Przejdź do audiobooka
В семь часов утра в дверь начали настырно стучать. Лида очень хотела выспаться в свой единственный выходной, поэтому притворилась, что не слышит, но стук не прекращался.
– Лида, открой, прошу, там дел на пять минут, – жалобно стонали за дверью. Голос этот Лиде был хорошо знаком: Сергей Петрович – частый гость в ее доме.
Не протирая глаз, чтобы сохранить в них остатки сна, женщина встала с кровати и, надев поверх сорочки рабочий костюм, дошла до прихожей.
– Доброе утро, – улыбнулась Лида нежданному гостю заспанной улыбкой. – Что у вас случилось?
– Можешь мне сердце заштопать по шву? Разошлось вчера вечером, не могу терпеть.
– Снова с сыном поругались? – спросила мастер и поджала губы.
– Да… Понимаешь, он… – начал было мужчина, но Лида остановила его жестом и предложила войти.
Он охотно сделал шаг и сразу прошел в мастерскую как постоянный посетитель. Лида, зевая, достала иглу, нитки, наперсток и, усевшись напротив гостя, кивнула. Мужчина открыл рот и начал рассказывать о своих проблемах, а Лида штопала ему свежую рану, которую тот сам же и расковырял, чуть ли не зубами выдернув стежки, что Лида наложила неделю назад.
– В общем, я сам неправ, что вывалил на него свои проблемы – он же не виноват, что мать тогда ушла, – сделал вывод Сергей Петрович, когда Лида закольцевала нитку на конце.
– Готово, – мастер щелкнула ножницами.
Мужчина улыбнулся, кивнул и быстро скрылся за дверью, забыв поблагодарить.
Лида убрала инструмент в шкатулку, взяла в руки телефон и включила его. Через секунду тот буквально начал разрываться от уведомлений. Бесчисленные знакомые, друзья и родственники оставили более пятидесяти сообщений с просьбами починить, заштопать, поставить заплатку, поменять нитки на душе, сердце, воспоминаниях.
Лида попыталась снова выключить телефон, но не успела. Он завибрировал и заиграл акустической гитарой. На экране отобразилось имя двоюродной сестры.
– Алло, Кать, привет, – приняла вызов Лида, надеясь, что сестра звонит не по рабочим вопросам.
– Лид, можешь мне по телефону заплатку поставить? Умоляю!
«Вот тебе и выходной», – подумала женщина, снова открывая свою шкатулку с иголками и нитками. Глаза все же пришлось протереть: ни о каком сне можно было даже не мечтать.
– Ну, рассказывай, – вздохнула Лида и взяла в руки иглу.
Через секунду сестру прорвало. Сорок минут девушка жаловалась на новые токсичные отношения, плакала, кричала, злилась, а Лида молча работала иглой: стежок за стежком, петелька за петелькой. Пару раз она прерывала сестру и доставала новую катушку ниток.
– Спасибо, Лид, ты единственный человек, который может вот так легко зашить душу. Не то что этот бесплатный психолог из нашей поликлиники. Тот как будто пьяный за иглу берется: наштопает как попало, а через день снова все рвется. А про тех, что по телефону консультируют, вообще молчу – конвейер бездушный.
Лида молча улыбнулась в трубку, попрощавшись с сестрой, отложила телефон в сторону и взглянула на пальцы. Они были все в крови – наперсток в разгар работы слетел и закатился под диван.
Лида умылась, накрасилась и прошла на кухню. Там она поставила чайник, столовой ложкой положила в кружку заварку и начала принимать новых клиентов, которые уже столпились за дверью. Людей сегодня было больше, чем в будний день. У всех же выходной – удобно прийти и вывалить на кого-то проблемы, когда не нужно бежать на работу.
Сначала пришла полненькая соседка и начала плакать о своем одиночестве. Самыми прочными нитками Лида поставила ей огромную заплатку на кровоточащей сердечной ране. Затем явилась подруга детства, которую Лида не видела уже несколько лет. Вместо того чтобы поинтересоваться, как дела, и обсудить последние новости, девушка вывернула душу наизнанку, рассказав, что родная мать ее не понимает. И Лида, собрав силы и прерываясь только на то, чтобы выпить горький чай, приводила все в исходное состояние.
Ближе к обеду Лида убрала иглу и зарядила нитки в швейную машинку. Без этого было никак нельзя, ведь пришел Коля, старый друг. Он до сих пор не мог пережить развод с женой, случившийся десять лет назад. Коля приходил каждые полгода, держа в руках лохмотья своей души и обрывки сердечной мышцы, из которых Лида должна была создать человека заново. В какой-то момент у нее закончились нитки, и она сама не заметила, как заправила в машинку собственные, медленно распуская душу по шву.
Люди шли и шли, без конца прося выслушать, пожалеть, понять, и Лида принимала всех без исключения. Такой уж она была человек – понимающий, как говорили.
– Счастливая ты, Лид, тебе не приходится переживать то, что мы переживаем, – сказал в конце дня один парень, который недавно похоронил друга.
А Лида почему-то взяла и заплакала. Парень этот обиделся и ушел с временными швами, которые мастер успела наложить из последних сил.
Закончив, Лида вылила остатки невыносимо горького чая в раковину и закрыла дверь. Почти два часа она молча смотрела в стену и наслаждалась абсолютной тишиной, а затем пошла готовиться ко сну. В ванной комнате открыла кран и взглянула на свои душу и сердце, из которых торчали оборванные концы ниток. Дрожащими больными пальцами она завязала крепкие уродливые узлы и, тяжело вздохнув, принялась умываться.
Смыв с лица наспех наложенную пудру, женщина обнажила черные круги под глазами. Убрав седую прядь со лба, она вгляделась в зеркало и отметила свежие борозды морщин – еще вчера их не было. Серые глаза, которые когда-то были зелеными, совсем не блестели и выглядели так, словно были нарисованы карандашом. Чужие проблемы съели весь цвет и выпили весь сок.
Лида смотрела на себя и не могла понять, как же она так быстро постарела.
Снова завибрировал телефон, принеся новое сообщение, на этот раз адресованное лично Лиде.
«С днем рождения! В честь вашего праздника магазин «Все для рукоделия» дарит скидку на определенную группу товаров! Отправьте ответным сообщением ваш возраст, и мы вышлем купон со скидкой, равной этой цифре».
«Тридцать один», – написала Лида и выключила телефон.
Больше поздравлений сегодня не было.
– Ты что делаешь? – спросила Алена, глядя, как муж сует записку со своим номером под дворник машины, которую только что стукнул, сдавая задом.
– Оставляю свой номер, чтобы они мне позвонили – надо же возместить ущерб.
– Зачем? На улице темень, никто не видел, – шептала жена, оглядываясь по сторонам. – Это даже не наш двор, давай просто уедем.
– Так нехорошо поступать. А если бы в меня въехали и скрылись?
– Да ты посмотри на эту тачку! Она как целая квартира стоит. Для них эта вмятина – ерунда!
– Нет, не могу я, понимаешь?
Они снова сели в машину, и Вася аккуратно выехал из двора.
– Чем ты хочешь расплачиваться за ремонт? У нас ничего нет, только жалкие копейки, часть которых уйдет на съем новой квартиры, – не отставала Алена.
– На новой работе мне будут платить хорошие деньги, я все отдам в течение года – мы даже не заметим, – успокаивал Вася супругу, следуя точно по маршруту, что прокладывал навигатор.
– Ты еще не устроился, а уже влип в долги, – бубнила Алена, рассматривая незнакомые дома за окошком. – Я уже говорила, что эта твоя излишняя честность до добра не доведет, останемся на улице в итоге. Нельзя быть таким, пойми!
Вася промолчал.
Через тридцать минут, когда солнце уже появилось из-за крыш, они прибыли по нужному адресу, где их ждал хозяин съемного жилья.
– Вы будете проживать вдвоем, все верно? – спросил педантичного вида мужчина в костюме, после того как Вася и Алена осмотрели квартиру.
Сидя за кухонным столом, он уже начал составлять договор аренды.
– Еще кот, – добавил Вася, и Алена закатила глаза.
– Кот? – нахмурился хозяин. – Ваша супруга ничего про кота не говорила.
Алена готова была провалиться на месте, чувствуя стыд за собственного мужа.
– Я бы не сдал вам квартиру, зная, что вы с животным, – продолжил мужчина, прекратив заполнять бумаги.
Он немного помялся, заставляя молодоженов нервничать, но в итоге сдался:
– Ладно, я вижу, что вы хорошие люди, к тому же приехали за тысячу километров в незнакомый город.
По напряженному лицу хозяина было видно, как он прикидывает возможные варианты выхода из ситуации.
– Предлагаю увеличить плату за месяц на тысячу – в счет возможных конфузов со стороны еще одного «жильца» – и можете заселяться, – предложил он наконец.
– Я не думаю, что… – начала было Алена, но Вася ее перебил:
– Мы согласны. Извините, что не предупредили.
– Хорошо, по рукам, – улыбнулся хозяин и закончил с договором.
– Ты зачем ему сказал про кота? Я же специально его в машине оставила! – наехала жена на Васю, когда хозяин распрощался с ними и ушел.
– Нельзя так недоговаривать, это нечестно, – протестовал Вася, раскладывая вещи по полкам.
– А то, что мы теперь будем лишние двенадцать тысяч в год отдавать, честно? – нервно швыряла свои вещи Алена. – Я люблю тебя за то, что ты такой открытый, но должны же быть какие-то рамки!
– Главное, что нас заселили. Не переживай, я все заработаю на новой работе.
– Ага, сперва устройся. С твоей честностью тебя никаким региональным менеджером не возьмут, попомни мои слова. Там нужны ребята языкастые, способные лапшу кому угодно на уши накрутить, а ты кофейному аппарату доплатишь, если он тебе случайно кофе подороже сварит.
– Думаешь, меня не возьмут? – Вася выглядел испуганным, даже кружку мимо стола поставил, и та разбилась о напольную плитку, которая слегка треснула от удара.
– Мы можем это закрыть ковриком и хозяину ничего не говорить. Но ты же предпочтешь оплатить ремонт плитки, так? – ответила вопросом на вопрос Алена.
Вася тут же виновато кивнул.
– Не возьмут, – уверенно отрезала жена.
– Что же мне делать? – Вася сокрушенно рухнул на табурет, чувствуя себя полным неудачником.
Новая работа – то, ради чего они затеяли весь этот переезд. Она должна была поставить их на ноги, дать возможность накопить первоначальный взнос по ипотеке и обзавестись детьми.
– Покажи, что ты можешь быть изворотливым, когда это надо. Научись иногда вешать людям лапшу на уши. Поверь, в этом нет ничего плохого. Все врут.
Вася обреченно кивнул. Он и сам понимал, что люди постоянно пользуются его честностью, а успех никак не приходит. Он решил: пора бы уже начать меняться, и собеседование – его шанс показать, что он на это способен.
– Хорошо, ты права, я все сделаю.
На собеседовании Вася был неотразим. Его диплом и послужной список из родного города говорили сами за себя.
Директор задавал стандартные вопросы и после каждого ответа довольно кивал. Вася не сомневался, что должность у него в кармане.
– Что ж, исходя из нашей беседы, я делаю вывод, что вы полностью подходите на эту должность, – улыбнулся директор и отложил в сторону анкету. – Остался последний вопрос, который все решит, – сказал он, внезапно став очень серьезным, отчего у Васи внутри похолодело. – Вы готовы идти до конца и действовать на благо компании и своей должности, даже если поймете, что фирма пренебрегает доверием клиента?
– Прошу прощения? – Вася не совсем понял, о чем идет речь.
– Вы сможете навешать лапши на уши человеку? Поступить, скажем так, не совсем честно? Лишь бы все мы – компания и вы, ее сотрудник, – получили выгоду от сделки, несмотря ни на что?
Директор пристально смотрел на Васю, а у того все внутренности завязались в узел. Парню от всего сердца хотелось сказать «нет», но он вспомнил совет жены и, не показав сомнений, ответил коротко и четко:
– Да, легко. Для меня это вообще не проблема, лишь бы это было выгодно. Не переживайте. – Вася принял позу победителя, закинув ногу на ногу. Он знал: все решено, его уже взяли.
– Вы нам не подходите, до свидания, – тут же отрезал директор, и сердце Васи ушло в пятки.
– Как это? По-по-почему?
– Наша фирма в первую очередь заботится о клиентах. Мы тут не какие-то «Рога и копыта». – Голос директора стал горьким и резким от злости. – Нам не надо, чтобы о нас говорили, будто мы разводим людей. Это у вас там, откуда вы приехали, возможно, одна выгодная сделка важнее наработанного годами имиджа компании и человеческих отношений. А в нашем бизнесе важно иметь честное имя.
– Но… но, – Вася начал задыхаться от волнения, – но я просто вас не так понял. Я никогда никого не обманывал и всегда поступаю по совести! Послушайте, дайте мне еще один шанс! – От Васиной уверенности не осталось и следа.
– Зачем? Чтобы ты мне снова лапшу на уши вешал? – усмехнулся директор. – Нет уж, нам тут подлецы не нужны! До свидания.
Вася пытался найти слова, чтобы оправдаться, но директор его не слушал, и парню пришлось уйти.
В одночасье весь мир рухнул. Ничего, кроме долгов и угасающей надежды, Вася домой сегодня не принесет. Он подвел жену и самого себя. А всего-то и надо было – оставаться собой.
– Да, я устроился, не переживай, – сказал не своим голосом Вася, когда Алена спросила по телефону, как прошло собеседование.
«Раз уж начал вешать лапшу на уши, так зачем останавливаться, – подумалось ему. – Буду делать вид, что хожу на работу, а сам что-нибудь подыщу. Глядишь, образуется. К тому же еще пока есть кое-какие деньги», – решил он, хотя сам не верил в успех.
В этот момент позвонили с незнакомого номера.
– Алло, я по поводу машины, которую вы ударили. Приезжайте, будем разбираться, – произнес в трубке мужской голос, и тут у Васи окончательно испортилось настроение: он совсем забыл об утреннем инциденте. Теперь с накоплениями можно было попрощаться.
Подъехав по адресу, парень на ватных ногах подошел к машине, которую задел этим утром, и позвонил хозяину.
Через пять минут из подъезда показался человек, которого Вася ожидал увидеть меньше всего, – тот самый директор, что сегодня его отшил на собеседовании. Вася почувствовал, как к сердцу подбирается инфаркт.
– Вот те раз, снова ты! – Директор удивился не меньше парня. – Ты зачем моей жене капот и бампер помял? – Голос мужчины был удивительно беззлобным.
– Я не специально, было темно и… – начал было оправдываться виновник.
– Опять лапшу на уши вешаешь? – нахмурился директор, подойдя почти вплотную к Васе.
– Нет. Я вам уже говорил, что я не такой. Я все возмещу.
– Хм. А чем возмещать-то будешь? Ты же безработный. Денег, как я понимаю, особо нет, – давил директор на больное.
– Отдам, не переживайте. Это уже мои проблемы, – уверенно ответил Вася.
– Конечно отдашь – я у тебя буду из зарплаты потихоньку вычитать, – улыбнулся директор, похлопав его по плечу.
– Из зарплаты?! – Глаза у Васи полезли на лоб.
– Ну да. Ты же просил второй шанс – считай, что тебе его дали. Нам такие ответственные и честные люди в конторе нужны, а мы, запомни, своих никогда не бросаем, – снова стал серьезным директор. – Одного не пойму: зачем ты на собеседовании врал?
– Все врут, – пожал плечами Вася. – Говорят, что иногда в этом нет ничего плохого, – вспомнил он слова, услышанные утром.
– Плохого ничего, если вранье приносит пользу и одновременно с этим не причиняет вреда другим. В нашей фирме такие приемы практикуются, кстати!
– Это как? – загорелись глаза у Васи.
– Я тебе попозже расскажу, если будешь работать у нас, – подмигнул директор и протянул руку.
Он не планировал ничего вычитать из зарплаты у нового сотрудника: расширенная страховка и так должна была все покрыть. Но Васе директор об этом собирался сказать лишь через год.
– Требуется всадник Апокалипсиса, – Занудин прочел вслух объявление на сайте вакансий. Он протер очки платком и затем высморкался в него так громко, что весь вагон метро завибрировал. – Полная занятость, стаж не менее одного года в смежных отраслях, коммуникабельность, стрессоустойчивость, инициативность…
Весь этот типичный набор требований не сильно волновал мужчину, он читал их по диагонали и искал ядро объявления, самую суть, и наконец нашел:
– О-клад плюс про-цен-ты от вы-ра-бот-ки, – произнес он по слогам, мешая читающему книгу студенту, что сидел рядом. – Вот так и знал, что никакой стабильности. Куда ни плюнь – всюду эта сделка и черная зарплата! – проворчал Занудин так, что его услышал даже машинист.
Адрес он все же записал. Так как бóльшую часть дел он завершил, то можно было проверить вакансию.
Офис работодателя находился на улице Люция Ферова, в доме номер шестьсот шестьдесят шесть. Этот дом трудно было не узнать: черный как сажа особняк в шесть этажей с горгульями на крыше и собственной колокольней очень сильно контрастировал с застекленными фасадами и автоматическими дверями светло-серых высоток, вызывая множество вопросов. Но у Занудина он вызвал один-единственный. Мужчина задержался на полчаса у стойки вахтера, читая ему нудную лекцию о том, что на здании должна быть табличка с номером, желательно синяя, иначе люди могут просто пройти мимо.
Очередь в отдел кадров была небольшая: одетый в черный плащ мужчина с накрашенными ногтями и глазами, держащий в руках хрустальный шар, – Занудин его сразу записал в секс-меньшинства; опасно скалящаяся женщина, вся перепачканная красной краской и с огромным кухонным ножом в руке – ее он, не скрывая своих мыслей, окрестил «беспокойной бабой без детей, которой дома не сидится», и «вечно такие, как она, всюду лезут, отнимая работу у порядочных специалистов». Еще был молчаливый бородатый тип с большой спортивной сумкой, в которой что-то тикало и жутко раздражало. И наконец, гиперактивный мальчик, что постоянно носился по коридору, иногда заскакивая на стены и потолок. Он без остановки повторял одну и ту же считалку на понятном только ему языке и крутил головой вокруг своей оси.
По мнению Занудина, которым он привык делиться вслух, все эти люди были олицетворением потерянной современности, которая продалась за «ТикТок» и Моргенштерна, и у них нет будущего. Когда он произнес последнюю фразу, его тут же пригласили на собеседование вне очереди. Все остальные кандидаты начали возмущаться подобному нахальству и стали собираться на выход.
– Поняли, сопляки! – радовался Занудин. – Люди не дураки, знают, кого брать!
С этими словами он зашел в кабинет, где за столом сидел хмурый молодой человек, одетый во все черное. Он сразу понравился Занудину, и они обменялись рукопожатием.
– Скажите, какой у вас стаж работы и где? – начался допрос.
– Кондуктор троллейбуса, сорок лет.
– Очень хорошо! – улыбнулся кадровик и продолжил: – На какую зарплату вы рассчитываете?
– Вы мне зубы не заговаривайте, – почувствовал неладное Занудин. – Если тридцать пять в месяц выходить не будет, можете сразу сюда этого голубя сизокрылого с шаром звать.
– Значит, тридцать пять миллионов душ – так и запишем, – проговорил мужчина, заполняя анкету соискателя.
Занудин ничего не понял, но виду не подал.
– Как у вас с командной работой? Дело в том, что придется взаимодействовать с четырьмя другими сотрудниками.
– Мальчик, – Занудин положил локоть на стол, – да за сорок лет через меня полсотни водителей прошло, две тысячи контролеров, а еще черт знает сколько пассажиров. Открой словарь синонимов и найди там слово «команда» – увидишь мое имя, – мужчина деловито улыбнулся, а Занудин продолжил: – К тому же со временем я, возможно, помогу сократить штат, взяв на себя часть чужих обязанностей, но не будем забегать вперед.
– Замечательно! – Занудин явно нравился эйчару, но собеседование продолжалось.
– Как вы относитесь к абсолютной монархии?
– Превосходно отношусь! Все эти партии – сплошные крохоборы и паразиты, вот раньше… Как здорово при царе было. Слово – закон! А сейчас? Что ни указ, то голосования какие-то, каждый год выборы: мусолят, мусолят, а я ведь во всем этом участвую, потом петиции составляю, жалобы разные пишу, хожу, время трачу свое, а еще эти социальные опросы…
Молодой человек хотел было его перебить и спросить про стрессоустойчивость, но, взглянув еще раз на трудовую книжку, где значились стаж и последняя профессия соискателя, передумал. Когда Занудин наконец замолчал, кадровик продолжил:
– Вы верующий человек?
– Только когда задевают мои чувства.
– Назовите свой главный недостаток.
– Мой главный недостаток – деньги, я сюда потому и пришел! Что за идиотские вопросы?
Занудин начинал уставать. Уже почти шесть часов вечера, а он еще должен был успеть на почту и в банк, куда ходил каждый день ругаться, чтобы нагулять аппетит перед ужином.
– Мы почти закончили, – успокаивал его молодой человек. – Есть опыт работы с оружием?
– Метла считается?
– ?
– Я с ее помощью как-то взвод пьяных десантников второго августа высадил.
– Хорошо! Знаете, пока что вы наш лучший кандидат. Даже должность придумывать не нужно, вы отлично впишетесь со своей фамилией. Я прям вижу, – парень начал задумчиво махать рукой, перечисляя имена: – Голод, Мор, Война, Смерть, Занудин. По-моему, звучит великолепно, с таким составом мы теперь точно план выполним!
Молодой человек протянул мужчине руку, но тот не спешил ее жать.
– Знаете, я передумал, – сказал Занудин и встал со стула.
– Как передумали? Но мы же вас берем!
– Передумал – и все тут. Вы мне даже кофе не предложили, пока мы сидели, да и в команде с такими клоунами я работать не собираюсь. Ишь ты: Мор, Война – цирк, не иначе. А еще у вас на голове рога растут – видать, неудачно женились. Мне в компании неудачников работать не хочется – заразно это. Всего вам хорошего.
С этими словами Занудин покинул кабинет и побежал трусцой в сторону почты, набирая на ходу отзыв на сайте вакансий. Уже через полчаса у работодателя ООО «Преисподняя» появился первый отзыв, размером и литературностью не уступающий «Тихому Дону», и одна захудалая звездочка. Больше на вакансию никто не откликнулся – конец света перенесли на неопределенный срок.