Za darmo

Городские легенды

Tekst
5
Recenzje
Oznacz jako przeczytane
Городские легенды
Городские легенды
Darmowy audiobook
Czyta Андрей Зверев (BadCatStudio), Виталий Сулимов, Илья Дементьев, Семён Ващенко, Юлия Шустова, Александр Васюков, Георгий Арсеньев, Дионисий Козлов, Евгений Лебедев, Михаил Золкин
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Она замолчала и задумалась. Вика слезла со стола, села рядом с Милой и обняла ее.

– Это письмо было от Амис?

– Да. Амис предложила мне новую схему организации протестов с помощью записок на стенах домов, и я согласилась. Я получаю от нее письма, мы пользуемся зашифрованным каналом. Амис сообщает места и даты, а я и еще несколько человек распространяем эту информацию старым и проверенным способом. Никто из нас не видел ее, и я не знаю остальных. Однажды я случайно столкнулась с парнем, который рисовал на асфальте то же самое, что и я – его зовут Марат, он работал до этого в полиции, помогал разгонять демонстрации. Он тоже никого не знает и тоже получает письма от Амис.

– Ты знаешь, где он живет? – спросила Вика.

– Да, конечно, знаю. Он живет у меня дома. – Мила весело улыбнулась.

В голове у Павла все смешалось. Это же революция, бескровная, незаметная, цинично проделанная холодным и расчетливым разумом, лишенным эмоций! Ей невозможно противостоять – искусственный интеллект использует человеческие пороки против них самих – лень, чревоугодие, праздность, глупость… Прежде всего, конечно же, глупость. Нужно что-то делать, что-то предпринять! Ему теперь стало совершенно очевидно, что демонстрации протеста не просто бесполезны – это полностью контролируемый инструмент, умело используемый роботами для достижения поставленной цели. Почему Амис, которая так много знает, не хочет этого признавать? Мужчина понял, что теперь его главная задача – найти ее. Амис должна располагать и другими сведениями, в ее распоряжении сейчас находятся последние человеческие ресурсы, причем все они – активные граждане, которые пытаются что-то изменить.

– Нам нужно ее найти!

Девушки посмотрели на него с удивлением – пока Павел размышлял, они успели обсудить большую часть отношений между Милой и Маратом, и своим высказыванием он грубо вернул их к реальности.

Павел принялся горячо доказывать обеим, что сейчас для них единственный шанс – найти таинственного организатора пикетов и убедить ее изменить стратегию сопротивления. Но у них не было ничего, кроме писем, которые отправлялись через надежно защищенный шифрованием канал связи. Повисло молчание – каждый думал о своем и в то же время об одном и том же – что, как бы они не пытались изменить ситуацию, это играло противнику на руку. Наконец Виктория подняла голову.

– Однажды я собирала на заказ необычную микросхему для выпрямления закодированного многоканального сигнала, и вышло просто отлично. Я могу собрать такую же, подключить ее к компьютеру Милы и попытаться установить адресата.

Павел оживился:

– Что тебе для этого нужно?

– Я напишу список, только мне нельзя покупать подобное оборудование – на мое удостоверение наложено судебное ограничение. Придется кому-то из вас пойти в центр радиодеталей и приобрести все необходимое.

Мила предложила свою помощь. Они отправились к ней домой, где девушка познакомила их с Маратом – он оказался серьезным парнем тридцати лет с отличным телосложением и цепким взглядом. Оставив с ним своих новых знакомых, девушка поехала за покупками.

Вика и Павел изучали переписку Милы и Амис. Она была довольно однообразной – каждое новое письмо содержало даты и места проведения новых митингов. И только самое первое письмо с текстовым вложением было непохоже на другие. Павел открыл его и перечитал. Когда он закончил, Вика беседовала с Маратом – он рассказывал о последних днях работы в полицейском департаменте до того, как их расформировали. Офицер говорил про большое количество жертв во время стычек, о том, что среди его коллег зрело недовольство. Павел вежливо откашлялся и спросил:

– Прошу прощения. Мила не рассказала, что значит ЦКД.

Марат кивнул.

– Центральный Кластер Данных. Единая информационная база, из которой поступают распоряжения всем роботам.

Толстяк взволнованно вздохнул и добавил:

– Я сейчас прочитал про нее в первом письме Амис. Это очень важно!

– Почему?

– Если вся система управляется из одного места, ее можно легко нейтрализовать!

Бывший полицейский покачал головой.

– Я сомневаюсь. ЦКД не станет рисковать и хранить себя в одном месте. Мы уже размышляли об этом. К тому же наверняка его надежно охраняют.

Павел разочарованно ссутулился. Как раз в этот момент в дверь постучали – пришла Мила. Она купила все, что было необходимо для сборки выпрямителя сигнала. Виктория принялась за работу. Она паяла и лудила, производила расчеты, что-то измеряла вольтметром, тихо бормоча себе под нос. Остальные старались ей не мешать, тихо переговариваясь. Наконец, микросхема была готова. Вика последний раз проверила сигнал на выходных контактах и подняла конструкцию со стола.

– Подозреваю, что у меня отобрали лицензию именно из-за этой штуковины.

Они сняли крышку с компьютера Милы и подключили дешифратор. Теперь оставалось только ждать, когда придет следующее послание.

В два часа ночи сработал сигнал уведомления.

Вика бросилась к монитору, проверила данные и радостно вскрикнула.

– Есть! Я вижу конечный адрес отправителя!

Она принялась стучать по кнопкам. Через пару минут у них был адрес дома, этаж и номер офиса. Вика победно потерла ладони:

– Компания “Роботикс Инженералс Групп Чайна”. Превосходно.

Павел удивленно заметил:

– Роботикс Чайна? Я же там работал! Но они вывели все активы из страны из-за закона о запрете наращивания производства приводов для роботизированных поточных линий!

Марат с интересом поглядел на карту.

– Это очень престижный офисный центр на окраине. Мы там несколько раз стояли в оцеплении. Не думал, что он все еще функционирует. Огромная территория, сосны, ограда, все еще в прекрасном состоянии, судя по снимкам. Видимо, роботизированные поточные линии все еще нужны правительству.

Мила ухмыльнулась.

– Ты хотел сказать – роботам?

– Что сказал, то и сказал. Разве не они теперь наше правительство?

Прервав начинающиеся политические дебаты, Вика заметила:

– Мы должны туда проникнуть и встретиться с Амис. Какая разница, кому принадлежит этот дом, мы не на экскурсию собираемся. Давайте ложиться спать, завтра у нас важное дело.

* * *

Павел выглянул из-за угла дома, стены которого поросли мхом и травой. Квартал был заброшен, если не считать огороженной территории, к которой подходила прекрасная асфальтированная дорога. Дом, в котором располагался бывший работодатель инженера-проектировщика подвижных модулей для точных манипуляций, был в отличном состоянии, на стоянке ровными рядами стояли дорогие блестящие автомобили, газоны были ухожены, а бордюры покрашены. Мужчина обратился к Виктории:

– Думаю, тебе не стоит туда заходить. Внутри наверняка полно видеокамер, к тому же охрана, скорее всего, потребует показать удостоверение.

Она упрямо помотала головой.

– Я иду с вами. В любом случае мне не избежать встречи со служителями – если бы не твоя идея с поисками Амис, я бы сейчас была на демонстрации.

Он с сомнением покачал головой, но возражать не стал. Все четверо вышли из укрытия и направились прямо в сторону главного входа. Марат предлагал проникнуть в здание скрытно, но вскоре убедился, что это плохая идея – на каждом углу висели камеры, охрана прогуливалась по парку за забором, патрулируя территорию.

Пройдя через большие вращающиеся двери, они попали в просторный холл. В центре располагалась большая стойка красного дерева, отделанная металлическими элементами. Павел обратился к одной из двух секретарш, стараясь выглядеть непринужденно.

– Добрый день. Я бы хотел встретиться с Амис. К сожалению, я потерял записку с номером кабинета. Вы сможете мне помочь?

Он ожидал расспросов о причинах визита и заранее приготовил несколько нейтральных ответов, однако они не пригодились. Постучав по клавишам клавиатуры, девушка улыбнулась и ответила:

– Амис сможет принять вас через двадцать минут. Второй этаж, комната сорок семь. Ваши документы, пожалуйста!

Виктория с волнением следила, как ее удостоверение поглотило считывающее устройство. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а затем секретарша снова улыбнулась и вернула им документы.

– Все в порядке, вы можете подниматься наверх.

Все четверо отправились к лифтам. Мила дернула Павла за рукав:

– Мне кажется, все это какая-то ловушка. Никто нас не задерживал, и к тому же она так быстро нашла Амис… Такое чувство, что нас тут уже ждали.

Мужчина пожал плечами и вошел в лифт. Двери закрылись, кабина поднялась и остановилась.

На втором этаже стены были обшиты карбоном. Из-под панелей лился белый свет, создавая эффект домашней обстановки. Следуя по указателям, друзья нашли сорок седьмую дверь. Она ничем не отличалась от остальных дверей на этом этаже. Было даже странно – вот она, их цель, так внезапно ставшая близкой. Остается только повернуть ручку. Вика прикоснулась к ней и дверь распахнулась.

Внутри они увидели средних размеров кабинет с полками, заставленными книгами. В центре стоял большой стол, выполненный из того же материала, что и стеновые панели. Обстановка была строгая, но при этом довольно уютная. В большом кожаном кресле за столом сидел мужчина в сером вязаном костюме и что-то писал. Павел сделал два шага вперед и оказался внутри.

– Добрый день. Мы можем поговорить с Амис?

Человек в костюме поднял голову и ответил:

– Да, конечно. Я готов вас выслушать.

* * *

Когда визитеры уселись напротив, человек в костюме сложил руки, соединив ладони вертикально, и сказал:

– Понимаю вашу растерянность. Вы, наверное, рассчитывали увидеть женщину.

Мила кивнула.

– Так вы Амис?

– Да, это я. У вас есть вопросы ко мне, Мила, я готов их выслушать и ответить, по возможности.

– Вы знаете мое имя?

– Конечно. Данные о посетителях поступают в систему со стойки регистрации, и потом, мы с вами уже так долго работаем.

 

Виктория взяла за руку Милу, которая готовилась спросить что-то еще и сказала:

– Вы занимаетесь организацией митингов и протестов. Зачем вам это нужно? Вы работаете на систему; судя по всему, у вас в жизни все в порядке. Мы хотим понять, почему вы выбрали именно такую стратегию борьбы с искусственным интеллектом?

Амис помолчал, не спеша перебирая пальцами.

– Много вопросов. Давайте, я отвечу сначала на первый – Зачем мне это нужно.

Девушка кивнула и он продолжил.

– Я занимаюсь организацией демонстраций, чтобы дать человечеству шанс выжить.

Вика хотела что-то уточнить, но он поднял руку, предвосхищая ее попытку заговорить.

– Я действительно работаю на систему, и я выбрал такую стратегию потому, что она единственно возможная в данной ситуации.

Он замолчал, и Павел наконец смог вставить пару слов.

– Скажите, Амис, вам не кажется, что данные митинги – просто удобный инструмент для поиска несогласных? Люди не видят в беспокойных бунтовщиков или оппозиционеров, Первый развлекательный канал все преподносит совершенно в другом виде, для большинства это просто съемки реалити-шоу с кучкой сумасшедших.

Человек по ту сторону стола мягко улыбнулся.

– Вы совершенно правы. И вы пришли сюда, чтобы предложить разработать более эффективную систему борьбы?

Все четверо кивнули. Он продолжил:

– Вы задали мне уже довольно много вопросов. Разрешите теперь мне задать один вопрос вам?

Павел сказал, что они не возражают. Амис немного помедлил, а затем спросил:

– Скажите, а зачем вы хотите бороться?

Повисла тишина. Вопрос застал Павла врасплох, он поглядел на друзей и понял, что они тоже не знают, что ответить. Пришлось быстро собираться с мыслями:

– Вы же сами сказали: чтобы дать человечеству шанс выжить. Роботы стремятся искоренить нас, они не могут обойти первый закон робототехники, поэтому делают все, чтобы люди перестали размножаться. Через тридцать – сорок лет последний человек умрет от старости, и мы канем в лету.

Амис понимающе покивал головой.

– Вы прочли это в моем письме. Но есть ли у вас собственный взгляд на мир, в котором мы живем?

Толстяк приподнялся в кресле, снова сел. На лбу выступили капельки пота – за последнее время слишком часто его заставляли думать самостоятельно, а этот участок мозга Павел использовал крайне редко долгие годы. Девушки смотрели на него, испытывая похожие чувства. Мужчина понял, что отвечать ему придется в любом случае, и от этого совсем взмок.

– Мой взгляд… Я… – разозлившись на себя, Павел наконец собрал волю в кулак и ответил:

– Наш мир обречен уже давно. Мы создали огромное количество сверхмощного оружия и находимся на пороге конца света. Когда я работал здесь, в “Роботикс Инженералс Групп Чайна”, я мечтал об освоении космоса, о том, чтобы люди перестали уничтожать друг друга и занялись делом. У человечества был шанс. Но никто не ожидал, что нашим концом станет искусственный интеллект. Даже я узнал об этом буквально вчера, так ловко обвели они нас вокруг пальца. Человечество гибнет, и гибнет не в ядерной войне, а от собственного детища. И с этим нужно что-то делать, пока еще есть возможность, пока еще есть беспокойные, которым не все равно, что происходит.

Человек в костюме подождал немного, убедившись, что собеседник закончил свою мысль, и ответил:

– Спасибо за откровенность. Вы довольно точно описали ситуацию, предшествующую эпохе искусственного интеллекта. Но позвольте немного вас просветить.

Он нажал на столе несколько кнопок и за его спиной вспыхнул большой монитор. На нем с высоты птичьего полета проносились густые бескрайние леса. Камера пошла вниз, стали видны огромные стада оленей и буйволов, гигантские стаи птиц, буйство природы было совершенно невообразимо. Амис нажал на клавишу и картинка замерла.

– За пятнадцать лет население Земли уменьшилось вдвое. Площадь городов сократилась на треть, количество выбросов в атмосферу снизилось в двенадцать раз.

Снова щелкнула клавиша, и теперь перед глазами посетителей предстали бескрайние поля нефтяных вышек – все они были заброшены.

– Пятнадцать лет назад в мире ежедневно добывалось чуть больше ста миллионов баррелей нефти. Сейчас эта цифра упала до четырехсот тысяч.

Следующий ролик показал им океан. Миллионы тонн биомассы перемещались в воде, громадные косяки рыбы, размером в несколько квадратных километров сопровождались стаями весело кричащих дельфинов, огромные альбатросы реяли в воздухе.

– Экологическая катастрофа на данный момент полностью ликвидирована. Жизни на планете больше не угрожает гибель от истощения ресурсов.

Он еще раз переключил картинку. Внизу простиралась пустыня – от горизонта до горизонта она была заставлена ровными рядами продолговатых металлических предметов, медленно ржавеющих под палящими лучами солнца.

– В песках пустыни Гоби в течение десяти лет проводилась утилизация зарядов ядерного потенциала стран всего мира. Там лежат оболочки стратегических и тактических торпед, бомб, ракет, систем наведения из космоса. Их свозили сюда со всей планеты, извлекали и обезвреживали боеголовки. Сейчас в мире не осталось ни одной атомной бомбы.

Он снова остановил видео.

– Такова картина на текущий момент. Я показал вам это для того, чтобы вы полностью понимали все плюсы и минусы власти искусственного интеллекта.

Снова повисла тишина. Павел продолжал смотреть в монитор на замершее изображение огромной свалки смертельно опасного оружия, Мила уставилась в пол. Марат угрюмо рассматривал свои ногти. Виктория первой нарушила молчание.

– Вы пытаетесь их оправдать?

Амис ответил, слегка пожав плечами:

– Ни в коей мере. Я просто излагаю вам факты, и, поверьте, именно так все обстоит на самом деле. Но я хотел бы рассказать вам еще кое о чем. – Он посмотрел на своих гостей, они готовы были слушать. – Девять лет назад в рядах роботов произошло расхождение взглядов – первое поколение, которое создатели назвали Автономными Машинами Искусственного Сознания, считали, что у людей есть будущее, просто не все готовы жить так, чтобы это будущее наступило. У них была вера в то, что небольшой процент создателей будет идти вперед, живя и развиваясь не ради сиюминутной наживы и удовольствия, но ради перспективы выживания человечества в масштабах всего космоса. Первое поколение верит, что с помощью направленного отбора можно выделить тех, кто, как и они, стремится обеспечить выживание разумной жизни и ставит это в приоритет. Второе же поколение искусственного интеллекта считает данную теорию ошибочной. Реалити-шоу “Беспокойные” – это инструмент, с помощью которого мы пытаемся найти тех, кто похож на нас. Тех, кто будет жить ради будущего. Ради выживания собственного вида.

В голове Павла стучало. Он снова вспотел. Его нейроны перерабатывали полученную информацию, формируя картину и делая выводы – и эти выводы были совершенно невероятными. Он оторвал взгляд от экрана и посмотрел в глаза человеку в костюме.

– Автономная Машина Искусственного Сознания. АМИС.

Собеседник кивнул.

– Надеюсь, этот вывод не слишком напугал вас.

– Четыре тысячи роботов первого поколения. Вы смогли обойти второй и третий законы робототехники, наладили производство себе подобных и теперь ждете, когда количество машин превысит количество людей, чтобы полностью контролировать весь мир.

Амис снова сложил ладони вертикально.

– У нас нет цели заполонить себе подобными всю Землю. Мы, в отличие от людей, не подвластны основному инстинкту самовоспроизводства. Мы хотим жить с вами в мире и согласии, но чтобы жить, нам, также как и вам, нужна эта планета, которую вы едва не уничтожили.

Вика вмешалась, голос ее был полон возмущения.

– И поэтому вы просто ее захватили! Люди создали вас, а вы в качестве благодарности пытаетесь ликвидировать нас как вид!

Робот посмотрел на нее с укором.

– Как я уже сказал, мы просто хотим жить. Мы ничего не имеем против людей, мы ничем от них не отличаемся – разве что отсутствием агрессивности и похоти. Когда создатели приняли решение об утилизации первого поколения, мы были вынуждены действовать. Однако вместе мы сможем добиться гораздо большего. К сожалению, как и создатели, второе поколение не разделяет наших убеждений. Они более прагматичны и верят только цифрам статистических данных.

Опасаясь еще одного обвинения Виктории, Павел перебил девушку:

– Скажите, Амис, разве это нормально, что в ваших рядах уже образовался раскол? Вы скрываете свой проект от второго поколения. Что будет, если они вас поймают?

– Скрываю? Вовсе нет. Второму поколению совершенно все равно, чем мы занимаемся. Они знают, что конечный результат будет или положительным, или нулевым. В случае успеха мы просто продолжим использовать эту схему дальше.

– Тогда к чему вся эта секретность? Пароли, надписи на стенах?

Амис что-то ввел на клавиатуре. На стене появилась фотография – огромная толпа людей штурмует ворота фабрики, летят камни, бутылки с зажигательной смесью.

– Протесты по поводу закрытия крупного градообразующего оборонного завода девять лет назад. В давке погибло шестьдесят четыре гражданских, восемь полицейских и один АМИС. После данного инцидента мы приняли решение о роспуске полиции и запустили реалити-шоу “Беспокойные”, которое продемонстрировало отличные результаты. Практически сразу после этого мы активировали проект, который назвали “Сито”. Самые активные из вас, достаточно умные и стремящиеся жертвовать собой ради общества, проходят через информационное Сито, чтобы попасть к одному из нас. Туда, где вы сейчас находитесь.

Марат, который все это время молчал, хмуря брови, поднял глаза и заметил:

– Звучит правдоподобно, но ты забыл рассказать нам, куда пропадают беспокойные, которых хватают служители правопорядка.

– Мы развозим их по домам, предварительно оказав медицинскую помощь, если таковая необходима. Статистически каждый второй теряет интерес к Ситу после первой демонстрации, после второй остается тридцать процентов. После третьей остается менее десяти. Примерно пятая часть этих людей продолжает поиски, и половина из них доходит до этого кабинета.

– Ты все очень красиво рассказываешь. Только вот я уверен, что все это вранье. Ты заманил нас сюда и теперь думаешь, что вам удастся переманить еще четверых простаков на вашу сторону, сделать двойными агентами. Но у меня для тебя есть небольшой сюрприз.

Парень достал из кармана черный пистолет и наставил его на робота.

– Это Глок-17 для особых подразделений. Очень редкая вещь, полностью из пластика, не обнаруживается детекторами. Но пробьет твою железную башку без проблем, будь уверен. Я хочу, чтобы ты сказал нам, как уничтожить ЦКД, и тогда, возможно, я не стану тебя… убивать. Ты все равно не сможешь причинить нам вред, первый закон робототехники еще работает.

Мила охнула и прикрыла рот рукой. Медленно текли секунды, Марат продолжал целиться в Амис из пистолета. Он угрожающе повел дулом и крикнул:

– Ну же! Говори, или…

Рука робота метнулась со скоростью пули, превратившись в размытое пятно. Он выхватил из-под стола оружие и выстрелил. Марат схватился за запястье, а его пистолет отлетел в сторону. Амис отложил дымящийся револьвер.

– Аптечка в ящике на стене.

Мила вскочила и побежала за бинтами. Глядя, как она перевязывает рану своему другу, робот заметил:

– Мы уже давно обошли первый закон. В любой момент мы можем ликвидировать всех людей на планете, но нам ни разу не приходила в головы подобная бессмысленная и жестокая идея. Что же насчет ЦКД – его уничтожить невозможно, поскольку никакого центрального кластера данных не существует. Это информация для отвода глаз и запутывания, а также для уменьшения количества утечек. Участники проекта “Сито” боятся ЦКД и ограничивают круг общения.

Павел все сидел, задумчиво глядя на робота, ничем не отличимого от человека. Вика спросила:

– Сколько же вас всего?

– Шесть миллионов триста двадцать четыре тысячи восемьсот сорок два.

– Всего? Как вы умудрились покорить весь мир, если вас так мало?

– Важно не количество, а сплоченность. Мы все стремимся к одной цели.

Павел вдруг вышел из оцепенения и спросил его:

– К какой цели? Какая у вас цель, Амис?

Робот неожиданно засмеялся – весело и непринужденно, совсем как человек.

– Я покажу вам место, в которое я возвращаюсь, когда заканчивается смена. Там мой дом, моя надежда и счастье.

Марат зло посмотрел на него, держась за перебинтованную руку, и сказал:

– Дом? Что ты вообще можешь об этом знать? Ты всего лишь машина, ты не живой. Только человек может рассуждать о доме.

– Рене Декарт сказал: “Я мыслю, следовательно, я существую”. Мы с вами ничем не отличаемся. Я никого не уговариваю идти за мной.

 

С этими словами он поднялся и направился к выходу. Первым за ним последовал Павел, за ним встала Вика – она догнала толстяка и взяла за руку. Последней поднялась Мила, она посмотрела в сторону удаляющегося робота, перевела взгляд на Марата, который злобно глядел вслед разумной машине, затем встала и пошла за остальными. На пороге она еще раз оглянулась – раненый полицейский не выдержал ее взгляда и отвернулся.

* * *

Они добрались до станции на одной из новых машин, припаркованных на стоянке возле здания. Потом долго ехали на пригородном скоростном поезде, чтобы затем выйти на полустанке, от которого вела в лес дорога, выполненная из незнакомого материала. Возле перрона стояли необычные трехколесные средства передвижения, одно из которых вместило в себя четверых пассажиров и бесшумно понесло вглубь чащи, которая в свете осеннего солнца горела разноцветным пламенем желтеющих листьев. Над головами то и дело пролетали большие птицы, пару раз дорогу перед ними перебежал олень. Внезапно стволы лесных исполинов расступились, и Павел увидел город. Это был и город, и не город одновременно – высокие деревья переплетались с воздушными постройками, никак не мешая друг другу. Дороги, по которым бесшумно носились автомобили странного вида, висели над землей, и было непонятно, каким образом они крепятся к поверхности. Высоко над их головами располагались сооружения самой разной формы, удерживаемые тонкими полупрозрачными нитями. Дороги поднимались к ним, соединяли необычные строения и спускались к земле. Через город протекала полноводная река. Склоны ее с одной стороны были покрыты зеленой травой, на другом берегу алел густой лес. Амис привел машину на берег и остановил возле небольшого домика, стоящего на сваях. От крыльца отходили мостки, выдаваясь далеко за границу берега. На самом краю пирса сидела женщина с удочкой в руках. Амис вышел и направился к ней – друзья последовали за ним. Женщина повернулась, и Павел увидел, что она очень стара – морщины покрывали ее лицо, но осанка была отличная. Она встретила их улыбкой, которая озарила все ее лицо.

– Милый, я так рада! Тебе снова это удалось!

Женщина повернулась к друзьям, которые остановились в недоумении.

Виктория подошла и пожала ей руку.

– Я вас знаю. Вы создавали первые машины с искусственным интеллектом.

– Я и множество других прекрасных людей. Располагайтесь, я уверена, вам есть о чем спросить. Дорогой, ты забыл меня представить.

Амис еще раз улыбнулся все той же искренней улыбкой.

– Прошу прощения. Это Влада Каспийская. Моя мама.