гай.
Его ноги были подобны колоннам Капитолия, голова находилась на уровне двадцатого этажа, а из рук вырывались лучи турболазеров. Метрополис содрогался под его шагами, крыши лопались и горели, танки сминались и разлетались от мощных пинков.
Атмосферники конфедератов пытались сделать хоть что-то, высаживая в него боезапас – заход за заходом, но этот титан обладал генератором силового поля – а реактор в его бронированной груди и не собирался прекращать работу. И это значило – Метрополис, скорее всего, будет разрушен.
Гай подумал – находится ли всё это в рамках статистической погрешности? Конечно, даже по сравнению с таким монстром, город был огромен. Сто двадцать миллионов жителей – это очень много. И на другом конце грандиозного мегалополиса, растянувшегося на двести километров вдоль берега тёплого моря, не были слышны даже отзвуки этого фантасмагорического сражения.
Но здесь – рушились здания, пылала земля и сотнями, тысячами гибли люди, не могущие и не желающие что-либо предпринять против металлического гиганта. Планетарная национальная гвардия и конфедераты были просто бессильны.
То есть ВКС Конфедерации могли просто сбросить на эту тварь атомную бомбу – и дело с концом. Но тогда погибли бы не тысячи – миллионы. Обстрел с патрульных крейсеров, вошедших в атмосферу, привёл бы примерно к таким же последствиям, учитывая плотность городской застройки.
– Боже мой, ну почему опять я? – Гай Кормак вывернул голову, глядя на клетчатую пластиковую сумку, которая лежала рядом с рюкзаком на заднем сидении глайдера. – Я же… Ну ладно, я тут не случайно. Но как бы они решали вопрос, если бы тут не оказалось Робинзона с Ярра, который зажал себе один нелегальный ЭМИ-подавитель? Вот что мне интересно!
Очередной небоскрёб с жутким грохотом рухнул на дальнем конце проспекта, усыпав обломками проезжую часть. Облако пыли долетело до притормозившего на холме у самой границы города глайдера. Мега-ОБЧР издал какой-то трубный победный рёв и, включив двигатели на ногах, перенёсся в самую середину бронетанковой колонны планетарных сил, ведущих непрерывный огонь с целью пробить щит меха.
Щит проседать не желал, мех бесчинствовал, топча и сминая технику, смахивая ударами ног солдат и время от времени прожигая в рядах бегущих огненные борозды турболазером.
– Мич, ждёшь меня тут, пока я не закончу с этой тварью. Потом вытаскиваешь меня оттуда – только смотри чтобы я не сильно бился башкой о землю, когда будешь тащить. Понятно? – дурная кровь уже ударила в голову парню, и он был готов на подвиги.
Страшно было до усрачки, но он и представить себе не мог, что пройдёт мимо. В конце концов – тут больше ни у кого не было ЭМИ-подавителя, и никто не мог бегать так быстро, как человек, адаптированный под двойную гравитацию.
– Понятно! – кивнул Мич и поковырялся в носу когтем.
Этот – вытащит. Даже если от обожаемого хозяина останется один фарш – Мич всё равно доставит его к медикам. Так что надежда на благополучный исход у Гая была. Схватив клетчатую сумку с ЭМИ-подавителем и поудобнее приспособив за спиной Тяп-ляп с заряженной кумулятивной гранатой, парень снял с рук и ног вольфрамовые браслеты-утяжелители, вдохнул-выдохнул, ударил себя пару раз по щекам для бодрости и рванул с места.
Он бежал по проспекту огромными скачками, поднимая клубы пыли и огибая остовы разбитых машин, перепрыгивая трупы военных и жителей Метрополиса, оставляя за спиной разбитые витрины, рухнувшие фонарные столбы и недоуменные лица бегущих прочь от ярости меха национальных гвардейцев – разбитых и деморализованных.
Их чипы ещё не сработали – и буквально через полчаса они вернутся, чтобы расстрелять в ОБЧР-а свой боекомплект и погибнуть под его ногами. Но сейчас солдаты толпой бежали прочь – и Гай двигался против течения.
– Айн-цвай-драй, айн-цвай-драй, – рефреном стучало у него в голове в такт шагам.
Трубный рёв меха раздавался уже над самой головой. Бданг!!! Огромная нога опустилась совсем рядом, превращая в лепёшку дорогущий посеребрённый глайдер.
– Ассшлёхт! – прошипел Гай.
Теперь это с ним надолго – в самые нервные моменты просыпалась память старого альтрайтского бомбера Иоахима.
Гудение энергетической установки ОБЧР-а было слышно даже отсюда, как и набирающий обороты звук накопителя турболазера, который готовился излить на город в целом и на башку Гая Дж. Кормака в частности новый поток испепеляющей смерти.
– Давай, давай! – парень трясущимися руками достал ЭМИ-подавитель из сумки и пытался нащупать переключатель.
Грох!!! Вторая нога опустилась в трёх метрах от того места, где копошился Гай, и уродливое человекоподобное лицо-маска меха слегка наклонилось, глядя на парня. Тот, кто управлял мехом, пытался понять, какого хрена творит этот человечишко под ногами огромной машины для убийства.
– Н-на! – Гай оскалился и показал ему средний палец, а потом-таки нашарил переключатель ЭМИ и – пом-м!
Вокруг внезапно стало тихо-тихо, и было слышно как скрипят сочленения в суставах меха. А потом гигантский робот пошатнулся и рухнул – лицом вниз, прямо на проезжую часть! Грохот и звон стояли такие, что слух просто отказался работать, и рефлекторно дотронувшись до уха, парень посмотрел на ладонь и увидел на ней красные пятна – чёртова барабанная перепонка не выдержала.
– А-а-а-а, с-сука! – Гай орал неестественно громко. – Ща-ас я тебя!
Нужно было торопиться, пока он не перезагрузился и не включились щиты. Гай Кормак в два прыжка преодолел расстояние до ближайшего здания и быстро-быстро вскарабкался на уровень четвёртого этажа по пожарной лестнице. Выхватив взглядом зазор между бронепластинами на спине меха, как раз там, где находились охлаждающие контуры реактора, он сдёрнул со спины гранатомёт и – плюм! Граната пошла! Тяп-ляп! Следующая, потом – ещё и ещё! Он опустошал патронташ с максимальной скоростью до тех пор, пока, наконец, не расковырял робота и реактор не рванул.
В округе вылетели все ещё целые окна, содрогнулась земля, а у Гая потекла кровь из второго уха. Когда он увидел через разбитое окно как в комнате, на балконе которой он находился, заработала настенная жидкокристаллическая панель, то понял – ЭМИ-подавитель сдох.
Спрыгнув с балкона, Гай подставил руку непослушному Мичу, который тут же забрался ему на плечо. Нужно было найти что-то вроде медцентра и подлечить уши. А потом – сменить гардероб. В таком состоянии идти в «Центавр» и чего-то там требовать было бы просто глупо.
Лицо администратора вытянулось и побледнело, когда он увидел бейдж-билет с «Лузитании». И приобрело совсем уж невероятную форму, когда его глазам предстал второй бейдж – с «Конкордии». Ему было уже наплевать на огромный рюкзак странного клиента и на торчащий из него приклад гранатомёта, и эфес меча – всё это было мелочами по сравнению с тем, какой ад ожидал компанию «Центавр» в связи с прибытием этого типа.
Этот тип был зол и голоден. И он очень, очень хотел выбраться с этой дебильной планеты, в которой без чипа и в медкапсулу-то залезть нельзя, несмотря на то, что имеющихся на счету в Банке Конфедерации средств хватило бы на покупку и самой капсулы, и всего того долбанного медицинского центра в целом. Именно поэтому Гай горел желанием выбить дверь в офис «Центавра» гранатой из Тяп-ляпа, но сдержал себя – только здесь он мог добиться чего-то вменяемого. По крайней мере – чтобы ему зарастили барабанные перепонки. Жить в тишине – это не так уж плохо. Но только в том случае, если у тебя есть выбор, и в любой момент можно снова начать слышать.
У него был контакт какого-то особо въедливого местного юриста, который как раз занимался делами инопланетян на Ред Сокс – спасибо Рудольфу Вестингаузу, посоветовал! И сейчас этот юрист на всех парах мчал к штабу «Центавра», обрадованный щедрым авансом. Но Гай предпочёл бы договориться без всего этого крючкотворства и судебных заморочек – у него были сформулированы конкретные требования, и с деньгами они имели исключительно косвенную связь.
Штаб-квартира «Центавра» располагалась в огромном двухсотэтажном здании, выстроенном из бетона и металлопластика жёлтого, почти золотого цвета. Представитель совета директоров спустился с этажа № 179, чтобы поприветствовать токсичного клиента, и как раз стоял за его спиной, разглядывая вытянутое лицо администратора.
– Мистер Гай Дж. Кормак, я полагаю? Меня зовут Стэнли, Уильям Стэнли. Я руковожу отделом по работе с клиентами… Пройдёмте в комнату для переговоров и всё обсудим…
Странный клиент продолжал пялиться на администратора, как будто ничего не слышал. Уильям Стэнли прочистил горло и сказал погромче:
– Мистер Кормак! – и положил ему руку на плечо.
Глава отдела по работе с клиентами и моргнуть не успел, как уже лежал на мраморной плитке холодного пола, и в лицо его был направлен, Боже мой, настоящий меч – длинный, острый и очень опасный.
– Ни-ког-да не хватайте меня! – громко, растягивая слова, сказал мистер Кормак. – Я-а-а ни черта не слышу! Барабан-ны-ые перепонки!
Уильям Стэнли видел какой-то сюжет о нападении совсем уж огроменного меха, но это ведь было так далеко и никак не сказывалось на его работе! Но теперь, обратив внимание на запылённую одежду клиента, мешки у него под глазами, потёки крови на лице и тяжёлое вооружение в руках и за спиной – топ-менеджер внезапно осознал, что война куда ближе, чем ему кажется. Она прямо сейчас смотрит в его глаза, синевато поблескивая искорками неизвестного металла, из которого сделан этот, о Боже мой, огромный меч!
Юрист всё же успел прибыть до того, как Гай Кормак начал решать проблемы самостоятельно. Он влетел сквозь стеклянные двери, размахивая полами своего кремового плаща, стуча каблуками шикарных туфель и сверкая белыми зубами, особенно яркими на фоне чёрных курчавых волос и кожи цвета кофе с молоком.
– Это мой клиент, мистер Стэнли! Мой клиент! Он дважды потерпел крушение на кораблях вашей компании, и теперь приехал вести переговоры о компенсации!
Уильям почувствовал, что меч – это не самое опасное в этом холле. Эйб Джонатан – вот хищник, которого стоило реально опасаться!
– Я думаю, обычной вежливостью было бы дать мистеру Кормаку доступ к медкапсуле – он самоотверженно защищал наш город от монструозного ОБЧР-а, и победил! Вы вообще – новости смотрели? – тараторил адвокат.
– Я смотрел финансовые отчёты и плакал, мистер Джонатан, – мрачно проговорил Стэнли. – А что касается капсулы – ради всего святого, пусть пользуется, главное, чтобы не размахивал тут своей заострённой железкой!
Адвокат не стал ничего объяснять Гаю, просто показал ему большой палец и поманил за собой. Парень кивнул и зашагал за ним, предварительно сунув меч обратно в ножны. Из рюкзака в это время высунулась любопытная ушастая рожа и поглядывала на окружающее великолепие, облизываясь – тут ведь было полно цветных и драгоценных металлов и высокотехнологичных электроприборов – отличный перекус для маленького дроида-няньки.
Управленцы высшего звена не доверяли ни одной частной или государственной клинике, и потому располагали своим медицинским центром на 181 этаже. Собственно, весь этаж и был отдан на откуп медикам. Стерильно-белые панели, матовый свет ламп, никаких окон и вежливые люди в одинаковых комбинезонах. Гай оставил рюкзак и вооружение на кушетке, и Мич с серьёзной мордой уселся сверху – охранять. Раздевшись, парень улёгся в медкапсулу.
– То-о-олько по-опробуйте чипировать ме-еня! – погрозил пальцем он. – Па-а-а-аубиваю!
– Нет-нет, что вы, это дело сугубо добровольное, – затараторил Уильям Стэнли, а потом махнул рукой – его ведь всё равно не слышали.
Медик провёл диагностику, удивлённо хмыкнул и спросил:
– Модификант?
– М-м-м? – удивлённо вытаращились на него корпорант и адвокат.
– Не важно, не важно… Значит, ушки подлечим, релакс сделаем, а потом общее оздоровление, так? Два часа у вас есть, это точно…
Уильям Стэнли умоляюще посмотрел на Джонатана:
– Чего он хочет, этот Гай Дж. Кормак, вы знаете? Это ведь дурдом – два крушения подряд, пускай второе и не по нашей вине, но…
– Он сказал мне что будет, если вы не захотите по-хорошему…
– И что же?
– Изначально он хотел взорвать вашу штаб-квартиру, но потом решил, что пресс-конференции и судебного процесса будет достаточно. Я его убедил.
– А по-хорошему? Что значит в его понимании по-хорошему?
– Э-э-э-э… А зачем? Там ведь нет населения? – Стэнли продолжал размешивать ложечкой кофе, хотя тот давно остыл, да и сахара там отродясь не было.
Посвежевший Гай Джедидайя Кормак, владелец и монарх системы Ярра, в новых штанах-карго и рубашке, и старых пустотных ботинках сидел напротив и с довольным видом пожирал канапе.
– И дополнительные чартерные рейсы по себестоимости – но это не сразу, это примерно через год. А пока хватит и регулярных – раз в месяц, например. Челноки организуем, в принципе. Хотя, если пришлёте свои – я тоже не обижусь. А ещё – я тут у вас открою консульство – пока автоматическое. Выдача гражданства, то-сё… И вот если хоть один крючкотвор попробует не продать билет через Банк Конфедерации гражданину Ярра, аргументируя это отсутствием чипа – я просто объявлю войну вашей планете.
– Э-э-э-э… У вас же нет вооружённых сил? – Уильям Стэнли, наконец, залпом выпил кофе – вместе с гущей, и скривился от неожиданности.
– А кто, по вашему, уконтрапешил того меха? Может, ангелы небесные? Ваша национальная гвардия огребла по полной, признайте это. А вооружённые силы Ярра, которые пришли к вам на помощь добровольно и исключительно из чувства международной солидарности…
– Погодите, погодите, у вас ведь нет населения – какие вооружённые силы?
– Государство – это я! – скромно улыбнулся Гай. – Соответственно, великая и непобедимая армия монархии Ярр – это тоже я.
Уильям Стэнли схватился за голову. Перед ним точно был псих! Но этот псих держал в кармане целую планету земного типа, пригодную для жизни – пускай и с оговорками. Регулярные рейсы к Ярру? А почему, собственно, и нет? Секунда, другая – мистер Стэнли оживал на глазах. Он ещё сможет подать этот контракт как свою личную победу! Это ведь работа на перспективу – рынки в целом стремительно мельчают и ужимаются, а тут – новое направление! И это его, Уильяма Стэнли, заслуга!
– Ну и терминал пассажирский построите, конечно. Откуда я там вам терминал возьму? У меня только орбитальная оборона… – как бы между делом сказал Гай Кормак, и Стэнли снова схватился за голову.
Гаю казалось, что где-то его всё-таки надурили. Да и Эйб Джонатан выглядел несколько обескуражено.
– Мы могли бы вытянуть из «Центавра» миллионов пятьсот при удачном стечении обстоятельств, – грустно сказал чернокожий юрист. – Ваш аванс – это прекрасно, но я рассчитывал на процент от компенсации…
Парень присвистнул – пятьсот миллионов! С другой стороны…
– Ну а вот эти вот пассажирские рейсы – где бы я их взял? Мне ещё планету заселять… Кстати! На Ярре до сих пор нет кандидатур на пост министра юстиции, а, мистер Джонатан? – размышлял вслух Гай.
Эйб весь подобрался – министр юстиции целой планеты? Для него, пусть и широко известного в узких кругах, но всё-таки одного из многих? Незаселённая, девственная планета, с полными сокровищ недрами и плодородными землями… Это, это…
– Считайте, что у вас есть один кандидат, – облизнув губы, сказал адвокат. – Какие будут критерии отбора?
– Профессионализм, адекватность, наличие чувства юмора и отсутствие кибернетических железяк в голове.
Эйб нахмурился, а Гай договорил:
– Ну, это примерно через полгода-год. Подумайте, осмотритесь… Тут, на Ред Сокс полно желающих переселиться на Ярр, вот что я вам скажу. Мне нужно время, чтобы как-то решить вопрос с двойной гравитацией – и сразу программа переселения заработает. А её нужно будет координировать. Работы будет полно!
– И кто, позвольте спросить, эти ваши желающие? Посмотрите – всем насрать даже на огромных боевых человекоподобных роботов, которые стирают в пыль их города! С чего бы людям переселяться отсюда? Ред Сокс – мечта в чистом виде! Все едут к нам, а не от нас!
– Ну да, ну да… Переселяться будут номады, – сказал Гай Кормак.
– Фак! – сказал Эйб Джонатан. – Эти могут…
Пиликнул настенный терминал, и Гай мигом вскочил с места и пару раз нажал на сенсорный экран.
– Ну наконец-то! За мной прилетели! Так что, мистер Джонатан, подумайте насчёт моего предложения, а когда я закончу с делами, то обязательно свяжусь с вами, – на секунду Кормак замялся. – Окажите услугу – вызовите мне такси до космопорта, пожалуйста?
Эйб понимающе кивнул – без чипа на Ред Сокс как без рук! И потрогал свой череп – если он согласится на пост министра – придётся как-то избавляться от этой штуковины!
Гай вышел из глайдер-такси у границы космопорта, когда уже смеркалось. Пока молчаливый водитель вёз его, парень рассматривал дымы на горизонте и прислушивался к грохоту разрывов. Более странной войны он и представить себе не мог: на одной планете существовало как будто две реальности, которые пересекались только в момент непосредственного боевого контакта! Местные начинали верить в войну в момент, когда небо рушилось им на головы. Но эта вера тут же превращалась в «да? ну и что?», как только чипы брали нервную и эндокринную системы носителя под контроль.
В то самое время, когда он валялся в медкапсуле в золотом офисе «Центавра» и пил кофе с холёным менеджером – ребята сержанта Эрми и другие «Кабаны» проливали кровь и пот, сражаясь с мехами. Дичь какая!
– Сэ-эр, вход в здание космопорта с оружием запрещён. Особенно – с тяжёлым оружием, сэ-эр!
Полицейские были максимально корректны. Их тёмно-синяя форма и шестиугольные фуражки были в идеальном состоянии, кокарды сверкали, а ладони лежали на кобурах табельных станнеров.
– Видите ли, я судовладелец. Не имею надобности появляться в здании космопорта – мой корабль сейчас совершает посадку…
– Тогда вам нужно заказать спецтранспорт, сэр!
– Окажите любезность, закажите от моего имени? Я немножко инопланетянин, и чипа у меня нет, такое дело…
Полицейские переглянулись – дикарь, что с него взять!
Гай не обращал на их взгляды никакого внимания – он смотрел, как заходит на глиссаду «Одиссей», вспыхивают маневровые двигатели и поблескивают габаритные огни, обозначая хищный силуэт космического корабля.
– Ваш транспорт, сэр! Не покидайте кар до самого трапа, иначе охрана космопорта вынуждена будет применить к вам методы силового воздействия!
Гай шагнул на платформу электрокара, взялся за поручень и помахал полицейским рукой. А когда они отвернулись, не выдержал и показал их спинам средний палец.
– К мехам примените ваши методы, придурки…
– Сэр, вы что-то сказали? – обернулся один из них.
– Нет-нет! Счастливо оставаться! – широко улыбнулся Гай, чтобы получить в ответ дежурно-резиновую улыбку от полицейского с идеальным загаром.