След преступления

Tekst
31
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Его холодность задела Кэри, но она его понимала. Он открылся ей и пошел на большой риск. А она оттолкнула его без объяснений. Пожалуй, даже к лучшему, что какое-то время они смогут побыть раздельно.

Когда две женщины вышли на улицу и пошли к машине, в голове у Кэри эхом отзывалась всего одна мысль.

Ну и наломала же я дров.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Полтора часа спустя Кэри сидела за своим рабочим столом и тяжело вздыхала. Время оказалось потраченным впустую.

На пути до школы они не заметили ничего необычного и не обнаружили явных следов борьбы. Рядом с местом, где миссис Рейни нашла вещи Джессики, не оказалось подозрительных следов шин. Кэри постучалась в каждый дом в округе, чтобы узнать, нет ли у кого из хозяев камер наблюдения с видом на улицу – таких не было.

Когда они добрались до школы, Рэй уже беседовал с директором, который пообещал разослать имейлы всем родителям с просьбой поделиться любой информацией о пропавшей девочке. Охранник подготовил записи со школьных камер за весь день, и Кэри предложила, чтобы Рэй остался их смотреть, пока она отвезет мисси Рейни домой и начнет обзванивать потенциальных свидетелей из списка контактов.

Для Кэролин Рейни, наверное, это выглядело так, будто напарники просто умело разделяют обязанности. Отчасти так и было. Но также верно было и то, что даже мысль о поездке с Рэем в одной машине казалась Кэри невыносимой – слишком неловко.

Поэтому они взяли такси до дома Рейни, а оттуда Кэри отправилась в участок. Там она провела последние полчаса, обзванивая друзей и одноклассников Джессики. Никто не смог рассказать ничего толкового. Трое подружек подтвердили, что видели, как девочка уезжает из школы на велосипеде и машет им на прощание. Все было как обычно.

Кэри позвонила обоим мальчикам, которые нравились Джессике. Они были с ней знакомы, но не слишком близко, и, похоже, не догадывались о ее чувствах. Кэри не удивилась – она вспомнила, как в этом возрасте сама исписывала целые тетрадки именами мальчиков, в которых влюблялась, даже ни разу с ними не заговорив.

Она поговорила или оставила сообщения всем учителям Джессики, ее тренеру по софтболу, репетитору по математике и даже главе «соседской вахты» их района. Никто ничего не знал.

Она позвонила Рэю, и тот взял трубку после первого гудка.

«Сэндз».

«У меня глухо», – сказала она, решив сосредоточиться исключительно на работе. «Никто не видел ничего необычного. Друзья говорят, что она уезжала из школы в хорошем настроении. Еще пара человек должны мне перезвонить, но я не питаю особых надежд. Что у тебя?»

«Хвастаться нечем. Камеры захватывают только перекресток у школы в обоих направлениях. На записи она прощается с друзьями и уезжает, как ты и сказала. Охранник сейчас поднимает записи с начала недели, чтобы посмотреть, не ошивался ли кто-то странный у школы раньше. Это займет какое-то время».

В последней фразе был намек на то, что он вернется в участок нескоро. Кэри пропустила это мимо ушей.

«Думаю, нужно объявлять план перехват», – сказала она. «Сейчас шесть. Прошло три часа после звонка ее матери в «911». У нас нет улик, чтобы отрицать, что девочку похитили. Если ее схватили сразу после уроков, между 14:45 и 15:00, она может быть уже в Палм-Спрингс или Сан-Диего. Пора привлечь к этому делу как можно больше людей».

«Согласен», – сказал Рэй. «Организуешь? А я пока останусь смотреть записи».

«Конечно. Ты потом вернешься в участок?»

«Не знаю», – ответил он неопределенно. «Зависит от того, что я найду».

«Ладно, держи меня в курсе», – сказала она.

«Обязательно», – бросил он и повесил трубку не попрощавшись.

Кэри приказала себе не думать о том, что осталось в их разговоре между строк, и направить все силы на организацию плана перехвата. Она уже заканчивала, когда увидела своего босса, лейтенанта Коула Хиллмана, идущим к двери своего кабинета.

Он был одет в привычную униформу, состоящую из брюк, спортивной куртки, распущенного галстука и рубашки, которая не держалась заправленной из-за его выпирающего брюшка. Ему было слегка за пятьдесят, но работа состарила его раньше времени, так что глубокие морщины пересекали его лоб и собирались в уголках глаз, а волосах цвета «соль с перцем» становилось все больше «соли».

Кэри думала, что он подойдет к ее столу и потребует отчета по делу, но он даже не глянул в ее сторону. Ее это устраивало – она как раз хотела пойти к экспертам, чтобы узнать, улыбнулась ли им удача с отпечатками.

Зарегистрировав план перехват в системе, Кэри прошла через общий офис, необычно тихий в такое позднее время, и свернула в коридор. Она постучалась в дверь оперативников и вошла, не дожидаясь разрешения.

«Есть новости по делу Джессики Рейни?»

Секретарь – девушка лет двадцати с темными волосами и в очках – оторвалась от своего журнала. Кэри ее не узнала. Должность секретаря в оперативном отделе была не из легких, и люди менялись часто. Девушка ввела имя в базу.

«С рюкзака и велосипеда – ничего», – сообщила она. «Они до сих пор проверяют несколько отпечатков с телефона, но, судя по их разговорам, вряд ли это что-то даст».

«Вы могли бы передать, что детектив Кэри Локк просит поставить ее в известность, когда они закончат, не зависимо от результата. Даже если отпечатки окажутся бесполезными, я должна просмотреть телефон».

«Будет сделано, детектив», – пообещала девушка и снова уткнулась в журнал, не успела Кэри закрыть за собой дверь.

Стоя в одиночестве в тихом коридоре, Кэри сделала глубокий вдох и призналась себе, что больше ничего не может сделать. Рэй смотрел видео со школьных камер. Она объявила план перехват. Оперативники работали над отчетом, и телефон Джессики был пока недоступен. Она связалась со всеми в списке.

Кэри прислонилась к стене и закрыла глаза, позволяя мозгу расслабиться впервые за несколько часов. Но стоило ей это сделать, как в голову полезли непрошенные мысли.

Она видела перед собой выражение лица Рэя – уязвленное, растерянное. Видела черный фургон со своей дочерью, уезжавший в темноту. Видела глаза Коллекционера, когда сжимала его горло, выдавливая жизнь из человека, похитившего ее дочь пять лет назад, и без того умиравшего от дыры в черепе. Она видела нечеткую запись, на которой Черный Вдовец стреляет в голову другому мужчине, забирает Эви из фургона, заталкивает ее в багажник своей машины и исчезает навсегда.

Ее глаза широко распахнулись, и она обнаружила, что стоит у хранилища улик. В последние недели она была здесь много раз, перебирая снимки из жилища Брайана «Коллекционера» Виквайера.

Настоящие улики хранились в Центральном подразделении, потому что его квартира попадала под их юрисдикцию. Они со скрипом согласились на то, чтобы фотограф из Западного подразделения заснял все, что лежало у них в хранилище. И Кэри, формально виновная в смерти Виквайера, была не в том положении, чтобы с ними спорить.

Она не просматривала снимки уже несколько дней, но что-то в них не давало ей покоя. У нее будто что-то чесалось в мозгу, но она не могла дотянуться до этого места. Ее подсознание уловило какую-то пока недоступную уму связь.

Кэри вошла в хранилище. Секретарь не удивилась ее приходу и молча протянула лист для записи. Кэри зарегистрировалась и пошла прямиком к коробкам с фотографиями. Она не нуждалась в каталоге, потому выучила номер ряда и полки наизусть. Схватив нужную коробку, она вывернула ее содержимое на один из столов в конце зала.

Включив настольную лампу, она разложила снимки по всему столу, села и уставилась на них. Она видела их десятки раз. Каждая книга из библиотеки Виквайера, каждый предмет одежды и каждый прибор из кухонного шкафа. За этим мужчиной числилось похищение не менее пятидесяти детей, и детективы Центрального подразделения рыли землю, чтобы это доказать.

Но Кэри чувствовала, что то, что ее мучает, не найти на фото, которые она внимательно изучала прежде. Ей нужно было что-то, что она раньше видела только мимоходом. Что-то существенное проскочило у нее в мозгу, когда она стояла в коридоре несколько минут назад, предаваясь болезненным воспоминаниям.

Что это? Какую связь ты ищешь?

И тут она это увидела. На одном из фото, на стене над письменным столом Коллекционера висели несколько снимков природы – все формата 15х21 см, выстроенные в ряд. Там была лягушка на камне, кролик с навостренными ушами, бобер, строящий плотину, дятел, долбящий дупло, лосось, выпрыгивающий из реки. На последнем снимке был паук – черная вдова.

Черная вдова. Черный Вдовец. Может, в этом что-то есть?

Это могло быть случайным совпадением. Очевидно, детективы Центрального подразделения не придали фотографиям значения – их не внесли в перечень улик. Но Кэри знала, что Коллекционер был профи в шифровании своих записей.

Именно так Кэри нашла адреса, где держали Эви и многих других украденных детей. Коллекционер прятал их у всех на глазах в виде буквенно-цифрового кода на, казалось бы, безобидных открытках в ящике своего стола.

Кэри знала, что Коллекционер и Черный Вдовец были связаны через одного и того же посредника – адвоката Джексона Кейва.

Могли у них быть общие заказы? Мог ли Виквайер таким образом хранить контакты коллеги по преступному миру на случай, если бы им пришлось выполнять какую-нибудь работу вместе?

Кэри ощутила прилив уверенности, которая обычно приходила к ней, когда она находила ключевую зацепку в деле. Она была убеждена, что, получив доступ к фото, она смогла бы найти на нем что-то ценное.

Единственная загвоздка заключалась в том, что фото висело в квартире Брайана Виквайера, по-прежнему охраняемой офицерами Центрального подразделения. Когда Кэри пыталась пробраться туда две недели назад, там повсюду была сигнальная лента, а на входе в здание дежурили двое патрульных, чтобы отгонять зевак.

Кэри уже начала планировать, как сможет обойти охрану, когда зазвонил ее телефон. Это был Рэй.

 

«Привет», – сказала она неуверенно.

«Можешь приехать к Рейни прямо сейчас?» – спросил он, опуская любезности.

«Конечно. Что случилось?»

«Они только что получили письмо с требованием выкупа».

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Двадцать неспокойных минут спустя Кэри подъехала к дому Рейни. Фургон оперативников снова стоял у ворот. Она прошла через двор и постучала в дверь. Ей открыл Рэй, и по выражению его лица она сразу поняла, что дела плохи. У него за спиной, на диване виднелась чета Рейни. Они сидели обнявшись, Кэролин рыдала, Тим онемел от шока.

«Хорошо, что ты приехала», – искренне сказал Рэй. «Я тут всего пять минут, и у меня не получается привести их в чувства».

«В письме указаны сроки?» – тихо спросила Кэри, проходя внутрь.

«Ага. Похититель требует, чтобы обмен состоялся сегодня в полночь. Сто штук выкупа».

«Неслабо».

«И это не самое худшее», – продолжил Рэй. «Ты должна прочесть письмо. Оно… странное».

Кэри вошла в комнату. Кто-то из команды экспертов снимал отпечатки с большого конверта службы доставки. Кэри переглянулась с Рэем, и тот кивнул.

«С ума сойти, да?» – сказал он. «Никогда не слышал, чтобы письмо с требованием выкупа приходило FedEx'ом. Отправлено сегодня. Я уже передал номер посылки Эдгертону, и он говорит, что ее отправили из отделения в Эль-Сегундо. Время – 13:58».

«Но Джессику похитили позже», – удивилась Кэри.

«Точно. Должно быть, похититель позаботился о письме заранее. Очень самонадеянно. Суарез поехал в отделение, чтобы проверить записи с камер».

«Логично», – одобрила Кэри и пошла в гостиную к Рейни. За дело взялись их лучшие люди, и это придавало ей уверенности. Детектив Кевин Эдгертон был компьютерным волшебник, а детектив Мэнни Суарез – дотошным опытным копом. От таких ничего не скроешь.

«Здравствуйте», – тихо сказала Кэри, и супруги вместе подняли головы. Глаза Кэролин были красными, но слез уже не осталось. Тим был бледным, как смерть. Его лицо застыло в скорбной гримасе.

«Здравствуйте, детектив», – шепотом выдавила Кэролин.

«Можно мне взглянуть на письмо?» – попросила Кэри, глядя на лист бумаги на кофейном столике. Его уже запечатали в пакет для улик.

Рейни молча кивнули. Она подошла, чтобы рассмотреть письмо поближе. Ей сразу бросилось в глаза, что оно было не напечатано на принтере, а набрано на печатной машинке. Это был тревожный знак.

У каждого принтера есть узнаваемая подпись – особый узор из точек, не видный невооруженным глазом. Эти точки печатаются вместе с текстом документа, и по коду, который они составляют, можно определить производителя, модели и даже серийный номер использованного принтера. Если человеку, напечатавшему письмо, хватило осторожности избежать принтера, значит он был профессионалом.

Содержание письма было не менее тревожным. Оно гласило:

Ваше дитя – темный дух. Дух нужно вытравить, чтобы на его месте могло вырасти здоровое дитя. Это разрушит тело, но спасет душу. Это горестно, но необходимо. Того требует Создатель. Я могу освободить ребенка от духа, вырезать его своими священными ножницами, орудием Господа. Я выкорчую демонов и очищу почву.

Но если вы пообещаете очистить ее сами и окропить ритуальный алтарь ее кровью, как того велит Он, я верну вам ее. За свою жертву я прошу компенсацию. Я требую 100 000$ наличными. Не привлекайте полицию – грязных поборников греха и убожества в этом мире. Если ослушаетесь, я верну дитя земле, что его породила. Орудиями господа я смешаю ее останки с другими сорняками этого города. К письму я прилагаю доказательство честности моего предложения.

Полночь. Только отец. Только отцы могут спасти этот мир от греха.

Чейс-парк. Мост у воды.

100 000$. Полночь. Один на один.

Плоть от плоти вашей может быть спасена вами.

Кэри обернулась к Рэю. На обдумывание всего этого нужно было время, поэтому она решила сфокусироваться на самой понятной части письма.

«Что значит «прилагаю доказательство»?» – спросила она.

«В посылке кроме письма была прядь волос», – ответил ей напарник. «Сейчас в лабораторию проверяют совпадение».

«Так, ладно, в этой писанине слишком много всего», – сказала она, поворачиваясь к Рейни. «Но давайте для начала сосредоточимся на приземленном. Во-первых, вы правильно сделали, что сообщили нам. Выполнение требований о непривлечении властей обычно приводит к худшим результатам».

«Я не хотел вас вызывать», – признался Тим Рейни. «Но Кэролин настояла».

«Что ж, я рада, что вы это сделали», – повторила Кэри, а затем обратилась к Рэю: «Ты говорил с ними о деньгах?»

«Мы как раз собирались, когда ты приехала», – сказал Рэй, не сводя глаз с супругов. «Стоит подготовить нужную сумму. Хоть мы и надеемся, что отдавать ее не придется, это даст нам больше пространства для маневра. Вы думали о том, где могли бы достать деньги?»

«Деньги у нас есть, – ответил Тим Рейни, – но не наличные. Я позвонил в банк, чтобы они подготовили купюры, но они сказали, что в нерабочее время произвести такую операцию затруднительно, а в такой короткий срок – просто невозможно».

«Я связалась с менеджером нашего фонда, и они сказали то же самое», – добавила Кэролин. «Они смогли бы привезти деньги завтра с утра, но не к полуночи, и не наличку».

Кэри повернулась к Рэю.

«Странно, что письмо пришло так поздно», – заметила она. «Он должен был предусмотреть, что достать деньги вовремя будет практически невозможно. Зачем так усложнять?»

«У парня явно с головой не все в порядке», – хмыкнул Рэй. «Может, он не учел длительность финансовых процедур».

«Есть еще один вариант», – перебил его Тим Рейни.

«Какой?»

«Я работаю на «Венерджи», новую платформу для мобильных игр в Плайя-Виста. Мой прямой начальник – Гэри Ростерман, управляющий компанией. Он неприлично богат, и мы на короткой ноге. К тому же, Джессика и его дочь ходили вместе в школу Монтессори в прошлом году. Они дружат. Я знаю, что у него есть наличка на руках. Может, он меня выручит».

«Позвоните ему», – сказал Рэй. «Если он согласиться, попросите его сохранить это в тайне».

Рейни решительно кивнул. Его лицо немножко расслабилось. Новый проблеск надежды придал ему сил. Или, во всяком случае, у него появился повод отвлечься.

Пока он набирал номер, Рэй и Кэри переглянулись и кивнули друг другу – им нужно было выйти и поговорить наедине. Когда они отошли достаточно, чтобы супруги Рейни их не слышали, Рэй прошептал: «Думаю, нужно отвезти письмо в участок. Соберем всех, послушаем, на какие мысли их наведет этот текст. Вызовем психолога. Надо проверить, были ли в округе похожие случаи».

«Согласна», – сказала Кэри. «Еще я хочу прогнать письмо через федеральную базу данных – вдруг будут совпадения. Может выясниться все, что угодно. У меня плохое предчувствие».

«Хуже, чем обычно? Почему?»

Кэри объяснила свою теорию о печатной машинке и принтере. Рэй с ней согласился.

«Либо этот парень псих, либо прикидывается, но, в любом случае, он профи».

Тим Рейни закончил звонок.

«Гэри сказал, что поможет», – объявил он. «Он говорит, что сможет собрать нужную сумму за три часа».

«Отлично», – выдохнул Рэй. «Мы пришлем кого-нибудь за деньгами, когда он будет готов. Так будет безопасней».

«Мы возвращаемся в участок», – сообщила Кэри. Увидев внезапный испуг на лицах супругов, она быстро добавила: «Мы оставим с вами двоих офицеров в качестве предосторожности. Они свяжутся с нами, если будет нужно».

«Но почему вы уезжаете?» – спросила Кэролин Рейни.

«Нам нужно сравнить письмо с теми, которые уже есть в базе данных, и посоветоваться с экспертами. Вашим делом занимается весь отдел пропавших без вести. Мы обещаем вернуться через пару часов. Мы привезем план парка и объясним вам, как нужно действовать. Как только мы выйдем отсюда, я позвоню и попрошу немедленно установить там наблюдение. Все будет готово заранее. У нас все под контролем».

Кэролин встала и неожиданно крепко обняла Кэри, а затем Рэя. Тим вежливо кивнул им обоим. Кэри заметила, что короткая передышка для него кончилась, и он снова был на грани срыва.

Она понимала, что он чувствует, как никто другой, и знала, что уговаривать его успокоиться – пустая трата времени. У него пропала дочь. Он был не в себе от горя. Просто он переживал это тише, чем большинство людей.

Когда они вышли, Рэй едва слышно пробормотал: «Надо бы найти ее побыстрее, иначе у ее отца будет сердечный приступ».

Кэри хотела возразить, но не смогла. Если бы она получила подобное письмо, когда пропала Эви, она бы буквально слетела с катушек. Но у Рейни было преимущество, о котором они пока не знали: на их стороне играла Кэри.

«Тогда давай поторопимся», – сказала она.

ГЛАВА ПЯТАЯ

«Говорю вам, это просто прикрытие!» – безапелляционно кричал детектив Фрэнк Броуди. «Весь этот бред о механизмах и Господе нужен только для того, чтобы сбить нас с толку. Парень – обычный псих. Проще не бывает!»

В зале заседаний стоял гул гневных голосов, и это начинало бесить Кэри. Она попыталась перекричать всех и заставить заткнуться, но горький опыт научил ее, что некоторым коллегам нужно было вымотать себя и других, прежде чем начать делать что-то полезное.

Броуди, ветеран участка, детектив старой закалки в месяце от выхода на пенсию был убежден, что письмо было пустышкой. Как и всегда, на нем была заляпанная соусом рубашка с одной недостающей пуговицей, оголяющая часть его огромного пуза. И, как обычно, ему важнее было быть громче всех, даже если он не прав.

«Откуда вам знать!» – кричала ему в ответ офицер Джейми Кастильо. «Вам хочется, чтобы так было, потому что так проще».

Кастильо еще не дослужилась до детектива, но, благодаря своим знаниям и энергии, фактически стала младшим членом отдела, и ее почти всегда назначали на их расследования. И, не смотря на статус младшей, она за словом в карман не лезла.

Прямо сейчас ее темные глаза сверкали молниями, а конский хвост черных волос подпрыгивал вверх-вниз в такт ее страстным репликам. Кулаки ее были сжаты, а все мускулистое тело напряжено, как сжатая пружина.

«Мы не эксперты в таких вопросах», – настаивал детектив Кевин Эдгертон. «Нужно вызвать психолога-криминалиста».

Кэри не удивилась тому, что Эдгертон хочет пойти по этому пути. Долговязый, худой парень с копной вечно взлохмаченных волос был компьютерным гением, известным за свое умение выжать максимум из любого прибора от смартфона до микроволновки. Ему еще не было и тридцати, и он не всегда доверял своим инстинктам, когда речь шла о неоднозначных ситуациях. Он уважал экспертный опыт и старался по возможности к нему обращаться.

Проблема была в том, что Кэри не очень верила в то, что психолог сможет извлечь из письма намного больше, чем все остальные. Любой его вывод был бы основан на домыслах. А раз так, то она доверяла своим умозаключениям куда больше, чем чужим.

Лейтенант Хиллман поднял руки, призывая всех к тишине. Неожиданно для Кэри все послушались.

«Я отправил копию письма доктору Фрини домой. Он сейчас его читает. Думаю, скоро он выскажет свое мнение. Есть еще какие-нибудь соображения? Сэндз?»

Рэй сидел тихо, потирая лысину, слушая всех понемногу. С места Кэри были видно, как лампы в потолке отражаются в его стеклянном левом глазу. Он поднял голову, и Кэри угадала, что он скажет, прежде чем он успел открыть рот.

«Я склонен согласиться с Фрэнком. В письме слишком много всего, выглядит неправдоподобно. Перебор по всем статьям. Кроме той части, где он требует выкуп и выдвигает условия. Там все четко и ясно. Хороший ход. И все же…»

«Что?» – спросил Хиллман.

«Ну, не уверен, что это что-то меняет… Мы знаем слишком мало, и время на исходе. Псих он или мастер розыгрышей – неважно, все равно нам нужно с ним встретиться через пару часов».

«Я не совсем согласна», – сказала Кэри после паузы. Ей не нравилось спорить с напарником на людях, а особенно – в их нынешнем положении, но сейчас были вещи поважнее. Сейчас они должны были найти девочку. Кэри никогда не скрывала свое мнение по делу, и теперь не собиралась, не зависимо от последствий.

«Послушайте, я не знаю наверняка, фальшивка это письмо или всерьез, но, мне кажется, ответ на этот вопрос имеет значение. Если он просто прикидывается религиозным фанатиком ради денег, меня это больше устраивает. Тогда это все формальность, ничего личного. И тогда развитие событий более предсказуемо. Я имею в виду, что так больше шансов, что он явится на обмен. И жизнь Джессики будет у него в приоритете».

«Но ты в это не веришь», – сказал Рэй, доказывая, что видит ее насквозь также, как и она его.

«Я сомневаюсь. Я думаю, что, возможно, часть о деньгах такая прямолинейная, потому что ему, на самом деле, это не важно, и он просто написал то, что обычно пишут в таких письмах. Что, если в письме есть и подлинная часть, и фальшивая? Вы же видите, что разница между началом и концом письма доходит до абсурда. Там, где «перебор», раскрываются его настоящие эмоции».

 

«Нууу, возможно…» – вклинился Броуди. Кэри напомнил себе сохранять самообладание. Этот без пяти минут пенсионер хотел задеть ее, чтобы начать перепалку и дискредитировать ее точку зрения. Кэри вежливо кивнула ему и продолжила.

«Да, Фрэнк, возможно. Я не заявляю, что моя версия верна. Но вся эта история о злом духе, инструментах Господа и прочем довольно подробная, будто он сам написал проповедь для своей извращенной религии. Такой религии, где вся власть принадлежит ему, и он сам себе Папа Римский. Если это правда, то у нас большие проблемы».

«Почему?» – поинтересовался Эдгертон.

«Потому что тогда он действительно верит в изгнание духа и служение своему божеству. Ему плевать на деньги. Возможно, он просит выкуп, только чтобы оправдать свой поступок с точки зрения общественных норм. Но в глубине души он знает, что это отговорка, а настоящая причина похищения куда зловещее».

«Так значит, Локк, – сказал Хиллман, – ты предполагаешь, что у парня какая-то внутренняя борьба, и что выкуп – это его способ скрыть свои истинные желания от самого себя?»

«Может быть».

«Немного притянуто за уши», – сказал он. «Что, кроме стиля письма, подтверждает твою теорию?»

«Дело не только в стиле, лейтенант. Тот факт, что он предложил вернуть ее, чтобы ее отец сам провел обряд очищения, говорит о том, что он пытается найти «лазейку» в своих правилах. Он придумывает способ изгнать духа, не убивая девочку».

Кэри замолчала и обвела взглядом лица коллег, которые выражали смесь скепсиса и искреннего любопытства. Даже Хиллман, казалось, задумался.

«Или он хочет денег, а твоя супер-теория – такая же чушь, как и его письмо», – презрительно бросил Броуди. Его комментарий исчерпал запас терпения в комнате.

«Вы неандерталец!» – с отвращением крикнула Кастильо.

«Вот как?» – взорвался старик. «Давно тебя за волосы не таскали?»

«Хочешь подраться прямо сейчас, дедуля?» – вскипела Кастильо и сделал шаг в его стороны. «Я быстро вытолкаю твою китовую тушу обратно в океан».

«Хватит!» – крикнул Хиллман. «Нам нужно спасать двенадцатилетнюю девочку, у нас нет времени на это дерьмо! И, Броуди, еще один сексистское высказывание, и я урежу твою зарплату до конца твоей гребаной карьеры, даже если это всего через месяц. Ясно?»

Броуди нехотя закрыл рот. Кастильо, казалась, еще не закончила, поэтому Кэри положила руку ей на плечо и отвела в сторону.

«Забудь, Джейми», – прошептала она. «Этому хрычу осталось одно буррито до инфаркта. Ты же не хочешь быть виноватой в том, что он подохнет работе?»

Кастильо хихикнула, не смотря на злость. Она хотела было ответить, но в комнату вошел детектив Мэнни Суарез. Внешность у него была не особо впечатляющая: трехдневная щетина, жирок на боках и тяжелые припухшие веки делали его похожим на гнома Ворчуна из «Белоснежки». Там не менее, он был опытным и талантливым детективом. И, что было гораздо важнее в данный момент, он только что вернулся из офиса FedEx'а, откуда отправили письмо с требованием выкупа. Кэри надеялась, что принес хорошие новости.

«Чем порадуешь?» – обратился к нему Хиллман.

Суарез покачал головой, уселся за общий стол и извлек одинокий чек из коричневого конверта, который держал в руках.

«Это все, что есть», – объявил он. «Единственная значимая улика, которую мне удалось добыть в FedEx'е. На ней время и дата заказа, оплаченного наличными. Больше ничего».

«Там нет записи с камер безопасности, соответствующей этому времени?» – спросил Хиллман.

«Есть, но толку от нее мало. Камера снаружи показывает человека, входящего в отделение, но он одет в свободную толстовку с капюшоном и темные очки. Я распространю эту запись, но не думаю, что она поможет. Там даже не понятно, мужчина это или женщина».

«А как насчет камеры внутри?» – поинтересовалась Кастильо.

Суарез достал второй листок из конверта и положил его на стол. Там можно было разглядеть только белое пятно с черной каймой.

«Вот стоп-кадр с внутренней камеры», – сказал Суарез. «Похоже, у него очки с лазерной рефракцией, которые засвечивают снимки. Вся запись, пока он внутри, выглядит так».

«Высокие технологии», – присвистнул Эдгертон. «Обычно такие штуки используют при крупных ограблениях».

«А остальные камеры?» – спросил Рэй. «Те, что не смотрели на него в упор?»

«На них все в норме. Но подозреваемый предусмотрительно встал так, чтобы не попасть ни в одну из них. Кажется, он точно знал, где они находятся, и обошел их все, кроме той, что за прилавком. А ее засветил».

«Полагаю, внешние камеры на обратном пути он тоже обошел», – догадалась Кэри. «И вряд ли он пошел к машине, на которой мы могли бы разглядеть номера».

«Не пошел», – подтвердил Суаэрез. «Он зашел за угол. Там начинается промзона, и камер нигде нет. Оттуда он мог уйти куда угодно».

«Простите, что нагнетаю, – начал Эдгертон, глядя в монитор своего ноутбука, – но у меня тоже плохие новости. На рюкзаке и телефоне Джессики нет отпечатков. Оперативники только что прислали отчет».

У лейтенанта Хиллмана зазвонил телефон. Он жестом показал Эдгертону продолжать, а сам вышел из комнаты, чтобы ответить. Кевин заговорил снова.

«А я проверил ее сим-карту на предмет подозрительной активности. Сканирование только что закончилось. Ничего необычного. В последние три месяца она общалась только с семьей и друзьями».

Кэри и Рэй молча переглянулись. Дело стремительно катилось под гору.

Прежде чем кто-либо успел ответить Эдгертону, вернулся Хиллман. По выражению его лица Кэри поняла, что ничего хорошего он не скажет.

«Звонил доктор Фрини», – сообщил он. «Он тоже не верит, что наш похититель – псих. По его мнению, парень притворяется ради денег».

Отлично. Улик нет, все версии зашли в тупик, а теперь еще и весь отдел считает, что нам морочит голову типичный охотник за выкупом.

Кэри не могла объяснить этого даже самой себе, но ее инстинкты говорили, что ее коллеги опасно заблуждаются – этот похититель был далеко не типичным. И она боялась, что, если они скоро не выйдут на верный путь, Джессика Рейни заплатит высокую цену.