Соули. Девушка из грёз

Tekst
Z serii: Соули #1
86
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 6

Два дня, проведенные в постели, были куда ужасней всех походов на кладбище. Но вовсе не потому, что нам влетело, нет… Просто у меня появилось время как следует подумать над случившимся, и чем дольше думала, тем страшнее становилось…

Черноглазый маг с самого начала знал, что никакого умертвия нет. Именно поэтому он нарядился в изысканный камзол вместо пропитанной специальным составом куртки, именно поэтому разрешил проводить до самого кладбища. Он пытался выяснить, как далеко мы готовы зайти ради того, чтобы сохранить лицо. И, видимо, все-таки рассчитывал выпить чаю с маковым пирогом.

Зачем согласился на эту авантюру? Посмеяться над провинциальными дурочками хотел, не иначе.

И тут… умертвие. Причем не простое, а боевое. О Богиня! Как глупо получилось! Или… или это все-таки справедливость? Он ехал, чтобы поиздеваться над нами, а в итоге сам едва не сел в лужу. Впрочем, лужей это назвать трудно. Мы едва не угробили нового штатного мага!

Дальше – хуже. Райлен сообразил, кто поднял того тролля. Кто превратил его в боевое умертвие – тоже догадался, причем задолго до трусливого признания близняшек. Райлен понял все, но… не арестовал. Более того – ни одного дурного слова не сказал. Ни одного! И улыбался так, будто мы не тролля, а заколдованную лягушку из загашника достали.

О Богиня! Почему он так поступил?

Когда возвращались с кладбища, я даже смотреть на него боялась. А он пытался завести разговор – не про мертвяков, а так, о погоде, но я отмалчивалась, и брюнет отстал. Зато когда доехали до поворота к поместью, заартачился: мол, не могу одних по такой темноте отпустить. И тот факт, что мы недавно целое умертвие подняли и приручили, как будто не в счет…

Странно это все. Невероятно странно. И страшно… потому, что понятия не имею, почему он так поступил. И чем аукнется это приключение, тоже не знаю. Райлен, безусловно, благороден, но мы же использовали запрещенную магию! Он, как штатный маг города, наверняка должен сообщить куда следует.

А зелье? Ну кто поверит, что три девчонки с домашним образованием и минимальными магическими способностями могли сварить зелье, подчиняющее умертвие? Ответ один – никто. Значит, если начнется расследование, то обязательно всплывет имя Линара… О Богиня!

Я так устала от этих мыслей, от страха, которым даже стены пропитались, что утром третьего дня самостоятельно избавилась от повязки и поковыляла к матушке – просить разрешения съездить в Вайлес.

Жутко боялась, что матушка не отпустит, – близняшки рассказали, как происходило знакомство с Райленом, и она знала, что я в этом позоре не участвовала, но все равно злилась. Очень!

К счастью, обстоятельства сложились даже лучше, чем я ожидала. Родительница встретила строгим взглядом и заявила:

– Ну раз ты уже выздоровела, то сегодня же едем к госпоже Флер. Она ждет!

При упоминании портнихи я слегка поморщилась – записка с доносом именно от нее прилетела. Но тут же взяла себя в руки и воскликнула радостно:

– Ой! А я тогда книги для госпожи Жейер захвачу. Завезу после примерки.

Мама скривилась и махнула рукой. Кажется, я все-таки прощена.

В город въехали… нет, не как обычно.

Кроме пристальных и восхищенных взглядов нам с близняшками слали не самые приятные улыбки. Этакие понимающие, хитрые, гаденькие. Я старательно изображала равнодушие и искренне радовалась, что лица мамы не вижу – она впереди ехала, в коляске.

На сестер тоже старалась не глядеть, потому что поддержать нечем, а ругать без толку – они свое уже получили. И еще получат, когда отец с дальних пастбищ вернется. Ну и мне, само собой, достанется, причем куда сильней: ведь одно дело – подойти на улице и совсем другое – искать встречи наедине. А именно такой встречи я желаю.

О моем визите к Райлену наверняка узнают. В этом городе от любопытных глаз и длинных языков укрыться невозможно. Разве что на дне выгребной ямы. Впрочем, кумушки и там достанут. Но встреча того стоит. Я больше не могу бояться неизвестности, я должна поговорить с ним и убедить не предавать дело с умертвием огласке. И извиниться должна – за себя, за сестер, за тролля.

– Соули! – окликнула Мила.

Я вздрогнула, огляделась и только теперь поняла, что, задумавшись, проехала мимо лавки госпожи Флер. Взгляд сам метнулся к гостинице, расположенной на другой стороне площади, щеки вспыхнули – насколько понимаю, именно там остановился Райлен. И именно в гостиницу придется идти, чтобы с ним увидеться.

О Богиня! Какой стыд!

– Соули! – Голос мамы прозвучал строго.

Я натянула на лицо улыбку и как ни в чем не бывало повернула лошадь. Дождавшись, когда помощник госпожи Флер придержит Искру, изящно спешилась. Многострадальная коленка отозвалась болью, но я даже не поморщилась – если мамулечка поймет, что нога все еще болит, к «госпоже Жейер» не пустит, а запихнет в свою коляску и заставит вернуться домой вместе со всеми.

– О, госпожа Далира! – воскликнула госпожа Флер. Портниха выбежала на крыльцо, чтобы встретить лично. – Девочки!

– Здравствуйте, госпожа Флер, – хмуро отозвались близняшки. Они снова напоминали отъевшихся к зиме бурундуков – дулись страшно. Будто не понимали, что мама бы все равно про знакомство с магом узнала. Не от портнихи, так от кого-нибудь другого.

Впрочем, я тоже симпатию не проявляла, ответила сдержанно и вежливо:

– Здравствуйте.

– О, Соули! Тебе так идет это платье! – тут же разулыбалась портниха.

Ага. Сколько денег она содрала с родителей за этот темно-зеленый атлас, даже вспоминать страшно. Было б удивительно, если бы оно не шло.

– А эта шляпка, – продолжала госпожа Флер, – а локоны! Ты хорошеешь с каждым днем!

– Благодарю. – Я присела в сдержанном реверансе и все-таки сумела выдавить из себя улыбку. А потом покраснела. Поняла вдруг – портниха заметила! Она заметила, что сегодня я одевалась и причесывалась гораздо тщательней, чем обычно. И когда ей станет известно о моем визите в гостиницу, она будет думать, что я для Райлена старалась. А я же не для него! Я просто так! Просто… просто настроение такое было. О Богиня!

– А глаза, – поддержала матушка. Она, конечно, строгая, но, когда ее детей хвалят, сразу таять начинает. – К мужу недавно поверенный младшей ветви королевского дома приезжал, сказал, у Соули глаза, как сапфиры в королевских регалиях.

Как по мне – комплемент сомнительный, но портниха заохала, вторя госпоже Далире. Я же поправила локон и ненавязчиво намекнула:

– Госпожа Флер, а как там наши платья?

– О! – радостно воскликнула доносчица. – Уверяю, вы будете самыми прелестными девушками на этом балу! Пойдемте-пойдемте!

Время превратилось в расплавленную карамель – тянулось медленно и мучительно, а уверенность таяла с каждой минутой. После примерки у госпожи Флер мы подкрепились горячим шоколадом в кондитерской, затем заглянули в шляпную лавку и снова вернулись к господину Хошу – уж больно вкусные у него маковые пироги.

Когда матушка решила, что дел в Вайлесе больше нет, солнце уже клонилось к закату. Увы, именно в эти часы зажиточные горожане предпочитают прогуливаться по мощеным улочкам и главной площади, так что моя дрожь только усилилась. Войти в гостиницу на глазах у всего города… О Богиня!

Но я все-таки нашла в себе силы забрать из коляски книги и снова взлететь в седло.

– Только не задерживайся, – прищурившись, сказала мама. Добавила едва слышно: – И глупостей не делай.

Я стыдливо опустила глаза и направила лошадь в ближайший переулок. К счастью, дом госпожи Жейер находился именно по эту сторону площади, в двух улицах, так что подозрений матушки можно не опасаться. Но… мне вдруг так захотелось, чтобы она поняла и удержала от этого безумного поступка!

Увы, ничего подобного не случилось.

Я почти сразу выехала на соседнюю улицу, огляделась, прикидывая, где бы переждать отъезд родительницы, и уже подумала – может, взаправду к госпоже Жейер заскочить, но тут взгляд наткнулся на приоткрытую створку ворот. Двор прилегал к гостинице – именно тут держали лошадей и ставили кареты. И именно тут был черный ход.

О Богиня! Приличные девушки черным ходом никогда не пользуются, ибо им скрывать и стыдиться нечего, но я уже так опозорилась, что приличной назваться не могу. И ждать не могу, потому что еще мгновение – развернусь и уеду. Слишком страшно, слишком стыдно. Так что сжала зубы и направила Искру к распахнутой створке.

Как ни странно, но слуга, копошившийся на заднем дворе гостиницы, не удивился. Более того – улыбнулся, поклонился и поспешил взять лошадь под уздцы.

– Я ненадолго, – промямлила и покраснела.

– Да, госпожа. Как скажете, госпожа, – с поклоном ответили мне.

Брови непроизвольно приподнялись, в груди загорелось странное чувство. Чувство усилилось, когда слуга отвел лошадь к коновязи и, отвесив еще один поклон, предложил проводить. Я напряглась неимоверно, но согласилась.

Два коротких коридора, заполненных запахом кухни, – и я оказалась перед стойкой учета постояльцев. Владелец гостиницы – грузный господин Жаррин нехотя оторвался от чтения журнала и бросил на меня удивленный взгляд. Очень удивленный.

А потом сказал, причем довольно грубо:

– Его нет.

– Что, простите? – тихо переспросила я.

– Его нет, – откладывая журнал, повторил господин Жаррин.

– Кого нет? – Я совсем растерялась.

А владелец гостиницы растянул губы в улыбке и огорошил:

– Господина Райлена. Его нет. Ушел. По делам. Вернется не скоро. Думаю, вам проще послать ему журавлика, чем ждать.

У меня от этой тирады не только брови – глаза на лоб полезли. Ну и румянец, будь он неладен.

Вот как? Как такое возможно? Я еще слова не сказала, а господин Жаррин… Неужели знакомство на улице… О Богиня!

– Господин Жаррин. – Я глубоко вздохнула и попыталась придать лицу возмущенное выражение. – Господин Жаррин, с чего вы решили, будто я пришла к… к господину магу?

 

– Так ведь не вы первая. – Мужчина пожал плечами.

– Что? – ошарашенно выдохнула я.

Улыбка хозяина гостиницы стала стократ шире, но суть в другом… Эта улыбка, она не издевательской была, а какой-то понимающей, что ли.

– Госпожа Соули, за последние два дня тут перебывало столько девиц… И я искренне удивлен, что вы тоже поддались этому порыву.

Что? Мне чудится или он и вправду сказал… О Богиня!

– Сколько девиц?

– Да половина Вайлеса! – Уж не знаю почему, но господин Жаррин был невероятно доволен.

А я, наоборот, разозлилась. Сама не знаю почему, но все-таки. Хотела выпалить, что я вовсе не к Райлену… Но благовидного предлога все равно не было, пришлось потупиться и сказать правду:

– Господин Жаррин, я не просто так. Я по делу.

– Ага, вы все «по делу».

Если раньше румянец только щеки заливал, то теперь вспыхнула вся. До корней волос и кончиков ногтей.

– Господин Жаррин, но я действительно по делу!

– Нет его, – медленно повторил владелец гостиницы. – Ушел. Надолго.

И я вдруг догадалась:

– Лжете. Он здесь, просто велел никого не пускать. – Эти слова говорить было особенно стыдно.

– А даже если и так? – Господин Жаррин понизил голос и перегнулся через стойку. – Госпожа Соули, я никому не скажу о вашем желании видеть господина мага, а вы… окажите ответную любезность – вернитесь домой.

Я не нашлась с ответом. Просто… просто не знала, что сказать. Такого унижения не испытывала никогда. И ладно господин Жаррин, но Райлен! Отделаться от меня через доверенное лицо, после всего того, что проделал с моими коленками… Видать, не просто так его в наше захолустье сослали. В столице, близ королевского двора, таких хамов не терпят!

И я уже раскрыла рот, чтобы выпалить… слова прощания, как услышала:

– Господин Жаррин, все в порядке. Госпожу Соули я рад видеть в любое время.

Маг стоял посередине деревянной лестницы, ведущей на второй этаж. Красивый, холеный, в изысканном камзоле. И смотрел на меня… ну как при первой встрече, только теплее. И улыбался невероятно.

Я невольно сглотнула и потупилась.

– А… – протянул хозяин гостиницы. Его брови взлетели на середину лба, но улыбка осталась прежней. – Так предупреждать надо…

Все. Мое смущение достигло пика. Я прижала к груди книги и пробормотала:

– Простите. Мне действительно лучше уйти.

– Госпожа Соули! – воскликнул брюнет. – Госпожа Соули, подождите!

Не успела сделать и шага, как он оказался рядом. Слетел по лестнице вихрем:

– Госпожа Соули…

Если в момент появления мага мне хотелось задрать подбородок и послать его куда подальше, то теперь…

– Господин Райлен. – Я в который раз потупилась и банально постеснялась обойти того, кто загородил дорогу.

– Госпожа Соули…

О Богиня! Ну почему так стыдно?!

– Госпожа Соули действительно по делу, – сказал Райлен. Причем другим, серьезным тоном. И я не сразу сообразила, что это он не ко мне обращается.

– А… А я уже понял, – отозвался господин Жаррин.

Лучше бы меня тот тролль загрыз!

– Госпожа Соули, вы позволите? – Райлен протянул руку в явном желании завладеть моей ладошкой.

Хотела отказать, но…

– Да, конечно.

Брюнет аккуратно сжал пальчики, пояснил:

– Дом штатного мага сейчас приводят в порядок, после господина Файкна. Поэтому я вынужден обитать здесь. Посетителей также здесь принимаю. Вы позволите проводить вас наверх?

Я кивнула и закусила губу.

– Господин Жаррин, – продолжал тем временем маг. – Будьте добры, распорядитесь, чтобы нам принесли чаю.

– Конечно, господин Райлен. Всенепременнейше!

Руку мою Райлен так и не отпустил.

Когда поднималась по деревянной лестнице, чудилось – ступени вот-вот провалятся, не выдержав такого позора, но… они оказались крепче, чем я думала. А жаль…

Я ни разу не бывала в гостинице. Ни в этой, ни в какой другой. Но героиням сентиментальных романов часто приходилось путешествовать, поэтому я примерно представляла, что к чему. Представляла и все равно тряслась. И когда Райлен вел по коридору, и когда распахнул передо мной дверь, впуская в небольшую, не слишком уютную гостиную.

– Присаживайтесь, госпожа Соули. – Он подвел к диванчику, обитому темной, благородной тканью.

Сердце споткнулось. Хотела сказать, что я всего на минуточку, что я и постоять могу, но… но все-таки присела. Лишь после этого Райлен отпустил мои пальчики, неспешно обогнул небольшой столик и устроился в кресле.

– Как ваша коленка, госпожа Соули? – благожелательно поинтересовался маг.

Я снова вспыхнула и опустила глаза:

– Все в порядке, господин Райлен. Благодарю вас.

Только теперь поняла, что по-прежнему прижимаю к груди книги, предназначенные для госпожи Жейер. О Богиня! Да что со мной сегодня!

Я глубоко вздохнула, собрала волю в кулак и сказала:

– Господин Райлен, я… я пришла, чтобы извиниться.

– Госпожа Соули, – начал было он, но я помотала головой и брюнет замолчал.

– Господин Райлен, я… понимаете, это все так ужасно. И так глупо! Просто… – снова вздохнула, опять попыталась собраться. – Понимаете, мои сестры, они… они необычные девушки. Вы маг и вы сами наверняка заметили, что у них…

– Кровь оборотней, – тихо сказал Райлен.

Я кивнула.

– Да. Совсем чуть-чуть, но… – Ох, как же тяжело говорить об этом вслух! – Из-за этой крови они иногда ведут себя совсем не так, как должны. Просто не могут контролировать свои желания и поведение. И они не виноваты, это все кровь.

– Как это произошло?

Голос мага прозвучал спокойно, но взглянуть ему в глаза по-прежнему не решалась. Сидела, уставившись на собственные коленки.

– Вы уже слышали про наши дольмены?

– Слышал, – подтвердил Райлен. – Там узкий, нестабильный проход между мирами.

– Да, он самый. Так вот, к нам через этот проход оборотни иногда забредают. Все старожилы легко отличают их от обычных волков, а наш дед… – Я опять запнулась. – Когда он переехал в эти края, он про оборотней ничего не знал. И едва ли не на второй день с таким вот чудовищем столкнулся. Оборотень укусил, но дед, вопреки всему, выжил. Он тогда молод был, очень силен. Лекарь сказал, яд оборотней нельзя вывести полностью, объяснил, что дети могут унаследовать повадки и черты. У деда к тому времени наследников не было, только дочери… вот он и решился.

В гостиной повисла тишина, а потом Райлен спросил:

– Так ваш отец… тоже?

– Нет. Тогда все обошлось. В моих братьях кровь оборотней также не проявилась. Ну и я… мы все обычные люди. А вот близняшкам не повезло.

– Да уж… – шумно вздохнул Райлен.

– Только в Вайлесе про это никто не знает. Мы скрываем. Сами понимаете, какой это позор. Я бы и вам не призналась, но вы маг, от вас скрывать бесполезно.

– Да. Я еще при знакомстве след оборотня разглядел.

В голосе Райлена не было ни пренебрежения, ни брезгливости, и я решилась поднять голову и взглянуть на него.

– Госпожа Соули…

Снова опустила глаза, приклеилась взглядом к коленкам. Щеки не переставали пылать еще с той поры, когда въехала в гостиничные ворота.

– Из-за крови оборотней девочки иногда ведут себя совсем не так, как должны, – повторила я. – Вы пробудили в них любопытство, вот они и не сдержались, подошли познакомиться. А потом… а потом все как-то само собой сложилось. Мы не хотели вас оскорбить, господин Райлен. И… в общем, мы не думали, что из той могилы тролль встанет.

Маг хмыкнул, а я добавила спешно:

– Простите нас, пожалуйста. Мы не нарочно.

– Госпожа Соули, а почему же вы сразу не сказали, что никакого умертвия нет?

– Испугалась, – пробормотала я.

– Чего испугались?

О Богиня! Как глупо!

– Позора я испугалась, господин Райлен. Позора!

– И чтобы избежать позора, вы раздобыли подчиняющее зелье и пошли на кладбище? – В его голосе звучал смех, а мне совсем совестно стало.

– Ну да…

– Госпожа Соули…

– Господин Райлен…

В дверь постучали. Я вздрогнула, едва ли не подпрыгнув на диванчике.

– Это слуга, – с улыбкой сказал маг и крикнул: – Войдите.

В гостиную вошел незнакомый парень в фартуке. Воздух заполнился ароматом чая и сдобы. Неторопливо, но довольно быстро слуга выставил на разделяющий нас столик фарфоровый чайник, чашки и корзинку с булочками. Он разлил чай по чашкам и удалился после короткого кивка Райлена.

– Госпожа Соули, а где вы раздобыли то зелье? – тихо спросил брюнет.

Сердце сжалось в комок, заледенело.

– Я не могу вам сказать.

– Его ведь Линар изготовил, верно?

– Вы знакомы? – выпалила, а потом ойкнула и попыталась исправиться: – Нет, Линар тут ни при чем!

– Не лгите, госпожа Соули.

Райлен продолжал улыбаться, а я… Мне вдруг совсем плохо стало. Это что же получается? Я только что родного брата под топор палача подвела?

– Линар не такой. Он запрещенной магией не занимается! – сказала уверенно и искренне.

– Госпожа Соули… – улыбка брюнета стала еще шире, – мы же с ним на самом деле знакомы, и поверьте, кто-кто, а Линар некромантией владеет. Это его вторая специализация.

Дошло до меня не сразу.

– То есть Линару руки рубить не будут?

– Нет. Так где вы раздобыли зелье?

– В его домашней лаборатории, – пробормотала я. И добавила: – Вообще-то она опечатана и входить туда нельзя, но близняшки… ой.

– А вот за то, что готовил зелье дома, да еще в лаборатории с ненадежной защитой от проникновения, получит выговор, – не переставая улыбаться, заявил маг.

Я никак не ожидала такой подлости:

– Господин Райлен!

Рассмеялся. Звонко, весело, легко. А потом сказал:

– Госпожа Соули, вы удивительная девушка.

– Что? – вконец растерялась я.

– Перестаньте… Не выдам я вашего брата. И про наше маленькое приключение никому не скажу. Разве что лет через пятьдесят, когда мы с вами состаримся и…

– Господин Райлен!

Нет, все-таки правильно говорят – подобное тянется к подобному. Он не меньший нахал, чем мои сестрички. Даже в самой захолустной деревне знают – девушкам на старость намекать неприлично!

– Господин Райлен, а позвольте спросить…

– Спрашивайте, госпожа Соули.

«Когда с вашей физиономии сойдет эта улыбка?» – хотела выпалить я, но передумала и спросила о другом:

– За что вас из столицы выгнали?

Брови брюнета взлетели на середину лба, но улыбка осталась прежней:

– С чего вы взяли, что меня выгнали?

Я пожала плечами:

– А разве нет?

– Нет, – выдержав странную паузу, отозвался Райлен. – Более того, я потратил очень много сил, чтобы избежать службы в столице и попасть в Вайлес.

Кажется, у меня глаза округлились.

– Хотите спросить зачем? – продолжал улыбаться нахал. Я, разумеется, кивнула. – А затем, госпожа Соули… – он склонил голову набок и теперь разглядывал до того пристально, что хотелось прикрыть лицо книжками, – затем, чтобы познакомиться с вами.

– С кем? – Нет, я в самом деле не поняла.

– С вами, госпожа Соули. – И добавил, чтобы не сомневалась: – С вами.

Я сперва онемела, после – вскочила. Книжки почему-то выскользнули из рук и с грохотом упали на пол. Нет, так нельзя. Такие разговоры еще неприличнее, чем знакомство на улице!

Райлен тоже встал. А его улыбка… О Богиня!

– Я ваш портрет в комнате Линара видел. Два года назад. С тех пор меня не оставляла… нет, даже не надежда – мечта! Я мечтал, что вы окажетесь именно такой – нежной, скромной, чуткой, чуточку упрямой и невероятно искренней.

– Господин Райлен! – Нет, это уже ни в какие ворота не лезет.

– Госпожа Соули…

Приблизиться он не пытался, но взгляд обжигал. В сравнении с этим взглядом давешнее поглаживание коленки было верхом целомудрия.

А Райлен, видимо, решил добить:

– Я благодарен вашим сестрам, госпожа Соули. Если бы не история с умертвием, я бы еще очень долго пытался понять, какая вы на самом деле. Ведь под маской благочестия, которой вы обычно прикрываетесь, истинного лица не видно… А тогда, на кладбище, вы были настоящей. И сейчас настоящая…

О Богиня!

– Господин Райлен, мне пора! – сказала, а с места сдвинуться не смогла.

– Госпожа Соули…

Брюнет сделал шаг, огибая столик, где стыл нетронутый чай, и вот тут я поняла – бежать нужно немедленно! И ринулась к двери.

– Госпожа Соули!

Я распахнула деревянную створку и обернулась. Райлен стоял все там же, у столика. И улыбался по-прежнему.

– Госпожа Соули, – понизив голос, сказал брюнет. – До встречи…

– До встречи, господин Райлен, – пробормотала я. Опять вспыхнула.

О Богиня! Я не это имела в виду! Я же… О проклятая вежливость! Проклятое воспитание!

 
To koniec darmowego fragmentu. Czy chcesz czytać dalej?