3 książki za 35 oszczędź od 50%

Непробиваемый

Tekst
14
Recenzje
Przeczytaj fragment
Oznacz jako przeczytane
Jak czytać książkę po zakupie
Nie masz czasu na czytanie?
Posłuchaj fragmentu
Непробиваемый
Непробиваемый
− 20%
Otrzymaj 20% rabat na e-booki i audiobooki
Kup zestaw za 30,82  24,66 
Непробиваемый
Audio
Непробиваемый
Audiobook
Czyta Оксана Шокина
19,28 
Zsynchronizowane z tekstem
Szczegóły
Czcionka:Mniejsze АаWiększe Aa

Глава 1

Василиса

В зоне выдачи багажа стояла жуткая духота. Кондиционеры банально не справлялись со своей задачей, слишком много народа в зале, не протолкнуться. Хотя я очень старалась. Мой самолёт прибыл с опозданием, соответственно, теперь я тоже жутко опаздывала, с большими усилиями пробираясь сквозь толпу к транспортёрной ленте. И не я одна такая. Сбилась со счёта, сколько раз мне наступили на ноги. Впрочем, сама не лучше…

– Чёрт! – слетело с губ, а я запнулась.

На этот раз более неудачно, чем прежде. Почти упала. И упала бы в самом деле, не удержи меня чужие руки. Сперва поймали, затем вернули в вертикальное положение.

– Внимательней, – раздалось угрюмое сверху.

И нет, чтобы отделаться заурядным «Спасибо», не развивая дальнейшую полемику с не очень-то дружелюбным спасителем, так дёрнуло же меня поднять голову. Поднимать, к слову, пришлось не хило, ведь удерживающий меня мужчина оказался очень высоким. Про таких былины писали на Руси. Не просто здоровенный. Этакий богатырь, минимум две меня надо, чтоб обхватить его широченные плечи. Но не только это вызывало диссонанс в моём восприятии. Массивную челюсть украшала тёмная щетина. Энергетика… бешеная. Она чувствовалась во всём: в повороте голове, мощной шее, очертаниях крепкого тела. На такого, как он – смотришь, и уже заранее знаешь, что проиграешь. Во что бы ни ввязалась. К тому же, пахло от мужчины на удивление притягательно. Корицей и мандаринами. Ещё бы добавить туда самую малость кофейных ноток, и я точно бы расплылась в его руках лужицей, с учётом, что мечтала о порции капучино с корицей и цедрой часов этак пять, как села на рейс. А ещё на богатыре красовалось кашемировое пальто с крупными серебристыми пуговицами и солнечные очки. В декабре месяце. В душном зале аэропорта. Я так и зависла на последнем, позабыв о том, что было бы неплохо что-либо ответить ему.

Моё состояние незнакомец, конечно же, заметил. Показательно медленно прошёлся взглядом по мне с головы до ног, после чего расплылся в насмешливой улыбочке.

– Багаж не пропусти, – кивнул в сторону проезжающих мимо нас чемоданов.

Обзор, на которые, между прочим, всё ещё был затруднителен.

– Не пропущу, если ты перестанешь меня лапать и подвинешься, – съязвила.

Почему?

Да просто обидно стало.

Явно посчитал, что я на него запала, вон какой довольный…

И стал ещё довольней после моих слов. Заухмылялся широко-широко и демонстративно убрал от меня свои руки, подняв их в жесте мнимой капитуляции. Заодно отступил на шаг.

– Можно подумать, от этого ты станешь менее широким, – проворчала, втискиваясь между ним и ещё какой-то бабулькой, ожидающей свой багаж.

Та, как назло, в этот момент решила, что багаж ей не так уж и нужен. Иначе зачем она попятилась назад? Конечно же, попутно наступив мне на ногу, отчего я банально взвыла. Опять налетела на того, от чьего общества только-только избавилась. А бабулька моих страданий вовсе не заметила, в полуразвороте шибанула меня локтём, отчего я опять полетела вниз. На этот раз прямиком мордашкой на злосчастные чемоданы.

– Да чтоб тебя!.. – выругалась, инстинктивно сжавшись в полёте, зацепиться-то всё равно не за что.

Приземление вышло не самым удачным. Зато я обнаружила свою сумку! Она лежала аккурат через три чемодана. Правда, никак до моей замученной персоны не доезжала. Потому что я на этих самых чемоданах вместе с сумкой тоже по ленте покатилась…

Послышался уже знакомый смешок и меня, взяв за подмышки, подняли, после чего поставили обратно на пол.

– Так и знал, что не стоило выпускать из рук, – прокомментировал произошедшее спаситель-богатырь.

– Ха-ха, очень оригинально, – отозвалась, скривившись.

Только теперь ощутила боль от удара при падении. Наверное, на колене теперь вылезет здоровенный синяк. Но ничего! Моя сумка наконец-то до меня доехала, и я схватилась за свой багаж.

– А-а… Кхм… – прокашлялась.

Можно было бы в кое-то веке и вовсе свалить из этого филиала ада, вот только сумку я взяла – да, а спаситель-богатырь меня так и не отпустил.

– Слушай, – произнесла, разгибаясь, на всякий случай покрепче вцепившись в свою сумку, – а ты сам свой багаж не пропустишь? – развернулась вполоборота к мужчине. – Пока ищешь повод заново меня облапать, – добавила ехидно.

– А я тебя облапал? – искренне удивился тот, прижав меня к себе теснее и продолжил куда тише на ухо: – Милая, я ещё даже не начинал тебя лапать, чтоб ты знала. Иначе бы нас здесь уже не было, – вместе с тем его рука нагло скользнула с моей поясницы на бёдра.

Хорошо, между нами моя сумка!

Спасительная…

А то и не знаю даже, как бы я отреагировала, с учётом, что от одних его слов по позвонкам побежали мурашки. Хотя чужую длань с себя я всё же сбросила. Довольно грубо.

– Милой будешь портовую шлюху называть, которую снимешь, после того, как отстанешь от меня, – разозлилась, дёрнувшись в сторону.

На кого из нас двоих больше злилась – ещё вопрос.

Слишком уж откровенно среагировало собственное тело.

– Зачем мне портовая шлюха, когда есть ты? – парировал мужчина, притягивая меня обратно к себе.

Как оказалось, не из маньяческих побуждений. Просто в противном случае я бы снова налетела на другого пассажира. О нём я, как вспомнила, так и позабыла.

– То есть, ты меня сейчас шлюхой назвал? – уставилась мрачно на незнакомца.

– Это только твои выводы, – пожал он плечами и, не глядя, подхватил одну из подъезжающих сумок похожего цвета, что и моя.

Его широкую спину я проводила всё с такой же мрачностью.

Какой чёрт меня дёрнул вообще болтать с ним?

Ерунду всякую…

Такой неприятный осадок остался.

А неприятностей мне и без всяких сомнительных богатырей хватало. Одна из них напомнила о себе буквально в ту же секунду, стоило вспомнить о реальности. Вместе с входящим вызовом.

– Где тебя носит, неблагодарное создание?! – визгливый голос на том конце связи ввинтился в мозг, подобно ржавой проволоке.

Моя мачеха – Жанна, в принципе никогда добротой не отличалась, но сегодня яда в её тоне сочилось даже с лихвой.

– Ещё не вышла из зоны прилёта. Рейс задержали. Только получила багаж, – отозвалась я неохотно. – Скоро буду.

В скором времени я и в самом деле вышла из аэропорта. Мачеха ожидала меня в зоне «А», на одной из ближайших парковок. Вот только вместо привычного кроссовера ярко-алого цвета, который она водила, женщина нетерпеливо притоптывала ногой рядом с дорогущей Audi классического выпуска.

– Ну, наконец-то! – всплеснула руками Жанна, заметив моё появление.

Я же всё смотрела на незнакомую машину, заранее напрягаясь от самого факта её существования. Потому и пропустила появление водителя, который услужливо подхватил мою сумку, чтобы запихнуть её в багажник.

– Василиса Александровна, – произнёс тот, кого лично я видела впервые в жизни.

На этом сюрпризы не закончились.

– А что происходит? – поинтересовалась я у мачехи.

Когда-то наша семья могла себе позволить и элитные машины, и личного водителя, да и много чего ещё эдакого. Но то длилось ровно до тех пор, пока отец был жив. Потом столько зарабатывать оказалось банально некому.

– Ты о чём? – включила тумблер полнейшего непонимания женщина.

А у самой улыбка такая приторная-приторная, что моё ощущение подставы в душе только обострялось. И неспроста.

– Давно не виделись, – прозвучало низким глубоким голосом, едва дверца с пассажирской стороны приоткрылась.

Прежде тонированные стёкла скрывали того, кто находился внутри. Но не теперь. Довольно крупной комплектации мужчина, облачённый в строгий классический костюм, лучезарно улыбнулся. На мгновение это смягчило жёсткие суровые черты лица, однако взгляд, как у ястреба, ничем не сотрёшь. Тёмный взор буквально впился в нутро, пока я усаживалась рядом – мачеха банально пихнула в спину, так что особого выбора не осталось. Сама она устроилась спереди, рядом с водителем. Машина тут же тронулась с места.

– Ты же помнишь Игната Орлова? – защебетала Жанна. – Когда-то у твоего отца было совместное производство с Орловыми, – напомнила, на случай, если у меня память короткая.

Короткой она точно не была. Да и забыть того, кто сейчас находился рядом, при всём желании не получилось бы. Последний раз я видела Игната Орлова три недели назад, на одном из городских мероприятий, хотя о том мачехе неизвестно, поскольку я была не с ней. Встреча вышла не из приятных. Мало того, что меня приняли за девицу лёгкого поведения, так ещё и упорно не желали признавать обратного. Тем удивительнее было сейчас наблюдать его здесь, в компании Жанны, встречающего меня после перелёта из-за границы.

– Помню. Как забыть? – невольно усмехнулась, посмотрев на того, о ком речь.

Тяжёлый взгляд брюнета лениво сместился от моего лица ниже, неспешно пройдясь по всей фигуре, а уголки его губ дрогнули в небрежной ухмылке.

– Хорошо. Что не забыла, – отозвался через небольшую паузу Орлов. – Я тоже не забыл.

И столько обещания в тёмных глазах…

Враз не по себе стало!

Как обожгло. Всего с одной фразы.

Отвернулась, отодвинулась от него как можно дальше, прижавшись ближе к дверце, уставившись в окно. Делала вид, что меня не существует, вплоть до самого окончания пути. К моему облегчению, конечным пунктом стал район таунхаусов у набережной, где с некоторых пор мы с мачехой жили, а не что-то там ещё… чего я себе напредставляла, пока машина сворачивала с одной улочки города на другую. Так остро ощущала на себе пристальное внимание мужчины. Он сам тоже больше ни слова не произнёс всю дорогу. И это, признаться, нервировало куда больше, нежели если б он проявил какую-либо грубость или бестактность.

Зачем только вообще приехал?!

О том и спросила, когда мы с мачехой зашли в дом.

 

– Что ты как маленькая, в самом деле? – беспечно хмыкнула на мой вопрос Жанна, бросая ключи в плетёную подставку. – Мужчина заинтересовался, проявил вежливость, захотел познакомиться с тобой по-нормальному. А ты, как всегда… – покачала головой, скидывая ботильоны. – Даже не поздоровалась, как следует! – укорила следом.

– Если бы ты предупредила меня о том, что мне придётся с кем-то знакомиться, возможно, подготовилась бы получше, – съехидничала я в ответ, как и она, проходя вглубь квартиры.

Дожидаться дальнейшего развития полемики не стала, перехватила сумку удобнее и свернула к двери, за которой располагалась моя спальня. Правда, скрыться в ней так и не успела.

– Тебе двадцать два! Давно пора замуж, а ты всё никак подготовиться к обычной встрече не можешь! – крикнула вдогонку Жанна.

Я чуть лбом об дверь не приложилась.

– Чего-о? – протянула я, разворачиваясь. – Даже не думай! – пригрозила пальцем.

Просто потому, что всё сразу понятно стало. Это для моего личного восприятия Игнат Орлов – мужчина, один вид которого вынуждает все внутренности стягиваться в комок жути, а в глазах Жанны – жирная партия, видный и известный предприниматель, владелец целой корпорации, на чьих счетах значение чисел зашкаливало далеко за десять знаков.

– И почему это? – усмехнулась на мою угрозу Жанна. – Ты прекрасно знаешь, обучение Полины стоит немалых денег, как и твоё. А я едва концы с концами свожу, для того, чтобы ты и твоя сестра получили достойное образование. Как ещё ты сможешь со мной расплатиться за мою заботу и все жертвы, которые я приношу?

Вообще-то, если учесть, что деньги на наше с сестрой образование были заработаны и отложены отцом давным-давно, ещё до того, как в нашей жизни появилась «новая мама», то от её слов так и веяло лицемерием. Другой вопрос, что на деле нам с сестрой не осталось ни гроша, и мы обе вынуждены зависеть от Жанны. Не только потому, что я сама ни на что не способна. Но и уйти от неё не получалось. Ещё тогда, когда она заявила, что жить мы отныне будем исключительно по её правилам, я пыталась… Но на следующее утро проснулась в квартире одна. Сестру сослали за границу. И поскольку официальная опека над восьмилеткой у Жанны, а у меня – только далекие к исполнению надежды и мечты, то и получалось… что получалось.

А моим ответом мачехе стала громко захлопнувшаяся дверь.

– Да ну нафиг! – выдохнула я, прижимаясь к деревянному полотну спиной.

Ноги стали ощущаться, как никогда тяжёлыми. Ровно, как и мысли о том, что дальше так продолжаться не может. Зато теперь понятно, зачем Орлов приезжал. На «смотрины».

Надеюсь, вдоволь насмотрелся, больше не захочется…

От мыслей отвлёк входящий. Судя по мелодии, Миленки – бывшей одноклассницы и просто хорошей подруги по сей день. Вот только была у неё привычка одна – начинать говорить задолго до того, как абонент взял трубку. Вот и сейчас, не успела я принять звонок, а девушка уже начала тараторить без остановки. Пришлось осадить её и попросить повторить, а то после перелёта и разговора с мачехой в голове царила настоящая каша.

– Нет, ну что значит повторить? – тут же ожидаемо возмутилась Милена. – Я ей про мужика с офигенным голосом, а она…

– Какой ещё мужик? – вздохнула я устало.

Хватит с меня на сегодня мужиков всяких.

– А это ты мне расскажи, какой он – этот мужик, – съехидничала подруга.

– Понятия не имею, о чём ты, – отмахнулась, подобрала ранее брошенную у порога сумку и направилась к постели, разбирать багаж.

– Нет, ну нормально вообще? Не понимает она! Ага, как же, рассказывай больше! По голосу очень даже что надо мужик. Чесслово у меня от одного его тембра мурашки по телу побежали. Был бы рядом, отдалась, не думая!

Невольно усмехнулась. Прекрасно знала, что всё это лишь слова, а на деле Миленка та ещё скромница. Наверное, мы с ней поэтому и дружили до сих пор – она не была похожа на других «звёзд» из нашего «золотого» окружения.

– Ну, так ты и не думай. Он же тебе звонил? – задала вопрос, но ответа не дождалась. – Тебе, – подтвердила. – Вот. Отдавайся. Не думай. Говорят, иногда это полезно. Секс – он вообще оказывает благотворное действие на женский организм, – поддела я девушку, отрывая испорченную дождём багажную бирку, бросив ту в корзину для бумаг под столом, после чего вернулась к сумке.

– Вот и я о том же! – деланно возмутилась подруга. – Почему офигенный баритон звонит мне, а спрашивает о тебе?

Так и представила, как она упёрла руку в бок. Всегда так делала в подобные моменты.

– Я ж сказала, понятия не имею, о чём ты. У него бы и спросила, – хмыкнула, расстёгивая верхнюю молнию.

– А я и спросила, – снова съехидничала Милена.

– И чего он тебе напел? Этот офигенный баритон?

– А он такой весь из себя вежливо: «Передайте, пожалуйста, вашей подруге, что она перепутала наши сумки, и я готов с ней встретиться либо этим вечером, либо завтра утром для обмена, как ей удобно». Честно, мне после его «удобно» самой неудобно стало! – всё-таки рассмеялась. – Ты как так умудрилась, мать?

– Чего? – в один миг, как подбросило.

И только теперь я открыла сумку, разглядывая её внутренности… далеко не того содержания, что я самолично укладывала перед перелётом. Поверх тёмных брюк армейского кроя покоилась книга. Потёртая. Явно перечитанная не один раз. Тёмная башня. Стивен Кинг. Такое я точно не читала. Впрочем, как и ношением мужской одежды не злоупотребляла. Помимо книги и одежды, внутри также нашлись различные средства гигиены, фотография какой-то женщины в обнимку с мужчиной, и ещё одна, на которой красовалась аж целая команда. Судя по заднему фону и их одежде – морфлота. Вот тут я, признаться, перестала слушать Милену окончательно.

– И даже в тельняшках, – умилилась, рассматривая высоких накаченных мужчин, один другого симпатичнее.

– Кто в тельняшках? – не поняла так сразу моя собеседница, а после куда громче: – Эй, ты там что без меня мужиков себе на дом заказала?

– Угу. Их тут… М-м… – попыталась пересчитать, но опять зависла.

Просто потому, что пока вела кончиком указательного пальца от одного лица к другому, наткнулась на вполне очень даже знакомое. То самое, что так обворожительно и по-хамски улыбалось мне в аэропорту несколько часов назад. Здесь он улыбался иначе. Более открыто, радостно, представая совершенно другим человеком. А может всё дело в том, что на карточке он был без очков. Правда цвет глаз всё равно рассмотреть не удалось. Слишком далеко находился фотограф, стараясь, чтобы все попали в кадр.

– Эй! Ты чего там зависла?

– Слушай, а номер у тебя его остался? – очнулась я, потянувшись к флакону с парфюмом.

Как и предполагала, обоняния тут же коснулся терпкий и вместе с тем на удивление мягкий шлейф аромата, от которого сносило крышу. Так бы и дышала им беспрестанно. Грешным делом подумала даже оставить флакончик себе.

– Так вы правда сумки перепутали? Ой, как романтично! Прям как в кино!

Ну, всё, кого-то понесло…

– Кстати, он хоть красивый? Будешь с ним встречаться? А когда? Я с тобой пойду! Хотя нет. Не с тобой. Но ты это… если он хоть немного настолько же красив, как по голосу, двумя лапками цепляйся, чтоб не сбежал. О, я ж самое главное забыла! Имя! Угадай, как зовут? – намеренно замолчала.

– Да пофиг мне, как его зовут, – проворчала на такую столь явную провокацию.

А сама тут же к корзине обратно понеслась, доставая багажную бирку. Жаль, большинство букв оказалось стёрто.

– Номер-то дашь, или мне на полную луну гадать, призывая его при свечах, предварительно раздевшись? – добавила, плохо скрывая разочарование в голосе.

Так ведь и не разобрала, что на бирке написано.

– Дам, конечно, если пообещаешь, что ты мне потом всё-всё о нём расскажешь! – не растерялась та.

– Угу. Расскажу. А хочешь, даже познакомлю? – противопоставила встречно. – Вдруг он, такой очаровашка, к тебе проникнется, так сказать, с первого взгляда?

Сперва предложила, а потом сама же пожалела. Странное двоякое чувство.

– Он, и правда, ничего такой. Богатырь, – добавила уже тише.

Воцарилось молчание.

– Понравился, да? – участливо поинтересовалась Милена, но ответа дожидаться не стала, продолжив говорить: – Тогда точно второй встрече быть! Может, и правда, тот самый? В общем, сейчас пришлю номер. Твой-то я ему не дала. Мало ли, вдруг наврал? Я решила сперва у тебя узнать всё. В общем, лови!

– Спасибо, Милена. Ты ж моя радость, – похвалила девушку за сообразительность и заботу.

Ответом мне стало весёлое фырканье. Как огорошила известием, так и отключилась, не прощаясь. А через несколько секунд на телефон пришло оповещение о новом сообщении.

«И только попробуй упустить мужика!» – приписала следом, дополнив фразу суровым смайликом.

Отправила ей в ответ другой, с воздушным поцелуйчиком. Никаких наполеоновских планов, в отличие от неё, я на этого моряка точно не строила. Но заветный номер всё же набрала…

Глава 2

Ярослав

За окном кофейни, где я расположился, шёл густой снег, мешая полноценной видимости соседних зданий. Люди шли, кутаясь в шарфы, натягивая ниже свои капюшоны, прячась от порывов холодного ветра, вокруг светились вывески, горели фонари. И при виде всей этой предновогодней суеты душу охватывала тоска. Всего ничего прошло с моего ухода из армии, какие-то считанные дни, а уже хоть волком вой. Не зря же после года срочной службы я решил продолжить уже по контракту. И ни разу за шесть лет о том не пожалел. И я бы непременно остался там, если бы не обстоятельства.

Впрочем, я всегда могу вернуться, если пойму, что дома мне делать по-прежнему нечего. Да и вернулся только из-за смерти деда и наследства. Которое мне, честно говоря, никуда не упёрлось. Что есть, что нет. И без него проживу. В Тихоокеанском флоте достаточно неплохо приплачивают. А тратить деньги по большей части некуда. Поэтому решил воспринимать произошедшее, как небольшой отпуск. Да и интересно же, что такого могло случиться, что дед мне даже предсмертное письмо оставил с просьбой явиться домой и проследить за текущими делами в фирме и братом. Уж не знаю, соврал или нет о проблемах, но старик точно знал, что я не откажу ему в последней просьбе.

Хитрый гад!

И это не оскорбление – констатация факта.

Да и чёрт с ним, с наследством. На данный момент у меня была проблема посущественней – багаж. И если на одежду мне, в общем-то, плевать, то вот некоторые мелочи очень хотелось вернуть. Да и девчонке, с которой мы этим утром в аэропорту перепутали сумки, думаю, тоже. Девчонке, которая опаздывала на встречу уже на добрых полчаса. Замело её там что ли по пути? А ведь сама время и место выбрала.

Я уже два кофе успел выпить. Свой и её. Почти решил уйти, как прозвучал сопровождающий открытие двери перелив колокольчиков. Та, кого ждал, запыхавшаяся, как после долгой пробежки, остановилась передо мной, тяжело дыша.

– Добрый вечер. Прости, задержалась, – промямлила она скомкано, протянув мне мою сумку.

Принял ношу с благодарным кивком и передал ей её. Что-то говорить не спешил. Лишь махнул официантке с просьбой подойти. И очки поправил на переносице. Снять бы их, но линзы лежали в сумке, а я терпеть не мог, когда на меня пялились. Некоторым непременно нужно было ещё и сфоткаться со мной на память. Тоже мне зверушку нашли. Будто синий с фиолетовым отливом цвет никогда не видели. Ну да, для глаз явление редкое, но не такое уж и удивительное в наше время. Сейчас столько разных линз, а они таким мелочам удивляются. Странный народ – бабы.

– Ты ведь там ничего не трогал? – покосилась на меня блондинка.

– Встречный вопрос, – усмехнулся, откидываясь спиной на спинку и складывая руки на груди.

– Я первая спросила, – горделиво задрала нос, чем изрядно позабавила.

– Значит, трогала, – вынес вердикт её словам. – Я тоже. Надо же было понять, кому вещи возвращать. Так что извиняться не буду, – прищурился, разглядывая девчонку куда пристальней, чем в аэропорту.

Хорошенькая. Распущенные светлые волосы с золотистым отливом и длиной чуть ниже лопаток обрамляли круглое с мягкими чертами личико. Кожа молочного оттенка. Зелёные глаза с вкраплениями карего вокруг зрачков смотрели открыто и мягко, с долей любопытства. А вот губы… При взгляде на них в паху невольно стало теснее. Я ещё в аэропорту обратил на её рот внимание. А теперь с нанесённым на него блеском он вызывал стойкое желание ощутить его на своём члене.

М-да… Не идёт морякам воздержание на пользу. Совсем.

– И как тебе три комплекта моего нижнего белья помогли понять, кому именно возвращать сумку? – съязвила, прикусив нижнюю губу, не подозревая о том, что тем самым добивает мою выдержку.

Поколебалась всего секунду и уселась напротив, отставив сумку в сторону, после чего тоже сложила руки на груди, выгнув бровь в требовательном ожидании. Не стал её разочаровывать.

 

– Кому – никак. Но зато я теперь знаю, что у тебя третий размер груди и бёдра примерно чуть больше девяносто сантиметров в объёме. А вот уже с поисками непосредственно твоей личности помогла твоя записная книжка.

Пока говорил, девушка густо краснела. Открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыла, заметив подошедшую к нам официантку.

– Мне ничего не нужно больше, спасибо. Только моей спутнице. Выбирай, что хочешь, – предложил сидящей напротив.

– Какой ты обходительный, – выдавила из себя подобие наимилейшей улыбки, только потом обратилась к официантке. – Капучино. С корицей и цедрой, – выдала, даже не заглянув в меню. – И я сама за себя заплачу, – добавила решительно.

Я на это только глаза закатил.

– Ох уж эти современные заморочки, – выразил своё отношение к её упрямству.

– Не хочу, чтобы ты решил, что я тебе чем-то обязана, только потому, что ты угостил меня.

– Из-за кофе и пирожного, или что ты там себе ещё бы заказала? – хмыкнул недоверчиво, покачав головой. – Даже знать не хочу в таком случае, с кем тебе приходится общаться, если ты в таком простом жесте вежливости и воспитания сразу видишь угрозу для себя. Слушай, – подался вперёд, положив локти на стол, – а если бы я тебя пригласил в куда-то более интимное место, ты бы вообще во мне маньяка тогда увидела, да? – не мог не уточнить, как и не улыбнуться.

Забавная она.

– Тогда бы не видать тебе твоей сумки, – пожала плечами девушка, продублировав мой жест. – И что за место, кстати? Мне любопытно, – добавила тихонько.

Поймал себя на мысли, что любуюсь ею. Смотрю в зелёные глаза и не могу отвести взора. И нет, никаких романтических бредней. В голове замелькали самые пошлые картинки того, как бы она вот так же смотрела на меня, стоя на коленях, пока я бы с удовольствием засовывал свой член ей в ротик. А она бы вот так же тихо стонала, когда я особенно глубоко в него толкался.

– Что-то более уединённое, – проговорил едва ли громче неё самой.

Да и голос позорно охрип, выдавая меня с головой. Благо, девчонка, кажется, ничего не заметила. А если и заметила, то не придала значения. Интересно, поднимись я сейчас из-за стола, как бы она отреагировала? Вряд ли джинсы способны скрыть полностью мою реакцию на неё.

– И насколько уединенное? – улыбнулась.

Из груди будто воздух вышибло. Уж слишком сильно улыбка преобразила её черты. Она и без того слишком миленькая, а с этими ямочками на пухлых щёчках… почувствовал себя реальным извращенцем. Зато это помогло прийти в себя и отогнать ненужные желания.

– Достаточно, чтобы я мог тебя соблазнить, не опасаясь того, что нам могут помешать, – хмыкнул, выпрямляясь.

– Тогда точно маньяк, – вынесла вердикт.

Локти со стола так и не убрала. Только один, когда откидывала назад свои распущенные волосы. Прижалась щекой к своей ладошке плотнее, чуть склонив голову, разглядывая меня с нескрываемым любопытством.

– Сколько тебе лет? – поинтересовался я вместо ответа, тоже склонив голову набок.

– Двадцать два, – отозвалась она. – А что, по размеру моего нижнего белья и записной книжке сам определить не смог? – съязвила вдобавок ко всему.

– Значит, не маньяк.

– Тогда я почти готова добавить к своему капучино ещё и чизкейк, – хмыкнула девчонка. – С карамелью, пожалуйста, – обернулась к вернувшейся с её заказом официантке.

Та оставила чашку с горячим напитком и понятливо кивнула, направившись за десертом.

– А тебе? Сколько? – заговорила снова, сосредоточившись на мне. – Я видела фотографию на палубе корабля.

– Двадцать восемь. Из них шесть лет отдано службе в морфлоте. Так же имею экономическое образование. Что-нибудь ещё? – улыбнулся добродушно.

– Мм… – задумалась моя собеседница. – И всех вас там, на морфлоте обучают определять размер женских форм по их одежде? – сбросила пальто и устроилась на стуле удобнее.

Невольно прошёлся взглядом по скрытой тонким свитером груди. Розовая вязь не слишком сильно обтягивала, но моему воображению это не помешало нарисовать соответствующий образ. Так и захотелось попросить её обнажиться. Чтобы удостовериться в своей правоте.

– Нет, этому я ещё в университетские годы научился. Считай это моим личным фетишем. Так что морфлот здесь не причём, – лукаво сощурился. – Хотя сейчас столько накладок в ваших лифчиках, что иной раз, после их снятия, бежать от девицы хочется на самый крайний север, – деланно печально вздохнул я.

Девчонка нахмурилась. Однако уже через секунду её заливистый смех разлился по всему кафе.

– Бедолаги, – выдавила сквозь смех. – Трудно мужикам нынче приходится.

– Да грудь это ещё ладно, – рассмеялся и я. – У нас один из парней так однажды нарвался на аппетитную девицу, а у неё мало того, что этот ваш пуш-ап, так и накладки на заднице оказались, чтобы круглее казалась. Он потом от дам ещё несколько недель шарахался.

Вот теперь она уже откровенно хохотала.

– А как же полюби не за внешность и всё такое? – не сразу успокоилась. – Вот у меня, например, нет ничего такого. Но может я ведьма с дрянным характером? Приворожу, и всё. Хана тебе! – снова рассмеялась.

Можно подумать, ей для этого действительно нужно что-то делать. Одним взглядом и улыбкой может примагнитить к себе. Если уж даже меня, которого, казалось бы, ничем не удивить, проняло.

– Пф… какая душа, когда, после долгих дней службы, хочется только одного? – отшутился уже вслух.

– Ну да, конечно, – перестала улыбаться моя спутница. – Что-то долго она за чизкейком ходит, – проворчала и сама поднялась на ноги, отправившись к барной стойке, часть которой была отведена под сладости.

– Что, не романтик я, да? – заметил я, когда она вернулась, легко угадав причину смены её настроения. – Не довелось этому научиться, что поделать, – развёл руками. – С двадцати двух лет служу на благо Родине, живота не щадя. А в универе… тоже о том не думалось, – улыбнулся я ей вполне себе искренне. – Некому меня было учить этой науке.

– Честность – это хорошо, – посмотрела на меня серьёзным взглядом. – Куда лучше, чем когда мужчины сперва вешают лапшу на уши, а потом расхлёбывай…

– Так и женщины многие те ещё любительницы обманывать. Тут уж как повезёт, – согласился с ней по-своему.

– Хоть в монастырь уходи, – хмыкнула, принимаясь за свой чизкейк.

– Ну уж нет! – открестился я от подобного шага. – Я ещё наследника никому даже не заделал! Какой монастырь?

– Мужской. Какой же ещё? – округлила глаза блондинка, переворачивая вилку. – И вообще-то я о себе говорила. Не о тебе, – подколола, подмигнув, и с наслаждением проглотила кусочек десерта.

Что я там говорил о своём стояке? Ни хера он тогда не стоял!

Невольно сглотнул вместе с ней и поспешил отвернуться к окну, за которым уже заметно стемнело. По улице шли женщины, мужчины, дети, звери, ехали машины, падал снег, светили фонари… О чём угодно думал, только не о сидящей напротив. Валить надо, пока не натворил глупостей.

Как оказалось, не я один думал о том же.

– Мне пора. Мачеха и так зла, что я пошла не туда, куда она хотела, а сюда, – вздохнула девушка.

– Да, мне, в общем-то, тоже, – поддержал я её идею. – Подвезти?

Предложил и тут же отвесил себе мысленного подзатыльника. Только что думал о том, чтоб разойтись, а теперь сам же пытаюсь удержать её возле себя. Ну, не дебил ли? Но с блондиночкой оказалось приятно общаться, несмотря на её возраст. Давно не попадалась на моём пути такая. Простая и открытая. Без заскоков на фоне своей внешности и значимости. Настоящая, что ли. Или же я просто вижу то, чего нет…

– Я такси возьму. Мне далеко отсюда, – улыбнулась моя собеседница, подбирая пальто, накидывая его себе на плечи. – Если только до такси, – добавила чуть смущённо, выпрямляясь, оставляя на столе несколько купюр.

Я на это только вздохнул. Но спорить не стал. Кинул свою долю рядом и, накинув собственное пальто на плечи, не став его застёгивать, направился на выход, не забыв подобрать по пути обе наши сумки.

– Или это тоже тебя к чему-то обяжет? – остановился на полпути и уточнил на всякий случай, кивнув на ношу.

Мало ли…

Ответом мне послужила новая улыбка.

Промолчала.

Я тоже больше не стал заострять на этом внимание, лишь придержал дверь, пропустив вперёд, за что получил ещё одну смущённую улыбку. Так и подмывало спросить, с кем же она реально общается, что такие обычные жесты вызывают в ней столь странные реакции. Но и тут промолчал, решив не смущать девчонку больше, чем есть. И только у такси, когда передавал ей её сумку, спросил снова: